Маленькая зеленая дверь.

Глава 1

Летиция жила в старинном доме, стены которого помнили жизнь и кончину её прапрабабушки и прабабушки. Родители девочки покинули этот мир, когда она едва научилась ходить, оставив сироту на попечение кузины своего покойного отца — добрейшей женщины по имени Пегги. Хотя годы наложили отпечаток на облик пожилой дамы, сердце её оставалось молодым и полным любви к племяннице. К несчастью, соседи редко навещали тихое место, а ближайшая подружка проживала чуть дальше мили. Единственная служанка, которую держала тетушка Пегги, была старше её и страдала хроническим ревматизмом правой ноги и левого лопаточного сустава, что сказывалось на её характере.

Однако тетушка Пегги не унывала и каждый день находила удовольствие в играх с малышкой: будь то игра в домино, состязания в шашках или возня с куклами, прыжки через верёвочку. Порой Летиции казалось странным видеть в любимой родственнице сверстницу, однако сердечная привязанность легко сглаживала разницу поколений. Жизнь у тёти Пегги складывалась благополучно: уют, тепло домашнего очага и постоянная поддержка наполняли дни девушки радостью и комфортом, но порой душа ребёнка жаждала покоя и отдыха. Сама Летиция была наделена склонностью к праздности, тогда как её бабушка неизменно следовала мудрости народной поговорки о неподвижном камне и воде, стараясь увлечь воспитанницу занятиями полезными и увлекательными.

Если она не играла, то должна была шить, или заниматься учёбой, или протирать пыль, или читать сказки. У Летиции было очень много хороших книг со сказками, но она не особенно любила читать. Скорее уж она предпочитала предаваться размышлениям о будущих развлечениях, строить воздушные замки и грезить о неисполненных желаниях, запретных и манящих своей недоступностью.

Её старые игрушки и драгоценные мелочи постепенно утрачивали привлекательность, уступая место новым мечтам: платьям роскошнее тех, которыми обладала соседская девочка, сладостям многочисленнее, чем у одноклассницы. Школьные будни лишь усугубляли чувство неудовлетворённости — солнечный денёк превращал дорогу домой в путешествие сквозь разочарование. Девочка страстно желала обновления собственной комнаты, свежей мебели взамен ветхих предметов обстановки, окружавших её всю жизнь. Ранние подъёмы казались невыносимым испытанием, прогулки воспринимались тяжким бременем, но ничто не тяготило её сильнее, чем необходимость ежедневно проходить мимо зелёной двери, чьи тайны навсегда оставались скрытыми от любопытства юной особы.

Дом, в котором жила Летиция, словно сам принадлежал эпохе седых легенд. Его покатая кровля густо заросла мхом, тёмные серые плиты черепицы покрывали фасады, окна терялись среди пышных кустов сирени, а посреди двора гордо возвышался старый добрый колодец. Просторный, внушительный особняк имел пристройки — многочисленные хозяйственные постройки да огромный амбар, расположившиеся преимущественно на солнечной стороне здания. Задняя сторона утопала в бескрайних полях, лишённых всяких построек и укромных уголков. Маленькую зелёную дверь заприметишь в дальнем углу жилища, рядом с дорогой, проходящей прямо через кухню. Этот таинственный уголок именовался "сырной комнатой": некогда именно тут прабабушка Летиции готовила собственноручно изготовленные сыры, чей аромат, по слухам, сохранялся в стенах несмотря на десятилетия пустоты. Теперь помещение превратилось в склад ненужных вещей, вызывая лишь раздражение и досаду у девочки. Дверь была столь низка, что едва доставала ей до макушки, заставляя взрослого присесть вдвое ниже обычного роста, чтобы попасть внутрь. Столь узкая, что только самая худощавая фигура смогла бы пролезть сквозь неё. Чёрная щель замка украшала гладкое дерево, но ключ исчез куда-то в глубины прошлого, оставаясь надёжно спрятанным у тети Пегги. Дверь всегда стояла закрытой, вызывая одновременно любопытство и грустную задумчивость у маленькой владелицы дома.

— Это не принесёт тебе никакой пользы, дорогая моя, — неизменно отвечала тетушка Пегги всякий раз, когда Летиция приставала с расспросами о злополучной зелёной двери. Повторяя одно и то же снова и снова, дама терпеливо объясняла ребёнку бесполезность познания той самой загадки. Однажды, оставшись одна, Летиция обратилась к престарелой служанке, делясь тайнами маленького чуда. Но девушка встречала лишь угрюмый взгляд и недоверчивую ухмылку — женщина будто отказывалась верить в существование какой-то необычной двери. Однако Летиция прекрасно понимала, что эта крошечная зелёная створка существует, ибо собственными глазами видела её неоднократно.

