Не Оборачивайся...

Глава 1

Пасмурный день, близ ноябрьских сумерек. Унылая синева просачивалась сквозь широкие окна обширной синевато-белой залы, в которой пол был паркетом с легким глянцем лака, ту синеву отражавшей. Некоторое количество тусклых фотографий на стенах, огромная стена текста близ них, легкое матовое отражение в тех… Близ окна вдаль стоял и смотрел кашатноволосый юноша, чуть сощурив взор своих карие глаз, что отражали далекий-далекий ярко светящийся город, освещаемый лучами кровавого диска красным цветом. Вместе с тем в окне он видел и мигание светофоров, бег машинных фар, огромный мерцающий баннер, что так и норовил отразиться в пластике подоконника… Когда смутная тень юноши в сумерках услышала открытие двери, он сразу же пошел куда-то назад, вошел в кабинет и сел.

Это было тесное помещение, в котором было два стола, какие-то пластиковые шкафы с кучей папок, а также с люминесцентной лампой на одной из стен, что освещала все вокруг бледно-зеленым светом. Юноша сел перед одним из столиков, где сидела чуть хмурая женщина пожилых лет, достаточно полная и имеющая нос крючком. Оторвавшись от своего дела за компьютером, она не сменила свой хмурый взгляд в котором отражался свет белого черного старого монитора.

-Я смотрю на отчисление идем, Дмитрий?..

-Какое отчисление?..- спросила тень Дмитрия на фоне люминесцентной лампы.

-Обычное… давайте сюда вашу зачетку…

Дмитрий чуть нахмурился и достал из куртки зачетку темно-зеленого цвета с потертыми буквами позолотом. Она некоторое время посмотрела ее, изредка посматривая на Дмитрия.

-Все сдано до сессии… ко мне никаких претензий быть, вроде как… не должно?..

-Вы кажется не поняли, когда я сказала идем на отчисление...- убрала она зачетку куда-то в стол, заперев на ключ.

Дмитрий чуть выпрямился, чтобы посмотреть, но не успел, после чего недоуменно посмотрел на нее.

-Я надеюсь… вы понимаете о чем я?…

Дмитрий лишь спокойно нахмурился, чуть напрягая скулы, после чего ответил:

-Я выберусь. Из этой. Дыры.

После чего встал и пошел к выходу.

-Стойте, куда вы?.. Я же…

-Пятьдесят?..- спросил он.

-Можем сойтись и на этом.

-Будет вам пятьдесят...- вышел он и закрыл дверь, а после, за дверью, сказал.- Кашолка… будет тебе еще… пятьдесят… ни гроша не получишь…

Дмитрий достал сигарету из кармана и закурил прямо тут, начав спускаться по лестнице вниз, через сумеречную синеву и свет ярких бледно-зеленых ламп на стенах, на фоне которых он был лишь смутной тенью. Чиркал он зажигалкой, освещая на секунду свое лицо, а после освещая тусклым тлением сигары, шел, пока не спустился вниз и не прошел через турникет.

-Э, малец, хватит курить уже! В последний раз говорю!

-Нахрен иди!- махнул ему рукой Дмитрий и вышел, выдохнув дым и начав выходить с огражденной территории университете на фоне багрового пасмурного заката в легкой мороси, которая падала с неба на его кожаную черную куртку.

Он вышел к светофорам, что ярко освещали улицу своим тусклым зеленым светом, где светло-бледные фонарные столбы подсвечивали машины и их красные задние фары, чей красный свет отражался в металлопрокатном заборе через дорогу. Там лежала другая огороженная территория к которой он и шел… Пройдя сквозь небольшой переулок, он вышел на старую, выложенную мозаикой во внешней отделке бетонной коробке, где, найдя один из подъездов, он увидел красное свечение цифр домофона. В тусклом свете красного этих цифр, он откопал ключи, видя блики красного цвета на своей куртке, а после прислонил ключ к специальной выемке. Он вошел внутрь темноты этого места…

По вечеру он откопал сбоку переключатель и нажал его. На лестничном пролете засветилась люминесцентная бледно-зеленая лампа, осветившая зернистый чуть влажный синий подъезд со множеством коммуникаций, проходящих через матовый потолок, полный поношенной и обшарпанной краски, паутины и редкой пыли, в которой блестел этот свет. Сквозь легкую вонь он начал подыматься наверх, убрав руки в карманы. Поднявшись на третий этаж, он увидел шоколадную дверь с какой-то листовкой, на которой было много малоинформативных угроз расправы. Сорвав бумагу и прицелившись в урну в углу подъезда, он кинул смятую бумажку и попал, усмехнувшись, а после только отпер дверь и вошел в свои темные храмы.

