Крипи-карусель

Дом

Ника ввалилась в квартиру с большими пакетами продуктов и первое что увидела это записку от мамы на зеркале. «Борщ уже старый – вылей, не забудь полить цветы, оплати счет за интернет и домашний телефон. Мама.».

- По-моему в этом мире осталась только наша семья, которая пользуется домашним телефоном. – Проворчала Ника и принялась раздеваться.

Она наспех разобрала продукты и включила воду в ванной, предварительно заткнув слив. Ее мама уехала со своими подругами в дом отдыха на выходные.

Зайдя в комнату и закрыв дверь Ника уже была слишком уставшей, чтобы возвратиться на кухню и наложить кошачьего корма своему персидскому коту Артамону. Хоть тот периодически мяукал. «Потерпит двадцать минут» – подумала Ника. Сейчас время расслабления после трех непрерывных трудовых будней, и ничто ей не помешает. Долгожданная горячая ванна с ароматическими маслами, морской солью и бокалом красного вина. Ника аккуратно вступила в горячую воду и медленно, наслаждаясь каждым мгновением, погрузилась полностью. Завязав волосы в высокий кулек, она взяла бокал и с упованием сделала глоток. За дверью, в гостиной слышалась тихая мелодичная музыка, которую она включила как только вошла в квартиру.

Кот за дверью не унимался, и начал подавать голос звонче обычного. Это было не характерно ему, так что Ника несколько раз громко «цыкнула», и тот вроде бы замолчал. Размышляя о предстоящем выходном и о планах поехать на природу, Ника не заметила, как музыка из гостиной прекратилась.

«Наверно села колонка» – по началу подумала девушка, но вдруг отчетливо вспомнила как подсоединила ее к розетке еще утром. Хотя теперь тишина придавала водным процедурам больше умиротворения. Артамон молчал и девушка полностью расслабилась.

В дверь ванной комнаты раздался один сильный удар. Ника вздрогнула. Возможно она так сильно расслабилась, что задремала, и ей могло это показаться.

- Мам? – Все же громко спросила Ника. Но в ответ стояла та же тишина. Может удар был в стену, за которой жили довольно буйные соседи. Но тогда звук бы был более глухим.

В следующую секунду музыка снова заиграла, но на этот раз звучала отвратительная песня. Скрипучий голос, непонятно кому принадлежавший, пел какие-то бессвязные слова на английском в сопровождение укулеле. Громкость нарастала. Ника приподнялась и собиралась было выйти, как вдруг все снова стихло. Она точно знала, что даже если проигрыватель сошел с ума и начал рандомно включать все треки из ее плей-листа, такой жуткой композиции у нее не могло быть. Ника перевалилась через бортик ванны и принялась вглядываться в щель между дверью и полом откуда проникал свет из коридора. Было тихо. Но в какой-то момент ухо Ники уловило едва слышные шаги где-то в спальне. Девушка замерла не в силах даже вздохнуть от испуга. Она оглянулась в поисках чего либо, что может дать отпор незваному гостю. Ника аккуратно взяла большой граненый стакан, в котором лежали зубные щетки. Шаги слегка стали громче но вскоре замерли. В доме явно кто-то был.

«Я точно закрыла дверь? Да, определенно закрыла.» - Ника аккуратно поднялась. Зеленое мыло, лежавшее на краю бортика, свалилось в анну и погрузилось на дно. Девушка принялась аккуратно выходить, но услышав снова подозрительный стук - оставила эту идею. Сердце ее едва не остановилось когда мобильный телефон раздался оглушительным звонком. Девушка быстро схватила телефон и замерла увидев на экране телефона надпись вызывающего абонента - «Дом». Свет проникающий через щель между полом и дверью, преградила чья то тень.

В страхе Ника отступила назад и наступила прямо на злополучное зеленое мыло, не удержав равновесие, девушка с размаху упала на спину, ударившись головой о бортик. Телефон выпал из ее рук прямо в ванную моментально выключившись. Тень за дверью исчезла, а следом послышалось короткое и недовольное мяуканье Артамона. Ванная постепенно окрашивалась в алый цвет, скрывая бездыханное тело девушки.

Утренняя сигарета

Сегодня Катя так и не ложилась спать, всю ночь она писала шпаргалки к экзамену на маленьких клочках бумаги, мелким, но разборчивым почерком. Обнаружив, что за окном уже светло, а на часах 4:55, Кате вдруг сильно приспичило покурить. Отец был в командировке, а мама крепко спала в соседней комнате. Родители Кати давно догадывались, что их дочь начала курить, но скандалов и разбирательств не устраивали. Ведь с поличным Катя не была поймана.

Она могла бы покурить по дороге на экзамен, но до выхода было слишком много времени. А утренняя сигарета, после которой можно выпить крепкого кофе так и манила. На цыпочках пробравшись через коридор, Катя аккуратно вышла из квартиры, медленно и бесшумно закрыв за собой дверь. Препятствия на этом не заканчивались, ведь все четыре квартиры на одном этаже отделяла большая железная дверь, которую бесшумно открыть было не возможно. К счастью девушки, она была закрыта не на щеколду. Выбравшись на лестничную площадку, Катя не рискнула закрывать за собой дверь.

