Маяк

Глава 1

Вдали, где исчезает океан, И света край пугает мореходов, Свинцовых туч нависший караван, Предвестником у пасмурной погоды, Там в рёве волн и шелесте дождей, Услышишь звуки древних песнопений, Живёт Она в стремительной воде, Видна в тот час, когда над миром тени.

Оттавио смотрел на залив. Усталые матросы выгружали на берег его багаж: три больших чемодана и несколько коробок поменьше с личными вещами и инструментом. Пронзительный ветер налетал порывами и Оттавио продрог до костей, ожидая, когда матросы закончат. За спиной виднелась наполовину поросшая мхом и лишайником скала высотой около шестидесяти метров и еле видимая, ведущая к ней узкая дорожка. Хмурый субтильный капитан пожал Оттавио руку, проклял погоду и свою бесприютную жизнь, напоследок пожелав удачи и сказав, что привезёт сменщика через четыре месяца. Запас продуктов был заблаговременно доставлен матросами на маяк. Оттавио Марино решил не оборачиваться и твёрдой уверенной походкой пошёл к маяку.

Забытый страж среди извечной мглы, Маяк, что возведён на плоском мысе, Ты по ночам спасаешь корабли, Даря свой свет, что к ним идёт из выси, Лишь ты один – надежда среди бурь, Лишь ты один – к спасению дорога, Для моряков, чьи души ждут в аду, Ты заместил в краю унылом Бога.

Каменная громада маяка находилась на самом краю Огненной земли, на острове Обсерватории, севернее заброшенного несколько десятков лет назад его собрата – деревянного Сан-Хуан-де-Сальваменто. Свет от масляных ламп увеличивался линзами Френеля, что давало заблудившимся в шторм кораблям хоть какую-то надежду на спасение, впрочем, он был не достаточно далёк и ярок, из-за чего многие моряки находили себе последний приют на дне океана. Оттавио, очередной смотритель маяка, закрыл за собою тяжёлую буковую дверь, распаковал один из чемоданов, достав бутылку гаитянского рома, откупорил её и протерев стоящий на пыльном столе стакан, налил в него до половины. Осушив содержимое и откашлявшись, занялся работой. Долив масло в лампы, он стал ждать приближения ночи. Выйдя на вязкий вечерний воздух, новоявленный смотритель закурил дешёвую коричневую сигару, с наслаждением выдыхая сизоватый дымок. На душе почему-то было тревожно.

Где видимость реальностью зовётся, И сонмы духов бродят у камней, В припадке океан о скалы бьётся, Под голос из глубин” ”Иди ко мне…” Здесь небо упирается о землю, Прядь облаков почти коснулась дна, Я голосу магическому внемлю, По волнам босиком идёт Она.

Смотритель сидел на стуле и дремал. Непонятный звук, похожий на чей-то нечеловеческий голос привлёк его внимание. Оттавио выглянул в окно. Если бы его не закалили тяготы суровой жизни, он сошёл бы с ума. Был полный штиль. Над водой висела огромная белая Луна. Океан светился изнутри сине-зелёным светом. В нём чувствовалось странное движение, Морские звёзды облепили прибрежные камни, сотни крабов вылезли на берег, чайки и альбатросы в неимоверных количествах кружились на небе в хаотичном танце. Но привлекало внимание не это. Прямо по воде в сторону маяка шла высокая черноволосая девушка непередаваемой красоты, в странном одеянии из мелких ракушек и коралловых ожерелий. Её оливковая кожа словно впитывала в себя лунный свет. Оттавио Марино, не в силах противостоять зову океана и притяжению девушки, вышел наружу и пошёл ей навстречу. ”Меня зовут Ино Метуи”- пронеслось в его голове. В этом слове было всё: прошедшие тысячелетия, смерть звёзд и рождение галактик, крики младенцев и сны стариков, запах рыбы и вкус солёных брызг и ещё что-то давно утерянное, вместе с затонувшим много сотен лет назад континентом. ” Хочешь стать дельфином?”- спросила посланница глубин. Оттавио почувствовал, что он всю жизнь хотел прожить в воде, мчатся в волнах быстрой торпедой навстречу бордовому закату среди множества своих сородичей, сбросив с себя груз многолетних забот, боль потерь и отчаяния, стать частью великой стихии. Он шагнул навстречу девушке, протянув ей руку…

Пусть неизвестность поглотит, От смерти я уйду навеки, А ангел пришлый во плоти, От пут избавит человека, Я стану вновь совсем невинным, Природу счастья обретя, Плыву нефритовым дельфином, И рад и весел, как дитя.

Февральским утром тысяча девятьсот двенадцатого года небольшой пароход подошёл к острову Обсерватории. Спустя полчаса безрезультатных поисков всё тот же субтильный капитан отозвал матросов. ” Ещё один…- нервно закуривая, сказал он своему старшему помощнику. ”Уже седьмой за два последних года”- задумчиво ответил тот. Очередной сменщик смотрителя, Леандро Гонсалес, молодой загорелый человек тридцати одного года, направлялся в сторону маяка, то и дело придерживая широкополую кожаную шляпу на голове от дуновения сильного ветра. ”Ладно – сказал капитан – если судьба что решит, то здесь не поспоришь.” Старший помощник в ответ только кивнул головой. Пароход отчалил. Всё это время на остров смотрели сотни глаз плывущих кругами дельфинов, словно предчувствуя, что скоро их стаю пополнит ещё один. Шёпот волн донёс имя – Ино Метуи.