Ненецкая литература
Глава 1. Айваседа
Юрий Вэлла - Айваседа - и его книга о гармонии "Поговори со мной"
Гармония – это свобода. Свободное парение птицы, полет дельтаплана или самолета: надежная опора на самое ненадежное – воздух. Воздушные потоки не подведут ни птицу, ни самолет, нашедших во взаимодействии с ними свою гармонию. Книга Юрия Вэллы, прежде всего, о гармонии жизни человека в природе и обществе, о том как нужно жить, чтобы ощущать себя гармонично в наш непростой век. Автор назвал ее книгой «для того, кто хотел бы послушать ненецкую душу». Юрий Вэлла – один из тех людей, который может этому научить, потому что в этом деле он ачарья (тот, кто учит своим примером).
Книга, пожалуй, адресована всем: тому, кто живет «на земле» и в городе. Думаю, интересна она представителям любой национальности. Юрий Вэлла, без сомнения, считает азами гармонии национальные корни, ведь без корней ничего не вырастет. Недаром «Поговори со мной» – на русском, ненецком, хантыйском и английском языках. Национальное следует понимать как общечеловеческое: сколько общего мы находим в сказках, загадках, культуре других народов! Едва ли будет гармоничен, а значит – счастлив – человек, не уважающий старших, не знающий родного языка и истории. Юрий Вэлла с трепетом относится даже к древним названиям рек и озер. В топонимике много удивительной информации о временах и народах...
Автор во «Фрагментах топонимического словаря» приводит ненецкие и хантыйские легенды и истории, с которыми связаны географические названия, что тоже убеждает обратиться к своим корням.
Жанр книги «Поговори со мной» и не определить. Как пишет в письме, приведенном в начале книги Б.Корнаков «кажущиеся на первый взгляд несовместимыми и абсолютно разными по смыслу триптихи, загадки, диалоги, топонимические понятия». Свобода автора чувствуется и в такой концепции книги. Лишенная назидательности, подчеркнуто свободная подача духовного опыта Юрия Вэллы убедительнее ведет читателя к верным выводам в поисках гармонии жизни.
«Поговори со мной» – это проза и стихи. Юрий Вэлла пишет мастерски, как правило, свободным стихом – верлибром, что органично присуще ненецкому строю речи и ненецким народным песням:
О чем, кукушка, за туманом
Кукуешь?
О чем, журавль, за рекою
Курлычешь?
Кого вы, лебеди, за озеро
Кличете?
Уж не меня ли?
В тумане отыщу твои следы я,
Отброшу в сторону свои мечты седые
И налегке,
Росы земной не прикасаясь,
Расправлю крылья облегченно,
С тобой прощаясь.
Иногда поэт использует «частушечную» рифму:
У меня на ладони просыпается солнце.
У меня на ладони птицы песни поют.
У меня на ладони дождик пляшет, смеется.
Журавли за деревню на болото зовут...
Близость к природе, общение с нею, с ее стихиями – разве это не путь к совершенству души и мироощущения? В диалогах Юрия Вэллы с журналистом Татьяной Юргенсон есть такие строки:
Я не знаю, что за сила
Таится в этой маленькой
Таежной речушке.
Но каждый раз продираешься
Через заросли шиповника,
Через непролазную осоку,
Чтобы хоть на мгновение
Вновь увидеть
Эту таинственную
Завораживающую
Струю живой реки…
(Т. Юргенсон)
Человек входит в лес с душевной болью – и выходит умиротворенным, очищенным и исцеленным. Свобода полета чувств: Очищение – Любовь – Полет. «Научи любить этот мир, научи прощать…», «без любви не будет легкости, без легкости не отрастут крылья. Без крыльев не полетишь». Общение с природой способно избавить от «духа тяжести» и человек способен «почувствовать себя новорожденным в мире, который примет меня с любовью».
Без умения удивляться не обновиться, не родиться вновь… Читая следующее стихотворение, начинаешь понимать, глубину названия диалога «Охота на лебедей». Даже в гармоничный личный мир входят – если не из окружающей жизни, то с телеэкрана хроники о локальных войнах, об убийствах из сверхсовременного оружия «цивилизации», которая «не называет убийство убийством, когда убивает сама…»:
Выстрелов так много звучит на земле,
Что их голоса уже не слышны по отдельности.
Горькие слова…
Войны не только политические: в жизни людей есть место: «обидам, недомолвкам и ссорам, которые надежнее любого груза удерживают у земли…». Наверное, мудрость в том, чтобы, прежде, чем пытаться решать «мировые проблемы», навести гармонию непосредственно в окружающей жизни: среди близких людей. Как это трудно! «А близкий друг – далек… Хоть сидим мы в одной лодке, но отделяет нас неосторожно сказанное слово».
Очередные истины: без бережного отношения к близким, к коллегам не достичь гармонии. Кроме того, работа для человека – не только средство жить, мастерство в любом деле – хорошая духовная опора. Тут мы находим еще одну ступень к гармонии. Труд в дружном профессиональном коллективе – радость. Говорят, что счастье – когда на работу идешь с удовольствием и домой идешь с удовольствием. И еще говорят: если человек счастлив на работе, то он в ней понимает.
Для Вэлла работа – не только труд над словом – во имя сохранения своего народа, – но и обычный труд оленевода. В «Азбуке для оленевода» – поговорки, причем, немало из них имеют универсальное значение, например, слова: «главный твой родственник – твой брат или сестра, а не жена. Не позволяй, чтобы обижали твоих родственников». Или: «Заклятие – крайняя форма мщения. Заклятие имеет силу, направленную вперед, и силу, направленную назад. Способен ли твой организм отразить твоё собственное зло? Не ошибись!»
Книга дает совет «ненецкому студенту»: «Учись, учись всегда, учись на любую специальность!... Но никогда не забывай о своих оленях. Если наступит день, когда весь мир отвернется от тебя, олень примет тебя, кем бы ты ни стал. Он умеет прощать все. Он тебя вывезет!» Наверное, у каждого народа «свои олени», у многих – земля. Недаром в годы «перестройки» многие нашли подспорье, работая на земле, на дачных участках. И это стало заодно (с чисто утилитарной пользой в виде выращенных своими руками овощей и фруктов) обновлением души для многих горожан.
