Круг фейри

Глава 1. На болотах

В густой траве кольцо грибов, гляди, Его как можно дальше обойди. Там феи веселились до рассвета. Сейчас, наверно, дремлют рядом где-то. Неизвестный автор

Всё это началось в воскресенье в середине марта после проповеди в местной церкви. Унылый день и унылое время года. В местные пустоши весна не торопится приходить, оно и понятно, на её месте любой бы обходил эти места стороной. Маленькая забытая деревушка на севере Шотландии была серой и холодной. Деревья стояли голые, сквозь их кроны просвечивалось затянутое тучами небо и невозможно было поверить, что когда-то вересковый ковер, простилавшийся через всё нагорье, расцветет лиловым цветом. Словом, день, как день.

— Пастор Гилрой сегодня был какой-то занудный...— Нэлли Маллой поморщила нос и откинула от лица рыжие пряди волос, что так и норовили разлететься от ветра в стороны.

— Он всегда занудный, Нэлли. У него такой вид, словно он наглотался камней с пустоши и теперь у него несварение. — ответила Маргаретт Шоу и брызнула смехом, прикрывая рот рукой, будто боялась наслать на себя гнев божий после таких шуток. Нэлли засмеялась, придерживая свою шляпку.

Томасин Маллой, старшая сестра Нэлли, улыбнулась и качнула головой, слушая разговоры сестры и её подруги. Она пыталась сделать зарисовки болотных трав в свою тетрадь, но девичьи трели слишком отвлекали и не давали сосредоточиться. Девушка поднялась с большого волуна, отряхнула подол своего шерстяного платья и закрыла записи.

— Нет, в следующий раз я точно не возьму вас собой. — с полной уверенностью в голосе произносит Томасин.

— Родители тебя убьют, если узнают, что ты одна ходишь на болота. — тут же парировала Нэлли.

— Нет, они убьют нас всех, если узнают, что мы ходим сюда втроем. Будь уверена, Маргаретт, твоим родителям они тоже расскажут, если это, конечно, уже не сделал твой братец. Я видела, как он увязался за нами и шёл до того старого дуба.

Девочки нахмурили брови и поднялись со своих мест, поправляя платья. Томасин была права. И если гнева божьего ещё было можно избежать, то гнева родительского избежать уж точно не получиться.

Сильный ветер гнал тучи по синевато-серому небу. Девочки прошли мимо ручья и миновали дикие заросли боярышника, как Нэлли вдруг резко остановилась, хватая сестру и подругу за рукава.

— Давайте обойдем! — Нэлли качает головой, указывая на что-то впереди.

— Что за чушь! Я думала ты достаточно взрослая, чтобы не верить в эти небылицы. — Томасин усмехается, делая несколько шагов вперед. Вытянутый мысок её ботинка косается серого гриба и девушка поднимает взгляд, осматривая широкий круг из этих поганок.

— Это не чушь. Все же знают, что нельзя заходить в круг фэйри. Им это не нравится. — шепчет Маргаретт, боясь, что их кто-то услышит.

— Это не круг фэйри. Этому явлению вполне есть научное объяснение. Просто мицелий гриба растёт от центра с одинаковой скоростью...— начала Томасин, но девочки не особо хотели слушать её скучные научные утверждения. Старшую Маллой буквально трясло каждый раз, как речь заходила про местные сказки. Изучая биологию и науку в целом, ей казалось, что вокруг неё живут одни невежды, готовые и ведьму на костре сжечь и оставлять сладости на пороге дома, лишь бы лишний раз не гневить фей.

— Я вам докажу. — переступив через круг, Томасин встала в самый центр и несколько раз прыгнула, утопая ботинками в мягком болотистом мхе. Нэлли и Маргаретт ахнули, прикрыв ладошками разинутые рты.

— Вот видите. Ничего не случилось и не случиться, потому что это просто естественные процессы природы, а не волшебные круги выдуманных существ. Идите сюда, иначе я расскажу всем, что вы маленькие трусихи. — Томасин протянула руки, зазывая в круг девочек.

Маргаретт и Нэлли переглянулись, беззвучно принимая столь важное для себя решение. Слыть главными трусихами по деревне им не особо хотелось. К тому же Маргарет была уверена, что её братец-проныра разнесет эти слухи быстрее, чем мартовский ветер.

Подружки неуверенно перешагнули через круг, хватая Томасин за руки.

— Хм, смотрите-ка…— начала Томасин и сделала задумчивый вид, — Руки и ноги целы, голова на месте. Кажется все в порядке!