Спустившись на один пролет ниже, и остановившись между этажами, где стоял огромный старый папоротник, Катя достала слегка помятую сигарету из кармана штанов и закурила. Внизу кто-то хлопнул дверью. Послышался гул и скрип тросов поднимающих кабину лифта. Катя слышала, как лифт медленно проезжает мимо ее этажа и останавливается этажом выше. «Наверно дядя Коля» – подумала девушка, сделав очередной затяг. Дядя Коля их сосед – старый дедушка, дружелюбный и вежливый, в прошлом - машинист поезда.

Катя не слышала, как в кабину кто-то вошел, двери лифта начали закрываться, но вскоре, снова открылись, будто кто-то подставил ногу между дверьми, или что-то другое помешало им закрыться. Несколько секунд тишины, двери снова начали закрываться и на это раз удачно. Лифт с гулом тронулся вниз. Однако остановился уже скоро – на этаже Кати. Девушка замерла.

Она машинально быстро выбросила сигарету в банку из-под оливок, стоявшую на подоконнике. Кто бы мог приехать в пять утра на ее этаж. «Может папа?» – промелькнуло в голове Кати, но это не могло быть правдой, ведь только вчера он отправился в другой город. Да и к тому же, он бы предупредил о своем незапланированном возвращении.

Замерев на месте, Катя прислушивалась, но в подъезде стояла тишина. Девушка аккуратно стала подниматься, выглядывая из-за перил в сторону своей квартиры. Сердце ее на мгновение будто перестало биться, когда она увидела, что дверь в ее квартиру открыта на распашку, а у порога стоит странное существо на четырех лапах.

Катя не сразу поняла, что это, ведь для собаки оно было довольно крупное и приземистое с длинным хвостом как у ящерицы. Существо вытянуло свою длинную шею заглядывая внутрь квартиры и что-то разнюхивая там. Оно было настолько массивным хоть и не высоким, что определенно могло бы сбить с ног человека.

Катя зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть, но в последний момент короткий возглас все же вырвался из нее. Существо мгновенно втянуло свою шею, словно гармошка и повернулось в сторону Кати. У него была огромная пасть, из которой торчали два нижних клыка. Маленькие и узкие глаза, едва различимые, скорее похожие на пуговички. А на месте где должен быть нос были большие овальные ноздри, которые заметно раздувались.

Словно испугавшись, неведомое существо рвануло в сторону Кати, но в последний момент устремилось вверх по лестнице, в несколько ловких прыжков оказавшись на этаж выше. Это произошло настолько быстро, что Катя отпрянула назад, когда существо уже было наверху. Девушка едва ли устояла на ногах.

Дверь наверху открылась и прежде чем рвануть в квартиру, Катя услышала знакомый голос своего соседа.

- Как ты прорвался мимо меня, гадина?! – Скрипучим голосом негодовал дядя Коля.

Послышалась какая-то возня и дверь захлопнулась. В подъезде вновь воцарилась тишина. Позабыв об осторожности, Катя залетела в квартиру словно ужаленная, громко захлопнув за собой дверь, и закрыв на несколько замков.

Почти сразу же в коридор вышла, сонная и испуганная мама Кати.

- Что случилось? Ты куда-то ходила?

Катя ничего не ответив, на не сгибающихся ногах удалилась в комнату. Наверно бледное лицо Кати, поразило ее мать больше, чем запах табака от волос и одежды дочери.

Знакомство в пробке

Антон удобно развалился на пассажирском сидении старенькой Жигули. Он хлопал по коленке в такт громко играющей в салоне музыке. На его лице были остатки грима, а одет он был в белую мятую рубашку испачканную бутафорской кровью. В таком же виде рядом сидел его друг Рома и нервно переключал передачи. Их Жигули с громким ходом «усталого» мотора уже около получаса толкался в практически бездвижной пробке. Антон обернулся назад и потянулся к термо-сумке, которую загородил большой плюшевый медведь с глупой улыбкой. Достав холодное пиво, Антон с наслаждением открыл его своим карманным штопором. Рома нервно взглянул на него, и открыв окно шире, закурил.

- Чего-ты такой нервный? Хорошо же погуляли.

- Серьезно?! – Нервно переспросил Рома, но тут же успокоился. – Не люблю я все эти хеллоуины, не наш ведь праздник…

- Ну ты ведь любишь ужастики. – Заметил Антон.

- Так там и не страшно даже было.

Антон не стал спорить, ведь это было правдой. А худшей их ошибкой было решение вернуться домой в самый час-пик, когда солнце пекло сильнее обычного.

Днем ранее друзья спонтанно решили отправиться на окраину города, где на берегу озера проходил фестиваль Хеллоуина, который продолжался весь день и всю ночь. Не выдержав довольно скучной обстановки, оба однозначно решили вернуться домой. Забрав с собой лишь плюшевого медведя с жуткой улыбкой маньяка, которого Антон выиграл в тире.