Очередной совет гармонии: учись, не будь инертен, избегай состояния довольства собой и тем, что ты достиг. Учись всегда!
«Побывальщина Ойси» – легенда о том, как «Сталин– Царь с Главными Помощниками» искал хантыйскую Золотую бабу, а нашел «Нечто… от чего взгляд человека обретает силу. У доброго человека взгляд обретает положительную силу. У злого, корыстного человека, взгляд обретает отрицательную силу». И – «недолго после этого случая правил Сталин-Царь, вернувшийся в Москуй-Столицу». Мудрость этих и других рассказов-миниатюр в показе того, что кроме обычного видимого мира есть другие реальности, сверхчеловеческие. Без знания о них (о Боге, по большому счету), полученного из авторитетных источников, едва ли достигнешь гармоничной и счастливой жизни.
В книге вы найдете и стихи – вопросы, заставляющие задуматься о роли государства в воспитании высших ценностей, горькие, основанные на личном опыте (пастбища на его родовой земле со всех сторон теснят нефтедобывающие компании) раздумья о том, что «государству моему не нужны оленеводы… не нужны хлеборобы с золотыми руками… не нужны умеющие мыслить, думать и мечтать».
Век лицемерия, лжи и подмен. Как найти гармонию в такое время? Перечитайте книгу сначала, возможно, каждый найдет свои пути, ненавязчиво намеченные пытливым ненецким исследователем жизни Юрием Вэлла.
Юрий Кылевич Вэлла (Айваседа) – ненецкий поэт, член Союза писателей России, лесной ненец из Ханты-Мансийского округа, автор десятков книг.
Его семья ведет традиционный образ жизни на родовой земле, основа которого – выпас оленей. Про жизнь Вэлла в сняты документальные фильмы, прошедшие по многим европейским телеканалам.
Юрий Вэлла пишет стихи и прозу на ненецком и русском языках. Диалект лесных ненцев сильно отличается от разговорного ненецкого языка, на котором говорят и в Большеземельской тундре и на Ямале. В Ханты-Мансийском округе все меньше людей владеет родным языком. Поэт считает, что только шесть человек на его малой родине полноценно понимают произведения на диалекте лесных ненцев.
В конце 2009 г. поэт побывал в Нарьян-Маре. Эссе написано по его личной просьбе.
Глава 2. Григорий Бармич
Родом с полуострова Канин
Григорий Васильевич Бармич родился 25 февраля 1985 г. в селе Ома Ненецкого автономного округа. Окончив 11 классов Ненецкой школы-интернат в Нарьян-Маре, отправился учиться по направлению - в Выборгский филиал университета Гражданской Авиации (техник вертолётов).
Но, как он сам мне рассказывал, скоро понял, что будущее дело "не его", заскучал по родному чуму и вернулся на малую родину.
Жил в тундре, работал в СПК «Восход». Литературная одаренность проявилась ещё во время учебы в школе. Первая публикация, рассказ «Моя семья» вышел в альманахе литературного объединения «Заполярье» в 2010 году -http://www.etnonao.ru/attachments/Alm_LitO_10.pdf.
В его слове было много элементов «наивного письма», когда написанное представляет собой особый документ, созданный не сторонним наблюдателем, а самим носителем культуры, которую он представляет, и производящий определенное эстетическое воздействие.
Если это перевести редакторской рукой на «нормальный» литературный язык, то что-то существенное, не нагруженное культурой, ускользает. Григорий Бармич упорно работал над словом, искал свой собственный литературный стиль. Его особенность как автора именно в том, что он создавал на бумаге как бы слепок с действительности.
26 с небольшим лет жизни было отпущено судьбой Григорию Бармичу. 17 августа 2011 г. он скончался в больнице г. Архангельск в результате травмы, полученной в начале лета.
Хочется привести некоторые отрывки из его письма, полученного мной летом 2010 г. Они о многом говорят: о жизни в тундре, о самом авторе.
«…В тундре стоит восхитительная погода, правда, немного прохладно. Проходят чудесные дни, все чем-то заняты. Белыми ночами просматриваем по-второму разу DVD-фильмы. Пока еще не надоедают.
Местами прорастает новая трава, наполняя ароматами свежий воздух. Все ожило от длинной зимней спячки. Реки уже потихоньку обмелевают, можно вброд переходить на другой берег...
…На этот раз опять придется остаться в тундре. Так как мои документы находятся в подколледже; аттестат, характеристика, всё, кроме медицинской справки, которую я посеял. Не могу найти. Я же не деревенский или городской житель. Только самому нужно договориться с директором подколледжа. Может, на худой конец, возьмут меня, такого блудного студента. Я уже и не думаю об институте Герцена.
Сейчас уже все оленеводческие бригады дошли до летних пастбищ. Утомительные ямданки позади. И без приключений не обходится, постоянно, что-то случается во время передвижения. Есть такая одна «ходячая проблема», Кристина, у которой всегда что-то случается с возами. Когда трогались с чумовища, у Кристины, каким-то необычным поровотом аргишей, сломался воз. Просто не вписался в небольшой поворот между небольшим бугром. После этого происшествия, младший брат Кристины задавил оленя, когда передвигались по торосу. Когда я с аргишами поднимался на угор, нужно было ехать косо, а я забрался вертикально и получил огорчительный результат, тоже задавил оленя. Поругали за то, что неправильно поднялся, больше не взбираюсь так вверх на крутой угор, только лишь тогда когда налегке. Весной все олени слабы и нужно постоянно оглядываться назад на аргиши, чтоб не задавить ханбуя, то есть оленя.
