Метро

Глава 1

Сознание Славки было слегка туманным, когда его ноги ступили на лестницу. Он спускался медленно и с расстановкой: шаг правой, шаг левой. Рука крепко сжимала обледенелый поручень. Он, в который раз за вечер, выругался на дворников. За что зарплату получают? Кругом сплошная наледь, так и убиться недолго…

Запах сигарет еще витал вокруг серого потертого пальто. Мужчина поднял шарф, чтобы хоть немного защитить от мороза красные уши. Носить шапку он не любил еще с детства – мать была слишком настойчива и кутала ребенка с малых лет в теплые вещи, как и в свою излишнюю опеку. Во дворе смеялись – маменькин сынок: ни протеста, ни мальчишеского духа. Но Славка знал, что мать расстраивать – плохо. У нее – у одиночки, и без него проблем по горло. Что с него убудет что ли? Ну, шапка и шапка. А как вырос – на дух перестал переносить этот предмет гардероба. Как и упущенное время, возможных друзей и другую любовь. Когда все пошло наперекосяк?

На последней ступеньке нога предательски поехала вперед. Немного алкоголя в крови и расфокусированное внимание сделали свое дело – мужчина приземлился на холодный кафельный пол станции метро и больно ушиб спину и пятую точку. Как голову только не разбил? Досада была столь велика, что руки сами потянулись к внутреннему карману и достали сигареты и зажигалку. К черту правила! Да и все равно – ни души кругом. Всем плевать.

Мелькнул огонек. Заклубился серый дым. Славка недавно пристрастился к сигаретам – сразу после размолвки с Лизой. Всю душу измотала, неблагодарная. Он раскурил уже привычный горький вкус и закрыл глаза. Было абсолютно все равно, что пальто испорчено, а лед под ним начал таять. Он привалился головой к стенке. Ничего не имело смысла. Зачем он здесь? Почему он решил выпить? Никогда же не пил. Сидит и жалеет себя – малодушный слабак.

Плавая в своих мыслях, мужчина даже и не заметил, как рядом появилась тень.

– В метро курить запрещено, – гулкий бас разнесся по пустой станции.

Не открывая глаза, Славка хмуро бросил:

– Иди куда шел, мужик. Счас не до тебя.

– Если тебе нет дела до себя, то может мне есть?

Славка открыл глаза и рассмотрел незнакомца. Высокая и худая фигура, черный плащ почти до самых пят и широкополая шляпа. Лицо было скрыто маской, что напомнило ему времена ковида. И глаза – странные и пустые, как черные дыры. Смотреть в них было некомфортно, и Славка отвел взгляд.

– Тебе чего надо-то от меня? Денег? Или поговорить не с кем? Не намерен я тут изливаться первому встречному.

– Жалкий вид у тебя, друг. Помочь хочу.

– Никто мне уже не поможет. Даже я сам. Все только порчу вечно и не понимаю, почему так? Уже четвертый десяток, а мозгов видимо не прибавилось.

Незнакомец протянул руку. Славка долго смотрел на ладонь и все-таки позволил ему поднять себя с холодного пола.

– Извини за сигарету, – он затушил ее о поручень и выбросил в недалеко стоящую урну.

Незнакомец пристально рассматривал мужчину и даже повернул голову, словно пытался заглянуть в саму его, славкину суть. Мужчина сразу показался себе маленьким, незначительным и беззащитным под этим взглядом. Жуть какая-то. Непроглядная.

– Бывай, я пойду.

Славка отряхнул пальто и зашагал прочь. Голос окликнул его почти сразу.

– Постой, человек. Я хочу тебе кое-что показать.

– Да мне уже пора… – он осекся, когда хотел сказать – домой. Где теперь его дом?

– Нам нужно дождаться последнего поезда. Это по пути, – сказал незнакомец.

Они молча прошли заградительные козырьки и встали в ожидании поезда. Откуда он знает куда мне? Или это на следующей станции? Какой-то фрик. Уходить надо подобру-поздорову. А с другой стороны – куда ему торопиться? Он оставил позади все свои предрассудки, чувство самосохранения и тихо кивнул.

Пол под ногами завибрировал, а из шахты послышался гул. Перед глазами промелькнула кабина машиниста, а затем – вагон за вагоном. Поезд принес с собой запах сырости и затхлости, щедро обдувая две, ожидающие остановки, фигуры. Отражения в стеклах сливались в одно, вызывая тошноту, и мужчина отвел глаза, пока вагоны не остановились.

