Мантия с самыми длинными рукавами

Глава 1

Мантия с самыми длинными рукавами.

Весна. Она как бабочка прекрасна и уродлива одновременно. Когда пробилась уже из-под земли трава, когда распустились почки и весело щебечут возвещая о приближении лета, вернувшиеся в родные края перелетные птахи, тогда весна прекрасна. Но есть иное лицо и иное время - время обострений.

По улочке спального массива расположенного на окраине города Санкт-Петербург брел молодой человек, осторожно лавируя между лужами и остатками не стаявших еще сугробов, густо усыпанных тем мусором, что накидали туда за зиму не слишком чистоплотные горожане.

Впрочем, молодо он выглядел лишь внешне. Его выдавали глаза, потухший, невидящий взгляд уставшего от всего человека. Он был пуст, съеден изнутри. Съеден невыносимой, нелюбимой работой, начатым и не законченным ремонтом, бесконечной чередой неурядиц и разбирательств, и разрушенной много лет назад личной жизнью. Его мир давно съежился до размеров комнаты в старой хрущевке, куда он возвращался вечерами только для того, что-бы поспать.

Раньше он был свободен хотя-бы во снах, но теперь и это окно в мир грез стремительно затягивалось, все чаще принося измученному сознанию сон без сновидений.

Он не заметил бы чудо, даже если бы оно бросилось ему прямо под ноги полыхая всеми цветами радуги.Так и брел бы дальше скользя взглядом по раскисшим в весенней грязи окуркам и кучкам собачьего дерьма.

Но так уж случилось, что чудо само заметило его.

Лимонно-желтый глаз с иссиня-черным кругом зрачка, внимательно следил за удаляющейся сгорбленной фигуркой. Дождавшись когда за человеком захлопнулась ржавая дверь подъезда, неясыть расправила крылья и заложив круг полетела в сторону пятиэтажки, полностью игнорируя истеричные вопли ворон, напуганных столь неожиданным соседством.

__________________________________________________________________________________________________

Привычный запах затхлости и плесени неожиданно резко ударил в ноздри заставляя на миг отвлечься от бесконечной череды самокопания. Коснувшись кончиками пальцев грязнозеленой стены с облупившейся от времени штукатуркой, я начал свое восхождение на пятый, последний этаж. Вся жизнь состоит из ритуалов, мы желаем доброго утра, вскидываем руку в приветствии, принимаем пищу в одно и то-же время. Вот и пальцы скользящие сейчас по стене, повторяя каждую ее неровность, тоже часть ритуала, ритуала возвращения домой. В то самое место где возможно я увижу сны.

Шагнув за порог я замер прислушиваясь, вдруг что-то изменилось, вдруг я услышу детский смех и звон посуды на кухне. Это тоже часть ритуала. Но нет, все оставалось по-прежнему, дом жил своей жизнью. Откуда-то снизу доносилась музыка, шумел перфоратор, а за стеной ругалась чета алкашей.

-- Стой кому говорят! А ну-ка стой паскуда! -истерично вопила дворничиха Клавдия -- Опять зенки свои проклятые залил! Куда котелок поволок скотина такая?!

-- Куда надо туда и поволок! Не твое собачье дело, ясно?! --это Семеныч, толковый был мужик, мастер, золотые руки. Но закрылся завод и он покатился по наклонной.-- Трубы у меня горят, а ну уйди с дороги ведьма старая!

-- Ты метлу еще мою продай ирод! Совести у тебя нет! Всю жизнь мне погубил!

-- Надо будет, продам!

Хлопнула дверь, и за стеной послышались рыдания. Все как всегда. Иногда я даже завидую Семенычу, у него на все беды один ответ, у меня увы нет даже такого. Пройдя на кухню и заварив кружечку дешевого чая марки «Принцесса Дури» я расположился у открытого окна. Курение за кружечкой чая, еще один из многих тысяч ритуалов составляющих мою жизнь. Увы пачка сигарет всегда лежавшая на кухонном столе между кружек с бычками оказалась пуста. Чтож для разнообразия покурю на балконе.

Закурив вожделенную сигарету и облокотившись на перила балкона, я вновь было погрузился в самокопание, но неожиданный трубный «Ву-у» раздавшийся прямо над ухом заставил подпрыгнуть и дернуться в сторону. Сигарета конечно не преминула воспользоваться случаем и выскочив из руки улетела куда-то вниз. Впрочем, мне было уже не до нее. Прямо на старой тумбе, всего в полуметре от меня сидела огромных размеров сова, сидела и косила в мою сторону злым желтым глазом. Попятившись я пытался нащупать за спиной какое-нибудь средство защиты, палку, швабру, тряпку на худой конец, но как назло ничего не попадалось. Птица же повернув голову ко мне еще раз издала трубное «Ву-у» расправила крылья почти полутораметрового размаха и грациозно спикировала вниз.