Включив свет, можно было увидеть скудность интерьера… Вешалка, что висела на стене была обшарпана и поломана и на ней вовсе не было курток, хотя она рассчитана на человек десять уж точно, один кусок ламината тут перекрывает второй при помощи декоративных ржавых гвоздей, тумбочка с обувью была пуста и тоже обшарпана, тут было крайне тесно, а рыжий свет от тусклой лампочки ели освещал эти странные стены с обоями неприятно зеленого цвета, а также плинтусы еще бог знает каких времен — деревянные и тоже обшарпанные, всегда пыльные. Вместе с этим тут было всего две двери, ибо по правую сторону была еще такая же странная кухня, где стол стоит не близ стеллажей, а напротив чуть поодаль. Ровно также холодильник стоял в другом конце зала, а плита близ стеллажей, как и подобает. Быстро скинув свои ботинки, да куртку, не включая свет во второй двери, он направился в иную дверь, где была небольшая комнатушка, размером дай бог с шестерку квадратных метров, где все было достаточно грязно и не убрано, а когда он включил свет — Дмитрию продолжили мозолить глаза эти странные, страшные обшарпанные обои неприятного мерзкого зеленого цвета. В углу где-то лежали его гантели и ели как умещалась беговая дорожка близ малого шкафа с обшарпанным лаком. Тут был небольшой раскладной диван и как приятное дополнение — стол, на котором был расположен компьютер.

Закрыв дверь, Дмитрий тут же в тусклом свете рыжей лампочки, что без плафона вылезала нагой, включил его и расслабился на стуле, потянувшись и посмотрев в окно, за которым уже стало темно, однако ту странную часть города на возвышенности, достаточно малую относительно остальной, все еще освещал кровавый свет закатного солнца, из-за чего город крайне выделялся на фоне абсолютной синевы остального огромного города. Не придав этому большого значения, он тут же запустил игру, погрузившись в нее целиком…

Сегодня его преследовала крайняя удача — добыча шла рекой, его виртуальный счет виртуальной валюты постоянно пополнялся, а ящики, которые он открывал там внутри приятно его порадовали… в очередной раз… из множества таких же разов и сессий. Он не придавал этому ни малейшего значения, лишь чуть улыбался, когда случалось подобное событие, а после продолжал, словно ничего и не происходило. Спустя час такого времяпровождения в виде пустых кликов мышью, стучанию пальцами по клавиатуре, беспорядочных открытий и закрытий вкладок он-таки решился посмотреть что завтра по парам… две практики. Немного покривив лицо в какой-то странной гримасе, он посмотрел на время. Поняв, что течение суток за окном дает не совсем объективную информацию о реальном времени, он решил продолжить свое триумфальное шествие по сбору валюты, добычи и ресурсов в виртуальном мирке. Потеряв счет времени, он уже и забыл сколько просидел за этим местом… он был настолько погружен в этот процесс нажатия кнопок и получения результатов, что просто в какой-то момент течение времени для него и вовсе приобрело неопределенный характер. В какие-то моменты игры оно замедлялось, а в какие-то ускорялось… не особо напряженная игра прервалась, когда он-таки решился обратить свое внимание на часы.