…Где-то в середине месяца мая у нас на Канине прошла гроза. И в этот день мы ямдали и как-то чудом успели дойти до места и поставить чумы. Хотя у нас чумов нет, а живем в палатках. Один, конечно, есть. Наверное, один единственный на всем Канине. Но палатку ставить быстрее, нежели чум. Чум строить по времени долго, но в нем есть превосходство; просторно. И есть, конечно, минусы. Поставили чумы, и тут же через некоторое время пришли грозовые облака и началось тара-ра-рам плюс проливной дождь. Вспомнил, это было 10 мая.
Иной раз бывает и в проливной дождь ямдаем, и ни один раз такое случалось. Сейгод весна выдалась ранняя, снег моментально растаял, кругом голая земля. И ямдать пришлось вдоль берега по торосу. А на самом берегу не единого сугроба. Главное, что реки успели перейти по льду, но если бы не успели, то пришлось бы нам ямдать по голой земле в начале а лета. А это нам крайне неудобно.
Каждыми днями постоянно чем-то заняты, когда на улице стоит хорошая погода. Появляется свободное время, смело трачу на чтение или пишу.
15 июля. Дни летят незаметно, скоро и осень начнется хотя остался еще целый месяц лета. Но оно быстро пройдет. Вчера у нас на Канине снова прошла гроза, довольно, частенько они бывают. Раньше грозы были не так часто, как в этом году. В какой-то газете вычитал об аномалии жары. Но у нас на Канине не так уж очень жарко, а холодно. Никаких изменений в климате не замечаю. Было холодно, как было, так осталось. Вот только на следующий день пришли тучи с западной стороны и подул холодный ветер. А вот в ночь 17 июля, вообще морозило. Даже на листьях растений прорисовался иней. Такое происходит, может, только раз году в середине лета...».
Проза Григория Бармича выходила на страницах газеты «Няръяна вындер», ему посвятила несколько постов И.В. Коткина в блоге ЧУМотека (http://chumoteka.blogspot.com).
Ушел из жизни юноша, который мог стать одаренный ненецким литератором. Он смотрел на мир как художник слова, стремился запечатлеть окружающую действительность, жизнь своих земляков. Пусть они вспоминают о нём добрым словом!
25 февраля Грише исполнилось бы 30 лет.)))
Пост в ЧУМотеке - http://www.chumoteka.ru/2011/12/blog-post_23.htm
Книга «Письма Гриши. Фотопоэма» http://www.labirint.ru/books/317913/
Глава 3. Гавриил Лагей
Гавиил Ильич Лагей, известный оперный ненецкий певец, родился 8 апреля 1965 г. в Байдарацкой тундре на Ямале, сын потомственного оленевода.
Окончил дирижерско-хоровое и вокальное отделения Кировского училища искусств, Санкт-Петербургскую консерваторию им. Н.А. Римского-Корсакова, где учился у выдающихся педагогов Нины Серваль и Киры Изотовой. Служил в ансамбле песни и пляски Советской Армии в Москве.
Исполняет песни Семёна Няруя на ненецком языке, произведения П. Чайковского, Ф.Глинки, С.Рахманинова, современных композиторов.
В 1999 году выпустил компакт-диск «Зов. Музыка Севера», в 2004 году – компакт-диск с произведениями «Фигаро», «Love Me Tender», «Бубен шамана» в сопровождении Академического симфонического оркестра Санкт-Петербургской филармонии, дирижер Василий Петренко.
Вышел в свет сингл Гавриила Лагея “Фигаро” на музыку великого Россини, а на экранах появился одноименный видеоклип.
Гавриил Лагей живёт в Санкт-Петербурге, работает по контракту в оперных театрах Италии и Франции. Певец говорит: “А сегодня я могу назвать себя человеком мира, потому что география моих концертных выступлений достаточно велика: я выступал во Франции, Италии, Испании, Японии, Швейцарии, Великобритании, Нидерландах, Австрии, Швеции, Норвегии, Финляндии.
"Я свободный человек – достиг такого уровня мастерства, что могу спеть всё, что хочу. Это такое блаженство - свобода пения, когда берешь любое произведение, и оно у тебя звучит...".
Лагей поёт на итальянском, французском, английском языках, и конечно – русском, ненецком, хантыйском и др. Баритон с широким диапазоном голоса.
Певец объездил с концертами весь Ямал (Ямало-Ненецкий автономный округ).
Не раз выступал Лагей в европейском Заполярье - в Нарьян-Маре, столице Ненецкого автономного округа. На Гала-концерте конкурса ненецкой песни “Сава сё-2013” «ДИВНАЯ МЕЛОДИЯ» он спел три песни.
В интервью после концерта он сказал:
“Я вот сяду дома в Санкт-Петербурге за рояль и могу три часа играть романсы.
Представляете, что я из чума, из тундры, и могу играть на рояле! Мне только сейчас стало понятно, как можно играть Рахманинова... Я не пианист-профессионал, не могу эти краски вытащить на инструменте, а голосом – могу. Пришёл такой период: делать программы, записывать; записывать, потому что через 20 лет я не буду, возможно, в этой форме, а сейчас есть возможность записать всё, что наработано: старинные романсы, неаполитанские песни, потом у меня есть диск «Романсы Рахманинова» в оригинальной интерпретации. Старинные итальянские арии буду записывать. Хочу снять клип на вокализ Рахманинова, если удастся, с голливудскими режиссёрами.
Рахманинов – самый исполняемый композитор во всём мире. Буду без слов петь, вокалиссимо… Но это всё мечты, это не значит, что завтра всё это так и будет. Но это мои планы, я иду с чистой душой …для этого я должен ещё дорасти, поучиться, поразмышлять, не гастролировать”.
Нарьянмарские зрители встречали Гаврила Лагея восторженно: такая энергетика!
Артист в прекрасной физической форме.
Фрагменты интервью:
И.К.: Перед концертом специально посмотрела ваше «Фигаро», интересно тоже – и современность, и тундра, всё вместе - и медведи, и чумы, и вы тут – так, то в костюме Фигаро. Замечательно снято. Где этот фильм снимался?
