Квартира номер семьдесят четыре

Глава 1

Воспользовавшись темнотой, небольшой отряд Семёна Фомичёва пробрался в одиноко стоящее, полу разрушенное здание на нейтральной полосе. Стены, большей частью сохранились, а вот крыши не было вовсе. Над головой тускло светила луна и мерцали звёзды.

- Немцы до утра сюда не сунутся – приглушённо говорил командир, расставляя часовых. – А утром, когда они пойдут в атаку, мы устроим им небольшой сюрприз.

Все, кроме часовых, стали располагаться на ночлег. Петька Белов, молодой боец, которому не давно стукнуло двадцать, быстро нашёл себе подходящее место. И едва его голова коснулась шершавого кирпича, сразу же уснул. Войнам научила бойцов ценить каждую минуту отдыха, и вскоре они спали крепким сном.

Через какое-то время, пилотка выскользнула из -под головы Петра, и он, легонько стукнувшись затылком о стену, проснулся. Только собрался устроиться по удобнее, как на противоположной стене, увидел необычную дверь. Среди прокопчённых стен, испещрённых пулями, она выглядела совершенно нетронутой.

- Странно! Осматривая здание, я её не заметил. – Удивленно подумал он. Потом, нехотя поднялся и пошёл к двери. Подойдя ближе, увидел медный номерок из двух цифр. Семьдесят четыре. И снова удивился, такой же номер на квартире у его деда. Выставив вперёд автомат, потянул за ручку. И тут же очутился в знакомой, с детства квартире. Вместо автомата и шинели, на нём штатская одежда: выглаженные брюки и двубортный пиджак. За столом, среди кучи бумаг, сидит дед Сергей Иванович.

- Ты что, Петр в прихожей топчешься? Проходи, чай пить будем.

(- А-а-а! Это сон! – Подумал Белов. Вошёл и сел рядом с дедом.)

- Вот смотри. – Сергей Петрович, как бы продолжал прерванную беседу. – Это фотография Фёдора Громова. Он в наших лесах, много фрицам крови попортил. Правда не дожил до победы, почти весь отряд погиб.

- Так значит, мы победили?! – Вырвалось у Петра.

- Ты что, Петька, головой стукнулся? В мае сорок пятого свернули этой гадине шею.

И дед снова увлечённо стал рыться в своих бумагах.

- Понимаешь, похоже у них в отряде предатель был. Вот я все архивы облазил, докопаться до правды хочу.

Какой сейчас год? Петр не решался спросить, чтобы не гневить хозяина. Оглядевшись, увидел на стене отрывной календарь. Тысяча девятьсот семьдесят четвертый год. (- Вот это меня занесло? – Усмехнулся он.) И тут же подумал, надо возвращаться, там его друзья, а иначе… А, что иначе? (- А иначе тебя не будет ни здесь, ни там!) Будто кто-то шепнул ему на ухо.

- Дедуля, мне пора.

- Ну ты, заходи почаще. Не забывай.

Петр шагнул к двери и снова он в разбитом здании. Но, что это? Уже рассвело. По битым кирпичам, двое не знакомых солдат, несут на носилках стонущего Володьку, его лучшего дружка. А другие солдаты, выносят тела, остальных погибших его товарищей.

- Поглядите! Ещё один живой. – Сказал кто-то, увидев стоящего в растерянности Белова.

Напротив, привалившись к стене, сидит командир, из-под повязки на голове, стекает кровь. Рядом медсестра, перебинтовывает ему плечо. Глядя на Петра, раненый, чужим осипшим голосом, хрипит.

- А ты где был во время боя? Где ты был, когда твои товарищи кровь… - Тут он закашлялся, откинулся на стену, и замолчал, надсадно дыша.

- Смотри-ка! Он даже боекомплект не израсходовал. Патроны экономил что ли? – Услышал он за спиной чей-то голос.

- Где ты был?! – Снова зарычал, очнувшись, командир.

Подавленный и ошарашенный Петр, еле выдавил из себя.

- Не знаю.

- А мы тебе поможем вспомнить. – Услышал он голос, подошедшего офицера. Который приказал двум солдатам. – Разоружить труса и в особый отдел его.

Белов стоял, бессильно опустив руки, когда солдаты срывали с него автомат, вещмешок и ремень.

- Давай, двигай. – Толкнул его один из них в бок.

Он шагал, спотыкаясь и не веря в происходящее, в пол голоса, упрямо повторяя:

- Я не трус. Я не мог. У меня медаль за отвагу. Я дважды ранен.

- Что? Молишься гад. – Не расслышав, о чём он говорит, злобно прикрикнув конвойный.

Петр стиснул зубы, и за всю дорогу, не проронил больше ни слова.

Он стоял посреди блиндажа, и хмурый седой майор, устало глядя на него, в который раз, повторял.

- Ну что, будешь рассказывать, как ты «доблестно» помогал своему отряду, продержаться до подкрепления? – И не дождавшись ответа, поглядел на сидящего рядом, молодого лейтенанта.

- А что с ним в бирюльки играть? – Сказал весело тот. – Вывести его к траншее и в расход. Там как раз пара метром для него найдётся.

Майор снова перевёл взгляд на Петра.

- Как ты относишься к такому предложению, боец? Хватит тебе пару метров?

- Хватит! – Чётко и громко, неожиданно для всех ответил солдат, хмуро и без страха глядя в глаза старого офицера.

Конвойный шагнул к Белову и подтолкнул его к выходу.

- Погоди. – Остановил его майор. Немало он повидал трусов, дезертиров и мародёров, за время своей службы. Видел, как они за жизнь цеплялись, молили, плакали на колени падали. А этот не такой. Глаз не отводит, не скулит лишь кулаки сжимает. Не может он быть предателем. Тут что-то не так.

- Отведи его на гауптвахту. Завтра разберёмся, сейчас не до него.

Конец первой части. Продолжение будет.