Минус на минус

Глава 1

КОЗА

История шестая.

Минус на минус.

- О! А вот и Коза-ностра! – деланно обрадовался один из собравшихся вокруг храма экзорцистов, увидев прибывшего Сержа, своим восклицанием заставив того недовольно поморщиться, но тут же усмехнуться – если бы с шутника-церковника кто-нибудь снял классическую сутану с белой стоечкой воротничка, обрядив взамен в дорогой костюм в мелкую полосочку, получился бы типичный мафиозо, какими их изображают в кино. Массивный золотой крест можно было бы оставить – подобные сверкающие безделушки с одинаковым успехом дополняют портрет и священника, и бандита.

Особой разницы между двумя этими категориями людей Серж, как и большинство его коллег по Комитету, не видел, и поэтому обилие субъектов в сутанах его совершенно не обрадовало.

А вот появление Ивэна, аналитика, с которым они успели побывать не в одной переделке, заставило улыбнуться искренне и даже тепло.

- Где объект? – на всякий случай осведомился Серж, минуя любителя каламбуров от Святой Церкви и крепко пожимая руку напарника.

- Эти, - Ивэн покосился на толпящихся у храма священнослужителей, - утверждают, что внутри, - и кивнул на массивные двустворчатые двери.

- Будем защищать? – усмехнулся Серж.

- А стоит, шеф? – неуверенно спросил Ивэн. – Всё-таки Дьявол…

В это время подкатили несколько автоцистерн, снабженных брандспойтами и крестами на бортах. Следом, сопровождаемый полицейских эскортом, подъехал огромный автофургон с той же, что и цистерны, символикой на бронированных боках.

Люди в сутанах, как по команде, заулыбались довольно и злорадно, хотя последнее вроде бы и не должно быть им свойственно. Ивэн же, чуть больше, нежели только что прибывший Серж, осведомлённый о местных событиях, скривился, словно от зубной боли.

- Святая вода, - начал, загибая пальцы, монотонно перечислять аналитик, натолкнувшись на вопросительный взгляд коллеги. – Полный комплект святынь, включая плащаницы, щепки от Того Самого Креста и прочие мощи… А вот и кавалерия: мечи в форме распятия в количестве, если верить источникам, двенадцати штук. Весьма практичные штуковины – дивной прочности, гибкости и остроты клинки, увенчанные распятым мужиком на рукоятях… Собравшиеся экзорцисты утверждают, что оружию, изготовленному как раз для подобного случая, более тысячи лет – и всё это время их намаливали, как иконы. Точнее, за иконами и ставили в особо посещаемых храмах. Человек молится, а всё идет в скрытых за холстом клинок… Вот такой вот кладенец Нечистому пришёл.

- Они хорошо подготовились, - с удовольствием потянувшись после долгой дороги, заметил Серж. – Главное, очень заблаговременно. Подумать только – более тысячи лет!

Люди в сутанах между тем засуетились, нарушив ряды оцепления. Кто-то из "сутанистов" начал возиться с брандспойтами, другие выстроились в очереди за святым оружием и реликвиями. Третьи, словно пытаясь залатать прорехи в дотоле сплошном кольце, начали читать что-то на латыни – в общем шуме хоровая молитва превращалась в бессмысленную абракадабру, наводя стороннего наблюдателя на мысли скорее не об изгнании Дьявола, а об обряде его призвания.

- Кого защищать-то будем, шеф? – поторопил старшего товарища Ивэн. – А то ведь эти аномальные сейчас как начнут свой экзорцизм…

- Прикрывай мне спину! – бросил Серж уже на бегу, расталкивая, словно кегли, парочку оказавшихся на пути здоровенных ребят в сутанах и устремляясь к тяжёлым воротам древнего храма, почему-то избранного объектом "Дьявол" для посещения этого несовершенного, в общем-то, мира. Хотя, он ведь никогда и не покидал его…

За спиной очень немалое, судя по количеству раздавшегося мата и прочей латыни, число людей в сутанах споткнулась о самоотверженно бросившегося выполнять распоряжение старшего товарища Ивэна.

"А ведь ворота могут и не открыться, - на ходу сообразил Серж. – И тогда меня просто побьют…"

Изукрашенные резьбой и ковкой на религиозные сюжеты створки, тяжеленные и обитые железом, неестественно легко распахнулись навстречу, дохнув в лицо сотруднику КОЗА ледяным холодом.

