Недокументированная способность

Глава 1

Повезло! Свезло, как говаривал Полиграф Полиграфович. Попал-таки. Можно ли считать везением попадание в злополучного Гарри Поттера? Вопрос конечно интересный. Но на безрыбье, как говорится, и рак рыба. У себя-то я помер. Сердечко прихватило. Так с тлеющим окурком в зубах и сполз с кресла на пол. Прихватило конкретно. Не вздохнуть не, я прошу прощения, пернуть. В глазах помутнело, потом потемнело. Завел, понимаешь ли вежды… А открыл уже в нем, в Поттере.

Сперва ничего не понял. Какая-то крыша, черепица красная. Пятно крови на коньке, или как там оно называется. Ну та хрень, что два черепичных ската соединяет. По лицу тоже кровь течет. Очки вдребезги, я их сразу в карман прибрал. Потом вроде понял. Канонная сцена. Гарри схлопотал в спину обломком кирпича и с перепугу оказался на крыше. Там он поскользнулся и со всего маху приложился злополучным шрамом об черепицу. И помер. И тут же удрал в неизвестном направлении. Следом и личинка Волдика убежала. Ну а в бесхозную тушку вселился я.

Теперь в темпе надо решать, что делать. Оставаться на крыше, не вариант. Пожарные приедут, вопросы будут, то да се. Оно, конечно, дедушка Дамби им память потрет, но… Ладно, это паллиатив. А какая альтернатива? Ну как-то он же на крышу запрыгнул. Вокруг себя не вертелся, аппарейт не кричал. Значит не аппарация. А что у них тут еще есть для перемещения. Порт-ключи? Бред. Значит выброс. Детская магия там, трали-вали. Детская или не детская, но магия же? Магия. А значит пробуем.

Я сосредоточился и пользуясь обрывком Гарриковых воспоминаний, представил себе родной чулан. Тот, что под лестницей. Зажмурился и шагнул вперед. В следующее мгновение взвыл от боли в ноге. Треснулся мизинцем об ножку своего топчанчика. Спальное место, понимаешь. Сел на тонкий матрас и перевел дух. Получилось. Выглянул из чулана наружу. В доме было тихо. Осторожно прошел к лестнице и поднялся на второй этаж. Ну а там, в ванную комнату, разумеется. К зеркалу.

Ну что сказать? Зомби, ас ис. Рожа вся в кровавых разводах и местами даже на футболку капает. Умылся, посмотрел еще раз. Вот так номер, а шрама-то нет. Вернее есть что-то, наподобие давно зажившей царапины. И вижу хорошо, никаких очков не надо. Кстати, добыл окуляры из кармана. Отмыл от крови и грязи и убрал обратно. Пусть будут, для вящей маскировки. Ну и просквозил обратно в чулан. Думу думать. Завалился на топчан, закинул руки за голову и уставился в косой потолок.

Значит перемещение. Хорошая штука, ничего не скажешь. Ограничения будут, конечно. Куда же без них. Навскидку, в неизвестное место не перейдешь, ну это очевидно. Либо в пределах прямой видимости. Как, собственно, Гарик на крышу и попал. Проверить бы надо. Как там говорилось. Один раз, случайность. Два, совпадение. Три, закономерность. Спустил ноги с топчана, встал. И шагнул в ванную. Тем же макаром вернулся в чулан. Улыбаясь до ушей завалился обратно на лежанку. Работает. И никаких признаков магической усталости, или там истощения. Ничего. Отлично. Дальше.

Вот есть у меня смутное подозрение, что весь этот бред с волшебными палочками высосан из пальца. И к настоящей магии отношения не имеет. Средство контроля магов, это да, в это я поверить готов. Почему такие мысли? Да очень просто. Вот например музыкальные инструменты. Сиречь устройства для извлечения звука. Гитара, например. А если я резинку от трусов натяну на пальцах и другой рукой подергаю? Звук будет? Будет. Противный, но не суть. Главное ведь что? Звук есть! И еще одно соображение. Старшая палочка, что сейчас в руках бородатого долькоеда. А ведь она сердцевины не имеет. Просто кусок бузины. Это надо проверить.

