Квартира №52

Глава 1

Это был обычный апрельский день, когда погода решила высыпать на землю запоздавшую с января порцию снега. Замело всё. Даже сугробы, которые за месяц весенней погоды уже изрядно подтаяли, вновь лежали прежней величины. И вот в одном из заснеженных московских дворов стояла кучка незнающих чем себя занять одиннадцатиклассников. Куртки их были мокрыми, как и ботинки со штанами, а на волосах ещё не растаяли остатки снежков. Самый большой запыхавшийся из снежной четвёрки протянул руку и сказал:

— Всё... я домой...

— Э-эй, куда Паша? Война ещё не окончена, — произнёс тот из парней, кто был пуще остальных покрыт снегом.

— Ну, и воюйте дальше... только без меня... Я уже всё...

— Да не умрёшь ты, если ещё часика два с нами походишь, — сказал парень с демонически перекошенной улыбкой.

— Ага... знаю я вас... Ты же, Ярик, первый, кто... смеяться будет... если я в снег упаду... Пу, отдышка замучила!.. В общем, давайте.

— А как же зайти за Диёром? — спросил самый низкий из четвёрки. — Мы как-никак грозились это сделать.

Тут с дерева на лохматую голову Ярика свалился достаточно большой комок снега, большую часть из которого он тут же стряхнул, а остатки размазал по лицу, словно умываясь. Паша указал на друга рукой.

— Чтобы ещё и такое... на меня свалилось. Не, Костян... хватит с меня зимы...

Проследив за тем, как хлопнула за другом подъездная дверь, Костя внимательно посмотрел вверх на лица оставшихся.

— И что дальше?

— Что дальше? К Диёру идём! — сказал Егор, стряхнув с плеча Ярика небольшой комок пушистого снега. — А то говорит, что не вытащим мы его! Всегда вытаскивали, а тут не вытащим.

Дом этого самого Диёра стоял перпендикулярно относительно девятиэтажек в которых проживали Паша с Егором. Это была двенадцатиэтажное здание, которое из-за нехватки места разместили на склоне холма совсем рядом с дорогой. Друзья часто приходили вытаскивать Диёра из дома, хотя бы на несколько минут, так как, по их мнению, безделье среди них было куда полезнее безделья за ноутбуком, к которому парень был так привязан.

Обычно ребята проникали в подъезд Диёра, когда кто-то открывал дверь изнутри, но в этот раз у дома не было ни одной живой души. Никто не входил и не выходил. Все будто вымерли. Даже детей, что носились всегда на детской площадке перед подъездом, не было ни видно, ни слышно.

Ярик, с чьего лица наконец сошла улыбка, сел на скамейку, пытаясь насладиться покоем, словно тибетский монах. Тем временем Егор болтал без умолку и лепил снежки, которые тут же запускал над головой Кости, говоря, что целится в дерево. Неприспособленный к каким-либо ожиданиям Егор не выдержал первым и предложил позвонить Диёру прямо в квартиру. Он подошёл к домофону и обернулся на друзей.

— Какая у него квартира?

Ярик всмотрелся в табличку на доме, на которой были написаны номера всех возможных квартир в подъезде, и произнёс:

— Ну, он живёт на первом этаже справа... Значит, либо 51, либо 52. Если квартиры расположены по ходу движения часовой стрелки, то, по идее, 51.

— У нас пятидесяти процентный шанс, — несколько напрягшись, сказал Костя.

Егор не стал особо вдумываться. Он дождался, когда Костя приблизиться к нему, и набрал 51 квартиру. Прошло несколько пробирающих до испуга гудков прежде, чем трубка была снята.

— Вам кого? — раздался странный женский голос, по которому нельзя было сказать ничего конкретного о его владельце. В нём не прозвучало ни молодости, ни старости, ни злости, ни грубости. Он звучал идеально, без малейшего дефекта, с которым не говорят даже лучшие логопеды.

— Нам бы Диёра, — смутившись на секунду ответил Егор.

— Он живёт в соседней квартире, — отвечал всё тот же голос.

— В 52? Что ж, спасибо...

