Между строк

Глава 1

Серые тучи лениво раскидывали капли осеннего дождя, а холодный октябрьский ветер разносил их во все уголки города, небрежно раскидывая на лобовые стёкла машин и окна домов. Пожухлые жёлтые листья то тут, то там кружили в причудливых вихрях вперемешку с мусором и выкинутыми газетами.

Николас Ледбридж, профессор анатомии и биологии стоял на пороге отцовского дома. В который раз его рука тянется к дверной рчке, но так и не решает повернуть её и открыть дверь зайдя внутрь. Этот старый двухэтажный дом сосвсем не изменился за столько лет. Ник помнит его ещё с детства, каждый уголок, каждый элемент ландшафта, практически всё было таким же как и много лет назад. Наконец, собрав волю в кулак вместе с дверной ручкой Николас вошёл в дом. Петли угрожающе заскрипели на пару со старым деревянным полом приветствуя своего бывшего жильца.

Этот дом принадлежал отцу Ника, Томасу Ледбриджу. Томас был писателем, всю жизнь что себя помнил Николас его отец занимался писательством. Не сказать что Том был очень известным, правильным будет считать его известным в определённых кругах и у определённых читателей. Николас вытер ноги о приветливый коврик в коридоре, скинул серое пальто повесив его на вешалку и прошёл в глубь дома. Здесь его подло атаковали тёплые воспоминания. Вот здесь, в гостиной они вместе с отцом готовили школьный научный проект, и чуть не взорвали дом, а вот здесь отец катал его на себе изображая коренное население Америки, А вот на этом коврике у телевизора они сидели и играли в приставку устраивая замечательные турниры, а ещё тайком от мамы поздней ночью они смотрели фильмы пока их не обнаруживали и не гнали спать.

Николас тяжело вздохнул и огляделся. Каждый сантиметр дома был пропитан историей, и речь шла о чём-то более важном чем о истории в глобальном смысле. Николас считал что индивидуальная история человека наиболее ценна для него, ведь в этом и есть его жизнь. Нет будущего, нет настоящего, есть только то что уже произошло, что уже было и запечатлено в памяти. Только прошедшее действительно объективно.

Пройдя ещё немного по дому он становился у лестницы ведущей на второй этаж медленно подымаясь по скрипучим ступенькам он нежно провёл рукой по перилам, будто бы поглаживал любимого питомца. Оказавшись на втором этаже Николас посетил место, которое некогда было его комнатой. И к его большому удивлению даже она ничуть не изменилась. Всё что в ней осталось, когда он покидал отчий дом, было на своём месте, плакаты, некоторые старые игрушки, даже спрятанные под полом журналы аккуратно сложены по номерам.

Ещё на втором этаже располагалась комната родителей. В ней к его горькому сожалению всё так же осталось на своих местах. Но покрытое таким ужасающим слоем пыли, что казалось сюда не заходили уже много лет. Даже пауки успели сплести свои гнёзда в разных углах а так же на красивой люстре над кроватью. По всей комнаты были расклеены фотографии матери и отца, на них они выглядели очень счастливо,и их было много, очень много. На полу и мебели остались следы пребывания здесь следственной группы. Комната выглядела плачевно, что давало понять Николасу, что его отец так и не смог смириться с потерей и полюбить снова.

Закрыв за собой дверь молодой человек направился на чердак, это было особым местом Тома, его священной обителью, как он сам её называл, хотя по сути своей это был его рабочий кабинет. Посреди этой огромной комнаты располагался большой и красивый стол. Приятная резьба в египетском стиле,выполненная по кедровому дереву, можно сказать была гордостью отца. Он заказал этот стол за свой первый гонорар с книги. Моно сказать это очень символичный стол. Так же на чердаке находился телескоп для наблюдения за ночным небом, микроскоп, фотолаборатория, много других интересностей. Последние несколько лет Томас находился в своём роде творческом кризисе, из-за чего пребывал в депрессии. Николас понимал, что утрата жены очень сильно ударила по его отцу, что и спровоцировало его тяжёлое состояние. Но вот уже как несколько недель его отец пропал.

