Лёд и Пламя

Глава 1

— Как так случилось, что ты застрял между Африкой и Антарктидой? Неужели тебе не хочется определиться? Неужели тебе нравится сидеть здесь, посреди океана, пусть даже в более-менее сносных условиях? И вообще: чего ты на самом деле боишься?

— Боюсь? Да как бы не так! Разве ты не знала, что я самый бесстрашный человек на свете? А ты попробуй застыть здесь, среди миров, среди течений, среди полной тишины — только шум океана ласкает твои уши, но со временем его перестаешь замечать…

Боюсь? Да как ты смеешь так меня оскорблять! Я — вещь в себе, и страх мне не ведом. Я знаю жизнь, я познал добро и зло, я видел, как рушатся империи и как свергаются тираны. Я знаю тайну, недоступную простым смертным. Я слышал, как растёт трава и как высоко в небе парит орёл. Я сижу здесь, потому что мне… скучно.

Мне скучно смотреть, как эти людишки суетятся, бегают, с Севера едут на Юг, с Юга на Север. У теплого моря они бахвалятся, что с солнцем на «ты» и никогда не сгорят… А вечером бегут в круглосуточную аптеку за кремом от ожогов. Смешные-смешные люди. И что им не сиделось дома? Разве может их жалкое море, куда они вырвались на неделю-другую, сравниться с океаном? Разве может их северное солнце над тайгой сравниться хотя бы с Антарктическим, слепящим и безжалостным? Оно совсем не тёплое, оно просто выжигает глаза. Без очков на снег и не взглянешь — быстро без глаз останешься. Что удивляешься? Поэтому я и не там, а здесь.

Боюсь… Думаешь, это и есть страх? Я боюсь того… боюсь того, что там, в Антарктиде… ничего нет? А пожалуй, и нет. Зачем мне лагеря учёных? Меня не примут туда, я им чужой, понимаешь ты? Чужой! Значит, их для меня всё равно, что и нет. Что ты можешь об этом знать? Туда надо ехать только с «великой» целью, соображаешь? Нам с тобой их цели непонятны, а потому их вроде бы и нет вовсе.

Африка! А что Африка? Не хочу я туда. Пыльные дороги, жарища, от которой никуда не скрыться. Развела здесь антимонию… Не люблю я жару. Отстань от меня! Сижу, где сижу, живу, как хочу. Я вижу всё о-д-н-о-в-р-е-м-е-н-н-о, понимаешь? Ничего от меня не скроется. Я вижу лёд, и я вижу тропики. Пусть не глазами. Внутри вижу, понимаешь? Когда дёрнешься туда или сюда, теряешь свободу, ясно это? Почему я должен объяснять такие простые вещи?

Когда ты выбираешь пламя, лёд становится тебе недоступен навсегда. А когда выбираешь лёд, пламя недоступно. Ты его лишаешься, его больше не будет, как бы ты ни захотел. Не ясно? Хорошо, объясню в понятных тебе категориях. Вот ты, скажем, в какой университет поступала? В педагогический? А знаешь ли ты, что ты никогда не сможешь стать врачом, геологом, спелеологом, капитаном дальнего плавания? Передо мной лежат все дороги. Все ровненькие, все одинаковые. И я счастлив здесь, между льдом и пламенем, между Африкой и Антарктидой. Я счастлив, потому что мне доступно всё.

Ничего я не плачу. Почему ты говоришь, что я плачу? Это брызги океана, они солёные. Думаешь, я застрял здесь, в безвременье и безпространстве? Посмотри на себя! Это ты застряла в своей рутине. Это ты пашешь, как папа Карло, за кого-то там переживаешь, страдаешь. Всю свою свободу растрынькала, раздала по кусочкам. Я никого не люблю. Любовь отнимает свободу.

Ничего я не боюсь! Ем я немного. Раз в две недели приходит груз, мне хватает. Книги есть. Я счастлив. Я созерцаю мир. Тебе не понять. Не боюсь я одиночества! Мне интересно самому с собой.

Мне никто не нужен! Не нужен! Не нужен! Мне с вами неинтересно. Вы не потщились узнать и сотой доли того, что я знаю. У вас нет и тысячной доли моей свободы.

Ничего я не плачу…