Медное сердце

Глава 1

В опустевшем сквере теплой осенней ночью вдруг что-то скрипнуло в гулкой тишине. И единственный свидетель, который мог слышать этот скрип, смотрел с подозрением на медный постамент, украшавший сквер. С ветки дерева, на которой он сидел был очень хороший обзор. Чтобы ничего не упустить он смотрел, не мигая своими зелеными глазами и старался дышать через раз. Он обратился в слух и предчувствовал каким-то своим чутьем не доступным человеку, что сейчас произойдет что-то жутко невероятное. Любопытство было сильнее страха, он был уверен в себе - успеет унести ноги, когда запахнет жаренным. Еще никогда он не упускал тот момент, ту точку, после которой уже поздно. Он всегда успевал. Поэтому он остался на ветке и ждал, напряженно прислушиваясь, готовый в любой миг резко смахнуть с нее на все четыре лапы и умчатся за угол, до которого рукой подать. А там в двух метрах и дыра в подвал, где безопасность и покой.

Но было тихо. Снова тихо или было до этого тихо? Может ему просто показался этот нерешительный медный скрип? Нет, он был. Нужно еще подождать. Что-то не так. Что-то еще происходит. Ах вот оно что - в конце аллеи беспечно, ни на что не обращая внимания брела собачка, смешно подрагивая стоячими ушами. По всему было видно - она не опасна. Такая навредить может только себе.

Зеленые глаза сидящего на ветке скучающе и расслаблено наблюдали за ней. Ему пришла в голову мысль, что если бы на ее месте был он, а собачка сидела на дереве наблюдая за ним, то наверняка он бы ее заметил еще на входе в сквер. Что за беспечный и праздный народ. Никчемные создания. Он почувствовал как в нем просыпается тошнотворная инстинктивная ненависть к ней и ко всем собакам. Она подошла к дереву, где он сидел понюхала ствол дерева и побрела дальше. Он удивлялся и радовался - она даже не унюхала его. Он чувствовал себя невидимкой.

Все еще провожая ее взглядом он еще не осознал, но всей своей шерстью почувствовал, что поздно. Что он отвлекся на эту собачонку и упустил тот момент. Еще чувствуя в ушах тот звук, что должен был ему указать на опасность, он резко повернулся на медный памятник и не мог поверить своим глазам - медный король разминал мышцы как после сна или когда тело онемело. Но может ли медное тело онеметь? Медный король тем временем спрыгнул с постамента громко стукнув об землю медными башмаками. Он решительно шагал в свете фонарей по скверу, переливаясь медным блеском и своим величием.

Было поздно, но лучше поздно, чем никогда. Он удивительно быстро слетел с ветки, галопом бросился за угол, уходя из поля зрения, покинувшего свой пост памятника. Но тут неприятность - та самая собачка. И он не простительно близко приблизился к ней. Зашипев и махнув когтистой лапой, больше от страха и неожиданности, чем атакуя он все же добрался до спасительной дыры в подвал. В подвале забившись между стеной и трубой отопления он успокаивался в безопасности, не переставая думать о медном человеке, который стоял там все время, как он себя помнил. Что же заставило памятник уйти со своего насиженного места? И куда он направился?

Через некоторое время, он осторожно приблизился к отверстию наружу. Все время прислушиваясь он медленно стал выбираться и уже скоро напряженно выглядывал из-за угла, осматривая сквер. Но ему не повезло, медный король опять стоял на своем месте как ни в чем ни бывало.

Конечно, он не из тех мнительных, что скорее подумают грешить на свою расшатанную психику, чем поверят в подобную фантастику, но на этот раз и ему было о чем крепко задуматься. Сев и взвешенно все обдумав, он решил, что в таком случае ему придется на следующую ночь караулить памятник снова. А не то любопытство изъест его полностью.

Весь день он выбирал место для расположения в ночное дежурство, искусно делая вид, что не может найти себе места поспать на солнышке. На его взгляд лучшим местом для безопасной слежки был выступ стены за углом дома, что был за спиной медного короля.

Настал вечер, а он уже был на позиции. Вот и ночь приближает время раздумий и тишины, когда звуки, казавшиеся днем обычными сейчас отдавали мистикой и несли совсем другой смысл. Он сощурил глаза, так чтобы блеск в темноте не отсвечивал, но и не закрыл глаза совсем, держа ситуацию под контролем.