Любопытство захлестывало её с каждым днём всё больше. Как только представлялась такая возможность, девочка прокрадывалась в сырную кладовую и осторожно пыталась сдвинуть с места неприступную преграду. Однако дверь оставалась неумолимо запертой, не позволяя проникнуть внутрь. Однажды отчаянная исследовательница рискнула взглянуть в замочную скважину, но тьма поглотила любое представление о том, что находится за порогом. Самым удивительным фактом оставался сам факт существования двери внутри помещения, а не снаружи строения. Стоя в поле позади дома, девочка тщетно искала признаки искомого входа, но стены молчали, ничем не выдавая своё секретное предназначение. Единственное доказательство присутствия двери заключалось в положении сырной комнаты, расположенной в дальней части дома, и наличие замочной скважины в её задней стенке. Тайна продолжала оставаться неразрешённой, и, пытаясь докопаться до истины, Летиция обратилась вновь к своей почтенной родственнице, услышав привычное: «Знаешь ведь, дорогая моя, это не принесёт тебе никакой пользы». Заинтригованная девочка проводила часы над разгадкой, посвящая исследованию гораздо больше усилий, нежели изучению школьных наук. Лишь зимним утром, когда январь сковал землю морозом, события наконец приняли неожиданный поворот. Холод окутывал воздух плотной завесой, и Летиция всеми силами упрашивала остаться дома, отказываясь отправиться вместе с родственниками в церковь. Несмотря на преклонный возраст, бабушка Пегги и служанка твёрдо решили пойти на службу, пока девочка плакала и кашляла, утверждая, что заболеет окончательно. В итоге её просьбы оказались услышаны. — Только сиди спокойно, — наставляла тётушка, покидая дом, — и читай заданный урок вслух, чтобы повторить его мне, когда я вернусь.

И вот, когда тётя Пегги и старая служанка ушли, одетые в длинные тёплые плащи, шерстяные платки и пушистые шапочки, Летиция замерла на мгновение, сосредоточенно листая страницы Библии в поисках четырёх коротких цитат. Вскоре мысли вновь вернулись к маленькому чуду — знакомой зелёной двери. Откладывая священную книгу в сторону, девочка крадучись прошла через кухню, скользнув в сырую прохладу пкладовой, где стояла пресловутая дверь. Нетерпеливые пальцы легли на ручку, проверяя прочность затвора. Дверь, как всегда, оказалась надежно закрыта. Глубокий вздох вырвался из груди ребёнка, смешанный с горькими слезами. — Боже мой! — прошептала она, чувствуя отчаянье. Та крошечная зелёная дверь стала для неё настоящей пыткой, несравнимой с любыми лишениями и недостатком удовольствий. Неожиданно память подсказала девочке нечто важное: на верхней полке шкафа спальни тетушки хранился изящный сундучок из благородного атласа, украшенный замысловатой гравировкой. Летиция нередко любовалась этим предметом, но никогда не смела прикасаться к нему. А вдруг именно там хранится заветный ключ?

Решившись немедленно действовать, ребёнок поспешил оставить сырную кладовую, минуя кухню и просторную гостиную, направляясь прямиком в личные апартаменты родственницы. Быстро подняв крышку сундука, девочка обнаружила небольшую коллекцию реликвий прошлого: несколько кусочков вышивки, потертый медальон, древнюю открытку, жёлтое письмо и, конечно же... маленький чёрный ключик, закрепленный тонкой зелёной лентой. Сердце бешено забилось в груди Летиции, руки заметно задрожали, дыхание сбилось, но сомнения отступили. Без колебаний она схватила ключ и бросилась назад в сырную комнату, позабыв закрыть сундук и шкаф. Морозный ветер гулял по дому, холодок пробегал по спине, пальцы неуверенно искали путь к замочной скважине, но наконец ключ оказался на своём месте, и лёгкий щелчок раздался в тишине. Последовало короткое мгновение нерешительности: страх внезапно охватил сердце, ужас поселился в мыслях. Что ждёт её за этими стенами? Девушка почувствовала тревогу, напряглась, услышав неясные шорохи с обратной стороны двери. Однако желание увидеть неизведанное оказалось сильнее страха. Одной рукой она откинула засов, второй уверенно подтолкнула деревянную панель, и дверь плавно открылась навстречу неизвестному миру.