Я перешел в парк. В те самые кусты, где частенько прятался от Дадлика с его компанией уродов. Отломал ветку попрямее и вернулся назад. В чулане старым перочинным ножиком ошкурил прутик, обрезал поровнее. Взмахнул рукой и заказал "люмос". Огонек послушно загорелся на кончике деревяшки. Вшивенький огонек, куцый. Да и светил неровно как-то, того и гляди потухнет. В полном восторге завалился обратно на топчан. Вот теперь можно и глобальные планы обдумать. И два главных вопроса. Кто виноват? И что делать?

С главным виновником проблем нет. Альбус, много имен и должностей, Дамблдор. Хороший ли он тут, плохой ли. Злобный интриган или спаситель мира, для меня не суть важно. К магглам запихал меня он. Ни цента, ни пенса им не передал. Хотя и деньги имеются и родни у меня половина магического мира. Дальше идем. Спасать этот магический мирок желания никакого нет. Один раз уже спас и даже награду получил. Спасибочки, второй раз наступать на те же грабли желания не имеется. Бледнолицему брату достаточно и одного раза. Стало быть канон идет туда, где никогда не светит солнце. Хотя в Хогвартс сходить не плохо бы. С целью поправить свое материальное положение. Вкусняшек дорогих там полно. В первом приближении план есть. Теперь бы и о путях отхода подумать. Если уж все пойдет не туда. Ну а что, и тут варианты имеются. В этом мире, спасибо Мерлину и маме Ро, есть и Москва и Иерусалим. Понятно, что выглядеть они могут по другому. Не так, как в прошлом мире. Но! Собор Василия Блаженного и Кремль наверняка существуют и здесь. Как и Стена Плача в Иерусалиме. А значит, случись чего, смоюсь и концов не найдут. Расстояние, правда… Но что-то мне подсказывает, что и это не проблема. Значит завтра и займусь. С чего начать только? С банка Грингготс или Министерства? Наверное все же в банк сунусь сначала. А там бой покажет.

Тем временем, за размышлениями, начало темнеть. Дом наполнился голосами и шумом. Потом у двери чулана нарисовалась тетушка.

– Мальчишка, ты в туалет ходил? – Завопила она надсаживаясь.

– Ходил, – я ответил, зная уже продолжение.

– Тогда сегодня ты без еды. Наказан. – Лязгнул навесной замок и послышались удаляющиеся шаги миссис Дурсль.

Ну что же, пришла пора воспользоваться своей недокументированной способностью в личных целях. Тетушка частенько посылала меня в продуктовый магазин. Так что я просто шагнул ко входу в главную торговую точку Литтл-Уингинга. Зашел в магазин, взял бумажный пакет из стопки и двинул в сторону стеллажа с готовыми сэндвичами. Набрал не глядя треугольных пластиковых упаковок, под мышку сунул бутыль колы из холодильника, зашел за стеллаж и шагнул к себе в чулан. Свалил добычу на пол, сам сел на свой родной топчан и принялся вдумчиво питаться.

...Куда идем мы с Пятачком? Большой, большой секрет… Это я напеваю. Утро раннее, промозглое, даром что конец весны. Туманный Альбион, блин. Магглы мои еще спят, а я топаю себе, помахиваю прутиком-палочкой, речевки напеваю. Маху я вчера дал с этими сэндвичами. Не сообразил. У Гарика, как оказалось, желудок с наперсток размером. И ему вечное чувство голода привычное. А мне нет. Ну и нажрался от радости. И усрал… Не важно. Половину ночи в туалете просидел. Полоскало конкретно. Но отпустило вроде. Теперь вот стерильный иду. Снаружи и внутри. Впрочем, для моего плана оно и не плохо наверное. Сейчас будем "Ночного рыцаря" вызывать. Или как он там по правильному называется. Ронять палочку не будем, ибо бред. Если бы на каждую уроненную на обочине палочку приезжал автобус… Чушь и бред. Пришлось Гарикову заначку распотрошить. Около пяти фунтов мелочью. Что подарили ему, что прибрал. Надеюсь хватит.