Незнакомец встал рядом и хитро подмигнул.

Они зашли в вагон и двери захлопнулись. Славка сел, широко расставил ноги и приготовился к разгону. Куда ехал – он не знал, но это было неважно. Все равно сойдет на последней станции. А потом? Не знал. Может в отель? Дорого. А оставаться на улице – околеешь. Он откинулся на сидении, а незнакомец сидел напротив.

– Что показывать будешь?

– Увидишь на следующей станции. Терпение.

Вагон летел, как стрела, опасно раскачиваясь из стороны в сторону. Гул был такой, что он едва расслышал, что сказал ему попутчик. Что ж, ему торопиться точно некуда.

Послышался скрежет тормозов, вагон накренился и начал останавливаться.

Двери распахнулись, но станцию не объявили. Незнакомец улыбнулся одними глазами и указал лицом на выход. Славка с сомнениями выглянул наружу.

Выглянул и так и обмер.

Это была его детская комната. Тот единственный мир и настоящий дом, который у него когда-то был. Прежде, чем мать выбрала ему нового отца. Вот – сидит он, уже не младенец, но еще и не подросток.

– Не тащи это в рот! Брось, – она отняла из рук ребенка пластиковый треугольник и насадила на стойку. – Вот сюда нужно, ну как ты не поймешь?!

Мальчик скупо улыбнулся и кивнул, а затем снова сделал непростительную, для его матери, – ошибку. Взял слишком маленькую деталь и насадил на стойку.

– Ну, нет же, Слава! Она пойдет на верхушку. Видишь? Вниз – самые большие, а маленькие фигуры – наверх. Какой ты глупый! Зачем я тебя вообще родила! Ты самая моя большая ошибка!

И разрыдалась. Со всем чувством, с воем. Малыш подполз к матери и попытался ее утешить, но она отпихнула его и выбежала из комнаты. Ее ноги задели детскую игрушку и рассыпали по полу то, что уже было собрано. Он заплакал. Парнишка долго смотрел сквозь пелену слез на беспорядок перед собой, и когда первая обида схлынула, потянулся маленькими неумелыми ручонками к стойке. Он отыскал самую большую фигуру и насадил ее в самый низ, затем нашел деталь чуть меньше. Прежде, чем ребенок успел собрать пирамидку, двери вагона захлопнулись.

Славка держался за лицо и не верил тому, что только что увидел собственными глазами. Он хорошо помнил эту сцену. Помнил боль в лице матери и стыд за собственную неудачу. Как в его – еще детскую головку приходили совсем не детские мысли. Он думал, что однажды мама оставит его потому, что он такой бестолковый. А он очень сильно боялся остаться один. Потому что у других детей были мама и папа. А у него была только она одна.

Славка с ужасом посмотрел на незнакомца. Хищная ухмылка читалась в его глазах.

– Ты кто такой?! Что это за представление?

– Я могу показать тебе еще, и ты все поймешь.

– Выпусти меня отсюда!

– Не могу. Ты дал согласие. Мое дело – исполнить твое желание. Сядь, – сказал попутчик совершенно другим, властным тоном.

Славка так опешил, что подчинился. Вагон натужно заскрипел и тронулся.

В затуманенном алкоголем мозгу начали шевелиться мысли. Он просто пьян. Ему мерещится с непривычки. Уснул он где-то. Да может на той же лестнице, где упал. Пощипал себя за руку – больно. Ну не может это же все быть реальностью?

Незнакомец молчал и смотрел в сторону движения вагона. Славка рассмотрел его поподробнее. Бледная – почти белая кожа, выглядела как бумажный лист: сухой и мятой. Как он сразу этого не заметил? И жутко стало на сердце. На что он согласился? Кто его попутчик? Куда он его везет?

Поезд заскрежетал тормозами по рельсам. Ручка сидения больно впилась в ногу. Мужика затрясло. Двери раскрылись, и незнакомец рукой пригласил его посмотреть. На полусогнутых ногах Славка поднялся, и крепко цепляясь за поручни, чтобы не упасть, – выглянул.

Это был все тот же привычный старый дом. Он подрос и уже был в средней школе. Сидел и исправно, как хороший сын, делал уроки. Славка смотрел на себя – еще такой щеголь: худенький, осунувшийся, почти прозрачный. Каштановые волосы свисают на глаза. Тяжело вздохнул. Он вспомнил, что сейчас произойдет и сердце сжалось. Ему хотелось закричать и предупредить себя, но от чего-то голос покинул его. Он мог лишь наблюдать – как рыба из аквариума, беззвучно открывая рот.