На часах чудом оказался уже час ночи. Он взглянул в окно и увидел, как часть города на возвышенности теперь стала освещена яркими чуть желтыми прожекторами… высились там о сих пор огромные высокие роскошные дворцы. Опустив голову, Дмитрий решился выключить компьютер. И развалился на стуле, уже было хотел начинать вставать, но его внимание привлекло то, что в комнате стало значительно темнее… словно свет поглотило что-то темное или сдерживало, замедляя фотоны. Во-вторых, компьютер после выключения еще некоторое время продолжал жужжать вентиляторами и лишь спустя какое-то время прекратил. В третьих… за окном стало как-то неестественно темно…

И последнее, что вызвало у него окончательный ступор… он увидел в отражении погасшего монитора странную фигуру в углу комнаты… ровно то же самое он увидел в отражении окна… Дверь была закрыта, хотя Дмитрий отчетливо помнит, что он ее держал открытой, дабы в нее проходил воздух. Более того, в прихожей свет он не выключал, однако из-за небольшого матового окна в двери было видно ровно обратное.

Первое время он думал, что пришли его недоброжелатели, чью записку он смял и нагло забил ей трехочковый в корзину, однако то что он увидел, когда начал недвижимо рассматривать в отражении навело на него какой-то странный ужас. Первое что привлекло его внимание — гуманоидная фигура достаточно высокого роста, разодетая крайне официально, имеющая лысую голову и бакенбарды. Имело место быть подобие какого-то фрака или смеси фрака и сюртука… это была странная непонятная смесь, люди так не одеваются — это точно, но это не выглядело ужасно… это выглядело скорее не соответствуя ожиданиям, но не успел он поднять свой взор на лицо… как увидел, что вместо лица… у этого субъекта, если и вовсе не объекта… была дыра в Черную Бездну… словно из его лица вырвали кусок, а за ней оказалась эта странная дыра, при этом по краям той было видно, что кромки лица в месте разрыва сияли чем-то тускло-белым.

Но мало было Дмитрию этого, так он заметил еще и то, что в углу комнаты находилось черное нечто, что напоминало странную смесь корневой системы и какого-то разлома, что впился прочными венами в стенку, а внутри была какая-то черная пустота, из которой прямо на Дмитрия смотрел яркий черный глаз с красными яркими венами и ярко выраженными веками… и этот разлом разрастался… медленно, но верно…

Дмитрий некоторое время смотрел на существо в отражении своего монитора… он… не решился обернуться спустя десять минут пустого сидения и наблюдения за тем, что вызвало странный ступор и смутный ужас. Он имел рот, но не мог кричать, он имел уши, но ничего сзади не слышал, он имел нос, но не чувствовал какие-либо запахи от этой странности. Все что он мог — сидеть и смотреть… и не оборачиваться назад.

Моргнув пару раз немного более основательно, он не получил результата и даже сделал только хуже, ибо свет еще немного потускнел. С ужасом наблюдая как этот субъект стоит и ничего не делает, опираясь на трость с бронзовым старым окислившимся набалдашником, он видел и то, как расширяется эта загадочная смесь разлома и корневой системы, опутывая угол комнаты венами и сосудами все больше и больше, медленно, но верно. Дмитрий решил включить компьютер вновь пальцем левой ноги. Дмитрий вновь медленно с ужасом откинулся на спинке стула и увидел, что существо никак не среагировало на его действия. Дмитрий запустил игру нажатием мыши, но нажатие мышью было приглушено чем-то, а пространство вокруг начало становиться каким-то вязким и тяжелым и навевающим какой-то странный непонятный ужас давления чего-то более мощного и сильного.

Дмитрий продолжил ту же процедуру, что и ранее — добыча, сбор ресурсов, внутриигровой валюты, открытие ящиков. Изредка он встречался взглядом с существом. Беда была в том, что он быстро понял, что куда смотрит он — туда смотрит и это существо… погасни экран монитора — он увидит как существо смотрит ему прямо в глаза. Подними он взгляд в отражение в окне на фоне тьмы ночи — его взгляд неизбежно встретится с глазом Беспросветной Бездны и взглядом этого странного существа.

Он продолжил играть, но делал это намного быстрее и интенсивнее. Тьма за его спиной разрасталась и уже опутала беговую дорожку, полностью налипла на дверь, закрыв доступ к проходу назад. За окном не виделось ничего кроме города, освещенного прожекторами, в комнате медленно начало темнеть, Свет Меркнет… Наступает что-то холодное, оно внушает ужас.

