коридор с жёлтыми стенами

Глава 1

Лампочка одиноко моргала под потолком. Бро протёр глаза и осмотрел помещение. Он лежал на койке в четырёх стенах. Стены этой маленькой комнаты были окрашены в бледный жёлтый цвет.

Рядом, чуть позже, проснулся второй человек, с которым Белый не был знаком.

— А? Где я? — он вскочил с такой же койки, моментально проснулся.

Подбежав к окну, он прислонился к стеклу и его даже начало трясти от страха. Он посмотрел на свои руки, будто пытался осознать в сознании ли он вообще.

В лёгком шоке Белый тоже встал с кровати. Белый. Эта фамилия была единственной информацией о себе, что ему удалось вспомнить. Испуганный второстепенный чел отвернулся от окна и взглянул на Белого.

— А ты, ты кто такой? Какого хуя тут решётки на окнах?!

Белый попытался прийти в себя, но не мог. Он тоже не слабо был ошарашен этой ситуацией. Немного посидев, он провтыкал в одну точку на полу и продолжил осматривать помещение.

За окном было темно. Хотя часы на стене показывали полдень. У Белого в голове не укладывалось абсолютно ничего.

— Мать твою! — воскликнул Второстепенный.

— Что?

— Посмотри в угол...

В уголке аккуратненько распологался скелет человека. В руках того распологался ломик, а возле ног валялась пачка семечек.

Оба переглянулись. Белый тихонько подошёл к умершему и поднял пачку с пола. Та оказалась пустой. На самой же пачке, как на сигаретах была стрёмная картинка слепого глаза.

— Слепота. — прочитал он.

Возле подоконника между кроватями распологался маленький столик, на котором валялась небольшая кучка из точно таких же пачек. Второстепенный взял одну из них и проверил. Полная, не вскрытая. Он присел на койку и начал потихоньку успокаиваться.

— Какие-то странные... И зачем это всё?

Параллельно он поглядывал на тот же скелет. Он был так напуган, что будто бы и не мог не поглядывать. Скелет как будто бы даже смотрел на него в ответ. Второстепенный сидел на койке и мял в руках эту пачку семечек, пока Белый продолжал анализировать ситуацию.

— Смотри, — говорил тот. — тот, кто лежит в углу, походу уже пытался выбраться. Вон, царапины на двери.

А входная дверь и вправду вся была в царапинах. Белый дёрнул разок другой за ручку, но дверь не поддавалась. Тогда он взял ломик из рук скелета. Он вдолбил его под дверной косяк и, как рычагом, всё таки отпёр. Деревянная зашарпанная дверь открылась.

Белый с ломиком в руках аккуратно начал выглядывать наружу. Второстепенный со страхом смотрел на это всё, а потом испугался ещё больше, посмотрев на удивлённую реакцию Белого. Ломик выпал из рук.

— Ну что там?

— Там...

Белый завалился обратно, присел на пол возле двери и взялся за голову.

Снаружи его встретило нечто ещё более странное. Эта дверь вела в коридор. И ладно бы это был обычный коридор, но нет. Его такие же жёлтые стены уходили так далеко в даль, что вызывали головокружение. В коридоре том не было никаких дверей. Лишь редкие слабые лампочки провожали уходящий взгляд.

— Посмотри сам лучше.

Второстепенный медленно не хотя подошёл к выходу и со страхом высунул голову. И сразу же отбежал обратно. Он закричал от ужаса и вжался в койку. Начал паниковать и переживать.

— Нет, нет, нет, мне это всё снится. Да ну нет же, не может такого быть.

Он ударил себя по голове.

— Блять! А что, что делать? Как я здесь оказался?

А Белый и сам то не хотел уже соображать. Долгие жёлтые стены ещё сильнее повергли его в шок.

Однако спустя какое-то время он пришёл в себя и всё таки решился выйти снова. Он тихо шагнул за дверь и застопорился.

