Клещ

Глава 1

1

— Я бы не стал соваться туда, гнилое место, — произнёс шаман Гыргол, делая глоток чая.

— Там находится важная стратегическая точка, без которой нам никак. Понимаешь? — напомнил Лаврентий.

— Понимаю, — ответил старик, — но помочь не могу.

Тёмные облака закрыли небо. Скоро должен был начаться дождь. Лаврентий и Гыргол наблюдали за тем, как первые капли падают на стекло. Встреча с шаманом на этом и закончилась.

— Мы справимся и без него, — зло процедил Лаврентий, обращаясь к Тимуру, который ждал его у выхода из дома.

— А что нам ещё остаётся? — ответил Тимур.

Всё было ясно ещё неделю назад: нужно лететь, но шеф всё упирался. «Плохая примета, — говорил Лаврентий, — нельзя без разрешения вождя на их территорию лезть».

— А я вам говорил, что это всё глупости, оправдания! Лететь нужно сегодня же! — встрял в разговор Коля.

— Вы ещё сосунки и многого не понимаете, — ответил Лаврентий, глядя в небо. Ветер усиливался. — Скоро погода станет нелётной, и нам не дадут разрешения на вылет.

— Я договорюсь с аэропортом, у меня есть связи, — ответил Коля.

— Слышь, человек-связи, а на том свете у тебя тоже связи есть? — поинтересовалась Тамара, которая подошла вовремя.

— Найдутся! — ответил Коля, широко улыбнувшись. — Вы сомневаетесь в моём профессионализме?

Все замолчали. Со словами Коли в лётном деле мало кто мог поспорить. Он лётчик высшего класса, и если он говорит, что сможет, то, значит, сможет.

Через час самолёт уже был готов к вылету.

Гыргол подошёл к Тимуру, который наблюдал за заправкой самолёта.

— Где Лаврентий? — спросил старик.

— Он отошёл. Сейчас он занят, — солгал Тимур. Сейчас уже было неважно, что скажет этот сумасшедший старик. Самолёт вылетит, и этого не изменить.

Шаман ничего не ответил. Видимо, догадался, что Тимур ему лжёт.

— Возьми с собой ружьё и никому не верь. Даже себе.

Тимур вопросительно на него посмотрел, но шаман ничего не ответил.

Так они и полетели вчетвером на заправочную базу, с которой прервалась связь месяц назад, после того как в тайге произошёл пожар.

— Ну и что ты думаешь обо всём этом? — спросила Тамара, обращаясь к Тимуру, который сидел рядом. Лаврентий ушёл к Коле в кабину пилота. До этого Тимур и Тамара почти никогда не общались. Она была молодой женой босса, и он старался держаться от неё подальше. Любой неверный шаг, и он мог вылететь с работы, которую так долго добивался. А теперь они остались наедине.

— Я стараюсь много не думать, — сухо ответил Тимур и отвернулся, прикидываясь, что его вдруг сильно заинтересовал ландшафт. Внизу он видел, как медленно сменяются леса и горы, реки.

— А ты ничего такой, — прошептала Тамара, приблизившись максимально близко к уху Тимура. По спине Тимура пробежали мурашки. Жена босса была очень соблазнительной — стройная фигура и пышный бюст.

Раздался звук закрывающейся двери, и появился Лаврентий. Тимур от неожиданности чуть не подпрыгнул. Тамара беззаботно сидела и смотрела в соседний иллюминатор.

— Скоро мы будем на месте, — довольно сказал Лаврентий. Они летели уже четыре часа на небольшом самолёте — «кукурузнике». Тимур отвечал за опись грузов на АЗС, а Тамара отвечала за радиосвязь с городом, и Лаврентий был рад, что жена внезапно согласилась лететь с ними. Обычно она не любила отправляться в тайгу, даже по делам. Что-то изменилось.

Самолёт мягко приземлился. Шасси зашумели, и машина, вздрагивая, стала замедлять ход. Небо было ясным, а погода солнечной, следы непогоды пропали. Когда Тимур вышел из самолёта, то он ощутил тяжёлый запах — смесь хвои и бензина.

Здание заправочной станции соседствовало с аэродромом. На базе АЗС никого не было. Тимура поразила неестественная тишина. Птицы и насекомые будто вымерли.