Гавриил Лагей: Снимался в Санкт-Петербурге, Швейцарии, Италии, Москве, в разных студиях. Один наш режиссёр, другой - французский. Над "Фигаро" работал известный финский рэпер Томми из Don Johnson Big Band, группа "Deaдушки" и Академический симфонический оркестр Санкт-Петербургской филармонии. Получилась знаменитая оперная ария одного из самых сложных в техническом и творческом отношении произведений - каватина Фигаро из оперы Россини - в новой оригинальной аранжировке.
И.К.: Но по-большому счёту вас надо слушать живьём, нужно прочувствовать вашу энергетику.
Гавриил Лагей: Без микрофона.
И.К.: Но вы сейчас на минуту отняли микрофон, голоса-то вам хватит.
Гавриил Лагей: Но это для того, чтобы показать, что без фонограммы я пою. Если я в следующий раз привезу программу итальянскую, то, что сейчас сделал, там бельканто будет полностью. 45 романсов, уникальный диск издаётся, потому что ни одна малая народность не издавала романсы, да ещё так много.
То, что я делаю на концертах – это шоу, потому что людям это надо тоже, свои корни, поэтому я занимаюсь полу-эстрадной музыкой и классикой. Соединяю этническую музыку и классику. Ищу песни национальных композиторов.
И.К.: Роль случая в вашей жизни?
Гавриил Лагей: Считаю, что Бог захотел и это произошло, что предначертано. Я ведь в пять лет остался сиротой. Из чума приехал в училище, не знал, как соединить ноты, плакал, когда в первый раз коснулся рояля. А я ненец – гордый человек. Ненец не знает, как терцию играть? – и вот я плакал над этим, пока не добился. В 13 лет ноты впервые узнал. Я ведь до училища только пел: в Кремле выступал – пел национальные песни, в Азербайджане Алиеву пел, меня возили как чудо какое-то. У меня не было выхода, я рано лишился родителей, а надо было утвердиться как-то.
Конечно, трудолюбие. Учился в Кировском училище. Благодаря педагогам в 4 утра вставал, шёл на занятие, и – до 9 вечера, потом в полночь ложился, в 4 утра пешком шёл… и так каждый день четыре года подряд, пока, наконец, не закончил музыкальную школу по классу фортепиано.
Я даже хотел композитором стать, но я не владею фортепиано так, как хотелось бы. Об одном только жалею в этой жизни, что не владею фортепиано профессионально, как Горовец. Когда я приезжаю к себе домой в Санкт-Петербург, на весь дом включаю Горовца, и вот он играет, а я подпитываюсь от музыки великого человека.
КОРР: На «Сава сё» в Нарьян-Мар вы ещё прилетите?
Гавриил Лагей: Если будет возможность какая-то, то я готов приезжать постоянно, потому что от этого зависят многие вещи. Я хочу быть примером, хотя и не считаю себя великим человеком, гением, звездой. Я свободный человек, для меня свобода дороже.
КОРР.: На каком языке вы думаете?
Гавриил Лагей: Думаю на том языке, на котором говорю. Только когда говорю по-английски, думаю по-французски.
КОРР: Вас тепло принимали, естественно - такая энергетика, зритель чувствует корни, которые в вас живы. Пусть ваши планы и мечты сбудутся!
Примечания:
Пост на блоге ЧУМотека http://www.chumoteka.ru/2013/04/blog-post_5.html#more
(там можно послушать и посмотреть Гавриила Лагея).
Под именем «КОРР.» - объединены вопросы нескольких людей.
Глава 4. Древнерусский и санскрит в ненецком языке
Отчасти - реферативно, частично - на правах версии. Высказано моё личное мнение по заинтересовавшему вопросу.
Известно, что ненцы появились на Севере сравнительно недавно - всего от 500 до 700 лет назад. Изначально они назывались самодийцы (самоди - отсюда пошло "самоядь") и пришли из Южной Сибири.
Они вытеснили аборигенную чудь (это стыдливо называют ассимиляцией), заимствовали многое из языка и материальной культуры.
Так самодийцы стали ненцами.
Аборигенную чудь ненцы называют сиртя, сихиртя и в своих легендах перевели их в подземных жителей.
Древнерусские источники именовали доненецкое население "печера". Археология подтверждает тесные контакты доненецкого населения с славянами.
«Малый ледниковый период» на Севере (XII-XIV вв) подорвал хозяйственную базу существования аборигенных народов. Приход кочевников лишь усугубил гибель племен печеры (сихиртя) и югры, по сути их «выдавили» с обжитых территорий.
О влиянии культуры доненецкого населения на язык и традиции ненцев не пишут, однако очевидно, что в ненецком языке появились слова, не свойственные пришлым самодийцам: арка (большой), няръян (красный), баский (красивый), яра (песчаный холм), урман («таёжные урманы» – волнообразный рельеф местности) и пр. Это древнерусские слова, имеющие аналоги в санскрите ("урма" - волна, "баск" - блеск и пр.), инд (голубой), ирий (древнерусск. - рай, ненецкое - месяц, дед). Интересно, на ненецкий лад имя Алексей произносят - Эле (не отсюда ли "эллины", оленные?)
Откуда взялся санскрит? Да древние арии в Индию мигрировали из Арктики от холодов! Браман Бал Гангадхар Тилак в 1903 году в Бомбее издал книгу «Арктическая прародина в Ведах». В своих исследованиях Вед и Авесты Тилак зашел дальше других, установив не только общность происхождения двух литературных памятников, но и то, что их наиболее архаические части восходят к временам арктической древности. Санскрит - сам-скрыт, язык волхвов.
"Сей" - по-ненецки "Сердце". Слово явно из древнерусского: "СЕЯ" - Святой или Светлый Дух..." (Юрий Ульянов - http://www.proza.ru/2017/11/27/199 "...Отсюда и понятие - "СЕЯть" - это значит зарождать Зерно Сути Нового Образа, Сея в нём - Светлый Дух..."