А вот и подходящая обочина. Народу нет, практически. Изредка машины проезжают. Утро все-таки. Ну, понеслась. Ману в прутик и резко опустить, с четко выраженным желанием. Работает. Рядом остановился, возникший словно ниоткуда, странного вида автобус. Со скрежетом открылась складная дверь.

– Куда тебе? – Хрипло спросили изнутри.

– "Дырявый котел".

– Залазь.

Залез. Ну что сказать, похоже на описания, похоже. И тип этот всклокоченный за кондуктора. Озвучил цену. Сикли, кнаты, ничего не понимаю. Предложил фунты. Согласились. Пара фунтов, пара минут нечеловеческой тряски и мы напротив знаменитого бара. Вылез из машины, перешел дорогу. Извлек свои битые очки из кармана. Напялил их на кончик носа, так чтобы можно было смотреть поверх. Посмотрелся в витрину. Ну а что, похож. Вылитый герой-спаситель магического мира. Вздохнул про себя, настраиваясь и шагнул внутрь. Бармена, по раннему времени, на месте не было, посетителей тоже. Прошел насквозь, возле мусорных баков потыкал прутиком в стену. Открылся проход. Отлично.

Так что теперь я топаю по Косой Аллее в сторону банка. Прикидываю будущие разговоры. Собственно тонкий момент лишь один. Откуда я узнал про эту самую Косую Аллею. Отговорюсь маминым дневником, который нашел в вещах тетушки. Если спросят, конечно. Ну а не спросят и не надо. А вот и банк. Красивое здание, ничего не скажешь. Прошел внутрь, пролепетал застенчиво просьбу клерку. Тот меня опознал влет, отвел к поверенному рода Поттер. Тот естественно мои поползновения в сторону родового золота пресек, мол возрастом не вышел. Ожидаемо. А зовут-то его Крюкохват. Канон, однако. Теперь осталось проверить, полный ли канон или все же фик. Если полный, то валю в Московию.

– Мистер, Крюкохват, – дрожи в голос побольше, – мне в общем-то само по себе золото и не нужно. Просто я хотел обратиться к врачу. У волшебников же есть врачи?

– Есть, конечно, – зеленомордый оскалился, – а вы чем-то больны, мистер Поттер?

– Вы позволите? – Я стащил с себя футболку и остался в Дадликовых штанах на помочах. Потом поднял глаза на гоблина. Тот посерел, а после почернел даже. При их расовой зелености смотрелось жутко. Прижал что-то у себя на столе и ворвавшемуся мелкому гоблину рявкнул.

– Целителя, живо!

– Нашего, или…? – Пискнул клерк.

– Или! И лучше Сметвика, если доступен. Ну, живо, я сказал!

Мелкого сдуло. Крюкохват выбрался из-за стола, подошел ближе, сотворил какое-то заклинание. Судя по всему диагностику. От нее защекотало внутри и немного засвербело на лбу. Потом старый гоблин свернул свою диагностику и принялся выражаться. Говорил он на гоббледуке, похоже. Я ни слова не понял. Но экспрессию уловил. Очевидно, что это был гоблинский мат. Крюкохват спускал пар, я же плыл в волнах эйфории. Все-таки не канон! Гип-гип ура!

Целитель оказался высоким широкоплечим мужчиной. Гладко выбритое лицо, внушительный нос и внимательные цепкие глаза. И огромные руки с длинными пальцами.

– Что случилось, Крюк? – Спросил он густым басом войдя в кабинет. Гоблин молча кивнул на меня.

– И кто этот задохлик? – Сметвик буквально ощупал меня глазами.

– А вот позволь тебе представить героя магического мира, Гарри Поттера, – Крюкохват скривился в язвительной усмешке.

