Обложка Мастер некровизажа

Мастер некровизажа

Ruth Black

0% прочитано
Стандартный
Ruth Black

Мастер некровизажа

Глава 1

1862 г.;3 сентября; 10:18.

Черная полоса в жизни, как темная туча, которая нависает над головой, загораживая солнечный свет и забирая всю радость. Люди сталкиваются с черной полосой по-разному: кто-то обходит ее стороной, а кто-то импульсивно пытается пробиться сквозь темноту. Однако, действия вторых могут не только отдалить светлое будущее, но и разрушить его окончательно.

После трагической гибели жены в автокатастрофе, Ричард Келлер столкнулся с еще одной потерей, которая изменила его жизнь. Недавно он похоронил и свою единственную дочь, маленькую принцессу. Каждый вечер, сидя у камина и вспоминая прошлое, мужчина рассматривал фотографии своих погибших членов семьи.

– Почему?! Почему жизнь так жестока со мной?

Ричард был хорошим мужем и отцом. Имел фирму по недвижимости, но в один день ничего не осталось...

Похоронив жену, Келлер на протяжении десяти лет всячески пытался работать и жить только ради маленькой дочери. Найти вновь вторую половинку мужчине так и не удалось, поэтому жил он ради дитя. Папа был героем и лучшим другом маленькой Кати!

Угрозы в сторону семьи начали поступать после нескольких неудачных сделок по недвижимости. Как оказалось позже, один из коллег вел несогласованные сделки, продавая находящиеся в плохом состоянии дома и квартиры за слишком преувеличенные суммы, вводя в заблуждение клиентов, из-за чего ответственность пришлось нести владельцу фирмы, Ричарду Келлеру. В ходе судебных разбирательств компания получила колоссальные финансовые потери, но так и не смогла возместить весь ущерб клиентам.

– Как земля все еще носит таких уродов?! – мужчина не мог поверить, что все это происходит с ним.

Долгое время Келлер получал письма с угрозами, странные посылки с дохлыми крысами, слышал звонки в дверь посреди ночи, но не думал, что кто-то решится на нечто большее, чем запугивание семьи...

– Выследить Катю и жестоко убить - это уже слишком…

Возле камина лежала газета. Листая ее в разделе ритуальных услуг мужчина заметил необычное объявление:

«Профессиональный танатопрактик предлагает воссоздать естественную красоту умершего с помощью искусного макияжа. Отдавая дань ушедшим, мы дадим возможность им обрести вечную жизнь. Звоните. Рабочее время: I-VII 21:00-05:00».

Теплив надежду на чудо, мужчина позвонил по указанному в объявлении номеру.

Глава 2

1862 г.;3 сентября; 10:27.

Сосредоточенный танатопрактик готовил зелье, но внезапно зазвонил телефон.

– Кто тут не вовремя?! Мое рабочее время еще не началось… – недоволен и бурча себе под нос, мастер прервал все начатое и ответил на звонок. – Алло?!

– Эм… Здравствуйте! Я звоню по объявлению из газеты… Это правда, что вы оживляете усопших?

– Да, да! Я, Кристиан Склепов, великий танатопрактик с многолетним опытом и своим инновационным авторским подходом к делу, даю им второй шанс на жизнь!

– Танатопрактик? – Келлер удивленно посмотрел на газету. Раньше ему никогда не приходилось слышать о такой профессии.

– Да, вы не ослышались! Танатопрактика – это искусство, которое позволяет умело и ненавязчиво вдохнуть в неживое тело утерянную красоту и жизнь. Иными словами, я возвращаю былое счастье тем, кому так не хватает близких после утраты! Даю возможность сказать родным все то, что не успели сообщить при их жизни! Однако, смею предупредить, что не все этим даром умеют правильно пользоваться...

А ну прочь отсюда! – мастер прогнал паука с плеча прочь.

– Это вы мне?

– Ой, нет, извините, это не вам. Пауки такие игривые создания, сами понимаете… А кого вы хотите воскресить? – продолжая разговор, мастер вернулся к котлу и большой ложкой начал размешивать его содержимое.

