Кошмар в библиотеке

Глава 1

Есть здесь один тёмный подвал. Лестница его бесконечна. Мне доводилось спускаться по ней множество раз, но уже и не вспомню когда я по ней поднимался.

В этом подвале таятся мириады древних книг. Я находил здесь записки алхимиков, скрытые от глаз читателей, недалеко от записок лежал старый, истрёпанный некрономикон и какое-то письмо на латыни (заляпанное пятнами, возможно, что и кровью) пожелтевшее от времени.

Но ничто не занимало моё внимание так, как один средневековый бестиарий. Обложка его, погрызенная крысами отнюдь не отталкивала, а напротив – манила ещё больше. Коричневые, иссохшие страницы, пропахшие воском, чернилами и временем, своим шорохом были не менее красноречивы, чем тексты, таящиеся в них. К своему несчастью, читать в рабочее время бестиарий я, конечно же, не мог. Унести домой особо ценные книги, а древние таковыми и являются, не предоставляется возможным. Украсть — кощунство! Здесь я спешу заметить, что работаю библиотекарем и потому столь трепетное отношение к книгам и библиотечному фонду у меня в крови. А потому, я должен был найти способ изучить бестиарий так, чтобы это не шло в разрез с моей, можно сказать, религией. Я придумал как обманным путём я мог оставаться на ночь в библиотеке. Я делал вид, что ухожу первым, а сам незаметно проникал в так манящий меня подвал.

Я проводил здесь ночи напролёт за изучением рукописей о неизвестных науке чудовищах. Кто ты гигантское нечто? То ли паук, то ли осьминог, вроде бы сухопутный, а вроде не очень. Впрочем, конечности его, что не были явно паучьими, больше напоминали гигантских червей, но по-паучьи – пушистых. И я задавался вопросом - откуда могло взяться это чудовище? Дело ли это рук безумного гения, странный эксперимент или мутант, созданный самой природой? А может и правда боги когда-то решили покарать человечество и при помощи подобных чудовищ стереть с лица земли, всё что могло бы напоминать о людях и их не менее чудовищных грехах, нажитых и приумноженных за тысячелетия нашего бренного существования...

Этот арахноверм почему-то интересовал меня больше других, хоть и не менее мерзких тварей. Я пытался найти аналоги ему в других культурах. Что-то похожее встречал у японцев, но всё же их монстры были далеки от того, что я нашёл в библиотечном бестиарии.

Шли дни. Я искал ответы. И мне казалось, что чем ближе я подбираюсь к разгадке, тем дальше отдаляюсь от неё. Я, кажется, перестал общаться с коллегами. Все мои мысли были заняты арахновермом. Я слышал как кто-то шептался: «он стал странным, не знаю что происходит, но кажется я перестаю его узнавать». Хотя, я давно не смотрел на себя в зеркало, и, кажется уже не помню, когда последний раз менял рубашку, не думаю, что сказанное относилось ко мне.

В конце очередного рабочего дня, я привычно провернул уже так хорошо изученный трюк — ушёл первым и незаметно прокрался в подвал, к рукописям и бестиариям, что так преданно ждали меня.

Я пытался определить их автора. Сопоставлял возможные даты и события. Изучал все исторические справочники и тайные альманахи. Мои поиски привели меня к Иринею Ф., алхимику, больше известного за попытки разгадать тайну философского камня. Пока мне удалось узнать, что он был приговорён к смертной казни через сожжение, но таинственным образом исчез. Ответ на вопрос, за какие злодеяния алхимика, поиски которого были направлены на служение королевскому двору, ждал костёр, ни справочники, ни альманахи не давали.

Я вспомнил про письмо, заляпанное кровью. Кажется, оно было подписано Ф. Я пошёл, чтобы его взять, как вдруг из глубин книгохранилища послышался странный шорох. Я оглянулся - никого не было. Хотя, этот шорох и имел, как будто бы инородное происхождение, ещё не знакомое моему уху, я уверен, что это была всего лишь мышь. Но не смотря на эту уверенность, по спине моей пробежала лёгкая дрожь.