– Стоп, – целитель выплел своей палочкой какую-то сложную вязь. Толкнул ее так, что я оказался словно в светящемся коконе. Несколько минут мужчина изучал что-то, видимое только ему, а потом принялся ругаться. В этот раз ругань была на английском, но понятнее от этого не стала. Единственно что я понял, так это то, что многократно упоминались детали нижнего белья некоего Мордреда. Насколько я помнил, это вроде бы был один из рыцарей Круглого Стола. Но откуда такое внимание к деталям его туалета, понять было невозможно.

– Парень, – целитель убрал свой кокон и склонился ко мне, – ты где жил все это время?

– У тети с дядей. Петуния и Вернон Дурсль. Петуния сестра мамы. Только они простые люди и волшебников очень не любят. Ненавидят даже…

– А магический опекун… – Мужчина почесал своей ручищей подбородок, – ну да, Светлейший!

– Банк Грингготс берет на себя все траты по лечению и восстановлению мистера Поттера, – это уже Крюкохват вклинился.

– Спасибо, Крюк, – Сметвик кивнул благодарственно и погладил меня по голове. – Тогда мы в больницу.

А у меня случился душевный раздрай тем временем. Старая составляющая личности опасалась прикосновений незнакомого мужчины. Зато то, что осталось от Гаррика так и тянулось за лаской. Эти мои метания душевные от опытного целителя скрыть не удалось. Он стянул с себя мантию и укутал мое тельце с ног до головы.

– Что же с тобой делали, пацан, – вздохнул горестно, прижал к себе и переместился…

В теплой мантии, да на руках здоровенного дяди я моментально сомлел. Так что дальнейшее, по крайней мере в течении ближайших нескольких дней, происходило без моего непосредственного участия. Так, просыпался временами, когда будили. Выпивал противные и не очень микстуры. Потом, как правило, следовала большая чашка душистого бульона и снова засыпал. В общем, события что последовали после моего прибытия в больницу имени Святого Мунго, пришлось реконструировать задним числом. А они были, события эти, были…

Как оказалось, первым делом целитель Сметвик собрал консилиум. Взял со всех клятву о неразглашении и представил мою заморенную тушку. Консилиум целителей выработал два решения. Первое о моем лечении. Длинная простыня потребных лекарств и процедур на пергаменте. Второе решение оказалось весьма коротким. Согласно ему, любителю мармеладных долек лучше было не попадать в волшебную больницу. Так как имелся немалый шанс для него остаться там навсегда.

После консилиума же, Сметвик, разом и ничуть не сомневаясь, пошел на нарушение одного из пунктов устава целителей. И посредством "патронусов" вызвал к себе двух дам. Риту Скитер, скандально известного журналиста и Амелию Боунс. Руководителя департамента Магического Правопорядка. Дамы встретились лицом к лицу прямо перед дверями моей палаты. А поскольку весьма недолюбливали друг друга, то едва не сошлись в клинче. Впрочем, Гиппократ Сметвик легко утихомирил обеих дам. Дальше показал им мою тушку, для чего, как оказалось, раздел догола. Потом препроводил в свой кабинет. Там выдал каждой по листу пергамента с описанием моего анамнеза. Дамы ознакомились с перечнем плохо заживших переломов, дефицитом массы, задержки в развитии и т. д. и т. п…

– Ну и что это за ребенок?-- Как самая занятая, Амелия успела задать вопрос первой.

– Гарри Поттер, – целитель смотрел с интересом, ждал реакции.

– Что?! – Тот самый, Гарри Поттер?

– Тот самый. Спаситель магического мира.

– Да жену Мордреда жопой на коромысло…! – Мисс Боунс всегда отличалась редкостным хладнокровием, но тут ее прорвало.

– А можно поговорить с мальчиком? – А это уже Рита прорезалась.