Девочка испуганно вскрикнула и замерла, словно поражённая молнией. Глаза её расширились от изумления и неподдельного ужаса. Вместо поля, простиравшегося за пределами родного дома, перед ней предстал сумрачный лес, настолько густой и высокий, что ветви деревьев почти касались друг друга, оставляя лишь редкие просветы, сквозь которые робко проглядывало бледное зимнее небо. Повсюду царствовал густой подлесок, переплетённый колючими ветвями ежевичника, покрытого хрустящим слоем снега. Лес источал зловещую атмосферу, которой пропитывался ледяной дух смерти. Тем временем откуда-то издалека вновь донёсся тот самый настороживший звук, вызвавший беспокойство раньше. Теперь стало ясно, что это воинственные кличи диких племён, прочитанные ею в школьном учебнике истории. Среди стволов мелькали силуэты мужчин, похожие на описания краснокожих воинов, героев рассказов и хроник. Испугавшись происходящего, Летиция резко обернулась, намереваясь вернуться домой, но... маленькая зелёная дверь исчезла. Исчез и весь знакомый пейзаж, растаявший, словно мираж. Перед ней остался лишь мрачный лес и еле заметная тропинка, извивающаяся меж тенистых деревьев.

Летиция ахнула. Потрясённое сознание отказывалось воспринимать происходящее. Нервно взглянув вперёд, девочка увидела лишь бесконечные ряды сосен и берёз, отсутствие спасительного убежища в виде ее родного дома усиливало страх. Дикие вопли приближались, заполняя пространство вокруг треском и шумом. Из-за куста неподалеку послышался отчётливый хлопок выстрела, сопровождаемый тяжёлым стуком копыт скачущего животного. Прижав ладони к лицу, Летиция метнулась прочь от опасной тропы, оказавшись в тени огромного белого ствола. Через мгновение мимо промчался величественный вороной жеребец, стремящийся вперёд, неся на себе женщину и двух маленьких девочек, крепко прижатых к крупу. Вслед за ними стремительно промчался всадник-мужчина, расправив полы широкого пальто подобно двум огромным крыльям. Подскочив от внезапного движения, Летиция невольно подавила сдавленное восклицание, которое сразу заметил незнакомец. — Ты кто?! — коротко бросил он, задыхаясь от быстрого бега. Не дождавшись ответа, всадник ловко поднял её на руки и устремился вперёд, подальше от опасности.

Мужчина наклонился к её уху и шепнул, предупреждая: — Ни звука… Индейцы близко, но скоро будем дома! Его слова оборвал резкий скрип деревянных половиц неподалёку от тропинки. Буквально из воздуха возник небольшой домик, построенный из массивных брёвен, плотно подогнанных друг к другу. Одинокая рука осторожно удерживала дверь полуоткрытой, приглашая путников войти. За притвором мерцало осунувшееся, полное тревоги лицо. Приблизившись вплотную, мужчина быстрым движением ворвался внутрь, опустил девочку на пол и одним махом захлопнул тяжёлую дубовую дверь, громко лязгнув несколькими толстыми металлическими засовами.

Всё произошло так быстро, что Летиция лишь беспомощно смотрела по сторонам, ошарашенная нахлынувшими впечатлениями. Напротив неё встревоженная молодая женщина беспокойно переминалась возле троих детей: две девчонки помоложе, похожие на ангелов, и третья — её ровесница, похожая на саму Летицию. Обстановка внутри была необычайно напряжённой. Всадник, примостившийся в углу, смотрел на привязанного к стойлу коня. Массивная деревянная дверь представляла собой настоящее произведение искусства, укреплённую железными скобами и массивными шипами, способную выдержать любую атаку.

На стене висело три заряженных ружья, направленные в бойницы. Мужчина и женщина периодически посылали заряды свинца в темноту, заставляя здание сотрясаться от мощи взрывов. Двое младших детишек норовисто бегали туда-сюда, передавая заряд патронов и боеприпасов, выполняя поручения старших членов семейства. Невероятно было осознавать реальность происходящего, словно само пространство изменилось, превратившись в театр военных действий. Стараясь держаться незаметно, Летиция сжалась в уголке, наблюдая за разворачивающимися событиями с нарастающим волнением. Наконец яростные крики снаружи стихли, и стрельба прекратилась.

—Они ушли, — облегченно выдохнула женщина.

—Да, — ответил мужчина. — Нам опять повезло избежать беды.

— Пока опасно снимать засовы и открывать окно, — сказала женщина, внимательно глядя на дочь. — Я приготовлю свечи и постараемся приготовить еду при тусклом свете огня. Теперь Летиция обратила внимание на недостаток освещения: ранее она забыла плотно зашторить окна, пропуская лучи солнечного света, отчего сейчас семья вынуждена была ограничиваться слабым светом единственной свечи и дымным пламенем очага. Воздух внутри быстро остывал, а тело начинало неприятно трясти мелкой дрожью. Женщина заметила состояние гостьи и мягко улыбнулась, подойдя к ней с искренней теплотой и интересом.