Причём весьма необычно. Как правило, люди пропадают не случайно, есть за что зацепиться. Но здесь… Никаких причин, никаких мотивов, даже идей куда он мог отправиться или кто бы мог его похитить и зачем. Вообще ничего. Ни записок, ни посланий. Никто его не видел долгое время и чтобы он покидал свой дом тоже никто не запечатлел в своей памяти. А зная соседей Ледбриджей, которые всё знают и всё видят это было весьма необычно.

В кабинете отца всё прибывало в ужасном беспорядке. Вообще, Николас прекрасно помнил, что Томас был из тех людей, которые предпочитали “лёгкий” творческий беспорядок, аргументируя это фразой: “Гений властвует над хаосом”. Повсюду были раскиданы либо цельные, либо изорванные в клочья, либо просто скомканные листки бумаги. Стол так же пребывал в хаосе. На нём расположились пласты исписанной бумаги, и только несколько вещей символизировали относительный порядок во всей этой суматохе.

Одна из них особенно сильно приковывала к себе взгляд аккуратно сложенная маленькая стопка листов. По всей видимости, если исходить из примерного размера, здесь было несколько глав новой истории. Скорее всего именно над ней отец работал в последнее время, подумал Ник. Вторым, на что он обратил внимание была старая печатная машинка. Она приковывала к себе взгляд своей необычностью, и чем-то чуждым, почему-то создавалось обманчивое впечатление что она не принадлежит этому миру, хотя этого просто не могло быть.

Это была обычная печатая машинка, которой пользовались писатели и журналисты когда-то в прошлом. Она была выполнена в бронзовых тонах, с весьма изящными деталями в виде завитков металла и общим приятным стилем. Но в лаза так же бросались две кнопки, предназначение которых для Ника оставалось загадкой. Одна находилась прямо у основания держателя листа, прямо под гербом производителя. А вторая в самом нижнем левом углу. Кнопка у основания была изрядно стёрта или повреждена, но чем-то напоминала звезду. А кнопка в нижнем углу гласила “RET.”

И если с последний вопросов как таковых не возникало, то вот первая наоборот вызывало слишком много. Не долго думая Николас установил очередной лист бумаги в крепёж, размял пальцы, признаться, ему всегда хотелось что-то напечатать на подобном аппарате, послушать этот приятный клацающий звук. А затем он нажал на ту самую кнопку.

Знаете какого это когда кто-то выключает свет? Конечно знаете, звучит громкий “ЩЁЛК!” и мрак моментально опускается на комнату, будто бы света здесь никогда и не существовало. Тоже самое случилось и с Ником. Только тут выключили отнюдь не свет, а целый мир. Николас моментально оказался в кромешной темноте. Удушающей, тесной. Он ощущал что физически он больше не в кабинете отца на чердаке их семейного гнезда.

Тьма вокруг была точно осязаемой, даже жидкой, и он захлёбывался в ней. Он не мог пошевелить и пальцем, дышать с каждой секундой становилось всё сложнее и сложнее. А звук! Он не слышал собственных мыслей, или они были настолько оглушительно громкие что он не понимал их. Он так же не мог понять говорит ли он что-либо, двигает ли руками или ногами, хотя он пытался, но ничего из этого он не ощущал. “Неужели я умер?”, пронеслось в его голове. “Неужели эта кнопка активировала взрывное устройство и меня не стало?”. Больше мыслей не было.

Внезапно он ощутил сильный удар по плечу, а затем резкий рывок куда-то назад. Николас почувствовал как что-то мягкое прижалось к его спине а затем прямо перед его глазами с оглушительным звоном звоном “ЩЁЛК!” зажёгся огонь зажигалки. Мгновенно мрак отступил, дышать стало в разы легче, тело снова обрело ощущения и теперь он разглядел что его к себе рукой прижимает невысокая девушка.