– Можно, – целитель покивал, – но недолго. Ребенок очень слаб. Кроме того, учитывайте еще один нюанс. Мальчик воспитывался у магглов. О Магическом Мире не знал ничего. Но пару дней назад он умер. Побывал за Гранью, вернулся и уже на следующий день объявился в банке, у гоблинов. Понимаете…?

Ну что сказать, разбудили. Я проморгался с некоторым трудом, а у постели две тетки сидят. Как я понял, Скитер и Боунс. Они мне вопросы, а я им, соответственно. Довольно быстро выяснилось, что мои познания о магмире они относят к пребыванию Поттера за Гранью. Последний потомок Певереллов, не хухры-мухры. Чудесно, решил я про себя, вот и про Лилькин дневник врать не надо. И под эту мистику вывалил им все. Ну все что знал, разумеется. И про старуху Фигг с книзлами, и про двух кретинов, Флетчера с Динглом, и про Дамблдоровы артефакты, которыми он напичкал дом Дурслей. Ну а что, я же со Смертью общался, это вам не баран начихал. Дамы удалились заряженные на работу, а я перевел дух. Потом улыбнулся довольно. Сделал гадость, в сердце радость. Жизненное кредо Павлика Морозова. Теперь и поспать можно. С чувством глубокого удовлетворения от хорошо сделанной работы.

Пожилой джентльмен, положил в рот конфету, имеющую вид лимонной дольки, отпил глоток горячего утреннего чая и довольно улыбнулся. В замке Хогвартс наступал новый день. Совсем скоро надо будет пойти поприсутствовать на завтраке. Потом студиозусы расползутся по занятиям и можно будет снова расслабится в своем, директорском, кабинете. В стекло окна кто-то дробно постучал. Директор встал, забрал у почтовой совы газету и вернулся в кресло. "Ежедневный пророк" хмыкнул он по обыкновению. Пафосное название для газетенки конечно, но куда деваться. Другой нет. А эта все же министерский рупор, как не крути. Весь разворот занимал новый репортаж Скитер. Что там эта скандалистка накопала такого, подивился старик. Посмотрим…

На первых строках статьи располагалась фотография исхудалого ребенка, которого когда-то освободили армии союзников из лагеря смерти. Дамблдор без интереса мазнул взглядом по картинке. Уж он-то навидался в свое время. Причем в натуре. Друг Геллерт в этих лагерях такое творил… Совсем, похоже, у дамочки с материалом туго, раз уж она обращается к материалу сорокалетней давности. Он хихикнул и перевел взгляд ниже. И смешок замерз на старческих губах. Ибо дальше шла колдография. А с нее улыбался малыш Гарри. Снимали явно в больнице. Койка, интерьер, все опознавалось влет. Откинутое в сторону одеяло и тельце на простыне. А разницы с той первой фотографией и нет, практически. Панические мысли заполнили голову старого директора. Потом они, эти мысли устроили хоровод в черепной коробке. Потом… Хоровод утих и осталась одна, главная мысль. Все пропало! Нет, не так. ВСЕ ПРОПАЛО!!!

Вся программа, многолетняя интрига, расчеты, планы, годы селекции… Все пошло прахом. Но как? Как этот клятый мальчишка узнал о волшебном мире. Петуния проговориться не могла, это ясно. Как? Он зашарил глазами по тексту. Буквы сливались и разбегались под взглядом. Вот, палец уткнулся в нужный абзац. Паршивец умер. Побывал там, куда боялся попасть Великий Белый и вернулся. Но ведь это сказки! Какая, на хрен, Богиня Смерти. А в дары Смерти ты веришь, глумливо сказал внутренний голос. Это другое! – В голос заорал старый маг. Потом затих в кресле, обхватив голову руками. В любом случае, сперва надо поговорить с мальчонкой. Понять на ком он запечатлелся. Он все еще официальный опекун мальца. Забрать, найти другое убежище, в "стазис" засунуть, наконец. Выпускать из рук практически готовый сосуд нельзя. Это-то понятно. На подготовку нынешнего ушло чуть ли не пятьдесят лет. Следующего можно и не дождаться…

К счастью у магов имелась лишь одна больница. Тот самый госпиталь имени святого Мунго. Очевидно, что Гарри находился именно там. Туда старый маг и отправился. Не сразу, конечно. Сперва отсидел положенное на завтраке. Покивал студиозусам с доброй, фирменной улыбкой. Те, правда, кидали на директора весьма странные взгляды. Минерва тоже порывалась сказать что-то, но слушать ее ни желания, ни времени не было. Так что, едва закончился прием пищи и ученики разбрелись по классам, как директор исчез в зеленом пламени камина.

