Клуб изобразительных искусств

Глава 1

9 июня 2022 года.

Льёт дождь, сильный ветер колышет мощные кроны сосен. Мы с отцом, оба в дождевиках, копаем могилу для нашего старого друга Чингисхана.

Это была большая собака породы колли, в основном чёрного цвета, но некоторые участки шерсти были белыми и рыжими. Ещё много лет назад умерла моя мать, единственный человек, благодаря которому я не чувствовал себя одиноким. Я всегда был очень закрытым человеком и мало с кем общался.

Всю жизнь я интересовался искусством и после смерти мамы сильно углубился в него, в некоторой степени оно заменило мне общение. Также от одиночества меня спасал Чингисхан, он был единственным, кто мог выслушать и понять меня в случае, если на моём пути возникали трудности.

И вот, я, пятнадцатилетний ученик школы Артём Левин, остался один, из-за чего ещё сильнее стал погружаться в искусство. Я рисовал картины каждый день, причём всех жанров и тематик, какие только мог вспомнить.

Конечно, я не был абсолютно одинок, я часто общался с одноклассниками по поводу учёбы и других важных дел, у меня был знакомый, с которым мы ходили на теннис, также я занимался волонтёрством. Но при всём этом я оставался замкнутым и обычно ни с кем не обсуждал то, что у меня на душе.

С момента смерти Чингисхана прошло уже больше полугода, на дворе 19 апреля 2023 года. Я всё ещё не мог нормально с этим смириться, а поэтому решил самовыразиться – нарисовать на стене школы портрет своей собаки размером 1,5 на 1,5 метра.

Я вооружился фонариком, аэрозолями с краской и трафаретами и в ночное время ушёл из дома, пока отец спал. Добравшись до школы, я перелез через забор и добрался до стены, на которой было достаточно пространства, чтобы сделать задуманный рисунок. Я хорошо знал расположение камер, а потому смог не попасться на них.

Не знаю, как долго я рисовал, но по ощущениям мне удалось закончить рисунок довольно быстро. Я хотел было уже сбежать, как вдруг… Я увидел какую-то собаку, она смотрела прямо на меня. По силуэту в темноте она была очень похожа на… Чингисхана?

«Возможно, у кого-то из живущих поблизости тоже есть колли, видимо, потерялся».

Вдруг эта собака вышла на свет фонаря, и я увидел её во всей красе. Она выглядела в точности как Чингисхан, даже левое ухо так же слегка разорвано и висит, а правое целое и стоит торчком.

«Нет, это не может быть Чингисхан, он ведь умер!!!»

Я подошёл к нему поближе, совсем забыв о том, что должен быть незамеченным.

- Эй, хулиганьë, а ну стой!!!

Я оглянулся и увидел толстый силуэт охранника Алексея Дмитриевича.

«Чëрт-чëрт-чëрт!!! Всё же охранник меня заметил! Он же обычно тут не ходит!» - промелькнули молниеносно мысли в голове.

Я оглянулся в сторону странной собаки – её и след простыл. Я принялся бежать, но внезапно споткнулся и упал, охранник тут же схватил меня.

На следующий день меня отчитывала директриса в своём кабинете. Она часто придиралась ко мне в тех случаях, когда я опаздывал на дежурства или не очень хорошо проявлял себя на волонтёрских работах, также она часто в моём присутствии ругалась на некоторых моих одноклассников, поэтому я знал, что можно от неё ожидать.

Это были уже осточертевшие мне нравоучения о том, что нужно быть прилежным учеником и о том, как плохо заниматься вандализмом. Всё это я слышал сотни раз и уже выучил наизусть. Потом она спросила, по какой причине я это сделал.

- Я просто хотел самовыразиться.

- По- твоему, вандализм – это самовыражение?! Лучше подумай над своим поведением после того, как тебя ещё и отец отчитает за это! Ему ведь выплачивать штраф, а не тебе! У тебя ОГЭ на носу, а ты занимаешься такой ерундой!

