Лесная нечисть

Часть первая

Осенний лес медленно просыпался, утренний туман уже постепенно рассеивался, а Солнце поднималось всё выше на небосводе.

"Какая ты всё-таки красивая, Тайга. Красивая и... загадочная. Сколько секретов бережно оберегается в этих величественных и древних тенях? Есть ли среди этих секретов то, что я ищу..."

- Да говорю же тебе, не могло ему показаться! - Андрея резко вернул в реальный мир звонкий голос Анатолия, молодого рыжего паренька, сидевшего за рулём своего УАЗа. – Колян, конечно, может пригубить, но не на работе же! Да и умный он, поумнее тебя будет... В город ездил образование получать, и дневник у него имеется, - протараторил уже красный от обиды водитель, активно жестикулируя свободной от руля рукой.

В пылу спора на дорогу он не смотрел и, как и следовало ожидать, прозевал какой-то пень на дороге. Последовал удар, машина подскочила и вместе с ней подпрыгнули все находящиеся внутри.

- Диплом, Толик, диплом. Дневник, это немного другое. Следи лучше за дорогой, не хватало еще машину поломать в этих дебрях. Андрюх, ты там как, не спишь? Мы уже скоро приедем. Перекуси немного, нам целый день по лесу топать - фантомов твоих искать, - оборачиваясь на заднее сиденье, сказал Роман, второй участник утреннего переполоха.

Андрей, молодой темноволосый парень с тёмно-синими глазами, кивнул и неторопливо начал шарить в сухом пайке, время от времени зевая и протирая глаза. Почти всю ночь он не спал, размышляя о том, как тут оказался. Его коллега - археолог, двадцатилетняя Алёна, месяц назад спешно покинула очередные раскопки и вернулась жить в родную деревню. Причины, заставившие её бросить университет, работу и цивилизацию в целом, не укладывались у городского жителя в голове - девушка уехала вести хозяйство умершего отца, сославшись на семейные традиции.

"Бред! Нельзя отказываться от всех перспектив из-за безумного обычая!"

Желание исправить эту ужасную несправедливость и привело его сюда. Добравшись до деревни, парень буквально засыпал бедняжку убедительными аргументами, сумев, в конце концов, зародить в ней сомнения.

Молодой археолог не стал торопить Алёну, когда та взяла пару дней на раздумья. Наоборот, теперь у него самого постепенно пропадало желание уезжать. Ещё на подъезде к деревне парень не мог отвезти взгляда от красоты здешних мест, а впервые прогулявшись по сказочным тропам этого древнего леса появилось непреодолимое желание найти что-то неизведанное, древнее...

Невероятное чувство.

Тут воображение разворачивалось на полную, а мысли возвращались в детство. Абсолютно всё казалось возможным. Создавалось полное ощущение, что где-то там, за деревьями, на залитой светом поляне, в самом деле стоит избушка на курьих ножках. Что там, в тихом лесном омуте, на самом дне водяной пасёт свои рыбные стада, а на другой стороне озера, в тенях могучих древ мирно дремлет Змей Горыныч. В такие моменты чувство детской радости переплеталось с вполне себе взрослым волнением. Если и есть в мире место, где, вопреки науке, все эти сказочные персонажи имеют реальное воплощение, то оно здесь.

Интерес так же подогревали местные байки. Лесники и рыбаки то и дело рассказывали о домовых, банниках, какой-то водной нечисти и разнообразных лесных существах. Историй было на удивление много и, хотя большинство из них наверняка были выдуманы, некоторые казались правдоподобными. Это были рассказы о "мрачных лесных стражах, оберегающих тайны этих земель". Какие именно тайны оберегали эти существа уже неизвестно, но по легендам, шаманы древности общались с ними на "ветхом наречии", а те, так как сами не говорили, оставляли на деревьях различные символы, смысл которых ведом был лишь этим самым шаманам.

В этот раз из транса Андрея вывел удар головой об дверь. Теперь Толян не заметил яму на дороге. Машина вновь подскочила, вылетела из колеи, и Рома, начавший ловко перемещаться по салону, закричал:

- Да ты убить нас хочешь?! Знал бы, что ты так водишь, на велосипеде б лучше поехал!

- Ну так и ехай в следующий раз на своём велосипеде, лободырный! Стараешься тут, что б как лучше было и слова доброго не услышишь, - скривив недовольную мину ответил водитель.

Роман прищурился.

- Слово доброе хочешь, да?

В следующие несколько минут спутники Ромы в очередной раз убеждались в том, насколько велик и могуч русский язык. Крупный лысый мужчина ярко и в деталях рассказывал, что он думает о Толике как водителе, о глупости деревенской мистики, и обо всей бесполезной трате денег, что Андрей, в силу своей детской наивности, называет научной экспедицией. Объяснял, почему искать сказочную тварь по наводке местного алкоголика он не считает хорошей идеей, а каракули на деревьях, принятые Андреем за очевидные мистические знаки, являются не более чем выражением местных суеверий и мистификацией. Кроме того, ярый скептик искренне недоумевал, почему для расшифровки этих "таинственных посланий", которые явно рисуют местные, они потащились за тридевять земель, в богом забытую деревню старообрядцев.

Даже будучи спокойным человеком, Роман сейчас сорвался и его можно было понять. Профессиональный егерь и охотник, он, за три недели нахождения здесь, занимался только разговорами с "очевидцами" и постоянными разъездами по близлежащим посёлкам в поисках улик. За всё это время парням удалось найти лишь четыре непонятных изображения. Они располагались высоко на деревьях, примерно в трех метрах над землёй. Находились эти деревья именно в тех местах, где по байкам и встречались "лесные". И пусть Андрей нашёл в рисунках общие черты со скандинавскими рунами, егерь считал это всё бредом и мистификацией. Ведь кроме этих "рун" они не нашли абсолютно ничего. Ни следов, ни мест стоянок, ни фотографий, или хотя бы рисунков этих существ. Единственное, что удалось узнать, это расположение деревни тех самых шаманов из легенд. Она находилась далеко в тайге, на берегу древней величественной реки. Правда, позже выяснилось, что река эта давно уже пересохла и сейчас представляет из себя маленький ручеёк, а деревня лет сто как заброшена. Те, кто бывал в тех местах, клялись всеми святыми, что такие руны встречаются там на каждом дереве и на всех сохранившихся избах. Отметив примерное местоположение искомого места на карте, экспедиция двинулась в путь.

После впечатляющего выступления Романа, оставшуюся часть пути машина проехала без происшествий.

- Ну вот и приехали, - наконец объявил водитель.

Казалось, они остановились прямо посреди тайги. Дальше дорога уходила вниз, а с обеих сторон, туда же, плотными рядами спускались огромные сосны, вдалеке на горизонте прослеживалась синяя линия гор и по их снежным шапкам можно было понять, что зима всё ближе.

УАЗ съехал с дороги и начал тихо пробираться по едва заметной, из-за обилия опавших листьев, тропе и встал в удобном "кармане" меж нескольких деревьев. Недалеко от места остановки за холмом виднелась охотничья избушка.

- Не будем терять времени. Пьем чай, собираем вещи и по коням. Первый привал будет после обеда, - скомандовал Рома.

Никто не спорил.

После чаепития, оставив часть вещей в избушке парни оперативно собрались и выступили. Роман шел первым, шел быстро и уверенно, Толян двигался прямо за ним, стараясь не терять из вида самого медленного члена команды.