Доказано, что самый древний пласт гидронимов на Севере (включая Ненецкий округ) – санскрит (язык, очень близкий к древнерусскому), поэтому напрашивается вывод, что печера и др. племена говорили на языке, близком к древнерусскому и принадлежали к балтийской белой расе. Аборигены Севера, чудские племена, жили осёдло в домах полуземляночного типа, владели ремёслами и искусством обработки металлов.Так они добывали и плавили руду на Цильме (медь, олово, серебро, золото) и др. местах. Бронзу получали, выплавляя из касситерита (Средний Тиман) на огне костра олово. При добавлении олова к расплавленной меди – получали бронзу.
Чудь - доненецкое население всего Севера.
Что за слово, какова этимология?
«Чудья» на санскрите значит – ЧУБ, ХОХОЛ, ОСЕЛЕДЕЦ, то, что до сих пор носят в Индии брахманы. В индийских домашних обрядах существует даже такой термин – «чудья карна» - карнать чудью, т.е. стрижка чудьи, оставление этого самого хохла. Оселедец-чудью носили наши запорожцы (из старых воинов), а в древности – князья и их свита (Святослав, князь Игорь и иже с ним); варяги и викинги. Да ещё дали имя целому северному этносу. Это старый обычай древних ариев, считалось: через волосы (космы) идёт энергия от космоса.
Чум - этимология та же. Даже визуально похоже на чуб (вверху торчат шесты).
Чум на ненецком "мя". Но все говорят - чум.
Интересно, что многие слова, которые используют ненцы и сейчас, имеющие прямое отношение к главнейшим предметам ненецкого обихода, - не из ненецкого языка.
Аргиш (поезд из оленьих упряжек при перекочёвке) по-ненецки "мюд". Однако принято говорить - аргиш (сразу вспоминаются аргонавты).
Нарты - так говорят, хотя существует много специальных ненецких названий для различных видов женских и мужских нарт.
Хорей (длинный шест для управления упряжной) по-ненецки - "тюр" (вспомним тюрок южной Сибири, откуда пришли самодийцы).
Ларь, латы (доски, пол в чуме).
Макодан - дымовое отверстие в чуме - слово не ненецкое, от "маковка дана"!
Арка - великий; весьма популярное старинное приветствие: Нум арка (бог велик).
Изначально - гиперборейское (Арктида) АРК=АР (Земля Обжитая) и Ка ("како"- как утверждение..т.е. АРК- это твердо, реально Обжитая Земля...
Сэр - соль, белый и пр. Интересное слово от чуди. Не оттуда ли пошло западноевропейское обращение "сэр"? Ведь и "леди" - от имени богини Лады.
Маранга (морошка)- Мара-Нга (конструкт русского и ненецкого: Мара - богиня смерти, Нга - ненецкий "чернобог".)
Хаяр - солнце.
Харп - северное сияние.
Хард, харад - город, посёлок.
Полярного воробья - пунушку - так и называют "пунах" ("опять", "снова" - чистый санскрит). Кстати, ненцы считали, что на зиму птицы улетают на одно из вышних небес. Наверняка поверье заимствовано от чуди. Древние русы верили, что птицы улетают на зиму в Ирий.
Ям, ямб - море, длинный. Тарем (нен.) - "хорошо" (от Тара, прародительница. Тара - так называли на Севере Полярную звезду).
А вот ясавэй (проводник; тундровик, ведущий аргиш или возглавляющий группу) - слово исконно самодийское, пришло с кочевниками из Южной Сибири (вспомним ясу - свод законов Чингиз-хана. Семантически - "то, что ведёт").
Шаман - так называют, хотя по-ненецки - "тадибя".
Шаман - слово древнейшее у многих-многих народов. (Ша-ман) - ША – древнерусское "защита", силовое противодействие внутреннего Духа Человека Тёмным силам Нави на попытки повлиять на его энергетическое поле. Получается "Человек-защита".
Парма - возвышенное место. Говорят "моя парма" - место стойбища, например.
Пласт ненецкого фольклора (эсхатологические мифы, а также легенды про героев в железных малицах, умеющих летать) – наследство от чуди. Одежда ненцев стала запашной и с капюшоном, заимствовали и многие орнаменты.
Во внешности тоже произошли изменения: не так уж редки голубые глаза; один из ненецких родов носит имя Вэли («светлые»).
Прикочевавшие в Заполярье ненцы унаследовали древние чудские святилища (на Вайгаче, Море-ю и др.)
Глава 5. Ненецкий бубен
Для ненецкого менталитета характерно не просто обожествление природы – а ощущение абсолютного единства человека с окружающим миром.
Земля - живая, любящая мать и никто не хотел причинять ей боль и поэтому не рыли могил. Хоронили на родовых сопках - поверх земли в домовинах на ножках. По сути – это зороастрийский обычай – не осквернять стихию земли. Кстати, даже русские в наше время в Нарьян-Маре (и кое-где на Урале) хоронят только на помосте, укреплённом в могиле, и накрывают гроб ещё одним дощатым помостом (получается камера). Только после этого засыпают землёй или песком (там, где земли нет).
Вселенная представляется ненцам в виде трёх миров, расположенных вертикально друг над другом: Верхнего, Среднего и Нижнего. Верхний мир состоит из семи небес, населённых божественными созданиями.
В прежние времена шаман гулом бубна связывал Верхний мир со Средним миром - нашей землёй, которая, кроме людей и животных, населена духами-хозяевами земных ландшафтов и стихий. Звук бубна связывал также мир теней (Нижний мир) и круг жизни (Средний мир).
Шаманы оберегали народ, лечили, искали пропажу оленей, да что только они не умели! Шаман мог найти ответ на любой вопрос соплеменников. И в этом во время камлания ему помогал звук бубна-пензера (из шкуры белого оленя и дерева) с колотушкой. Считается, что в бубне живёт дух предка тадебя, который тоже когда-то был шаманом и именно он призвал своего потомка к шаманскому служению.
Ученик шамана получал бубен лишь на седьмой год. Наставник показывал, из какого дерева можно изготовить бубен и какие заклинания произносить. Для обтяжки бубна использовалась шкура дикого оленя-самца, добытого особым образом; тогда же делалась и колотушка-пенабц. Возле горящего костра при помощи колотушки бубен настраивали, ставили ему голос. Хранился бубен-пензер не в простых ездовых нартах, а в священных – хэхэ-хан. Куда бы шаман ни ехал, к его ездовым саням были привязаны олени, которые везли хэхэ-хан с пензером и шаманским облачением.