– Дочь. Пожалуйста, помогите...

Танатопрактику до этого не приходилось работать с детьми, поэтому он был в легком замешательстве. Не был в курсе возможных последствий, хотя от коллег слышал, что работа с детьми бывает особенно сложной. В диалоге наступила неловкая пауза, которую прервал Ричард:

– Мне ее очень не хватает. – вспоминая дочь, по щеке Ричарда Келлера скатилась слеза.

– Скажите, а сколько ей было лет? – пройдя к полкам, с одной из них мастер схватил несколько различных трав и бросил в котел.

– Двенадцать.

– Где она похоронена?

– На Бромптонском кладбище.

Танатопоактик внезапно задумался об охраннике кладбища. Кого уж точно в последнее время не мог терпеть Кристиан, так это новенького охранника Бромптонского кладбища.

– Неужели мне вновь придется встретить ЕГО?! – вскрикнув, мастер ударил рукою об стол.

– Вы что-то говорили?

– Как она умерла? Ваша дочь… Как умерла? – еле сдерживаясь, мастер присел на кресло.

– Это так важно? – Келлер начинал заметно нервничать и жалеть, что позвонил такому странному типу. Собеседник задавал странные вопросы, на которые мужчине не очень хотелось отвечать.

– Конечно! В любом случае, я должен знать, что случилось с моими клиентами. – улыбаясь, Кристиан смотрел, как в котле булькает зелье. Заметив, что к котлу подкрадывается летучая мышь, мастер занервничал.

– Ее убили...

– Убили?! Ладно, раз такое дело, я постараюсь вам помочь... Приезжайте завтра к началу моей работы! – резко прервав разговор, танатопрактик бросился к котлу, но было уже поздно. Летучая мышь успела всунуть свои длинные коготки в чужое дело. Мастер с ужасом наблюдал, как в котле с новой партией зелья для умерших растворялась человеческая кость.

Глава 3

1862 г.; 4 сентября; 20:28

На следующий день Ричард Келлер приехал на Бромптонское кладбище. Он не обратил внимания на указанное в газете рабочее время танатопрактика и приехал чуть раньше. Его встретила неожиданная картина. Мрачная фигура танатопрактика кружилась на территории кладбища под вальс с девушкой-скелетом.

– В тонко очерченном платье,

Затянута в черный корсет,

Ты танцуешь в таинственном мраке,

И тебя не прогонит рассвет. – на необычное зрелище тут же собрались посмотреть и остальные жители кладбища.

– И эхом в ночи раздается

Твой томный, бархатный смех,

И власти его поддается

Мой сладкий и чувственный грех. – продолжая строки мрачного стиха для своей любимой, Кристиан даже не заметил, что к нему приехал Ричард Келлер.

Необычная пара продолжала кружиться в мрачном танце, завораживая своими движениями собравшихся. Кто-то из умерших не мог скрыть улыбки, а кто-то завистливой усмешки. Но ни девушка, ни мужчина рядом с ней понятия не имели о том впечатлении, какое они производили на окружающих. Каждый из них был увлечен только друг другом.

Внезапно перед самим носом Ричарда Келлера пролетела летучая мышь, и тот в испуге крикнул, привлекая к себе внимание мастера. Музыка стихла. Все кладбищенские нечисти тут же пропали, будто испарились в воздухе. Наконец-то заметив гостя, Кристиан отпустил руку партнерши, и скелет рассыпался на косточки.

– Я, наверное, сошел с ума… – сделав шаг назад, Келлер огляделся по сторонам.

– Извините... Не думал, что вы так быстро приедете. – широко улыбаясь, танатопрактик поровнял перекосившийся крест на ближайшей могиле и подошел к заказчику.

– Вы тот самый мастер? – Келлер был удивлен. Ему никогда не приходилось видеть, чтобы кто-то танцевал на кладбище вальс.

– Да. Идемте... – танатопрактик загадочно улыбнулся гостю и пригласил войти в свой дом – усыпальницу.