Лес уже не казался волшебным. Он был диким и суровым. Сейчас, когда Андрею приходилось бороться с бесконечной паутиной ветвей, при этом мужественно преодолевая природную полосу препятствий, вся романтика в его голове куда-то улетучилась. Парню, не привыкшему к походам в таких условиях, приходилось тяжело. Не смотря на все трудности и неудобства, какой-то момент Андрей почувствовал себя странно. Когда он в первый раз полностью истощился и уже начал проклинать всё на свете, силы неожиданно вернулись.

"Второе дыхание наконец открылось" – подумал тогда парень.

Потом всё повторилось. Затем ещё раз. И ещё... Создавалось чувство, что какая-то неведомая сила толкает его вперёд. Это начинало пугать.

Через несколько часов охотники за мистикой добрались до таёжной речушки. Та, со звонким журчанием, резво спускалась по камням и убегала вглубь леса.

- Привал, - Егерь резко остановился и ловкими движениями рук быстро снял с плеча сначала ружье, затем два рюкзака. Один из них он протянул Андрею.

Истекающий потом археолог забрал свой мешок.

- Спасибо большое. Прости за то, что тебе пришлось тащить мои вещи.

- Не бери в голову. Лучше отдохни полчасика, – ответил Рома, глядя куда-то вглубь леса и открыл фляжку с водой, протянув её подошедшему Толику.

- Промочи горло, интеллектуал.

Толян, особо не сопротивляясь, принял бутыль.

Прямо за ними, из кустов, вылетела большая птица и, демонстративно медленно проплыв над головами двух охотников, умчалась по своим птичьим делам.

- Во рябчики обнаглели! - Толя немного отпил и вернул флягу Роману.

- Рябчики. Я-то думал над вашим лесом летают только горгульи да драконы, – тонко подметил егерь.

- Совсем не смешно. Здесь тоже странные вещи случались. Надеюсь, обойдётся, - почти шёпотом произнёс Толя.

- Мы ведь эти "вещи" и ищем, разве нет? - Указав головой на отдыхающего Андрея, напомнил Роман.

- Ну да, - немного неуверенно выдохнул местный паренёк.

Меньше всего на свете Толе хотелось встречаться с этими "лесными". С того момента как команда покинула машину, его одолело чувство жуткой обеспокоенности и даже страха. В отличие от приезжего егеря, он, проживший здесь с самого детства, искренне верил во все бесчисленные рассказы о хозяевах леса и прочей чертовщине. И хотя самому Толику не приходилось иметь дело с мистикой, его брат, Колян, два месяца назад еле унес ноги после встречи с "лохматым чудом-юдом". Сейчас почему-то эта история не выходила из головы.

"... И вот выхожу, значит, к озеру. Глядь, на берегу, шагах в десяти от меня, косолапый на солнышке нежится. Перекатывается туда-сюда. Тот меня как заметил - кататься сразу перестал и давай зыркать. Прям на меня. Я встал и тоже гляжу на него. Страшно аж жуть! И вот стоим мы, глядим друг на друга, и я боковым зрением замечаю, что в воде еще один медведь. Прям вот возле него, но в воде. Ну, думаю, повезло как утопленнику, на семейку ихнюю попал. И вот вижу своим боковым зрением-то, как второй встаёт на две лапы и разворачивается. Глаза перевел... Мама дорогая! А это не бурый никакой, а баба! Огромная бабища, мать её, в два меня ростом! С макушки до пяток в волосне, какое-то чудо-юдо лохматое! Стоит, зыркает на меня и ручищами своими огромными по воде водит. Я про медведя аж забыл нахрен. Ноги в руки и..."

В душе Толя даже был рад, что его спутники пока ничего не нашли.

- Собираемся, - Рома уже сложил свои вещи и закинул ружье на плечо. - Скоро темнеть начнёт, нужно ещё место для ночёвки найти. Давайте двигаться чуть шустрее.

Парни снова выдвинулись. Пройдя таёжную речку, они вышли к огромному ущелью. Перебравшись через него, ребята обошли небольшое болото и, чуть отдышавшись, начали спускаться в низины, углубляясь всё дальше в непроходимые дебри.

Спустя несколько часов все они вышли на маленькую полянку, и единогласным решением, выбрали её для ночлега. Каждый начал заниматься своими делами: Андрей просто отдыхал после трудной дороги, Толя ловко принялся разводить костёр, Рома же занимался ужином, намереваясь приготовить двух зайцев, которых подстрелил по дороге. После приёма пищи парни поставили единственную палатку и уселись возле костра. Спутники Андрея сразу завели весёлый разговор об охоте и с радостью делились друг с другом разнообразными тонкостями и секретами, в то время как он сам думал о чём-то своём.

Начало темнеть. В лесу заметно похолодало, небо потихоньку усыпалось звёздами.

- Завтра к обеду мы должны добраться до деревни, если выйдем на рассвете и будем двигаться в том же темпе, - Глядя на карту, объявил Роман. - Долго не будем засиживаться. Давайте спать. Толян первый на костре, Андрей тебя сменит, а затем я досижу до утра и всех разбужу.

Раздав ценные указания, командир встал и направился в палатку. Толик сразу уселся у костра и стал наблюдать за пляшущими язычками пламени. Вскоре к нему подошел Андрей.

- Наверное будет дождь, - сказал археолог, закуривая. - Как думаешь?

Толик неожиданно спросил:

- Ты ничего не почувствовал, пока мы шли сюда?

Андрей немного опешил от такого вопроса.

- О чём ты, Толь? – поинтересовался у друга молодой парень.

Тот не ответил. Пару минут они сидели молча.

- На самом деле, - наконец решился Андрей. - Это сложный вопрос. Я действительно что-то испытал, но понять, что это было, не могу.

- Я тоже почувствовал, – бросил рыжий охотник.

Андрей вопросительно посмотрел на него.

- Когда мы выдвинулись у меня сразу возникло ощущение, что на меня постоянно смотрят, – объяснил Толян. - И не только это. Если честно, мне вообще кажется - Толик наклонился к собеседнику. - мне кажется, что нас кто-то ведёт.

- Кто ведёт? И почему ты вообще так решил? – округлил глаза Андрей.

- Не знаю, как это объяснить, – задумался Толик. - Я вообще не устаю и чувствую, что иду не сам, ноги как будто сами бегут. Слишком легко даётся путь, понимаешь?

Андрей почесал подбородок.

- И что ты думаешь об этом?

- Не знаю я что думать, – охотник опустил голову.

Вдалеке прогремел раскат грома.

- Походу и правда будет дождь, - сказал Толик. - Ладно, чеши спать. Завтра поговорим об этом, а сейчас нужно хорошо отдохнуть. Спокойной ночи.

- Спокойной ночи, Толян.

Андрей забрался в палатку, удобно улёгся в свой спальный мешок и, немного покопавшись в своих мыслях, отправился в мир сновидений.

Его разбудил невероятно громкий звук. В голове сразу загудело. Парень, не понимая, что происходит, начал оглядываться по сторонам. Он увидел, как Роман схватил оружие и пулей выскочил из палатки. В этот момент в открывшимся проёме сверкнула молния. Сквозь пронзительный звон в ушах, слышались звуки выстрелов и крики. Жуткий страх и нерешительность мгновенно завладели всем телом Андрея. Он потратил несколько секунд на борьбу с этими чувствами, пытаясь прийти в себя. Вдруг послышался ещё один выстрел и молодой археолог, наконец собравшись с силами, подхватил своё ружье и выбежал на улицу.

