Космическая дичь

Глава 1

Подмораживать в этом году начало раньше обычного. Первая декада октября выдалась мягкой – на термометре иной раз еще по-летнему переваливало за двадцатку, хотя воздух стал уже не тот, быстро отдавал накопленное тепло. Теперь же продолжающая сыпать на землю рделая листва к ночи ощетинивалась изморозью и сухо похрустывала под ногами.

Сгребая ее сапогом в сторону, Митяй даже не задумывался о размерах палатки – за два с лишним десятка лет работы лесником в Сихотэ-Алинском заповеднике ночлег в диких местах он организовывал настолько часто, что процесс уже давно стал механическим.

Привык к действиям хозяина и полукровка Дозор – не лез под ноги и услужливо ожидал в стороне, привязанный за шлейку к суку приречного клена. Митяй считал, что терпеливость его овчароиду досталась от немецкого предка, черты которого узнавались в окрасе. Со стороны пес вполне мог сойти за породистого, но только если близко не подходить – морда у него казалась туповатой, да и сам он вышел мелковат.

Пятно света от нагрудного фонаря плясало перед кряхтящим от усталости Митяем. Следовало остановиться раньше, но он все надеялся, что сумеет за раз совершить тот же переход, что и три года назад. Однако время забирало силы. Всего три года, а остатки прежней энергии уже ушли. Еще пара лет – и станет Митяй такой же развалиной, как дед Панкрат, развлекавший туристов таежными байками в поселке Пластун.

Разводить огонь Митяй не стал – считал его опаснее темноты. Волка он отпугнуть способен, но вот медведя – ни за что, да к тому же может привлечь травоядных, там того и гляди – тигр явится, а в нажировку с ним лучше не встречаться.

Вдруг Дозор поднялся и потянул носом на север, навострив уши. Послышался далекий посвист, переходящий в хриплый рев. Митяй прислушался в ожидании повторного звука. Новый крик не стал неожиданным, и лесник смог его как следует разобрать. Он оказался тише, чем у изюбря, поэтому сомнений не оставалось – надрывался пятнистый олень. У них как раз в это время шел гон. Редкое зрелище, которого Митяю пока наблюдать не приходилось – услышать голос рогатого жениха уже было большой удачей. Оставалась небольшая надежда, что точку олень выбрал неподалеку от одной из фотоловушек, которые Митяй расставил в полутора километрах отсюда за едва заметно журчащей речушкой. Фурычили бы только они. С двумя предыдущими повезло – батареи честно отработали свои три года и дождались замены еще в строю.

По темной забоке выстрелом пронесся хруст надломившейся под чьим-то шагом ветки. Дозор дернулся, вопросительно покосился на Митяя, готовый броситься навстречу неизвестному. Лесник показал псу ладонь согнутой в локте руки, и тот сел. Обступившая место ночлега темнота словно сгустилась от присутствия непрошенного гостя. Казалось, с воды потянуло не только холодом.

Почувствовал это и пес – начал крутиться и жаться в сторону. Лесник погрозил ему указательным пальцем, приказав ждать. Дозор нехотя смолк.

Стараясь не шуметь, Митяй перебросил через голову погон и стянул «Мурку». Оледеневшая ствольная коробка покусывала ладони холодом. Шаря глазами по безмолвной ночи, пробивавшейся между окружавшими его стволами осин, дубов и лиственниц, лесник перехватился и покосился на собаку.

Дозор больше не демонстрировал страх, как делал, учуяв волка, медведя или тигра. Скорее проявлял интерес. Неужели олень зашел с того берега?

Треснуло с другой стороны от лагеря. Подскочивший пес стеганул хвостом, готовый устремиться в ночь.

– Ждать, Дозор, – шепнул Митяй.

Занятые ружьем руки помешали подать жестовую команду. Говорил лесник негромко, но нежданному ночному гостю хватило и этого.

Совсем рядом, у края пятна от нагрудного фонаря Митяя прошуршала мерзлая трава. Запоздало обернувшись, он почуял лишь легкое дуновение воздуха и заметил катящиеся вслед за пробежавшим листья. Беззвучно мелькнуло поодаль справа. Топот пронесся слева. Треснуло сзади. Две косули едва не сшибли разворачивающегося лесника. Еще одна, припав на передние копыта, увязла в куче мерзлой листвы, которую старательно собирал Митяй, и разметала ее, поднявшись. За дикими козами увязалась неправдоподобно худосочная кабарга, увлекая за собой Дозора. Тот дернул, без труда согнул податливый сук и стащил с него узел поводка.