-Ты в порядке? Нам надо убираться отсюда, сейчас же, его привлекает свет, а без него мы не сможем двигаться в этом месте, вот, держи, - девушка вложила в руку Николаса коробок спичек, и схватив его за руку потащила за собой.

Они бежали по извилистым узким коридорам, исписанными странными надписями, по всей видимостью кровью и на каком-то совершенно не понятном ему языку.

-Куда мы бежим, от кого? Кто т такая? И Что я здесь делаю?! – пытался получить ответ от девушки Николас. -Некогда объяснить! Мы в любой момент можем умереть! – Ответила она шёпотом, но достаточно громко, чтобы Ник мог разобрать.

Внезапно она остановилась у развилки и сильно впечатав парня в стенку прижалась к ней вместе с ним и заткнула ему рот рукой. Зажигалка тоже была моментально погашена и злобная тьма снова окружила их своей удушающей хваткой. Послышались шаги. Они были странными, они хлюпали будто это бы это что-то мокрое или… Николас не мог представить как ещё но это что-то проходило совершенно близко. Он почувствовал резкий запах крови, разложения и гниения, и что-то ещё что вызвало у него сильный приступ рвоты,которая удерживалась рукой девушки во рту.

Выронив свой обед на пол Нику не дали и минуты прийти в себя, и снова извилистые коридоры, пока они не выбежали к прямому коридору, а за спиной снова послышался тот хлюпающий звук.

-Чёрт, только и успела выронить девушка прежде чем оттолкнуть Николаса вперёд. Между ними подобно молнии, в пол врезался кусок плоти с глазами, случайно расположенными острыми зубами, и наслоением вен и артерий. А сам отросток вёл к твари, которую никак кроме анатомического ужаса назвать нельзя было. Семь ног разного размера, длинны и прочих других характеристик, зубастые пасти по всему телу, три головы, множество длинных и не очень рук. И всё это уродским наслоением плоти вывернутым наружу.

Девушка швырнула Николаса вперёд, словно тот и овсе не был мужчиной средней комплекции, с такой лёгкостью она это проделала, и побежала вслед за ним. Поравнявшись они вместе бежали по коридору,пока издавающая омерзительные, режущие слух звуки тварь настигала их двигаясь по потолку и стенам.

Ник и девушка оказались в большой овальной комнате,и большим количеством возможных путей, они остановились не зная куда им бежать дальше. Лично для Николаса не было важно куда, главное отсюда, и он потянул за собой таинственную незнакомку. Но что-то у него не получилось это сделать. Она встала как вкопанная совершенно не шевелясь, а затем ещё и в воздух слегка взмыла роняя зажигалку на пол.

Тьма.

Звуки снова пропали, ощущения испарились вслед за ними. Николас быстро сообразил зажечь спичку, и тут же об этом пожалел. Окровавленное тело его спутницы пронизанное отвратительными отростками подняла в воздух эта тварь. Она облизывало её десятком своих языков и уже пробовало постепенно на вкус. А затем лёгким движением одной из рук отделила хребет от тела и превратило тело в фарш всего за несколько секунд.

Николас почувствовал что ниже-пояса разлилось какое-то подозрительно тепло. Ноги неимоверно дрожали. Да что тут говорить. Он весь дрожал так как никогда в жизни! Быстро схватив зажигалку он кинулся прочь в один из проходов. Вскоре спичка потухла. Но он продолжал бежать. С каждой секундой темнота становилась всё более осязаемой, он снова начал задыхаться. И тогда он снова зажёг спичку, обнаружив что оказался перед дверью. Совершенно не думая что же его будет ждать а ней он с готовностью вошёл в неё.

Он оказался в освещённом помещении вдоль и поперёк исписанном какими-то текстами. Дверь за ним захлопнулась. Оглянувшись на неё он удивлённо заметил, что она полностью заколочена. Но как он тогда смог войти. И тут из дальнего угла комнаты раздался знакомый голос.

-Ну здравствуй, сын мой… - произнёс голос.

-Отец? – только и смог выдавить Николас ошарашенный и окончательно запутанный.