Когда начнется снегопад...

Вступление.

Я так давно бегу,

что уже не помню от чего.

Мое самое любимое время года – это зима. Пушистые сугробы из тысяч маленьких белых фигурок, неповторимые узоры и мороз, который доберется до самого сердца, остудив его пылкий жар. И если бы мне сказали, что через пару лет я возненавижу сезон снегопадов и безудержного веселья, ничего кроме отрицания никто больше бы не услышал. Я всегда отгоняла мысли о том, что у всего хорошего есть лимит. Ведь таких понятий как хорошо и плохо не существует. Это миф придуманный людьми, для более понятного разъяснения своих мыслей и эмоций. Зато у счастья определенно есть ограничение по времени. Но как продлить или убрать этот лимит я не смогла узнать даже много лет спустя. Перепробовала кучу известных во всем мире способов. И желание на день рождение загадывала, на падающую звезду, кстати, тоже пару раз. Мое безумство дошло до того, что я находила людей с одинаковыми именами. Гуляла под мостом раз 700, а за временем следила постоянно. Даже заведомо зная результат, люди не отказывают себе в маленькой шалости, вроде веры в чудо и я себе в подобном не отказываю. Несмотря на мою ненависть к бесцветным будням, где порой мне даже места не находилось, я продолжала бороться. Последними каплями в чащах моих терпения и желания предстали страшный диагноз под ручки со скорой гибелью. Мое везение меня никогда не подводило так близко к краю. Большего всего меня пугал, тот факт, что жить мне хотелось, очень. Правда, уже было поздно. Мне предложили лечение, которое должно было продлить мою жизнь, хоть и на немного. Ответ вслух произносить не пришлось, пару бумаг сделали это за меня – отказ от госпитализации и др. При выписке врач в форме с мишками дал леденец и посоветовал составить список желаний, а также подумать еще немного о маленьком, но все же шансе. Я пыталась сделать это, но в голове то тысячи мыслей, то не одной. На помощь приходят мессенджеры и поисковые системы в такие моменты. Человек не заинтересованный был бы в таком же шоке, как моя персона – списков желаний, дел и подобной чепухи для умирающих, было очень много. В основном: проводить время с близкими, увидеть мир (путешествовать), завести хобби и научиться чему-то новому. Идея про путешествия по миру мне понравилась больше всего, но по состоянию здоровья была сложно выполнима. Решение пало отправиться к морю, давно там не была, а любила безумно. Необузданность, мощь, сокрушительная сила – малая часть возможного описания природных явлений. Ветер у моря мог успокоить любой шторм в голове. Ясность разума придала, пусть всего на миг, цвета окружающему. Даже смогла представить список, тот самый с целями, делами, про желания тоже не забыла, особенно спонтанные. Но это вовсе не говорит, о тех случаях, когда уходят в полный отрыв. Немного погуляв, вернулась в снятую на недельку квартиру. Уютная однушка, неподалеку от моря. Спальня в теплых тонах, с небольшим шкафом со встроенным зеркалом и огромная двуспальная кровать, на которой была навалена целая горка из разных подушек; ванная комната в голубых тонах с душевой кабинкой, а также встроенным санузлом; еще присутствует зал, где можно при желание разглядеть все оттенки серого, с плазмой, колонками, маленьким журнальным стеклянным столиком и комфортным диваном; кухня собрала все цвета квартиры, несмотря на то что сочеталось это очень гармонично. Жилище олицетворяло свою хозяйку – женщину небольшого роста средних лет, с мелкими рыжими кудряшками, огромными серыми глазами, как пасмурное небо, и теплой улыбкой. Эта квартира меня заинтересовала своим удобным расположение и необыкновенным видом из окна. Ради такой картинки, мне приходится пользоваться лифтом, хотя пешие прогулки мне нравятся больше, но ходить теперь слишком тяжело. Особенно на 17 этаж. Мой недельный отпуск пролетел, а я даже заметить не успела. Впервые я наделала кучу фотографий не достопримечательностей, а себя. Выбрала пару фоток для печати, купила красивые рамки. Перепробовала почти все виды местного алкоголя. Похвасталась в соц.