Спустившись по ступенькам, двое мужчин попали в помещение, напоминающее старый подвал. Посреди помещения стояли три гроба. За ними была видна еще одна железная дверь. Махнув рукою, мастер позвал Ричарда Келлера следовать за ним дальше. Проходя мимо, мужчина с интересом осматривал гробы. Отперев тяжелую дверь, Кристиан пригласил гостья зайти в дом. При входе сразу же почувствовался неприятный запах плесени. Повсюду царил полумрак. Лишь свечи отбрасывали блеклый свет на стены и ближайшие вещи. По образовавшимся теням было понятно, что в доме танатопрактика мало мебели. Пара кресел в гостиной были покрыты пылью и паутинами. Неподалеку стоял ночной столик, на котором лежали череп и парочка книг. В центре гостиной на потертом ковре стоял большой стол с одноразовыми медицинскими простынями. Полки на стенах были наполненные разными вещами, начиная книгами по танатопрактике и заканчивая костями, разными баночками, травами и инструментами для работы. Окна выглядели странно. Лишь некоторое время спустя Ричард Келлер осознал, что это всего лишь имитация окон и вида за ними. На стенах было нарисованное кладбище. Странное решение создать домашний уют, когда живешь в прямом смысле слов «под землей».

Гарантированные тишина и спокойствие. Увидев в банке часть ноги трупа, Ричард чуть не потерял сознание.

Кристиан, привыкший к подобной реакции новых гостей, быстро усадил мужчину на кресло и поднес к его носу нашатырный спирт, лежавший возле банок с формалином. Отец девочки тут же пришел в себя.

– Чай, кофе? – гостеприимный мастер решил подбодрить гостя.

– Спасибо. Не откажусь от чашечки чая. – пытаясь прогнать из мыслей увиденное, Келлер испуганно огляделся по сторонам.

Желая воскресить дочь, отец был готов на работу с человеком, увлекающимся сверхъестественным, но он не думал, что ему попадется такой безумец.

– Скажите, а сколько лет вы занимаетесь всем этим?

– Много. Знаете, какими бы крепкими не были нервы, но когда ходишь на кладбище в полной тишине и на плечо со спины ложится чья-то рука, а женский хриплый голос спрашивает «Где я?»... начинаешь верить не только в зомби, но и в то, что стометровку можно пробежать менее чем за пять секунд! А оказалось, что это всего лишь моя девушка воскресла. Чудо совершилось, хотя я долгое время не верил... На самом деле, сколько себя помню, я всегда увлекался кладбищами и мистикой, но после того случая, осознал, что должен начать работать с мертвыми.

– Вы безумец…

– О! Я так рад! Такие добрые слова мне очень редко говорят… – пройдя за ширму, отделяющую гостиную от небольшой кухоньки, танатопрактик загремел посудой.

– И много вы умерших воскресили?

– Пока шестьсот шестьдесят пять. Я все еще учусь… Все… Все делать правильно. – приготовив чай, Кристиан вернулся в гостиную с подносом, на котором были две чашки с чаем ярко синего цвета. Поставив чашки на стол, уселся на пустое кресло.

– У вас есть что-то к чаю?

– Нет.

– Странный вы, Кристиан. Живете на кладбище, а к чаю ничего нет. И чай странный, почему он такого странного цвета?

– Вас смущает цвет чая?

– Да. Что там?

– Бутоны травянистой лианы Клитории тройчатой, имбирь, кориандр, корица, лакричный корень, корочки апельсина, анис, листья моринги, кардамон, гвоздика, семена фенхеля и немного черного перца.

Кстати, по поводу вашей просьбы… Я вам помогу, но учтите, что за девочкой нужен будет особый уход. Во-первых, не выводите ее на улицу, во-вторых, не давайте какую-либо пищу, и, в-третьих, держите ее подальше от себя. Не дайте девочке обнять вас.

Запомните, у вас будет ровно один день на то, чтобы сказать ожившей дочери все то, что нужно, а позже дайте ей зелье, которое поможет обрести душе былой покой.

– Я на все согласен! Только сделайте меня вновь счастливым. – пригубив чашку с чаем, мужчина остался приятно удивлен. Странная жидкость, цветом чем-то напоминающая зелье, оказалась вкусным чаем.