Письмо лежало там, где я его и оставил. Это могло свидетельствовать лишь о том, что кроме меня в хранилище никто больше не спускается. Что не могло не радовать – никто не догадается о моих поисках. Я взял в руки письмо, уставился в текст, пытаясь понять, что в нём написано. Хотя латынь я знал, и прочесть письмо для меня не составляло труда, смысл его я не уловил. Казалось, будто это какая-то неразбериха. По строчкам, после каждой фразы прыгали слова venit и vigilantibus. Это было похоже на какой-то призыв. «Возможно, — думал я — Ириней призывал кого-то. Но кого? Может это и послужило причиной его казни?». Это была абсолютно новая идея для меня. Я хотел продолжать поиски именно в этом направлении, однако, сам не заметил, как силы покинули меня и я уснул. О том, что это был сон, я понял не сразу. Я погрузился в какой-то таинственный мир, реальность которого была на столько расплывчатой, что я мог бы предположить, что дело происходит под водой, или это я один под водой, а всё остальное находится в своём обычном существовании. Мои движения были тяжелы так, словно я пробирался через невидимую сферу и каждый шаг я буквально отвоёвывал у невидимой массы, затрудняющей мой путь. Звуки тоже были искажены, казалось будто всё доносится до моих ушей через какой-то старый радиоприёмник как вроде утопленный, но ещё сохранивший остатки волны, да и то не на долго. Сначала я брёл по лесу, тёмному и мрачному. Кроны деревьев практически не пропускали свет, и я с трудом мог разобрать куда идти. Я спотыкался, падал, хватался за деревья, ветки которых хлестали меня по лицу, словно не хотели, чтобы я шел дальше. Но я не останавливался и продолжал свой не лёгкий путь. Через какое-то время послышался голос, сказанные им слова я едва мог разобрать, впрочем, я не уверен, что понял именно то, что понял. Тем не менее я оглянулся на звук и в тот же миг очутился в темнице средневекового английского замка. Было сыро, пахло плесенью. И снова темно. И снова холодно. В отдалённом углу послышался чей-то голос, я пошел ему навстречу. То сидел человек, разглядеть я его не мог, но почему-то догадался, что это был Ириней. Согнувшись так, будто прячется от всего мира, он шептал какие-то заклинания. «Ириней?» - я попробовал его отвлечь, но тщетно. «Ириней? Это действительно ты? Поговори со мной, я хочу знать...» в это мгновение Ириней обернулся, глядя прямо в мою сторону. Взгляд его был безумен и отстранён, он вроде бы глядел не на меня, а через меня, так будто видел насквозь мою душу или даже глубже неё: «Ты же, мой друг, - сказал вдруг алхимик - отправляешься со мной». Я замер и побледнел. С одной стороны, мне было интересно куда мы можем отправиться с Иринеем, но в тоже время я боялся. Боялся того, что это путешествие в конечном итоге может принести больше бед, чем я мог бы предположить. Я хотел было справиться о нашем дальнейшим пути и как мы выберемся из темницы замка, но не успел. Я почувствовал тяжелое дыхание сзади, в шею. И липкая гнусь вдруг плавно спустилась мне на плечо, растекаясь по всему телу. Неизвестного происхождения слизь, кисловато-тухлого запаха не вызывала ничего, кроме омерзения. Собравшись с духом, я всё же обернулся. В богомерзкой твари выше роста человеческого, нависшей надо мной, я узнал арахноверма, которого уже видел в бестиарии. С его клыков капали тягучие, липкие словно паутина, слюни, огромных размеров хелицеры вот-вот были готовы выпустить яд, а вместо педипальп извивались змеиподобные черви. В ужасе я отпрыгнул в угол темницы, где, кажется, только что приговаривал свои заклинания алхимик. Страх, паника и дрожь охватили меня и я машинально закрыл глаза руками, а когда открыл — в темнице не было уже ни алхимика, ни ужасного чудовища. Только вонь этой гнусной твари.

Послышались шаги. В камеру вошли инквизиторы. Они пришли за Иринеем. И я не знаю, что могло быть дальше со мной, увидь они меня в этой камере. Ужас, охвативший меня, был гораздо сильнее того, что я испытал при встрече с арахновермом. Я почувствовал сильный толчок в спину и в тот же миг проснулся в холодном поту, в книгохранилище родной библиотеки. В ту ночь я понял, что монстра создал алхимик. Но как и зачем? И никаких документов, свидетельствовавших об этом ни в одной библиотеке не было.

День прошел незаметно. И я даже не осознал, как снова оказался в книгохранилище. Я знал только одно — я должен снова прочесть то письмо. Именно так я смогу приблизиться к разгадке неведанного чудища. Я читал письмо, но ничего не происходило. Мне не хотелось спать. И никакие другие миры меня больше не окутывали. Я не чувствовал ровным счетом ничего. С какой бы сосредоточенностью, с каким бы остервенением я бы ни читал письмо — ничего не происходило. Я знал, что теперь уже нельзя сдаваться. Теперь уже точно, совершенно точно, я не уйду из хранилища, пока не разберусь. Быть может это письмо имеет свойство одноразового использования. Но тогда в хранилище должны быть и другие. Я искал. Так шли дни. И я не помню сколько уже просидел здесь. Вокруг меня росли горы книг, на страницах которых я находил подсказки, пометки карандашом. Собранные по крупицам данные, я фиксировал в своём блокноте. Но пока этого было ещё недостаточно.

***

Российская газета. Криминальные новости. 26 апреля 2018г.

Кошмар в библиотеке В подвале книгохранилища были найдены обглоданные кости библиотекаря. Причину смерти экспертизе установить не удалось.

***

Я по-прежнему работаю над загадкой арахноверма. Впрочем, он больше меня не страшит. Он каждый день, здесь со мной, в книгохранилище. Я слышу, как он ходит. И чувствую как подходит ко мне, заботливо кладёт мне лапки на плечи, обвивает червиподобными педипальпами, прижимает пушистую голову к моей, смотрит в текст бестиария своими паучьими глазками и что-то выскрипывает своими клыками, словно пытается подсказать, что я уже близок к разгадке.

Я почти нашел все ответы.