– Дозор, ко мне! – уже не страшась выдать себя, прикрикнул Митяй.

В злобе из-за несвойственной Дозору непослушности он нервно перебросил погонный ремень многозарядки обратно через голову и, ухватив торчащий из кустов конец поводка, потянул упирающегося пса обратно, вернулся к листьям. Пнув их пару раз, вдруг остановился и уставился в безумную морду скулящего Дозора. Забарахлил нагрудный фонарь, вспышками подсвечивая его расширенные до предела зрачки.

– Ты чего голосишь? – спросил лесник у пса, будто тот мог сказать.

В прислоненном к стволу дуба рюкзаке кашлянула рация. Отвлекшийся было на нее Митяй еле удержал поводок. Стало понятно: собака рвалась бежать вовсе не за животными, а вместе с ними.

– Да что вас всех так напугало-то?

И как ответ на вопрос Митяя, тайгу наполнил нарастающий свистящий гул, а деревья над ним озарило нечто. С треском пламени прошибающий плотно сомкнувшиеся грязные облака свет выбил сучковатые кривые тени из крон и утащил их за собой туда, куда бежали животные – в сторону Урочища Благодатное. Громадный, размером не меньше автобуса, огненный шар катился вдаль, постепенно теряя высоту.

Сжавшийся под хлынувшим с неба жаром Митяй прильнул к внезапно взмокшим листьям. Подмерзший дерн раскис – ладони и колени увязли в нем сантиметра на полтора.

Лесник перекатился на спину и ощупал перепачканными пальцами саднящее лицо. Даже брови немного опалило – точно в буржуйку мордой сунулся.

Посреди вернувшей господство тьмы перед ослепленными ярким светом глазами все плыло. Временно потерявший зрение Дозор метался вокруг, на что указывали его поскуливания.

К Урочищу удалялся давящий на перепонки гул, не похожий ни на что знакомое Митяю, разве что отдаленно напоминал звук работы стабилизатора «Вега» для лампового телевизора. Только этот гигантский стабилизатор не пылился за тумбочкой, а медленно спускался с неба.

Повторно зашипела рация.

– Дмитрий, ответьте, прием, – вызывала женщина. – Вы спите, Дмитрий? Прием!

Митяй не узнавал голос. На четвереньках, давя пальцами быстро застывающую грязь, он добрался по звуку до рюкзака. Насилу сорвал застежку, выхватил рацию и отыскал кнопку ответа.

– Слышу, прием, – выдохнул он.

– Дмитрий, назовите координаты.

– Кто говорит?

Лесник охлопал спецовку, нащупав навигационный планшет во внутреннем кармане, но доставать его не стал. Цветные всполохи перед глазами не позволили бы ничего разобрать на бледном экране.

– Не могу, – охнул он, ткнувшись спиной в дуб. – Кто это?

Облепленное грязью ружье давило на лопатки. Уселся поудобнее.

– Что-то случилось?

Зубы заныли от холодной воды из фляжки.

– Случилось… – кряхтел Митяй. – Да тут вообще…

Его передернуло от пережитого. Он бы в такую историю ни за что не поверил. Решил бы, что рассказчик слишком уж закладывает за воротник, вот ему и мерещится всякое. Однако Митяю не мерещилось. Опаленное лицо и временная слепота не позволяли обмануть себя.

– Да кто ты, мать твою за ногу?! – потребовал ответа лесник.

Женщина посмеялась.

– Дмитрий, у вас точно все в порядке? – спросила она. – Это Ольга, не узнаете? ИПЭЭ.

Отдышавшийся уже Митяй сумел собраться с мыслями. Ольгу из Института проблем экологии и эволюции он видел где-то с год назад. Голос только вживую у нее звучал мягче. Заповедник помогал ученым с программой «Амурский тигр» – проводил мониторинг местной популяции полосатых.

– Да ИПЭЭ, – выругался лесник. – Какие, на хер, тигры-то ночью?

– Простите, мне сказали, вы сейчас в тайге, у нас ЧП.