В комнату вошла мать.

Изнуренная, измученная ежедневной рутиной женщина. Она выглядела намного старше своих лет. Стирая со лба тыльной стороной руки пот, она наклонилась к подростку.

– Что у тебя тут? Все уроки сделал? – женщина мяла в руках подол своего передника, вытирая об него руки с каким-то нездоровым желанием отмыться.

– Почти, еще немного. Нам тут такое задали! Представляешь, оказывается Плутон это теперь не планета!

Из-за двери послышались бессвязные недовольные возгласы и звук бьющейся посуды. Что-то тяжелое ударилось об пол и сердце замерло. Сын смотрел на мать, а в ее глазах отражался первородный ужас. Как он мог не заметить, что под левым глазом у женщины расцветает лиловый синяк?

Дверь ударилась об стену, слетая с петель.

– Маринка! Ты куда ушла?! Я не закончил! Сколько раз я тебе говорил, чтоб ужин готов был ко времени? Совсем распоясались! И крысеныш твой у меня в печенках сидит! Уже не малой, пусть работу ищет!

Озлобленный мужик ударил со всей дури по косяку двери и из него посыпалась штукатурка.

– Что молчишь дура? Язык проглотила?

– Степан, очнись. Ты пьян! Напился до чертиков, что ты говоришь?

– Это я пьян?! Я трезв, как стеклышко. А вот ты – непутевая баба, у меня сейчас получишь!

Марина спрятала за собой сына и получила по лицу кулаком со всего размаху. Она даже не успела подставить руки и голова ее так сильно изогнулась, что стало страшно – а не сломал ли он ей шею? Но она стояла.

Мать беззвучно осела на стол и покачала головой, выставив вперед руки. Она попыталась утихомирить мужчину, но в его глазах не было человека. Сейчас перед ней стояло разъяренное животное, не отдающее отчет своим действиям. И тут женщина все поняла.

– Славка, беги! – закричала она и бросилась вперед на обидчика.

Она как мангуст вцепилась зубами ему в руку и отолкнула от себя. Мужчина потерял равновесие и, обматерив всех, упал на ближний шкаф.

Мальчишка запаниковал: такого неадекватного отчима он не видел никогда. Славка схватил мать за руку и потащил за собой. Но она легко выдернула свою скользкую руку из его ладони.

– Беги и не оглядывайся. Позови соседей на помощь.

Мужчина поднялся на ноги и ребенок сделал то, что считал верным и правильным – закрыл мать собой.

Мир покачнулся довольно быстро, он хорошо помнил это. Удар отчима сбил его с ног. Марина закричала не своим голосом и оттащила пьяного зверя от сына.

– Приведи помощь, Славка!

И они сцепились не на жизнь, а на смерть. Мальчишка, капая кровью на пол, выбежал из комнаты.

Двери захлопнулись. Поезд тронулся.

Два попутчика сидели друг напротив друга в тишине. Славка глотал слезы, его трясло, как осиновый лист по ветру. Потом он встал и, покачиваясь от скорости, отошел в дальний конец вагона. Его вырвало тем немногим, что он сегодня пил и ел. Всю боль, что мужчина хранил в сердце, словно вскрыли ножом, как гнойник.

Он отдышался, и едва шевеля ногами, вернулся на свое место. Руками он закрыл лицо.

– В ту ночь он убил мою мать. А я сделал все, чтобы его посадили. Он до сих пор гниет в камере за этот поступок. И он еще жив. А мне бы так хотелось, чтобы он подох, как вшивая собака.

Попутчик молча слушал и не выражал никаких эмоций. Приближалась следующая станция, а душевных сил уже почти не осталось.

Ненавистные тормоза заскрипели. Мужчина уже не хотел спорить или сбежать. Он принял бы сейчас все, чего бы ни предложил ему незнакомец. Он показывал переломные моменты его жизни. Травмы, которые он получал от судьбы раз за разом. Перепутья, в которых он был жертвой, но не путником. Где-то в глубине души он догадывался, что будет на следующей станции.

Но эта станция его удивила.