— Здесь есть свежие следы шин. Они ведут по зимнику, — сказал Николай, когда все снова собрались для обсуждения дальнейших действий.

— А ещё все баки с топливом пусты, — заметил Тимур. — Кража?

— Не знаю, — сказал Лаврентий. — Нужно узнать, куда ведут следы. Недалеко отсюда находится деревушка. Можно поспрашивать там.

— У нас есть топливо на обратную дорогу? — спросила Тамара.

— Обижаешь, — улыбнулся Коля. — Я всё предусмотрел.

Они направились по дороге и наткнулись на небольшую деревню. Первыми, кто их встретил, были местные собаки. Николай взял камень с дороги и бросил в свору, та моментально разбежалась кто куда по деревне. Все ещё долго слышали обиженный собачий лай где-то во дворах. Тимур заметил, как вдали прошёл какой-то человек в чёрном балахоне и на мгновение остановился, глядя в их сторону.

У ближайшего дома на лавочке неподвижно сидели дед и бабка. Лаврентий первым заговорил с местными. Тимур заметил, что кожа их лиц была очень бледной, с чёрными прожилками, а речь — путаная и медленная. Они предложили переночевать в пустом старом доме, а утром искать пропавших рабочих и топливо. Быстро темнело, и четвёрка согласилась.

— Мне надоел Николай, он всё время ко мне подкатывает, не то что ты, — сказала Тамара, когда Коля и Лаврентий разговаривали с дедом.

— С чего ты взяла?

— Да так… — ухмыльнувшись, ответила она. — Давай сегодня вечером прогуляемся?

— А как же Лаврентий?

— А, он будет в делах, ему в последнее время совсем не до меня.

Тимур ничего не ответил. Кровь прилила к лицу, становилось ясно, что Тамара начала наступление.

Наступила ночь. На небе неподвижно зависло несколько одиноких тучек на фоне звёздного неба.

«Будет похолодание», — подумал Тимур, когда взглянул вверх и поёжился. Он вышел покурить и не заметил, как за ним вышла и Тамара. Он отошёл во внутренний двор старого дома, где была уединённая беседка, которую не было видно со стороны дороги. Его выдавал только яркий огонёк в темноте. Вдруг Тимур услышал чьи-то шаги, а потом заметил тёмный силуэт. Он ощутил, как к его плечу привалилась Тамара и тоже закурила. Он молчал, думая, что сказать.

Тамара докурила и приблизилась к Тимуру ещё ближе.

— Ты ведь не собираешься кричать?

Он мог ощущать её горячее дыхание. Её губы скользнули по его двухдневной щетине.

— А я ведь только начала. Но ничего, в следующий раз я заставлю тебя постараться подольше. Ты ведь не против? — прошептала Тамара на ухо Тимуру и ушла.

«Я влип, — думал Тимур. — Теперь она будет шантажировать меня тем, что было». Если бы Тимур стал сопротивляться, она наверняка бы закричала и вывернула бы всё так, что это он напал на неё.

Тимур уже собирался возвращаться в дом, как вдруг увидел несколько теней, приблизившихся ко входу. Тихо подкравшись, он услышал голоса, которые звали почему-то Николая. Первый голос принадлежал той бабке, что посоветовала им поселиться в этом доме. Второй он не узнал. Бабка сказала Николаю, чтобы тот шёл с ней: она должна ему что-то показать. Николай без задней мысли пошёл за людьми, а Тимур — следом. Бабка довела его до соседнего дома. В тусклом свете лампы было видно, что там Николая встретило несколько человек. По одежде Тимур понял: это работники с АЗС.

Тимур решил пока не вмешиваться — нападавших было больше, и на первый взгляд казалось, что между ними шла спокойная беседа. «Пытаются выторговать украденное топливо?» — подумал он.

Затем перед Николаем появился мужчина в балахоне из чёрной ткани с капюшоном. Тимур вспомнил, что видел его днём. Ему не было видно, что открылось Николаю под капюшоном незнакомца, но это зрелище сильно напугало парня. Работники с АЗС вдруг схватили его за руки, не давая уйти. Тимур заворожённо наблюдал за происходящим.