Митяй колебался. С одной стороны, он понимал, что простое отключение GPSошейника или глюки со скачками его местоположения не вынудили бы Ольгу вызывать его вот так впопыхах ближе к полуночи – речь вполне могла идти об этом огненном шаре, чем бы он ни был. С другой стороны, никто вообще кроме него мог не заметить НЛО.

Лесник хмыкнул, едва мысленно наткнулся на эту аббревиатуру. А ведь с неба и падало самое настоящее НЛО. Слишком уж оно медленное для метеорита. Парочку мелких Митяю видеть доводилось – по небу искрили, словно спичкой по коробку, и сгорали, не долетая до земли. Будь то, что он видел, метеором, его бы наверняка уже испарило вместе с половиной заповедника. Может, он видел падающий самолет? Какое, к черту, НЛО?

– Я недалеко от Кордона, – наконец сказал Митяй. – Что у вас произошло?

– Отлично! – обрадовалась Ольга. – Вы нам очень поможете, если сходите на болота ближе к Урочищу.

Митяй прикинул предстоящий путь и понял, что как раз в ту сторону и направился огненный шар.

– А что там?

– Может, и ничего, сбой, наверное, какой-то в навигации из-за магнитной бури, – говорила Ольга. – Но раз вы недалеко – проверьте, пожалуйста. Сейчас там находятся два тигра… Точнее один, а второй на подходе. Остальные направляются к ним.

– Остальные, типа, все двадцать шесть? – переспросил Митяй. – Вы покормить их мной решили?

– Скорее всего их там нет, тигры себя так не ведут, – сказала Ольга. – Но можно же как-то проверить, что там?

В голосе ученой Митяй услышал сомнение. Либо она чего-то не договаривала, либо изначально врала о причине, по которой его туда отправляла.

– А когда это началось? – спросил лесник.

– Да минут десять-пятнадцать назад где-то.

Как раз, когда в том же направлении ломанулись косули. Может, они не убегали от огня, а спешили встречать его?

– Чушь, – бросил под нос Митяй.

– Повторите, не расслышала…

– Ладно, говорю, проверю. Но только как светать начнет, не хватало еще впотьмах на десяток тигров наткнуться.

Поблагодарив его, Ольга обещала поделиться координатами и оборвала связь.

Лишь отчасти отморгавшемуся Митяю еще мерещился свет за деревьями. Убрав рацию и поднявшись, он огляделся, как смог. Дозор пропал.

– Дозор? – на всякий случай негромко позвал лесник.

Прислушался. Заповедник подозрительно безмолвствовал, точно его не только временно ослепило, но еще и лишило слуха. Он взялся за собачий свисток, но остановил себя, рассудив, что, как и тигры, волки могли тоже следовать к Урочищу. И те, и другие слышали ультразвук, а реакцию диких животных на него не предскажешь.

– Ко мне, Дозор!

Митяй повысил яркость нагрудного фонаря и взял его в руку. Осветил землю в том месте, где, как ему казалось, в последний раз слышал скулеж пса. Сбивчивые собачьи следы, отчетливо отпечатавшиеся в раскисшей грязи, постепенно теряли глубину по мере ее подмерзания и уходили в том же направлении, в каком спешили дикие звери.

Выругавшись, Митяй вернулся к рюкзаку. Идти сейчас за собакой туда, где, пусть и маловероятно, но все же могли быть тигры, он не хотел. Однако и оставаться одному без хвостатого сторожа в палатке стало бы глупо. Да к тому же ставить эту палатку у него теперь не было никакого желания.

Застегнув клапаны карманов влаговетрозащитки, Митяй закрепил на суку над собой рюкзак, а затем и сам взобрался на него. Мокрая холодная кора скользила и пачкала руки. На всякий случай, не без труда обернув ствол веревкой, лесник привязал себя к нему, зафиксировав узел на животе. Таким образом он обезопасился от падения во время дремы.

Но сон не шел. Сидя на дереве с ружьем наизготовку, Митяй изучал тьму вокруг, пока та не исчезла. Он ожидал очередных косуль и оленей, обезумевших хищников, сомнамбулами лезущих сквозь кусты к Урочищу, новых огненных шаров, однако до самого рассвета не появился никто. Не вернулись и звуки. Сквозь поднявшийся от реки туман, как через вату, не проникало ничего.

Митяй даже сунул палец в ухо и потрепал его, в надежде, что все же обнаружит у себя глухоту, но нет, он прекрасно слышал. Настало время спускаться.