Егор не успел договорить, женщина положила трубку раньше, чем он дошёл до уточняющего вопроса.

— Капец, его, конечно, в этом доме знают! И эта тётка и тот сосед-алкаш, ненавидящий приезжих. Уверен, если поймать любого случайного жителя этого дома, он будет знать Диёра.

Ярик посмотрел на балкон того самого соседа-алкаша. Им неоднократно приходилось общаться с ним, потому что он всегда стоял, курил у себя и вслушивался в их болтовню, желая тоже с кем-нибудь пообщаться. Но в этот раз никто из обитателей квартиры № 50 даже не выглянул.

Егор тут же с выражением лица как у чёрта, в голову которого взбрела очередная шалость, набрал квартиру № 52. Но гудки не раздались. Домофон лишь показал два мигающих странных символа и вернулся в прежнее состояние. Егор удивился, но решил показать технике свою настойчивость и набрал квартиру повторно. Затем ещё раз. И ещё...

— Может, у них домофона нет? — озвучил предположение Ярик, вставший со скамьи после странного разговора с жительницей квартиры № 51. — Позвоните ему по телефону, так-то он точно ответит.

— Ага, сейчас... — произнёс Егор и достал телефон.

Набрав номер Диёра, они начали ждать. Гудки были долгими и непрекращающимися. Они шли друг за другом, словно осуждённые, и заканчиваться не собирались. Но вдруг из телефона раздался женский голос. Он был таким же странным, как у обитательницы квартиры № 51, только телефонные помехи усилились, от чего стало непонятно, что именно она отвечала. Егор трижды произнёс фразу: «Можно ли поговорить с Диёром» — на которую получал в ответ лишь странные звуки, пока в конце разговора голос вдруг резко и внятно не произнес:

— Здесь таких нет!

После этого связь прервалась.

Все трое переглянулось. Чувствовалось, что хоть лица их были искажены улыбками, но они были ошарашены, если не испуганы. Их глаза отражали непонимание их сознаний. И эмоции Егора были видны ярче, чем у любого другого.

— И что за чертовщина только что произошла?

— Может, эта женщина отобрала у Диёра телефон? — предположил Костя.

— Отобрала у Диёра телефон? Даже нам это не под силу бывает, — с серьёзным взглядом ответил Ярик.

— А вдруг она ворвалась в их квартиру и уже порезала Диёра на салат?

Лицо Ярика опять искривилось в демоническом смешке.

— Диёра? На салат? Такую садистку смог бы найти только его сосед!

— Так он, наверняка, и впустил эту женщину в подъезд. А она ещё и соседей зарезала.

— То есть нам всем голоса из телефона и домофона показались похожими? — решил уточнить Костя.

Своей фразой он вызвал неприятную паузу с быстро испарившимся смехом. Лишь шуршание веток, отдалённо напоминавшее тихий смех сотен тварей, разрушало звенящую тишину.

— Может, ты ошибся номером? — спросил Костя и достал свой телефон, чтобы свериться. — Да нет, всё верно. Давайте, я ему что ли в телеграме позвоню... Не отвечает...

Пока Костя пытался дозвониться до Диёра, Ярик ещё раз окинул взглядом окна первого этажа. Квартира соседа-алкаша всё также не подавала признаков жизни. Зато в окне кухни 51 квартиры появилась фигура с ножом, которая будто бы принялась за приготовление ужина. Ярик попытался всмотреться в очертания этого неизвестного субъекта, но не смог выделить ничего кроме большой копны кучерявых волос.

— Ярик, давай зайдём в подъезд? И там прямо в квартиру уж и позвоним. А, Ярик? — спросил неожиданно Егор.

— В подъезд? Это можно. Только есть ли у нас код? — ответил Ярик и посмотрел по старой привычке на стены подъезда, на которых обычно 6-7 класс писали пароли от дверей.

— Код будет, если ты скажешь номер дома, — произнёс Егор и сам быстро открыл какой-то сайт.

— Тридцать третий, вроде, — ответил Ярик, потирая лоб.

— Тогда этот, — сказал Егор, указав для Кости на своём телефоне какую-то строчку из цифр.