Разгоряченное тело моментально окатило как из ведра. Снаружи плотной стеной лил дождь. В ушах у Андрея всё ещё звенело, так что парень различал звуки с трудом. В тусклом свете гаснущего костра, он увидел Толика, кричащего и стреляющего куда-то в темноту между деревьями и Рому, который целился туда же и, очевидно, пытался высмотреть нарушителя спокойствия.

Егерь уже какое-то время водил головой из стороны в сторону и не видел ровным счетом, ничего. В голове проскользнуло предположение, что, возможно, Толик уже завалил того, в кого стреляет или, как минимум, отпугнул. Рома закинул оружие за спину, достал свой мощный прожекторный фонарь и стал светить им в направлении выстрелов, но не замечал там никакого движения или вообще чего-нибудь, что указывало бы на непосредственную опасность.

Небо озарило очередной вспышкой молнии. Андрей, к этому моменту парализованный разными мыслями, быстро пробежал глазами по освещенному лесу и, ничего не заметив, осознал, что Толик просто стреляет в пустоту.

Так же, как и Роман. Егерь, окончательно убедившийся в том, что сейчас для них единственную угрозу представляет именно Толик, перешел к решительным действиям. В момент, когда Толян начал судорожно перезаряжать ружьё, готовясь возобновить огонь по, видимой только ему цели, Рома кинулся в его сторону, в движении убрал фонарь и двумя прыжками оказался прямо перед лицом парня.

За, без малого, двадцать лет своей профессиональной деятельности, Роман лицезрел множество взглядов. Ему не раз приходилось встречать разъяренный взгляд загнанного в угол волка и налитые страхом и отчаянием, глаза огненцветной лисицы, что вышла к людям в поисках еды для своих лисят, но была поймана стальной пастью равнодушного капкана. Однажды пришлось смотреть в полные надежды глаза порванного медведем напарника, в которых стремительно угасал тёплый свет жизни, растворяясь где-то в пустоте. Егерь видел множество взглядов, но такой, как сейчас был у Толика, он видел впервые. В глазах, налитых слезами, полных искреннего, первородного ужаса, пылали искры самого настоящего безумия. Толик, казалось, вообще не замечал человека в полуметре от себя.

Роман действовал очень быстро и, даже можно сказать профессионально. Ловким движением он выбил из рук Толи патроны, которые тот собирался зарядить, затем ружье и столь же ловко, сместившись вправо от ошарашенного парня, повалил его на землю, лицом прямо в грязь.

- Ружьё! - Крикнул Андрею егерь, указывая на лежащее рядом с Толиком оружие.

Археолог, потрясенный таким зрелищем и наконец сбросивший оковы оцепенения, подбежал к ребятам и подобрал его.

- Толян, это я, Рома, твой друг.

Толя, еще пытающийся вырваться, смог выдавить только неразборчивый звук, похожий на писк.

- Толян, ты слышишь меня? В кого ты стрелял? Там никого нет! - пытался докричаться Роман.

Сверкнула ещё одна молния, да такой силы, что на пару секунд озарила весь небосвод и лес дневным светом, будто желая подтвердить слова Ромы. Андрей, напуганный неожиданным явлением природы, подпрыгнул на месте, вскрикнул и ещё раз огляделся вокруг. Всё было тихо.

Через пару минут Толя совсем перестал дёргаться и издавать звуки.

- Он... - с дрожью в голосе начал Андрей, - он жив?

- Жив, - оборвал мрачные мысли археолога егерь. - Но кажется отрубился.

Рома перевернул Толика на спину.

- Да не стой ты столбом! Помоги его в палатку затащить.

Андрей облегченно выдохнул и взял бедолагу за ноги. Егерь же схватился за руки, и вместе парни занесли молодого охотника в палатку. Уложив Толю на спальный мешок, Рома, в ярком свете зажжённой Андреем лампы, начал осматривать парня.

Небо, похоже, не собиралось останавливать свой бурный поток слёз, а, невероятной силы, раскаты грома и молнии, продолжали сокрушать тишину и спокойствие древнего леса. Последний огонёк костра еще пытался сопротивляться первозданной силе природы, кружась в одиноком танце, но предсказуемо не справился. Поляна вокруг палатки погрузилась во тьму.

- Ну, никаких ран я не вижу. Он в полном порядке, - Закончив своё небольшое обследование, произнёс Роман и, вглядевшись в лицо, казалось, спящего Толика, добавил. - По крайней мере физически.

Егерь убрал свой медицинский набор в рюкзак и поставил рядом со спальником. Затем он подобрал ружьё и достал фонарь.

- Пойду осмотрюсь. Поищу труп того злыдня, что Толяна так завёл.

Последние слова Рома произнёс уже на улице. Он включил свой фонарь и направился к месту боевых действий.

Андрей, державший во время осмотра лампу аккурат над Толяном, сейчас поставил её в угол палатки и плюхнулся на пол. За пределами их домика он видел уплывающий вдаль свет мощного фонаря.

Дрожь всё еще не покидала тело археолога, а мозаика мыслей в его голове никак не могла собраться. Что же это было? Перед глазами Андрея всё еще стояло лицо очень мрачного Толика, который говорит, будто бы даже не своими словами, что чувствует на себе постоянные взгляды. Мрачное лицо, которое, как он думал, по определению не может быть таковым. Ведь Толик самый жизнерадостный и, по-доброму, наивный человек, которого он знает. И казалось нет в мире ничего, что может стереть эту детскую наивность с лица, никогда не унывающего Толика. Ничего, кроме того, что следило за ними и толкало вперед, вглубь леса.

Андрей услышал торопливые шаги и увидел приближающийся свет фонаря. В палатку залез промокший Рома. Он уселся прямо между лежащим Толиком и Андреем и начал рыскать в своих вещах. Андрей в волнительном ожидании заметил, как егерь делает два бутерброда.

- Ну? - Не выдержал томительной паузы археолог.

- Там ничего нет, - Рома сделал два бутерброда и протянул один из них Андрею. - Либо наш Толик очень плохой стрелок, либо там изначально никого не было. - проговорил он, наливая себе чай.

- Ничего? Тогда во что он стрелял? – не понял темноволосый парень.

Егерь, запивая чаем на спех сделанный бутерброд, пожал плечами.

- Что это, мать его, вообще было? - не останавливался Андрей.

- Понятия не имею. Наверное, почудилась ему пакость какая. Толик-то у нас сильно верит во всю эту хрень, – ответил егерь и кивнул в сторону рыжего друга.

- То есть ты думаешь, что Толик...

- Возможно, - не дав закончить свою мысль, оборвал археолога Рома.

Андрей и так был на взводе, а это, как он посчитал, показное спокойствие и высокомерие Ромы окончательно вывело парня из себя, и парень решил высказать то, что думает:

- Так значит ты считаешь, что Толян спятил, да? Думаешь, что человек, всю жизнь охотившийся, и, наверняка, не один раз ночевавший в лесу, в одно мгновение может вот так просто сойти с ума? Может начать палить среди ночи, в трех метрах он своих друзей, подвергая их смертельной опасности, из-за того, что он "Наивный простак"? Ты сам-то хоть раз такое видел? Ты сам веришь в это?

Во время эмоциональной речи, Рома не спеша пил свой чай, глядя заведенному Андрею прямо в глаза. Наконец, когда тот закончил, егерь наклонился к нему.