- Да ладно тебе, пока доедем - как раз вечер настанет, а там и в бар можно заглянуть. – Поспешил ободрить друга Антон.

- Если не к ночи приедем… - Пробурчал Рома, но Антон его уже не слышал. Он засмотрелся на девушку за рулем белого седана справа от них. Вскоре из-за нее показалась вторая девушка, она радостно пританцовывала. У них были открыты окна, но музыка едва была слышна. У обеих девушек были также видны остатки грима на шее и различная атрибутика, в виде игрушечного паука в волосах и цепи на шее.

Антон ткнул друга в бедро.

- Смотри, наверняка с фестиваля едут.

- Красивые – заметил Рома. Он слегка вырулил в сторону девушек. Та, что была пассажиркой, заметила ребят и весело помахала им рукой. Водитель подхватила подругу и одарила парней ослепительной улыбкой.

- С фестиваля едите? – Звонко спросила она.

Антон убавил громкость музыки.

- Как и вы! - Парень вальяжно выставил локоть за окно и снял солнцезащитные очки. Девушки переглянулись и захихикали.

- И как вам? – Спросила девушка за рулем.

Поток едва тронулся вперед, но Рома старался быть наравне с соседней машиной.

- Скучно! А вы чего так рано уехали? – Продолжил диалог Антон.

- Позови их с нами в бар. – Тихо сказал сзади Рома.

- По той же причине. – Крикнула блондинка за рулем. Ее пассажирка явно была навеселе.

Машины снова остановились в потоке.

- Антон, а кто у них сзади сидит?

Антон перевел взгляд на задние сиденья автомобиля милых девушек, а там неподвижно сидел какой-то человек. Стекло было слегка затонировано, что не позволяло разглядеть досконально черты лица пассажира. Однако, Антону показалось, что на незнакомце была маска, ведь он широко улыбался и смотрел вперед также широко открытыми глазами.

- Кукла. Или манекен. – ответил Антон, предполагая и такой вариант.

- Выглядит жутко. Подъеду еще чуть ближе.

Рома снова вывернул руль приблизившись к седану девушек.

- А кто у вас там сзади?

Блондинка за рулем оглянулась назад, повернулась к подруге и они снова захихикали.

- Никого там нет. – Выкрикнула пассажирка.

Антон взглянул на Рому, а когда обернулся, слегка вздрогнул. Сидевший сзади пассажир уже смотрел прямо на них.

- Да они разыгрывают нас. – Уверенно заверил Рома.

Полоса в которой ехал белый седан набирала ход. Девушкам пришлось отдалиться вперед от парней.

- Открой окно сзади! – Успел выкрикнуть Антон.

Белый седан уехал от ребят на несколько метров вперед. Заднее окно медленно открылось. Через мгновение из него показалось бледное лицо с устрашающей широкой улыбкой и большими круглыми глазами, которые, казалось, вот-вот выпадут из глазниц. Откуда-то снизу также медленно выползла бледная рука. Страшный пассажир приложил к улыбающемуся рту указательный палец.

Такой жест заставил парней изрядно испугаться.

- Ахринеть! – Выпалил Рома. – Отличная шутка. Вот же сучки.

Бледно лицо вновь скрылось внутри салона. Когда поток двинулся и машины вновь поравнялись. На заднем сиденье белого седана уже никого не было. Антон испуганно взглянул на блондинку.

- Слушай, у вас правда кто-то сзади сидит! Точнее сидел… Это шутка?!

Блондинка отвернулась и поправила зеркало заднего вида. Её пассажирка смеялась и что-то говорила подруге. Встревоженный вид блондинки тут же сменился улыбкой.

Антон слегка выдохнул, приготовившись к тому, что все же это был розыгрыш. Но девушки молчали. На этот раз белый седан приблизился к жигули, и блондинка протянула клочок бумаги Антону. Тот значительно высунулся из окна и взяв листок, быстро развернул его.

- «Хорошая шутка. Мы оценили. Новорязанское ш. 2, кафе «Туман», сегодня в 20:00» - с недоумением в голосе зачитал Антон. Он взглянул на своего друга, но ни тому ни другому не нашлось, что сказать.

Скорость соседней полосы вновь увеличилась и белый седан устремился вперед. Блондинка напоследок подарила свою белоснежную улыбку и звонко сказала:

- И улыбчивого друга своего берите! – блондинка едва заметно кивнула в сторону задних сидений жигули. Белый седан умчался вперед.

Антон медленно повернулся к Роме, тот сидел с бледным лицом и смотрел прямо перед собой. Антон сжимая в руках карманный штопор, напряг свое боковое зрение. Он уловил что-то темное сзади.

Через мгновение он резко обернулся замахнувшись своим «оружием». С заднего сиденья на них зловеще смотрел большой плюшевый медведь.

- Твою мать! – Вскрикнул Антон. - Я забыл про чертово медведя!

Рома смотрел в зеркало заднего вида. Затем об они облегченно выдохнули.

