Книга ужасов

Монета

Автобус мчался вперёд.

За окнами тонула в утренней темноте улица.

Светало.

Митя безучастно смотрел в окно, как вдруг раздался звон, и к его ногам прикатилась монетка. Мальчик поднял её. В тусклых лучах он разглядел эту древность. На ребристой стороне монеты был рельефный ворон с заострённым клювом, на лицевой – число «четыре».

Мальчик призадумался и положил монету в карман куртки.

День прошёл на удивление удачно. Мите никогда так не везло, как сегодня: он оказался первым в очереди в столовой, ему поставили по трём предметам пятёрки, а работа на уроке по счастливой случайности была в паре с девочкой, которая ему нравилась. Кроме того, тема обсуждения была понятной ему, и он много и дельно отвечал, чем заслужил похвалу учителя и одобрение одноклассников. Словом, не день, а сказка! В довершении всего этого, по пути к подъезду он встретил старушку, которая предложила ему конфет. Его любимых.

«Эта монета приносит удачу», – подумал Митя и не без удовольствия почувствовал, что наконец в его жизни настала белая полоса.

Проснулся Митя с чем-то холодным на веке. Это была монетка с вороном. Митя испугался. Как она оказалась у него на лице? Кто её положил?

В этот день на уроке истории изучали древнегреческие мифы. Учитель упомянул о похоронном обряде, принятом в Древней Греции: умершему клали на глаза монеты, чтобы угрюмый проводник подземного царства Харон пропустил его душу, а монета была платой за перевозку.

Митя слушал с волнением и ужасом, сердце его билось сильно, отчаянно. Что это может значить? Но все его страхи рассеялись, ведь ему продолжало везти, а это главное. Мало ли, что там было у греков, мы живём в России, мы русские люди и у нас монета есть монета, а не какая-нибудь там плата за поездку в загробный мир.

Следующим утром на глазах у мальчика лежала уже не одна монетка, а две! Вторая была точно такая же, как первая, только воронов на ней было по два.

Днём ему опять улыбалась удача во всём, к чему бы он ни прикоснулся. Но едва он заснул, как ему приснилось, что его несут в какую-то тёмную пещеру с текущей в ней чёрной водой, а он не мог ничего произнести, не мог пошевелиться, не мог позвать на помощь. И когда к нему уже подошла огромная высокая тень проводника мира душ, он проснулся. На глазах, как и в прошлую ночь, лежали две холодные монеты.

Митя решился выбросить монеты в контейнер, стоящий напротив школы. Он не хотел получить удачу ценой собственной жизни. «Лучше быть неудачником, но быть живым», – решил он и с этой мыслью закинул монеты в контейнер, послышался неприятный звон удара железом о железо.

Этот день был для Мити самым обычным днём, небывалое везение улетучилось, и на душе Мити воцарился покой.

Сон на следующую ночь ему снился самый обычный, а наутро... мальчик проснулся с монеткой на языке. Проснулся в каком-то тёмном и сыром помещении!.. Слышался плеск реки, виднелись чёрные волны.

Автобус мчался вперёд.

За окнами тонула в утренней темноте улица.

Светало.

В автобусе сидела девочка и скучающе смотрела в окно. Вдруг около её ног зазвенела монетка. Девочка протянула к ней руку...

Проклятый блокнот

Ничего не проходит бесследно.

Каждое наше действие необратимо.

Глядя на эти слова своими большими карими глазами, Вика чувствовала в себе странный прилив сил. А может, мурашек? Так или иначе, она должна была во что бы то ни стало купить блокнот с такими многообещающими строчками! Когда девочка взяла блокнот в руки, она почувствовала, что он тёплый – и тепло это было живым. Она пролистала: страницы внутри были чёрные, цвета жжёной бумаги.

Аккуратно положив блокнот в корзину, наполненную всякого рода канцелярией, девочка пошла к кассе. Не с первого раза получилось пробить блокнот – Вика долго слушала позади себя возмущённые вздохи покупателей и тихое бормотание кассира. Казалось, этому не было конца. Какая-то неведомая сила словно защищала девочку.