– Как давно ваша дочь похоронена?

– Три месяца назад. Скажите, что вы собираетесь делать с моей принцессой?

– Увы, не могу разглашать деталей. Завтра я проведу некий ритуал для воскрешения у вас дома.

– Неужели это так конфиденциально?! Я ее отец!

– Конечно! Для вашей же безопасности, я не могу вам все рассказывать. Обещаю, сделаю все, что в моих силах... – Кристиан тут же встал, пройдя к одной из полок, взял с нее что-то и вернулся к Ричарду Келлеру. Мастер дал мужчине ампулу с зельем, которое поможет девочке обрести вечный покой.

– Ах, да... Я очень надеюсь на вашу ответственность к делу и что вы отдадите воскрешенной зелье вовремя.

– А возможны последствия всего этого?

– Конечно! Если вы не дадите дочери зелье ровно через двадцать четыре часа, то за все ее последующие действия ответственность будете нести вы.

Глава 4

1862 г.; 4 сентября; 22:40

С трудом веря во все происходящее, Келлер попрощался с Кристианом и поехал домой, а танатопрактик тем временем преступил к подготовке для завтрашнего дня.

Прихватив с собою лопату и брезент, направился на кладбище. В темноте блуждая между множеством надгробий и крестов, мастер насвистывал какую-то веселую мелодию и искал нужную могилу. Кладбище после заката солнца казалось таким прекрасным, и это чувство было понятно не каждому…

– Ну здравствуй, Катенька! – наконец-то дойдя до самого дальнего края кладбища и найдя нужную могилу, танатопрактик внезапно присел у могилы и начал вспоминать прошлое. Копать могилы Кристиану приходилось не впервые. Пятнадцать лет назад похоронив возлюбленную, мужчина долгое время не мог смирится с утратой и вскоре устроился на Бромптонском кладбище могильщиком. Привязанность к любимой с каждым днем все усиливалась, и это чувство не давало ему покоя. Мужчина часами мог сидеть у могилы любимой, рассказывая, как ему трудно живется без нее. Отпустить умершего было невыносимо трудно. Он желал вновь любить ее и быть любимым. Ведь первая любовь не забывается!

Вскоре приобретя множество книг на тему воскрешения и танатопрактике, мастер начал интересоваться загробным миром. Спустя время он все же решился на воскрешение своей девушки, несмотря на то, что в литературе описывались случаи, когда воскрешение усопшего запрещалось и несло страшные последствия, если оживлялся умерший, похороненный более десяти лет назад. На удивление Кристиана, чудо совершилось! Его любимая вернулась в мир живых, но была уже другой. А сердцу ведь не прикажешь... Бывшие искорки чувств тут же воспламенились и Кристиан осознал, что должен стать танатопрактиком с некой тайной. Он желал как можно больше времени проводить с любимой, а также делать других вновь счастливыми, хотя бы на сутки, поэтому обжился на Бромптонском кладбище и начал принимать заказы только для воскрешения недавних умерших. Совершать подобных ошибок и травмировать психику близких он не хотел. Посмотреть в лицо смерти очень трудно. Видеть, во что превратилось тело близкого человека — испытание, пройти которое без заметных психологических травм удается не всем. Не каждый способен смириться с мыслью, что множество лет назад умерший родной человек со временем изменяется и теперь может выглядеть, как куча костей. Кристиан долгое время также не мог смирится с мыслью, что его бывшая теперь напоминает скелет, а сам он из-за всего этого стал бессмертен.

Кристиан все еще выглядел молодо и, каждый раз воскрешая нового усопшего, жил за счет непрожитых лет своих клиентов. Никто не знал, сколько на самом деле лет Кристиану, даже он сам.

Вскоре прогнав все мысли прочь, мастер преступил к делу. Аккуратно постелив брезент у могилы, начал копать и ссыпать на него землю. Добравшись до гроба, взломав крышку и эксгумировав труп девочки, положил тело у ямы. Труп еще не начал сильно разлагаться, чему мастер был рад, ведь это облегчало ему работу. Он знал, что в таком случае реставрация усопшего пройдет быстрее.