Парни начали громко смеяться. Антон снова развернул бумажку с указанным адресом, но едва не ударился носом о панель, ведь их Жигули со свистом затормозил, дабы не удариться впереди стоящий джип.

- Что случилось? – Тут же поинтересовался Антон.

Рома пожал плечами. Парни пытались разглядеть впереди причину такой резкой остановки. Через некоторое время машины вновь тронулись. Ребята с ужасом увидели страшную аварию с участием белого седана. Набрав скорость, седан, по непонятной причине, врезался в отбойник.

Рома ехал медленно, практически остановившись. Антон всматривался в знакомую машу, передняя часть которой превратилась в огромную груду металла. Сзади Жигули кто-то продолжительно «засигналил», Рома включил передачу повыше и тронулся вперед. Антон до последнего смотрел в окно. Последнее что, он увидел - это блондинистую голову лежащую на руле.

Остаток пути ребята провели в молчании, периодически оглядываясь на задние сиденья.

Старик в подъезде.

В этот год Маша была счастлива как никогда. Ей наконец удалось уговорить маму на переезд к своему возлюбленному - Кириллу, который снимал скромную квартирку на окраине города. Хотя мать была очень расстроена тем, что дочь покидает дом, она все же выделила дочери некоторую сумму денег на первое время, папа та не найдет работу. Познакомилась Маша с Кириллом на дне рождения их общей знакомой, безумная страсть и влюбленность вспыхнула почти сразу.

Время шло беспечно, по будням Маша училась, Кирилл работал в ближайшем баре до полуночи.

Маша хорошо знала парня. По крайне мере, ей так казалось. Однако в один из совместных романтических вечеров, Кирилл рассказал девушке страшную, но, по его словам, правдивую историю. История была о странном старике, который появлялся в их подъезде на лестничной площадке, каждое последнее воскресенье мая год за годом. Практически все жильцы видели его. Но никто не знал его, и не знал откуда он приходит. Старик всегда говорил одно и тоже – скупо здоровался и спрашивал сигарету. Отвечать нужно было отказом. Старик знал то, чего знать не может, и говорил об этом. От того разговор с ним мог быть с последствиями. - Так сказал Кирилл, больше не вдаваясь в подробности, оставив Машу в недоумении.

За время проживания в новом доме девушка успела сдружиться с некоторыми жителями дома, и те подтверждали рассказ Кирилла. Старая бабушка несколько раз перекрестившись, заверила Машу в том, что это призрак, не упокоенная душа мужчины, некогда жившего здесь.

Маша стала относится к подобной истории как к городской байке, вскоре позабыв про нее. Пока не наступило последнее воскресенье мая.

В то утро, молодые люди вместе отправлялись на конные прогулки, которые они запланировали заранее. Лифт не реагировал на вызов, и Кирилл в отличие от Маши этому факту удивлен не был, хотя еще на кануне все работало исправно.

- Маш, слушай…

Девушка остановилась, когда Андрей обернулся к ней, он аккуратно заглянул в проем вниз.

- Между вторым и первым этажом, будет сидеть мужчина. Он спросит у тебя сигарету. Ответь, что не куришь, и больше ничего не говори. Если он спросит что-то еще – не вступай с ним в диалог.

- Ты про ту историю со стариком…

- Чтобы он не сказал – не отвечай. – Грозно приказал Кирилл и молча начал спускаться.

Маша кивнула и почувствовала, как холодок побежал по ее спине. Андрей двинулся вниз. Дойдя до второго этажа и далее, Маша заметила, как на подоконнике сидит седовласый мужчина безобидного вида, он сделал затяг своей только начатой сигареты, а затем потушил ее, и взглянул на Андрея. Но тот спокойно прошел мимо, не обращая внимания на сидевшего. Старик перевел взгляд на Машу, и оглядел ее своими затуманенными глазами.

- Здравствуй красавица, закурить не найдется?

- Не курю. – Тихо выдавила Маша.

Она шла за спокойным Андреем вперед прижавшись к нему практически в плотную. Спустившись на первый этаж, Маша выдохнула. Однако сзади злобно прозвучал скрипучий голос:

- А мама твоя повесилась уже, от одиночества. От того, что ты ее бросила.

Ноги Маши будто приковало к полу. Из состояния шока ее вывел Кирилл, который тут же с силой дернул ее за собой, едва ли девушка успела что-то ответить старику.

Выйдя из подъезда, Маша уже судорожно набирала номер матери. Трубку взяли сразу же. Мать Маши дружелюбно поздоровалась с дочерью и сообщила, что едет в приют забирать ранее выбранного ей щенка лабрадора. Маша попрощалась, пообещала, что заедет в ближайшее время и облегченно выдохнула.

Затем она вспомнила кое-что еще.

- У него ведь была сигарета.

- Это я дал ему ее год назад. – Ответил Кирилл. – Я узнал ее. Phillip Morris – их я курил раньше, пока они значительно не подорожали.