Существо не сместилось своей позиции даже спустя час интенсивной игры Дмитрия в каком-то паническом ужасе. Он тяжело дышал, но не мог вскрикнуть или обернуться, ибо уже не слышал кликов мыши и стука пальцев по клавиатуре. Логично, что и его крик будет унесен вакуумом наступающей Бездны. Единственная мысль, которая сохраняла последнюю частицу его самообладания была о том, чтобы не обернуться и случайно не посмотреть куда-нибудь, чтобы даже боковым зрением не увидеть это существо. Все что он мог делать — это изредка смотреть в отражение в окне.

В один момент, когда он посмотрел в окно, существо переместилось чуть поближе к нему, причем сделало оно это определенно до того момента как он посмотрел, и он все еще не решался обернуться, лишь продолжив смотреть в саму пучину своим испуганным взором, полным шока и Хтонического ужаса. Теперь он увидел эти черные вены на лице существа, на его руках, что корнями свисали с пальцев, именно теперь он увидел, что его бакенбарды состояли из этих странных корешков. И именно теперь, медленно, его комната начала погружаться в Бездну, ибо загадочная смесь портала и корневой системы, начала закрывать рыжую лампочку, служившую первым источником освещения здесь.

Резко стало очень тяжело, а пространство начало буквально вибрировать, что мог явственно почувствовать Дмитрий. Тогда, когда рыжая лампа ушла в Бездну, он перестал слышать любые звуки, кроме двух — сердцебиения и биения вен в виске. Жуткий, монотонный бит, что он слышал изредка прерывался звуком хлипкости и звуком смазки движения глаз, что то и дело смотрели на освещаемую монитором фигуру в метре от него. Когда Темнота заполнила пространство комнаты, а Бездна уже была в пределах бокового зрения, он увидел, что существо стоит прямо за его спиной, но не предпринимает никаких действий. Лишь стоит и смотрит ровно туда, куда он посмотрит, из-за чего Дмитрий не мог отделаться от ощущения что за ним следят… добавляло еще и то, что он наконец увидел, что глаз в углу комнаты был не один, их было несколько и все они были на одном вращающемся кольце и каждый смотрел прямо на него.

Дмитрий не знает что случилось с его сознанием… это не было похоже на страх… теперь для него это постоянная реальность — вечный хтонический ужас и знание, что на него сейчас безоговорочно посмотрят без всякой эмоции жалости, радости или сожаления. За ним просто будут смотреть не выказывая ничего, что присуще человеку, даже живость взгляда, ведь во взгляде тех глаз было лишь три вещи — это Бездна внутри Бездны глаз… это отражение Пустоты его собственных зрачков, и это отражение всего что осталось здесь, в комнате, когда Бездна подобралась к компьютеру, начав покрывать его своими плотными щупальцами, что пульсировали в такт сердцебиения Дмитрия.

Он уже не понимал что происходит, он уже не пытался понять… он просто продолжал бояться, растворяясь в этом страхе. Казалось, сердце колотилось уже час или два, но и ныне и время потеряло для него значимость. Минута длилась века, а века обращались минутой в один единственный момент времени. Единственное, что он мог сделать, чтобы пустота его не опутала — это отпустить мышь и бросить игру… второе, что держало его на плаву от крика — это то, что загадочная пустота уже давно была под его стулом и ногами, но не опутывала их, а опутывала стол и компьютер… ровно также, черная и пульсирующая Бездна не опутывала окно… Последний источник света, что тут был — компьютер, резко погас, ибо был заслонен и смешался со всеобщей однотонной монотонной темнотой. Теперь здесь остались стул, окно… и далекий-далекий… город дворцов, освещенный могучими прожекторами.

Отражение теперь уже не подчинялось никаким привычным законам. Рамы окна он не видел, однако остались стекла. В стеклах, без всякого источника света, он видел свое отражение и отражение того существа, что дышало ему в затылок… он чувствовал Дыхание Бездны, как из этой дыры вместо лица, вырывались потоки пространства и времени, как они вибрируют, как они заставляют изгибаться материю Мозга внутри Дмитрия, как изгибался и деформировался он в этих вибрациях, сидя и смотря на этот город.