Неизвестный снял балахон, и под ним оказался человек с бледным, иссушённым лицом. Вся его грудь и шея были облеплены, словно виноградом, крупными красноватыми ягодами, свисавшими с торса. Мужчина взялся за одну такую «ягоду» размером с кулак и потянул. Брызнула кровь, и Тимур понял: это огромный клещ; его лапки мерзко задёргались в воздухе, а от места, которым он присосался к человеку, тянулись тонкие извивающиеся нити.

Николай пытался кричать, но ему зажали рот, разорвали рубашку и оголили шею. Затем сзади на шею Николая поместили клеща, и тот моментально присосался к жертве. Даже через прикрытый ладонью рот Тимур услышал нечеловеческий вопль. Лоб его покрылся холодным потом. Спустя несколько минут Николай выпрямился, и его отпустили.

Пятясь в ужасе, Тимур случайно задел пустую консервную банку, и она с грохотом покатилась по земле. Его заметили! Он с ужасом понял, что Николай теперь шёл к нему вместе с рабочими с АЗС!

Тимур побежал обратно в дом, где они собирались ночевать. Там лежало его ружьё. Когда он оказался внутри, то понял, что остался один: Лаврентий и Тамара пропали. Схватив ружьё, Тимур запер дверь.

Спустя время раздался стук.

— Кто? — спросил Тимур.

— Это я, Лаврентий. Открывай!

Тимур открыл дверь и отошёл к дальней стене, заряжая ружьё. В дом вошёл Лаврентий с обеспокоенным видом.

— Тимур! Тамара куда-то пропала! Я вышел, а её не могу найти! Пойдём, поможешь её искать!

— Хорошо, — ответил Тимур, но вдруг вспомнил последние слова шамана. — Только сначала покажи шею.

— Да ты чего? — удивился Лаврентий. — Там же Тамара одна!

— Быстрее, — сказал он, подняв ствол.

— Ну вот она, моя шея, — произнёс Лаврентий. — Достаточно?! А теперь пойдём!

— А теперь покажи сзади.

Лаврентий застыл.

— Так ты мне выстрелишь в спину, — просипел он.

Тимур поднял ружьё и прицелился. Лаврентий медленно попятился назад.

— Дверь за собой закрой, — сказал Тимур напоследок.

— Ты об этом пожалеешь, — донёсся из темноты голос Лаврентия. Говорил он, но голос был не его — металлический, словно пропущенный через синтезатор.

Тимур стоял со взведённым ружьём и ждал. Ему казалось, что прошло несколько часов, но на самом деле — лишь несколько минут. Осторожно подойдя к двери, он закрыл её на засов.

Свет в доме мерно мерцал — горела керосиновая лампа. Вдруг за окном послышался шорох. Тимур убавил пламя и приблизился к окну. Снаружи что-то двигалось. Было ясно: в дом легко проникнуть — выломать дверь или выбить окно, и те, кто преследовал его, наверняка готовили нападение. Тимур понял: первый удар должен нанести он, иначе — конец. Он вспомнил про строительный контейнер рядом с сараем, переоборудованный в небольшой домик со стальной герметичной дверью. В тайге в таких прятались от медведей-шатунов ранней весной, если те забредали в деревню. Резко распахнув дверь, Тимур швырнул керосиновую лампу вперёд. Вспыхнуло яркое пламя, высветив несколько сгорбившихся фигур. Он выстрелил. Фигуры бросились врассыпную. Пользуясь замешательством, Тимур метнулся к контейнеру. К счастью, внутри никого не оказалось. Он запер стальную дверь и замер, вслушиваясь. Снаружи доносились скрежет когтей, глухие удары и топот. Через маленькое зарешечённое окошко были видны мечущиеся тени и яркий свет взошедшей луны.

Казалось, что земля ожила. Что-то медленно ползло по ней. Сотни тысяч маслянистых панцирей слабо блестели в свете месяца. Шорох движения этих существ окружил контейнер. Словно речной поток, они двигались по деревне, пожирая всё на пути. Где-то вдали взвизгнули собаки, и наступила тишина. Тимур всю ночь стоял у окна и, содрогаясь, напряжённо вслушивался в каждый шорох. Перед рассветом он уснул.