Маллой закружила девочек вокруг своей оси и все втроем звонко залились смехом.

— У Мэгги-красавицы прялка была

И шерсти немного - от пары овец.

Красавица Мэгги пряла и пряла…

Но песне на этом ещё не конец!

Пение Томасин было нарушено каплей дождя, что упала на теплую щеку девушки. Она подняла лицо вверх и увидела, как тучи сгустились над ними тяжелым серым мешком. Воздух вокруг наполнился запахом сырости и гнилой древесины.

— Ладно, нам пора. Нужно успеть до ливня!

Капли дождя резво захлопали по шляпкам грибов. Выпрыгнув из круга, троица побежала в сторону пустоши к деревне, оставляя на тропинке мокрые следы…

Глава 2. Видение

Дождь не прекращался до самой темноты. Крупные капли разбивались о стекло, заставляя полуночниц ютиться под пуховыми одеялами. Томасин расчесывала волосы сестры, пока Маргаретт, которой разрешили сегодня остаться на ночевку, уставилась на большую круглую луну по ту сторону окна. Она светила так ярко, что её вполне можно было сравнить с фонарем маяка, что озарял всё вокруг.

— Ты знаешь какие-то жуткие или смешные вещи? Можно рассказать страшилки! — вдруг воодушевилась Нэлли, обратившись к подруге.

Маргаретт развернулась и под ней заскрипела старая кровать. Лицо девочки стало задумчивым. Она пыталась вспомнить хоть что-то забавное или страшное, но на ум ничего не приходило.

— Может быть жутко-смешное? — уточнила Томасин, заплетая рыжие волосы сестры в косу.

— Это как? — спросила Маргаретт.

Томасин отложила расческу.

— Ну например: В семье каннибалов умер родственник. И грустно и вкусно! — губы девушки расплылись в широкой улыбке, однако, реакции от младших не последовало. Томасин нахмурилась.

— Вы что, совсем ничего не поняли?

— А кто такие каннибалы? — тихо спросила Нэлли.

— Я тоже про таких не слышала. — цокнула языком Маргаретт.

— В Африке, существуют такие дикие племена, в которых люди едят людей! Это называется каннибализм. — пояснила Томасин с важным видом. Ей нравилось знать многое. И нравилось, когда Нэлли или её подружки спрашивали у неё что-то. Тогда старшая Маллой могла блеснуть своими знаниями.

— Фу-у, это противно! — скривилась Нэлли.

— А как вы думаете, феи могут съесть нас за то, что мы сегодня топтались в их кругу? — Маргаретт вновь прильнула к окну и от её теплого дыхания на стекле образовалась мутная пелена. Девочка протерла его ладошкой, будто хотела кого-то увидеть снаружи. Томасин поджала губы, а в комнате воцарилось молчание. Эти феи совсем запудрили детям головы. Маллой подняла сестру с пола и усадила на кровать рядом с подругой. Лунный свет освещал их маленькие напуганные лица.

— Как думаете, сколько фей потребуется, чтобы съесть одного человека? — голос Томасин был низкий и тихий.

Маргаретт и Нэлли переглянулись, пытаясь придумать хоть какой-то ответ, но вскоре сдались, лишь покачав плечами.

— Феерично много!

Девочки расхохотались. Снаружи у двери послышались тяжелые шаги отца и Томасин поспешила погасить свечу, что стояла на маленьком прикроватном столике.

— А теперь быстро спать!

Подруги зашуршали одеялами и вскоре улеглись. Их тихое сопение убаюкивало и вскоре Томасин сама провалилась в царство снов, бережно сопровожденная шумом дождя и теплом кровати.

...

Томасин очнулась на болоте. Она часто заморгала, а под ноздрями загулял холодный пар. Утренний туман хищно подбирался к ногам, надеясь ухватить их своими бледными пальцами. Липкость, сжимающая затылок, концентрировалась и опускалась ниже, заставляя сердце бешено колотиться. Девушка понимала, что ей нужно бежать. Где-то позади неё, за спиной, она чувствовала нечто, что несло угрозу. Предрассветный ветерок коснулся уха, донося обрывистый шепот. Томасин никак не могла уловить этих слов. Казалось что вот-вот их можно поймать за хвост, но они растворялись, оставляя девушку ни с чем.