Маша вновь ошарашенно взглянула на возлюбленного. Кирилл нагнулся к земле и закатал штанину, над щиколоткой был шрам похожий на ранее сильный и глубокий порез.

- Он столкнул меня с лестницы. Открытый перелом.

- За что?! – Взревела девушка.

- Сказал, что моя сестра станет шлюхой. Я разозлился, хоть тогда она работала танцовщицей в одном из местных баров. Я замахнулся на него, но он опередил меня.

- А когда мы познакомились, ты сказал, что просто упал с лестницы… - Вспоминала Маша.

- Почти не соврал. – Кирилл улыбнулся. – А он врет всегда. Поэтому с ним нельзя говорить. Сестра, кстати, уволилась с бара и сейчас преподает в детской школе. Я проконтролировал это.

- Мы здесь жить не будем! – Выпалила Маша и подхватив Кирилла под руку, они двинулись вперед.

- Конечно. Это вопрос времени. У меня уже есть накопления.

Кирилл улыбнулся и поцеловал девушку в висок.

В следующий год старик почему-то не появился, Маша забыла об этом как о страшном сне, а уже летом пара поженилась и переехала в соседний район в собственную квартиру. Маша не забывала навещать маму и ее пса, которого назвали Морис.

Лицо

Моя бабушка волевая и грозная женщина, «за словом в карман не полезет». Несмотря на свои семьдесят три года она была вполне бодрой и всегда в здравом уме. Толпившись вместе с ней на кассе гипермаркета, единственного ближайшего к нашей деревне, она со злостью пихнула женщину средних лет, которая пыталась пролезть вперед, апеллируя тем, что у нее всего лишь бутылка кефира и хлеб.

Возможно в иной день, моя бабушка саркастично отозвалась бы в адрес этой нахалки или вовсе промолчала бы. Но не сегодня.

- Как вы достали! Что вам в городе своем не сидится?! Покойник у нас дома! – Кричала бабушка Валя. – Это у вас на вскрытие, да похороны сразу, а у нас здесь трупы в доме лежат, прежде чем в землю опуститься!

Магазин погрузился в звенящую тишину сразу же после слов бабушки Вали. Женщина в пальто с кефиром и булкой, молча отступила и мы прошли свою очередь.

Я довезла тетю Валю до дома, стараясь занять ее непринужденной беседой, которую она вполне активно поддерживала.

Зайдя в дом, я уловила сильный аромат шалфея. Этот аромат скрывал иной запах.

В общей комнате я узнала повзрослевшее розовое личико своей племянницы Даши. За чашкой чая мы разговорились об ее успехах в школе. Я понимала, что мы обе стараемся обходить тему смерти Алисы стороной.

Бабушка Валя долгое время ходила по кухне суетясь, не зная что взять с собой в кафе.

- Я очень жалею. – Вдруг слезно выпалила Даша.

- О чем?

- Я показала ей это фокус. Наверно, он свел ее с ума.

Я не придала серьезного значения словам племянницы, и ободряющее похлопала по плечу.

- Как мне жить с этим? – Тихо, подавляя ком в горле, взмолилась Даша.

На этот раз я поняла, что это очевидная детская моральная травма.

- Что за фокус, Дашуль?

- Я показала ей лицо.

- Какое лицо?

- В наших социальных сетях в одном «паблике», посвященной японскому фольклору была статья о том, что есть способ проверить насколько ты плохой человек, и что тебя ждет после смерти. Ад или рай.

- И как же?

- Когда солнце садиться, но еще не совсем темно, надо выйти в поле или лес и три раза сказать: «Лицо приди, о грехах расскажи.». Ровно в полночь лечь спать лицом к свету. Тогда во сне ты увидишь, свои грехи и поймешь, как можно их искупить, и больше не повторять. Писали, что лицо это приходит ночью и шепчет тебе на ухо все твои грехи. А ты в глубоком сне все это проецируешь в сновидения.

- Даш, ну вы же взрослые уже…

- Это правда!

Я склонила голову не в силах подобрать нужные слова. Даша заплакала, дополнительно разочарованная тем, что я ей не поверила.

Я кивнула и морально настроила себя к долгому разговору с племянницей о том, что люди накладывают на себя руки по разным причинам, понятным только им самим.

- Мы воровали иногда в нашем магазине. Чипсы и мармелад. Но не могла же она из-за этого…

Я постаралась успокоить племянницу, и убедить ее в том, что ничьей вины здесь нет. Хотя я сама была не до конца уверена в этом.

Спустя некоторое время, после пары кружек с заваренной ромашкой Даша успокоилась и уснула в своей комнате с наушниками в ушах. Музыка успокаивала ее. Я вышла на крыльцо и закурила. В какой-то момент я отчетливо вспомнила, как пряталась за домом от бабушки в шестнадцать лет и курила втихушку, а при каждом шорохе вздрагивала и выбрасывала сигарету. Тогда я потратила много денег на это, хоть и покупала сигареты поштучно.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и двор освещал тусклый нежно-розовый свет. Я оглядела двор и вгляделась в густо посаженые кусты крыжовника напротив.