Он с трудом открыл заржавевшую дверь контейнера. Лучи раннего солнца пробивались сквозь хвою. Тимур вдохнул свежий таёжный воздух. Ясная погода контрастировала с атмосферой холодного ужаса в деревне. Тимур обнаружил, что людей не было — никого из тех, кто прилетел с ним. Он решил вернуться к старому дому, откуда совершил побег, и посмотреть на тела убитых им людей. На земле Тимур обнаружил иссушенные останки человека — это был Николай, его легко отличить по форме лётчика. Мертвец лежал ничком, и на его шее не было клеща, а только глубокое круглое отверстие с гладким краем — канал, уходивший в спинной и головной мозг.

Вздрагивая от каждого шороха, Тимур вернулся на дорогу, ведущую к АЗС. Там всё ещё должны были находиться самолёт, рация и связь с городом. Но когда он вернулся, то понял, что застрял. Сначала Тимур стал крушить всё внутри, хватая себя за голову и выдирая волосы. Всё оборудование было разбито, кто-то позаботился о том, чтобы Тимур не смог подать сигнал или улететь обратно. Теперь нужно было найти хоть какой-то транспорт, чтобы покинуть это забытое всеми место.

Вездеходов в деревне не было, только один старый грузовик с бочками топлива. Машина явно была с АЗС. Тимур пытался её завести, но ничего не получалось. Многие детали были испорчены, и ему пришлось вернуться к базе за инструментами и запчастями. Кое-что он позаимствовал у самолёта. Когда он закончил починку, уже наступил вечер. Дорога была извилистой, и ночью Тимур не справился бы с управлением.

Тимур решил уйти как можно дальше от деревни и переночевать в лесу на дереве, подальше от смертельного потока чудовищных созданий. Он наткнулся на небольшую полянку в нескольких километрах от деревни. Забравшись на дерево, он заметил, что ниже, у подножия холма, находится ещё одна поляна. Там блестел какой-то предмет, похожий на причудливой формы камень, а вокруг была воронка, словно после взрыва.

Когда наступила ночь, вереница людей в балахонах двинулась к камню. В руках они держали зажжённые факелы. Тимур наблюдал за процессией, затаив дыхание. Впереди шла девушка — он не сразу понял, что это Тамара. Она была почти без одежды, вся в ссадинах и синяках. Сектанты привели её к камню и привязали за руки к шесту. Дальнейшее он осознал не сразу. От камня в разные стороны расходились чёрные маслянистые отростки, и сектанты один за другим поднимали их и вставляли в рот, после чего замирали, медленно шатаясь из стороны в сторону.

Плечи Тамары содрогались. Раздался низкий рокот. Тимур вспомнил, что слышал его прошлой ночью. Потом появилась живая волна из омерзительных созданий, которая быстро двинулась к девушке. Маслянистые создания забирались по её обнажённому телу. Её грудь отчаянно вздымалась, пока её полностью не облепили чудовищные твари. Тимур отвернулся, не в силах смотреть на происходящее. Крик Тамары ещё долго возвращался к нему в кошмарах.

Когда появилось солнце, тело девушки было почти полностью обглодано. Пустые глазницы впали в череп. Сектанты ушли невредимыми, и омерзительные отростки скрылись под землёй. Что-то рядом с телом блеснуло в лучах солнца на багровой земле. Содрогаясь, он присмотрелся. Тимур достал небольшую пустую пробирку — такие используют для сдачи крови. Сбоку был нанесён штрих-код, но без специального оборудования Тимур не мог его считать.

Вернувшись в деревню, Тимур завёл машину с топливом и на полной скорости направился к чёртовой поляне. С остервенением он выливал топливо на заражённую и осквернённую землю. Он залил останки погибшей и чудовищный отросток, похожий на плодовое тело гигантского гриба или опухоли, который он принял за камень. Когда он это делал, Тимуру казалось, что отросток медленно дышал и даже вздрогнул от его действий. Тимур отвёл машину и с канистрой в руках вернулся к бочкам с топливом. Вдруг он услышал нечеловеческий, низкий и гортанный вопль. Взглянув на холм, он увидел, что к нему шёл тот самый человек в балахоне. Тимур достал из-за спины ружьё и выстрелил. Человек остановился на мгновение, а потом пошёл дальше, но медленнее. Тимур выстрелил несколько раз, но неизвестный продолжал упорно идти вперёд. Тогда Тимур продолжил выливать топливо из канистры, подгоняемый страхом за свою жизнь. Вскоре он заметил ещё нескольких в балахонах. Все они шли к нему. Тимур оказался в западне. Тогда он достал зажигалку и бросил её на бензиновый след. Вспыхнуло яркое пламя, которое устремилось к опухоли и бочкам с топливом. Один из людей в балахонах пытался затушить огонь ногой, но пламя перекинулось на него. Другие тоже побежали, пытаясь остановить огонь, но всё было тщетно. Сначала взорвалась одна бочка, потом другие. В воздухе раздался ужасающий крик, исходивший из чудовищной опухоли. Из леса и с окрестных полян к огню бросились животные. Все пытались остановить пламя. Тимур видел тысячи и сотни тысяч клещей, которые ползли в огонь, пытаясь потушить пожар своими телами.

