Мы повстречались у перепутья

Глава 1

Мы повстречались у перепутья

Евгений Зайцев

Я встретил его на перепутье, сидя на своем излюбленном месте в тени старинной, осыпающейся стены, некогда возведенной руками мастера, чьего имени никто уже не помнил. Мой гость не переставая поглядывал на свои золотые часы, будто время на них в этих местах хоть что-то значило. Его роскошный черный пиджак уже успел посереть от дорожной пыли, вздымаемой могучим ветром южных степей.

Мужчина заметил меня и дрожащими пальцами извлек из нагрудного кармана очки, которые и нацепил поверх воспаленных, усталых глаз. Он явно страдал от долгого недосыпа.

- Эй, приятель! Поди сюда! - потребовал он. - Я...

- Мне известно кто ты, - отрезал я, не дожидаясь, пока мой невольный гость начнет щеголять своими регалиями. - И я тебе не «приятель». Топай за мной и старайся не отставать.

Я повернулся на своих видавших виды кедах и зашагал по едва заметной тропке, пролегающей среди высокой, желтоватой и сухой травы. Гость медлил еще несколько секунд, но затем осознал, что ждать его никто не станет.

- Ты хоть знаешь, кто я?! - внезапно прорычал он мне практически в спину.

- Я же уже сказал: знаю. Богатый, серьезный и чрезмерно высокого мнения о себе человек.

- Если... Если поможешь, мои ребята... - он закашлялся, наглотавшись пыли.

Приехали! Мы и сотни метров-то еще не прошли, а он уже взмок от пота и стал красным, что твой помидор. Этак его и инфаркт мог хватить прежде, чем мы доберемся до места. Но... меня это не особо волновало. Если честно, этот спутник был не из тех, кто способен вызвать мою симпатию. Мне лишь хотелось как можно скорее пересечь опасную, продуваемую всеми ветрами степь.

В этот день там царила подозрительная тишина, словно ее «обитатели» были не слишком-то рады видеть этого человека в своих краях. Что, в свою очередь, не сулило ничего хорошего.

- Не утруждайся. Знаю, что ты хочешь сказать, - пожал я плечами, поправляя рюкзак. - Твои ребята меня просто озолотят. Но если с тобой что-то случится, то отыщут и закопают живьем. Поверь, не первый раз слышу эти угрозы.

- Секунду... дай отдышаться, - он опустился на пересохшую землю и обхватил голову руками.

Вот не везет, так не везет! Рановато он думалку включил. Да еще и место не лучшее выбрал. Я уже ощущал на себе полные холодной ярости взгляды нескольких тысяч глаз.

- Объясни... - он настороженно огляделся. - Куда ты меня тащишь? Где я?

В следующее мгновение на меня обрушился поток вопросов, стремительный, точно степной пожар. Этот малый был изрядно напуган. Ему хотелось знать, не похитили ли его. А если так, то почему он сейчас топает на своих двоих, а не путешествует в багажнике. Уж не намереваюсь ли я пристрелить его и закопать в этой глуши?

Вопросов у него было полно, но он не дожидался моего ответа, прежде чем выдвинуть очередную гипотезу. И каждая следующая становилась все более безумной. И все же он в конце концов поднялся и угрюмо побрел следом за мной. К счастью, чем более сумасшедшие теории он выдвигал, тем более послушным становился.

Спустя некоторое время мы успешно оставили степь позади и устроили привал возле бетонного ограждения, которое было исписано граффити: «Кобейн не умер! Он вышел покурить!», «Цой жив в наших сердцах!», «Анархия — мать порядка!» и тому подобными. Мне там нравится. Ничего общего с жаркими, пыльными пустошами.

Прислонись к стене, закрой глаза и вскоре услышишь бренчание расстроенных гитар, веселый гомон колокольчиков, щебет юных голосов и перезвон бутылок...

- Эй! Ты! Ответь уже что-нибудь!

Опять этот напыщенный индюк... Я вздохнул, стянул с носа лицевой платок и посмотрел ему прямо в глаза.