В сквере уютно кружили желтые мотыльки листьев, пахло дымом и свежестью надвигающихся холодов. Вдруг такой же как и ночь назад скрип заставил его открыть глаза шире, намного шире. Он хотя и видел подобное не в первой, но все же поведение медного короля заставляло его шерсть встать дыбом. Он чуть не издал злобное шипение вперемежку с жалобным криком, но вовремя сдержался. Памятник как и тогда немного размялся и зашагал по скверу как обычный прохожий в погожий денек во время прогулки. Напуганный наблюдатель чуть не упустил его из виду, занятый внутренней борьбой между любопытством и страхом. Наконец, взяв себя в руки, он стремительно бросился со всех ног следом за беглецом.

Догнав его уже в переулке он перешел на медленную трусцу с остановками и тщательно следил за тем чтобы не издавать ни звука. Выйдя на главную улицу им пришлось прятаться обоим от проезжающей запоздалой машины. Ему, конечно, было проще, чем медному истукану. Через два квартала начинался городской парк, и ему пришло в голову, что медный король спешит именно туда. И через несколько минут он в этом убедился. Вот только что ему там было надо?

Тут его постигло жестокое разочарование - у входа в парк расслаблено почивали приблудные собаки, одна из которых уже учуяла его запах и он был вынужден скоропостижно оставить слежку и вернуться в родной сквер. Где печально повесив усы, без интереса, скорее для галочки почти пол ночи дожидался покинувшего свой пост медного короля.

На следующую ночь решил сделать ход конем - отправился ждать своего короля прямо в парке немного дальше, чем вход, не исключая возможности прихода стайки собак снова. Отправился еще вечером, пришлось ждать довольно долго, да еще на чужой территории, хоть местность удалось изучить еще днем, он был не уверен на все сто, что может себя чувствовать в безопасности.

Знакомые шаги послышались у входа и медный король торопливо как мог двигался прямо по центральной аллее парка. Звуки его шагов были похожи на звуки огромного молота, которым орудовал великан, вбивая исполинские гвозди. Он недоумевал как люди в своих домах не слышат эти звуки каждую ночь, раздающиеся под их окнами во время ночных прогулок медного человека. Люди всегда были, на его взгляд немного глуховаты.

Король замедлил шаг и тут к звуку его шагов добавился такой же звук, но другой ритмичности и нарастающий, приближающийся из далека. Сидящий на дереве потерял бы дар речи от увиденного, если бы умел говорить.

Посреди парка переливаясь в лунном свете на медной скамейке сидели две медных фигуры - король и королева. Приглушенными голосами они говорили свои непонятные речи, словно неуверенный гул медных труб. Надо думать говорили они о любви в этот романтический час.

Противно скривив рожу, сидящий на дереве нехотя плюхнулся на землю и разочарованно поплелся в сквер. Тайна была раскрыта. Тошнотворная человеческая романтика вызывала в нем непонимание и отвращение. Он грустно залег в укромном месте в знакомом подвале и пролежал так более суток, изредка меняя положение.

Естественные нужды заставили его все же покинуть теплое место. Он направился в сквер, к тому же ему все же хотелось узнать как поживает его старый медный знакомый.

Всю ночь безуспешно он просидел на дереве, но медный король не двинулся с места, теперь он вел себя прилежно как и подобает памятнику. Снова, сидящий на ветке был удивлен. Следующая ночь прошла точно также - медный истукан не шевельнулся. Тогда был только один способ выяснить в чем дело и почему король больше не покидает своего постамента среди ночи по зову, пусть и медного, но сердца.

Он отправился в городской парк, не думая о стае бродячих собак дежурившей там. Зайдя с другой стороны, прямо возле медной королевы, он остановился как вкопанный - на свой вопрос он получил ответ.

Ему была чужда человеческая сентиментальность, чувства и эмоции никогда не брали над ним вверх, но сейчас в этот день он понял, что даже медное сердце может чувствовать и однажды разбиться. В последующую ночь, он наблюдая за медным королем, который отныне был неподвижным. Заметил даже на большом расстоянии и в густой темноте, что по медной щеке медленно ползла медная слеза.

Медный король оплакивал ту, чья любовь смогла заставить обездвиженный памятник преодолеть расстояние, чтобы быть рядом с любимой. Теперь же она лежала грудой бесформенных обломков недалеко от своего постамента. Ее время прошло - ее место занял медный автомобиль - новый символ эпохи скорости.