сетях и мессенджерах отличными каникулами. Возвращалась домой, удовлетворенной, с чистым разумом и желание побороться за свою жизнь. Первым делом по приезду записалась на прием к врачу. При встрече он сказал: « Правильный выбор. Давай вместе сделаем все, что в наших силах. И выйдем за рамки возможного». Краткость сестра таланта, что уж сказать. Пусть такие речи меня никогда не впечатляли прежде, да и осталось все также, но было очень приятно услышать даже эти клишированные фразы. Затягивать лечения и госпитализацию не стали. Дали несколько дней подготовить все документы, собрать вещи, настроиться на нужный лад. Сказать, что лечение давалось тяжело, тоже самое, что ничего не сказать. Понимать или запоминать, весь курс лечения желание отпало сразу. Положительно динамики не наблюдалось. Эта белая тюрьма, в которой время застывает, заставляла меня задыхаться. Спасением были прогулки по больничному городку и неподалеку расположенному парку, весьма редкое развлечение в силу моих физических возможностей. Единственный способ определить время и поверить, что оно не остановило свой бег. К концу ноября от девушки, что была на фото в витражной рамке с сияющей улыбкой и горящими глазами, не осталось и следа. Смерть - не то, что, шла по пятам или наступала на пятки, она держала меня на руках над обрывом, к которому меня привела моя собственная удача. Я не могу сказать - злой рок или насмешка судьбы, скорее, случайность с результатом – неутешительным, а может просто неудовлетворяющим меня. Ситуация напрягает, но даже здесь был повод для смеха – раззадоренное эго врачей. Их вид вызывал жалость, слава Богу – они ко мне отношения практически не имели. Все кто возился с моей персоной - имели свою волну, честное слово, эта особенность приносила облегчение. Решимость и желание не покидали мою палату несколько месяцев, однако, их время было заранее определенно, без моего ведома и согласия. Меня истощало ощущение пустоты, тихонько подъедающее изнутри. В моей голове тоже было пусто и мертвенно тихо. Впервые за эти 4 месяца мне приснился сон, где я увидела столь любимый снег, поглотивший всю боль и отчаяние. «Я слышала, что перед смертью становится легче, действительно ли это так?» - вопрос висевший в воздухе белой тюрьмы застал врасплох врача, пришедшего на осмотр.- « Могу ли рассчитывать на подобный исход? Вы не подумайте ничего странного. У меня остались место, цель и немного времени для воплощения. Надеюсь, получить одобрение с вашей стороны. » «… шансов изначально было не много, поэтому особо расстройства меня не посетило, даже разочарования не было, но я пришла сюда не ради того, чтобы сказать это. Сегодня, крайний день нашей с вами всеми встречи. Я так долго не могла решиться на поход сюда. Я знаю, что трусиха, эгоистка и дура. Простите меня» - слова сами лились, бесконечным потоком. – « Не такой жизни ты мне желал, папа. Но свой путь я выбрала сама и прошла по нему, может не весь, вообще он только начался и тут же закончился. Однако, я не о чем не жалею, прям как и раньше. Никогда не жалей о содеянном, совершенного не воротить, но можно сделать вывод при неугодном тебе результате ». Я всегда придерживалась такого мнения. Жизнь не сильно кажется легче, но однозначно свободнее. Только у меня есть право судить мои поступки, выбор и принимать решения, имеющие ко мне отношение, могу только – я.