Не успел мужчина закончить начатое, как неожиданно появился охранник кладбища.

– Это опять вы?! – заметив охранника, Кристиан разозлился.

– А что вы тут вытворяете?! – рыжеволосый, пухленький охранник удивленно смотрел на мастера.

– Разрешите представится, ведь мы так и не знакомы... Кристиан Склепов, великий танатопрактик и ваш самый большой ужас! – мужчина мгновенно изменился. Казалось, будто им внезапно овладела потусторонняя сущность. Глаза танатопрактика сверкали ярко фиолетовым цветом. Схватив охранника за куртку, мастер потащил его к ближайшей запущенной усыпальнице.

– Что вы себе позволяете?! – возмущаясь, охранник всячески пытался вырваться, но все его усилия были тщетны. – Сейчас же отпустите меня!

– Дорогой Стивен, когда же вы прекратите мне мешать работать и запомните, что ночью одному на кладбище ходить опасно?! – улыбаясь в полумраке, Кристиан напоминал настоящего психа. Сверкающее глаза и зловещая улыбка пугали молодого охранника.

– Вы что…?! Отпустите!

Терпение танатопрактика было на грани. Мужчина еле сдерживался от желания ударить этого негодяя. Новичок Стивен работал на Бромптонском кладбище всего несколько месяцев, считал себя охотником за приведениями и прочей нечистью и был той еще занозой в заднице для Кристиана. Парень был словно одержим кладбищем и всем тем, что с ним связанно. Юноша часто мешал мастеру эксгумировать трупов. Однажды сумел проследить за танатопрактиком и при его отсутствии украсть из усыпальницы некоторые инструменты и книги, веря, что мастер не человек, а нечто из потустороннего мира. Охранник часто рассказывал о мастере своим близким и друзьям, но, увы, никто не хотел ему верить. Все его считали глупцом, ведь всем было прекрасно известно, что призраков и магии не существует. Но Стивен не сдавался и каждый раз после не очень-то удачных встреч с танатопрактиком, пытался его вновь разыскать. Кристиан долгое время догадывался, что все кражи–дело рук молодого охранника, но без каких-либо доказательств не мог ничего ему сделать или сказать, пока однажды, возвращаясь домой, не увидел того же охранника, бегом несущегося из усыпальницы с одной из его книг по магии. Тогда-то танатопрактика и осенило, что все это время его обкрадывал и мешал работать именно Стивен. Случайные встречи со Стивеном каждый раз заканчивались одинаково – запиранием охранника в усыпальницах или в его сторожке, удалением памяти с помощью магии и возвращением своих вещей.

Так было и в этот раз. Толкнув охранника к усыпальнице, Кристиан достал из кармана маятник.

– Былое пропало и прошло, из головы в прах земной ушло, ты не вспомнишь обо мне, а взамен пришло нечто иное, новое, доброе, светлое и да будет так! – мастер хлопнул в ладоши, и юноша тут же потерял сознание.

Кристиан не волновался из-за внезапной встречи со Стивеном, ведь знал, что утром охранник просто не будет помнить об их встрече.

Вернувшись к разрытой могиле, мастер вновь хлопнул в ладоши. За считанные секунды могила стала прежней. Кристиан часто любил использовать свои способности при приведении разрытой могилы в порядок, так как считал это быстрым и простым способом. К тому же, он не хотел терять и без того драгоценное время на закапывание могилы вручную.

Подхватив тело девочки, направился к дому. Кристиан был безумно рад, что его услугами еще интересуются, но в то же время и волновался, ведь работа с ребенком ему предстояла впервые.

Принеся тело домой, проделал ряд обычных, подготовительных процедур для предстоящей завтрашней работы. Изначально усопшую помыл и дезинфицировал специальными веществами. Для временной остановки разложения тела принялся бальзамировать девочку. Универсального препарата для консервации трупа не существовало, поэтому Кристиан стал комбинировать разные препараты, такие как: спирт, глицерин, формалин и смеси солей. После введения бальзамирующей жидкости пальцы и губы как бы округлились, трупные пятна исчезли, и кожа приобрела естественный цвет. Подготовив Екатерину к завтрашнему ритуалу для воскрешения, он уложил тело в гроб и отправился отдыхать.