- Вот же дьявол! – изумлённо воскликнул Серж, когда захлопнувшиеся за ним створки основательно поддали ему под зад, заставив продвинуться вперёд на несколько большее расстояние, чем планировалось.

- Мы знакомы? – вяло поинтересовался бледный молодой человек, облачённый в такую же, как на толпящихся снаружи служителях церкви, сутану с белой стоечкой под стоячим же воротничком. – Я, наверное, должен воскликнуть в ответ: "Вот же Серж"?

- Необязательно, - махнул рукой медленно приходящий в себя после полученного от ворот пинка Серж и только после этого удивился сам. – Так мы знакомы?

Спросил – и прикусил смущённо язык. Разумеется, знакомы. Все мы знаем заочно этого милого субъекта, олицетворяющего Вселенское Зло. А уж он-то и подавно знает каждого.

- И живу в каждом, - кивнул, соглашаясь с невысказанной мыслью собеседника, бледнолицый. – Забодаются изгонять.

И, словно дразня Сержа, над головой его собеседника на миг возникли аккуратные сияющие рожки, чтобы, правда, тут же исчезнуть, оставив ощущение иллюзии, обмана, фокуса…

- Забодаются изгонять, - повторил молодой человек в сутане и, наконец, улыбнулся – словно очень удачно пошутил.

- А как насчет "подобное подобным"? – напомнил Серж. Раз уж в каждом из них… В каждом из нас есть ты? Не облегчает ли это их, - КОЗАвец кивнул на двери, - задачу по твоей локализации и изгнанию, равноценному уничтожению?

- А как насчёт того, что однозарядные частицы отталкиваются? – возразил, пожав плечами, бледный. – Минус на минус…

- Плюс? – вспомнив уроки математики в средней школе, предположил Серж, произведя в уме несложное умножение.

- Минус в квадрате, - сник почему-то парень в сутане.

Снаружи усилился молитвенный хор и даже немного упорядочился – уже можно было разобрать отдельные слова. Что-то тяжёлое ударило запертые ворота. Пока безрезультатно.

Серж оторвал взгляд от вторично содрогнувшихся мощных створок и посмотрел на заметно погрустневшего Дьявола.

- Ты сможешь меня защитить? – неожиданно спросил тот.

- Смогу, - твёрдо, как ему показалось, произнёс Серж.

Снаружи третий раз ударили чем-то тяжёлым в ворота. Посыпалась штукатурка. Лопнули, рассыпавшись сияющими в колеблющемся свете немыслимого множества свечей осколками, несколько мозаичных витражей. В оконные проёмы, довершая уничтожение хрупких стеклянных картинок, ударили струи воды. Многие свечи погасли…

Бледнолицый, разведя руки и запрокинув голову в приступе беззвучного смеха, подставил лицо безжалостному дождю из святой воды и осколков цветного стекла…

Погасла последняя свеча, но темнее почему-то не стало. Вроде даже наоборот, хотя узкие проёмы окон, пропускающие сквозь себя плотные потоки воды, очевидно не способны были рассеять ожидаемый полумрак.

- Минус на минус, умник? – ожесточенно спросил Серж, подхватывая медленно заваливающегося на бок парня. – Во мне хватит места для всего Зла этого мира?

- Хватит… - прохрипел бледнолицый, то ли соглашаясь с Сержем, то ли умоляя остановиться тех, что бесновались снаружи.

От очередного удара рухнули, расплескивая мутную святую воду, створки ворот.

Плотная струя воды, ударив в поясницу, сбила Сержа с ног, едва не переломив КОЗАвца пополам. Теряя сознание от боли, он ещё успел удивиться тому, что его руки пусты. То ли тело бледнолицего вырвало у него из рук, швырнув куда-то под ноги, то ли оно растворилось, истаяло, убежав водой между ломающимися от удара о каменные плиты пола пальцами…

***

- Шеф, а я вас вижу, - нарушил вязкую тишину беспамятства знакомый голос Ивэна.

- Аналогично, - буркнул, поддерживая игривый тон напарника Серж, с усилием продирая светлы очи. – Как у нас дела? – спросил, любуясь синяками на лице аналитика и с ужасом представляя, как выглядит сейчас сам. Разочарованные "сутанисты" наверняка ведь били ногами. Хорошо ещё, что мечами своими тысячелетними не проткнули!

- Боюсь, мы не защитили объект, шеф.