Он лежал на земле, отброшенный взрывной волной, и в ужасе наблюдал, как осквернённые животные и люди, пытаясь остановить пожар, сами погибали в пламени. Он понял: если сейчас не уедет — тоже сгорит. Он побежал к машине. Она сначала не хотела заводиться, но после того, как Тимур накричал на неё со слезами на глазах, двигатель взревел.

Тимур выехал на зимник, пытаясь собраться с мыслями.

«Когда мы пришли в деревню, — думал он, — нас ждали. А это значит, что заражённые есть и в городе».

2

Тимур подкараулил шамана и ударом приклада оглушил его. Его терзали сомнения: а вдруг он ошибся? Вдруг шаман ни при чём? Но других подозреваемых просто не могло быть, ведь только этот старик знал о вылете группы на самолёте.

Он затащил старика на склад и привязал к стулу. Всё было приготовлено заранее. Рядом стояли ведро с холодной водой и ружьё. Вылив на шамана воду, он заставил Гыргола очнуться.

— Признавайся, гад, ты нас предал? — спросил Тимур.

Старик непонимающе осматривал помещение.

— Где я? — простонал он.

— Что за твари нас встретили? Что происходит с людьми в тайге?!

Старик закрыл глаза и словно в трансе ответил нечеловеческим тоном:

— Тебе это не остановить. Нас теперь никто не остановит…

— Кто вы?! — воскликнул Тимур, но шаман вдруг открыл глаза и непонимающе спросил:

— Зачем ты меня связал? Я ни в чём не виноват!

Тимур вдруг замолчал и достал длинный нож. От вида стали старик чуть не потерял сознание и уже хотел закричать, когда Тимур закрыл ему рот кляпом. Гыргол не видел, что происходит, а только чувствовал, как что-то разорвало его одежду сзади, а потом его поразила острая боль в шее. Он почти потерял сознание, когда раздались выстрелы.

Когда Гыргол очнулся, то понял, что лежит на кровати, а рядом сидит Тимур с ружьём в руках.

— Что происходит? — простонал старик, сомневаясь в реальности происходящего.

— Ты был заражён. На твоей шее сидел клещ. Он контролировал тебя…

— Клещ?

— Да. На твоей шее осталась глубокая рана, я зашил её как мог. Попробуй пошевелить ногами и руками, аккуратно.

Старик медленно задвигал пальцами на руках и ногах.

— Хорошо, — выдохнув, сказал Тимур и рассказал обо всём, что с ним произошло: о том, как пропали его коллеги, что случилось с Тамарой, и о том, как во время пожара животные пытались потушить пламя своими телами и спасти опухоль на земле.

Гыргол долго молчал и думал, потом спросил:

— Как ты меня освободил?

— Сначала я хотел срезать клеща с шеи, но когда я начал резать, тварь спрыгнула на землю. Я взял ружьё и выстрелил, но промахнулся. Быстрая тварь.

— Плохо…

Они снова замолчали. Тимур убрал ружьё и вытянулся на стуле. Наконец он дал себе немного расслабиться.

— Я не знаю, что это такое, — сказал шаман. — Но слышал, что похожую опухоль нашли в соседнем городе — Красная Звезда.

— А ты был там? — спросил Тимур.

— Я не помню. Всё как в тумане после того, как вы улетели.

— Ясно… — ответил Тимур и стал медленно проваливаться в сон. Он не спал уже несколько дней.