Свет, пока еще и слабый, сгладил впечатление от ночного происшествия. Пусть лесник так и не сумел найти для себя хоть сколько-нибудь правдоподобное объяснение увиденному, у него появилась уверенность, что правда окажется самой примитивной. Может, вертолет санавиации вспыхнул, или к вертушке МЧС прицепили какую-нибудь горящую бытовку, чтобы поскорее из заповедника вытянуть к Озеру Благодатное или Бухте Удобная.

Определиться на местности из-за мглы оказалось трудно даже Митяю – все знакомые ориентиры утонули в курящейся дымке, изредка возникая из нее перед самым носом. Сунувшись по памяти к броду, лесник едва не свалился в воду с каменного уступа.

Ослеп и компас – стрелка кружила против хода часов, затормаживая вращение в одном месте. Потоптавшись на берегу речушки, Митяй сообразил: замедление стрелки происходило в направлении Японского моря, а значит, с юго-востока – именно туда ему и следовало идти.

Навигационный планшет, вопреки ожиданиям Митяя, работал отлично, только дата и время в нем сбились. Сориентировался он по сломанному компасу верно, но вот в тумане прошел мимо брода с пологими берегами, поэтому пришлось возвращаться немного выше по течению.

Судя по переданным Ольгой координатам, идти Митяю предстояло вдоль реки до самых болот, вспучившихся на подходе к Озеру Благодатное. Место назначения находилось аккурат в середине пути между водоемом и Кордоном, куда леснику следовало вернуться для встречи вездехода с очередной группой туристов, решивших осилить «Тропу тигров». Полагаясь на освещение, Митяй прикинул, что очутиться на Кордоне ему требовалось не позднее, чем через три с лишним часа.

Планшет не позволял следить за GPS-ошейниками полосатых, что осложняло бы положение Митяя, соберись действительно все тигры в топях, но лесник в это не верил. Нечего делать амурским тиграм на болотах, да к тому же целой популяцией сразу – охотничья зона самок достигала четырехсот пятидесяти «квадратов», а самцов – аж двух тысяч.

Почва под ногами стала рыхлее, пружинистее. Позже начали встречаться пучки отмершей к зиме осоки, среди которых несколько раз попадались белые головки пушицы. Точно клочки тумана, зацепившиеся за сухие стебли, они очерчивали дорожку, ведущую к месту назначения.

Выступавшая при каждом шаге вода уже доходила до щиколоток, и Митяй гадал, насколько глубоко в болотах окажется конец пути и сможет ли он вообще добраться до него, не угодив в трясину.

Подтверждая его опасения, залипшая в грязь подошва громко чвакнула. Усиленный туманом звук рассек безмолвное до этого пространство. Со всех сторон зачавкало в ответ. Замерший Митяй прислушался. Никто к нему не шел – топтались на месте.

Вспомнив про ночное единодушие косуль, Митяй успокоился и поспешил к ближайшему источнику звука. Все же влага в воздухе исказила расстояние, и идти пришлось дальше, чем он предполагал. Как и ожидал, лесник увидел месящего мох копытами пятнистого оленя. Чуть вдали проступал сгорбившийся силуэт уссурийского кабана. Помедлив и понаблюдав немного за подозрительно неподвижными животными, Митяй вернулся по собственным следам на прежний маршрут. Вскоре сапог засел еще глубже, размокший торф хрюкнул. Только смолкнувшее болото опять отозвалось влажным хлюпаньем.

Митяй пристроил на кочке рюкзак, отвязал с него болотоступы и начал закреплять их на обуви. Вдруг его взгляд уперся в фиолетовый цветок калипсо луковичной. Для цветения время стояло уже сразу и позднее, и ранее.

Не веря себе, Митяй потянулся к цветку. Сорвал его. Стебель щелкнул. Знакомо пахнуло ванилью. И вдруг соцветье на глазах пожухло и рассыпалось.

Лесник растер коричневатую пыль пальцами. Оглядел землю вокруг, в поисках нового цветка. Вскоре он увидел его. Подался вперед, но остановился. Едва не раздавив не ко времени активную круглолистную росянку. Ее железистые волоски казались неестественно подвижными и словно потянулись навстречу протянутому пальцу Митяя. Касаться растения он не рискнул.