Я вышел из кабинета и уже собрался идти домой, но меня остановила Марина Александровна – заместитель директора. С ней я был в хороших отношениях, поскольку она была по совместительству тренером в секции по теннису, в которую я ходил со знакомым.

- Артём, что такое случилось?

- Вы ведь всё прекрасно слышали, - ответил я.

- Нет, я хотела спросить, что случилось такого, в результате чего ты решил разрисовать стену.

- Н-ничего.

- Не ври. Ты сказал, что хотел самовыразиться, и мне интересно, почему.

- Ну, у меня собака умерла несколько месяцев назад, вот я и решил почтить его память.

- Но ведь можно было и по-другому это сделать.

- Возможно. Рисунок уже стёрли?

- Одна ученица из твоего класса, Виолетта Цветаева, попросила директрису оставить его, не знаю зачем.

- Виолетта? Хм, я знаю её, но мы с ней почти не общались - она ведь только в прошлом году перешла в нашу школу.

- Ну, спроси у неё, зачем ей было нужно уговаривать директрису об этом.

- Да как-то не хочется.

- Как знаешь. Давай, иди уже домой.

- До свидания.

Уходя, я решил спросить Алексея Дмитриевича, сидящего возле выхода, касательно той собаки.

- Алексей Дмитриевич, простите, эм… когда вы ночью меня поймали, вы видели рядом со мной большую чёрную собаку?

- Какую такую собаку? Никого кроме тебя я не видел. Иди давай уже, маляр!

Открывая дверь, чтобы выйти, я услышал, как он ворчал себе под нос:

- Провинился, а ещё про собаку какую-то спрашивает. Не было там никаких собак.

«Странно, он не видел Чингисхана. Это что же значит, я призрака вчера видел?! Нееее, не может быть такого!» - размышлял я по дороге домой.

Отец не стал меня сильно отчитывать – он всегда понимал меня и прекрасно знал причину, по которой я разрисовал стену. Но, по итогу, он попросил меня больше так не делать.

Спустя пару дней я пришёл из школы, сделал все домашние задания и сел за рисование. Как вдруг в дверь позвонили.

- Кто там?

- М-м-м, Артём, здравствуй, это Виолетта Цветаева из твоего класса. Можешь открыть?

«Опять она. И что ей от меня нужно, интересно узнать?» - промелькнула мысль в моей голове.

- Да, здравствуй. Э-э, проходи. Ты что-то хотела?

- Да, мне нужно у тебя кое-что спросить.

- О-о-ох, нет! Вы уже мне осточертели с этим рисунком…

- Но он ведь прекрасен!

- Э? Ты не отчитывать меня пришла?

- Нет конечно! Я недавно открыла свой Клуб Изобразительных Искусств. Не хочешь к нам, ты так классно рисуешь!

- Спасибо, но нет.

- Почему?

- Я… человек не очень общительный. Виолетта, вряд ли мне получится найти общий язык с людьми, тем более там наверняка все заняты рисованием более основательно, чем я, поэтому я буду просто белой вороной среди вас.

- С чего ты взял? Да ты рисуешь лучше, чем кто-либо! Кстати, это ведь твои картины там висят? - она указала на стену, которую мой отец обвесил моими картинами, хотя я был до последнего против. - Какие красивые!

- Э-эй, я не разрешал их разглядывать!

- Хм, - она надулась, - с таким отношением твой талант будет пропадать зря!

- Ну, да…

- Тогда вступи в мой клуб! Там ты сможешь найти ценителей своего творчества.

- Ну-у, тогда, я подумаю.

- Тогда как решишь – напиши мне, ну или в понедельник встретимся в школе, на перемене обсудим, - она сказала это с неким огоньком в глазах, после чего подмигнула.

Она выглядела словно героиня, сошедшая со страниц книг писателей Золотого Века отечественной литературы: приятные черты лица, короткие каштановые волосы, тёмно-синие блузка и шляпка-котелок, длинная чёрная юбка, а её глаза оправдывали её имя – они действительно были цвета лепестков фиалки.

- Тогда я пошла, до встречи.

