
На севере жуть 4
...А очнулся я — и ничего не понял. Был я не в хрущевке. Не на кухне с Аппаратом. Не в овраге с Разломом. И даже не в 1955-м с его дурацкими демонстрациями. Я лежал лицом вниз на дощатом полу. Пахло креозотом, мазутом и еще чем-то неуловимо родным.
Лицо — как у всех в этих краях: обветренное, серое, с глазами, которые видели слишком много и уже ничего не ждут.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1...А очнулся я — и ничего не понял. Был я не в хрущевке. Не на кухне с Аппаратом. Не в овраге с Разломом. И даже не в 1955-м с его дурацкими демонстрациями.Я лежал лицом вниз на дощатом полу. Пахло креозотом, мазутом и еще чем-то неуловимо родным. Щекой я чувствовал сучок в доске, и этот сучок врезался мне в скулу так навязчиво, как врезается в сознание мысль о неизбежности Страшного суда.— Где я? — спросил я вслух.Тишина. Только где-то далеко, за дощатыми стенами, завывал ветер. Но не полярный, не тот, что гонит тьму и древних богов, а свой, русский, вологодский — пробирающий до печенок, но без метафизики.Я приподнялся. Голова гудела, как трансформаторная будка. Во рту было такое, будто я выпил не самогон, а расплавленную историю советского государства. И закусил Ктулху.Вокруг — полустанок. Маленький, деревянный, с одним окном, за которым — белая муть. На стене — расписание поез…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0