- Лицо приди, о грехах расскажи. – Сама не зная зачем, я прошептала это так тихо, что даже стоящий рядом человек бы не разобрал моих слов.

Я пристально всматривалась в самый большой куст, вокруг стремительно темнело. Возможно я долго стояла на том крыльце, но двор погрузился во тьму буквально за считанные минуты. В какой-то момент я уловила что-то белое среди ветвей. Затем послышался шорох.

Сзади резко распахнулась дверь. Я вздрогнула. На крыльцо вышла бабушка держа в руках тарелку с объедками рыбы, оставшейся с ужина.

- Нура! – крикнула бабушка Валя. Из того самого куста выскочила большая белая пушистая кошка. В последний раз я видела ее еще совсем маленькой, я заметила у нее округлившийся живот.

- Вы подкармливайте ее.

- Да. Привыкла она к нам. – Ласково отозвалась бабушка Валя, в ее голосе слышалась сильная усталость – А чего? Она теперь активно кушает.

Кошка подбежала, и бабушка погладила ее.

- У нас ровно в восемь ужин, да Нурочка?

Бабушка молча удалилась, а Нура принялась активно лакомиться своим ужином.

Я достала вторую сигарету. На крыльце загорелся свет, тетя Валя включила его изнутри. Повернувшись ко двору я застыла на месте. Среди кустов я отчетливо увидела белое лицо смотрящее прямо на меня. У него было большие глаза занимающие большую часть лица, носа и рта практически не было видно, но две маленькие дырочки по центру давали мне понять, что это ноздри. Только оно. Белое лицо торчащее из кустов. Ни тела, ни шеи, ни рук и тем более ног я не видела. Я не в силах была оторвать от него глаз, и чувствовала огромный нарастающий крик ужаса внутри меня. Не могли шевелиться даже мои пальцы, настолько я оцепенела.

Нура сидящая практически у меня в ногах довольно мяукнула, и я, не помня себя, влетела в дом плотно закрыв дверь. В какой-то момент я поймала себя на мысли что жестоко поступила с кошкой и выглянула в окно во двор. Нура же сидела на перилах и вылизывалась. В кустах не было видно никакого лица.

Я ошарашенная вернулась в комнату, по пути встретив бабушку. Она не удивилась моему виду, и расспрашивать ни о чем не стала. Я зашла на кухню, включила телевизор и открыла вино, запасенное для поминок.

В ту ночь я не заснула. И полноценно спать не могла еще очень долго. Меня мучили жуткие кошмары. Я видела это лицо в своих снах снова и снова, оно приближалось и отдалялось от меня. Оно не выражало никаких эмоции. Это было просто лицо, словно нарисованное неумелым ребенком на белом листке бумаги. Затем во снах ко мне начали приходить события прошлого, те события о котором в глубине души я сильно жалела. А особенно меня мучила моя одноклассница Лиза, которой я со злости сломала нос, за то, что та слишком обильно, как мне тогда казалось, общалась с моим парнем. Она приходила ко мне во сне и собственной рукой ломала себе нос с ужасным хрустом, потом улыбавшись, «возвращала» его на место.

Я написала ей в социальной сети. Написала небольшое письмо, в котором просила прощения. Она прочитала его, но не ответила и наверно посчитала меня пьяной, потому что с момента событий прошло больше пятнадцати лет. Больше Лиза не ломала себе нос в моих снах, ее больше не было.

На поминках, я всячески старалась не думать и не вспоминать об этом. Даша не оставляла попытки убедить меня в том, что лицо существует. Но я упорно отрицала данную аномалию. И даже приводила в пример разные выдуманные мной теории об обычной галлюцинации, которой могут быть подвержены абсолютно разные люди. Я говорила и другие убедительные отговорки. И вскоре я достучалась до нее. Ведь скажи ей правду. Даша бы жила с остатком вины всю оставшуюся жизнь. Я не могла так сильно травмировать ее психику, и потерять вторую племянницу. Это было бы моим самым ужасным грехом.

Звук

Я хорошо помню окончание старшей школы и подготовку к поступлению в институт. В тот год, моя мама, которая была в разводе практически с самого моего появления на свет, наконец связала свою жизнь с любимым мужчиной - Андреем. Потом они съехались. А точнее, Андрей выкупил трехкомнатную квартиру наших соседей и сделал перепланировку, которая, впрочем, была незаконной. Так наша с мамой двухкомнатная норка превратилась в роскошные апартаменты с двумя ванными комнатами и гардеробной комнатой.

Тогда же у меня и появилась сестра. А точнее, тремя годами ранее, когда моя мама только встретила будущего мужа, я познакомилась с его дочерью Лизой, она была на два года старше меня. Встретив впервые эту дерзкую блондинку, я практически была уверена, что стану ее злейшим врагом, и никаких отношений у нас так и не завяжется. Но, возможно, ее уже пробуждающаяся женская мудрость, и моя флегматичность дали толчок большой дружбе. У нас оказалось много общих интересов, которые позволяли частенько нам проводить время вместе.

