Навь

Пустой мир

На улице было сыро. Густой туман укрыл весь поселок. Я шел в сторону вокзала, обходя большие лужи. На улице уже стемнело и везде горели фонари, но ни в одном доме не горел свет. Выглядело так словно поселок вымер. Даже собаки не лаяли, когда я проходил мимо забора с надписью «осторожно злая собака».

В конце концов я дошел до вокзала. В нем в отличии от других зданий горел свет, но я бы не назвал его уютным или что-то в этом роде. Лампы словно излучали холодный, мертвый как и весь поселок, свет. Зайдя в здание, меня встретила пустота. Не было ни охранника, который в нужный момент ничего не сможет сделать из-за своего телосложения, ни билетерши которая смотрит на тебя так словно ты виноват во всех ее несчастьях.

Я сел на сиденье и стал ждать электричку. По привычке посмотрел на табло с названием маршрута, но как и в прошлый раз я увидел неразборчивые символы. Благо хоть телефон работал нормально, только связи нет, но во сколько подъезжает электричка я знал и так. Еще десять минут можно посидеть, а потом выйти на перрон.

Спустя те же десять минут из динамиков послышался женский голос. Хоть раньше было трудно понять что говорят, сейчас же казалось что женщина говорит вообще на неземном языке. Как только неведомый человек закончил говорить я пошел на перрон. Кроме меня на нем не был ни души. Вскоре подъехала электричка. Я зашел в первый вагон и устроился на свободном сиденье, других и не было. Через минуту вагон тронулся и я поехал.

Через три станции, на которых в вагон не зашел ни один человек, ко мне подошел кондуктор и попросил билет. Внешне была практически обычная женщина, но у меня пробежали мурашки по всему телу. Я показал ей свой студенческий и сказал откуда и куда еду. Она с улыбкой пробила билет и пожелала приятной поездки. Я никогда не привыкну как они смотрят своими пустыми глазницами.

Остаток пути прошел как обычно. На силуэты в тамбуре я уже давно перестал обращать внимание. Мне даже удалось немного подремать, но поставленный будильник на телефоне не дал пропустить нужную станцию. Надев свой рюкзак я пошел в сторону своего дома. Как и в поселке в окнах многоэтажных домов не горел свет. Это выглядело намного неприятнее. Казалось что многометровые каменные колоссы смотрят на тебя пустыми глазницами. Но самое жуткое было проходить мимо зданий на окна которых падал свет. Лучи фонарей выхватывали пустоглазые лица людей, которые смотрели куда-то в даль. Стараясь не смотреть в окна я дошел до пешеходного перехода. На нем горел красный свет, но машин на дороге не было. Раньше можно было перебежать дорогу и на красный, но не сейчас. Сейчас он следил за порядком. Думая об этом я посмотрел на мирно покачивающийся светофор, части которого ритмично двигались словно дышали.

На другой стороне дороги стоял магазин. В него сегодня мне не надо было заходить. Еды хватит еще на пару дней. Когда я шел по тротуару, мимо проехала машина, пустая как и все в этом миру. Через минут двадцать ходьбы я дошел до своего подъезда. Привычными действиями я взял ключи и открыл дверь. Поморщившись от писка домофона я вошел в подъезд. В нем не горел свет, из-за этого мне пришлось включить фонарик на телефоне. Пытаясь не издать и звука я добрался до четвертого этажа. Благо моя дверь была не заперта. Уже много времени запирать квартиры стало бессмысленно, ведь заходить в чужие квартиры не нормально, особенно для них.

Когда я закрыл дверь за собой то смог спокойно выдохнуть. Скинув рюкзак на диван, отправился на кухню заваривать две порции лапши быстрого приготовления. Попутно я включил фильм на ноутбуке, который смотрел уже не один десяток раз. Когда приготовилась лапша я пошел в одну из комнат, из которой все время доносился громкий стук. Когда я зашел в эту комнату меня встретил злостный взгляд пустых глазниц. На меня смотрел я сам.

Не я

Горячий воздух обдувал мое лицо. Работая расческой я пытался уложить свои непослушные волосы после душа. Против меня играло то что эта прическа была новой для меня и пряди еще не "привыкли" к такой укладке. Но спустя время упорного труда феном и расческой я все таки смог побороть свою прическу.

-а выглядит неплохо.- сказал я рассматривая свой новый имидж.

Темно-русые волосы были причёсаны назад что придавало мне вид какого-то знаменитого актера. До недавнего времени я был сторонником короткой стрижки, сейчас же мне захотелось кардинально изменить свой стиль. Да и не удивительно, ведь теперь я стал директором одной популярной фирмы. Нужно соответствовать.

Спустя пары секунд разглядывания своей новой прически под разными углами, я начал замечать что-то странное в зеркале. Вроде этого пятнышка над бровью раньше не было. Разве у меня был такой оттенок карего? Нос какой-то...не такой? Чем больше смотрел на свое отражение тем сильнее мне начинало казаться что отражаюсь не я. Но почему? Вот же, отражения двигается, как и я. Да и черты лица вроде мои! Что же не так?! Кажется что вот еще чуть-чуть и "он" сделает то что я не делал: моргнет лишний раз, посмотрит в другую сторону, ухмыльнется. Но двойник повторял все досконально, словно насмехаясь над моими потугами выявить его изъян. Мне захотелось отойти от проклятого зеркало, но какое-то шестое чувство подсказывало что нельзя. Иначе "он" победит.

Руки начали трястись. Внутри груди начало потихоньку холодеть. Ноги деревенели. Раньше у меня было такое. В детстве, когда я смотрел в глаза своему зеркальному двойнику. Тогда мне казалось что двойник не он, а я. В моей детской голове зарождались такие абсурдные мысли: "почему я смотрю своими глазами?", "это мои руки и ноги?", "почему я это я, а не кто-то другой?", "почему я могу мыслить?". Такие мысли заставляли задуматься о своей "неправильности".

Сейчас происходит то же самое. Смотря в свое отражения в голове начали мелькать детские, но неимоверно страшные мысли. Я не должен был существовать, я мыслю не заслуженно, мое тело должно принадлежать другому.

Я не знал что заставило меня отвернуться. Может звонок телефона, может писк остановившейся стиральной машинки, может что-то другое. Но мне было плевать. Я как можно быстрее направился в комнату. Надел что попалось под руку, взял телефон и направился к выходу. Проходя возле зеркала я мог поклясться как увидел что "он" ухмыльнулся.