Он вышел из камина в холле госпиталя, очистил себя от сажи привычным жестом и направил стопы к стойке ресепшена. И понял, что просто не будет. Медиведьма за стойкой сверлила приближающегося мага весьма неприятным взглядом. Рук ее видно не было, но по напрягшемуся плечу можно было предположить, что женщина то ли нажала там у себя что-то, то ли приготовила палочку. А может быть сделала и то и другое.

– Вы что-то хотели? – Голос дамы был холоден, словно вода северного моря.

– Я являюсь опекуном Гарри Поттера, – Дамблдор изобразил самую приятную из своего арсенала улыбку, – мне надо навестить подопечного.

– Зачем? – Со спины раздался мужской голос.

Старый маг развернулся и увидел целую делегацию встречающих его. Гиппократ Сметвик и Янус Тики, ведущие и известнейшие целители, пару медиведьм за их спинами, так мало того, еще и пара авроров по бокам группы. От мельтешения лимонных и алых мантий заболели глаза. Однако отступать было нельзя.

– Как я уже сказал, – старик снова улыбнулся, – я опекун…

– Уже нет, – а вот Сметвик не улыбался. Смотрел неприязненно, даже зло. Потом сунул в руки директору Хогвартса пергамент.

Мистер Дамблдор опустил глаза на развернувшийся в руке свиток, пробежал глазами текст и похолодел. Это было решение Визенгамота о временной приостановке опекунства. Похоже, что судьи заседали ночью. А его, председателя, даже не известили. Это что, заговор?

– Это заговор? – Он попытался спросить грозно, но голос сорвался.

– Совершенно верно. – Гадский Сметвик скалился ему прямо в лицо, – что Альбус, вам показалось мало того, что вы творили с дружком своим Геллертом в Европе? Решили и в Англии устроить филиал Дахау? К вашему, господин директор, вниманию следующий факт. Прямо сейчас в Хогвартс отправляется сводная группа авроров и целителей. Будут проверять учеников на предмет ментальных внушений и следов применения зелий. Что с вами, господин Дамблдор, вам плохо?

Перед глазами старого мага потемнело. Его повело, ноги ослабели. Он попытался достать палочку, но не нашарил ее, руки упали. Сквозь наступающее беспамятство почувствовал лишь, что тело подхватили, понесли куда-то…

Гарри вышел из больницы спустя три месяца. Позади остались бесконечные процедуры, упражнения, зелья. Он был необычайно благодарен целителям. Самочувствие стало просто превосходным. Ну и кроме того время зря малец не терял. Освоил кое что полезное. Конфундус например. Внушение выходило легким и поверхностным, но большего и не требовалось. Перед выпиской его навестил Крюкохват. Снабдил небольшой суммой денег, посетовал, что остальное станет доступным лишь после совершеннолетия Поттера. Гарри на сетования гоблина внимания не обратил, наоборот, благодарил от души. Чем растрогал зеленошкурого до глубины его гоблинской души.

В холле больницы ждали Малфои. Они получили право на опеку, так как Нарцисса Малфой, в девичестве Блэк, приходилась довольно близкой родственницей Гарри. Был еще Сириус Блэк, крестный. Но тот проходил реабилитацию после Азкабана.