Это было метро, но другая станция – Заречная. Много лет назад, когда он был на первом курсе института, куда поступил всеми правдами и неправдами. Парень, как и вчера, вышел из вагончика, полностью погрузившись в текст учебника. Но его внимание привлек сладкий запах духов и белая летящая юбка. Светлана. Девушка – мечта, о которой можно сказать – нежна, как зефир. Светловолосая фея, белолицая с аккуратным макияжем на глазах и полных губах. Она училась на третьем курсе и была самым нежным цветком, который он когда-либо видел. Была прекрасна и одинока. Девушка побежала вперед, а парень двинулся за ней. Он так мечтал с ней познакомиться и вот прекрасная возможность в его руках.

Он оббегал снующих туда-сюда людей и почти настиг ее, как в него со всего размаху влетел рыжий вихрь волос.

– Ай, – застонала девушка, потирая ушибленный лоб.

– Извини, – растерялся Славка и помог подняться девушке. Он извинился, как порядочный человек, хотя она сама в него влетела.

– И это все!? После такого ты должен мне кофе и это как минимум.

Девушка отряхнула черные брюки и светло-розовую рубашку.

– Так это ты в меня влетела! – возмутился парень, теряя из виду Свету.

– Кого ты там рассматриваешь? – посмотрела в ту же сторону девушка.

– Хмельницкую что ли? У вас, что у всех парней только она в головах? Очнитесь, она не с этой планеты всем уже ясно. Ищет принца на белом коне, у вас нет шансов.

– Что? – заморгал парень.

– Говорю, лучше б на земных девушек внимание обратили. Ты должен мне кофе, идем. Меня Лиза зовут.

Она схватила Славку за руку и потащила в противоположном направлении от мечты.

Дверь захлопнулась.

Мужчина осел на сидение. Незнакомец выглядел крайне довольным.

– Наверное, тебе интересно, почему эта станция переломная?

– Я примерно понимаю, почему…

– Тогда смотри дальше.

Следующая станция была ожидаемой.

Славка думал, что увидит эту сцену прошлой, но она шла только сейчас. Позавчерашняя, но еще не остывшая ссора.

Его Лиза, его жена. Она стояла посреди комнаты и тихо плакала. Затем, сорвалась на крик.

– Ты задушил! Ты задушил меня своей заботой! Куда бы я ни пошла – кругом ты!

– Ты же потеряла нашего ребенка, как я могу не обращать внимания на тебя?

– Это все твои вечные слежки и сцены! Я больше так не могу! К черту тебя и твою больную любовь!

– Я не доглядел за тобой, и ты попала в аварию!

– Я попала в аварию из-за тебя! Потому что ты в очередной раз звонил и пытался выяснить, где я! Все с самого начала было ошибкой и каким-то нескончаемым бредом! Ты не здоров. В твоей голове что-то не так, – она постучала пальцем по виску. Вид у нее был, как у безумной. – Ты воспринимаешь меня не как личность, а как дорогую вещь, которую нужно вовремя протирать и ставить на полку, чтобы любоваться! – девушка орала, а глаза снова наливались слезами.

– Ты же знаешь, почему так важна для меня! – сокрушался мужчина.

– Слав, я не твоя мать! Меня не нужно ни от кого защищать! Я живой человек. Я так больше не могу!

– Подожди, – он догнал уходящую Лизу, – я все исправлю. Вот увидишь! Я смогу! Мое прошлое больше не коснется тебя!

– Нет, Слав. Ты это ты, а я это я. Я не смогу тебя излечить от твоих детских травм. Я не психолог и я… устала.

Огонек в глазах девушки исчез. Просто схлопнулся, как взорвавшаяся звезда. Она все поняла и осознала. Слава это увидел только сейчас, и на душе стало муторно. А ведь сегодня он уже приходил и пытался все вернуть, но не вышло. И он напился. Первый раз в жизни, как его чертов отчим. Пытался сбежать от проблемы и не смог. Теперь он здесь. В замкнутом пространстве с…

С кем он здесь?

– Кто ты?

– Разве это так важно? – голос незнакомца стал более скрипучим.– У меня для тебя есть еще две станции.

– Что? Ты покажешь будущее? Кто ты? Колдун? Астролог? Я под гипнозом? – осенило мужчину.

– Я гораздо древнее того, что ты можешь себе представить.

Поезд тронулся, и разговаривать из-за шума стало бессмысленно. Славка и хотел, и боялся увидеть то, что будет дальше.

В душе скреблись кошки. И, кажется, он начал понимать, что происходит. Сомнения вгрызлись в голову таким хватом, которому позавидовал бы самый лютый зверь. Раны пульсировали болью. Он вспомнил, как они с женой пережили смерть еще нерожденного дитя. Весь тот путь, что прошли… Страшная догадка пронзала сознание – и он кажется, наконец, протрезвел.