- Да, до встречи, - мы помахали друг другу рукой, и она ушла.

Конечно, ни в какой клуб мне вступать не хотелось, и я просто соврал, чтобы она отстала.

Я уже собрался сесть за свою картину, как вдруг… я вновь увидел эту загадочную собаку за окном, она смотрела прямо на меня. Я вышел на улицу и решил подойти к ней, как вдруг она начала убегать.

Я понимал, что другого шанса выяснить, что это за собака, у меня может и не быть, поэтому побежал за ней. Она бежала быстро, отчего погоня была достаточно напряжённой. В какой-то момент, находясь под влиянием адреналина, я крикнул.

- Постой! – я притормозил, чтобы отдышаться, поднял глаза – от собаки снова и след простыл, а на меня смотрела удивлённая Виолетта.

- Ты всё-таки решил?

- А-а? Э-э? Т-ты такую большую собаку не видела? Тут пробегала.

- Нет, тут помимо тебя никого бегущего я не видела.

- Как странно.

- А что странного?

- Э-э-э, ничего!

- Так что ты решил?

- Что я решил? Э-э-эм.

«Черт, неловко получится, если я ей сейчас скажу правду. Это будет странно – зачем мне за ней так бежать, чтобы отказаться, если я мог просто написать», - подумал я.

- Ну, я согласен.

«Похожу туда немного, и, если не понравится, то откажусь», - решение пришло само собой.

- Отлично, давай дам тебе адрес. Встретимся в понедельник в четыре вечера, бери с собой краски, кисти и парочку холстов, можешь прихватить какую-нибудь из своих недоделанных работ.

24 апреля 2023 года, понедельник, 16:00. Я стучусь в дверь старомодно выглядящего здания, именно его адрес мне дала Виолетта в прошлую субботу. Она открыла мне дверь:

- А вот и ты! Проходи, Артём.

- Здравствуй.

Я снял верхнюю одежду и прошёл в главный зал. Там сидело несколько человек, занятых станковой живописью, каждый рисовал что-то своё.

- Знакомьтесь, это Артём Левин, про которого я говорила, - торжественно заявила Виолетта, - сейчас я ему всё покажу, а вы пока занимайтесь.

По сути своей здание клуба представляло собой большую художественную мастерскую. Пока Виолетта показывала мне, где что находится, она внезапно прервалась на то, чтобы рассказать мне предысторию этого места:

- Знаешь, мой дядя художник, раньше эта мастерская принадлежала ему, два месяца назад он переехал в Париж, передав мне ключи от мастерской. Сначала я просто следила за её состоянием, потом начала рисовать здесь, а затем привела сюда друзей из художественной школы, потом мы начали приводить ещё своих знакомых – так и появился наш клуб.

Когда она закончила экскурсию, я познакомился с остальными участниками клуба. Далее мне было предложено что-то нарисовать.

- А что именно? – поинтересовался я.

- Да что хочешь! Ты же творец, - ответила мне Виолетта.

- Ладно.

Я сел за работу, начав дописывать свой пейзаж, который принёс из дома. Дорисовать оставалось немного. Я писал её, ни о чём не волнуясь, как вдруг заметил, что люди столпились вокруг меня.

- Что-то не так?

- Нет! Как раз всё так! Можешь объяснить мне, как ты так хорошо рисуешь? – попросил меня Вадим, который во всей этой толпе стоял ко мне ближе всего.

Я посмотрел на его работу – там тоже был пейзаж, но довольно среднего качества. Я объяснил Вадиму, в чем его недочёты и показал, как рисовать правильно, после чего некоторые люди тоже попросили меня о помощи.

Этот день был превосходным. Как оказалось, общаться с незнакомыми людьми не так уж и страшно. Виолетта похвалила меня за помощь, которую я оказал людям, и даже попросила меня прояснить ей некоторые моменты.

На следующий день я пришёл в школу и встретил там Виолетту, место рядом с ней было свободно. Я сел рядом с ней:

- Привет.

- Привет. Как тебе вчерашний день?

