Мистер президент

Глава 1

Оранжевое пламя космического рассвета пронзило тело Куру-Куру- Ёши горячим копьем. Уан зале-ма ин! Его монолитное тело, состоящее из крепких сосудов и жил, в момент налилось таким количеством энергии, что на мгновение мастер утратил контроль над дыханием. Его разум уже не метался из стороны в сторону, как это было в первый раз. Как и сам Ёи, его ум сидел, едва склонив вперед синюю голову, а его тело было накрыто безразмерным куском синей ткани, укрывшей все остальные части холодного тела. Вокруг него высокая темная зала, сзади белый источник света от пола до потолка, как будто кто-то настежь раскрыл небесные врата. Таким он видел свой ум, и таким же, точно в такой же позе, накрытый синим покрывалом, сидел и он сам. Сзади был тот же свет, а вокруг все та же зала, вырубленная в скале много веков назад. Внезапно ум Ёши посетила веселящая мысль, но он не улыбнулся. Он сам был чьим-то умом, который его хозяин настраивал также, как он долгие годы настраивал свой. Он ясно увидел, что тот, кому он принадлежал в качестве ума, точно также сидел на каменном полу, поджав ноги, слегка опустив голову без волос и закрыв глаза. Вокруг него была все та же зала, а позади ослепительный источник света. Все это можно было видеть свободно и с любого ракурса без помощи глаз.

То, что за пределами его комнаты ничего нет, Куру-Куру узнал еще в прошлый раз. Раньше он видел и комнату, и себя в ней, окруженной чернотой космоса с далекими, но никогда не спящими звездами. Оттуда, из этой черноты, в которой есть все и ничего, раз в неделю приходила Ио. Она приносила ему миску, наполовину наполненную жидкой субстанцией серого цвета. В последние семь месяцев ей приходилось забирать миску нетронутой, но она все равно не переставала приходить. Разум Куру-Куру сделал робкую попытку улыбнуться, но мастер был чуток к его малейшим движениям, а потому вовремя ее пресек. Семь месяцев срок не достаточный для того чтобы доказать свою верность.

Сердце Ёши остановилось, он сам прервал его ход, продолжая дышать всем телом. Открытые поры его кожи излучали свет, со стороны казалось, что его тело просвечивается насквозь. Он был абсолютным хозяином своего тела, ничто не ускользало от его внимания. Он ощутил легкость своего кишечника, ставшего почти невесомым. В былые времена он мог просто ради забавы поменять его местами с пищеводом, печень поставить на место сердца и запустить его в работу как ни в чем ни бывало. Больше он такими вещами не занимался.

Внезапно для себя он оказался в другом месте. Куру-Куру все понял, однажды это должно было произойти. Когда Ио входила в его залу, она моментально превращалась в цветущий сад, полный жизни и света. Теперь же он оказался совсем в другом месте. Здесь не было света, как и жизни. Мастер Ёши сидел на бетонных развалинах многоэтажного дома, все также опустив голову, накрытый своим синим полотном.

- вот мы наконец и встретились!- раздался торжественный голос.

Куру-Куру не поднял взгляд и даже открыл глаза. Он хорошо видел человека перед собой. Это был старик в дорогом костюме с красным галстуком на фоне белой рубашки. Волосы на его голове были аккуратно убраны, а по небу над ней летели боевые самолеты.

- Мой старый друг! Учитель!- воскликнул старик, приветственно вскинув руки на встречу мастеру Ёши,- если бы ты знал как многое мне хочется тебе рассказать.

Куру-Куру сидел неподвижно, по-прежнему не поднимая головы. Старик стоял на другой куче бетонного мусора, оставшегося после бомбежки.

- я знаю, что ты меня слышишь,- шутливо погрозил он пальцем и даже более того, видишь то, кем я стал. Я помню наши беседы под тутовым деревом много веков назад, я хорошо помню твои мечты и желания. Ты хотел так глубоко проникнуть в природу реальность, как этого не делал еще никто. Твои амбиции были действительно колоссальными! Ни до, ни после, я не встречал такого как ты.

Старик в новеньких туфлях съехал по щебенке развалин вниз, перешагнул железную арматуру, торчащую из кучи, съехал еще чуть-чуть, быстрыми шагами сбежал на землю, и посмотрел на коричневое небо, затянутое черным дымом.

- Я все тебе расскажу. Все что ты хотел знать, но сначала,- он артистично указал пальцем на Ёи,- я хочу чтобы ты увидел кем я стал с момента нашей последней встречи.

Он раскинул руки в стороны.

- Я президент самой великой страны мира! Я подчинил себе всех, и сокрушил всех кто отказался мне подчиниться. Черепа моих врагов лежат в длинный ряд на каминной полке моего загородного дома. Под каждым из них маленькая золотая табличка с именем. Не осталось никого в мире, кто воспротивился бы мне! Я президент мира!

Предсмертной тоской завыла сирена вдалеке, раздались автоматные очереди.

- ты, наверное, хочешь спросить: зачем все это? Зачем столько погибших детей… но знаешь, я никогда не испытывал к ним особого сочувствия. Все эти сентиментальные идиоты, играющие в гуманизм… Где они теперь? На свалке истории. Никто и не вспомнит их имена. Но не это важно, и уж точно не это тебя интересует. Мирские дела. Знаешь что, «великий мастер Куру», это ты воодушевил меня отправиться на поиски ответов- все это был мой путь, суета.

Старик оглядел руины города, на которых стоял, затем ловким движением расстегнул полы пиджака.