Глава 5

1862 г.; 5 сентября; 20:07

Собрав все необходимое для предстоящей работы, на следующий день Кристиан Склепов приехал к Ричарду Келлеру. Лишь явившись к заказчику, он понял, что забыл привезти труп.

– Вы готовы?

Отец в ответ не произнес ни слова. Молча наблюдал за мастером, ожидая лучшего, что вот-вот Катя вернется домой.

– Ладно... – танатопрактик хлопнул в ладоши, и в камине потухло пламя. Темнота заполнила комнату. Второй хлопок. Перед ними появился гроб. Мимо пролетела летучая мышь. – Не обращайте внимания. Иногда всякая нечисть из кладбища любит понаблюдать за процессом. Вместе мы сильнее! – странно улыбаясь, мастер подошел к гробу.

Отец девочки от всего увиденного потерял сознание.

– Здравствуй, Катенька! – странно улыбаясь, Кристиан тут же приступил к долгожданной работе. В посмертном макияже использовалась косметика, специально разработанная для работы на мертвой коже. Такая косметика также обладала консервирующими и дезинфицирующими свойствами, которые были направлены на сохранение лица усопшего. Танатокосметика плотнее ложилась на кожу, помогая скрыть ее бледность и посмертные изменения. В чемоданчике мастера некровизажа было много тонирующих средств разных оттенков, румяна, база под макияж, палетки и кисти. А еще баночка с воском, пинцет, скальпель и белые маски. Мужчина был безумно рад, что вновь может заниматься любимым делом и делать других счастливыми.

Так как девочка была убита, на ее шее осталась глубокая рана. Кристиан ее тщательно замаскировал воском, а затем приступил к нанесению макияжа на юное лицо. За считанные минуты Катя словно ожила прямо на глазах Кристиана Склепова.

Довольный своей работой танатопрактик присвистывал и, взяв в руки белую маску, идентично повторил макияж. Среди коллег по профессии шли слухи, что, если умерший жив, то его макияж сохраняется на маске. Если упокоен – все исчезает, и маска вновь становится белой. Ну а если с умершим случается что-то неладное, то маска уродуется и приносит дискомфорт. Благодаря маскам, Кристиан мог отслеживать состояние тех, кого он оживлял. Мастер был странно спокоен, ведь прекрасно знал, сколько раз ему приходилось воскрешать умерших, родные всегда отдавали им зелье. Раньше или позже близкие были обязаны отпустить усопшего. Такова жизнь...

Сделав макияж на маске, Кристиан надел ее на свое лицо и начал проговаривать заклинание:

– Силой неба и земли, я придаю тебе жизнь.

Твоя душа пала, но теперь вернется.

Твое тело мертво, но теперь оно воскреснет.

Оживи и обрети свободу. –когда мужчина хлопнул в ладоши, дочь Ричарда Келлера ожила. Сам же танатопрактик исчез, словно испарился в воздухе, как и все его инструменты и гроб. Отец пришел в себя.

Глава 6

1862 г.; 6 сентября; 13:28

Первый день проходил идеально. Отец и дочь сидели дома, играли в настольные игры, параллельно вели беседу.

– Каждый день я думал о тебе, моя маленькая принцесса. Ты такая красивая и умная. Очень похожа на маму… – улыбаясь, отец не мог отвести глаз от своей маленькой принцессы. Ему казалось, что все это сон. Маленькая Катя в ответ лишь улыбалась. Юная душа все еще не осознавала происходящего.

– Ты помнишь красные розы? – сжимая хрупкую ладонь дочери, отец ощущал холод.

– Да! Пап, я помню, как мы сажали их в саду, и ты говорил, что эти все цветы для меня. – вспомнив про любимые цветы, девочка засияла от счастья.

– Глядя на тебя, я так счастлив... – еле сдерживая слезы, отец отпустил руку дочери.