— Кто эта маленькая девочка, которую ты привёл сюда, любимый? — поинтересовалась женщина, косясь взглядом на незнакомку. Муж радостно улыбнулся, слегка растерянно почесав затылок: — Пусть сама скажет… Сначала решил, что это Феба, дочка нашего соседа Адама, но теперь вижу, ошибся. — Скажи нам своё имя, девочка, — обратилась к ней супруга героя, внимательно приглядываясь к новоявленной гостье. Три пары детских глаз неотрывно смотрели на пришлую, отражая неподдельное любопытство. — Летиция Хопкинс, — тихо отозвалась девочка, пугливо сжимая кулачок. Воцарилось недоуменное молчание, взгляды устремились сначала на Летицию, потом друг на друга. — Ты сказалаЛетиция Хопкинс? — недоверчиво уточнила женщина. — Да, мэм, — покорно согласилась девочка.

Все уставились на неё снова, затем переглянулись.

— Так странно, — наконец нарушила молчание женщина, морща лоб в глубоком раздумье. — Ведь моё имя тоже Летиция... — И моё точно такое же, — подтвердила старшая девочка, выступая вперёд. Эта новость поразила Летицию, как гром среди ясного неба. Семейное имя Хопкинс сопровождало её повсюду, она привыкла считать его символом достоинства и преемственности. Бабушка её отца носила имя Летиция Хопкинс, рассказы о славных корнях семьи ходили по всему роду, поскольку поколения Хопкинсов отличались тесными связями. Девочка нервно посмотрела на мужчину, отблагодарившего её, спасшего от смертельной угрозы. — Будьте добры, назовитесь, пожалуйста, господин, — осторожно осведомилась она. — Джон Хопкинс, — услышал приятный голос мужчины, сопровождаемый мягкой улыбкой. — Нет, дорогой, капитан Джон Хопкинс, — мгновенно вмешалась его супруга, подчёркивая значение титула.

Летиция ахнула. Это всё объясняло. Капитан Джон Хопкинс был её прапрапрадедом. Двоюродная бабушка Пегги часто рассказывала ей о нём. В своё время он был выдающимся человеком среди первых поселенцев, и многие истории о нём дошли до его потомков. В гостиной висел странный миниатюрный портрет в позолоченной рамке, и Летиция часто на неё смотрела. Ей с самого начала показалось, что в лице этого мужчины есть что-то знакомое, и теперь она поняла, что он выглядит как мужчина с портрета.

Невообразимая ситуация развертывалась на глазах девочки: волшебная зелёная дверь привела её в глубь веков, в гости к собственным пращурам, к семье, существовавшей много столетий назад. Сердце билось учащённо, разум пытался постичь невероятное событие: Летиция Хопкинс вернулась в собственное семейное гнездо времён первопроходцев, столкнувшись лицом к лицу с историей собственных корней.

Глава 2

Светлая комната осветилась лучами солнца, когда Летиция раскрыла глаза, встретившись взглядом с лицами окружающих, преисполненными удивления и любопытства. Их выражения лиц казались такими близкими и узнаваемыми, словно девочка смотрела на собственные отражение, многократно умноженное. Мысленно сравнивая свои черты с изображениями на семейных миниатюрах, она осознала, что видит самих себя — воплощённые в пяти разных поколениях.

От внезапного головокружения земля ушла из-под ног, и девочка рухнула бы наземь, если бы не крепкие мужские руки, вовремя поймавшие её ослабевший организм.

Придя в себя, Летиция ощутила мягкость грубо обработанной деревянной постели, её голову приятно обвивал прохладный поток ветра, проникающего сквозь прорехи крыши. Светящиеся звезды прорезали ночную тьму, даря ей успокоение. Рядом сидел отец её будущего происхождения, строгий и решительный, приказывающий раскрыть рот, дабы облегчить страдания девочки. Размышляя о своем местонахождении, Летиция осмотрелась вокруг. Над головой навис потолок мансарды, слабо освещаемый небольшим полотном ткани, разложенным поверх оловянного блюда с жиром. Звезды мерцали, струясь сквозь щели в древесных балках. Комната являла собой суровую простоту быта ранних переселенцев: кровать, грубый деревянный сундук и чуждые наряды, развешанные на импровизированных крючьях, шелестящие при каждом порыве ветра. Видимо, снаружи разыгрался снежный буран, следы которого проявлялись небольшими сугробами, лежащими на полу комнаты.