Раздался скрип кровати, и старик поднялся. Трясущейся рукой он потянулся к ружью. Взяв его, он взвёл курок и направил ствол к виску Тимура. Щелчок взведённого ружья вырвал Тимура из беспамятства, и тот рывком отбросил ствол в сторону. Раздался оглушительный грохот выстрела, который контузил Тимура. Второго выстрела не последовало — в ружье не было патронов. Гыргол набросился на него, пытаясь задушить. Его пальцы, словно клещи, вцепились в горло Тимура. Откуда в старике столько силы? Тимур, ничего не видя перед собой, выхватил нож из-за пояса и вонзил во что-то перед собой, не раздумывая. Тело старика обмякло и придавило Тимура.

Когда Тимур пришёл в себя, он увидел перед собой лицо старика с застывшим выражением ужаса. Он откинул в сторону труп и заметил блестящий панцирь ещё одного клеща, затаившегося в волосах шамана. Тимур схватил ружьё, вставил патрон и, прицелившись, выстрелил в голову. Голова шамана разлетелась, словно спелая дыня.

«Что же делать? Я должен пойти в полицию и всё рассказать. Мне помогут, — думал Тимур. — Нет больше никаких опухолей и чудовищных созданий».

3

— Представляешь, сейчас пришёл бомж в чёрном балахоне, с гнилыми зубами, и стал требовать, чтобы я выпустил того безумца из камеры. Совсем мир сошёл с ума: то один выстрелом голову размозжил деду, а теперь бомжи что-то требуют от ментов… И-ик, — сказал первый полицейский, ковыряясь в зубах; его жирная шея еле помещалась в застёгнутом воротнике. Он говорил со вторым — худым и грустным полицейским с широким большим подбородком.

— М-да, такого раньше не бывало. Ты бомжа-то принял?

— Нет. Вёрткий оказался. Ушёл, — ответил первый, почесав затылок.

Весь разговор слышал Тимур, сидевший за решёткой в полицейском участке. Когда он услышал о неизвестном в чёрном балахоне, его сердце мучительно заныло.

«Зря я пришёл. Как дурачок, поверил в полицию. Я всё им рассказал: и про самолёт, деревню — всё. А они только пальцем у виска. Дело быстро состряпали. Тело шамана нашли. А теперь за мной пришли они. Это конец», — думал Тимур.

Тимур не знал, что в соседнем с участком доме находилась маленькая кондитерская, в которую вошли молодой человек и его девушка в розовом объёмном платье. Он купил ей это платье несколько дней назад, и она теперь постоянно гуляла в нём как дурочка по городу. Его это сильно раздражало, и, чтобы как-то успокоиться, он решил посетить кондитерскую.

— Дорогой, ну не здесь же, — прошептала девушка.

— О чём ты? — непонимающе переспросил парень.

— А кто тогда погладил меня по бедру? — задумчиво проговорила девушка и ощутила, как тысячи крохотных ножек бегут по её телу. Её платье внезапно ожило и забурлилось.

Все закричали, когда посмотрели себе под ноги, но было уже поздно.

— Чёрт возьми, Володя, там какая-то тварь присосалась к шее! — раздался голос толстого полицейского с первого этажа.

Тимур подбежал к решётке и воскликнул:

— Это то, о чём я рассказывал. Откройте дверь! Иначе мы покойники!

Худой полицейский усмехнулся, цыкнул на Тимура и спустился вниз. Раздался ужасный крик, и Володя вбежал обратно на второй этаж, приперев спиной дверь. Его глаза округлились от страха.

— Прошу, открой!

Полицейский с минуту смотрел на Тимура, потом подбежал к решётке и открыл замок.

— Здесь есть выход на крышу?!

Полицейский отрицательно покачал головой. Он был бледен как полотно.

Тимур открыл окно и посмотрел вверх. До крыши было недалеко, нужно было только прыгнуть и подтянуться. Когда он залез на стол, чтобы приготовиться к прыжку, то услышал истошный крик Володи и выстрелы. Тимур не стал оборачиваться, а просто запрыгнул на крышу. Он подтянулся и стал осматриваться. Почти наступила ночь, казалось, что город спит, но на самом деле пришла смерть. Из кондитерской рядом раздался мужской и женский вопль. С другой стороны здания участка был обрыв, и внизу блестела водная гладь реки.

Тимур заметил старую радиовышку, её удерживали несколько тросов. Радиовышка сильно накренилась и угрожающе покачивалась из стороны в сторону. Он медленно поднимался на вышку, когда на крыше появились мириады ужасающих созданий. Кроме клещей, там были создания, похожие на собак, но сделанные из переплетённых бурых и скользких волокон. Тимуру казалось, что это страшный сон.

За ним медленно поднимались отвратительные создания. Один из тросов не выдержал под весом Тимура и чудовищ, лопнул, а потом и другой. Вышка дернулась и рухнула. Вместе с обломками Тимур полетел вниз, в бурную воду реки.

4

— Ой, ну слушай, давай сначала искупаемся. Тебе стоит для начала охладить голову, Ваня.

— На что она мне сейчас, — хмыкнул парень, неохотно открывая дверь «Нивы».

Первой в воду забежала Наталья, её упругая грудь резво подпрыгивала в купальнике. Ваня скептически наблюдал за ней.

— Вода — прелесть, заходи!

Но вместо ответа Ваня стал внимательно всматриваться в противоположный берег, а потом замахал руками, жестом показывая, чтобы Наталья плыла к берегу.

— Там что-то плывёт к берегу!

Течением реки принесло брёвна, бочки и какие-то лохмотья. А потом Ваня заметил тело человека; он лежал в воде ничком. Явно это был труп, а потом и ещё один.

— Да что же это такое! — воскликнула Наталья, брезгливо выбираясь из воды.

— Плывёт из Красной Звезды. Может, случилось что-то. Обвал, например? — размышлял Ваня.

— Давай посмотрим, может, там, у берега, прибило что-нибудь интересное? — заметила Наталья.

— Ты видела, там мертвецы в воде!

— Да ладно, давай посмотрим.

Они шли вдоль обрывистого берега реки по узкой дорожке.

— А вот ещё один труп… — содрогнувшись, сказал Ваня.

Ниже, у самой кромки, лежал человек. Лицо его было изранено, а одежда изорвана. Выше по течению были пороги и скалы. Удивительно, что ему так мало досталось.

Наталья спрыгнула с дорожки на каменистый берег. Когда она приблизилась, человек вдруг сделал громкий вдох, а потом, содрогаясь, стал откашливаться.

— Он ещё жив! — воскликнула Наталья. — Помоги мне его поднять.

Ваня спустился и уже жалел, что согласился на её уговоры. Тащить человека без сознания пришлось ему. Они втащили незнакомца на заднее сиденье машины и тогда услышали низкий гул в воздухе. Они вышли из машины, чтобы всмотреться в небо.

— Что это такое? — спросил Ваня. Вдали над лесом появилось тёмное облако, которое подозрительно быстро приближалось. Когда облако оказалось совсем близко, стало ясно, что оно состояло из полчища москитов.

Комары были аномально большими: один комар был размером с ладонь и имел не по три, а по восемь пар лапок с крючками на концах. Наталья успела только охнуть, когда это облако подлетело к Ване и вцепилось в него конечностями; словно рыболовные крючки, они подцепляли Ваню за кожу и тянули вверх. Человеческий визг пронёсся над тайгой. Когда количество комаров превысило некий предел, они подняли тело парня в воздух. К этому моменту он уже был без сознания от невероятной боли.

Наталья с воплем забежала в машину и захлопнула дверь. Она видела, как тело её парня уносится куда-то в сторону города. Наталья трясущимися руками завела машину и поехала в деревню. Она не умела водить и только немного ездила за рулём, шутя с Ваней. Когда машина разогналась и въехала в деревню, Наталья не справилась с управлением и врезалась в столб. Она сильно ударилась головой о руль.

Наталья вздрогнула, когда ощутила чьи-то руки у себя на плече. Это была Татьяна, местный фельдшер. Наталья вдруг разрыдалась, давая волю чувствам.

— Что случилось? — спросила Татьяна.

— Там на берегу… — всхлипывала Наталья. — Там Ваня.

Татьяна мягко пересадила девушку на соседнее кресло и сама села за руль.

— Нет! — запротестовала Наталья. — Нужно сообщить участковому. Я туда не вернусь!

— Участковый уехал в город, — солгала ей Татьяна, прекрасно зная, что участковый сейчас в запое и от него мало толку. Она как раз шла от него и заметила «Ниву» у столба.