Наступил вечер. Отец понимал, что скоро придет время принимать важное решение. Внезапно он начал просить у дочери прощения, и оба стали плакать. Они радовались, что снова могут быть вместе, но часы пробили 22:00, пришло время дать дочери зелье. Сжимая пузырек в кулаке, мужчина медлил. Видя ее живые глаза, он не мог этого сделать. Отец считал это несправедливым решением вновь забирать жизнь дочери, ведь она так мало прожила! Мужчина сжал в руке хрупкую ампулу.

– Пап, все хорошо?

– Да… Просто немного задумался. – прогнав навязчивую мысль прочь, отец в итоге сунул ампулу с зельем в карман пиджака.

Глава 7

1862 г.; 6 сентября; 22:03

– Черт! Как же больно! – Кристиан чувствовал покалывание на лице. Маска внезапно начала уменьшается в размерах.

Танатопрактик долго смотрел на свое отражение в зеркале. Глядя на маску, заметил, что макияж не исчез – это означало лишь одно, что девочка осталась жить. Но что-то все же было не так...

– Ричард! Что же вы наделали?! – ощущая боль, Кристиан начал кричать, пытаясь сорвать маску с лица.

Глава 8

1862 г.; 13 сентября; 11:28

Прошла неделя. Со временем дочь становилась все более отстраненной, она перестала воспринимать слова отца и просто ходила за ним по пятам. Ее желания выйти на улицу и принять пищу становились все сильнее.

– Доченька, ты себя хорошо чувствуешь? – заметив, что девочка начала как-то странно себя вести, отец забеспокоился.

– Все отлично, пап! Почему ты мне ничего не разрешаешь?! Почему мамы нет с нами?

– Катя, мама умерла, когда ты была еще совсем маленькой. – на глазах у дочери отец резко постарел на несколько лет.

– Пап, а идем гулять?

– Чуть позже мы обязательно пойдем. – отец резко поседел.

– Ты мне то же самое говорил вчера. И позавчера. – девочка начала злиться и меняться на глазах у отца. – Пап, мы идем гулять! Сейчас же! – девочка начала кричать и шипеть на отца. В ее глазах читалась одержимость.

– Обещаю, через час мы пойдем гулять. – у Ричарда резко появились проблемы со здоровьем.

– Почему ты мне не даешь поесть? Я голодная. – Катя мгновенно изменилась. Стала прежней, доброй и милой девочкой.

– Я... Я не могу тебе дать поесть.

– Почему? ПОЧЕМУ?!

Так прошло еще несколько дней. Отец и дочь все чаще ссорились и мирились, но лишь теперь мужчина начинал понимать, чем обернулось его решение не дать зелье воскрешенной дочери. Он старел слишком быстро, ощущал, как девочка забирает его жизнь.

Глава 9

1862 г.; 16 сентября; 18:48

Кристиан Склепов с каждым днем мучился все больше и больше. Мужчина не понимал, что происходит, ведь маска постепенно сжимала его лицо, а об этом не говорилось ни в одной книге. Не в силах больше все это терпеть, он пытался ее сорвать, но каждый раз все усилия были тщетны. Мужчина был на грани, от боли сходил с ума. Пребывая в растерянности, мастер вновь начал искать информацию о происходящем в своих книгах.

– «Посмертный макияж», «По соседству с загробным миром», «Танатокосметология», «Если клиент всегда мертв», «Зелья и эликсиры в домашних условиях». Черт! Почему ничего нет о воскрешении детей?!

Пролистав книгу «Воскрешение душ», мастер нашел то самое заклинание для воскрешения усопшего, но мужчина даже и не думал, что мог совершить очень глупую ошибку. Во время воскрешения ребенка Кристиан забыл произнести «юная душа». Эта ошибка была ценою в его красоту. А последствия теперь были очевидны. На грани истерики он долго думал, что же делать. И тут пришла идея…

– А ну-ка, все кладбищенские нечисти, ко мне!

На зов танатопрактика сбежались пауки, слетелись летучие мыши.

– Помогите мне избавиться от маски!