— Где я?.. — едва успела спросить Летиция, как её пра-пра-прабабушка госпожа Хопкинс, воспользовавшись моментом, быстро вложила в рот девушки огромную оловянную ложку, наполненную невероятно чёрным и горьким лекарственным составом. Летиция чуть не подавилась. — Глотай, — велела госпожа Хопкинс. — Ты потеряла сознание, а это отличное средство для восстановления здоровья. Моя доброта требует послушания, деточка, иначе никак, — пояснила старейшина семейства, обладательница твердого характера, с которым невозможно было спорить. Несмотря на неприятные вкусовые ощущения, Летиция подчинилась требованию и приняла целебную микстуру. — Ну а теперь отдыхай, — последовал очередной лаконичный приказ. Девочка покорно улеглась на жёсткую постель, погрузившись в глубокий сон, возможно, избавляющий её от эмоционального стресса последних часов.

Немного позже её разбудили прапрабабушка и две прапрабабушки, разместившиеся в кровати вместе с ней. Такой опыт совместного сна был абсолютно необычным для Летиции: кроватей в жилище капитана Джона Хопкинса насчитывалось всего две, поэтому им пришлось устроиться четвером на одном ложе. Место было ограничено, каждому досталось ровно столько, чтобы сохранить минимум удобства. От любого поворота тела её пальцы оказывались выставленными на волю холодного зимнего воздуха, вынуждая девушку кутаться плотнее одеялом. Позднее, около полуночи, ночной покой нарушил низкий гортанный рык, исходящий из лесной чащи за окнами. Испуганная Летиция пару мгновений пребывала в состоянии ступора, пока не осознала обстановку. Потом осторожно толкнула соседку справа — свою прапрабабушку Летицию. — Что это? — шепча, прошептала она, стараясь скрыть свой испуг. — Всего-навсего пума, спи спокойно, — сонно ответила та. Самая младшая представительница старшего поколения, прапрабабушка Филлис, весело хихикнула с противоположной стороны кровати: — Она боится больших кошек, — лукаво подмигнула она.

Прошло немало времени, прежде чем Летиция нашла долгожданный покой, ведь раздражающие крики, исходившие из-за окон, создавали постоянное напряжение. Несколько раз ей казалось, что когти крупного зверя царапают деревянные панели стен. Сон пришёл, но ненадолго: эхо криков, сопровождающих первое открытие зелёной двери, снова вернулось, вторгаясь в сновидения. На этот раз ей не нужно было будить свою прапрабабушку, которая резко села в постели при первом же звуке.

— Что это? — прошептала Летиция.

— Тише! — ответили остальные, — Индейцы.

Обе прабабушки не спали. Все они прислушивались, едва дыша. Крики повторились, но стали тише; Постепенно звуки исчезали, пока полностью не растворились в тишине. Прапрабабушка Летиции снова устроилась в постели.

— Иди спать, — сказала она, — они ушли.

Но Летиция плакала от страха.

—Я не могу уснуть, — всхлипывала она. — Боюсь, они придут снова.

— Вполне вероятно, — невозмутимо прокомментировала другая Летиция. — Обычно они появляются ночью. Филлис, самая юная прапрабабушка, снова усмехнулась: — Ах, наша гостья расстроена появлением индейских голосов, — издевательски отметила она. Старшая сестра одёрнула её жестким взглядом: — Тихо! Со временем она привыкнет к подобному. Несчастная девочка напрасно боролась со сном, и лишь глубокой ночью, около четырех часов, усталость победила, позволив ей забыться коротким поверхностным сном. Но тут же резкое вмешательство возвратило её в реальный мир: — Просыпайся, ленивица, — произнесла госпожа Хопкинс, похлопывая её ладошкой по плечу. — нам здесь не нужны ленивые девицы.

Летиция обнаружила, что её соседки по комнате встали, оделись и спустились вниз. Стоя босиком на ледяном полу и оглядываясь по сторонам, она услышала странный жужжащий звук, доносившийся снизу.

— Поторопись, собери волосы и облачайся поскорее, — обратилась к ней добрая госпожа Хопкинс. — Для тебя я подобрала одежду моей дочери Летиции. То платье, что было на тебе, я аккуратно уложила в сундук. Оно слишком нарядное и не подходит благопристойной девушке, соблюдающей Божьи законы.

