Лунные котята

Глава 1

А осень сорила в моём парке листьями, как принцы в средневековых тавернах сыпали золотом. Экю, гульдены и пиастры уже заполошными грудами валялись вдоль тротуаров, а несчастный принц всё кричал: "Трактирщик, наливай!" - и швырялся, швырялся монетами.

Листья, подчиняясь его норову, срывались с веток, летели вниз и с жадным звоном бились оземь.

Листья цветными змеями носились по протоптанным тропинкам и заасфальтированным дорожкам.

Листья кружились и пели.

Всё было напрасно: прекрасная маркитантка, замечтавшись, отвернулась и смотрела в окно, не слыша восхищенного гула вокруг, не чувствуя хмельного запаха пролившегося драгоценного вина, не видя, как солнце, устав расцвечивать золото золотом, покатилось на запад, на запад, на запад... Девка ждала восхода луны - ведь грядет полнолуние... Принц впадал в черную меланхолию. И густели тени.

- Вы не скажите, как пройти в библиотеку?

Парк от ужаса вздрогнул, таверна замерла, листья от негодования бросились в разные стороны, и только горячее светило, почесавшись о горизонт, чему-то разулыбалось.

Она была хороша. Рыжая, как прозрачные закаты, рыжая, как предгрозовые рассветы, рыжая, как червонное золото. Южная осень не ревнива, она не заставляет земных дев кутаться в тяжелые одежды, и платье на девчонке было открытым и легким. И разлапистые веснушки ползали по ее голым рукам, как светлячки - по цветам Дюймовочки.

(Говорят, именно это стало последним доводом лягушки, уговорившей таки старого мерзкого Крыса, взять малютку в свою нору: можно было здорово сэкономить на свечках...)

Да какого черта! Танцевать - не целовать, и разговаривать - это тоже не целоваться. Не целоваться молоденькой девчонке со старым, облезлым крысом.

Но у моей тени не было моей старости, она снизу подобралась к девичьим ногам и заглянула вверх.

"Вот хамло!" - перекорежило за недалекой лавкой мрачного принца.

Ох...

- Не советую: ни в каких библиотеках Вы не найдёте ничего нового.

- Я не ищу нового, а лишь чуть-чуть красоты.

"Ничего нового, лишь чуть-чуть красоты", - подтвердила за нею моя тень, а я выдохнул. И улыбнулся.

- Красоту не надо искать - она приходит сама. Я вот только что убедился в этом.

- Вам-то повезло, - улыбнулась красотка тоже и капризно показала обиду. - А я? А мне?

- А Вам её должны приносить горстями и амфорами, свитками и букетами и дарить, дарить, дарить...

- Нету! - протянула она мне пустые руки.

- О, только дайте повод, только дайте право.

- Даю, - лукаво улыбнулась девчонка и сложила ладони лодочкой.

Южная осень пособила мне. Она бережно опустила в них резной, наполовину еще зеленый лист.

- Ох! - сказала девочка.

- Садись? - по праву возраста, по праву старости перешел я с нею на ты.

Она села слишком близко. Ее голые колени приткнулись к моим, ее голое плечо уткнулось в моё, и наши тени, отпрянув на миг, принялись обнюхивать друг друга.

А принц в своём углу залпом выпил очередной кубок, со стуком поставил его на стол и опять крикнул трактирщику: "Наливай!"

- Это,- она продемонстрировала мне желто-зеленый листик, - горстями. А свитками?

- Дай только повод, - опять улыбнулся я. - Дай тему.

- А если свитка с таким сюжетом не найдётся?

- Изрисую свой.

Она не стала долго раздумывать:

- Увядшие цветы, - и спохватилась, - только не надо о грустном.

Я почесал лоб.

Я почесал затылок.

Я вынул из воздуха лист зеленоватого шелка и размашисто, как японские иероглифы, широкой кистью начал выводить русские буквы:

Увяла роза.

"Заморозки, однако", -

Подумал чукча.

Девчонка прыснула.

А внизу, у наших ног тени уже игрались, вместе игрались с разноцветными листьями, как котята с одним клубом цветастой шерсти.

- Спасибо... - сказала она.

- Не за что, - ответил я. - Это всего лишь долг учтивого самурая перед прекрасной гейшей.

- Долг гейши - вознаградить учтивость самурая.

Я не успел отодвинуться - она запрокинула за мои плечи руки, она коснулась губами моей щеки.

Я не успел даже вздохнуть - она оторвалась от меня, она откинулась от меня. Перепуганные котята бросили шерстяной клубок и бросились друг от друга. А из темного угла донеслось шипение и тяжелый стук дорогого кубка по красного дерева столешнице.

Девчонка ничего не увидела, ничего не услышала, она подбросила листик и поймала его ладонями-лодочками. И снова, и снова... Она играла с ним, она веселилась с ним - она с ним кокетничала. И лист опять планировал, закручивая широкую спираль, слегка взлетая на воздушных ухабах, легко подчиняясь случайным порывам теплого ветра, и было в его небрежном скольжении нечто от...

- Странно, никак не пойму на что это похоже? Я думала поначалу, что должно бы - на воздушного змея, но...

- На парусник. На летящий по верхушкам волн чайный клипер.

Она взглянула на меня. В ее глазах плескались два океана, и неслись по их зеленоватым безднам, неслись сквозь них, сквозь грозы и штили неслись через них - от древней бездумной Азии к чопорной старушке Европе с грузом первого чая неслись в своей вечной гонке две легенды, две леди - "Кати Сарк" и "Фермопилы". И не было им больше соперниц, и не было им преград.

Листик упал на землю. Мы одновременно нагнулись.

Котята взглянули друг на друга и бочком-бочком, едва ли не хвостами вперед, то подпрыгивая, то пригибаясь к земле, начали подбираться к брошенной, было, игрушке.

- Пацаки обнаглели! - проскрипело изнеподалеку.

Наши ладони соприкоснулись. И она не убрала свою. Мы разогнулись. Она держала осенний листок, а я - ее веснушчатую ладошку. И все океаны земли плескались на расстоянии объятия, и летели в них все клипера мира.

Ставь же свой парус лохматый

Меть свои крепкие латы

Знаком креста на груди.

Я не опускал глаз, я не отпустил ладонь, я коснулся ее колена, чуть вжал и невысоко провел вверх.

- И на что похоже это? - заинтересовалась девчонка.

- На счастье, - ответил я.

И она потянулась ко мне губами.

- Воры! Это мой золотой! - проревел пьяный принц. Он стоял рядом, и он выхватил меч. Принцев с детства учат искусству обращения с оружием. Его удар был силен и точен. Пробив мне грудную клетку, клинок попал прямо в сердце. Я даже не успел почувствовать боли.

*

Рыжеватая, веснушчатая девушка бродила по аллеям парка, зачерпывая ногами листву и подкидывая её в воздух. Из недалекой улицы раздались вопли неотложки, пошумели и стихли.

"Кому-то плохо", - легко подумала она и легко забыла.

*

Два котенка, наигравшись листиком, попрыгали домой - к своей миске молока и сладкому кисикету. Они успеют: по лунному лучу - это недолго.

*

*

*

Время от времени у меня здесь будет появляться подобное. Понравилось? Чтоб не пропустить - подписывайтесь