Моя жизнь оборвалась в день первого снега. Я уж думала, что не смогу увидеть его. Значит, удача все еще была со мной. Ночь, что длиннее дня – такое описание у даты моей смерти.

Глава 1. С любовью главный разлучник.

Мечтателям даруются все самые ненужные эмоции.

Я всегда считала, что лучшая смерть происходит во сне. Говорят, что это безболезненно, а самое приятное - ты видишь счастливые воспоминания. Не знаю, почему-то мне захотелось проверить правда ли это. Жаль, только рассказать не смогу. Плачевный исход мне был обеспечен. Я не врач, но все к этому и вело. Последние анализы говорили сами за себя: «Метастазы начали распространяться по всем органам». В такой ситуации я весьма серьезно могу заявить: «Хуже уже быть не может!». Иронично. Но зато в последние дни своей жизни я отрывалась по полной. Мой сарказм с язвительностью стали буйствовать с такой силой, что чужаки в мою палату заходить перестали совсем. Было немного грустно, но мне хватило и того результата. Однако, старания не показывать даже самой себе, как бывает плохо, ни к чему не привели. Соседи из других палат говори, что окончательно человек тухнет, перед самой смертью. Наверное, это можно назвать моральным выгоранием или депрессией. Жизнерадостность и желание бороться исчезли на глазах. Больше счастья или симпатии мои глаза не выдавали. Болезнь победила, но бой был на равных. Жаль, что мне немного не хватило до победы. Однако, сдаваться окончательно, не хотелось и умереть в муках, кстати тоже. Так ко мне пришла мысль об эвтаназии. Ожидать, что мое решение тут же одобрят, было невозможно. Но это совсем не помешало намекнуть о выборе, воплощение которое мне хотелось бы. Критику выслушать пришлось, причем не один раз. Но открытые отказ или согласие получить не удалось. Рассмотрение заняло несколько дней, тянулись они очень медленно. Приятное было ощущение временного изменения. Это место имело свойство застыть в одном моменте и не перемещаться. Наверное любая подобная больница так могла. Здесь выносили приговор, словно для казни. Правда, если смертников убивали, то местным “приговоренным” пытались спасти жизнь. Мне, как одной из этого списка неудачников, полагалось последнее желание, отказать не могли. «Ты уверена, что самоубийство, твой вариант? Ты же боролась?» - мой врач был молод, но умопомрачительно красив и умен. Однако, иногда его упертость просто выходила за рамки приличия. Он ко мне раз 100 заходил с похожими вопросами. Я, конечно, не первый пациент у него, но о таком прощальном подарке, еще никто не просил. – «Эвтаназия не выход. Почему ты решилась на подобное? Кто-то подсказал?» Даже не знаю, оскорбление это или неуверенность во мне, говорила в этом рыженьком пареньке. Теперь выбор стоял только за мной. Окончательное и бесповоротное решение. Результат возможен только один. Ведь свое решение он принес вместе с визитом. Нагрянул, как гром среди ясного неба с кучей бумажек и лицом, будто призрака увидел. А тут таких целая куча, пора бы привыкнуть – все же его пациенты. «Если я буду тихо и мирно умирать во сне с помощью яда, под наблюдением, с какой стати у вас есть право обзывать данную процедуру самоубийством. Мне кажется, что в моей ситуации лучше так, чем прожить немного больше в боли и страданиях. Кто бы мог подумать, что так полюбившийся мне рыжик – самый настоящий садист. А говорят еще, что истинные врачи иду получать эту профессию, только из добрых и чистых побуждений. Я немного в вас разочарована» - мой привычный немного саркастичный тон, скучать ему никогда не давал. Всегда ждала, когда у него кончатся нервы. Мне капец, зато будет весело.