- Позволь прояснить. Я уже минут пять как не прислушиваюсь к твоим бредовым фантазиям. Поэтому отвечу только на самые основные вопросы. Нет, тебя не похитили. И очень скоро, надеюсь, я скину тебя со своей шеи. Шантажом и прочей белибердой не занимаюсь. И нет, это никак не связано с тем, что ты воровал и не делился откатами. Во всяком случае не так, как ты предположил. Со временем все поймешь. А пока считай, что просто находишься в туристическом походе и наслаждаешься пейзажами.

- Кто тебя подослал? Где я?

- Слишком уж долго, да и бессмысленно объяснять кто меня «подослал». Лучше отвечу, где мы. Это Храм.

- Чей храм?

- Просто Храм, - я указал рукой на хаотичное нагромождение зданий. Тот, кто ничего не знает об этих местах, мог бы решить, будто все это возведено по проекту некого спятившего архитектора. Впрочем, в некотором роде так оно и было.

Я прикинул предстоящий нам маршрут. К счастью, в этот раз не было нужды спускаться в затопленные подземные туннели. Не нравится мне там. В прерии тоже лучше не соваться. Конечно, там мой гость мог бы много нового узнать о себе, да только жители степи уже явно продемонстрировали, что это плохая идея.

Так что, открытые пространства отпадали. Надо идти напрямую к цели через внутренние помещения.

- Почему мы здесь?

- Потому, что ты этого захотел.

- Я?!

- Да. Мне поручено показать тебе твою мечту. А что делать дальше — решать тебе.

- Это какая-то шутка?

- Нет. А теперь постарайся не шуметь и смотри под ноги.

#

Нашей следующей остановкой стал один из основных входов Храма. Я осторожно переступил через старинный деревянный порог и заглянул в полумрак древнего святилища. Пока все было тихо. Вот и славно.

Сбросив свой рюкзак позади одной из резных церковных скамей, я уселся там же прямо на пол. Мой спутник же изумленно, во все глаза разглядывал окружающую нас обстановку.

В слабом свете, струившемся сквозь дыры в стенах и сводчатом куполе, проступали изваяния давно усопших героев. Вдоль левой стены выстроился мраморный ряд могучих, опирающихся на мечи рыцарей с исполненными святости лицами. Справа же на них взирали золотые, полные безмятежного спокойствия статуи сарацинов.

- Советую присесть рядом со мной и спрятаться, - произнес я.

- Зачем? Что это за место?

- Весьма опасное. И лучше поспеши, если не хочешь схлопотать пулю в голову.

- Ты мне угрожаешь?! - Вот он и переменился. Глаза наполнились жгучим, диким огнем. Он вновь стал таким, каким был когда-то: сильным, деятельным, отважным.

- Не я. Спокойно. Но... САДИСЬ БЫСТРЕЕ!

Он неохотно подчинился.

Всего несколько секунд спустя по помещению пронесся ледяной сквозняк, погасивший свечи. И статуи открыли глаза.

Не было больше никаких мраморных рыцарей и золотых воинов с Ближнего Востока. Только две разъяренные ватаги оборванцев.

Длиннобородый мужчина, вооруженный двумя жутко выглядящими, кривыми кинжалами, было ринулся в бой, но пал под градом пуль, обрушившимся на него из винтовки в руках бойца в хаки.

Мечи против арбалетов, пояса смертников против гранатометов, винтовки против сабель и огнеметов.

Ни оружие, ни одежда более не совпадали с теми, что можно было видеть на изваяниях. В бою сошлись воины древних времен и наших дней. Да и экипировка сражающихся зачастую выглядела странно.

Солдат в заржавленной рыцарской кирасе и противогазе времен Второй Мировой Войны сжег троих врагов из огнемета. Смуглокожий воин в пустынном маскировочном комбинезоне размахивал направо и налево окровавленной саблей из дамасской стали...

Мой гость в священном ужасе наблюдал за этой бешеной и безумной схваткой.

Я жестом показал ему, что он ни в коем случае не должен высовываться. Впрочем, думаю, в этом предупреждении не было уже никакой нужды.

#

В самом скором времени битва завершилась столь же внезапно, как и началась.