Двери распахнулись.

Славка поднялся на ватных ногах и неуверенно заглянул в свое будущее.

В этой комнате темно. Стол и разобранная кровать. Разбитые бокалы, разлитое вино на белом ковре. Два кресла в разных сторонах. Лиза стоит у окна и выкуривает не первую сигарету. Слава стоит сзади и тяжело вздыхает. Не видно ничего: ни глаз, ни эмоций. Но отчего-то ощущение безысходности и конца висит в воздухе, как туман. Густая удушливая взвесь, в которой сложно дышать.

– Уходи, Слав. Ты искалечил мне жизнь. Я не хочу тебя видеть.

– Не могу поверить, что ты выбрала этого идиота.

– Идиота?!

Лиза затянулась последний раз и потушила сигарету. Пепельница с грохотом упала на пол, разбрасывая пепел под ноги. Она развернулась к мужчине, копна волос хлестнула по плечам.

– Каким бы он не был в твоих глазах, Виктор лучше тебя во всем!

– Ты не нужна ему.

– Откуда ты знаешь!? – Девушка кричала. – Ох, прости, ты же всегда все знаешь лучше меня самой. Что мне надеть, куда пойти, с кем общаться. Я стала с тобой чокнутой, что боится каждого шороха, – она всплеснула руками и бросилась к нему. Ее палец ткнул ему в лицо. – Ты довел меня до нервного срыва, до ручки и смеешь меня осуждать!? Ты? Бесполезный кусок дерьма!

В комнате отчетливо эхом отлетел от стен шлепок. Девушка схватилась за лицо.

– Замечательно! Теперь ты совсем, как твой ублюдок отчим! Когда ты уже исчезнешь из моей жизни! Ты превратил ее в ад! У меня не осталось сил с тобой бороться!

Мужчина сделал шаг вперед и обнял девушку. Лиза стала вырываться из его мертвой хватки, кричала и била по плечам.

– Ненавижу! Отпусти меня! Я засажу тебя в психушку! Только тронь меня еще раз!

Она ударила его в лицо и вырвалась.

– Пошел вон из моего дома! Я убью себя! Убью, если ты не оставишь меня в покое! Я ненавижу абсолютно все в этом мире из-за тебя! Тебя ненавижу! Себя и эту квартиру.

Темнота скрывала лица, но было видно, что мужчина на грани.

– Дура! Больная истеричка! Катись ты к черту!

– Иди, просохни, алкаш! И надеюсь, тебя собьет машина по дороге! Я ненавижу тебя! Ненавижу! Ненавижу!

Двери закрылись.

Славка смотрел на сомкнутые двери и плакал. Так вот до чего доведут его попытки спасти семью – это сведет ее с ума. Она изменит и будет до конца жизни себя ненавидеть за этот поступок и его, как причину всех ее несчастий. Они сломали друг другу жизни.

– Мы не подходили друг другу с самого начала, – прервал тишину Славка. – Ее яркая индивидуальность, свободолюбие и себялюбие. Она никогда не хотела быть центром чьей-то вселенной. А я хотел. Хотел подарить ей весь мир. Самое яркое чувство в ее жизни. Я так любил ее…

– Так ли твоя любовь благородна? – обратил на себя внимание незнакомец.

– Кем бы вы ни были, вы не имеете права судить меня!

– Как раз только я и имею, – попутчик встал и начал расхаживать взад-вперед, загибая пальцы. – Сломанный в детстве мальчик, превратившийся в размазню. Тот, кто бросил мечту, ради первого же подросткового увлечения. Ты так сильно хотел быть кому-то нужным и любимым, что душил своей любовью окружающих. Можно ли винить тебя в этом?

– Вы не понимаете! Я знаю, что для нее лучше, она всегда…, – он осекся.

– Дальше, – заскрежетал зубами незнакомец.

– Я…

– Ну!

– Я. Не мог иначе!

Он сказал это, а в душе словно открылась новая рана. Он еще не осознал, что сказал, как вагон затрясло, и поезд тронулся. Руки схватились за холодный поручень.

Мысли висли плотной слизью в голове, смешиваясь с горечью, болью и желчью. Ему захотелось плюнуть в лицо незнакомцу и послать все к черту. Он уже почти подошел к высокой худощавой фигуре, но поезд добрался до следующей станции.

Славка не сдвинулся с места – его заживо сжирал страх. Его мир сыпался на глазах, а он ничего не мог сделать! Абсолютно ничего!