- Теперь послушай меня, Андрюх. Я понимаю к чему ты клонишь и не разделяю твоих догадок. Спрашиваешь, видел ли я подобное? Да, видел. Я видел, как у людей в лесу кукуха ехать начинает. А знаешь от чего так? Сказать? От их собственного воображения, помноженного на переизбыток кислорода и совершенно непривычную, давящую тишину. Человеческий организм, даже деревенский, за тысячи лет прогресса и эволюции отвык от первобытной жизни, - Роман допил чай и немного откинулся назад. - А тайга, глухая тайга, это почти та самая первобытная жизнь. Тайга, это не только красивый лесой массив, да милые горные речушки. Здесь сурово, жестоко и даже, можно сказать, опасно. Выжить здесь можно только с холодной головой. А для человека, ведомого одними эмоциями тайга всегда будет граничить со всей этой паранормальной чепухой. Она бывает такие картины рисует, что даже бывалый таёжник может поверить и в вампиров, и в эльфов. Так вот, скажу тебе ещё раз - за двадцать лет я ни разу не увидел ничего паранормального. Ни-че-го. И этот лес самый, что ни на есть, обычный. Наш Толик с самого начала был не в себе. Я слышал ваш разговор. Искренняя вера в своих "лесных", плюс место, которое он так боится, плюс этот ливень с грозой. Вот и увидел наш друг то, что хотел увидеть. Я только что бродил по темноте среди деревьев, выискивая кого-то, кого, скорее всего, видел только Толян и ничего не нашел. Мы с тобой уже сколько времени в палатке сидим, костёр давно погас. И никто не бродит вокруг нас, не воет, пытаясь нас напугать, не ломится внутрь, чтобы нас утащить. Никто. Потому что не обитает в этом лесу нечисть, только животные да птицы. И тебе стоит прекращать голову себе забивать всякой чушью, иначе тоже бочок потечёт. Нет у меня желания тащить на себе обратно двух сбрендивших.

За время этого монолога Андрей немного остыл. Конечно, обида всё еще сдавливала грудь, но адреналин, наполнявший тело парня ледяным пламенем, уже отступил, и теперь его обнимали тёплые руки усталости и сонливости.

- И что теперь будем делать? Возвращаться обратно? - глядя куда-то в пол, спросил Андрей.

Роман задумался.

- Сначала посмотрим на состояние Толика, как очнётся, а там видно будет. Ты-то себя как чувствуешь? - Егерь посмотрел на наручные часы. На улице была полночь.

- Да ничего, – пожал плечами археолог.

- Посидишь немного на костре? Мне хотя бы пару часов покемарить, а там уже сменю тебя, – предложил другу егерь.

- Я могу и дольше просидеть, - ответил Андрей.

- Не нужно геройствовать. Я сменю тебя через два часа. Костёр сможешь развести?

Археолог утвердительно кивнул.

Рома ещё раз напомнил другу, когда именно его нужно разбудить и залез в спальник.

Андрей вышел на улицу и закурил. Дождя уже не было, небо над головой было усыпано звёздами.

"Удивительно. Когда он закончился?"

Оглядев поляну, парень вздохнул и начал разводить костёр.

Сначала было страшно. В голове всё еще стояла картина кричащего и стреляющего в темноту Толи. Андрей аккуратно вглядывался в окружающие его, зловещие тени и пытался вслушаться в каждый шум, но ничего не происходило. Перед ним, в холодном свете Луны, мирно спали вековые сосны, с которых резво спрыгивали на землю, оставшиеся после дождя, капельки.

Постепенно страх отступал. Археолог думал над словами Ромы. Может быть и правда, никакой мистики и не существует вовсе, а Толик действительно просто перенервничал. Ведь общаясь с разными людьми, а Андрей имел в этом богатый опыт, парень, на свои попытки узнать что-то необъяснимое, получал только недоумевающие взгляды коллег, да презрительные насмешки от посторонних. Он вспоминал, как пару раз уже пытался охотиться за мифическими тварями, но в конечном счёте получал только потерянное время и деньги, помешанные со злостью и разочарованием от неудачи. Быть может, и эта погоня за "лесными" была лишь попыткой доказать всем окружающим свою правоту? Доказать всем скептикам и злопыхателям, что он не просто чудаковатый археолог, а особенный. Тот, кто видит и чувствует больше, чем остальные. Тот, кто может, вопреки всему миру, найти, прикоснуться к тем тайнам мироздания, которые академическая наука не в силах даже понять.

Доказывать? Нет, доказывать ничего не нужно. Ведь Андрей и не считал себя придурковатым учёным. Всё, что парень испытывал до этого, всё это не шло ни в какое сравнение с тем, что он чувствовал здесь. Этот лес на самом деле особенный и Андрей знает это. А Рома. Что ж, Рома ещё просто не осознал это. И, возможно, никогда не осознает.

С такими мыслями парень просидел какое-то время возле вновь раздувшегося огня.

Из палатки послышался кашель, кто-то выругался и Рома, так показалось Андрею, начал вылазить на улицу. Какого было удивление археолога, когда в свете костра, он разглядел заспанное лицо Толика. Тот буквально вывалился из тёплой палатки на мокрую траву, затем поднялся на ноги и удивленно уставился на Андрея. Археолог от неожиданности вскочил и, не понимая, что делать дальше, просто смотрел на выкатившееся тело с каменным лицом.

- Толик... - осторожно начал Андрей.

- Андрюх, а ты чё не спишь? - Кажется, местный паренёк не осознавал, что происходит.

- Ты. Как ты... - Андрей растерялся и не знал, как продолжить.

- Я отрубился что ли? Вот зараза. Вроде как и не хотелось спать-то.

Толик, не торопясь подошёл к костру, потирая помятое лицо руками. Затем сел возле костра и закурил.

- Чего стоишь-то? - рыжий парень кашлянул. - В ногах правды нет.

За эти пару минут вся усталость испарилась и сон, так манивший археолога последние минуты, резко отступил. Андрей, искренне надеясь, что Рома прямо сейчас выйдет из палатки, присел рядом и начал вглядываться другу прямо в лицо. Тот ещё не до конца вырвался из крепких объятий Морфея. Создавалось впечатление, что Толик проспал несколько дней, а не один час.

- Не молчи, Андрюх! – протараторил Толик, протирая глаза. - Ты как призрак какой-то. Может расскажешь, как я уснул и вы меня в спальник укатали. А то стыдно, ей богу. Должен был первый на костре сидеть, а сам...

- Уснул? - археолог прервал друга.

Охотник непонимающе уставился на собеседника.

- Не уснул? Дрюнь, хорош загадками говорить. Что случилось?

Андрей рассказал Толе всё, что произошло с момента лихого пробуждения.

Тот во время рассказа сначала смеялся, затем замолчал и просто хлопал глазами, а под конец и вовсе выглядел напуганным.

- Не помню ничего такого, - после долгой паузы произнес наконец охотник. И почесав рыжую щетину, добавил:

- Стрелял говоришь?

- Ага, и кричал что-то, - ответил археолог. - Как вообще такое можно не запомнить, Толик? Это ведь даже не лунатизм.

- Чего? - непонимающе произнёс Толик.

- Не бери в голову, – Андрей махнул рукой. - А что ты помнишь? Что последнее ты запомнил?

Толя долго подбирал слова. Он наклонил голову, приложив ко лбу руку и почесывал весок. Под каждое новое воспоминание, его лицо выдавало разную гримасу недоумения.

Наконец, закончив мозговой штурм, он медленно, делая паузы после каждого выражения, ответил:

- Смутно как-то помню. Помню, вышли на полянку-то, разбили лагерь, - Он снова почесал подбородок.

- Дальше, – поторопил Андрей.

- С Ромычем языками уцепились. Ну за охоту разговаривали. И... - Толя снова сделал паузу, - И всё.

- Как всё? – не понял парень.