Я жила с мамой и Андреем, и не имела возможности оставить влюбленных вдвоем, ведь только выбирала вуз для поступления. Лиза, после конфликта со своей матерью, переехала к нам. Мы были очень рады, и в отсутствие старших, частенько устраивали развлекательный девичник с алкоголем, сплетнями и фильмами про любовь.

В один из таких вечеров, слегка увлекшись вином, Лиза показала мне то, после чего моя жизнь больше не стала прежней.

С ехидным видом она отвела меня в свою комнату, ту часть квартиры которая еще некогда не была нашей и попросила остановиться на пороге разделяющим кладовку и ее комнату и повернуться задом к кладовке.

- Сейчас сделай шаг назад и внимательно прислушайся. – Сказала она в нетерпении моей реакции.

Я в тот момент ожидала очередного розыгрыша от нее или же чего-то резкого. Поэтому когда я шагнула и оказалась в комнате трех квадратных метров, я была вся в напряжении. Какое-то время ничего не происходило, но потом, я отдаленно услышала детский заливной хохот. Он был так далеко от меня, будто бы сзади была дыра в стене которая превращалась в туннель и уводила куда-то далеко в конце выходя на улицу. Я недоуменно взглянула на Лизу, но она меня опередила:

- Сама знаешь - под нами дядя Коля и его пес, по бокам никого. И мы на последнем этаже.

Я представила, как на крыше нашего пятиэтажного дома резвятся дети. Бредовые образы с трудом покинули мою голову. Тогда откуда я это слышу?

Вслед за хохотом послышался топот уже более отчетливый, который явно исходил из комнаты Лизы, но та стояла неподвижно и воодушевленно наблюдала за моей испуганной реакцией.

- Топот? Это их папа. – Лиза отпила немного вина и улыбнулась. Её равнодушие к происходящему едва ли успокоило меня.

Топот и смех стихли. За ним раздался глухой, но грубый мужской голос. Что он говорил разобрать было трудно. Но интонация выдавала веселое настроение этого человека. Я ошарашено оглядывала коморку в поисках какого-либо отверстия или же миниатюрного проигрывателя. Мысль о розыгрыше меня не покидала. Когда все звуки стихли и я поспешила покинуть кладовку, которая заставила меня едва ли не дрожать.

- Это что?! – Заорала я тогда не столь от испуга сколько от непонимания того, что произошло.

Лиза слегка приобняла меня и постаралась успокоить.

- Точно не знаю. Я это обнаружила почти полгода назад, как мы закончили ремонт. Наверно голоса тех, кто тут жил до нас.

Ее слова тогда вызвали у меня еще больше недоверия. Наверное, это можно списать на то, что у Лизы было музыкальное образование. Помимо творческой натуры, блондинка обладала феноменально тонким слухом, в отличие от меня – будущего врача, который вскоре посвятит все учебное время точным наукам. Сейчас я уже состоявшийся педиатр, и могу списать это на массовые слуховые галлюцинации. Но не стоит отрицать, что даже тогда для меня факты, а не догадки, играли решающую роль. И в том случае - фактом было то, что я слышала детский хохот как минимум двоих детей, тяжелый топот и мужской голос, практически в два часа ночи в доме, в котором в ближайших квартирах детей не было вовсе. На моей памяти единственный мальчик живущий за все время моего проживания там, - был на девятом этаже, и то, после окончания младшей школы он переехал вместе со своей матерью в элитный район.

Так откуда тогда детский топот? Ведь никаких детей по соседству я не помню. Мне хотелось заверить в этом Лизу, но меня умиляло то, как она гордилась своим открытием.

- Тебя не пугает это?

Она однозначно покачала головой.

- Это происходит в определенный день и только в одно время. – Лиза взглянула на телефон. – А именно в ночь с четверга на пятницу.

- И длится всю ночь?

После этого Лиза вновь жестом предложила мне зайти в кладовку. Поколебавшись еще мгновенье я вернулась в паранормальное место. И вновь послышался смех, топот и мужское бурчание. В какой-то момент меня заразило то, что так забавляло Лизу, я решилась на третий раз. Я старалась вслушиваться и даже припадала к стенам. Но нет. Звук будто исходил из воздуха. Это трудно было объяснить, и еще труднее понять механизм действия такого феномена.

Лиза уже начала канючить и просить вернуться к просмотру фильма и распитию вина, когда я вновь зашла в комнату, но этот раз отличился от предыдущих. Вместе с детским хохотом я ощутила кое-что еще. Едва уловимый запах гари. Тогда я подумала, что горе-подруга начала готовить и забыла об этом:

- Ты что-то готовишь? – Но Лиза спокойно покачала головой.

Запах быстро усилился и стал похожим на отвратный запах сгоревшей резины. Возможно я ошибалась, но он был невыносимым.

- А запах гари это нормально?

Лиза тогда повторила привычные манипуляции с кладовкой, как только я вышла, но ничего кроме призрачных звуков она не уловила. Я списала это на мое стрессовое состояние в тот момент и поспешила вернуться в комнату. Дабы не гадать что это и почему произошло.