Наскоро закончив с фиксаторами болотоступов, Митяй зачвакал между кочками, выискивая новые природные аномалии. Росянка и калипсо попадались чаще. И чем больше их возникало, тем сильнее становилось возбуждение лесника. Стремительно нарастающую эрекцию подстегнуло закипевшее волнение, точно он снова стал подростком, который впервые остался наедине с возлюбленной.

И тут Митяй увидел навигационный ошейник. Наполовину утонувший в лужице, он торчал наружу рядом с лежащим на кочке глазным яблоком. Желтый тигриный зрачок неподвижно глядел на лесника. Отшатнувшись, тот наступил на оторванный хвост краснокнижного животного. Повсюду вокруг разбросало клоки полосатого меха в красной, не свернувшейся еще крови.

Инстинктивно сдернув «Мурку» за погон, Митияй крутанулся с ней в руках, вглядываясь в туман. У тигра не существовало врагов в заповеднике. Даже бурые и гималайские медведи их сторонились. Разве что тут вымахал особенно крупный медведь…

Справа из тумана начало расти нечто. Митяй выстрелил. Пятно осело. Пальнул еще раз. И не глядя третий вдогонку. Он понимал: медведя так просто не убить. Видимость не позволяла сразу целить в сердце, поэтому выстрелы могли лишь разозлить косолапого. Не теряя времени и намереваясь покончить с дезориентированным косолапым, лесник шагнул навстречу распростершемуся на земле силуэту и обомлел.

В зарослях стремительно увядающей осоки, шлепая по прозрачной воде бессчетными конечностями, корчилось нечто. Это не был медведь. Это вообще не было животным. Серое осклизлое создание размером не больше рыси пузырилось и сгустками сбрасывало с себя похожую на прилипших к нему слизней кожу. Комками шлепая вниз, та распадалась в воде на разноцветные пленки, испуская тухловатый рыбный запах.

Первый шок прошел. Перехватившись, Митяй вскинул ружье и выстрелил еще раз прямо в то место, которое, освободившись о серой слизи, на воздухе задымилось темным мясом. Дернувшись и не издав ни звука, нечто обмякло. Выстрелом с тела сбросило остатки слизи, точно зонтики с одуванчика. Осока и росянки вокруг мгновенно завяли. Эрекция спала. Внезапно ослабший лесник ткнулся коленями в воду рядом с поверженным чудищем.

Трудно было сказать, где у того находилась голова, а где жопа. Тело, цветом напоминавшее очищенную от шкуры сырую утиную грудку, вообще не имело ни отверстий, ни глаз. Зато длинных, сужающихся к концам подобно щупальцам осьминога отростков, служащих твари конечностями, Митяй насчитал двенадцать.

Он упер дуло в одно гладкое щупальце и надавил. Плоть выглядела податливой, точно вообще без костей. Слабо верилось, что это нежное существо вообще каким-то образом могло совладать с тигром. Одно Митяй о нем понял – оно явно не с этой планеты и наверняка прибыло на вчерашнем горящем небесном шаре. Но где сам шар?

Поднявшись, лесник толкнул носом болотоступа мертвого пришельца. Оживать тот, похоже, не планировал. Три выстрела пришлись кучно в самый центр, а вот четвертый прошел вскользь и снес кусок мяса. В месте ранения виднелась его волокнистая структура. Если бы это существо не шевелилось еще пару минут назад, Митяй бы подумал, что кто-то решил его разыграть и слепил несуразного монстра из мяса птицы. Очищенный от зловонной слизи пришелец и пах сырым мясом.

Туман вокруг отзывался топотом копыт, медвежьим и тигриным ревом. Шлепало по воде. Мяло траву. Спотыкалось на кочках. Загипнотизированные неведомой тварью звери разбредались обратно по заповеднику. Да Митяй и сам едва не стал жертвой пришельца, сумевшего приманить его к себе, на расстоянии навеяв влечение.

Где-то неподалеку ревела, судя по звуку, утопающая косуля и выл Дозор. Наскоро добавив в трубчатый подствольный магазин четыре патрона, Митяй поспешил на помощь питомцу.

Пес стоял на краю топи, над которой, вывалив язык, тянула голову обреченная косуля. Поводок Дозора запутался в ветвистых рогах мертвого изюбря. Пузо животного точно взорвали изнутри – кишки и ошметки кожи раздало в стороны.