— Там... там в дали свет какой-то. Но это очень далеко, будто сквозь дым его вижу.

— Какой к чёрту дым?

— Не знаю, просто посмотри ещё раз.

Второстепенный остался сидеть на койке. В руках он всё так же сжимал пачку семечек.

Посмотрев на него, Белый чуть прикрыл дверь с другой стороны. На двери этой белым мелом неаккуратно был написан номер двадцать три...

— Номер... Значит это не единственная комната. Но как же? Сколько в даль не смотрю, других дверей не вижу.

Белый переглянулся с Второстепенным и закрыл дверь окончательно.

— Я сейчас.

Свет всё так же мерцал в дали. Белого что-то тянуло к нему. Наконец, отпустив двадцать третью комнату, он решил понемногу идти вперёд. Он медленно шагал, а стены вокруг будто бы давили на него.

Он шёл относительно долго и неизвестно что придавало ему сил продолжать. Он просто видел свет впереди и надеялся, что когда-нибудь этот коридор всё таки закончится. Он шёл всё дальше, а дым впереди потихоньку рассеивался, но не пропадал полностью. Мешал увидеть конец. Как густой туман.

— Да неужели.

Со временем ноги его в конец устали, но надежда снова начала расти, как только впереди он увидел, чёрт возьми, ещё одну дверь. Немного совсем оставалось, он всё таки дошёл до туда.

Но вот... открыть её у него не получилось. Дверь снова не поддавалась

— Ломик... сука!

В отчаянии Белый упал на пол под дверью и долго сидел, пытаясь переварить случившееся. Уставившись на дверь, он прочитал номер. На сей раз там было число шестьдесят четыре.

Он долго думал, но вариантов, кроме как вернуться обратно у него не оставалось. Его следующим решением стало прийти сюда вновь и открыть эту дверь уже с подмогой.

Спустя время он вернулся, ноги уже совсем подкашивались. Белый отворил уже знакомую ему дверь.

— Наконец-то!

Второстепенный видел Белого второй раз за всю жизнь да и времени вроде немного прошло, но уже соскучился. Конечно, в этой комнате компанию ему мог составить только скелет.

— Ты где ходил?

— Ну дык... Кхм. Тут одна дорога. кстати, как я заметил, в другой стороне коридора сразу же тупик.

Белый присел рядом с Второстепенным. Тот сидел и щелкал эти странные семечки. Пачка уже почти пустой была, а на столике красовалась горстка шелухи.

— Будешь? — предложил тот. — Я под кроватью нашёл, тут этих пачек ещё много.

Он отсыпал Белому немного семечек и те продолжили разговор.

— Рассказывай. Что там впереди?

— Я вот почти сразу как вышел впереди увидел какой-то белый свет. Думаю, скорее всего это выход, до него просто надо дойти. Но идти долго... Очень даже. Сколько я ходил, а источник света как будто даже и не приблизился.

— Часа два прошло, блин, пока ты ходил.

Белый удивился и случайно поперхнулся кожуркой.

— Сколько? — выплюнул он. — Сука, всё ещё хуже. Но радует одно.

— Чё?

— Это не единственная комната. Впереди я наткнулся на ещё одну такую же дверь, но открыть её не получилось.

Второстепенный опустил взгляд и вздохнул.

— В общем, у меня к тебе предложение...

— Какое?

— Я могу отдохнуть и в следующий раз мы сходим туда вместе. Я возьму с собой ломик и как-нибудь всё таки попробуем открыть.

Второстепенный посмотрел на Белого и сначала задумался.

— Я не знаю... Ты уверен, что там впереди есть свет?

— У нас просто нет других вариантов...

И с натяжкой тот согласился. Порядочно времени прошло. Снаружи, за окном, всегда было темно и время суток приходилось определять только по часам. В любом случае, ничего не мешало им захотеть поспать. Так и вышло. Уставший Белый быстро задремал, а посмотрев на это, Второстепенный выключил свет. Затем и сам прикемарил.