- Было интересно, мне понравилось.

В итоге я все уроки сидел рядом с Виолеттой, на переменах мы просто говорили по душам, обсуждая свои интересы, предпочтения, рассказывали друг другу о свои семьях и так далее.

Этот день был бы лучшим за всё время учёбы в школе, если бы после уроков неподалёку от школы я не встретил Эдика Сорокина – одного из моих одноклассников. У этого человека всегда было обострённое чувство справедливости, а также он часто любил распускать кулаки.

- Эй, Левин. Думаешь, начал общаться с самой приличной ученицей в классе, и тебе можно всё простить?!

- Что тебе нужно, Эдик?

- Вправить тебе мозги, чтобы ты больше так не делал. Я хотел сделать это сразу, как только до меня дошла новость о твоей выходке, но я тогда был на соревнованиях в Нижнем Тагиле.

- Драться решил?

- Ну да!

Он нанёс резкий удар, нацеленный в грудь, но я уклонился и быстро пнул его в голень.

- Ах ты!

Между нами началась драка, победитель в которой так и не был выявлен, ведь нас разняла из ниоткуда взявшаяся Виолетта.

- Так, а ну стойте!!! Кто драку начал?!

- Ну я, - ответил Эдик.

- И зачем?

- Чтобы он больше не хулиганил.

- Он просто хотел показать себя, просто не придумал, как сделать это по-другому.

- Хах! Ну и ладно, больно вы мне нужны.

Эдик ушёл восвояси, забыв о нас.

- Ты как? У тебя кровь на лбу, давай обработаю рану.

- Да, давай.

Виолетта обработала мне рану перекисью и заклеила её пластырем, которые лежали в её сумке. Я провёл её до дома.

- Ну, вот и мой дом. Давай, завтра встретимся.

- Конечно, спасибо, что обработала рану.

- Да пожалуйста. До встречи.

- До встречи.

С тех пор я стал ходить в клуб каждый день. Я так же помогал людям совершенствовать свои навыки, узнавал что-то новое для себя от них, работал над новыми картинами. Вскоре мы начали участвовать в различных выставках, продавать свои картины и скульптуры, чтобы заработать деньги на содержание клуба. В целом, жизнь в нашем клубе кипела вовсю. Я начал замечать за собой, что стал более общительным и стал чаще разговаривать с одноклассниками, даже смог помириться с Эдиком.

Так прошло довольно много времени, мы с Виолеттой успешно сдали ОГЭ и поступили в 10 класс. Летом мы проводили больше времени в клубе. В один из дней я доделал свою работу, иллюстрирующую сцену из трагедии Шекспира «Гамлет», в которой главный герой держал в руках череп Йорика. Я настолько проникся этой сценой, что решил сам её отыграть – взял в одну руку скульптуру в виде человеческого черепа, который недавно вываял из гипса один наш коллега, в другую взял саму книгу с текстом. Виолетта записывала меня в этот момент.

Я начал отыгрывать, но вдруг вспомнил, что не спросил у Виолетты о начале записи, поэтому внезапно остановился и спросил:

- Ты уже начала запись?

От моего недочёта все засмеялись, ведь Виолетта всё это время записывала. Потом я попросил её:

- Тогда скажи «мотор», как начнёшь запись.

- Да, конечно.

Спустя несколько дублей нам удалось всё удачно снять. Получилось довольно неплохо.

Так беспечно прошло ещё какое-то время, мы уже близились к завершению десятого класса.

На дворе был март, я решил подольше посидеть в мастерской, чем остальные люди, поскольку мне оставалось дописать последние штрихи на картине, кроме меня и Летты никого не осталось.

- Ничего себе. Кто это изображён? Выглядит как человек с огромными крыльями летучей мыши. Это граф Дракула?

- Верно, мадам, это Дракула.

- А что означают эти слова?

На картине я написал: «Силён тот, кто крылья имеет. Подрезая их, он берёт себя в узду».