Вот как-то так и вышло. Моя цель умереть во сне сбылась. Это и правда, не больно, совсем не страшно, только немного грустно. Все-таки печально, что поделиться впечатлениями не смогла. Думаю, тогда подобные процедуры проводили по чаще. Страдания никогда радости не приносили, а это легкий способ избавится от них за несколько минут или часов. Настоящим сюрпризом и подарком стал снегопад. Для полного шарма повесить бы в палате гирлянду “Felix morte diE” и черных шариков с траурными лентами. Но подобное даже мне кажется перебором, особенно для больницы, в которой столько людей пытаются выздороветь и побороть болезнь, а тут я со своими развеселыми похоронами. Пусть, мечта идиота, осталась лишь мечтой, до какого не будь похоже пациента, как я. Представив, увидеть захотелось страшно, но как-нибудь в другой раз. Украшением “прощальной палаты”, как ее не гласно прозвал медперсонал, занялись мои самые любимые близнецы. Эти коварная сердцеедка и сварливый дедок, голубоглазые брюнеты, покорившие не одно сердце здешних гостей. Пока я тут пыталась выжить, они скрашивали мои довольно однообразные будни. Эта парочка видела меня во всех возможных состояниях, хоть под венец иди. Меня же не бросили и не променяли после всего. Мои ожидания по поводу украшений для комнаты последнего пути метались от радуги с единорогом и медведем на стенах и красных лепестков роз по всей комнате, до настоящих именин. Я даже представить не могла, что они прямо как в сказке в декабре принесут полевых цветов. Комнату наполнял незабываемый аромат. Я как-то даже покупала похожий, он вроде назывался “Илекс”. «А вот и виновница торжества!» - налетела на меня голубоглазка. – «Всех лишних прошу выйти. Даме нужно переодеться и подготовится». От подобного заявления опешила, даже я. Переодеться? Подготовиться? Почему-то все кто были в палате, дружно встали и послушно вышли, а это 3 мужчины – лечащий врач, анестезиолог и медбрат. Не человеки, а предатели какие-то. «Что значит переодеваться? Я тут как бы помирать собралась» - немного по возмущать было просто необходимо, а то я прям чувствовала, как воздух от напряжения колется. – «Вы почему, все такие послушные? Спасите меня! Помогите!» «Держись! Мы с тобой! Но жить хочется больше» - хором в один голос на ходу сказали выходящие. Жить им хочется! Вы меня провожать пришли или как? Я так долго не собиралась мне кажется никогда в жизни. Моя злополучная подружка переодела, накрасила, уложила в сложную прическу парик. Все эти мучения длившиеся, как мне казалось, целую вечность закончились. Теперь в огромном зеркале отражалась девушка, совсем не похожая на гостью этой камеры смертников. Я больше не выглядела словно умираю. Время обернулось вспять. Как могла моя сущность недооценивать так сильно правильный макияж. Пока я разглядывала себя в зеркале, в мои руки вложили фотографию в той самой витражной рамочке. Мы были так похожи, с ней, девушкой на фотографии. Самое сильно различие было, в выражение лиц. Та, что за стеклом ярко улыбалась, напротив горько плакала, забыв про макияж. Не могу сказать, сколько именно я так простояла, но время впервые бежало так неумолимо быстро. Меня никто не тревожил позволив толи насладиться моментом, толи попрощаться с собой. В чувство привел звук мелодии колыбельной. «Если вы хотите меня увидеть, придется еще немного подождать, а то у меня макияж потек. Нужно подправить, это совсем не долго. Подождите меня, пожалуйста, в последний раз» - никто не возражал, эти 5 минут не сыграют роли. Никогда бы не поверила, что последние часы жизни могут быть такими длинными и короткими одинаково. Все происходящие совсем не было похоже на прощание, скорее это была встреча друзей, которые давно не виделись. Фотографии с улыбающимися ребятами передавала смех, запах цветов, даже музыку играющую на фоне. А еще я стала первой пациенткой, кто на день своей смерти ел торт. Какой же он был вкусный. Особенно середина с безе и сливками. Я не жалуюсь, что в моей белой тюрьме плохо кормили, просто я плохо и мало ела. Пересматривая все видео и фото я поняла, что теперь точно готова попрощаться. Открою секрет, на процедуре могут присутствовать только близкие родственники и врач. Не знаю, как так вышло, но правило это решили снять в моем случае. Поэтому, дедуля ворчун, сказал, что просто обязан записать, как должна была происходить сказка про спящую красавицу в реальной жизни. Она же там об иголку на веретене укололась, а у меня был выбор между капельницой и молоком с ядом. Пойти по стопам настоящей сказочной принцессы и почувствовать очередную иглу в своем теле