Стараясь не думать, как именно погиб олень, Митяй поспешил освободить обрадовавшегося ему Дозора. Прыгнув, пес несколько раз лизнул его лицо.

– Тише, – шепнул Митяй. – Давай выбираться отсюда…

Но тут его взгляд уперся в зависшую над мочажиной метрах в пяти от тонущей косули ржавую металлическую сферу со следами копоти. Настоящий НЛО. Он издавал едва заметный неприятный гул и легонечко покачивался вверх-вниз, медленно вращаясь вокруг собственной оси.

Любопытство взяло свое. Митяй подал псу жестом команду ждать, а сам снял болотоступы и, примерившись, по кочкам подобрался поближе к мочажине. Остановился у ее края и потянулся. Ему почти удалось достать пальцем до корабля. От него распространялось довольно ощутимое тепло. Пах корабль неприятно – смесью тухлых яиц, гари и подобием селедочной вони.

Звездолет медленно повернулся, продемонстрировав леснику черный проем, через который тот сумел рассмотреть его кабину. Изнутри НЛО выглядел полупрозрачным со множеством светящихся разными цветами сот, разбросанных по всей поверхности. Мест для пилотов Митяй не заметил, точно пришелец сидел в своей летадле, как в консервной банке. По прикидкам лесника, залезть в такую сферу смог бы либо один взрослый, либо двое детей.

Желая получше рассмотреть внутреннее пространство инопланетного аппарата, Митяй снял с нагрудного кармана фонарь и включил его. В ту же секунду покрывающие внутренности корабля до этого хаотично мерцающие соты все как одна засветились желтым, повторяя свет фонарика. Дрогнув, сфера шлепнулась на воду, точно из-под нее выбили невидимую подпорку.

Лесника обдало брызгами, он отпрянул. У противоположного края мочажины что-то заплескалось. Второй пришелец, ритмично шлепая щупальцами, спешил к НЛО. Корабль, качнувшись на поверхности мочажины пустым чайником, черпнул открытым проемом воды. Еще немного. Внутри что-то зашипело, заморгало радугой и погасло. Стены потеряли полупрозрачность. Пуская огромные пузыри грязной воды, корабль начал тонуть. Инопланетянин осьминогом нырнул ему вслед. Митяй наблюдал за происходящим, пока аппарат совсем не скрылся из виду, а сверху его не затянуло зеленовато-желтой тиной. Внезапно в одном месте она набухла, и на поверхности показалось шарообразное, облепленное болотной грязью, тело пришельца. Борясь с водорослями щупальцами, тот полез на Митяя.

Понимая, что снять ружье и выстрелить он не успеет, лесник побежал к Дозору. Однако внеземное чудовище, судя по всему, не видело особой разницы между людьми и животными – оно набросилось на бедную все еще ревущую косулю, точно это она утопила его космолет. Вытянув бескостное тело, инопланетный осьминог легко скользнул прямо в рот животному, пронзил его изнутри напряженными щупальцами, точно копьями, а затем начал вращаться, взрезая и разрывая плоть.

– Скорее, пошли, – подогнал Митяй, утягивая Дозора.

Но тот не послушался. Вырывав поводок, пес бросился к топи, из которой на берег уже выбирался окровавленный, облепленный косульим фаршем монстр.

Митяй не успел его даже окликнуть, как Дозор вцепился зубами между двумя щупальцами твари и затрепал головой. Только уши хлопали. Отхватил склизкий серый кусок. Вцепился глубже. Снова начал рвать, охрипло рыча. Лесник снял ружье, но вовремя понял, что мог зацепить пса. Пришлось браться за нож.

На помощь другу Митяй не успел – изловчившись, чудище напрягло щупальце и вонзило псу в бок. Дозор свистнул. Его челюсти разжались. Шмякнув собакой о кочку, точно молотком, тварь вновь вытянулась и полезла ей в пасть. Подлетевший Митяй наподдал в самый центр аморфного пришельечьего тела сапогом, точно по футбольному мячу. Чудище отбросило в сторону.