Ноги стали ватными и сев прямо на пол я принялся судорожно искать новую сигарету, но пачка была пуста.

«Наверное стоит покинуть балкон, мало ли эта жопа с крыльями вернется, может гнездо тут вить собирается, или тумбочка ей приглянулась.--подумал я-- Да пусть подавится не очень то мне этот балкон и нужен»

Ноги все еще не желали выполнять возложенные на них природой функции и было принято решение отступать на четвереньках. Но буквально у выхода с балкона рука оперлась не на мокрый кафель, а на сухую бумагу. Опустив голову я обнаружил, что опираюсь рукой на письмо. Нет не так, на Письмо. Желтый конверт едва ли уступал размерами листу формата а4, а треугольный его клапан был запечатан самой настоящей сургучовой печатью.

Конверт лежал на столе, вместо адреса каллиграфическим почерком было вписана строфа старого стихотворения:

«...Не надо призраков, теней: Темна и без того. Ах, проза в ней ещё странней, Таинственней всего...»

Никогда не вскрывал чужих писем, а то что оно чужое сомнений не было. Мне увы как тому полковнику уже давно никто не пишет, за исключением разве что налоговой. Но как иначе узнать кому это письмо? Проведя пальцами по сургучовой печати изображающей некий замок эпохи возрождения, я одним движением сорвал ее с письма.

Тот-же красивый каллиграфический почерк: «Получателю сего, уведомляем вас, что вы приняты в школу магии и волшебства ...»

-- Мда, подзадержались вы что-то. --хмыкнул я-- Лет так на 20.

«... отправка в учебное заведение состоится сегодня ночью по адресу...»

В целом все понятно, видел я в интернете такие письма, развлечение для детишек богатеньких родителей. Надо-же еще и сову надрессировали, да какую! Жаль, кто-то не получит свой билет в Форгатс, или как там оно назвалось? Скомкав письмо я бросил его в сторону мусорного ведра. Увы ведро было полным, скомканный лист некоторое время пребывал на вершине мусорной горки сохраняя шаткое равновесие, но потом как бы приняв решение выкатился на центр комнаты. Посмотрев на комок искусственно состаренной бумаги я вздохнул и уткнулся в телефон.

Бездумно листать ленту не получалось, сериал тоже не пошел. Все мысли так или иначе возвращались к скомканному письму. Дочитать что-ли? А, впрочем, почему-бы и нет.

Бумага удивительно легко разгладилась и я вновь погрузился в чтение.

«...прибыть без багажа... все расходные и учебные материалы будут предоставлены школой... письмо выполняет функции билета»

Так, а вот это уже куда интересней, новый абзац и почти без каллиграфических изысков. Но разобрав первые слова я буквально обмер, даже зрение слегка поплыло делаясь нечетким.

«Уважаемый Максим Федорович, мы очень сожалеем, что опоздали с письмом на целых 20 лет. К сожалению ряд обстоятельств не позволил нам проконтролировать доставку этого и многих других писем. Я понимаю, что в ваших обстоятельствах очень сложно поверить во что-то выходящее за рамки привычной вам жизни. У нас и в мыслях не было вас к чему либо принуждать, однако я взываю к тому духу мечтателя и авантюриста, коей вы надеюсь не растеряли до конца за эти годы. Мы ждем вас. С уважением Д.Э.Б»

Спустя час я все еще сидел в кресле так и держа злополучный листок. «Чушь! Чушь! Чушь! Так не бывает! Это какой-то изощренный розыгрыш, злая шутка! Шоу «Смотрите мы развели дурака»! --непроизвольный взгляд на часы-- Два часа ночи... времени дойти вполне хватит, да и потом, что я теряю? Ну посмеются надомной и что с того? В первый раз что ли? Решено пойду, в худшем случае хоть прогуляюсь.»

Быстро обувшись и накинув куртку прямо на футболку, я выскочил на лестницу, все еще сжимая в руке листок. Выбежав на улицу, на секунду замер. Город как будто преобразился, серая хмарь куда-то исчезла, уличные фонари раньше почти никогда не горевшие сейчас светились приятным, теплым желтым светом, даже чище как будто стало. У подъезда на лавке сидел Семеныч, но выглядел он непривычно, так, как выглядел когда еще работал газосварщиком 6го разряда. Аккуратно подстриженная борода, приветливая добрая улыбка.