Мы вновь сидели в тихой, прекрасной церкви, где по одну сторону стояли мраморные рыцари, а по другую — золотые сарацины. Потоки крови иссохли и превратились в красный бархатный ковер.

Я поднялся и нацепил на плечи рюкзак.

- Чт... что здесь произошло? - спросил мой напуганный спутник.

- Ты и сам все видел, - ответил я. - Битва.

- Но почему? Как? Зачем?

- Ты и сам все видел, - повторил я. - Они обречены сражаться изо дня в день, пока ведут войну их потомки... Впрочем, нет уверенности, что конфликт этот не продолжится и тогда.

- Обречены? Я в аду? Умер?! - вот теперь он и правда испугался до дрожи.

- Что? Нет, - я рассмеялся. - Это было бы слишком просто. И, скажу честно, на мертвеца ты совсем не похож. Но тебе стоило увидеть это место.

Он изо всех сил старался взять себя в руки.

- Но тогда где же мы?

- Похоже, ты меня совсем не слушаешь. Это Храм. И очень скоро тебе все станет понятно... или нет.

Я зашагал по бархатному ковру вдоль центрального нефа, но затем приостановился и оглянулся назад.

- Чуть не забыл... Ни в коем случае ничего здесь не бери. Все должно оставаться на своих...

Я умолк и усмехнулся. Как же все это предсказуемо.

Мой спутник замер в полной неподвижности, широко выпучив глаза. Спустя еще пару секунд он отвесил сам себе звучную оплеуху и вскрикнул от боли.

- Бесполезно, - произнес я. - Даже не пытайся проснуться. Ты не в аду. Не умер. Не спишь. И, предвещая следующий вопрос, не в коме или чем-то подобном. Ты достаточно здоров для своих пятидесяти с гаком лет. Давление 138 на 91. Пульс незначительно учащен, но это не страшно. Задуматься стоит разве что об избыточном весе. Но ничего критичного. Идем. Наш путь еще не закончен.

#

И кто меня тянул за язык напоминать ему о возрасте? Он опять начал обливаться потом, а давление его уже трудно было назвать идеальным.

К тому моменту, как мы поднялись по винтовой каменной лестнице, он совсем выбился из сил.

- И что дальше? - просипел мой гость, когда я протянул руку к растрескавшейся деревянной двери. - Очередные ужасы и спятившие статуи?

- Всего одна. Кстати, он вовсе не опасен. Если только не вставать на пути.

Я толкнул дверь, и мы вошли в темную, озаряемую лишь теплым жаром камина комнату. В пляске огня на стенах проступали гобелены и прекрасные картины.

На мягком кожаном кресле неподалеку от очага сидел усталый, подтянутый мужчина в епископской митре. Опустошенный взгляд его глаз был устремлен в потрескивающее пламя. Этот человек не обращал ни малейшего внимания ни на меня, ни на моего спутника.

Затем — будто бы придя к какому-то сложному решению — он резко поднялся и подхватил стоящий рядом изящный, длинный меч. Мой временный компаньон попытался отпрянуть назад, но я ему помешал.

От стоявшего перед нами человека осталась одна лишь тень. Он ни для кого не представлял угрозы... разве что кроме себя самого.

Под давно не стиранным епископским облачением сияла металлом начищенная стальная броня. Грива каштановых волос расплескалась волнами по могучим плечам. В горделивой осанке этого человека не было ни намека на первобытную ярость уже встреченных нами воинов. И все же усталый взгляд его сверкал мрачной злостью.

-Aut Caesar, aut nihil... - донесся до нас тихий, но полный решимости голос.

Воин-епископ повернулся к противоположной от нас двери и стремительно выскочил наружу.

- А мы... - мой спутник помедлил.

- Нет. Ждем здесь. Это не наша война.

В самом скором времени дверь распахнулась снова, и хозяин покоев ввалился внутрь, едва не упав на пороге. Он был бледен как сама смерть и весь залит кровью... причем, чужой на нем было не меньше, чем собственной.

- Наварра... - слабо прошептали обесцветившиеся губы.

Воин-епископ устало добрел до камина и пал на колени перед висящим над тем портретом. Затем распростер руки и уронил свой прекрасный меч на каменный пол. А спустя секунду превратился в очередное недвижное изваяние.

