Месть джинна

Глава 1

-Лучше не кури так много - голова заболит! -Не будет, - отмахнулся Имран, третий час не выпускавший мундштук кальяна изо рта. -Рабадан, казанова наш, сейчас должен подойти, - Арби ухмыльнулся. -Ну... - хмыкнул Имран, умело скрывая удивление. - Я думал, после того, как он отказался вместе брать магазин, мы его забыли. -Да, забыли. Но он продолжает хвастаться знакомством со мной. Надо его четко на *** послать. -Здесь что-ли? - Имран обвел рукой маленькую полутемную кальянную, где они уютно расположились. - Я не согласен! Зачем хорошее место пачкать? -Я ему скажу и всё. Ничего больше. Он проглотит и пойдет. -Давай только без скандалов, братан. -Я не скандалист вообще! - Два бандита громко рассмеялись. Рабадан, сильно ссутулившись, сидел в замызганной Приоре на подземной парковке торгового центра. В последнее время дела не шли. Главный источник его наживы, женщины, вдруг иссяк. Старые подруги окрысились и зажимали, а новые не раздуплялись. Из-за мелкой аварии старший брат запретил пользоваться Камри. Еще немного и придется сваливать в родной аул, где денег нет и не будет.

Наверху, в кальянной, ждал вызывающий страх Арби, ни чем, кроме грабежа, в этой жизни не занимавшийся.

Что ему нужно? Зачем эта встреча? - Поток вопросов в голове Рабадана внезапно прервался под действием необъяснимого ужаса. Мелко дрожа, он вцепился в руль, вглядываясь выпученными глазами в тускло освещенное пространство парковки.

Вдали, возле колонны, мелькнула тень, потом он резко дёргнул голову влево, заметив периферийным зрением движение у водительской двери. В спину вдруг дохнуло таким холодом, что позвоночник заныл от боли. И, - все отошло, оставив после странный наркотический покой.

Из салонного зеркала на Рабадана смотрел невзрачный мужичок с острыми мышиными глазками. -Ты кто? -Я – джинн! Сейчас возьму тебя! Трахну прямо в душу… - Безгубый рот беса зазмеился улыбкой. -Не надо! -Надо! Ты будешь наказанием, овца! Арби стал слабый, людей жалеет. Поэтому удача от него отнимается. И жизнь тоже!

Рабадан шел по торговому центру. Люди с испугом шарахались в стороны, видя его мертвенно-бледное лицо, перекошенное злобой и тоской. Развинченной походкой он вошел в кальянную и направился к дальнему столику, где развалились двое. Сел рядом с Имраном. -Салам. Давно не виделись. - Налитые кровью глаза одержимого, не мигая, смотрели на бородатого Арби. -Ты пьян что ли? - Тот прищурился, брезгливо сморщившись. -Чего звал, говори. Потом я скажу. Имран отложил мундштук, голова вдруг начала нестерпимо болеть. -Нажрался - смелый стал? - Арби сказал это громко, выходя из себя от наглого тона того, кто назначался на роль жертвы и должен был покорно глотать оскорбления. -Чего звал? - Рабадан белозубо оскалился. -Я тебя звал на *** послать! - Гнев в ответе перемешивался с глумлением. - На *** иди, Рабадан! Забудь, что знакомы были! Еще раз тебя увижу - убью! -Убьешь? А чего тех баб в магазине не убил, неделю назад? -Ты откуда знаешь? - изумленно спросил кривившийся от боли Имран. И тут же сполз со стоном под узкий диванчик на котором сидел - череп как-будто раскалывался пополам. -Когда ты того чабана зарезал, ты клялся, что жалость тебя никогда не ослабит и кровь будет литься при любой возможности. Помнишь? -Ты...что... - Глаза Арби расширились. Никто не мог знать жестоких слов, прозвучавших много лет тому назад на горном пастбище над трупом пастуха, пытавшегося остановить кражу баранов. -Я там стоял. Прибежал на невинную кровь! Радовался… - Одержимого била легкая дрожь. - С тех пор всегда давал тебе удачу. Или ты, дурак, думал что тебе просто так фартило всё время? А теперь - всё! Если мог убить и не убил, значит, отступился от слов! Сдохни! Рабадан быстрым движением прыгнул через стол на оторопевшего мужчину, тот даже рук поднять не успел. Раздался хруст ломающихся позвонков и Арби замер навсегда. Голова его была свернута набок, как у курицы. Кальянщик, обслуживающий молодого человека за соседним столиком, с воплем кинулся прочь. Бесноватый громко хохотал над трупом. Потом оцепенел. Джинн вышел. Изнасилованный Рабадан, хрипло дыша, пришел в себя, снова став безобидным бездельником из посёлка над Махачкалой.