- Дальше только сон был. Бабища та лютая снилась. Ну та, что Колян встретил на озере, – Толика передёрнуло при воспоминании о рассказе брата.

С момента начала их разговора прошло минут десять, и только сейчас Андрей заметил, как за их диалогом, выглядывая из палатки, с неподдельным интересом наблюдает Роман. Егерь выглядел бодрым, будто вообще не спал.

Заметив, что его рассекретили, Рома вышел на улицу, подошел к парням и присел на корточки возле огня.

Все вместе, они принялись обсуждать сложившуюся ситуацию. Сначала Толян попытался ещё что-нибудь вспомнить и снова рассказал всё, что знает. К сожалению для его спутников, подробностей больше не стало. Затем Роман поднял так интересующий Андрея вопрос: нужно ли продолжать путь или же стоит повернуть назад. К невероятному удивлению археолога, Толян даже не раздумывая согласился. Андрей подумал, что он ответил так лишь для того, чтобы скрыть свой ночной позор и не казаться трусом в глазах друзей. Рома тоже был настроен покончить уже с этой нелепой историей, которая начала приобретать, в прямом смысле этого слова, нездоровый оттенок. В конце Андрей решил закрепить результат и, изображая неуверенность и сомнение, ещё раз предложил ребятам подумать над возвращением. На это его спутники искренне удивились и предложили археологу пойти выспаться перед последним рывком.

За время этого разговора обстановка значительно разрядилась. К его окончанию ребята уже весело подкалывали друг друга, предвкушая этот самый рывок и долгожданное возвращение в тихую деревушку Толяна.

На такой позитивной ноте Андрей и Толя отправились спать, а Рома, удобнее усевшись у костра, принялся дожидаться первые, приветливые лучи восходящего Солнца.

Когда Андрей вернулся из мира грёз, на улице уже было свело. Толик сложивший свой спальник, что-то жевал возле костра, а Рома был занят сбором вещей

- Утречка, - произнёс повернувшийся к Андрею Толик. - Ай да завтракать.

Андрей быстро подошел к Толику и, усевшись рядом с костром, принялся уничтожать уже разогретую на костре гречневую кашу из сухого пайка.

Егерь, пока его спутники трапезничали, собрал палатку и через некоторое время весь отряд стоял в полной амуниции.

- По коням, - со своей коронной фразой Рома двинулся в путь. За ним, как и ранее, шёл Толик, замыкал этот отряд Андрей.

Продолжая спускаться всё ниже, перед Андреем открылась необычная картина: сейчас лес стал пореже и в вечнозеленых зарослях, тут и там поблёскивали малюсенькие снежные шапочки, которые создал утренний мороз после ночного ливня. Конец продолжительного спуска венчали яркие кроны берёзового леса. Отсюда, с возвышенности было видно, как зелёный ковёр внизу смешивается с жёлтым и постепенно рассеивается в этом ярком, золотистом море. Конца ему не было видно и, казалось, что берег этого необычного моря лежит прямо у величественных гор, которые обозначали горизонт своим могучим, холодным, синим массивом. Андрею показалось, что даже Рома немного сбавил шаг, стараясь насладиться столь впечатляющим зрелищем.

Ребята спустились, и теперь их путь лежал на запад, по самой границе этого берёзового леса.

Море, которое казалось безграничным, через несколько часов пути всё-таки закончилось и отряд оказался перед очередным спуском в низины. Андрей сначала горько сглотнул, представляя как много им предстоит подниматься на обратном пути, но потом Рома указал рукой куда-то вдаль и он, приглядевшись, напрочь забыл о недавних негативных мыслях. Буквально в километре, внизу, неспеша петляла река. Та самая река, на которой стояла деревня шаманов. Оставалось совсем немного, парни начали спускаться к заветному месту.

Если и можно было чем-то удивить опытного егеря, учёного археолога и деревенского, до мозга костей, охотника, то только чем-то подобным: парни, раскрыв рты смотрели на вырезанную из дерева, исполинскую, высотой в пятиэтажный дом, фигуру неизвестного существа, стоящую прямо в центре, раскинувшегося на сотни метров, древнего поселения шаманов...

Часть вторая

- Что это? - Долгое, очень долгое молчание прервал Рома. Он наконец сбросил оцепенение и что-то разглядел позади статуи.

В древнем поселении уже какое-то время висела тишина. Около часа назад парни спустились к реке, прошли вверх по её течению и наконец вдалеке, бережно скрытая густыми деревьями, замаячила какая-то деревянная постройка. Все несказанно обрадовались, но чем ближе группа подходила к этой "постройке", тем больше смятение забиралось в их мысли. То, что Андрей и компания поначалу приняли за сохранившийся дом, на деле оказалось обрушенной частью очень высокого, шестиметрового забора. Он окружал поселение, но одной стороны у этого "короба" будто бы не было. По разрушенным останкам домов за линией забора можно было предположить, что он должен был продолжаться дальше. Парни обогнули его и замерли.

За высоким и покосившимся в местах излома забором стояло поселение, которое сразу всем показалось каким-то... необычным. Здесь экспедиция увидела множество домов, но на удивление не деревянных, а каменных, напоминающих скорее низенькие землянки, раскинувшиеся ровными рядами на большой территории и от времени почти полностью покрытые зарослями зеленой травы. С высоты, должно быть, это было похоже больше на россыпь небольших холмиков, нежели на место, где когда-то жили люди. Часть этих построек, что находились на одной линии со сломанными краями забора были частично или полностью разрушены, и на этой же линии, прямо в центре поселения возвышалась статуя, вырезанная из дерева и изображающая что-то непонятное. За линией смерти, так её назвал Роман, не было вообще ничего, кроме развалин землянок, а другой стороне всё вроде как было цело.

Андрея ужалила мысль, что в этом месте, со стороны реки будто бы прошла какая-то смертельная волна, но в какой-то момент остановилась прямо перед этой странной статуей.

Человекообразный гуманоид в рясе и капюшоне с чем-то вроде клешни вместо одной руки, прижатой к груди. Именно так Андрей бы описал то, что увидел в предполагаемом центре деревни. Лица из-под капюшона не было видно, лишь выглядывало что-то похожее на щупальца, но в этом археолог не был уверен. Насчёт второй конечности существа он тоже не был уверен. Она была протянута вперед, прямо в сторону "линии смерти". Возможно там тоже была клешня, но она была разрушена примерно по локоть, так что нельзя было сказать наверняка. Как и о ногах. Они обе, если конечно было две, были спрятаны в просторную рясу и не хотели показываться. Что бы это ни было, оно явно оставит в памяти Андрея глубокий след.

Пока Толик с археологом были заняты тем, что пытались понять, что же такое стоит перед ними, взгляд Романа всё-таки оторвался от статуи и поймал еще что-то.

Егерь обошёл сооружение и удивился тому, как сразу не заметил останки костра. Они находились прямо за статуей и были свежими. Ещё ночью пламя на этом костре плясало как не в чём не бывало и это бы не напугало так сильно опытного таёжника, мало ли, может какой рыбак пришёл на ночёвку с реки да остановился тут, если бы не окружающая обстановка и прочие странности. От обгорелых останков вглубь сохранившийся части деревни уходила широкая тропа, выложенная из камня. По всей видимости с другой стороны статуи она должна была продолжаться и уходить в сторону реки, но там ничего не было. Тропа вела прямо метров на сто - сто пятьдесят и упиралась в самое большое из зданий, единственное здание, которое было сделано из дерева. С центральной дороги уходили такие же каменные тропки, но поменьше и петляли между этими домами.

Рома попытался найти следы, быстро осмотрев всё вокруг, но ничего не найдя снова вернулся к костру.