Он не знает сколько времени точно прошло с тех пор, как он перестал отводить взгляд от этого существа, но и дворцы на горизонте где-то далеко не гасли, изредка привлекая его внимание. Изредка и те кольца, что взаимовращались потухли… теперь и они пропали… Дмитрия не переставал отпускать первородный ужас, ибо его скоро лишили бы последнего источника информации, но этого так и не происходило… теперь он боялся его потерять — окно стало для него каким-то символом безопасности и великой вечности, но то было и не безумие вовсе, ибо такой подход в данной ситуации был наиболее рациональным и за это окно нужно было хвататься как за последнюю единственно верную возможность…

Со временем он усомнился и в истинности отражения окна… Дмитрий продолжал с выпученными глазами и суженными зрачками смотреть на существо, но дыхание Бездны за его затылком куда-то таинственным образом пропало. Истинно ли отражение в этом окне?.. можно ли верить всему тому, что показывает ему эта беспросветная Бездна?.. Оно обязано быть верным, ибо если нет — он уже обречен. И пока он верил в это прошла, кажется, еще одна вечность прослушивания биения собственного сердца и игры в гляделки с этим странным существом… Истинен ли его взгляд?.. ибо не разу оно не моргнуло с самой первой встречи… Когда в его голове появилось малейшее сомнение… окно начало медленно поглощаться корнями Бездны, а после растворилась… единственное что он чувствовал — был стул под его телом, который Бездна оставила не тронутым… единственное, что он по итогу видел — это огромный город, освещенный прожекторами… единственное, что он слышал — это собственное быстрое биение уставшего сердца и висков… единственное, что его пугало — Дыхание Бездны.

Когда оно вдыхало, вибрации пространства направлялись в сторону вдыхающего, словно вокруг появлялось множество блинов на водной глади. Когда оно выдыхало — выдыхающий становился этим блином. Это было последнее на что он мог полагаться, зная, что оно. За его. Спиной.

Он начал рассматривать дворцы. Величественные многоэтажные здания, освещенные кровавыми, желтыми и рыжими прожекторами, высокие офисы, выложенные стеклянной плиткой, огромные здания холдингов и бирж, величественные дворцы клубов и ресторанов, великолепные фасады атласных квартир… Дмитрия накрыл еще больший ужас, когда он подумал о своей мечте и что он ее может потерять… это была единственная мысль, что заставляла его оставаться на плаву… мысль, что он не может потерять свою мечту — оказаться там, среди этих величественных… великолепных дворцов… в которых отражаются закатные багровые ложные облака… в которых виднеется какая-то настолько же фальшивая активность… когда он подумал и об этом, о потере своей мечты… Бездна медленно поглотила и этот образ… оставив его наедине с Великим Дыханием…

Нет света. Нет времени. Нет надежды. Нет мечты. Нет истинного отражения. Нет ничего теперь кроме его ужаса ожидания рока, бешеного сердцебиения, стула, его самого и его сознание и это дыхание за его спиной — последнее, что могло бы сообщать хоть какую-то информацию. Он теперь уже и не знал принадлежит ли ему его же сознание… он не знал сейчас он здесь или он теперь уже клон себя… Что есть эта Бездна? Есть ли он сейчас в ней или он сейчас жалкий двойник?.. или может он пленник своего собственного кошмара?..

Внезапно… дыхание… остановилось… вибрации пространства вовсе утихли… время течет так, как оно есть… ведь так?.. или и время уже потеряло значимость? Сколько прошло времени?.. Это уже было не важно… когда он медленно… решил… посмотреть наверх.

Все что он увидел — это то, как вытянулась шея этого существа. Он смотрел прямо в лицо, прямо в дыру, прямо в Бездну. Кромки дыры тускло освещали его лицо в последний раз, как только лицо это резко пошло вниз, прямо в него, поглотив Дмитрия… он… не знает где теперь его сознание… он… вообще без понятия есть ли он теперь…

Утром… в его комнату ворвалось два крепких мужика в джинсах и в свободных куртках — один с трубой, другой с ломом… обыскав квартиру… они никого не обнаружили… лишь перегоревшую лампочку, лежавшую… в углу комнаты.