Когда он открыл глаза, на часах было около девяти вечера. Темнота всё так же заполняла собой комнату. Второстепенный сматерился, когда в темноте снова посмотрел на их костлявого соседа по комнате.

Он поднялся с койки и включил свет. Белый ещё спал. Второстепенного нагнетала гробовая тишина.

В плохом настроении он присел на койку и взял новую пачку семечек.

— Опять...

Весь день вчера он надеялся, что это всё просто страшный сон, который закончится, как только он откроет глаза. Но всё оказалось вполне настоящим, он всё ещё находился в этих четырёх стенах. Засмотревшись на спящего Белого, он и сам не заметил как открыл пачку. Начал судорожно щёлкать семки, пытаясь успокоить себя. Он хотел уйти отсюда, плохо ему здесь было. Но и в коридор его совсем не тянуло...

Тем временем проснулся и Белый. Его глаза не сковывал сон, даже выспаться удалось. И хотя Белый уже более-менее привык к обстановке, такая вот реальность после сна его тоже огорчила. В голове у себя он тоже много прокручивал мысль о том, что всё это просто сон. Он присел на край койки. В мыслях было только одно - уйти отсюда.

Он подошёл к своему соседу и решил сначала немного пощелкать семки вместе с ним. Прошло примерно полчаса пока оба не пришли в себя.

— Ну так чё, идём? — спросил Белый.

— Идём.

Второстепенный очень неуверенно, но всё таки вышел из комнаты. Посмотрев в этот будто бы бесконечный коридор, он прижался к двери. Ему тут же захотелось вернуться и продолжить щелкать семечки сидя на старой койке.

— Пошли давай.

Второстепенный шмыгнул носом. Не хотя он пошёл вперёд. Он наступал медленно, будто шёл вслепую. Будто, пройди он лишний шаг, и двадцать третья захлопнется навсегда. И семечек он больше не увидит, будет вынужден скитаться по коридору голодным.

И эта прогулка оказалась ещё более долгой. Уже прошло около полутора часа, когда они добрались до следующей двери. Как и в Белом, во Второстепенном проснулся энтузиазм, когда он увидел, что в коридоре есть что-то ещё кроме жёлтых стен.

И вот, наконец, после второй попытки у них получилось отпереть шестьдесят четвёртую. Белый взялся за ручку двери, Второстепенный ухватился следом и уже вдвоём они смогли.

Правда вот Второстепенный после этого снова сильно испугался. Из открытой двери тут же вывалился ещё один скелет и упал прямо ему в ноги.

— Мать твою!

Череп медленно перекатился к другой стене коридора, а Второстепенный отпрыгнул, присел и прижался к стенке.

Белый переступил через нового помершего знакомого и вошёл внутрь. Включив свет, он начал осматривать комнату. И, как оказалось, она почти ничем не отличалась от двадцать третьей. Но ситуация здесь обстояла ещё хуже.

На койке лежал ещё один скелет, кругом были разбросаны кожурки от семечек и пустые пачки. Заглянувший Второстепенный огорчился.

— Есть чё? Может быть ещё семки.

Белый только помотал головой. Он присел на койку рядом со скелетом и уставился в пол. Всё оказалось чуть ли не зря.

— Ну нахер, — вышел он за дверь. — Я обратно.

— Куда? мы столько шли и всё для того, чтобы ты просто вернулся в двадцать третью?

— Ну блин ну... Я и семечки все там забыл. Да и скелетов тут больше. В двадцать третьей мне спокойней.

— Тебе обратно столько же идти, ты вспомни сколько времени прошло. И всё в пустую.

Второстепенный стоял на входе и топтался на месте. Он пытался найти слова, но, осознав правоту Белого, смог лишь тихо уйти. Он опустил глаза и пустился в бег.