С этими словами хозяйка удалилась вниз, предоставив девочке самостоятельно завершить утренний туалет. Задача оказалась несложной: грубое шерстяное нижнее платье, прямое платье из шершавой шерсти, носки ручной вязки и неудобные туфли из кожи. — Я бы точно не смогла уйти отсюда живая, окажись индейцы на горизонте, — посетовала Летиция, натягивая неуклюжую обувь. Опустившись вниз, девочка разобралась, откуда исходит странный механический звук. Оказывается, её прапрабабушка занималась ручным производством нитей, сидя за примитивным станком. Старшая прапратётя Кэндис увлечённо вязала шерсть, маленькая Филлис методично очищала печь от остатков вчерашнего пепла, а сама Гудвин Хопкинс активно хлопотала на кухне, занимаясь приготовлением пищи. — Садись к второму колесу и займись делом, пока каша варится, — распорядилась глава семейства. — Руки должны быть заняты работой.

Летиция беспомощно посмотрела на прялку в углу, а затем на свою прапрабабушку.

—Я неумею — призналась она. Этот откровенный ответ вызвал бурное негодование у всех присутствующих женщин. — Представляете, она вообще не способна прясти! — возмущённо перекидывались реплики старшие родственницы.

Летиции стало стыдно.

— Похоже, твоё воспитание оставляет желать лучшего, — язвительно оценила ситуацию госпожа Хопкинс. — Ладно, попробуем другое занятие: возьми вон тот чулок и зашей дырку, пока готовится еда. Следующая фраза девочки вызвала новый всплеск эмоций: — Я и шить толком не умею.

Женщины переглянулись, приходя в крайнее изумление. ГоспожаХопкинс серьёзно задумалась, какую работу предложить незнакомке, обладающей столь скромными навыками.

Неожиданно хозяйка обратилась к гостье с просьбой: — Прочитай вслух главу о предопределении. Летиция от неожиданности дернулась, в полном смятении уставившись на говорящую. — Ты хочешь сказать, что понятия не имеешь, что означает слово «предопределение»? — вкрадчиво поинтересовалась госпожа Хопкинс, поднимая брови. — Нет, мэм, — испуганно пролепетала девочка. Реакция родственников оказалась крайне эмоциональной: прапрабабушка и обе прапратёти разом вскрикнули от удивления, а прапрапрабабушка откровенно вытаращила глаза, демонстрируя глубокое потрясение. — Воспитание у тебя весьма странное, достойное языческой дикарки, — осуждающе заявила госпожа Хопкинс, извлекая небольшую книжку из кожаной сумки. — Будешь сидеть на скамеечке и изучать предопределение пока готовится завтрак.

Кухня освещалась лишь одной сальной свечой и светом камина, ведь до рассвета было еще далеко. Настроившаяся на трудную задачу Летиция заняла указанное место, склоняясь над текстом, озарённым неверным сиянием свечей. Читая строки, девочка впитывала содержание быстрее, чем ожидалось, и когда наступил черед отвечать на вопросы, воспроизвела материал чётко и последовательно, словно птичка, исполняющая песню по команде. Завершив проверку знаний, госпожа Хопкинс удовлетворённо кивнула супругу: — Видишь, у нашей гостьи неплохие способности, пусть и развиты они недостаточно. Думаю, возьму ответственность за её обучение.

Выполнив свою задачу, девочка получила простую пищу: порцию горячей кукурузной каши в металлической чаше. Никогда в жизни ей не доводилось сталкиваться с подобной едой, и даже внешний вид блюд вызвал у неё недовольство. Кукурузная каша была не любима ребёнком, поэтому она безучастно смотрела на содержимое тарелки, не делая попыток попробовать угощение. — Почему ты не кушаешь? — неодобрительно процедила прапрабабушка, пристально глядя на внучку. — Я… не… люблю… такую еду, — пробормотала Летиция.

Похоже, подобное поведение вызвало ещё большее недоумение, чем предыдущий случай отсутствия знаний.

—Ей не нравится хорошая каша, — перешептывались маленькие прабабушки.

—Ешь кашу, — строго приказал капитан Джон Хопкинс, когда оправился от удивления.

Летиция съела кашу до последней крупинки. Завтрак завершился, и начался долгий трудовой день, подобный которому девочка ранее не испытывала.. Она чувствовала себя младенцем, только что появившимся на свет. Она ничего не знала о навыках, которыми обладали ее дальние родственники. Не имело значения, что некоторые сложные знания были известны ей. Например, она умела вязать, хотя не умела шить. Она знала таблицу умножения, но не учение о предопределении. Кроме того, она знала наизусть все штаты Союза. Но продвинутые знания в прошлом не ценнее, чем знания прошлого в будущем. Она не могла вязать, потому что для этого не было спиц; не было и штатов Союза; а таблица умножения казалась сомнительной — ведь было мало вещей, которые можно было умножать.