- Толян, Андрюх. Подойдите, - егерь старался произнести эти слова тихо, но так, чтобы друзья его слышали.

Парни будто ждали именно этой команды и по очереди подошли к Роме. Тот молча указал головой на то, что ещё ночью было костром.

- Едрёна вошь... - Толик озадаченно почесал затылок. – это, что же тут творится-то?

- Кто это здесь оставил? - даже познаний Андрея хватало, чтобы понять, что останки свежие.

Рома недолго подумал и обвёл взглядом сохранившуюся часть деревни.

- Меня больше интересует, куда он ушёл, - егерь обернулся к парням с загадочной улыбкой. - Следов я не нашел.

Толик побледнел.

- Хочешь сказать, что он тута ещё?

Рома не ответил, лишь снова глянул куда-то вдаль.

- И что это за погань такая? - Толик указал на странную статую и снова перевел интересующий всех вопрос на первый план.

- Понятия не имею, Толя. Эта хреновина определённо не похожа на то, что видел твой братец у озера, - Произнёс Рома, сам удивляясь тому, что сейчас впервые за всё время он говорит о мистике серьёзно и не подкалывает друга той мутной историей.

- Чего делать-то будем, парни? - спросил Толян.

Андрею соображалось туго. Сейчас у него в голове было очень много разных мыслей и все вместе они больно давили на мозг, не давая полностью сосредоточиться. Абсолютно всё происходящее вокруг казалось неправильным. В его представлении это должна была быть самая обыкновенная деревня, коих тысячи на просторах его необъятной родины. Деревня, в которой под теплыми лучами Солнца румяные, лучезарные дети бегают друг за дружкой, играя в какую-то веселую игру. Деревня, где по вечерам древние старообрядцы сидели за своими деревянными столами, накрытыми чистыми, белыми скатертями, и, после тяжелого рабочего дня, в тусклом свете свечи устало обсуждают что-то своё. Он представлял деревню, которая когда-то была живой, но сейчас видит что-то другое. Вокруг него были какие-то непонятные постройки, которые нормальный человек едва ли мог назвать жилыми. Что за люди здесь жили? Почему построили именно такие дома? Для чего они воздвигли настолько высокий забор? Зачем было тут ставить эту большую, пугающую статую? Куда делись эти люди, и, самое главное, почему, чёрт побери тут всё выглядит таким неестественным и мёртвым?

- Да нету в этом смысла, я тебе говорю! Нахрена оно надо?

Уже в который раз за эту поездку, археолога вернул в реальность Толян. И снова, пока Андрей был погружен в свои мысли, он пропустил мимо ушей почти весь диалог своих друзей и теперь уцепиться за крючок смысла в их разговоре было довольно сложно.

- Потише, Толя. Может в одном из домов кому-то нужна помощь. Нужно же убедиться, верно? - эти слова егерь буквально прошептал. Лицо его было сейчас очень серьезным.

Толян тоже перешел на шёпот:

- Да даже если это и человек. Он явно не из села. Давайте сделаем, что там Дрюня хотел и тихо свалим отседова. Не надо лезть в эти дома, Ромыч!

- Я согласен с Толиком, - Андрей уловил нить разговора и сумел ловко в него втиснуться. - Давайте просто пофотаем всё это и покинем это место. Мне здесь совершенно не нравится. И это совсем не то, что я ожидал увидеть.

- А я о чём? - Толян торжествующе посмотрел на Рому. - Давай там, Андрюх, расчехляй камеру свою, да снимай всё это в темпе.

Андрей кивнул и начал торопливо искать свой фотоаппарат. Рома подошёл к нему.

- Тогда поступим так. Я пойду немного осмотрюсь там, - егерь достал откуда-то камеру и указал рукой за статую, в сторону реки. - Тоже немного тебе пофотаю. Если что, свяжусь по рации. Вы тут как закончите, тоже выходите на связь и валим отсюда. Все согласны?

Возражающих поблизости не обнаружилось.

Рома выдвинулся, по дороге сфотографировал странную статую и скрылся за деревьями.

Толян подошел к темноволосому другу и предложил свою помощь:

- Если что нужно, только скажи, Андрюх. Только это, давай в дома эти не заходить. Мне от них не по себе...

- Хорошо. Умеешь пользоваться? - археолог достал из кармана свой смартфон и включил на нём камеру.

- Да ясен пень... - охотник попытался произнести эти слова уверенно, но у него ничего не вышло.

Андрей улыбнулся.

- Тогда походи вокруг, поснимай что-нибудь. Не думаю, что нам стоит сильно углубляться в эти... постройки.

- Дело говоришь. Я буду неподалёку, пофоткаю, - Толя неумело взял широкий смартфон в обе руки и максимально вытянув их вперед начал подбирать лучший ракурс для эффектного фото.

Когда Толик немного отошёл, Андрей закончил настройку своей дорогой камеры и начал оглядываться, размышляя о том, куда ему стоит пойти в первую очередь.

Побродив немного вокруг статуи и сфотографировав её со всех сторон, археолог решил двигаться по широкой каменной дороге до единственного деревянного здания и как следует осмотреть его. По пути к нему Андрей все-таки нарушил обещание, данное Толяну и заглянул в пару домов. Сразу за толстыми, деревянными дверьми находились каменные лестницы, уходящие вниз, под землю и стены, поросшие мхом и отдающие сыростью.

В деревне и правда было что запечатлеть. Бывавшие здесь охотники из родной деревушки Толика не врали, когда говорили, что тут всё усыпано рунами. Даже не отходя далеко от условленной точки, Андрей сделал приличное количество снимков и удивился разнообразием встретившихся ему символов и далеко не все они были похожи на то, что он видел на деревьях. Помимо рун, которые Андрей поначалу принял за скандинавские были и руны из какой-то другой культуры. Они отличались размером и были более сложными. Немного поразмыслив, Андрей решил, что никогда не встречал таких. Помимо рун встречались и рисунки. Они были похожи на изображения пещерных людей, но мотивы были совершенно другие. На одном изображалось что-то вроде стройки: фигурки людей, по всей видимости перетаскивающих камни для стройки к фундаменту. На другом фигурки будто плывут на лодочках. Самым же интересным Андрею показался рисунок на здании в конце тропы.

Археолог долго не мог понять, что его больше смущает на данном изображении: фигура, похожая на статую в деревне, вокруг которой стояли на коленях люди в рясах или необычное светило на картине? Статуя, или по крайней мере что-то очень на неё похожее была минимум в два раза больше той, что стоит в деревне. Это было легко понять по размерам фигур на изображении, они были крошечные по сравнению с этой "статуей". Чуть больше Андрея удивила окрестность на рисунке: вокруг статуи отсутствовали какие-либо постройки, а ведь на остальных рисунках в деревне такие мелочи были отчётливо прорисованы. Но всё же самым поразительным тут казалось то, что парень поначалу принял за Солнце: светило, возвышающееся над всем действом на картине, не было похоже на то, как оно же изображалось на других рисунках. Там везде были характерные лучи вокруг круга или полукруга. Здесь же лучей не было, чтобы это ни было, оно было зарисовано лишь наполовину, и эта половина была похожа на большой самоцвет.

Фотоаппарат тихо щёлкнул, дав знать о готовности очередного снимка. Археолог оглянулся и попытался найти глазами Толика. Молодого охотника рядом не было видно. Андрей поймал себя на мысли, что забрёл в глубь деревни и фотографировал просто на автомате. Мозг, занятый анализом того странного изображения на большом доме, посчитал лишним уделять внимание этому пути. Парень осмотрелся и сразу же увидел ориентир. Статуя была уж слишком большой на фоне этих странных, маленьких домов, чтобы её не заметить. Он двинулся к ней.