Белый выбежал вслед за ним, но остановился. После всего этого у него не оставалось сил бросить всё. А ведь он хотел... Но в итоге только проводил взглядом.

Этот поступок слегка так сбил его столку. Белый пытался понять действительно ли бро хотел уйти. Или его волновало что-то другое? На тот момент ему хотелось только материться. Единственный собеседник и тот свалил к хуям.

Белый осмотрел комнату ещё раз и закрыл за собой дверь. Не смотря на усталость, он решил отправиться дальше. Ведь свет в конце коридора всё так же притягивал его. К тому же теперь появилась надежда на то, что он наткнётся на ещё одну комнату.

Бросив опустевшую комнату, он отправился дальше по коридору. Жёлтые стены всё так же давили на него, словно хотели выдавить отсюда. Дым в дали продолжал отступать, а лампочки освещали этот единственный путь.

Прошло уже около трёх часов, как он продолжал идти. Почти отчаялся, но в конце концов снова увидел дверь. Вот-вот он уже к ней подошёл и так знатно прихуел, когда посмотрел на неё уставшими глазами. Но всё таки выдохнул с большим облегчением. По началу ему показалось, что он пришёл к той же шестьдесят четвёртой. но потом разглядел, что это был шестьдесят второй номер.

— Сука... Да неужели, снова повезло.

А на двери висел замок. Но белый нашёл в себе силы улыбнуться, ведь все эти три часа он нёс с собой верный ломик, который нёс не зря...

С момента ухода из двадцать третьей в целом прошло шесть часов... Белый возвращался в неё с хорошей новостью. Пускай Второстепенный поступил не очень, но ему было чем и даже хотелось его порадовать.

Он открыл расцарапанную дверь и увидел на полу ещё несколько пустых пачек от семок. Полных у него, видимо, не осталось. Повсюду валялись кожурки, а сам Второстепенный спал сидя возле кровати.

— А? — проснулся он, когда белый принялся трясти его.

— Вставай.

Второстепенный оглянулся по сторонам, вскочил на ноги и, пожав руку, обнял Белого.

— Извиняй, я не знаю что на меня нашло. Давай уйдём, я не могу здесь больше находиться...

— Слушай, у меня хорошие новости.

— Что? Ты нашёл ещё одну комнату, да?

Белый присел на койку. И та тоже вся была в кожурках.

— Да. Я нашёл там ещё больше запасов, но унести это всё в одиночку я не смог бы. Тут и так и сяк без тебя никак.

Глаза Второстепенного загорелись, он обрадовался.

— Семечки? Хорошо, пошли. Я уже не могу смотреть на этот скелет, мне здесь хреново...

— Подожди, — перебил Белый. — Мне нужно выспаться. Это ты тут сидел всё время, а я на ногах весь день. Или ночь..?

— Хорошо, хорошо. Но только, как поспишь, давай уже свалим, пожалуйста.

После такого похода Белый повалился на свою койку и восемь часов сна пролетели незаметно.

И вот они шли к новой комнате. Белый всё рассказывал про свет в конце. Смотреть то особо было не на что... Второстепенный всё жаловался на усталость в ногах и на голод.

Еле живым Второстепенный всё таки добрался до шестьдесят второй. Уже на половине пути он волочился хвостом, а под конец чуть ли не падал. Возможно только предвкушение и давало ему силы. Белый открыл перед ним дверь и тот с нетерпением завалился в комнату.

Глаза Второстепенного загорелись ещё сильнее. На двери не было ни царапины. Никаких скелетов не лежало на койках, а весь стол был уставлен пакетами.

— Вот, — сказал Белый. — Смотри.

Второстепенный подбежал к столику и принялся копаться в пакетах. Его руки тряслись от счастья, когда он взял в руки очередную пачку семечек. К тому же, помимо семок там стояли бутылки с водой. Второстепенный тут же взял все шесть пакетов, прихватил бутылки и незамедлительно отправился на выход...