Вбив в домофон последовательность 50к1366, ребята застыли в ожидании. Сначала дверь не подавала никаких признаков работы, словно электричество отключили во всём доме. И хоть её молчание на самом деле длилось всего несколько секунд, парням показалось, что они перед ней простояли пару минут. Но потом дверь запищала и пропустила их в тёмный подъезд.

Единственный свет, который существовал внутри здания, был тот, что проникал через грязные окна лестничных пролётов, от чего всё казалось таким же грязным и перепачканным. На стенах с почтовыми ящиками, которые были покрашены в странный зелёный цвет, были развешаны самые различные списки с фамилиями. Костя приблизился и прочитал один из них. Его лицо расплылось в непонимании. Он снял очки, протёр их и прочитал снова.

— Что? Тоже вместо Шайланова прочитал Шайтанова? — спросил Ярик, взглянувший на тот же список.

— Да, — с нотками испуганного удивления ответил Костя.

Двери же в квартиры первого этажа сегодня как никогда удивили Егора. Взглянув на дверь соседа-алкаша, парень отметил, что она необычайно толстая. Она была большой и тяжёлой, и выпирала из проёма, будто вела не в квартиру небольшого пьющего мужичка, а в пещеру саблезубого медведя. Напротив от неё находилась дверь к квартирам 51 и 52, которую, как всегда казалось ребятам, снести можно было с пол пинка. Однако и с ней сегодня было что-то не так. Парни не могли сказать, что именно им казалось в ней странным, но чувство некого мистического присутствия не покидало их.

Егор подошёл к двери и задумался. Звонки в эти квартиры всегда были не подписаны, отчего ребята никогда в них прежде не звонили. Но в этот день подпись у одного из них всё же проявилась. Она была написана синим маркером по прозрачному скотчу, отчего вторая цифра стала совсем неприемлемой для восприятия. Изгибы двойки, узость единицы запутали Егора.

— И какой нажимаем? — спросил Егор.

— Решай сам, — ответил Ярик и почувствовал странную дрожь в коленях.

— Тогда пусть наш будет левый, без надписи.

Раздался лишь один звон из-за двери, но даже его хватила, чтобы эта дрожь толкнула Ярика, Костю и даже Егора прочь от 52 квартиры. Однако, дойдя до выходной двери, парни остановились и взяли обратно под свой контроль тела.

— И что это мы побежали? — спросил Егор.

— Я не знаю, — ответил Ярик и стал прислушиваться.

От 52 квартиры не последовало никакой реакции. Ни дверь не открылась, ни голос никакой не раздался, стояла лишь та же тишина.

Парни вернулись к квартире и расположились на лестнице, ведущей к верхним этажам.

— Давайте наберём ему ещё раз, — предложил Ярик. — Мало ли произошёл какой-то сбой в тот раз.

И Егор набрал снова. Поначалу гудки шли такие же длинные, как при первом звонке, но потом спустя три гудка им ответил голос.

— Чего вам?

Это был Диёр. Он сразу объяснил, что никак не мог ответить и подойти в течение последнего получаса, так как принимал душ, поэтому их перебрасывала на его голосового помощника. Говорил он с задоринкой, весело и даже пообещал вскоре к ним выйти.

После звонка Диёру на душе у каждого полегчало, и они решили спокойно посидеть, полистать смешные картинки с телефона Кости. И сперва всё шло хорошо, попадались угарные девки лет четырнадцати да типичные аниме фотографии, про которые подробно рассказывал Егор, но потом им попался кот. Это был большой пушистый чёрный кот с расплющенной в банке мордой. Ребята хорошо посмеялись, глядя на этого кота, однако дальше у них уже ничего не грузилось. Интернет резко пропал, оставив прогруженной только морду здоровенного чёрного кота.

Вдруг из-за двери в 52 квартиру раздался басистый голос.

— Катитесь прочь, мелюзга!