… Ишь вышагивают, красавчики блондины. Что тетка, что муж ее. Хорошо хоть мелкого отпрыска с собой не притащили. Тетушка Нарцисса с поцелуями полезла. Ну почему бы и нет, баба красивая, фигуристая. Сам Малфой потрепал по волосам, повел к камину. Ну а почему бы и нет. Гляну одним глазком на их хоромы. Так-то у меня уже и планы сверстаны на ближайшее будущее. А неплохо живут буржуи. Экий мэнор у них, прямо дворец. Познакомился с отпрыском Малфоев. Драко, все как в книжке. А вот теперь начнем ломать остаток канона. Мне же нужно что? Пересидеть где-то в глухом углу. Так-то, в процессе вселения, пока исконный Поттер помер, с него же послетало все, как я понимаю. Крестраж, ограничители с магического ядра и, как я надеюсь, связь с крестным и контракт на обучение в Хогвартсе. Но вот как это проверить? Ритуалов я не знаю. А значит остается что? Правильно, забиться куда-то в глухомань и там дождаться дня рождения. Одиннадцать лет ведь не за горами уже. Всего-то половина года осталась.

В общем, отправили меня в свои покои переодеться к обеду. Спешить некуда особо. Так что принял душ, обсушился. Из предложенных нарядов выбрал черный костюмчик, белую рубашку, темные туфли. Оделся и шагнул на Косую аллею к банку. Там у клерка поменял галеоны на фунты. Прилично получилось, кстати. Вышел из банка и сосредоточился. Представил себе Стену Плача, и шагнул.

На месте. И выглядит почти также. Я в своем костюмчике почти не выделяюсь. Шляпы нет, правда. Но это дело наживное. А вот без кипы нехорошо. Лавка менялы нашлась в Армянском квартале. Совсем рядом, только по лестнице подняться, и пройти немного. Там поменял фунты на местные шекели. Правда без конфундуса не обошлось. Больно уж у хозяина меняльной лавки глазки алчно заблестели. Ну так мелкий малец с пуком банкнот в руках. Но не срослось у него, не вышло обжулить. В соседней лавке прикупил черную шестиклинную кипу с прищепкой. Пристроил на темечке и двинул на выход из старого города. Куда? А в Меа Шеарим, квартал ортодоксальных иудеев. Благо он тут неподалеку, дорогу только перейти. Вот здесь уже пришлось попользоваться внушением по полной. Зато и результат на лицо. Бедный сиротка Моше Кадар устроился учеником в неприметной ешиве в районе Бейт вэ Ган. С пансионом и перспективами учебного роста. Аж на раввина выучиться можно.

В общем живу, учусь. Язык у меня с прошлой жизни есть. Не так чтобы прямо отличный, но для начала сойдет. Это, кстати, одна из причин, почему я в эту Землю Обетованную двинул. Какие там порядки в нынешней Московии бог весть. А тут, по крайней мере, многое знакомо. А оставаться у Малфоев? Нет уж, благодарю покорно. Он же меченый, Малфой-то. Вдруг решит откупиться мной от своего хозяина. Буде тот вернется. Нет уж, спасибочки.

А в ешиве хорошо. Вставать правда рано приходиться. В пять утра как штык. И на моление в синагогу. Натощак. Потом школа местная, религиозная. Общеобразовательных предметов практически нет. Читаем Тору. А кормят неплохо, хоть и однообразно. Питы, хумус, яичница. Да плевать, немного осталось потерпеть.

Ну дождался, а как же. Одиннадцать стукнуло, жду. И тишина. Ни сов, ни томлений в ядре. Отлично. Значит и с этим этапом можно заканчивать. Последний бросок остался.

Старший волхв, Варсонофий, руководитель магической школы Кодовтворец, работал с документами в своем кабинете. Приближалось начало учебного года и как всегда дел было невпроворот. Неожиданно дверь кабинета приоткрылась и в щель просунулась голова помощника.

– Мэтр, – секретарь неуверенно улыбнулся, – к вам тут просится на прием некий юноша. По виду, абитуриент, но…

– Как зовут его? – Волхв поднял голову от бумаг.

– Игорь Гончар…