Мажоры

Мажоры

В те года, которые в народе принято называть лихими девяностыми, мои родители оказались в числе первых мелких предпринимателей. Отнеслись они к этому со всей ответственностью и энтузиазмом, будучи людьми образованными и незаурядными, ко всему подошли обстоятельно.Они радовались первым успехам, но внешние факторы учесть не смогли. Их автобус по дороге в Польшу остановили бандюги, тупо всех ограбили, хорошо хоть не убили. Мама долго плакала на кухне по возвращении домой, но папа сказал, что ничего переживать о том, на что повлиять мы не могли. Попробуем начать всё сначала. А пока пойдём реализаторами на рынок. И это оказалось тупиковой ветвью, так как процента от выручки едва хватало на продукты. Коммуналка росла, мы с сестрой тоже, на новую одежду денег уже не оставалось.

В общем, не вдаясь в подробности, именно так мы оказались в деревне. Городскую квартиру сдали, надеясь с этих денег хоть что-то откладывать, а в деревне много лет пустовал дом маминых деда и бабушки. Те давно умерли, других претендентов на дом не было, так что решили обустроиться пока там.Местные вначале отнеслись к нам настороженно, но постепенно все наладилось. Приехали мы примерно в конце июня. Мне было 14, а сестре 6. И потому компании у нас были разные. За короткое время мы успели перезнакомиться и сдружиться со многими местными ребятами. В деревне, в те доинтернетовские времена, это было вопросом одного-двух дней. Так что мы достаточно быстро адаптировались и не особо скучали по городской жизни. Дети привыкают быстро, а родители наши всегда были внимательными и заботливыми, с пониманием относились к любым нашим проблемам, так что, если что-то беспокоило, нам с сестрой всегда было с кем поговорить и посоветоваться. Ну вот как-то так мы в деревне начали новую жизнь, которая постепенно становилась обыденной, буддо так было всегда.

Но в первых числах августа, привычный распорядок нарушил приезд новых соседей. Точнее сказать, к нашим соседям привезли внуков, двух мальчиков-погодков, примерно моего возраста. Точнее, Матвею было четырнадцать, а Егору тринадцать. Надо сказать, имена на тот момент достаточно редкие.На рассвете их на дорогой иномарке привез отец из столицы и почти сразу же уехал. Народ шептался, что проблемы у него, вот и спрятал пацанов. В первый день братья не показывались, а нас всех снедало любопытство. Еще бы! Приезд нового человека в деревне — всегда событие, а тем более из столицы. Но на второй день они лениво, как бы нехотя, с одолжением вышли со двора. Парни держались достаточно уверенно, даже свысока, но некоторое напряжение в них все же угадывалось. Негласным лидером местной шпаны был Семен. И когда он, не спеша, в развалочку направился к ребятам, остальные, в том числе я, походкой повидавших жизни пацанов направились к ним. "Здорово",- поприветствовал парней Семён и сплюнул, как бы закрепляя свой авторитет.Что-что, а плеваться смачно Семен умел. Городские парни с уважением проводили взглядом плевок и поняли, что перед ними человек серьезный, которому лучше ответить. "Привет",-почти одновременно ответили они. Потом последовал обмен рукопожатиями и предложение осмотреть местные достопримечательности, которое было принято безо всяких отговорок. Вот так столичные ребята и влились в нашу компанию.Оказались они нормальными , без понтов, и хотя у их отца и водились деньги, парней они не испортили. Не любили они говорить о чём-то таком, чего мы не имели, не видели, и к концу лета все мы были настолько дружны, как будто бы всю жизнь друг друга знали. Мы в шутку прозвали их "Мажорами".Сначала они огрызались, но быстро поняли, что это "любя".

А потом в конце августа они пропали, в один день. Оба. Вечером было всё как обычно, мы допоздна сидели у костра на берегу реки, разошлись по домам заполночь. Ничего необычного не было. Ни посторонних людей, ни чужих машин, в сельской местности всё на виду. Всех нас потом допрашивали по сто раз, но мы и сами рады были бы помочь, если б могли. Знали бы, скрывать бы не стали. С первых дней вместе с милицией и взрослыми мы облазили все окрестности, нас прогоняли вначале, а потом махнули рукой, поняли, что не успокоимся и лучше уж под присмотром. Родители Мажоров почернели от горя, мать целыми днями кричала и плакала, проклинала то отца ребят и его бизнес, то тех людей, которым он перешёл дорогу. Дед с бабкой слегли, отец метался между милицией, поисковиками и звонками в столицу.Но абсолютно никакой информации не было. Он был готов отдать свой бизнес конкурентам, но те открестились, заявив, что не при делах. Подключил и братков, но тоже без толку. Мне врезалась в память картина: отец,стоящий с безумными глазами у кромки леса, как будто ждущий ответа на свой немой вопрос. Недели поисков ничего не принесли. Отчаившиеся родители обращались к колдунам и экстрасенсам, те давали противоречивую информацию, но дело с мёртвой точки не сдвигалось.Их долго искали и всё было бесполезно. Поиски постепенно сходили на нет. Шли долгие недели, и к середине октября все потеряли надежду. Только отчаявшийся отец с парой-тройкой мужиков, а иногда и в одиночку,продолжал упорно бродить по лесам.

А в начале ноября,ночью ко мне пришёл Матвей. Я резко проснулся ,как от толчка и увидел его. Ни страха, ни удивления я не почувствовал. Сел на кровати и задал первый, пришедший на ум вопрос:

-А где Егор?-Не знаю, он не смог прийти.-Матвей отрешённо покачал головой.

Потом он взялся за спинку стула и пододвинул его к кровати. Звук стула по полу лишь подтвердил реальность происходящего.

- Где вы были?-задал я следующий вопрос.