Наконец дверь за Викой благополучно закрылась и в руках у неё был заветный блокнот!

Вокруг летали осенние снежинки, тёплые и мокрые, дул холодный ветер, и – как горячее сердце, покоился в замёрзших руках девочки тёплый блокнот.

Наутро Вика взяла его с собой в школу. Она не хотела расставаться со своей обновкой, но писать в нём было жаль – очень уж он необычный и напоминает какой-то артефакт. Своими почеркушками она бы только испортила его.

И вот после второго урока, когда все убежали на перемену, она не вытерпела и открыла блокнот.

Вика окаменела.

В блокноте помимо первой надписи появилась другая:

Автомобиль стучит колёсами. Хруст-хруст.

Вика готова была поклясться, что этой надписи не было! И что же это могло значить? Девочка подумала, что её старший брат незаметно взял вчера со стола блокнот и написал эту бессмыслицу, дабы напугать. Такое объяснение её успокоило.

День прошёл незаметно, и, когда девочка вернулась домой, родители рассказали ей, что их соседка попала аварию и сейчас находится в реанимации.

Вика припомнила слова, написанные в блокноте, и в сердце её проник тайный страх. Что, если этот блокнот предсказывает катастрофы?

Бр-р-р! Нет! Такого быть не может. Вика похлопала себя по щекам, плеснула себе в лицо холодной воды. Она вымученно улыбнулась своему отражению. Лампа заискрилась и погасла. За секунду до темноты девочке показалось, что за её спиной возникло белое истощённое лицо с запавшими глазницами.

Сдержав отчаянный крик, Вика выбежала из туалета. Она бежала и бежала, ничего не видя перед собой, ей всё казалось, что потустороннее существо всё гонится за ней, гонится... Сердце её готово было выскочить, дыхание рвалось, руки тряслись.

Прошла неделя с того злополучного дня. Ничего не предвещало новой беды. Ника снова сидела на перемене в одиночестве. Она вела с собой пространные диалоги. «А вдруг мне всё это показалось? Но ведь всё было таким настоящим: надпись в блокноте, слова родителей, призрак в зеркале и лопнувшая лампочка. Всё. Мог ли это быть только сон? Единственное, что меня связывает с теми событиями, – блокнот. Пока не загляну в него, не узнаю».

Ника в смятении достала блокнот и задержала дыхание. Тёплая обложка пульсировала в пальцах девочки. Она оглянулась и убедилась, что рядом ни живой нет, ни мёртвой, и только тогда открыла блокнот.

Кровь течёт, течёт,

Начинай отсчёт!

Не держи за край,

Душу мне отдай!

Хлоп.

Вика спрятала блокнот в рюкзаке и задумалась: «Сбудется ли на этот раз написанное?» И ответом ей был громкий крик. Крик из кабинета технологии мальчиков. Все сбежались. Миша стоял у верстака и сжимал что-то в руке. Присмотревшись, Вика поняла: это отрезанный палец. А вокруг всё обрызгано сочащейся кровью. С приступом тошноты она выбежала на улицу и бормотала себе под нос: «Это всё блокнот, это всё блокнот, это всё блокнот…»

После произошедшего она решила выбросить его и больше не открывать, ведь все беды происходят от того, что она читает надписи.

Выбросив блокнот в среду в канаву, она находила его у себя в комнате в четверг. Выбросив в четверг, она находила его у себя в пятницу. Получался какой-то замкнутый круг. Избавиться от проклятого блокнота было не так-то просто. Оставлять его дома – рискованно: вдруг кто-то из родных прочитает и с ними что-нибудь случиться? Приходилось носить его с собой.

Вдруг ей пришла в голову мысль сжечь его. А тут как раз соседи жгли траву.