- Кто это? - спросил мой гость.

- Некогда он обладал большим влиянием. Был епископом. Воином. Убийцей. Святым. Злодеем. Взгляни лучше на портрет.

- Сцена распятия?

- Да. Но будь внимательнее.

Мой спутник подошел к картине, взглянул на нее и тут же повернулся к статуе.

- Это же...

- Верно. Один и тот же человек. Мало кто теперь помнит, что он послужил образом для художников, воплощавших в своих работах образы святых... и даже того, кого они именуют не иначе как Спаситель. Однажды наш радушный хозяин и сам в это поверил. Вот только еще больше на свете тех, кто полагает его жестоким убийцей. И, замечу, не просто так.

Гость присел на пол. Я решил дать ему подумать.

- И все равно не пониманию, - произнес он, наконец. - Зачем мне все это видеть? Почему ты мне это показываешь?

- Поймешь. Мы уже близко, - заверил я. - Вот только не я тебе это показываю. Выбранный мной путь зависел от твоих поступков. А теперь поспешим. Нас ждет еще всего одна остановка... и там ты увидишь, к чему ведут мечты.

Он с сомнением покосился на меня, но все же поднялся на ноги.

#

Золотистый свет ласкового весеннего солнца разливался по городской площади. Воздух был свеж, а тишину нарушали лишь трели птиц, да шелест юной листвы. Вдалеке возвышалось величественное здание из белого камня.

На мощенной площади и широких ступенях, ведущих в строение, возвышались сотни лишь наполовину законченных скульптур. В этом состоянии они чем-то напоминали шахматные фигуры, расставленные на доске. Впрочем, когда работа будет завершена, кем еще им быть?

Мы зашагали по площади к зданию. Мой спутник с опаской взирал на все эти руки, грубые лица и слабо подрагивающие тела, выступавшие из гранитных плит.

- Не переживай, - сказал я. - Они не представляют опасности... пока. Осмотрись. Ведь это твоя мечта, в конце концов.

- Моя? Но с чего бы мне?..

- Говорю же, осмотрись.

Пока гость осматривался, я неторопливо побрел к лестнице. У многих изваяний в руках были транспаранты, другие же словно пытались выдернуть камни из брусчатки.

- Ого! - раздался возглас за моей спиной. - Знакомое лицо!

Я обернулся. Разумеется, знакомое. Мой спутник смотрел прямо в пока еще незавершенные и неподвижные глаза своего главного соперника. Еще одного «короля» на этой шахматной доске.

- Да. Вы знакомы. А теперь я хочу показать тебе кое-что еще, после чего ты сможешь вернуться.

Вместе мы миновали стальные решетки ограждения и цепь из все еще не высеченных автоматчиков. Затем поднялись по мраморным ступеням и прошли в холл. Оттуда я направился к кабинету на первом этаже.

Стоило толкнуть дверь, и в нос мне ударил запах кожаной обивки и дорогих сигар.

Посреди помещения громоздился массивный дубовый стол, над которым согнулись еще четыре незаконченных статуи.

- Но это же... - начал было, но умолк мой гость.

- Да. Это ты. Ты, твоя мечта, твое могущество и, возможно, будущее.

- И что теперь делать?

- Советов не даю. Я просто проводник. Не жди от меня каких-то предложений. Тебе показали то, что ты хотел увидеть или предугадать. Теперь все исключительно в твоих руках. Кстати, это не сон, но ты уже можешь просто открыть глаза и вернуться домой. Прощай.

Я развернулся и вышел из комнаты, не питая пустых иллюзий. Шанс того, что гость отнесется к вопросу серьезно пусть и существовал, но был невелик. Скорее всего, мой спутник очнулся бы в скверном настроении духа, решив, что ему приснился старый добрый ночной кошмар. Затем он успокоил душу чем-нибудь почти столь же старым, добрым, но еще в добавок и крепким. И вскоре воспоминания его потускнели...

Но, если честно, мне плевать. Я ведь просто проводник.

Saint-Petersburg, Russia. 2017