Вцепившись лапками вмаску, пауки и летучие мыши попытались сорвать ее с лица Кристиана, но все оказалось не так просто, как кажется. Маска будто была намертво приклеена к лицу мастера. В итоге, не придумав ничего получше, танатопрактик схватился за нож и отколупнул маску с лица, местами повреждая себе кожу. Позже он отнес маску к дому Келлер. Положив ее под куст красных роз, оставил записку «Вы сделали свой выбор».

Глава 10

1862 г.; 21 сентября; 17:20

На второй неделе отец не сдержался, и, поддавшись уговорам дочери, провел вместе с ней вечер в саду возле дома. Прогулки оживляли девочку все больше и больше… Она начинала ощущать радость.

Гуляя по двору, девочка внезапно решила порадовать отца. Подбежав к розам и желая сорвать бутон тех самых, с любовью выращенных красных роз, Катя обнаружила маску с запиской.

– Пап? А что это? – принеся находку, девочка удивленно посмотрела на отца.

Увидев записку, мужчина лишь теперь осознал, что наделал. Его здоровье продолжало резко ухудшаться уже не днями, а часами. Сад также начинал увядать.

Спустя время в один момент девочка стала очень активной и в очередной раз собиралась потащить отца в сад, но он этого уже не хотел.

– Ты меня не любишь! – кривясь перед отцом, девочка начала топать ногами.

– Люблю, Катя, люблю... – из последних сил отец попытался улыбнутся своей маленькой принцессе в ответ.

– НЕТ! Не любишь меня, так как не любил и маму! Почему я жива, а мама нет?! Ты не хочешь больше со мной гулять и играть! – тело девочки внезапно вспыхнуло от эмоций. Она горела, будто переживая все обиды вживую, на глазах у отца.

– Катя, я любил и тебя, и маму... Но... Я не думал, что все так обернется. Мое же решение изменило нашу судьбу. Я хотел оживить тебя. Хотел, чтобы мы жили долго и счастливо. Но я не дал тебе зелье, которое могло вновь лишить тебя жизни...

– Что?! – услышав такое от папы, девочка присела на пол.

– Милая, посмотри на своего отца... Я постарел буквально за несколько дней. Мне тяжело перемещаться. У меня много проблем со здоровьем. Прости, меня...

– Папа... ТЫ НЕ ЛЮБИШЬ МЕНЯ! – вспыхнув еще сильнее, Катя вскочила с места и направилась к своему отцу. Увы, здоровье не позволяло мужчине быстро убежать.

– Люблю! Только я не думал, что все так быстро изменится. Я горевал по тебе. Мне было так одиноко, и я всячески желал вернуть тебя, но, увы, это была плохая идея. Прости меня, Катенька… Я тебя всегда буду любить и помнить.

– НЕ ВЕРЮ!

Резко подавшись вперед, девочка обхватила отца за талию и повалила на пол. С диким ужасом в глазах мужчина всячески пытался оттолкнуть одержимую дочь прочь. Танатопрактик был прав, за все ее последующие действия ответственность будет нести отец.

Ампула с зельем тут же выпала из кармана пиджака и разбилась. Оглушающий детский смех заполнил комнату.

– Папочка, теперь мы будем играть каждый день! – истерично смеясь, девочка обняла отца сильнее.

Обжигающее пламя мгновенно перекинулось с девочки на мужчину, а вскоре и вовсе распространилось по комнате, уничтожая все на своем пути.

Глава 11

1862 г.; 27 сентября; 16:31

Тишина, которая царила на кладбище, делала четким каждый звук. Резкие порывы ветра, блуждающего между надгробиями, и шаги, эхом отдающийся о каменную дорожку. Не каждый мог здесь разглядеть настоящую красоту и прелесть, полную загадок. Дойдя до самого дальнего края кладбища, Кристиан остановился над свежей и от других отличающейся могилой.

– А я ведь предупреждал... – подойдя ближе, некоторое время смотрел на двойную могилу, где покоился Ричард Келлер и его маленькая принцесса – Екатерина Келлер. – Иногда мертвым стоит бояться живых… Не каждый смертный способен предложить умершему нечто лучшее, чем покой. – широко улыбаясь, танатопрактик положил на могилу красную розу и исчез.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге