Клинок памяти

Глава 1

Глава 1

Она сидела на лавочке перед подъездом и задумчиво смотрела на загорающиеся огни окон. Дождь стекал по ее длинным, цвета темного шоколада волосам, по голым рукам, по лицу; барабанил по начинающим желтеть листьям тополей, по асфальту, но девушка его словно не чувствовала, не замечала. Взгляд ее был затуманен глубокой задумчивостью.

Завтра первое сентября...

Новая школа, новый класс, новая жизнь. О которой она не просила!

За ночь распогодилось, и теперь в лужах прыгали радостные солнечные блики. Изредка с листьев срывались прозрачные капли и, падая, разбивались на сотни ярких брызг. Воздух был свеж, но чувствовалось, что день выдастся не по-осеннему теплым и ясным. Впрочем, на календаре только первое сентября, до настоящей осенней сырости и серости еще далеко.

Невысокая девчонка с длинной золотисто-пшеничной косой, стремительно шедшая вдоль забора девятой гимназии, слегка замедлила шаг и, прищурившись, впилась взглядом в выстроившихся на торжественную линейку школьников. Да ее и саму можно было бы принять за одну из них. На вид блондинке было не больше семнадцати, только вот одета она была не по форме: черная футболка с ощерившимся волком, черные штаны с нашивкой “Born to be wild” на колене, перчатки с обрезанными пальцами, матерчатая сумка через плечо с металлическими заклепками, кеды с высоким голенищем и торба, с которой, как и с футболки, скалился волк. Гимназисты же были строги и консервативны: белый верх, темный низ, туфли, блузки, брючки, юбки и ботинки.

Нужного человека среди прилизанных гимназистов она нашла не сразу, хотя девчонка - высокая, хорошо сложенная, с длинными, до пояса, волосами удивительного шоколадного оттенка - стояла немного обособленно. Было видно, что здесь она чувствует себя неуютно, уголки ее губ были опущены, а в глазах застыли подавленность и неуверенность.

“А вот и ты, детка…” - усмехнувшись, блондинка вновь прибавила шагу и очень скоро миновала сначала ворота, а затем и сборище учеников, проводивших ее заинтересованными взглядами.

Перемена между второй и третьей парой была всего в десять минут, и за это время перейти из университетского корпуса в гимназический, а потом еще найти расписание и и нужный кабинет было довольно сложно, поэтому блондинка решила подождать большой сорокаминутной перемены. Девушка нашла уютное местечко у окна в одном из коридоров, удобно устроилась на подоконнике и принялась переписывать пропущенный из-за опоздания кусок лекции.

– Я смотрю, ты не очень-то старательно выполняешь свою работу. – Он подошел неслышно и остановился прямо за спиной, но девушка даже не вздрогнула, как ни в чем не бывало продолжила переписывать лекцию. – Аня!

Блондинка недовольно поджала губы и повернулась к непрошеному собеседнику:

– Мирослав, не нужно ходить за мной по пятам, тем более, что в корпусе гимназии за ней должен приглядывать ты!

– Если честно, то мне там скучно, – молодой мужчина со вздохом пристроился на подоконнике и тряхнул головой, отбрасывая с глаз непослушную прядь. – И страшно.

– Хм?

– Под дверью учительской меня караулили восьмиклассницы… Увидели на линейке и решили во чтобы то ни стало узнать, будет у них завтра история или нет. Расписание висит на информационном стенде, стенд на первом этаже, учительская на втором…

Аня насмешливо фыркнула, представив, с какой силой затрепетали юные сердца гимназисток, когда они увидели нового учителя истории и обществознания: стройного темноволосого красавца с лукавыми зелеными глазами и обаятельной улыбкой. К тому же оборотня, о чем красноречиво говорил серебряный перстень в виде оскаленной волчьей пасти на левом мизинце Мирослава.

Такой же был и у Ани.

– Решил спрятаться от влюбленных девочек в университетском корпусе? – девушка наконец поставила финальную точку и улыбнулась.

– Знаю, что не вышло, – ворчливо отозвался Мир. – Ты же тоже слышишь, как глупо они хихикают и топчутся за углом?

– “Ах, он такой красавчик!” – с придыханием процитировала блондинка, правда, сквозь слащавый писк явственно пробивалась ироническая интонация. – “Как думаете, девочки, ему нравятся скромные или раскованные?”

– Прекрати паясничать. – Не смотря на спокойный, даже немного усталый тон собеседника, Аня моментально уловила в нем рокочущие нотки и стала серьезной.