— Стой. — остановил его Белый Второстепенного. — Ты куда?

Тот медленно развернулся с растерянным взглядом. Он сглотнул слюну.

— В двадцать третью...

— Но зачем? Какой смысл туда возвращаться? Ты же сам говорил, что там тебе хреново. И скелет этот ебучий...

— Ну ничего, — ответил Второстепенный. — вышвырну я его из комнаты и всё. У меня... У нас теперь всё есть и мы можем вернуться в родную комнату.

Белый присел на койку.

— Мы шли сюда шесть часов...

— Н-ну... ну и что, чем наша комната хуже? Прибраться только немножко и всё.

— Вот так легко ты уйдёшь? Ты только что чуть ли не умирал пока мы сюда добирались. Ты вообще видишь что ты творишь?

— Вижу... Вижу, я всё ясно вижу. Я вижу как хорошо мы сможем провести время. Смотри сколько у нас семечек, этого на долго хватит. К тому же ты и сам говорил, что мы вернёмся.

Белый окончательно перестал что либо понимать. Он мусолил в руках этот ёбаный ломик и пытался переварить то, что сейчас ему выдал Второстепенный.

— Я понимаю... Но зачем?

— Вот да, — перебил Второстепенный. — Зачем здесь оставаться, я уже и к той комнате привык.

— Знаешь что? Иди. А я остаюсь здесь, я устал и мне всё равно.

А тот долго и не думал. И... Блять, он ушёл с пакетами. Снова отправился обратно с полными силами. Но откуда тем было взяться? И откуда вообще здесь было взяться здравому смыслу..?

— Стой! — крикнул Белый. — Ладно, уговорил.

— Другое дело. Вернёмся и отдохнёшь ещё лучше.

День четвёртый, судя по часам. За окном круглые сутки было темно. Белый проснулся в двадцать третьей комнате. Поднявшись с койки, он вялой рукой открутил крышку бутылки и начал пить. В горле пересохло.

Опять же судя по часам, вернулись они поздно. Пакеты с семечками остались стоять у порога двери. И Белый, и Второстепенный. Оба они мёртво упали каждый на свою койку и оба два проспали по десять часов.

Как же сильно у Белого болели ноги. Он вышел в коридор и снова посмотрел на манящий свет. Дым впереди снова всё собой закрыл. Раньше он пугал неизвестностью того, что в нём может скрываться. Но теперь Белый знал, что ничего страшного там нет. Просто был уверен в том, что рано или поздно дойдёт до конца. Но стоило ли оно того, если бы рядом никого не было? Белый посмотрел на сонного Второстепенного, который только-только приоткрыл глаза.

— Э, ты куда?

— Да так я, просто засмотрелся.

Второстепенный сел на койку и начал протирать глаза. Он зевнул от всей души и потянулся.

— Ай, да ничего интересного...

— Знаешь, — ответил Белый. — рано или поздно мы дойдём до туда. Может даже сегодня...

— Ты сдурел что ли? Сядь-ка лучше посиди. Вместе семки пощелкаем. Прихвати, вон, рядом стоят.

Белый взял пачку из пакета, подошёл медленно и сел рядом на скрипучую кровать. Помусолил в руках эту пачку, снова взглянул на картинку слепого глаза на ней.

— Вот тебя прикалывает это жрать... Тебе не кажется, что они какие-то странные?

— Ну а что мне остаётся делать в этих четырёх стенах?

— Попробовать уйти, как вариант.

— Куда? Перебраться в очередную такую же комнатку? Да ничего большего там нет.

Белый задумался.

— А как же тот свет в конце..?

Второстепенный промолчал и принялся щелкать семечки. Атмосфера в комнате стала чуть напряжней.

— Свет, не свет... Ты бы хоть обо мне подумал. Что тебе, в нашей комнате света мало?

Второстепенный показал рукой на скелет.