- Не бойся, Ивэн. Знаешь, сколько будет, минус на минус, если умножить?

- Плюс? – хмыкнув, впрочем, не очень уверенно, предположил аналитик.

- Минус в квадрате, Ивэн. Минус в квадрате…

***

Эти двое даже на первый взгляд были ненормальны – в лучшем, возвышенном смысле этого слова. Священное безумие. Наверное, лицо дауна и струйка слюны изо рта тоже могли бы стать признаками ненормальности, и в большинстве случаев именно они и становятся этими признаками. Но не в этом случае. От этих двоих за столиком в самом дальнем углу, казалось, исходил свет, который не способны излучать нормальные ненормальные – которые со струйкой слюны из уголка рта. Только ненормальные.

Ненормальные ненормальные.

"Аномальные", - пришёл к выводу Серж, делая глоток кофе и продолжая наблюдение за парой напротив.

То, что окружало их, ширясь и заполняя собой довольно вместительный зал кафе, не было, пожалуй, и просто светом. Радиация. И смертельно опасные частицы разлетаются неумолимо и неудержимо во все стороны, заражая, меняя окружающее…

Была ещё одна мелочь, которая, собственно, и привлекла внимание отдыхающего сотрудника КОЗА к парочке в дальнем углу прежде, чем он то ли увидел, то ли придумал излучаемый юношей и девушкой неземной свет.

На каждом столике стояли однотипные вазочки с одинаковыми же, начавшими уже увядать букетиками. И только цветы между этими двоими оставались живы – словно и не были никогда срезаны беспощадной рукой человека.

Невозможно живые цветы.

Невозможно светлые люди.

"Аномальные", - снова подумал, вздохнув про себя, Серж, обречённо понимая, что любой ценой должен защитить это чудо.

Только как это сделать? Поместить этих двоих в Бестиарий, где-нибудь между всеми этими Виями, василисками, вампирами, оборотнями, баньши? Нет, конечно. Или, может, приставить к ним постоянную охрану? Ага, чтобы свечку держали…

Или просто оставить в покое? Пусть всё идёт само собой – и будет, что будет? Восхититься, быть может, позавидовать – и не мешать?

В этот миг девушка улыбнулась. Улыбка её отразилась на лице парня, а оттуда солнечным зайчиком заскользила по лицам всех, кто был в зале, заставляя каждого улыбаться от чужого вроде бы счастья, которым так расточительно щедро делились эти двое. Серж успел ощутить вкус этой улыбки и на своих губах, прежде чем поднялся и покинул зал.

Наверное, зря он так поступил. Имело смысл связаться с Директором, организовать всё-таки скрытное наблюдение за парочкой – такую аномалию нельзя потерять! Сохранить, защитить, уберечь…

А ещё Серж, уже вставая, заметил, как ожили цветы в вазочке на его столике.

И свет – совершенно невозможный свет совершенно невозможной любви залил весь мир, вырвавшись вслед за Сержем из ставшего таким тесным зала.

***

Планёрка началась уже пять минут как, но Директор Комитета Защиты Аномалий до сих пор не проронил ни слова, подозрительно всматриваясь в лица своих сотрудников. Он молчал бы и дальше, но решил, что хватит запугивать, пора бы и делом заняться.

- В мире творится что-то невозможное, господа. Или с миром, если хотите. Хотите, не хотите ли, но это глобальное невозможное объявилось и имеет место быть. И с этим надо что-то делать!

- Защищать? - робко предположил старший аналитик Ивэн, сраженный наповал речью Директора.

- Да! – согласился главный КОЗАвец. – Осталось только решить, что будем защищать, от кого и как. Мелочи, не правда ли?

Все не очень убедительно согласились, отлично понимая, что это не правда и не мелочи.

Вот оно счастье, которое для всех и даром – посмотри в окно, или просто оглянись, к самому себе прислушайся. Только что с ним делать, с этим счастьем? От кого его защищать и кого защищать от него?

А защищать-то надо! Это очевидно. Как бесплатный сыр бывает только в мышеловках и на распродажах, так и дармовое счастье…

- Короче, коллеги! – провозгласил счастливый по-своему Директор. – Товарищи! Друзья! Защищать надо наш совершенно уникальный, единственный и неповторимый, и тем аномальный мир! Защитить его от непрошеного, оглупляющего, стирающего все противоречия и сглаживающего острые углы счастья! А когда счастье всеобще, что будет аномалией?

