Кровавый венец

Глава 1

- Почему каждый раз идет дождь? - размышлял рыцарь, его взгляд устремлен на мрачное небо. Дрожь пробежала по его телу, предвещая надвигающуюся казнь. - Отвратительно, - пробормотал он, его отвращение было ощутимо, но он сдержался, чтобы не плюнуть, помня о доспехах, обволакивающих его фигуру.

Когда небеса разверзлись, каскад дождевых капель омыл мощеную дорожку, ведущую к церкви, наполнив воздух приятным ароматом влажного камня. Спешно ища убежища, горожане бросились в укрытие, оставив на площади одинокую фигуру — рыцаря, стойкого и решительного. Он жаждал оттянуть неизбежное, но долг звал, непреклонный в своих требованиях.

Приютившись среди березовой рощи, скромно стояла церковь, окруженная двумя роскошными домами, источавшими величие. В то время как церковь казалась ничем не примечательной и служила местом, где люди искали утешения и отпущения грехов, соседние жилые дома были свидетельством щедрости. Было очевидно, что вдохновитель этих архитектурных чудес получил щедрую компенсацию за свой творческий гений.

Заметно отличаясь от обычного стекла, витражи, украшающие дома, изображали замысловатые сцены небесного великолепия, вдыхая жизнь в безжизненные стекла. Изображение Девы Марии, украшенной безмятежной улыбкой и глазами, полными любви, протянуло грациозную руку к рыцарю. Возможно, она хотела воспрепятствовать его действиям, бросив вызов божественному плану. Тем не менее, решения были приняты, и деньги уже перешли из рук в руки, решив его судьбу.

- Когда же это остановиться? - сказал рыцарь, рассматривая витражи. - Что ж, в раю мне не найти место.

Тяжелые металлические шаги заглушал разбушевавшийся ветер и шелест листьев в кронах деревьев. Каждый шаг требовал все больших усилий, пока он приближался к внушительным церковным дверям. И все же он спрашивал себя: почему задача кажется все более обременительной? Разве это неустанное начинание не было для него обычной рутиной? Прозвище, дарованное ему массами, «Белый дьявол», свидетельствовало о его печально известной репутации из-за его белоснежной брони и совершения убийств. Тем не менее, это никогда не было простым делом.

Раздался звон первого колокола, возвестивший о начале свадебной церемонии. Когда раздался второй звон, он слился с резким звуком дверей, хлопающих о стены. Третий звон прозвучал в воздухе, отмечая запечатывание дверей. С четвертым звоном комнату окутала коллективная тишина, все взгляды недоверчиво устремились на фигуру белого рыцаря. Пятый звон совпал с пронзительным криком, вырвавшимся из уст испуганной девы. И когда прозвучал последний звук колокола, отвратительный поступок подошел к своему ужасному завершению.

Окровавленное лицо Святого Отца свидетельствовало о жуткой сцене, развернувшейся перед ним: красный рыцарь бессердечно срывает испорченную вуаль с безжизненной невесты. Нижний угол ткани украшал выдающийся герб семьи Вертер, символизирующий их когда-то прославленное происхождение, пока они не столкнулись с гневом короля. Несмотря на попытку тайно отпраздновать свадьбу в отдаленной глуши королевства, безжалостный рыцарь всегда находил своих жертв, гарантируя их мрачную судьбу.

- Что происходит? - спросил Святой Отец приглушенным тоном, в его голосе слышалось недоумение, граничащее с безумием.

- В такой ситуации можно было бы произнести «ад», - ответил рыцарь, устремив взгляд на служителя бога. Положив руку в перчатке на плечо пожилого человека, который, казалось, был обременен дополнительным десятилетием усталости, он продолжил, - Но для нас это просто тяжкий труд долга, мрачная грань дел королевства.

Путь до Вердена.

Вынужденный поспешно покинуть город, прежде чем его жители смогли восстановить самообладание, он направился к привалу по лабиринту лесных тропинок. Пытаясь изгнать из своего сознания навязчивое эхо женских и детских криков, он старался заглушить пронзительный взгляд пожилого человека, чьи глаза проникали в самую его душу. Однако на этот раз обычная отстраненность ускользнула от него. Мысли грызли его изнутри, безжалостно мучая его, поскольку в глубине души он признавал, что существует иной выход. Тем не менее, деньги оставались удобным оправданием, постоянным щитом, за которым он скрывал свой выбор.

Нарцисс ждал хозяина, будучи привязанным к дереву. Он не мог знать, что произошло, ведь для него все было как всегда. Что этот лес, что другой - еды здесь не то чтобы много, да и чертова веревка мешает разгуляться, однако дома его ожидала любящая хозяйка. Она давала ему самые вкусные яблоки. И вот хозяин показался из-за сосны, но прежде, чем увидеть он почувствовал запах крови. Он понимал, что все в порядке, однако понимать и чувствовать разные вещи. Отчего голова неумолимо гудела, а копыта сами просились в бегство, но чертова веревка препятствовала Нарциссу. Когда хозяин оказался достаточно близко, чтобы можно было разглядеть его успокаивающую улыбку, сердце уже не так громко стучало.

- Но-но, Нарцисс, все хорошо, может ты хочешь яблочко? - Рыцарь достав яблоко, надрезал его на две половины и положил рядом.

В следующее мгновение Нарцисс с ужасом наблюдал, как блеснувшая на солнце наточенная палочка со смертельной точностью пронзила грудь его хозяина.

Рыцарь пошатнулся. Его глаза, полные боли и недоумения, устремились куда-то вдаль, словно он пытался отыскать в небе ответ на вопрос, который уже не успеет задать. Его рука дрогнула, потянулась к ране, из которой, как алый ручей, струилась кровь. Он прикоснулся к груди, словно не веря тому, что увидел, и медленно опустился на колени, а затем рухнул, обмякнув, как кукла с оборванными нитями.

Люди молча окружили его бездыханное тело. Никто не сказал ни слова — в воздухе повисла напряжённая, зловещая тишина. Затем, почти механически, они подняли его и унесли прочь.

Через несколько часов рыцаря похоронили. Его тело, ещё не остывшее, спрятали в сырой земле без единой церемонии, без знака или имени. Только сырая, безымянная яма стала его последним пристанищем.