— Ты пока там ходишь где-то, — говорил он. — я тут с Ромчиком в гляделки играю и проигрываю.

Взгляд Белого переметнулся на скелет в углу. Тот всё так же сидел и молчал. Белый помолчал и, снова посмотрев на Второстепенного, кивнул с пониманием. Он сунул руку в пачку и достал семечку. Одна семечка за другой, приходило спокойствие...

Весь день они просидели так с разговорами. Потом спать легли и снова тёмное утро наступило.

Белого всё таки малость подзаебала эта темнота за окном. Жёлтый свет лампочки будто бы уже выжигал глаза. Стены жёлтые напрягали с каждым днём всё сильнее. После часа раздумий Белый решил снова отправиться в путь. Он прихватил с собой ломик и снова пошёл вперёд, оставив Второстепенного одного в комнате.

И вот прошло около шести часов. Белый прошёл мимо двух новых комнат в надежде наткнуться на ещё одну. Часто на протяжении пути его посещали мысли о том, какой же номер будет написан на следующей двери. Пытался понять почему номера идут не по порядку. Почему новые двери то слева, то справа. То вправо, то влево его водили его подуставшие ноги.

Время шло... Прошло ещё столько же, а новую комнату Белый так и не увидел. Чем дальше, тем опаснее выглядел казалось бы пустой коридор. Со временем Белый начал видеть царапины на стенах. Свет лампочек потихоньку сменился на красный и в этом свете Белому всё чаще на стенах начали мерещиться номера дверей. Сто семь. Восемнадцать, двенадцать. Тысяча триста одиннадцать. Четыреста сорок четыре... Каждый час он останавливался посмотреть на очередной скелет в коридоре. И валялись эти скелеты в такой позе, будто до смерти точно так же стремились к свету в конце... Коридор продолжал вытягиваться, а стены всё так же давили на Белого.

В конце концов, Белый остановился. он поднял с пола человеческий череп, посмотрел на него, когда посмотрел вперёд. Обернулся назад... Его голова раскалывалась от красного моргающего света. И так он уже отчаялся.... Он вернулся обратно и по итогу вышло, что его не было в родной комнате уже целые сутки.

— Да и пофиг... — успокаивал его Второстепенный.

А ответить Белый смог лишь одно.

— Нихуя ты не понимаешь. И не слушаешь меня.

Он уснул с обидой на всё. С обидой на себя. В этот момент он только жалел о том, что пожалел себя. Пусть даже так, у него были силы идти, раз он смог дойти обратно.

Шестой день. Запасы совсем закончились. Ни семечек, ни воды. Комната в дерьмовом состоянии. Белый сидел и понимал, что это конец. Но ему хотелось жить, поэтому надежда в нём ещё осталась. Свет в конце бледного жёлтого коридора... Он оставался чуть ли не единственной вещью, которая интересовала его. Этот свет точно был для него на первом плане, в отличие от второстепенного чувака...

Собравшись с силами, он снова пошёл туда. Вперёд. его ноги всё ещё болели, но кроме как идти вперёд, Белый не видел других вариантов. Числа, царапины, скелеты. Ёбаный красный свет.

Снова прошло двадцать четыре часа, Белый уже давно ничего не ел. Но его радовало, что это были сутки пути только вперёд. Дым будто бы даже сгущался. Проходя через него, Белый весь пропах безнадёжностью.

И вот в одну минуту он пал без сил, но ликовал. Он лежал на полу, смотрел на красную лампочку в потолке. А рядом с ним в стене красовалась ещё одна дверь. С красиво выведенным номерком сорок два.