С какой радостью Наташа бросила блокнот в огонь! И жизнь вновь вернулась на круги своя. Так она думала…

На следующий день в школе случился пожар. Это была не учебная эвакуация, а самый настоящий пожар. Скидывая вещи в рюкзак, вопреки убеждениям учительницы оставить вещи и строиться, среди тетрадей Наташа заметила… блокнот! От вчерашнего огня не осталось и следа!

Она бросила его на парту и побежала, как вдруг почувствовала, как кто-то за ней бежит и веет страшным холодом. Кровь стыла в её жилах, но она продолжала бежать. Каким-то внутренним чувством она понимала, что это смерть. И вдруг она поняла, что призрак в зеркале тоже был смертью.

Внезапно её бег оборвался: она оступилась и полетела по лестнице в самый огонь.

Наташа открыла глаза. «Как хорошо, что это только сон», – подумала она, засыпая.

Календарь стоял перевёрнутый.

Синий шарф

Погода на улице была холодная.

Наташа забыла надеть шарф и теперь чувствовала, как ветер пронзает всё её тело своими острыми морозными шипами. По счастливой случайности, Наташа обнаружила шарф, забытый кем-то на скамейке около школы. «Ничего ведь не случится, если возьму его?» – подумала Наташа и повязала шарф себе на шею. Шарф был синего морского цвета, тёплый и приятный наощупь.

Девочка быстро согрелась в нём и не захотела снимать его даже в помещении. Было ли это от того, что отопление ещё не включили, или от того приятного ощущения, которое дарил шарф, Наташа не знала. Да и зачем?

Когда девочка вернулась домой, она почувствовала, как саднит её горло. Должно быть, простудилась по пути в школу. Как же хорошо, что теперь у неё есть такой тёплый красивый шарф!

Пока девочка не видела, в шарфе проскальзывали то внимательные глаза, то раздвоенный змеиный язык. Шарф всё сильнее и сильнее обвивался вокруг шеи девочки, но девочка не замечала этого. Однажды среди синих петелек она заметила глаз и испуганно вскричала. Тогда-то до неё донёсся свист! А в свисте – слова:

– Не бойся, Наташа! Я тебя не задушу. Но ты для этого должна каждый день поить меня своим голосом.

Наташе ничего не оставалось кроме как согласиться: шарф-то больше не снимался.

Сколько же девочка с ним намучилась! Ей приходилось – подумайте только! – даже мыться в шарфе и потом сушиться вместе с ним. Она и ела с шарфом, и дома была в нём и в школе. Злополучный шарф не получалось ни разрезать, ни разорвать. Родители девочки водили дочь и к врачам, и к знахарям, но всё бессмысленно – шарф оставался на Наташиной шее, и все разводили на это руками.

С каждым днём девочка всё меньше говорила. Её голос жадно пил шарф. Сначала у неё просто болело горло, как от простуды, потом она не могла произносить длинные предложения, потом перестала произносить и слова и даже звуки.

Наконец девочке надоело потакать во всём злобной тряпице. Она незаметно от шарфа взяла зажигалку и немного керосина. Выйдя на улицу, она тщательно облила шарф и подожгла его вместе с собой.

Шарф загорелся алыми языками огня. Он метался в исступлении и в бешенстве кричал Наташиным голосом, только было уже поздно.

Девочку успели спасти, но её лицо и шея остались обгоревшими и в последствии в шрамах. Зато голос к ней постепенно вернулся, и после выписки из больницы Наташа почувствовала себя по-настоящему счастливой. Она стала ценить свою свободу и возненавидела шарфы. Из-за этого она стала часто простужаться. Но что такое простуда в сравнении с тем, что пережила она!

Шарф сгорел – с ним и его легенда.

Позднее директор школы узнал все эти жуткие подробности, и на память ему пришла другая девочка – девочка, которая тоже ходила по школе в шарфе, а в последствии была им задушена. Полиция, не придя ни к какому выводу, замяла это дело, так же и с делом Наташи. Но сколько ещё таких шарфов? Посмотри на свою шею? Не обвивается ли вокруг неё шарф?