Ноги провались в мягкий и влажный мох. Томасин побежала в сторону зарослей боярышника. Она знала, что они укроют её, и под защитой беспощадных шипов она дождется рассвета. Сейчас тишину болота нарушало лишь её сбитое дыхание. Девушка была тут совсем одна, со всеми его канавками и ручьями, стоячей водой и жадной до человеческой плоти трясиной. Здесь так холодно, но может быть, болото пощадит её? Ведь она столько раз приходила сюда, чтобы запечатлеть в своем блокноте ту красоту, что не видели другие. В деревьях, словно маленькие призраки мелькают фигуры. Томасин останавливается возле ручья и приседает на корточки, чтобы зачерпнуть немного воды и напиться. Она наклоняется чуть вперед и смотрит на свое отражение. Сердце замирает. — Маргаретт? — Томасин касается не своего лица. Светлые кудри, веснушчатый вздернутый нос и голубые глаза, которые смотрят в ответ с удивлением. Это лицо Маргаретт Шоу.

Позади раздается хруст ветки. Томасин оборачивается, но никого нет. Лишь ветер вновь доносит тихий смех. Такой противный и скользкий, когда охотник чувствует власть над своей добычей, понимая, что той уже не сбежать. Этот писклявый смех становится все громче и громче, пока не....

Томасин резко проснулась. Сердце билось в груди неровными толчками. Целую минуту она не могла сообразить, где находится, и не могла понять, спит она ещё или нет. За окном уже рассвело. Приподнявшись, шатенка попыталась сфокусироваться на чем-то. Из полумрака проступило очертание комнаты: напротив стояло кресло, за ним в темноте прятался старый платяной шкаф. Томасин провела рукой по лицу. Подробности кошмара, который ей снился, оставили на душе лишь гнетущее ощущение. Она приподнялась и опустила босые ноги на холодный пол. Кожа покрылась мурашками и девушка поежилась, кутаясь в шаль. — Девочки, пора вставать...— Томасин лениво потянулась и подошла к кровати, на которой спали Нэлли и Маргарет. Однако, что-то было не так. Старшая Маллой подняла пуховое одеяло, наблюдая за тем, как её младшая сестра недовольно ворчит, потирая глаза. — Нэлли, а где Маргаретт?....

Глава 3. Тень забвения

Голые ветви старого вяза нетерпеливо царапали оконное стекло, будто стали невольными свидетелями чего-то, о чем теперь непременно хотелось поведать сестрам. Девочки поспешно натянули на себя платья, не удосужившись даже причесать непослушные локоны, что сбились в гнезда после сна. Времени на это не было. Родители уже во всю трудились на первом этаже их маленького домика. Мать хлопотала над завтраком, а отец собирался кормить живность на заднем дворе.

-- Томасин и Элеонора Маллой, это еще что за внешний вид? -- миссис Маллой вытерла руки о передник, осматривая своих дочерей. -- Немедленно причешитесь, иначе опоздаете на занятия.

Женщина поставила на стол тарелку с небольшим куском сливочного масла и несколькими ломтиками хлеба.

-- А Маргарет уже ушла? -- Томасин провела рукой по волосам и пальцы зацепились за каштановые завитки.

На секунду в комнате повисло молчание. Девочкам оно не понравилось. Родители переглянулись между собой, словно беззвучно пытались понять, о чем говорит их дочь.

-- Какая еще Маргарет? -- спрашивает миссис Маллой.

Сердце Томасин пропустило удар. Она подумала, что это какая-то глупая шутка. Неужели родители позабыли о том, что Маргарег оставалась на ночевку? Ведь миссис Шоу сама вчера заходила к ним.

-- Маргарет Шоу. Она ведь осталась вчера ночевать. Она уже ушла домой? -- Томасин улыбнулась, но эта улыбка оказалась скорее нервной.

-- Ты говоришь о соседях? О семье Шоу? -- уточняет отец.

-- Ну конечно! -- усмехается девочка. -- О ком же еще?

Родители снова переглядываются. Теперь в их взгляде читалось некое беспокойство.

-- Но милая, у них нет никакой Маргарет...у них есть только сын Билли. Вы же вчера сидели рядом на проповеди.

Женщина цокнула языком и махнула рукой, в котором держала кухонное полотенце. Дел было слишком много, а времени, чтобы разбираться с фантазиями дочерей не было.

-- Небось опять начитались своих книжек. Девочки, берите завтрак, а то опоздаете. Мисс Мактавиш уже пожаловалась мне о том, что за этот месяц вы опоздали дважды, хотя живете в пяти минутах от школы!

Однако, Томасин уже не слышала слова матери. В её голове, словно эхом доносился голос отца: "у них нет никакой Маргарет".