– Смотри на плоды твоих решений, человек.

Незнакомец взял его за шкирку, как щенка и толкнул к открытой двери.

Мужчина закричал и закрыл глаза.

– Нет, ты будешь смотреть!

Незнакомец схватил его за волосы и повернул лицом к станции.

Их разобранная кровать. Тело Лизы без дыхания лежит в луже собственной крови прямо на одеяле. Он стоит рядом и рыдает. Руки завязывают петлей веревку. Шаг и легкий поцелуй в лоб. Второй, третий и наверх – на табуретку.

Слава кричит и бьет по невидимой стене, но тот Слава из будущего его не слышит.

Четвертый шаг и горло сдавила петля.

Стало нечем дышать, на его собственном горле появились синяки.

– Хватит! Прекрати! Я не прав! Я совершил ошибку! Остановись! – кричит мужчина незнакомцу, задыхаясь и корчась на полу вагона.

Дверь закрывается и хватка ослабевает. Поезд начинает движение. Хватая себя за горло, мужчина в ужасе отползает подальше от попутчика. В голову приливает кровь и все становится ясно, как день. Он ошибся и если он будет дальше продолжать тянуться к Лизе, это сгубит их обоих.

– Бедное дитя, со сломанной судьбой и трудным детством. Чистый внутри, как родник. Разве можно винить тебя в том, что ты сотворил собственными руками? – милосердно спрашивает незнакомец.

– Это мои решения, а значит и ответственность на мне!

– Даже если твои решения казались тебе верными?

– Теперь я вижу, что вина на мне. Все было ошибкой.

– Так ли все? Разве ребенок в силах повлиять на своих родителей, которых он не выбирал?

– Я… я мог бы…

– Думай, Слава. Думай! – заскрежетал на него незнакомец. Его глаза становились все более глубокими и широкими.

– Нет, этого я поменять уже не в силах. Мне нужно было избрать другой путь. Я должен что-то исправить!

Незнакомец ухмыльнулся.

– Это летопись ошибок и тех событий, что изменили тебя больше всего. Это твой суд и твоя повинная.

– Я должен все исправить!

Мужчина стоял на коленях и вдруг нагнулся вперед, вставая на четвереньки. Его рука сама сжималась в кулак и жалко стучала по полу.

– Я все исправлю. Только как? Скажи! Ты знаешь?

– Ты можешь выбрать одно воспоминание и все изменить. Ты вернешься назад и начнешь жизнь с этого момента. Прервать череду ужасных событий в твоих силах. Платой будет память.

Славка в надежде вскинул глаза. Он вдруг захотел начать жизнь с нуля. С того детства, которого у него никогда не было, но вспомнил, что говорил ему этот странный человек. Родителей не выбирают. Он не в силах изменить жизнь матери и свое детство. Но он может…

Пришло осознание, и боль затопила его. Встреча. Лиза. Единственный человек, который поддерживал его. Его подруга, жена и свет. Он действительно любил ее, потому что понял – теперь то он точно поступит правильно.

Незнакомец коварно улыбнулся, стянул маску, открывая взору белые кости и зубы. Он сверкнул пустыми глазницами.

– Будь по-твоему.

Он махнул рукой и поезд остановился. А затем… направился в противоположную сторону. Снова станция за станцией проносилась перед глазами, но поезд не останавливался, а двигался к выбранному отрезку с бешеной скоростью. Вся его жизнь буквально пролетела перед глазами.

Когда открылись двери и Славка ступил на перрон, все было точно так же, как и тогда. Яркий свет, белая плитка. Люди. Незнакомец шел сзади, подталкивая его вперед. Двери за их спинами закрылись.

– У тебя появился новый шанс, используй его правильно, – попутчик мотнул головой на выход. Славка увидел нежную, как зефир и светлую, как солнце девушку. Он знал, что ее зовут Света. Это ведь с ней парень так мечтал познакомиться, прежде чем наделал кучу ошибок.

Он несколько раз поморгал, не веря тому, что видит, а затем повернулся к вагону с немым вопросом.

Славка завороженно смотрел на свое помолодевшее отражение в стеклах уезжающего поезда и не обратил даже малейшего внимания на то, что перед ним уже никого не было. Разве был здесь кто-то еще?

Он снова нашел глазами девушку и бросился за мечтой вслед. На полпути парень увернулся от девушки, что неслась сквозь толпу вихрем рыжих волос. "Чудная", – подумал Славка и пробежал мимо.

[09.02.2023 23:20]