Поэтому Летиции пришлось перенять мудрость своих предков. Она постигала искусство обработки льна, изготовления пряжи, тканья полотна, окраски тканей и швейного мастерства. Своими руками создала предметы гардероба, включая изделия для капитана Джона Хопкинса, а также освоила изготовление шерстяных изделий и обработку металлов. Важнейшим занятием стало изучение религиозного учения и усвоение положений Катехизиса.До сих пор девочка не имела представления о настоящем труде. Каждый день начинался с раннего восхода и заканчивался глубокой ночью, каждая свободная минута тратилась на полезные дела. Никакие обстоятельства не могли позволить ей покинуть помещение и попытаться отыскать магическую зелёную дверь, даже если бы смелость позволила преодолеть страхи перед дикими животными и возможными нападениями индейцев.

Единственное исключение составляли субботние богослужения, куда община отправлялась коллективно вне зависимости от погодных условий. Первым двигался капитан Джон Хопкинс, вооружённый охотничьим ружьём, защищая семью от возможных угроз. Госпожа Хопкинс верхом на лошади возглавляла процессию, девушки по очереди размещались сзади, держась за сёдела. Даже в торжественных случаях Летиции запрещалось демонстрировать единственное приличное платье с бархатным воротничком, заменяя его на грубое домашнее полотно, дополняемое изношенным полотенцем, наброшенным на плечи. Подобный костюм являлся общепринятым для всех жительниц поселения: прапрабабушки и прапратёти носили схожие наряды, а матрона семьи — госпожа Хопкинс — выделялась широкополым капором и ярким красным дорожным сюртуком.

Каждый визит в молитвенный дом становился настоящим испытанием для молодой души. Внутри помещения не существовало отопления, и служба тянулась бесконечно, прерываемая лишь кратковременным перерывом в середине дня. Тогда прихожане спешили в ближайший дом, собираясь вокруг очага, грея замерзшие конечности и наслаждаясь холодными кукурузными лепёшками и тонким печеньем. В молитвенном доме не было скамеек, только жесткие скамьи без спинок. Если Летиция ерзала или засыпала, специальный служащий стукал ее.

Летиции никогда бы не разрешили пропустить собрание, даже если бы она попросила об этом, но она никогда этого не делала. Она боялась оставаться одна в доме из-за возможных атак индейцев.

Время от времени обстановка осложнялась тревожными сообщениями о появлении агрессивных аборигенов вблизи поселений, и дважды вражеские отряды совершали дерзкие нападения. Летиция приобрела навыки обращения с оружием, освоения заряжания мушкетов и владения боеприпасами.

С каждым днем она все больше тосковала по дому. Все были к ней добры, и она привязалась к ним, особенно к прапрабабушке своего возраста и маленьким двоюродным бабушкам, но они редко играли вместе в девичьи игры, так как госпожа Хопкинс давала слишком много заданий. Редко выпадавшие моменты детской свободы представляли собой короткие пятнадцатиминутные развлечения вроде игры в хлопки под мелодию. Им не разрешалось разговаривать после того, как они ложились спать, и возможностей для девичьих откровений тоже было мало.

Однажды судьба подарила редкую возможность. Капитан Джон Хопкинс получил известие о болезни соседа, находящегося в двенадцати милях пути, и отправился в сопровождении супруги поддержать нуждающегося товарища.Оставшиеся четверо юных девушек получили распоряжение следить за порядком и ожидать возвращение родителей. Примерно в семь часов вечера младшие сестры отправились отдыхать, предоставив свободу Летиции и её прапрабабушке провести вечер вдвоём. Именно тогда прапрабабушка решила показать наследнице свою самую главную драгоценность. Эта вещь была уникальной и особо охраняемой частью семейного наследия, доступ к ней допускался лишь в особых обстоятельствах. Сокровище пряталось глубоко в потайном отделении деревянного сундука и представляло собой изящную серебряную коробочку с изображением на поверхности. Внутри находилось хрупкое изделие — небольшая стеклянная ёмкость, размерами немногим более дюйма.

— Эти ценности принадлежат моим предкам, дед передал мне шкатулку, а бутылку оставила его мать, — поделилась прапрабабушка, бережно взяв сосуд в руки. — Поскольку я старшая в роду, право владеть ими принадлежит мне, но чрезмерная привязанность недопустима. Мысль о числе предыдущих владельцев драгоценностей заставила Летицию задуматься, однако попытка подсчета вызвала головокружение, запутав сознание. История появления маленькой зелёной двери осталась неизвестной остальным членам семьи, девочка боялась последствий признания, зная реакцию родственниц на проявления своеволия. Вернув сокровище на прежнее место, Летиция набралась храбрости и поведала обо всём своей прапрабабушке, доверив ей подробности приключений.