День, как обычно, выдался пасмурным. Небо заволокли кучные облака, гонимые западным ветром, и воздух казался наполненный влагой, будто все вокруг: и холмы, и пустошь и небо - было выписано огромной влажной кистью художника. Томасин было тяжело дышать. Она никак не могла понять, что за злую шутку решили провернуть с ней родители. Может быть они злились, что на прошлой недели она не помогла им с овцами? Девочка тяжело вышагивала по размытой дороге, погрузившись в свои мысли, пока не услышала тихое шмыганье носом позади.

-- Маргарет забрали феи! Это они сделали! -- Нэлли стояла в нескольких шагах от сестры, утирая горячие слезы рукой. -- Они и меня заберут, и тебя!

Отчаянье в голосе сестры разбивало сердце Томасин. Она присела на корточки перед ней и погладила большим пальцем веснушчатую щеку Нэлли. Всему этому должно было быть какое-то объяснение, потому что этих дурацких, глупых фей не существует!

-- Уверена, что родители просто разыграли нас. Давай зайдем к Шоу? Маргарет наверняка заскочила домой за своей школьной сумкой. Мы её встретим, а потом вместе пойдем на занятия, идет?

Кажется слова старшей сестры немного успокоили девочку. Она качнула головой и крепко взяла Томасин за руку. Вместе они направились к соседскому дому.

Дверь им открыл Билли. Он поморщил конопатое лицо и нахмурил брови. Видеть девчонок Маллой на своем пороге ему было странно.

-- Чего вам? -- угрюмо пробурчал он.

-- Здравствуй, Билли. -- не забыла о вежливости Томасин. -- Мы зашли за Маргарет, чтобы вместе пойти в школу.

-- Ты что, о камни ударилась или домом ошиблась? -- продолжать вредничать мальчишка. Он почесал лоб, скрытый взъерошенной белокурой челкой и усмехнулся.

-- Я видел, как вы вчера вдвоем ходили на болото. Небось там и приложилась! -- Билли рассмеялся и скосил глаза, дразня сестер.

-- Хватит смеяться, Билли. Нам это всё порядком надоело. Скажи Маргарет, чтоб поторопилась! -- Томасин злилась. Эта затея - шутка -выходка, назовите как угодно, уже порядком надоела. Терпение старшей Маллой было на исходе. Она сделала уверенный шаг через порог, заглядывая за плечо мальчика.

-- Маргарет! Маргарет! -- громко позвала соседку Томасин.

-- Ты что творишь! Сумасшедшая! -- Билли отпихнул девочку. На крик в прихожую подошла миссис Шоу.

-- Что у вас тут происходит? -- женщина подставила на пол небольшой железный таз с бельем и провела тыльной стороной ладони по лбу, убирая взмокшие волосы.

-- Миссис Шоу, мы только хотели пойти вместе с Маргарет в школу... -- тихим голосом пояснила Нэлли. Томасин чувствовала, как сестра вновь готова расплакаться. Она сжала руку Нэлли в своей руке, поддерживая девочку.

-- Что еще за Маргарет? -- миссис Шоу выдохнула, подходя ближе к двери.

-- Вот и я спрашиваю. Что еще за Маргарет? -- деловито повторил за матерью Билли. -- Не было у нас тут никогда таких.

Теперь Томасин слышала лишь плач младшей сестры. Они вновь вернулись на дорогу, даже забыв попрощаться с Билли и его матерью. Хотя те были только рады побыстрее закрыть дверь. Миссис Шоу наверняка подумала, что у девочек какая-то лихорадка и бред. -- Что нам теперь делать, Томасин? Мы же теперь тоже пропадем, как Маргарет! Нас все забудут! Впервые Томасин не знала, что сказать. Она почувствовала себя, как старая, заношенная книга с выцветшими страницами, на которых потерялись слова. – Может быть, она просто убежала, – Томасин попыталась обрести покой в собственном голосе, но слышала, как глупо бьются ее слова в усилии оправдаться. – Убежала? – переспросила Нэлли, в душе испытывая протест. – Все бы уверяли, что она просто убежала и искали бы её! Но ведь… – она замялась, словно пытаясь свыкнуться со словами, что прозвучат сейчас. --... она исчезла, словно её не было. Словно никто никогда не знал её...Ты же слышала, Билли сказал, что мы были вдвоем на болотах. Хотя нас было трое! Он не помнит, что с нами была его сестра... Томасин крепко обняла сестру. Она не знала, что делать. Все её знания и все её прежде прочитанные книги, в которых приводились научные аргументы, разбивались о темные волны чего-то необъяснимого. -- Я обещаю тебе, мы что-то придумаем...