Андрей свернул за очередным домом и уже почти вышел по одной из узких тропинок к статуе. Проходя мимо очередного дома - землянки, парень застыл как вкопанный. Тихий шепот неожиданно был пойман привыкшим к таёжной тишине, а потому более острым слухом археолога. Звук, казалось, доносился с одного из близлежащих домов. Андрей снова начал искать Толика, но тщетно. Видимо тот гулял на другой половине деревни и был слишком увлечен фотографией. Шепот продолжался. Теперь, когда парень вслушался, он понял, что где-то посреди тайги, в заброшенной, страшной и наполовину разрушенной деревне шаманов - мистиков, прямо сейчас в одной из этих странных построек идёт полноценный диалог минимум двух людей. Людей ли? Чем больше Андрей прислушивался, тем больше волос поднималось на его голове. На диалог это было похоже всё меньше и меньше, скорее бессмысленное, механическое бормотание. К тому же те, кто говорил, казалось, вообще не пытались скрыть своего присутствия и говорили громким шёпотом лишь потому, что громче говорить не могли физически.

Так продолжалось какое-то время, затем всё разом прекратилось и повисла зловещая тишина. Застывший в нерешительности парень разрывался. Одна его сторона настойчиво убеждала археолога посмотреть, что там, может действительно внутри дома обычные таёжники или рыбаки. Может они и сами боятся звуков снаружи, возможно, им даже нужна помощь. Другая же, менее героическая, но больше любящая жизнь сторона трусливо требовала рвануть к Толику и, по дороге вызвав Рому, валить отсюда в темпе вальса.

Возможно, ему было бы лучше просто вернуться в деревню, свернуть экспедицию, уехать в город, жениться и просто жить обычной жизнью миллионов людей. Возможно, стоило ещё в детстве забыть о своём глупом увлечении мистикой и сейчас, закончив очередные раскопки, собираться домой, предвкушая тёплую встречу со своей семьёй - любимой девушкой Алёной и детьми, что у них могли появиться на свет. Возможно, в другой день, при других обстоятельствах или в другой жизни сухая прагматичность и взяла бы верх, но...

Он так тихо, как только был способен, в полуприседе подкрался к двери дома, из которого и шли звуки. Аккуратно убрав фотоаппарат, Андрей приложил дрожащие, мокрые от волнения ладони на деревянную дверь, прислонился левым ухом и снова попытался вслушаться.

Какое-то время всё было тихо. Археолог уже начал думать, что всё это ему просто почудилось от перенапряжения как вдруг снова раздался шепот, причём неожиданно близко, прямо за дверью, в нескольких сантиметрах от археолога. Но сейчас было что-то ещё.

Музыка? Ветер, поднимающийся из-под земли, приносил с собой чудесную, тонкую мелодию. Андрей определённо слышал уже эту музыку, но никак не мог припомнить, где именно. Кажется, в детстве его мама играла на музыкальных инструментах. Возможно оттуда? Возможно. Или это Алёна исполняла что-то похожее на пианино во время их дружеских посиделок и совместных праздников? Тоже может быть. Да и какая сейчас разница, это ведь такая тёплая, близкая его душе музыка. А голоса... Они поют, подыгрывают этой сказочной мелодии.

Археолог, завороженный этими звуками, был не в состоянии оторваться и буквально врос в деревянную дверь как вдруг его выпущенной стрелой пронзила мысль:

"Пианино? Откуда здесь может быть пианино? Да и вообще музыка?"

В этот же момент прекрасная мелодия испарилась, растворившись в гуле ветра, звуки, так похожие на пение, вновь превратились в шёпот и начали стремительно перерастать в утробные гудения и завывания. Метаморфоза звуков закончилась громким, животным рёвом, за дверью раздались очень тяжелые шаги, быстро приближающиеся откуда-то из-под земли. По двери ударили с другой стороны, ударили так сильно, что не только она, но и весь дом задрожал.

От этого сильного удара Андрей отлетел от двери, вскрикнул и отступая назад, предательски потерял равновесие, наткнулся на что-то и упал, сильно ударившись головой. Темнота начала застилать глаза.

Толик, закончив с очередной невероятно эффектной фотографией услышал крик, и смартфон, тоже ошеломлённый внезапным, пронзительным звуком, заскакал в руках парня и в итоге вырвался из пытавшихся поймать его объятий, свалившись на землю. Охотник подобрал телефон и кинулся к статуе.

В воздухе повисло крепкое, очень тяжелое напряжение. Оно было таким густым, что, казалось, его можно было даже коснуться, стоит только протянуть руку.

Выругавшись, Толя проскользнул между двумя домами и застыл в ужасе.

Абсолютно каждый волосок на его теле вскочил, на спину будто высыпали тысячи ледяных осколков, а сердце больно ударилось о грудную клетку. Рот открылся в попытке издать пронзительный крик, но выдавить получилось лишь очень тонкий, жалобный хрип. Руки задрожали и снова выронили широкий смартфон, который дал ему Андрей.

Сейчас он вспомнил, что именно видел прошлой ночью, что напугало его до беспамятства, и во что парень так старательно пытался попасть из своего уже старенького, но всё ещё рабочего ружья. Это было оно.

Сгорбленное, очень крепкое, но отнюдь не высокое, чуть выше среднего человека, косматое нечто. Его уши вздымались вверх, словно кошачьи. На огромной морде, окружённой со всех сторон густой, чёрной шерстью, торчали два больших, совиных глаза. Носа не было, вместо него лишь пара отверстий, а ниже расположился большой, почти на всю ширину морды, рот. Шеи видно не было, так что голова сразу же переходила в плечи, а от них почти до самой земли спускались толстенные лапы. Заканчивались эти лапы хищными, птичьими когтями, такие же были и на коротких, но мощных ногах.

В своих лапах оно тащило неподвижное тело археолога к вновь горящему костру, оставляя за ним выразительный кровавый след.

Необычные, цвета воронова крыла волосы Андрея на свету блестели и переливались багровыми пятнами. Глубокие, тёмно - синие, глаза были закрыты, а красивое лицо казалось мертвенно бледным и было скрыто липкой, алой кровью.

Заметив застывшего и белого как снег Толика, существо резко повернуло голову на девяносто градусов, слегка наклонило её и... улыбнулось во всю ширину своей пасти.

От этой улыбки молодой охотник поперхнулся собственным дыханием. Как и тогда, ночью, вокруг него растворилось всё, кроме этой твари. Сам не до конца осознавая того, что он делает, парень нашёл руками оружие.

Рома отчаянно пытался связаться по рации со своими друзьями, судорожно клацая дрожащими руками по заветной клавише и тихо матерясь себе под нос.

Слегка увлёкшись, он отошёл от деревни дальше, чем планировал, а когда осознал это и решил, как и договаривались, выйти на связь, оказалось, что рация не работает. Он поспешил обратно, но в какой-то момент заметил в лесу движение.

Со стороны реки по направлению деревни шли десятки каких-то странных и жутких существ. В основном это были высокие, под три метра ростом, полностью покрытые шерстью, гуманоидные существа. Они шагали на своих толстенных ногах обычной человеческой походкой, и, судя по всему, именно такую тварь и видел братец Толика в истории, над глупостью которой Рома так сильно смеялся. Там же были существа поменьше - они двигались рядом, тоже были косматые, но передвигались по-обезьяньи, прыгая и опираясь передними лапами о землю. Кроме них Рома видел пролетающих в ту же сторону летучих мышей. Точнее, кого-то очень похожего на этих животных, но крупнее, размером с человека. Даже в реке что-то происходило. Из-под воды будто пыталось выбраться нечто огромное. Егерь видел какое-то неестественное волнение разразившихся волн, они взмывали вверх на десятки метров и затем стремительно сваливались обратно в воду, буквально бурлящую и пенящуюся.