Никто не нашелся с ответом.

- Ну? – нахмурился Директор, в душе уже счастливый тем, что решения нет, и, наверное, не нужно никаких решений. Пусть всё идёт, как идёт, и будет, что будет – без отклонений, аномалий и чудес. – Что можно считать аномалией в нашем мире всеобщего с недавних пор счастья?

И тогда поднялся Серж.

- Единичные беды, шеф. Каждая мелкая неприятность теперь может считаться аномалией, чудом, отклонением от нормы – а следовательно, подлежит защите с нашей стороны.

- Но ведь их больше нет, - возразил кто-то, чуть ли не старый приятель Ивэн, счастливо улыбаясь. – Нет ни бед, ни горестей, ни мелких неприятностей.

- Надо искать, - только и сказал Серж, тяжело опускаясь в своё кресло и уже понимая, кому именно предстоит искать означенные неприятности.

***

Он встретил этих двоих снова. Совершенно случайно – но сразу узнал. Они по-прежнему излучали свет, заражая им мир вокруг себя.

"Словно два солнца, - подумал, любуясь их любовью, Серж. – Жаль, что однажды они погаснут…"

Сержу стало страшно. Да, всеобщее счастье утомительно, но что станется с миром, когда всё то безграничное счастье, которым, он был уверен, именно эти двое, наполнили его, канет в бездонные чёрные дыры, что возникнут на месте "перегоревших" солнц?

- А ничего не будет, - неожиданно подсказал кто-то.

- Совсем ничего не будет? – переспросил Серж, догадываясь, с кем разговаривает.

- Ничего не будет с этим миром, - успокоил незримый собеседник. – Просто счастья опять не будет хватать на всех. Но это, дармовое, но всё же испытанное, мимолетное счастье все будут вспоминать с улыбкой.

- О, дьявол! – ругнулся Серж, споткнувшись.

- О, Серж! – с усмешкой отозвался незримый собеседник, явно дразнясь. – Маленькая неприятность?

- Твоя работа? – нахмурился сотрудник КОЗА, отлично понимая, что хмуриться, разговаривая с самим собой, более чем глупо.

- Нет, Серж, - возразил внутренний оппонент. – Мелкие неприятности, возведённые с недавних пор в ранг аномалий, теперь – твоя работа. Ты их, кстати, должен защищать, - напомнил Сержу тот, кто есть в каждом из нас, но вселился именно в него.

- Как же защищать это?

- Придумай…

Странно, но Сержу показалось, что это он сам равнодушно пожал плечами.

***

- Осторожно, не споткнитесь! – предупреждал Серж очередного беззаботного пешехода.

- Что? – растерянно поднимала затуманенные счастьем глаза очередная жертва, чтобы тут же, вопреки и, по большому счету, благодаря нежданному предупреждению, споткнуться и воскликнуть раздраженно: - О, дьявол!

КОЗАвец улыбался, виновато разводя руками.

Вот кто-то ещё идёт мимо…

- Осторожно, не споткнитесь!

- Что?.. О, дьявол!

Он берёг эту аномалию, эту маленькую неприятность, и от души делился с каждым, кто шёл мимо.

- Осторожно…

- Что?.. О!..

Да, это досадная мелочь, о которой забудешь прежде, чем сделаешь следующий шаг.

Но почему счастливые улыбки на лицах споткнувшихся становятся ещё ярче?

Наверное, потому, что всеобщее дармовое счастье всё же имеет свой минус. И мелкая неприятность, вроде спотыкания на ровном месте – это тоже минус.

А минус на минус…

Кто знает, может, и минус в квадрате.

Но, наверное, всё же плюс.

- Осторожно, не споткнитесь!

- Что?.. О, дьявол!

Серж сочувственно улыбается очередной жертве и виновато разводит руками – я хотел как лучше.

И этим несчастным счастливым людям становится таки лучше, не смотря на пустяковую неприятность, а может, именно ей благодаря.

А где-то – рядом ли, далеко ли, всюду ли, - двое любят друг друга, и, словно солнца – светом, наполняют этот мир счастьем, которого хватит на всех.

Но иногда полезно споткнуться, чтобы острее ощутить это всеобъемлющее счастье.

И кто-то скажет вам: "Осторожно!". Именно с этой целью. И улыбнется виновато, разводя руками. Он хотел как лучше.

Так и вышло.

Осторожно, не споткнитесь…