Мы с Лизой долго обсуждали призрачную комнату, искали статьи, часами торчали на форумах и пришли к выводу, что это «застывший» звук. Возможно это маленькое аномальное место, стены которого способны «записывать» на себя, словно музыкальные диски, различные звуки оставленные жильцами. Вопрос - почему дети? - Для меня так и остался открытым, как и непонятный запах гари, который можно было ощутить только лишь с четвертого или пятого захода в кладовку. Превысив и это количество - начинала кружиться голова. Мы предполагали, что это было побочным эффектом от длительного нахождения в аномальной зоне.

Найдя эту «тайную комнату», Лиза и не собиралась рассказывать отцу, а тем более моей матери. Она довольствовалась своей находкой в одиночку, чего понять я так и не смогла. Пожалуй на ее месте мне бы хотелось, как можно скорее поделиться таким необычным явлением. Но, видимо в этом различия творческого человека и человека науки.

Эта аномальная и будоражащая кровь история, с годами превратилась в обычную байку. Мы с Лизой давно съехали от родителей. Я жила со своим мужем в соседнем районе, Лиза также выйдя замуж уехала на другой конец города. Общаться мы стали реже. Маму я старалась навещать регулярно.

Будучи уже на пятом месяце беременности я пришла к ней в гости с кучей экзотических фруктов, привезенных мужем из командировки. В то время у меня были переживания насчет верности моего мужа и мне безумно хотелось поделиться ими с самым родным мне человеком. Непривычно для нас, мы стали сильно откровенничать. Мать в ответ поведала мне историю, после которой в моей голове все наконец-то сложилось:

- Жила я тут, как ты знаешь, с самой юности. Познакомившись с твоим отцом, я стала часто пропадать на всяких гулянках с ним. Однажды, появились у нас соседи – приличная семья. Глава семейства Сергей, его жена Лена и двое детей – помладше и постарше. Они казались мне образцово-показательной семьей, до одного момента… Как-то раз я возвращалась с очередной гулянки, твой отец тогда единственный раз не смог меня проводить до двери, как делал это обычно, у него были неотложные дела. Так вот, встретил меня на лестничной площадке Сергей. Мы поздоровались как обычные дружелюбные соседи, но он увлек меня разговором, самым обычным – о погоде, о нашем доме, о том где я учусь… А потом, он начал приставать ко мне. Я очень испугалась. Но моментально дала ему отпор, тогда он взмолился на колени: «полюбил тебя – как увидел», «жить без тебя не могу» и прочее. Я сбежала домой ничего не ответив. Боялась и сторонилась его. Выходила на лестничную площадку только в присутствии его жены или кого-то из моих. Твоему отцу не стала рассказывать.

Рассказ меня шокировал. Пазл в моей голове потихоньку начал складываться. Мама налила нам еще чая и продолжила:

- По началу он не искал встречи, а просто тайком посылал письма, оставлял букеты под дверью, которые я сразу же выбрасывала, чтобы мой будущий муж не увидел. Потом это переросло в преследование, он стал будто одержимым мной. Начал пить, регулярно стоял под моей дверью. Жена его, как и любая женщина, заподозрила что-то неладное задолго до этого безумия. К тому же женщина она была вспыльчивая, и часто я слышала крики и скандалы за стеной. Самая страшная ночь в моей жизни случилась третьего августа. Мы проснулись от невыносимого запаха гари. Спросонья не поняли откуда тянет. Открыв дверь в подъезд увидели полыхающую соседскую дверь. Далее я плохо помню, уж больно страшно все это. Пожарная и скорая приехали быстро. Как потом выяснилось: Сергей облил спящих домочадцев керосином и поджег. Да и сам угорел, больно сильно напился, выбраться не мог. Или не хотел. Была версия о сумасшествии. Но я думаю он сделал это потому, что злился на свою жену и детей. Совершил этот ужас просто за то, что они были рядом с ним.

Я молчала и ошарашенно смотрела на свою погрустневшую мать.

- Я до сих пор не знаю, как относиться к этому. Но о любви тут говорить точно не стоит. Нельзя так страстно любить того, кого не знаешь. А он ничего не знал обо мне кроме имени и место жительства. Жаль его, он был обыкновенным маньяком. А семью его жалко.

- Это ужасно, мам. – Все что смогла я ответить.

В голове гулом стояли те звуки из кладовки. То место впитало в себя самый счастливый момент семьи, смех детей. Возможно на тот момент он еще не был одержим моей мамой. И был полностью погружен в воспитание своих детей. Теперь и объясняется тот странный запах гари, который я почувствовала лишь единожды.

Эта история навсегда останется со мной. Свой дом в котором я теперь живу – я воспринимаю как живое существо. Способное чувствовать и понимать, обладающее душой и памятью. Кто знает, сколько еще подобных мест существует в мире? Каждый раз когда я начинаю ругаться с мужем, я всегда вспоминаю о том, что стены могут «запомнить» только этот негатив. Чего бы очень не хотелось.