- Я хотел написать их в стихотворной форме, но, к сожалению, я не поэт. Объясню смысл: в алхимии считалось, что нематериальные объекты являются «летающими», а материальные – «нелетающими». Поэтому ангелов и демонов изображали с крыльями. Моя фраза означает, что Дракула силён тогда, когда является нематериальным.

- Сложно. Откуда ты всё это вычитываешь?

- Я просто знаю, где искать интересные книги.

- Тогда тебе обязательно понравится одно место, пойдём покажу.

Она открыла дверь, которая всё то время, что я ходил в клуб, была заперта.

- Это библиотека моего дяди. Он просил никому её не показывать, но для тебя я сделаю исключение.

Мы прошли по библиотеке, я осмотрел книги – среди них действительно было много интересных, от различных пособий до художественной литературы.

- Как тебе?

- Это отличное место, мне тут нравится.

Я уже долго был влюблён в Летту, но никак не решался ей признаться. И именно сейчас в голове промелькнула мысль: «Вот он, мой шанс!»

Я взял Летту за руку, она с удивлением на меня посмотрела.

- В общем, Летта, знаешь…

И тут внезапно мы хором сказали:

- …я люблю тебя.

Летта улыбнулась:

- Долго пришлось ждать, когда ты это скажешь.

- Почему это «ждать»?

- Артём, у тебя на лице всё написано.

- Раз уж мы признались друг другу, то, быть может, поцелуемся?

- Конечно, давай.

Так прошло ещё несколько месяцев. Перед началом одиннадцатого класса мы решили всем клубом сделать огромную картину 2 на 3 метра, иллюстрирующую боевые действия времён войны 1812 года.

Мы строго распределили все обязанности, на работу у нас ушло несколько недель, но в итоге у нас получилось сделать задуманное. В итоге, наша картина участвовала в городском конкурсе и забрала первое место. В честь этого мы устроили целый банкет.

Потом подошла к концу наша учёба в школе. Отец настаивал на том, чтобы я начал учиться на риелтора, и я согласился с ним насчёт этого. У меня была возможность поступить в другой город, но покидать родной Екатеринбург не хотелось.

- Артём, какой ты ожидаешь учёбу в ВУЗе? – поинтересовалась Виолетта во время свидания в парке.

- Наверное, насыщенной и… сложной. Точно. А ты, всё же, поедешь учиться в Париж?

- Да, дядя согласился меня приютить. Однако, мне будет тоскливо без тебя.

- Мне тоже будет без тебя тоскливо.

Я бы с радостью продолжил наш диалог, но… моё внимание снова забрала та самая собака. Она подошла прямо к нам. Теперь я мог полностью её разглядеть – это точно был Чингисхан.

- Куда ты смотришь, Артём?

- Ты видишь эту большую чёрную собаку?

- Да, вижу, выглядит точь-в-точь как та собака, которую ты нарисовал на стене школы.

- Выходит, я не безумец, - заявил я, подходя к Чингисхану.

На этот раз он не стал убегать, и я мог спокойно его погладить. Летта тоже подсела рядом с ним и начала его гладить.

- Так что это за собака?

- Это моя собака, его зовут Чингисхан. Он умер три года назад. Тот рисунок я решил сделать в память о нём. Поймали меня за рисованием именно из-за того, что я увидел его, расхаживающего по двору школы, и решил подойти поближе. Второй раз я увидел его после того, как ты позвала меня в клуб. Первоначально я соврал, что подумаю над твоим предложением, но потом погнался за ним и прибежал к тебе. Такое ощущение, будто он сделал всё, чтобы я попал в твой клуб. Очень странно, но это так. Моя собака даже после смерти, будучи призраком, продолжила спасать меня от одиночества.

- Вот как! Интересно.

Собака встала и начала уходить, потом она начала становиться полупрозрачной, после чего вовсе исчезла.

Я до сих пор не знаю объяснений тому, что это было, но факт есть факт – моя собака навела меня на правильный жизненный путь. В итоге, мы с Леттой оба закончили учёбу, после чего поженились.

А что было дальше – совсем другая история.

Конец.