-- Молодец, Максим, что все-таки решился. --Крикнул он махая мне рукой.

На улицах было на удивление много прохожих, но не тех серых смахивавших на тени силуэтов, что еле волочат ноги не обращая внимание на окружающих. Все встречные были «Яркими» как будто их фигурам подкрутили контраст, и все они были счастливы. Они, улыбаясь, прогуливались по спальному району будто-бы по центру города. С каждым шагом я все больше уверялся в правильности своего решения. Пути назад уже нет, будь что будет.

Около гаражного кооператива, к которому я бы днем раньше подходить не стал, из тьмы вынырнуло несколько самых настоящих гоблинов. Приземистые с вытянутыми лицами и острыми ушами, одеты они были в шкуры.Самый мелкий из них в смешной шапочке с пером крутил в руках медальон на цепочке.

-- Слышь дядя, сигаретки не найдется? --спросил один из них пока другие брали меня в полукольцо.

-- Нет, друг гоблин, последнюю сигарету почтовая сова из рук выбила, письмо мне пришло! Тороплюсь! Вот денег возьми, купи в ларьке! --выпалил на одном дыхании, протягивая скомканные купюры.

Гоблин открыл было рот, явно намереваясь сказать что-то еще, но так и застыл с ошарашенным выражением лица. Тот что крутил в руках медальон, явно старший в их компании, отскочил от протянутых бумажек, с такой прытью будто вместо денег там была змея.

-- Не-не мужик, не надо нам твоих денег! --и вся компания так-же стремительно скрылась во мраке.

Пожав плечами я продолжил свой бег сквозь улицы и проспекты. Поворот, еще один, вот он парк наконец-то. Парк тоже был необычный, несмотря на раннюю весну, он утопал в летней зелени. Мне уже не нужна была схема приложенная к письму, дорожки разноцветной плитки сами вели меня. И я шел осматриваясь по сторонам, вот Деревянная избушка прячется среди ветвей, вот бюст серьезного бородатого джентльмена «Царю Основателю» было выбито золотыми буквами на постаменте. Еще один поворот и я на месте, Массивная дубовая дверь, арка из причудливо откованного метала. На двери колотушка, стучу. Дверь открывает Страж в ливрее с золотыми пуговицами.

-- Чего сударь изволит?- спрашивает он.

Зрение от волнения двоится, как-бы накладывая картинку на картинку

-- Я прибыл по приглашению из этого письма, для обучения в школе колдовства. --отвечаю я.

Страж озадачено смотрит на меня, затем на письмо в моих руках и делает приглашающий жест.

-- Сейчас я ректора позову. --Говорит он.

Усаживаюсь на один из расшитых вязью каких-то символов дивановрасположенных в холле.Взгляд падает на огромное пано, на котором некий рыцарь побеждает двухголового дракона. Картинка иногда покрывается рябью и герои плавно меняют положение своих тел. Проходит не больше пятнадцати минут и в холл по парадной лестнице спускается седобородый старецоблаченный в белую мантию.

-- Такс, ну что тут у нас? --говорит этот явно мудрый человек.

Рассказываю ему историю и протягиваю все еще зажатое в руке письмо, он долго изучает его, затем задумчиво смотрит на меня и качает головой. Сердце уходит в пятки, неужели это ошибка..

-- Письмо было не мне? Вы меня не ждали? --спрашиваю я, а мир вокруг двоится расслаиваясь на несколько разных изображений.

-- Ну нет, почему-же, именно вас мы и ждали. А вот и мои ассистенты. --он указывает рукой на трех великанов в бирюзовых одеждах --идите с ними уважаемый Максим Федорович, они покажут вам вашу комнату.

И уже обращаясь к великанам.

-- Коллеги, подберите нашему новому гостю мантию с самыми длинными рукавами.

Картина мира схлопывается в единое целое, вытесняя проступившую было серость. Я иду вслед за великанами.

Наконец-то я счастлив.

__________________________________________________________________________________________________

На плече Александра III сидит птица с лимонно-желтыми глазами, затем будто уловив какой-то сигнал онавеличественно расправляет крылья, и полностью игнорируя гомон насмерть перепуганных ворон, заложив полукруг вокруг парка исчезает из вида.

Единственный фонарь освещает адресную табличку на торце дома, столь похожего во тьме парка на древний замок, Фермское шоссе, дом 36А.(1)

(1) примечание: по этому адресу расположена городская клиническая психиатрическая больница имени Степана Скворцова.