Ещё через несколько лет ему разрешалось изготовить подвески для своего бубна и через десять лет после этого он считался научившимся шаманом. В целом обучение продолжалось двадцать лет. Тадебя, прошедшие посвящение, давали клятву, что будут всегда служить Светлым духам Добра.
Учились шаманы у жрецов Золотой Бабы за Уралом. Это полиэтничная школа, в которую попадали к наставникам лишь избранные с территории Сибири и современного Ненецкого округа - Русского Севера. Нередко наставники брали детей из своих родов: деды и прадеды учили внуков. Готовили жрецов Тайной Богини Севера, но некоторых учеников отпускали на родину – служить людям, да и школ различной степени посвящения было несколько. Жрецы владели приёмами металлургии, делали сами амулеты из серебра и меди. Диких оленей для изготовления бубна и одеяния добывали, стреляя коваными стрелами из особых старинных луков. Совершали жертвоприношение Великому Духу Огня и другие обряды.
"«Золотая баба» («Золотая женщина») (коми: Зарни Ань; на языке манси - Калтась–Эква) легендарный идол, которому поклонялось население огромных пространств Северо–востока Европы и Западной Сибири".
Будничная одежда - причудливые тёмно-бордовые одеяния из оленьей замши-ровдуги. Шаманское одеяние тадебя – изображает зверя-оленя-птицу с многочисленными подвесками-амулетами. Сердце шаман прикрывает круглым овалом из меди (ныне – круглая нашивка). Шаманское сердце – вместилище жизненной силы тадебя. На лице повязка с нашитыми на месте глаз медными бляшками и с бахромой, - проникнуть в мир духов можно лишь внутренним взором.
Для того, чтобы быть посвящённым в жрецы-хранители, необходимо было пройти иные испытания и дать обеты.
Быть выбранным в ученики шамана непросто… Младенцу – будущему тадебя-шаману - даже благополучно родиться было проблематично. Считалось, настоящий шаман рождается шестым ребёнком у женщины, чьи предыдущие дети умерли вскоре после рождения. Чтобы злые духи не могли погубить шестого младенца, в тундре бытовал старинный обряд подмены матери: рожала одна женщина, а все вокруг делали вид, что роды у другой, поздравляли её с младенцем и пр. Люльку ставили рядом с ней, а родная мать украдкой приходила к ребёнку, чтобы покормить.
Кстати, все ненки испокон века рожали стоя и без крика (опять же – чтобы не привлечь духов). Вынося ребёнка из чума, произносили старинное ненецкого заклинание, которым вручали ребёнка защите и заботе Светлых Добрых Духов. Кланялись им на все четыре стороны. Кстати, у русских до христианства был подобный обычай: отец выносил дитя, представляя Солнцу, Луне и стихиям.
После Октябрьской революции многие шаманы были репрессированы. Прервалась преемственность поколений, исчез или ушёл далеко в подполье «институт обучения» как таковой. Изменились и бубны. Пензер прежде мог брать в руки только шаман. Для непосвящённого человека это реально небезопасно: в XX веке это не раз проверено на настоящих шаманских бубнах учёными с самыми страшными последствиями.
Сейчас мастера в основном делают бубны, которые используются в качестве сувениров и как музыкальный инструмент.
Бубен с выделанной шкурой
без хозяина замолк…
В этот день – прощальный, хмурый –
догорал закат пурпурный,
тайну пряча под замок…
К тайне ключ – скрыт в смысле зова,
что волнует чью-то грудь!
Молодой Владыка Слова
бубен жить заставит снова,
к прадедам отыщет путь!..
Но пока – бессильно, немо,
вещий бубен замолчал.
Боги грустно смотрят с неба,
как шаман уходит в небыль,
бросив свой земной причал…
(Прокопий Явтысый,
Перевод с ненецкого Вадима Гордеева)
По словам ученых, когда шаман танцует у костра и бьет в бубен, вызывая духов, то находящиеся рядом зрители как будто тоже видят духов. На самом деле шаманы вводят себя и людей в глубокий транс. Лабораторные исследования показали, что бой в бубен вызывает изменения центральной нервной системы. Шаман бьет с частотой 4-7 ударов в секунду, этот ритм совпадает с частотой мозговых волн, которые связаны со сновидениями, гипнотическими образами и трансом. Эксперимент советских ученных с использованием электроэнцефалографа обнаружил, что шаман за десять минут исполнения этой «музыки» достигает такого транса, который японские мастера дзен добиваются после шестичасовой практики глубокой медитации. Под монотонные ритмы шаманского бубна психическое состояние приходит в норму."
"Особую тайну представляет волхование северных шаманов рядом с этими спиралевидными каменными мегалитами - лабиринтами.
Очевидцы рассказывают, когда шаман танцует у лабиринта и бьет в бубен, вызывая духов, то участники действия как будто тоже видят духов. Что это - гипноз - или реальные проявления тонкого мира?
Ритм шамана с частотой 4-7 ударов в секунду вводит правовое полушарие участников камлания в особое измененное состояние, в котором открывается связь с "коллективным бессознательным", как называл Карл Юнг феномен, часто упоминаемый сегодня как "энергоинформационное поле".
Под монотонные ритмы шаманского бубна участники действия выходят на какие-то другие уровни понимания этого мира. "
Глава 6. Александр Ледков
Восходящая звезда ненецкой литературы - Вадако” Ларь (Александр Алексеевич Ледков), автор новых эпических сюдбабц (песни про богатырей).
Предлагаем вам синопсис начала героической песни «Хасава сюдбя» – «Мужчина-богатырь». Ненецкие эпические сказания читали прежде много дней подряд. Сейчас сказителей фольклора почти не осталось.
Вадако” Ларь делает собственные импровизации на темы ненецкого эпоса.