желание отпало сразу, а вот второй вариант мне пришелся весьма по душе. Как-то даже романтично получилось. Время пришло. Мой заветный час настал. Выпить лакомство проблемы не составило. Сложным стала борьба со сном, который накатывал волнами. Снова заиграла колыбельная из детства. Я чувствовала тело рук и слышала голоса, которые слишком быстро отдалялись, а прикосновения остывали. Концовка вполне достойная. Немного одиночества вовсе не мешало. Общая атмосфера мне понравилась. Так спокойно и умиротворенно. Тишина. Абсолютная пустота. Одного не хватило – прохода, что-то вроде коридора или туннеля. Но никакого света, дарующего свободу и провожающего в последний путь не было. Он был явно лишним. Это испортило бы всю обстановку. Еще, теория про последний сон – истинная ложь. Пояснять долго, поэтому вкратце. Это мгновения перед смертью. Все вокруг замирает, а человек словно смотрит фильм про свою жизнь. Разница в том, что он является не прямым участником действа, а лишь немым зрителем. Мне кажется, подобное настоящий кошмар. У любого и каждого, есть воспоминанию, которые, хотелось бы вырезать из головы, и больше никогда не видеть. А в последнем сне, тебе приходиться просто наблюдать без возможности участия, даже отвернуться невозможно. Почему никто не рассмотрел, возможность, воспроизведения сознанием моментов жизни без фильтров? Ведь наукой доказано, что воспоминания при повторении искажаются. А в момент опасности, может, что повреждается, поэтому люди и видели свою жизнь. «Зря ломаешь голову» - донесся из неоткуда мелодичный девичий голос. - «Не могу тебя понять. Кто в момент своей смерти думает о подобном?» Безразмерное пространство наполнилось заливистым смехом мальчишки. Из-за окружающей темноты невозможно было разглядеть человека, который мелькал то близко, то где-то далеко. «Мои последние минуты. О чем хочу, о том и думаю. - Вроде свои бредни я вслух не говорила, но это было не точно. - А ты вообще кто? И что милостивый гость, забыл в столь непримечательном месте, как мои мысли?» «Я – Лилум. И никакой я не гость. Ты, что никогда не слышала о фамильярах?» - отвечал мне недовольный голос маленькой девочки. – «Давай я отвечу на все твои вопросы, но в другом месте. Это не очень мне нравится». Я, как будто сама его выбрала… Раз такая умная, то перенеси нас. Хотя, что в этом месте плохо, оно прям как я. «Пусть нравится, но оно тебе совсем не подходит.» – Мальчик стоял настолько рядом, что получилось разглядеть, не без труда, конечно, его общие черты. - «И перенести нас, куда-то можешь только ты сама. Все-таки это твой мир и прав у меня здесь не очень много, пока что. Тебе нужно представить пространство. Можно вспомнить или придумать. Особо детально необязательно, а то еще голова заболит». Это оказалось намного проще, чем я предполагала. Самое главное, что темное безжизненное пространство, действительно, преобразилось. Краски, разлились вместе с ароматами цветов и знакомыми мелодиями. Теперь мы с малышом, оказались в “прощальной палате”. «Очень красиво. Это последнее место, в котором ты была? Мне нравится, – мальчишка, как юла закружился по всей комнате. – А это, правда, снег? Самый настоящий?» Все же различия с оригиналом были. Не хватало зеркал. А по всем стенам были развешаны фотографии в рамках. «А ты здесь совсем другая, даже не признал сперва. Ты в живую намного красивее, - девочка притронулась к рамке и картинка ожила. – Когда ты сделала их?» «Прямо перед смертью. Мой лечащий врач, говорил, будто я совершаю самоубийство. Но, если честно, просто очень устала. А почему не похожа? Вроде такая же». «Неправда. Ты себя, когда последний раз в зеркало видела-то?» - возмущался блондин лет двадцати. Через мгновение в руках он уже держал плоскость с моим отражением. На удивление, он оказался прав. Девушка, с отражения, лишь слегка напоминала ту, что в рамке. Воспоминания накрыли с головой. В студенческие годы, мой внешний вид был именно таким. Ну не удивительно, что я так выгляжу. Это был период, когда отражение меня радовало, в любом виде и состоянии. «На фотографиях, мои последние часы жизни. А сейчас я выгляжу, как лет 10 назад. Знаешь ли, люди меняются внешне всю жизнь». «То есть, ты застыла в возрасте 16 лет? Прикольно. Фамильяры вечные узники времени. Но ты должно быть уже заметила,» - его горящие глаза опустились в пол, а щеки накрыл едва заметный румянец. «Может показаться, словно, это ревность или зависть. И вообще-то мне 18. Точнее такой возраст у моего обличия. Но давай перейдем к делу. Сам сказал или сказала, что ответишь на все мои вопросы, Лилум».