Лесник поднял окровавленного пса и побежал с ним, оступаясь, проваливаясь в мягкий торф, задевая кочки. Проступили первые деревья. Сзади, стремительно приближаясь, шлепало. Митяй обернулся. Шарообразный инопланетянин, перебрасывая вперед щупальца, осклизлым серым колесом катился за ним, набирая скорость. Вокруг монстра оживали и цвели болотные растения. Опять начало накатывать возбуждение. Вдруг нога увязла в яме. Митяй еле успел вытянуть руки, чтобы не шлепнутся на Дозора, и растянулся по влажному мху.

На спину ему навалились. Дотянувшись до ствола корейской сосны и срывая с нее чешуйки коры, лесник кое-как подтянулся, выволок чудище за собой.

То без труда перевернуло его многочисленными конечностями и сунуло их ему в рот. Гигантским слизнем оно лезло внутрь. От вкуса сгнивших яиц и сельди выворачивало. Дыхание перекрыло. Слепо шаря вокруг в поисках спасения, Митяй нащупал взявшийся из неоткуда кирпич, подтянул его и, схватив одной рукой, начал колотить по своему лицу, которое облепила тварь. Та, внезапно расслабившись, выскользнула наружу. Сблеванувший Митяй прижал ее свободной рукой к земле, принялся лупить найденным кирпичом. Не издавая ни звука, инопланетянин обреченно извивался, испуская под слизью то тут, то там разноцветные всполохи. Казалось, под разваливающимся от ударов склизким слоем скрывалась новогодняя гирлянда. Только тут до лесника дошло, что ему посчастливилось наткнутся на брикетированную соль-лизунец, оставленную в тайге для оленей.

Внешняя липкая оболочка пришельца, по-видимому, служившая ему чем-то вроде защитного биологического скафандра, распадалась от соли, как тела земных слизней. А сам пришелец погибал от кислорода.

Митяй продолжал колошматить чудовище, пока лизунец окончательно не рассыпался. Инопланетная тварь сдохла, а туман вокруг внезапно развеялся, явив леснику никуда не девшуюся ночь. Напущенная монстрами мгла обманывала его все это время. В вышине между деревьями над заповедником горела луна.

Кое-как поднявшись, Митяй сплюнул горькую слюну и подошел к раненому псу. Дыра в животе получилась сквозной, но не сильно кровоточила – каким-то чудом щупальце не задело органы. Дозор даже сам начал вылизываться.

Лесник подобрал нож, срезал рукав с куртки. Обернул им не сопротивлявшегося пса и завязал потуже.

– Подожди тут, дружище, – попросил Митяй.

Сам бросился назад к мочажине, забрал ружье с болотоступами. Продев в них сапоги, добрался до рюкзака, в котором лежала аптечка. На обратном пути наткнулся на тело первого пришельца. Задумался. Ведь с трупом что-то нужно было делать. Даже убийство человека в тайге так просто не утаишь, а тут нечто из более развитого инопланетного мира. Вдруг пришельцы хватятся пропавших товарищей?

Поколебавшись, Митяй присел на колено и вонзил в тело нож. Оно поддалось, точно кусок хорошей говядины. Внутри существо оказалось полым, как баскетбольный мяч. Не попалось ни костей, ни хрящей, ни даже органов – одни сплошные мышцы с беловатыми прожилками, ни то жиром, ни то нервными волокнами. Быстро разделав инопланетянина, Митяй сложил его в чехол от болотоступов. После этого отыскал GPS-ошейник растерзанного тигра и пошел обратно к Дозору.

По пути он задержался у края мочажины, прислушиваясь к трясине. Лесник опасался, что инопланетный звездолет заведется и всплывет, но, похоже, аппарату уже настал кирдык. Иначе бы тот второй пришелец так не разъярился.

Сменив импровизированную повязку Дозора на бинты, Митяй разрезал на части второго внеземного гостя и отправил его к собрату. На всякий случай, чтобы предотвратить возможную регенерацию, засыпал куски обломками лизунца, затем хорошенько перемешал. Туго набитый чехол по ощущениям тянул килограммов на десять. Подвязав его к рюкзаку, лесник отключил передатчик оставшегося от погибшего тигра ошейника и достал рацию.

– Говорит Полунский, прием, – вызвал он. – Ответьте.

– Да, Дмитрий, слушаю, прием, – отозвалась Ольга. – Похоже, и впрямь был какой-то сбой, сигналы перестали стремиться к болотам. А вам удалось что-то найти?