О каких только богатырях не сказывали сказок и легенд… Помните, русский Илья Муромец тридцать три года на печи просидел, пока калики перехожие ему не помогли обрести силу богатырскую.
Вадако” Ларь в Нарьян-Маре не так давно стал писать ненецкие эпические сказания. В его героической песне-сюдбабц «Хасава сюдбя» будущий богатырь изначально не только не умел ходить, но и не говорил от рождения. О нём с любовью заботились мать и сёстры. Когда их всех увезли (как потом окажется - замуж), пришлось всему научиться самому: вставать и ходить.
До этого он ходил только во сне: «Во сне я по облакам хожу. Я такой большой, что земля меня не выдерживает. Где пройду, там озеро, где отдыхаю лёжа, там море. Тогда я на облака поднимаюсь, по ним хожу. По облакам ходить очень хорошо, мягко, сверху видно все. Там олени ходят, там деревья от ветра гнутся, а там, в океане, медведи с моржами за льдины борются. А вот чум стоит, маленький, меньше облака. В чуме сопит кто-то, видно крепко спит. Чум маленький, а облака большие, мешают смотреть. Я на облака дунул и из них снег выдул, снег на чум начал падать».
Оказывается, будущий богатырь видел с облака самого себя в доверху занесённом снегом чуме:
«Тут я проснулся. На меня с макодана снежок упал. Сестры моей Ябтане не видно. В чуме темно, только в очаге маленький огонёк, да в макодане свет сквозь снег еле пробивается. Я лежу, по сторонам взглядом вожу. Никого нет».
Говорить его учил огонь костра, что посреди чума: велел подвинуться поближе, раскрыть рот пошире и выстрелил раскалённой искрой. Так Хасава заговорил.
Потом огонь очага дал ещё советы, среди них последний:
– Слушай меня, я скажу, как из чума выйти. Но запомни, через три года вернись в чум. Эти дрова я три года есть буду. Через три года ты придёшь, новые дрова мне принесёшь. А теперь, как ты из чума выйдешь? Надо тебе через макодан (дымовое отверстие) выпрыгнуть, только так из чума можешь выйти. Как из чума выйдешь, сам решай, что дальше тебе делать». И вот он выпрыгивает через макодан, а на улице «ветер снег гоняет, а на небе братья-сполохи друг другу разноцветные тынзеи-арканы начали метать. Хорошо на улице, воздух свежий, а в небе звезды на меня смотрят, удивляются, откуда я такой появился, откуда выскочил… Я есть и у меня слово есть. Я ходить могу, говорить могу и передо мной тундра, как стол. Куда хочу, всюду могу пойти».
Идти по глубокому снегу нелегко, он провалился по пояс. Герой придумал, как можно легко по снегу ходить, интуитивно нашёл волшебный способ:
«Чтобы по снегу ходить, надо легче стать. Из головы тяжелые мысли убрать надо… Пимы подвязаны, малица подпоясана, ветер мои волосы треплет. Голова моя легкая, тело легкое. Сейчас мне надо легкими шагами идти. Я по снегу пошел легкими шагами. Ноги мои глубоко в снег не проваливаются. По снегу теперь хорошо иду, легко. Мои первые следы на снегу были похожи на ямки разрытые, оленями разрытые будто. Когда далеко от чума отошел, мои следы похожи на ямки от куропаток, когда куропатки из-под снега вылетают, на такие ямки мои следы похожи. Легко теперь иду, быстро теперь иду».
Хасава идёт и слышит всю тундру. Это удивительное умение пришло к нему само собой: «Слышно, как за той сопкой дикие олени под снегом ягель ищут. Слышно, как под этой заснеженной кочкой мыши-лемминги земляные орешки грызут. А еще здесь, в тундре, я слышу морской прибой. На далеком берегу слышно, как прибой льдины береговые ломает».
И видит он по-богатырски далеко, нисколько этому не удивляясь:
«Мои ноги меня несут туда, куда мой взгляд падает. Мой взгляд падает за горизонт. Что за горизонтом, это вижу».
Вы только вслушайтесь в эти львиные слова:
«Мои ноги меня несут туда, куда мой взгляд падает. Мой взгляд падает за горизонт. Что за горизонтом, это вижу».))))))))))))))))))))))
«Вижу я тридцать чумов. Чумы стоят на сопке, сопка, как колода. Все чумы на сопке стоят, а в центре три больших чума. У этих чумов стоят три нарты. На каждой нарте сидит оленевод. Им на нартах хорошо сидеть, они люди оленные, они по тундре пешком не ходят, у них недалеко от чумов олени пасутся. Ребята-пастухи недалеко от чумов оленей пасут, недалеко от чумов ездовых быков держат. Если быки недалеко от чумов, можно их быстро в нарты запрячь. Три оленевода, на нартах сидящие, хотят ехать куда-то наверное, если быков ездовых недалеко от чумов держат. Я захотел имя их узнать, как зовут этих трех оленеводов. Тут один из них говорит:
– Старший Вай, он к нам идет. Проснувшийся Нярава мальтятна Хасава к нам идет.
– Вижу его, Младший Вай. Если Нярава мальтятна Хасава к нам идет, Хасава к нам сам придет. Оленей можно пока не трогать. Хасава к нам быстро идет. К нашим чумам он через одну луну придет.
«Одна луна» – лунный месяц, 29 дней. Воистину, богатырские масштабы: видеть и слышать то, до чего ещё месяц нужно идти! «Моя сила к другой силе ведет», – думает богатырь. Скоро представился случай проверить свою силу. В его голове появился голос: «Возьми большой нож, нож для мяса достань». Он так и сделал и не напрасно: «в близком леске зашумело, с деревьев снег осыпался, а из кустов зверь выскочил большой… Оказывается, лось выскочил, прямо на меня выскочил, на меня бежит.. Я руку с ножом поднял, остриём вверх поднял. Лось от меня на расстоянии тынзея был, когда я руку поднял, только я руку поднял, лось уже на расстоянии вытянутой руки оказался. Я только успел ладонь сжать, крепко нож в руке зажал. Лось сам в мой кулак с ножом стукнулся, лбом стукнулся. От удара моя рука в локте немного согнулась, от удара мои ноги в снег на пол-ладони погрузились… Лось остановился, сразу на бок упал, сразу умер от удара...