Общей информации оказалось многовато для одного раза, поэтому принято было решение о сокращение данных до минимума. Выяснив главные нюансы, можно подвести итог. Лилум – мой персональный фамильяр, т.е. советник и защитник. По неизвестным причина, когда нам с ним исполнилось по 17-18 лет, связь была оборвана. По этой причине, он не смог исполнять свою прямую обязанность. Всю возможную поддержку он оказывал мне через сны, вещие. Теперь стало ясно кто мне снился постоянно. Но так как был период его отсутствия, в целых восемь лет, про сны я забыла, совсем. Причина его возвращения имеет также гриф неизвестности. Сплошные тайны покрытые мраком. Но, есть такое подозрение, что разлучник дал в последний раз встретиться и попрощаться. Лилум сказал, что его первое воспоминания стал день, когда я стояла на берегу. Все же он существует в моей голове и видит – что вижу я. А на вопрос почему же, мне ничего не снилось, ответом стала записка. «Прочти ее. Только не вслух. А вообще мне лучше выйти», - оставив меня в полном одиночестве, толи чтоб информации полученную переварила, толи в этом конвертике и правда запрещенные данные, которые знать ему не положено. Эти оба варианта мне нравились. В голове и так целая буря разразилась от всего происходящего. Посидев несколько минут, я все же решила распечатать этот “тайник”. «Здравствуй, милая. Пишу я тебе уже не в первый раз, однако только это письмо все же должно достигнуть свое получателя. Представляться смысла не вижу. Прости уж, но встретиться лично у нас не получится. Законы и требования слишком строги. Честно говоря, я надеялся, что подобного все же никогда не произойдет. Но так распорядилась сама госпожа Судьба. В такой ситуации я бессилен. Однако, кто ищет тот найдет. Есть у меня к тебе одно предложение. Слышал. Что жить тебе хочется очень. Так что поискав лазейки в этой веренице жизни, могу дать только одно – желание. Это можно назвать вторым шансом. Ты начнешь свою жизнь с чистого листа, далеко отсюда. Тебе придется отказаться от всего. Это звучит глупо, осознавая в каком положение ты находишься. Однако это единственный возможный вариант. Выбор в любом случае остается за тобой, но все же дам тебе совет, согласись. Если ты заинтересовалась моим предложением, то загляни в конверте еще раз. Кроме того на обратной стороне письма будут все пункты, чего именно ты лишишься при положительном решение. Хорошо все обдумай. Я приму любой твой ответ.

С любовью главный разлучник».