Добраться незамеченным до деревни уже не представлялось возможным, а рация по-прежнему предательски не хотела работать. Перед Ромой встал сложный выбор: попытаться отвлечь мрачно бредущую к друзьям процессию или затаиться и ждать. Ждать и надеяться, что Андрей и Толя тоже заметили всё это. Что они спрятались и, так же, как и он, постараются просто пережить этот кошмар, не издавая лишних шумов.

Надежда на последнее растаяла, когда среди нарастающего гула разразившегося в реке монстра и нескончаемого блеяния, и свиста движущихся по земле тварей, егерь услышал выстрел со стороны деревни.

Кто знает как Рома повёл бы себя при других обстоятельствах, но сейчас его инстинкт самосохранения куда-то испарился, и он сломя голову, пулей помчался к ребятам.

Безумие, не иначе. Но что-то глубоко внутри стойко убеждало его, что друзьям ещё можно помочь. Что он успеет.

Складывалось ощущение, что время остановилось или, по крайней мере, стало течь заметно медленней. Все зловещие звуки в его голове вдруг стихли, в нос забрался приятный аромат осеннего леса. Очень близкий его таёжному сердцу.

Егерь выскочил из-за отлично спрятавшего его, векового дуба. На негнущихся ногах он сделал несколько прыжков вперед, вскидывая ружье и приводя его в боевую готовность.

Тихо шагающий справа лохматый гигант остановился, завидев идущего прямо в распростившиеся перед ним объятия смерти парня. Исполин лишь смерил пробегающего мимо Рому спокойным, даже немного сочувствующим взглядом. Не издав не звука, монстр так же, не торопясь, двинулся следом.

Егерь старался бежать так быстро, как только мог. Он миновал ещё несколько тварей, они все только сбавляли шаг и смотрели вслед удаляющегося человека. Вот слева, за рядом высоких, стройных сосен показался забор проклятой деревни. Наступившую в голове егеря тишину разрезал дикий крик, полный боли и отчаяния. Рома, окончательно потерявший чувство реальности и пространства, прибавил шаг.

Идущий вприпрыжку, обезьяноподобный уродец смотрел на быстро приближавшегося парня как на добычу. В его огромных глазищах сейчас пылало пламя охотничьего азарта. Он бы кинулся за человеком и тот не смог бы сделать абсолютно ничего, но добыча уже всё равно никуда не денется. Чудовище лишь обвело губы своим длинным, кроваво красным языком в приятном предвкушении.

Рома домчался до забора, не обратив никакого внимания на крылатого зверя, который сидел на одном из домов и, поджав чешуйчатые крылья, с нескрываемым любопытством наблюдал за тем, как же поступит загнанный в угол человек.

Он бежал дальше, оставляя за спиной одну землянку за другой. Перед статуей он увидел, как какая-то сгорбленная тварь с кошачьими ушами, совиными глазами и залитыми чем-то бордовым, мордой и когтями, волочёт по земле то, что осталось от Толи. По другую сторону, прямо возле пылающего костра лежал Андрей. Он тоже был в крови, но уже не свежей, к нему и направлялось, с окровавленными ошмётками в лапах, самое отвратительное из всех существ, которых видел опытный таёжник.

Если бы Рома обернулся, то заметил бы, что его почти окружили. Понял бы, что путь отступления вот-вот будет отрезан и бежать скоро будет некуда. Скорее всего он догадался бы, что через каких-то пару минут его жизнь оборвётся и, наверное, он станет частью какого-то званного ужина это жуткого парада чудовищ. Но сейчас это не волновало его. Его уже вообще больше ничего не волновало.

Андрей уже какое-то время не был в отключке. Голова жутко раскалывалась, а перед глазами стояла алая пелена и это сильно мешало сориентироваться в обстановке.

Когда он пришёл в сознание, его, цепко впившись когтями в ключицу, волокла по земле чья-то лохматая и грубая рука. После, парень ощутил жар огня недалеко от себя. Затем раздался выстрел, рука отпустила его и тяжелые шаги начали быстро удаляться. Раздался душераздирающий крик, а затем, с той же стороны, жадное чавканье. Андрею хотелось заткнуть уши, но тело не слушалось. Наверное, кости были сломаны. Противное чавканье скорее всего продолжалось бы бесконечно, но вот археолог услышал быстро семенящие, человеческие шаги.

Учёный хотел повернуться, чтобы разобраться в том, что происходит вокруг, но как только попытался это сделать, череп сдавила адская боль и в голове очень сильно загудело.

Среди звенящего в ушах шума, он услышал ещё один выстрел, с той стороны, откуда только что прибежал человек. Затем снова раздался полный боли и отчаяния вопль, за ним свист и зловещее, торжествующее улюлюкание.

Андрею больше всего на свете сейчас хотелось оказаться подальше отсюда. Он не хотел верить в то, что творится вокруг. Не хотел думать о том, кто сейчас издаёт все эти пугающие, не человеческие звуки в заброшенной деревне. Парень даже представить боялся, кому принадлежали те выстрелы и крики, полные безнадёги и что с ними случилось. Он всем сердцем хотел просто проснуться. Или уснуть...

Дикие крики, свист и бормотание скоро стихли. Река приняла свой обычный, спокойный вид и снова тихо бежала вглубь леса. Солнце, взобравшееся вверх по небосводу, деловито оглядывало свои владения. Дикая, загадочная, но такая прекрасная тайга погрузилась в привычную для себя, долгожданную тишину.

"Существует ли мистика? Сложный вопрос. И достоверный ответ на него получить едва ли представляется возможным. Ведь мы, люди, в большинстве своём загнаны в рамки своих радикальных взглядов, абсолютно уверены в своей правоте: либо да, либо нет. Встретить человека, чья точка зрения, хотя бы в теории допускает состоятельность противоположной, не так уж и просто. Кто-то может сказать, что всё это бред, следствие бесконечных размышлений одного оскорблённого на весь мир человека и я-то уж точно не такой. Но достаточно спросить первого встречного: "Верите ли вы в Бога. И почему?", как всё вышесказанное начинает обретать смысл. Вам начнут с невероятным упорством доказывать свою правоту, презрительно отвергая все попытки хоть что-то возразить в ответ. Но если задуматься, исключает ли отсутствие научных фактов и наблюдений существование Бога. Конечно же нет. У нас точно так же нет ни одного точного доказательства того, что помимо нас во Вселенной есть жизнь, но вот в её наличии в бескрайних просторах космоса мы, почему-то не сомневаемся. Люди древности смотрели на огонь и принимали его за проявление чего-то божественного. Сейчас же мы наблюдаем за, казалось бы, невозможными, с точки зрения известной нам физики, планетами и звёздами, а так же за такими пугающими, но в то же время захватывающими дух явлениями, как чёрные дыры. Мы абсолютно серьёзно допускаем возможность существования целых мультивселенных и абсолютных наших копий в них, но почему-то не можем поверить в куда более, на мой взгляд, приземлённые вещи. Существует ли что-то за гранью науки? Я не знаю этого наверняка, но мне очень хочется в это верить..."

Дневник Кравцова Андрея Степановича. Последняя запись.