В их паре Мирослав был ведущим, и границ переходить не следовало.

– И все-таки, – после паузы произнесла она. – Почему ты не с ней? У нас довольно ясная задача, и…

– С этого окна она как на ладони. – Мирослав кивнул на одинокую фигурку на одной из лавочек, – а ты ее даже не заметила. – Молодой человек покровительственно взлохматил волосы своей собеседнице, – тебе многому еще нужно научиться, Волчонок.

– Я удивлена, что меня вообще перед испытаниями поставили на задание… – Аня подняла глаза на Мирослава. – Такого раньше не бывало…

– С чего ты взяла, Волчонок? А если и не бывало, то все случается впервые. Выше нос, Анька! Задание простое, для таких испытания проходить не обязательно…

С этими словами молодой человек легко поднялся с подоконника, еще раз улыбнулся и отправился в учительскую, оставив девушку задумчиво смотреть в окно.

Четыре дня присматривать за ученицей в гимназии – что же тут сложного? Но на душе у Анны было неспокойно...

...Дверь подъезда с лязгом захлопнулась за спиной выбежавшей на улицу девушки, заставив сидящих на лавочке бабушек вздрогнуть и прервать жаркий спор о причинах напряженности в международных отношениях. Местные эксперты оторопело уставились на возмутительницу спокойствия.

– Извините, – мрачно буркнула та, раздраженно одернула короткую джинсовку в безуспешной попытке прикрыть поясницу и стремительно направилась прочь.

Сейчас ей хотелось просто побыть одной, и пусть весь мир летит к черту!

Постепенно девушка успокоилась, но вот ощущение одиночества не появлялось. Словно кто-то шел за ней, но аллея парка была удивительно пуста для теплого и золотого вечера сентября. Девушка еще раз огляделась, слегка прищурила светлые глаза и свернула к неприметной тропке, скрытой кустарником с мелкими белыми ягодками и тронутыми багрянцем листочками…

Ходить по людным паркам в ипостаси Анна не любила. Даже с разрешением, даже зная, что никто ее не тронет. Любой человек, сколько бы лет он не прожил бок о бок с оборотнями, с вампирами, с магами, относился к ним с недоверием, с опаской, и лишний раз провоцировать людей на агрессию Ане не хотелось. Но есть приказ, с ним не поспоришь, вот и кралась Аня за своей подопечной кустами, неслышно ступая мягкими лапами по прогретой, слегка влажной после вчерашнего дождя земле.

Гимназистка, кстати, ничего не подозревала, шла и шла себе. Постепенно ее гнев, который Аня почувствовала, как только девчонка выскочила из дома, угас, и теперь блондинка ощущала лишь легкую настороженность вышедшей на позднюю прогулку девчонки.

Поначалу оборотень думала, что гимназистка просто бесцельно бродит, оттягивая время возвращения домой, но когда та свернула с тротуара на закрытую кустами тропку, поняла, что нет. Юная особа направлялась ко вполне конкретному месту, и Аня догадывалась к какому…

Раздраженно встопорщив усы, оборотень сменила ипостась на человеческую, отряхнула льняную рубаху и штаны, поежившись от вечерней прохлады, и, не переставая принюхиваться, тоже полезла в кусты.

Подходить вплотную к подопечной Аня не стала, нашла удобное дерево, ловко взобралась на него, порадовавшись тому, что листва только-только начала опадать, и притаилась, настороженно прислушиваясь, принюхиваясь и оглядываясь. Если в волчьем теле она чувствовала разлитую в воздухе опасность только вибриссами, то в человеческом – всей кожей. Аня была уязвима в этой ипостаси, но перекидываться все равно не спешила.

Подопечная не долго стояла на поляне одна: вскоре явилась вторая девчонка – невысокая, темненькая, с собранными в скучный и куцый хвостик волосами. Она осторожно вышла с другой стороны тропы, огляделась, заметила гимназистку и облегченно вздохнула.

– Я боялась, ты не придешь, – голос у подружки оказался таким же невыразительным, как и внешность, но вот запах…

Запах убедил Аню в том, что худшие догадки верны: кислые нотки пота, пробивающиеся сквозь тяжелый аромат туалетной воды, вряд ли мог бы учуять кто-либо, кроме оборотня или вампира, а правильно истолковать их мог не каждый оборотень. Скучная подружка оказалась наркоманкой, но наркоманкой не обычной, и Аня выругалась про себя, ожидая появления следующего действующего лица. Впрочем, легкое раздражение не помешало девушке подготовиться к визиту, да, она еще не прошла Испытания, и не все способности Семьи были ей доступны, но кое-что девушка умела.

Сосредоточившись, она еле слышно выдохнула и замерла. Со стороны ничего не изменилось: Анна все так же лежала животом на толстой ветке клена, но теперь весь мир, любое живое и неживое существо воспринимало ее, как эту ветку. С одним но: до первого движения, поэтому Аня перестала не только дышать, но и моргать. Если бы Мирослав мог ее видеть, наверняка похвалил бы…

Но Мир был далеко, а внизу переминалась с ноги на ногу скучная подружка, сосредоточенно распутывала провода наушников подопечная и ухмылялись два вампира…

Два вампира?!

Аня мысленно дернулась: она совсем не заметила появление кровососов, и это ее отнюдь не обрадовало.

– А вот и наши красавицы. – Один вампир был повыше: смазливый, с хитрыми серыми глазами и в щегольском пиджаке, второй – пониже, кареглазый, с тонкими губами. – Ты Мария, верно?.. Ирочка рассказала о тебе.

– И что же она рассказала? – девушка отступила на пару шагов назад, прищурилась. Аня чувствовала ее напряжение и нервозность, видимо, такой подлости, как два вампира, от щуплой Ирочки подопечная не ожидала.

– Что ты одинока, у тебя проблемы… – Голос у вампира был мягче и ласковее плюша, он медленно и плавно наступал на Марию, а глаза девушки блестели все ярче, становясь пустыми, бездумными.

– Если тут у кого и проблемы, то у тебя, упырь. – Аня спрыгнула с ветки в тот момент, когда смазливый взял ее подопечную за подбородок и откинул волосы девушки, открывая шею. – Пшел прочь.

Ирочка взвизгнула, второй вампир шарахнулся назад, но первый даже не отпустил Мари, повернулся, окинул оценивающим взглядом Анну.

– Ты мне, шавка? – Смазливый понял, кто сильнее. – Прости, конечно, но щенят я не боюсь… Стоять!

Мария дернулась, пытаясь освободиться, но как только вампир вновь к ней повернулся, обмякла и замерла. Отказываться от добычи смазливый не желал, и Аня решила драться.

Шансы свои она оценивала не очень высоко, но убегать, поджав хвост, бросать замороченную подопечную? Никогда! Поэтому девушка глубоко вдохнула, подобрала с земли палку, которая сразу же слегка замерцала, медленно выдохнула и бросилась в атаку.

Первый удар получила, как ни странно, Ирочка, с шипением кинувшаяся наперерез оборотню: Аня отправила ее в глубокий нокаут одним ударом ладони по лбу. Сразу же пришлось извернуться, уходя от тычка второго вампира, отпрыгнуть от удара смазливого и снова увернуться от длинного выпада кривого кинжала кареглазого. Передышки вампиры не давали, удары сыпались один за одним. Аня похвалила себя за очень успешную оборону, но перейти в контратаку не удавалось, а это уже верный путь в могилу… Можно было бы позвать Мирослава, ее зов он услышит с любого конца города и дальше. Но расписываться в собственном бессилии, да еще накануне Испытаний было выше аниных сил.

Кривой кинжал царапнул бок, и вампир радостно осклабился, показывая клыки. Оборотень начинала уставать, а вот два кровососа даже не запыхались. Все понимали, еще немного, и наглый щенок выдохнется, после чего избавиться от него не составит особого труда.

Помощь пришла с неожиданной стороны: позабытая в пылу схватки Мария пришла в себя, верно оценила ситуацию, в которой оказалась ее нежданная заступница, и решила помочь. Конечно, боец из человеческой девчонки был аховый, но она сделала главное – оттянула внимание вампиров на себя, дав Ане шанс перейти из обороны, в наступление. Весьма успешное наступление.

Кареглазого вампира оборотень просто отшвырнула, когда тот отвлекся, а вот смазливому не повезло, поймав затылком увесистый камень (“Ого! Вот это я умею!” – воскликнула Мари, поправляя очки), он по инерции шагнул вперед, разъяренно оглянулся, и палка вошла ему точно в сердце не хуже пресловутого осинового кола.

Анна развернулась, чтобы избавиться и от второго упыря, но того и след простыл, причем вампир не забыл прихватить с собой еще и Ирочку…

– Вот гад! – в сердцах выругалась оборотень.

– И предусмотрительный… – Подопечная подошла к телу смазливого, скривила губы, но давать характеристику ему не стала, видимо, куда больше ее интересовала Аня. – Серьезная рана?

– Царапина, – проворчала оборотень. Она была очень недовольна, что и не удивительно: план тихонько и незаметно следить за гимназисткой с треском рухнул.

Испытующий взгляд девчонки недвусмысленно говорил о том, что она ждет объяснений.

На хвост обязательно сядут вампиры, которые никогда не смотрели сквозь пальцы на трупы своих сородичей.

Рубашка и брюки безнадежно изгажены кровью.

“Да, Аня, ты просто идеальный исполнитель. Образцовый воин стаи!” – мрачно подумала девушка.

Глава 2

Аня любила вечерние гимназию и университет: почти пустые коридоры и аудитории озарял золотой свет клонящегося к западу солнца. В эти моменты учебные заведения наполнялись какой-то особенной атмосферой – немного грустной, немного таинственной.

И сейчас девушка, совершенно забыв про недописанный семинар, сидела в пустой библиотеке и зачарованно наблюдала за тем, как дневное светило медленно погружается в малиновое варево облаков. Библиотека, кстати, была излюбленным местом оборотня: вопреки традициям, она располагалась на шестом этаже корпуса, а не на первом.

Аня думала о подопечной: случайно ли ею заинтересовались вампиры, подослав к ней подсаженную на кровь Ирочку? Было ли верным решение рассказать Марии о том, почему оборотень оказалась рядом? Мирослав не стал критиковать и осуждать поступок своего щенка, но Аня по глазам видела - наставнику ситуация не нравилась настолько, что он не торопился делиться информацией со Стаей. А еще Мирослав явно что-то скрывал, он знал больше, чем она.

“А что мне, собственно, известно? – отвернувшись от окна, подумала оборотень. – Только то, что заказ поступил от Совета…”

Аня решительно встала, смахнула в рюкзак тетрадки-ручки, поправила кольцо и направилась к Мирославу. За ответами.

У дверей кабинета “преподавателя истории и обществознания” Аня слегка растеряла свой пыл, все-таки Мир был ведущим, а в Стае не приветствовалось такое явное нарушение субординации… А еще в коридоре отчетливо пахло духами подопечной. Девушка тяжко вздохнула, но откладывать разговор не стала. “В конце концов, Мария тоже имеет право знать правду,” – успокоила себя оборотень и уже уверенно толкнула дверь в классную комнату.

– Я не вовремя? - насмешливый голос Ани прозвучал в пустом (почти!) классе неестественно громко, заставив Мари дернуться.

Она испуганно обернулась, но узнав свою спасительницу расслабилась, только щеки продолжали предательски гореть.

Мирослав повел себя более сдержанно: легко оттолкнулся от парты, на которую опирался, изящным движением откинул с глаз челку и обаятельно улыбнулся.

Теперь у Марии покраснели и уши.

“Пропала девчонка!” – Констатировала про себя Аня.

– Тоже хотите послушать про бюрократическую систему Витте и его реформы? – оборотень иронично изогнул бровь. – Если нет, то попрошу вас покинуть аудиторию гимназии.

– Брось, Мир. Ты – оборотень, я – оборотень, странно притворяться, что мы не знакомы. – Аня закинула рюкзак на первую парту третьего ряда и плюхнулась рядом.

Парень поджал губы и уже не так вежливо произнес:

– Тогда почему бы тебе просто не уйти? Ты мешаешь занятию…

– Когда я пришла на вчерашнее занятие с теми девятиклассницами, ты был только рад. – Язвительно откликнулась девушка.

На бледных скулах Мирослава выступил румянец, а подопечная насмешливо фыркнула.

– Тогда располагайся, прочитаю лекцию и тебе, – проворчал оборотень. – Итак, мы остановились на том, что политическая ситуация в Российской Империи в XX веке…

– Это не та лекция, которую я хочу услышать. Почему нам поручили охранять Марию?

На этот раз Мирослав молчал дольше, потом отвернулся к окну и тихо сказал:

– Не знаю…

Аня недоверчиво прищурилась, но облитый закатным золотом оборотень не двигался, продолжая изучать макушки тополей.

– Серьезно? – голос Марии слегка охрип. – Тебя послали следить за человеческой девчонкой, и ты не попытался выяснить почему?

Парень пожал плечами:

– Мне было достаточно того, что задание Семье поручил Совет… Но теперь я ни в чем не уверен…

– Из-за вампиров? – Аня склонила голову к плечу. – А это не может быть просто совпадением? Вдруг этой Ирочке, или как там ее, нужно было привести нового “клиента”, чтобы собственный “абонемент” не закрыли?

– Может и совпадение… – Мирослав повернулся к своему волчонку и посмотрел ей в глаза. – Но сегодня я заметил два письма от совета: одно с просьбой объяснить убийство вампира, чего и следовало ожидать, а второе…

– Не может быть! – Аня поперхнулась. – Этого не может быть, черт побери!

– Может. – Мир криво усмехнулся.

Мария посмотрела сначала на одного оборотня, потом на вторую, но отвечать на ее невысказанный вопрос они не спешили.

– Да о чем вы? Чего не может быть?!

– Вот ты валенок, – Аня поморщилась. – Неужели трудно догадаться?

Подопечная обиженно надула губы, заставив Мирослава рассмеяться.

– Не обижайся на Аньку, она вредная, но добрая...

Девушка скептически хмыкнула, но все-таки пояснила:

– Совет очень интересовался, почему я преследовала человека.

– Так это же они тебе поручили!

Мирослав расхохотался, а Аня так выразительно посмотрела на Мари, что та стала совсем пунцовой, хотя дальше, казалось бы, некуда.

– Получается, кто-то внутри Семьи ведет свою игру. – Когда Мир успокоился, продолжила размышлять оборотень.

– И, возможно, связан с вампирами. Что-то подсказывает мне, что не зря они вчера нарисовались…

– И каков наш план? – глаза Ани хищно блеснули желтым, а голос азартно дрогнул, что Мирославу категорически не понравилось.

– Для начала, завтра утром ты съездишь в резиденцию Совета и отчитаешься за убийство вампира, а я послежу за нашей малышкой. – Волк замолчал, но заметив, что девушка все так же пристально на него смотрит, нехотя продолжил: – и на этом, думаю, все.

Анна вскинула брови.

– Я сказал: “Все!” Осталось всего два дня… Мы не знаем, какие цели преследует Семья, и…

– Так узнаем! – Аня редко позволяла себе спорить с ним, поэтому Мирослав насторожился:

– Могу я узнать причины твоего упрямства?

Анна зло хохотнула, заставив Машу вздрогнуть. Она вдруг отчетливо осознала, что эта милая девушка с длинной пшеничной косой, так похожая на обычную неформалку, совсем нечеловек. Оборотни замерли друг напротив друга, и Мария поняла, что ей это напоминает…

Волчий круг: вожак и бросивший ему вызов молодой наглый волк. Только вместо хищного серого кольца зрителей, она – Мария. Просто человек…

– Это все шито белыми нитками, – с рокочущим переливом в голосе процедила Аня. – Ты не видишь? Никому ненужная девчонка, за которой посылают следить тебя и меня. Приблудную шавку, непонятно кем и непонятно когда обращенную, и ее покровителя, самого популярного в стае наставника…

– И что? – Мир устало плюхнулся на учительский стул и вскинул на свою протеже взгляд.

Мария выдохнула.

– Нас пытаются подставить, вот что! – глаза Ани в очередной раз сверкнули янтарем. – Но кто? Зачем?!

– У тебя мания преследования… – отмахнулся Мирослав и, видя, что Аня готова огрызнуться, с нажимом произнес: – И закончим на этом. Я доверяю своей Семье! Пойдем, Мари, я провожу тебя домой. А ты иди, готовься ко встрече с Дознавателем Совета…

Оборотень аж задохнулась от возмущения, но продолжать бесполезный разговор не стала, раздраженно сдернула со стола рюкзак и вихрем вылетела из класса, напоследок хлопнув дверью.

Глава 3

Анна остановилась перед Резиденцией Совета.

“Мало правды во мне и в моих зеркалах,

Одиноких мечтаньях и нечаянных встречах,

Полуискренних песнях, полупьяных стихах,

Пластилиновых днях и восторженных речах…” © Обе-рек, “Мало правды”

Нажала на плеере “stop”.

Бывший купеческий дом был залит светом восходящего солнца, но впечатление все равно производил гнетущее, и девушка дернула уголком губ, словно бы хотела криво усмехнуться, но в последний миг передумала.

За свою недолгую жизнь оборотнем с членом Совета она сталкивалась всего один раз: когда он нашел ее в парке, почти мертвую, и вызвал помощь. Правда, об этом Ане рассказали уже потом, когда она очнулась, поняла, что не дома, не в больнице и даже не в морге…

Тяжко вздохнув, девушка наконец поднялась по ступеням, оттягивать встречу с Дознавателем не стоило. Дежурный маг назвал номер кабинета, куда оборотню требовалось пройти и снова вернулся к газете: к своим обязанностям охранника он явно относился спустя рукава.

“Виталий Крестов. Маг. Дознаватель

Часы приема:

8:30 - 13:00”

Прочитав табличку у кабинета “7”, Аня растерялась, но быстро овладела собой.

– Вот и свиделись, – нахально усмехнувшись, заявила она. Дверь со стуком захлопнулась за ее спиной.

Молодой человек поднял глаза от какой-то бумаги, которую изучал, и чуть улыбнулся, от чего руки Ани покрылись мурашками.

Когда она заметила его темноволосую и лохматую макушку, оборотень и подумать не могла, что у него будет такое… что он будет такой…

...Красивый…

– Прошу прощения? – маг слегка картавил, что немного разбавило романтичный дурман в девчачьей голове, и Анна наконец-то взяла себя в руки.

– Не извиняйся, – фамильярно заявила она, нагло скрипнув ножками стула по паркету.

Дознаватель медленно изогнул темную бровь и скептически скривил губы.

“Господи, да я же веду себя, как идиотка! – пронеслись в светлой голове лихорадочные мысли. – Что же я делаю?!”

Скептическая ухмылка Дознавателя плавно перетекла в удовлетворенную: щеки девушки разрумянились, от чего оборотень стала выглядеть очень… мило.

– Кажется, я тебя вспомнил. – Маг отложил в сторону бумаги. – Когда я видел тебя последний раз, ты больше напоминала поднятого из могилы свежачка. Рад, что ты выжила и даже стала такой боевой, что начала убивать вампиров. Не хочешь поговорить об этом?

– Не особо, – слегка охрипнув, выдавила Аня.

– А о том, зачем ты преследовала человеческую девушку? – молодой человек был само терпение и внимание: он говорил с Аней таким участливым тоном, что оборотню становилось не по себе. – Тоже? Во-от как… Но выбора у тебя нет, волчонок. Или ты отвечаешь на мои вопросы, или…

Аня неожиданно дернулась, зрачки ее расширились, и маг заметил мимолетный порыв девушки вскочить со стула и, наверное, убежать?

– Следить за человеком и охранять ее мне было приказано Вожаком. Приказ исходил от Совета. Это все, что я знаю. Вампир вообще на свою кровь людей подсаживал, так что можете сказать мне спасибо! Это все? – Оборотень выпалила эту тираду на одном дыхании и нетерпеливо закусила губу.

– Вообще-то нет… – маг недоуменно нахмурился, пытливо разглядывая девушку. Та сидела, как на иголках, явно с трудом удерживая себя на стуле. – Да в чем дело?!

Маг и Дознаватель явно не привык к такому поведению нежити у себя в кабинете, он возмущенно смотрел на оборотня, и даже это, вкупе с недоумением, не портило его красивое лицо, но Ане было все равно.

Сквозь магическую защиту Резиденции Cовета пробилось всего одно слово: “Аня!”, но голос Мирослава звенел от тревоги и напряжения, в нем было столько отчаяния, что волчица и без подробностей поняла, что дело плохо – нужно было срочно бежать к Маше. Срочно! А она сидела тут с магом…

– Мне срочно нужно к Марии…

Дознаватель изогнул бровь:

– К той девушке, которую ты преследовала? Зачем?

– Надо! – рявкнула оборотень, сверкнув желтыми глазами.

Стул с грохотом опрокинулся, и секундой позже хлопнула дверь.

Молодой человек откинулся на спинку своего кресла и выдохнул, глядя на свежие царапины на паркете:

– Просто...замечательно.

Аня вихрем пролетела по коридору, в длинном зверином прыжке перемахнула лестницу и выскочила из Резиденции прежде, чем маг успел поднять тревогу. Мирослав больше не кричал, не звал ее и даже на обратный зов не откликался. Из-за этого сердце девушки колотилось все быстрее.

Анна спешила изо всех сил, а когда добежала до парка, то перекинулась и весь остальной путь до дома подопечной проделала уже в волчьей ипостаси, распугивая ранних прохожих.

Когда девушка забежала в подъезд, в груди пекло раскаленными углями, а из носа тонкой струйкой бежала кровь – такие нагрузки с трудом переносило даже нечеловеческое тело. Забег до десятого этажа стал бы форменным самоубийством, к тому же Аня понимала, что если там враги, то запыхавшаяся и полуживая она вряд ли будет представлять для них серьезную опасность. Поэтому оборотень вызвала лифт, и пока он полз до нее с третьего этажа, извлекла из сумки хрустальную бутылочку размером с мизинец. В ней плескалась жидкость болотно-зеленого цвета, девушка залпом выпила ее и страдальчески скривилась. Вкус у “Бодрости” был отвратительный. Анна словно проглотила тухлую капусту с прокисшим молоком и занюхала это носком бомжа… Зато сердечный ритм восстановился, дыхание снова стало глубоким и спокойным, а измученные мышцы перестали ныть, снова наполнились силой.

Уже поднимаясь в лифте наверх, оборотень вытерла нос и подбородок тыльной стороной ладони. Девушка не знала, что будет ждать ее в квартире, поэтому готовилась на всякий случай ко всему, копаясь в сумке в поиске универсальных зелий. Но лифт остановился раньше – на девятом, а не десятом этаже. Волчица удивленно вскинула голову, а с лестничной площадки на нее уставились четыре ехидные вампирские рожи. У каждого упыря был арбалет.

Первый болт пробил грудь, второй шею, третий и четвертый вошли в печень и плечо. Анну отбросило на стенку, створки неторопливо схлопнулись, и лифт поехал на десятый этаж, где вплавленный в стену, как раз напротив шахты, с трудом открыл глаза Мирослав…

...Портал открылся бесшумно, только осветилась бледным голубым сиянием лестничная клетка. Виталий аккуратно ступил на холодный бетонный пол, забрызганный кровью, огляделся, прищелкнул языком, заметив темноволосого оборотня в стене. Тот, видимо почувствовав присутствие мага, едва слышно простонал:

– Лифт...квартира…

Виталий пассом одной руки окутал место схватки непроницаемым куполом, а пассом второй отпер лифт.

– Кошмар.

У стенки в луже крови сидела пробитая болтами девчонка.

– В квартире, надо думать, Мария? - маг полуобернулся к Мирославу, тот снова шевельнул губами: “Да”. – Потерпи. Сейчас я твоего щенка высвобожу, и займусь тобой.

Первым, что испытала Анна, придя в себя, была боль. Вторым – ярость. Освобожденная от арбалетных болтов с магической ловушкой, блокирующей регенерацию и возможность двигаться, она рванулась вперед, сверкая желтыми глазами, повалила человека на пол и щелкнула удлинившимися клыками у его горла.

Кровь из ее собственного залила белоснежную рубашку несостоявшейся жертвы.

– Прости, – булькнула она, заваливаясь на бок и сотрясаясь всем телом. Дознаватель рывком поднялся и махнул на нее рукой, не столько имея в виду: “Проехали”, сколько магически помогая экстренному заживлению ран. Времени у девчонки оставалось немного – он снова появился вовремя и снова спас. Если бы могла, Аня даже сказала бы ему спасибо, но говорить, когда тебя принудительно выворачивает из одной ипостаси в другую не мог ни один оборотень.

Три минуты пытки, и девушка с усилием встала на четвереньки, руки дрожали, ноги тряслись, голова кружилась, все внутренности словно бы скрутились в тугой узел и раскручиваться не желали. Поэтому подниматься Анна не спешила и едва ли не ползком двинулась к квартире.

Маг только тяжко вздохнул, переводя взгляд на Мирослава. Высвободить этого волка из “капкана” было намного сложнее.

Дверь не была заперта и легко подалась, когда Анна толкнула ее, оставив на покрытии кровавый след. Далеко ползти не пришлось: подопечная лежала в коридоре, свернувшись калачиком и прижимая к шее обе ладошки.

– Твою мать, – прошептала Аня. – ...ть!

Лицо Марии было классически бледным, губы бескровными, но она дышала. Пока.

Когда Мирослав, держась за стенку и кривясь при каждом движении, приблизился к ним, Аня с рычанием размазывала по щекам слезы.

– Кошмар. – Во второй раз произнес маг.

Мирослав осторожно опустился на колени возле Маши, аккуратно отвел ее тонкие пальчики от шеи, и зарычал.

– Вы можете спасти ее. Дать ей своей крови. Я составлю протокол, в котором опишу, все что здесь произошло, и тогда ее не ликвидируют.

– Она все равно будет вампиром, – прохрипела Анна. – Эти твари…

– Не время! Зато она будет жива! И эти ублюдки не добьются своего…

– Но, Мирослав, ты же не знаешь…

Парень яростно схватил волчицу за руку и прижал ее ладонь к бледным губам Марии. Девушка дрогнула и, не размыкая глаз, не приходя в себя, вцепилась в вымазанную в крови руку Анны зубами…

На площадке перед усадьбой Семьи выстроилась вся стая. Вечер был теплым, душисто пахли полынь и опавшая листва, откуда-то тянуло горьковатым дымком.

Анна стояла напротив связанного Мирослава, но тот, как ни старался не мог поймать ее взгляд. Девушка смотрела только на свои дрожащие руки и иногда оглядывалась по сторонам, словно надеясь, что кто-то ей поможет… Но Мирослав знал, что спасти их не под силу никому и ничему.

– Пора. – Вожак посмотрел на клонящееся к западу солнце, и кивнул Антону – распорядителю казни. Тот продолжил: – Пришло время привести приговор в исполнение.

Аня дернулась и обернулась, ее лицо исказила мука, а глаза бешено сверкнули золотым.

– Не надо, – тихо произнес Мирослав, зная, что девушка услышит.

Она услышала. И наконец-то посмотрела на него. Их взгляды встретились. Лесная зелень и небесная синева.

– Прости меня. – Оборотень неожиданно светло улыбнулся. – Я не слушал тебя, когда нужно было. Но я не жалею. Мы все-таки спасли Валенку… А я спас тебя. – Мирослав говорил так тихо, что Аня скорее читала по губам. – Ты ведь догадалась, да? Ты всегда была умницей.

– Пора! – голос Антона раскатился по двору, снова заставив Анну дернуться. – Приводи приговор в исполнение!

Виталий задумчиво прищурился: “Интересно, мне показалось, или этот хвостатый действительно торжествует?” Маг обязан был присутствовать при казни Мирослава Лесного, и это было последним его заданием в официальном статусе Дознавателя Совета.

– Анька, – Мирослав снова улыбнулся, заставив сердце девушки сжаться. – Забери мой меч. И...живи. Ради меня.

– Я не могу… Мирослав, я не смогу! – последние слова Анна крикнула.

Замершие вокруг волки, все как один с мрачными лицами, зашептались, но тихий голос всеобщего любимца, приговоренного к смерти из-за того, что какая-то пришлая шавка не справилась с заданием, с легкостью перекрыл их ропот:

– Улыбнись, волчонок. Пожалуйста.

– Пора! – в третий раз произнес Антон.

А Анна улыбнулась.

Виталий смотрел на Аню, откровенно любуясь ее красотой, но не упуская ни слова из того, что она говорила.

– ...Антон допрашивал нас отдельно. Очень надеялся доказать, что я самовольно обратила Марию… Договорилась с вампирами… Только твой протокол нас и спасал… – Несмотря на сухой, спокойный голос девушка то и дело прерывалась, с трудом начиная говорить после паузы. – Только его это не остановило… Вожак поверил ему… Антон даже достал письмо от… Совета. И повернул все так...что мы провалили задание… И после этого я...обратила Марию. Чтобы отыграться… За провал… Меня должны были казнить… Меня! - неожиданно крикнула Анна, но взяла себя в руки. – И тогда Мир взял вину на себя. Сказал, что… приказал мне…

– Тогда почему приговор в исполнение привела ты? Палач ведь Антон.

Ана скрипнула зубами.

– Я думаю, что это было его условие. Он принимает версию Мирослава, только если я... Только если я убью Мира! Только тогда я и буду жить… В изгнании…

Виталий откинулся на спину. Некоторое время он молчал. Аня же тяжело дышала, пытаясь взять себя в руки, и распутывала провода наушников.

– Антон добился своего… Лет десять и он, а не Мирослав, станет новым Вожаком. И тогда найдет тебя даже на краю света. За что же он так тебя ненавидит? – Парень горько усмехнулся.

Аня только дернула плечом в ответ и нажала “Play”.

“Окружают опасные тени,

Слуги увядшего прошлого,

По ночам я боюсь привидений,

И чего от них ждать хорошего?

Избегаю назойливых взглядов,

Прячу под веками скверну,

Из самых отравленных ядов

Совесть самый больной наверное...

Это ты делал своими руками,

Это ты думал своей головой…” © Обе-рек. Призраки

...Мария судорожно вдохнула и закашлялась, будто вынырнула после долгого пребывания под водой…

На город уже опустилась ночь. Душная, теплая, пахнущая полынью.

Вампир с усилием выдернула из груди влажно чавкнувший меч.

В тот вечер она видела, как Анна улыбнулась и легко взмахнула мечом.

Как упала на пожухлую траву голова ее Мирослава.

А теперь она видела все. Знала все.

И знала, кому мстить.