-Когда мы разошлись по домам,-начал Матвей,-я вдруг вспомнил, что забыл на берегу куртку . У костра-то жарко было, снял, а когда шёл домой, замёрз. Куртку жалко было, отец подарил, вот и решил вернуться. Егор увязался за мной, Но когда мы пришли на то место, поняли, что всё там совсем не так.

-В каком смысле?-немного подождав, спросил я.

-Не знаю, как объяснить. Вроде бы и такое же, но другое,-Матвей задумался.-Как будто во сне попадаешь в знакомое место, понимаешь, что это оно, но всё как-то иначе выглядит, по-другому.- Он опять надолго задумался, и я решил взять нить разговора в свои руки.

-Ну а потом, что вы сделали?

-Ничего, постояли и пошли назад. Куртки, как ты уже понял наверное, там не было. Там много чего не было, например, следа от костра, вместо пепелища и углёв-ровная свежая трава. Мы просто офигели с братом, даже не знали, что сказать. Помню, как Егор ошарашено переспросил несколько раз:"Это что вообще такое?" Но самое страшное ждало нас впереди, когда мы вернулись в деревню: Мы шли по улице. И не узнавали ничего, не могли понять, что произошло. Вроде бы стоящие так же дома, но многие детали отличались, не соответствовали действительности. У деда Матвея вместо раскидистой яблони стоял сарай, дом Одинцовых стоял как будто бы совсем заброшенным, к тому же достаточно давно. Твой дом был окружён совсем другими деревьями, ну а дом наших деда с бабкой, короче, не тот и всё тут. Мы туда даже заходить не стали. Побоялись того, что могли там увидеть. Короче, развернулись мы и пошли назад, к речке. На что мы рассчитывали, не знаю. Просто не могли же мы так и стоять столбами посреди тёмной улицы. Пошли назад по дороге, никого не увидели, заполночь же было. Неудивительно.Мы шли молча, оглушённые увиденным. Пока приближались к реке, на землю вдруг резко опустился такой густой туман, что мы друг друга едва различали. Поняли, что заблудились. Ничего не было видно. Мы просто сели у обочины дороги и решили переждать, что оставалось делать. Постепенно мы впали в какой-то ступор, а потому и не смогу сказать, сколько прошло времени. А потом стало светать и мы снова побрели в сторону деревни. Она стояла совершенно пустой, как будто все дома забросили лет сто назад. Вот тут мы и сделали самую большую ошибку, решили разделиться. Егор пошёл домой, а я зашёл в дом тётки. Никого, понятное дело, не было. Это ясно было с самого начала. Двор зарос бурьяном, окна выбиты, двери перекошены . Я вышел опять на улицу, Егора нигде не было видно. Я позвал, он не ответил. Я вначале ничего такого и не подумал, мало ли, не слышит. Позвал ещё, потом пошёл к дому деда, вошёл внутрь, Егора нигде не было. Вот тут я конкретно перепугался. Меня охватила такая дикая паника. Понятно же было, не мог он в такой ситуации куда-то спрятаться ради шутки. Я в каком-то бреду метался по той деревне, про еду и не вспоминал, один раз попил только из заброшенного колодца. Вода там была какая-то странная, как будто не живая, трудно объяснить. Короче, я тынялся туда-сюда, пока не начало темнеть. Понятное дело, оставаться в той стрёмной деревне побоялся. Да и подумал, что Егор тоже к реке вернулся бы, но его там не было. Я уже настолько был вымотан, что просто сил переживать и бояться не осталось. Просто упал на траву и уснул. Проспал ,думаю, целые сутки, так как когда проснулся, уже опять начинало темнеть. Но я вдруг сразу осознал. Я дома. Хоть и заметил, что листья начали желтеть и куртки моей нигде не было, но наш кострище на том же самом месте, да и воздух совсем другой, родной что ли. Там всё не настоящим казалось. Я вскочил и бросился к воде. Напился прямо из реки. Эта вода с илом и травой мне самой вкусной показалась. Побежал домой. Кинулся к дому, но быстро остановился: "Как же я без Егора вернусь?" -подумал- "Или он дома уже?" Как стемнело, прокрался во двор, но тут и сам знаешь, понял я, что плохо всё.

-Так ты не виделся со своими? Они же с ума сходят!

-Нет, не могу. Мне надо вернуться и найти Егора. Без него не пойду.

-Но ты даже представления не имеешь, где его искать. Он же в вашем доме был. Только не тут.

-Вот и я должен туда вернуться.

Больше я Матвея никогда не видел. Я долго себя винил за то, что не смог его остановить. Надо было поднять шум, позвать взрослых. Но не по-пацански это было бы. Я его, правда, пытался урезонить, но куда там. Он махнул рукой и выпрыгнул в окно. Много раз я один приходил к реке, мыкался там часами, ожидал найти ту невидимую дверь, за которой остались Мажоры, но мне она не открылась. Я долго еще просыпался по ночам, прислушивался к ночным шорохам и еле различимым звукам, надеясь в тишине различить знакомые шаги. Иногда мне казалось, что сейчас кто-то постучит в окно, и я различу в темноте знакомые силуэты. Где они сейчас скитаются? Я часто терзался сомненьями,не стоило ли рассказать все родителям ребят, но не решился, что бы я им сказал? Вы поверили бы такому? Да и нужно было б им это знать?Ведь они все равно не смогли бы ничего сделать, даже если б поверили мне. Есть вещи,которые неподвластны нашему пониманию. По крайней мере,пока...Чуждые самой природе нашего мировосприятия. Имел ли я право впускать их в нашу жизнь? Имел ли я право впускать в их и нашу жизнь отголоски чуждого мира ? Что-то глубоко внутри меня подсказывает, что нет...