Митяй поглядел на раздувшийся от инопланетного мяса непромокаемый мешок. Оставлять его в заповеднике, на месте расправы над пришельцами, казалось слишком рискованно. Его следовало отвезти куда-нибудь подальше и закопать.

– Куда там, – протянул он. – По координатам ничего не нашел, даже следов тигров.

Да и что тигру делать на болоте-то?

– Спасибо вам, Дмитрий, простите, что отвлекла от фотоловушек.

– До связи.

Отключив рацию, Митяй собрал снаряжение и, подняв на руки Дозора, поплелся к Кордону Благодатный. Освободившийся от неземного присутствия заповедник вновь наполнился звуками жизни, но леснику все чудилось это преследующее склизкое шлепанье смертоносных щупалец. Он опасался, что гостей в погребенном на болоте НЛО прилетело не два, а больше, однако успокаивал себя тем, что животных теперь никто к себе не призывал, неестественно ослепительный туман исчез, а сам Митяй уже не наблюдал аномального поведения растений. Все пришло в норму. Вместо цветов изредка попадались грибы – изогнутая мокруха войлочная и губчатый гериций ежовиковый.

Подгоняемый тревожными картинами, возникающими в воображении, Митяй не заметил, как добрался до Кордона и ввалился в лесничий домик. Силы покинули его на пути к кровати. Лесник рухнул на пол прямо посреди коридора.

Однако очнулся он уже в постели. Приподнявшись на скрипящем матраце, Митяй сбросил плед, обнаружив на себе перепачканную одежду с оторванным рукавом. Сапоги только с него заботливо стянули и оставили на полу.

Смазанный оконным стеклом лунный свет падал на пристроившиеся у выхода рюкзак и ружье. Некоторое время Митяй глядел на них, пытаясь сообразить, действительно ли с ним приключилось то, что он помнил, или все происходило как-то иначе. Только ткнувшийся влажным носом ему в ладонь Дозор оторвал его от размышлений.

Позволив почесать себя за ухом, пёс вернулся на свою лежанку под кроватью.

На улице рассмеялась компания, и лесник осознал, что, судя по всему, проспал целый день, а туристов вместо него пришлось встречать Жоре.

Обувшись, Митяй выбрался навстречу ночной прохладе и обогнул постройку, выходя на площадку между ней и гостевым домиком. Лавки вокруг костра занимала группа где-то человек из десяти. Их развлекал крутящийся у мангала Жора. Доносился приятный, чуть сладковатый запах шашлыка.

– О, а вот и Митяй! – заметил его Жора. – Проспался-таки, давай к нам!

Склонившись к пламени костра и повертев шампур для проверки на готовность, он протянул его Митяю. Приняв мясо, лесник поздоровался с туристами, отыскал свободное место на краю лавочки. Присел. Все с удовольствием ели шашлык, переговариваясь о всякой чепухе.

– Это же вы мариновали? – спросил кучерявый парень у Митяя.

– Чего? – не понял тот.

– Шышлу, – пояснил собеседник, отправляя в рот румяный кусочек. – Что за маринад?

Неприятная догадка пришла к Митяю. Он взглянул на Жору. Тот вынимал кусочки мяса из чехла для болотоступов и нанизывал на блестящий шампур.

– Да вот, решил пожарить ребятам твою заготовку, – улыбнулся тот. – Без холодильника ведь пропадет.

– Это какая-то птица? – спросила сидевшая слева от Митяя девушка.

Она сняла с шампура кусочек и с удовольствием оторвала от него половину зубами.

– Как оно тает во рту! – охнула туристка. – Бомбяо!..

– Это… Редкая дичь, – нашелся с ответом Митяй. – Ешьте, ребята, пока горячее.

Он передал свою порцию в потянувшиеся к нему из темноты руки.

– Вкус – просто космос! – нахваливали туристы. – Тут есть кориандр?

Митяй приметил возле костра термос и понюхал его содержимое. Оказался кофе. Наполнив крышку, он отошел в сторону, поближе к соснам. Игравший в ветвях деревьев осенний ветер вместе с ароматом жареного мяса уносил в бесконечность страшную тайну лесника. Сделав продолжительный глоток кофе, он запрокинул голову. Таежную тьму над деревьями пронзало ледяное мерцание далеких безмолвных звезд, ставших свидетелем встречи Митяя с гостями из неизведанного космоса. Безоблачное небо оставалось спокойным.