— Чудеса да и только, — откликнулась слушательница, выслушав повествование. — Знаешь, у нас тоже имеется своя маленькая зелёная дверь, расположенная на внешней стороне дома, в северном углу. Её маскирует рослая ель, выросшая рядом, но дверь вполне настоящая. Наши родители строго наказывали нам не трогать её, и мы никогда не осмеливались нарушить этот запрет. Последние слова были произнесены с оттенком превосходства, намекающего на выдержку и уважение к старшим. Такое утверждение заставило Летицию почувствовать острый укол совести.

— Есть ли у тебя ключ от твоей маленькой зелёной двери? — боязливо поинтересовалась девочка. Прапрабабушка не замедлила отреагировать, вновь открыв потайной отдел сундука и продемонстрировав маленький ключ, прикреплённый к тоненькой зелёной ленте, практически идентичный образцу из личного сундука Летиции. Ребёнок задумчиво посмотрела на предмет, отметив сходство.

— Сомневаюсь, что осмелилась бы нарушить родительский запрет и воспользоваться ключом, — добавила прапрабабушка, возвращая артефакт на место. — Боялась бы последствий, переживала, что попаду в опасные ситуации. Говорят, маленькая зелёная дверь открывает путь в будущее. Как страшно было бы очутиться там одной, без поддержки близких. — Может, там нет ни индейцев, ни опасных животных, — робко предложила Летиция. — Вероятно, существуют проблемы намного хуже, — серьезно отрезала её собеседник. Возникшую паузу невозможно было заполнить. Между женщинами образовалась невидимая стена, вызванная различиями восприятия мира и восприятием судьбы.

Летиция сидела, погрузившись в созерцание яркого пламени очага, размышляя о преимуществах современной эпохи перед прошлым. Прямо напротив неё, на высоком стульчике, прапрабабушка размеренно вязала, монотонные движения пальцев усыпляли её постепенно.

Внезапно Летиция подняла голову и увидела, что та крепко спит. Затем она в одно мгновение вспомнила о ключе и маленькой зелёной дверце. Возможно, это был её единственный шанс за долгое время. Она сняла туфли, на цыпочках в своих толстых вязаных носках поднялась на чердак, достала из сундука свою одежду, надела её вместо старого наряда. Родственницы продолжали дремать, даже не подозревая о проделанном маневре. Затем она на цыпочках спустилась вниз, достала ключ из потайного ящика, с любовью посмотрела на прапрабабушку и вышла из дома.

Луна щедро заливала двор серебристым светом, позволяя свободно ориентироваться в пространстве. Следуя воспоминаниям, девочка преодолела препятствия из ветвей вечнозелёной ели, достигнув северного угла здания. Там и оказалась маленькая зелёная дверь. Летиция вскрикнула от радости и поблагодарила небеса. Она вставила ключ в замок, повернула его, открыла дверь и оказалась в сырной кладовой.

Заперев дверь и вернув ключ на прежнее место в шкатулку из атласного дерева, девочка выглянула в окно и увидела, как её тетушка Пегги и старая служанка возвращаются домой из церкви.

В тот же день Летиция призналась в содеянном своей тёте, которая выслушала её сохраняя серьезное выражение лица.

—Ты ослушалась, — сказала она, когда Летиция закончила. — Однако считаю, что наказание уже настигло тебя, и верю, что это послужит поводом стать более дисциплинированной.

— О, тётя Пегги, — всхлипнула Летиция, — у меня всё такое красивое, и я люблю учиться, вязать крючком и ходить в церковь.

— Этот эпизод был необходим для воспитания, хотя я надеялась предотвратить подобные происшествия. Возможно, оно прошло даже полезнее, чем предполагалось первоначально.

— Я провела там целую зиму, — сказала Летиция, — но когда я вернулась, ты как раз шла домой из церкви.

— Побывать в прошлом и прожить прошлое занимает разное количество времени, — ответила её тётя.

Затем она отправила Летицию в свою комнату за шкатулкой из атласного дерева, а когда та принесла её, достала оттуда небольшой свёрток, аккуратно завёрнутый в белую бумагу и перевязанный зелёной лентой.

—Открой его, — предложила она.

Медленно развязав узел ленты, Летиция раскрыла упаковку и обнаружила маленькую серебряную шкатулку, когда-то принадлежавшую её знаменитой прапрабабушке Летиции Хопкинс. Она подняла крышку, и там оказалась маленькая стеклянная бутылочка.