- я любил тебя. Да, это правда, любил больше чем кого бы то ни было в своей жизни. И я пообещал, что однажды помогу тебе увидеть природу реальности. И вот, спустя столько лет я вернулся, и принес тебе ответ. Я проник в такие тайны, о которых может знать лишь один человек. Кроличья нора оказалась невероятной глубокой. Ни Папа Римский, ни английский король (как там его?), никто не знает всей истины целиком. Каждый располагает лишь фрагментом информации. Но я достиг самого дна, понимаешь?

Мистеру президенту показалось, что мастер кивнул. Однако он не был до конца в этом уверен.

- То, что мы видим- это игра, симуляция. Поэтому я не расстраиваюсь, глядя на разрушенные города. Ты не хуже меня знаешь, что нет никаких городов.

Старик по-деловому сунул руки в карманы и обернулся назад, плотно поджав губы.

- если ты думаешь, что меня цепляет твое молчание,- сказал он, затем усмехнулся,- нет, нет. Я знаю, что ты меня слышишь. Хочешь знать почему так сложно достичь просветления?

Несколько секунд президент молчал, подбирая слова, но затем продолжил:

- открытый разум нуждается в большом количестве энергии. И это все.

Он смотрел на мастера Ёши, который продолжал сидеть в прежней позе, как изваяние.

- Да, система борется за нее. Она равномерно распределяет энергию между всеми своими частями, следуя заложенной программе. Неудивительно, что когда ты берешь себе больше, она сопротивляется, отбрасывает тебя назад, забирает то, что изначально не предназначено для тебя. Поэтому это так сложно. Ты либо доказываешь свое право, обойдя механизмы защиты, либо сдаешься, оставаясь с тем, что есть. Мы никогда не сможем стать цивилизацией просветленных существ. Энергии может хватить лишь на нескольких, тех, кто настойчивостью вырвет у «природы» право на лучшую жизнь. Остальных же вполне устраивает существование «на минималках». И это даже хорошо – не перегружает систему.

Вдалеке прогремел взрыв. Волна ветра, вперемешку с землей и листьями, врезалась в спину Ёши и лицо старика. Однако мастер по-прежнему был неподвижен.

- Хочешь знать что представляют собой летающие тарелки?- сказал старик,- Это всего лишь обновление, призванное развлечь нас, как и все другое. Они делают нашу игру интереснее, но им неинтересно было бы наблюдать за цивилизацией просветленных существ. О, нет! Это было бы самое скучное шоу в галактике. Можешь представить их? Какие они.

Президент усмехнулся.

- я всего лишь делал то, что от меня требовалось. Делал эту игру интересней.

Бросив гневный взгляд на неподвижную фигуру, старик начал осторожно двигаться в сторону мастера.

-Ты никогда не замечал, что в нашем мире иногда появляются вещи о которых раньше ты ничего не слышал. Но как только они появляются, то занимают полноправное место, с такой уверенностью, будто бы были здесь всегда. Мне всегда было интересно: замечает ли это еще кто-нибудь кроме меня?

Подойдя к куче разбитого бетона, бывшего когда-то домом, старик потянул к мастеру свою руку, сжатую в кулак.

- я победил всех,- сказал он, сильно краснея,- остался только ты.

Его пальцы находились в нескольких сантиметрах от синего покрывала, лежащего на теле Ёши.

- Посмотри на меня! Я приказываю- посмотри на меня! Стоит мне захотеть, и через секунду тебя не станет. Ты- ничтожество. Посмотри на меня!

Старик коснулся пальцем синего полотна и увидел, как тот слился с ним в единое целое. Открыв рот, он в ужасе отшатнулся, жидкий мост, на одном конце которого была его рука, а на другом полотно Ёши, растянулся в кривой улыбке между ними. Старик попытался стряхнуть гадость со своей руки, безуспешно! Тогда он схватил ее другой рукой, прямо посередине, и рука, словно расплавившись, слилась с этой субстанцией в единую мерцающую массу. Затем Куру-Куру открыл глаза. Мистер президент, все еще пытаясь освободиться, увидел в них спокойное равнодушие.

- Куананда нек хахаа ти,- сказал мастер и вновь погрузился в себя. Синее полотно поднялось над его спиной, плечами, обнажая жилистое тело с голубым отливом. Словно морской скат, оно угрожающе направилось к первому человеку Земли. Мистер президент, связанный по рукам (которых у него уже не было) принялся бежать, в то время как «скат» летел за ним, словно был гигантским воздушным змеем, слившимся с человеком, запустившим его. Все это напоминало на картину сюрреалиста.

Куру-Куру заметил, что на грудах обломков вокруг него стали расти и распускаться цветы.

Он запустил свое сердце как часы, и почувствовал знакомый рельеф пещерных плит под своими ногами. Он вновь оказался в удивительном по своей красоте саду. Благоухали цветы. По его телу усердно полз муравей, взбираясь вверх, но мастер Ёи не пошевелился. Муравей пройдет, как проходит все в этом мире. Он по-прежнему сидел неподвижно, склонив голову немного вперед, но тело его больше не было укрыто синим полотном. Сделав глубокий выдох, он приоткрыл глаза и помакал указательный палец в серую жидкость, стоявшую перед ним в глиняной миске. Теплая.

Мастер спросил:

- кто-нибудь приходил?

Ио не спеша двигалась к выходу, когда ее остановил вопрос учителя. Она не обернулась, но заметила, что ее сердце стало биться чаще.

- пришел ваш старый ученик Каши,- сказала она, внимательно вслушиваясь в тишину.

Еще вчера у него не было никакого ученика. А было ли само вчера? Ёши достал из миски указательный палец, сунул его в рот и улыбнулся.