Егор, в отличие от Ярика быстро догадался, что это были слова Диёра, который хоть и очень умело замаскировал свой голос, но выдал себя характерной буквой к. Егор подошёл к двери и постучал по ней. Звук от двери пошёл не фанерный как в прежние дни, а будто бы от настоящего живого дерева. Словно Егор постучал по лесному дубу. Через секунду с другой стороны двери последовал аналогичный стук.

Перестукивание продолжалось недолго. Вскоре дверь отворилась и в грязном свете показалась голова Диёра. Вдруг в его глазах пробежала маленькая почти незаметная зелёная искра. Он вышел в коридор, где на него сразу набросился Егор.

— Ухты, какой ты тёплый сегодня, — произнёс Егор, держа друга за руки. — Я бы даже сказал горячий.

— Конечно, я только из душа, — ответил Диёр и потянулся рукой к дверной ручке.

— Куда это ты... Нет уж идём гулять.

— Да не тирань ты его. Видишь он к нам в домашних шортах вышел да в кедах, — сказал Ярик. — А там сугробы.

— Так пусть сейчас накинет на себя что-нибудь.

— Да я и так смогу, если у дома погуляем, — ответил Диёр и потащил Егора за собой из подъезда.

Оказавшись на улице, Диёр тут же превратил их общение с Егором в его любимые догонялки. Он начал прыгать по сугробам, бегать как ужаленный, стараясь спровоцировать всех, гоняться за ним. Он даже несколько раз делал снежки, которые почти попадали в ребят. В итоге ему удалось раззадорить Егора и заставить его скакать по всей площадке, в то время как Костя с Яриком сели на качели, удивляясь отсутствию у Диёра жалоб на погоду.

Эта возня продолжалась несколько минут, пока между Диёром и Егором не оказалось три припаркованные машины. В этот момент Диёр, тряся сухими волосами, рванул в подъезд, да так, что поспеть зайти в открытую дверь за ним успел только Егор, бежавший со своей максимальной скоростью. Все ожидали, что Диёр в какой-то момент попытается забежать внутрь, но то, что его при этом не смог никто поймать, было чем-то странным.

Ярик с Костей, набрав ещё раз код на домофоне, зашли в подъезд, где увидели лишь Егора, молча стоявшего у лифтов.

— И где он? — спросил Костя.

— Да убежал куда-то... — отвечал Егор. — Я не слышал, чтобы дверь хлопнула, так что вряд ли он скрылся там.

— Но это возможно, — уточнил Ярик.

— Скорее всего он побежал наверх, этаж на третий, — продолжал Егор, заглядывая под лестницу.

— Или он там, — произнёс Костя и посмотрел на лифты.

В этот момент моторы зашумели, кабины двинулись и по подъезду разнёсся жужжащий звук. Егор улыбнулся и встал перед правым лифтом, попросив Ярика проконтролировать левый. Они молча стояли и ждали. Жужжащий треск всё не прекращался.

И вот открылся правый лифт. Там не было никого. Ни одной живой души. Егор удивлённо вытаращил глаза и посмотрел на ребят.

— А как? Он же новый? У них же есть эта, дощечка, контролирующая, чтобы лифт не двигался без пассажиров... — говорил Егор, рассматривая лифт. — Может он пробрался в шахту и сверху на лифт сел?.. Не, ну как?..

— Может, он всё же домой забежал? — ещё раз решил уточнить Ярик.

— Да не мог он этого сделать, я бы услышал.

— Тогда предлагаю зажать его с двух сторон, раз ты уверен, что он где-то здесь. Я с двенадцатого этажа пойду вниз, а ты наверх. Костян останется здесь. Не сможет же он всех нас обойти, не чёрт же.

— Ага, только Костян его не удержит. Диёр через него перепрыгнет.

Ярик на это лишь махнул рукой и зашёл в приехавший лифт. Как только двери закрылись, свет в кабинке начал медленно моргать, а она сама затряслась, словно парень взял билет на какой-то аттракцион. Лифт трясло, а его движение всё не прекращалось. И чем дольше Ярик в нём находился, тем больше ему казалось, что это не новая модель, а старая... очень старая. На зеркале он наблюдал всё больше трещин, а надписи на стенах он даже перестал считать. С каждым этажом поездка становилась всё дискомфортнее. Всё громче и громче издавал жуткие звуки мотор. Всё больше и больше чувствовалось напряжения в тросах, от которых исходил неприятный треск. А лифт всё трясся и трясся.