На этой двери не было никаких замков, да и саму по себе её открыть не составило никакой сложности. Из последних сил Белый вошёл в комнату и радости его не было предела. Свет в комнате не был жёлтым. Он был белым, точно таким же как в конце коридора. И свет этот был не от лампочки. За окном светило солнце... Оно светило настолько ярко, что, если бы Белый посмотрел наружу, то наверняка бы ослеп. Койки в комнате были аккуратно заправлены, пол был чистым. На столике была разложена еда. Нет, в пакетах были далеко не семечки. Мандарины, бананы, яблоки и другие фрукты. Нечто более сытное заполоняло всю площадь стола. По сравнению с предыдущими комнатами, это был рай...

— Двадцать четыре часа пешком. — размышлял Белый. — Просто прямо, не смотря ни на что... Я всё таки смог. Значит смогу снова и снова.

Белый вспомнил про своего соседа и вспомнил про то, в каких условиях он его оставил. Ведь запасов там совсем не было. Тот наверняка умирал с голоду, а тут Белый наедине со всем этим добром...

— Сука.

Белый прилёг отдохнуть. Через пару минут он уснул и провалялся так часов двенадцать. Бодрый и сытый он взял с собой несколько пакетов и отправился обратно в свою двадцать третью, где уже двое суток загибался от голода его сосед...

Теперь красный свет и скелеты по пути Белого не напрягали. Единственным минусом в обратной дороге было лишь то, что свет в конце был за спиной. И возвращаться обратно, кроме как накормить Второстепенного, не было другой мотивации. Хотя Второстепенный и был второстепенным, но он был для Белого уже не самым последним человеком. Не смотря на то, что он из себя представлял, он был единственным, с кем можно было бы поговорить. Белый как никак ценил его.

Он вернулся и вздохнул, посмотрев на номер своей комнаты. Родные царапины на двери. Белый вошёл в комнату и увидел скелет на кровати. Тут же проморгался и понял, что ему померещилось. На кровати лежал его сосед. Вся одежда того была в кожурках от семечек. Кругом эти блядские семечки и только они. Белый бросил ломик на койку и подошёл к соседу с пакетами.

— Вставай! — разбудил его Белый. — Смотри, что я принёс. представляешь? Я смог! Я сделал это, я дошёл до ещё одной комнаты. Ты даже не представляешь где я был и что я там видел.

— Ты семечки принёс..?

— Ну да, тут и они тоже есть. Но не суть, слушай.

Белый дал ему семечки и тот жадно вскрыл пачку. Продолжил щелкать как ни в чём не бывало. Он даже не взглянул на яблоки... А Белый всё рассказывал про сорок вторую комнату.

— Понимаешь? Теперь мы точно должны свалить туда. А оттуда и до конца коридора уж доберёмся!

— Да, да... — ответил Второстепенный. — сейчас дощелкаю и пойдём.

Поставив пакеты на пол, Белый начал расхаживать по комнате. Его охватил энтузиазм, поскорее ему хотелось увести отсюда Второстепенного. Он ощущал себя героем, смотрящим смерти в лицо.

Он сидел и смотрел Ромчику в лицо. А этот скелет с этим именем мог только молчать и уже совсем не пугал его. Дела шли лучше некуда...

До момента пока у Белого в глазах не потемнело...

Он ощутил резкий удар железкой по затылку. Это был Второстепенный... Незаметно он взял с ломик с кровати и вырубил Белого.

Второстепенный оттащил его к батарее и крепко навязал узлы, связав его руки за спиной. Ноги он ему также связал. Прошло какое-то время... Белый начал приходить в себя, но не мог пошевелиться.

Очнувшись, он увидел Второстепенного. Тот ходил из угла в угол. Бормотал про семки, наступая на пустые упаковки. Он увидел как бро проснулся. Подошёл и присел рядом на корточки. Его глаза выглядели такими же помутневшими, как на пачке от семечек.

Белый посмотрел ему в глаза.

— Блять... Так ты ослеп.

— Прости. На самом деле я изначально никогда не видел тот свет в конце коридора...

И до конца дней Белый был обречён слушать нытьё отчаившегося Второстепенного будучи прикованным к батарее...