Вдруг там, откуда лось выскочил, громкий рык раздался, маленькие ветки с деревьев, как давеча снег от лосиного шума, ветки с деревьев падать стали…Тут над кустами поднялся другой зверь, он, как человек, на двух ногах стоит. У него руки одеты в тёмную шкуру, а на руках его когти, длиной, как мой нож в руках. Голова у зверя, как темный капюшон-сюма, только лицо закрывает. Тут зверь рот открыл, это морда медведя оказывается, а из его пасти клыки торчат, чуть меньше моего ножа в руках. Медведь пасть разинул, из пасти рёв раздался, наверно, убитого мною лося увидел, наверно, это его добыча была. Рёв медведя такой громкий, что снег около него, наполовину снег до земли выдуло. Только я на месте стою, жду, что медведь дальше делать будет… Пока я об этом думал, медведь стал на четыре лапы и на меня побежал, очень быстро побежал. Я к медведю два шага сделал, рукой взмахнул и черенком ножа медведя стукнул в лоб, между глаз его стукнул… Я двух зверей убил, за два шага я два больших зверя положил. Наверно, я сильный человек, только одной силы мало будет, надо знать, где силу применить».
Хасава пошёл по следам зверей, дошел до сломанных медведем деревьев: «по лиственнице ладонью похлопал, кору с лиственницы рукой смахнул. Потом я нож достал, пя’ хар достал, нож для дерева. Ножом я ветки срезал, ножом я вдоль лиственницы провел, лиственницу пополам разрезал, вдоль разрезал. Три раза я ножом вдоль провел по дереву, я из лиственницы две доски гладкие вырезал, две доски для лыж я вырезал. Внизу я ровно подрезал, наверху я заострил — это кончики лыж будут».
Потом «березу поднял, за верхушку одной рукой взял, другой рукой ствол у верхушки обхватил, ладонью обхватил. За верхушку я всю березу через ладонь протащил, все ветки, всю кору-бересту снял. Ножом я вверху и внизу подровнял и получился у меня посох, как хорей — посох».
Потом он разжёг с помощью кремня и огнива костёр. Подержал острые концы досок над костром. От жара кончики досок загнулись наверх, получились лыжи. Потом подошел к убитому медведю, похлопал по шкуре ладонью, сделал надрезы по животу и на лапах. Затем за хвост потянул с медведя шкуру снял. Лося освежевал не менее технологично: «У лося я обухом ножа постучал по основаниям рогов, рога отвалились. Дальше всего лося по шкуре похлопал, ладонью похлопал. Ножом сделал надрезы по животу и ногам, взял за хвост, за хвост всю шкуру снял. Теперь у меня две шкуры, шкура медведя, шкура лося». Потом у костра обе шкуры на лыжи натянул: «одну лыжу обтянул шкурой медведя, другую — шкурой лося. Горячая смола приклеила мездру шкур к нижней стороне моих лыж».
Нанизал он тушу лося на берёзовый посох, над костром подвесил жариться: «Костер недолго горел, до вечера горел, до вечера мясо туши лося хорошо прожарилось. Как мясо приготовилось, я и поужинал слегка, всего лося я съел, только косточки да рёбрышки остались».
Наутро Хасава «На лыжи встал, одна моя нога стоит на лыже, подбитой шкурой медведя, другая нога — на лыже, подбитой шкурой лося. Одну ногу я привязал лапами медведя, когти медведя, как защелки, сцепились друг с другом, другую ногу привязал ногами лося, копыта лося сцепились между собой, словно пряжки. Я посох поднял, посохом оттолкнулся, на лыжах заскользил. В снег совсем не проваливаюсь, на лыжах ходко иду, быстро иду. На ближайшую сопку поднялся, на свои следы посмотрел, следов от лыж не видно, где я прошел, следов нет. Мои лыжи шкурами зверей подбиты, сзади на лыжах короткие хвосты зверей висят. Эти хвосты следы от лыж заметают, где я на лыжах прошел, не видно, что я здесь прошел. Я незаметно хожу, не видно, где я прохожу. Теперь проверить надо, как быстро на лыжах ходить могу? Стоя на невысокой сопке, я вперед посмотрел, другую невысокую сопку увидел. Та сопка недалеко, один олений переход до той сопки будет. В сторону той сопки я крикнул вполсилы, громко не крикнул, негромко крикнул. Как крикнул, к той сопке я на лыжах устремился, посохом оттолкнулся и до той сопки на лыжах помчался. До сопки я быстро докатился, на сопку быстро поднялся и остановился. На вершине сопки остановился и повернулся в сторону той невысокой сопки, откуда я примчался. Только повернулся и услышал звук своего крика, от той сопки эхо своего крика услышал. Значит, на лыжах быстро хожу, быстрее крика хожу, быстрее эха хожу».
Богатырь не особенно удивляется своим умениям, воспринимая их, как должное: ведь он других людей не видел.
И вот он пришёл к стойбищу Трёх Вай. Слышит их обращение: «Давно тебя ждем, такого сильного человека давно ждем… Дверь чума, как крыло птицы взметнулось, дверь чума стремительно открылась. Из чума красивая женщина вышла. На женщине паница красивая, таряв’ паны на ней, из белки её паница сшита. Женщина сама красивая и одежда её красивая. Она на меня смотрит и улыбается. Это моя мать, оказывается, она ко мне подбежала, меня за пояс обняла». Оказывается, она теперь жена Старшего Вай.
И пошли в чум праздновать добрую встречу. После пира говорит Хасава матери:
«Вот тебя нашёл, потом сестер своих найду, как им живётся посмотрю».
Эту героическую песню автору ещё продолжать и продолжать. Ему удаётся поймать лад старинных сюдбабц, ему дано передать этот лад по-русски. Колоритно, эпично импровизирует Вадако" Ларь и слово-песня с ним дружит.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