Но на двенадцатом этаже двери всё же открылись.

Ярик сделал резкий шаг из лифта и посмотрел, находясь на твёрдой каменной платформе, в хорошо освещённую кабинку. Он чертыхнулся несколько раз про себя и начал осматриваться. У квартир не было и намёка на присутствие Диёра. Ярик посмотрел наверх, на люк, ведущий на крышу, надеясь, что ему не придётся подниматься по ржавой металлической лестнице грязнозелёного света. К счастью, замок на люке висел.

Ярик выдохнул, ещё раз подумал о мистике всего происходящего и побрёл вниз, изучая каждую деталь. Каждый его шаг на лестнице разлетался по пустому, будто мёртвому, подъезду. Не было слышно ничего: ни скрипа двери, ни голоса, ни жужжания одинокой мухи. Лишь его собственные шаги разносились по пустым этажам дома, заполняя и без того гнетущую атмосферу симфонией ужаса. Ни в охраняемых заброшках, ни в пустой школе его собственные шаги не были такими пугающими как в тот момент.

Он всё спускался, осматривая каждый этаж, но не увидел ни малейшего знака на существование здесь жизни. Лишь проходя между десятым и девятым этажом, он на секунду остановился и задумался, встав перед открытым мусоропроводом. «А что? Диёр юркий, — пронеслось в голове у Ярика, — мог и поместиться... К тому же, почему бы не произойти ещё одной странности». Однако Ярик вскоре улыбнулся от этой глупости и закрыл мусоропровод.

Он шёл от этажа к этажу, считая собственные шаги. С каждым этажом двери в квартиры были всё тяжелее, крупнее. Они словно гнали от себя всех лишних, неуместных людей. А стук шагов становился всё громче.

Так Ярик дошёл до шестого этажа, где вдруг он услышал до боли знакомый звук, от которого захотелось быстро рвануть вниз. Это был лифт. Он снова двинулся и затрещал. Его грохот разнёсся по всему опустошённому подъезду.

Ярик старался спускаться в том же ритме, но грохот демонической машины гнал его вперёд, заставляя не осматриваться и практически не думать. Он шёл и даже не отдавал себя отчёта куда.

Он спустился ровно к тому моменту, когда открылся лифт и из него вышел громадный мужчина лет шестидесяти с двумя разными по цвету глазами. По крайней мере, таким его увидели друзья, которых, считая Ярика, уже собралось четыре.

— Добрый день, — сказал Егор и рассмеялся.

Мужчина посмотрел на него, будто сканируя, и улыбнулся.

— Добрый, иным он и не может быть... — сказал мужчина и пошёл к выходу.

Егор успокоился и указал взглядом Ярику на Диёра, что стоял у своей двери. В нём было всё также как и при выходе из квартиры. Даже искра в глазах пробегала такая же.

— Я нашёл его на четвёртом этаже, — сказал Егор.

— Я пока шёл, догадался, что вы пересеклись. Мы же с тобой не встретились посередине, — ответил Ярик, садясь на край перилла.

Диёр потянулся открыть свою дверь, но его тут же схватил Егор.

— И куда это мы?

— Домой, переодеться и выйти к вам, — с хитрой улыбкой произнёс Диёр.

— Давай, я проконтролирую.

Диёр сделал шаг в открытую дверь, ведущую к 51 и 52 квартирам. В их внутреннем коридоре свет мигал чаще и сильнее чем в лифте. Егор сказал, что это сам Диёр нажимает на выключатель, но стука от этого никто не слышал.

— Проконтролируй, — сказал Диёр и отворил дверь в темноту.

Егор усмехнулся и сделал шаг, после чего дверь резко закрылась перед лицом Ярика и Кости, как тогда при входе в подъезд. Последнее, что они услышали из-за глухой фанерной двери это жуткое похлопывание по чьей-то спине.

Звук открытия двери из подъезда так и не раздался.