— Где всё произошло? — твёрдо спросила Татьяна.

Наталья словно её не слушала: она тряслась, обхватив колени руками, и что-то пролепетала про берег реки и утопленников, а ещё про комаров.

Татьяна, как ей показалось, всё поняла правильно: Ваня, парень Натальи, сорвался с обрыва в воду и сильно ушибся, ему нужна помощь, и если она не поторопится, всё может закончиться плохо.

Татьяна приехала к ближайшему от деревни пляжу, но на самом деле Наталья и Ваня были на дальнем пляже — они хотели уединиться. Наталья закрыла лицо ладонями и совсем перестала отвечать на вопросы Татьяны. Фельдшер иногда слышала тихие всхлипы девушки на соседнем сиденье. Когда они наконец приехали, Татьяна схватила девушку за плечи и с силой её встряхнула, чтобы та наконец пришла в себя.

— Где всё произошло?

Наталья, словно в трансе, пошатываясь, вышла из машины и непонимающе стала осматриваться.

— Я не понимаю… — пролепетала девушка.

— Пожалуйста, вспоминай, — поторопила Татьяна. Ей было жаль девушку, они были давно знакомы, поэтому фельдшер сняла с себя куртку и дала её Наталье. Девушка тряслась, и куртка её немного согрела, после чего они побрели к берегу. У самого обрыва росли какие-то странные кусты желтоватого цвета.

— Что за… — прошептала Татьяна, но запнулась. Она смотрела на странное растение, состоящее сплошь из густых золотистых кудрей. Татьяна сразу вспомнила о паразитическом растении — повилике, которое оплетает своих жертв и сосёт из них соки. Но это растение было другим: оно было гораздо больше и, кажется, даже медленно двигалось!

Наталья, словно пьяная, немного покачивалась.

— Этого здесь не было, — сказала она и, прежде чем Татьяна успела её предупредить, коснулась жёлтой лианы. Жёлтые путы с молниеносной скоростью устремились к Наталье. Девушка успела только пискнуть, когда её потянуло к самому кусту. Жёлтые отростки оплетали руки и ноги Натальи, обматывали шею и бёдра. Глаза девушки были полны ужаса. В какой-то момент из её рта вырвался безмолвный крик, а потом её затянуло в самую глубь.

Татьяна заметила, что лианы теперь направились к ней. Она побежала обратно к машине. Заперевшись, она была в безопасности. Желтоватые отростки постепенно оплетали дверь машины. Она не стала ждать, чем закончится дело, и завела мотор, направившись обратно в деревню.

Мысли лихорадочно метались в голове. Связь с городом пропала несколько часов назад, мост был сломан. Она даже не могла представить, как идти одной через тайгу. Ей нужна помощь, но что делать? Вдруг она услышала чей-то хриплый голос на заднем сиденье.

Она закричала и чуть не угодила в кювет. Нажав на тормоз, Татьяна развернулась и увидела окровавленного человека. Незнакомец прошептал:

— Помоги…

Эти слова охладили её ум; она глубоко вдохнула, приводя мысли в порядок. Она знала, что нужно делать. Она осмотрела незнакомца: у него было сотрясение, несколько ссадин и синяков, вывих плеча и симптомы переохлаждения от длительного пребывания в воде.

«Первое, что нужно сделать, — думала она, — это помочь пострадавшему, а потом связаться с кем-нибудь, кто сможет помочь».

Она не заметила, как наступила ночь. В деревне было подозрительно тихо: ни собак, ни кур не было слышно.

«Куда пропали все жители, пока меня не было?» — думала Татьяна.

Татьяна подъехала к своему дому. Она побежала к соседям, но никого не было, потом к другим — и там никого. Сердце Татьяны бешено колотилось. Что происходит? Даже пьяный участковый куда-то пропал!

Она вернулась к машине и вытянула мужчину на землю. Он был очень тяжёлым для стройной и высокой тридцатилетней девушки. Она волокла его по земле, затащила в дом, потом в спальню и на кровать. Татьяна быстро наложила повязки, сделала несколько уколов, дала обезболивающее. Она использовала те лекарства, которые были у неё дома. Идти куда-то за помощью теперь ей было страшно.

Ухаживая за незнакомцем, она пыталась успокоиться. Её мысли бешено метались. Где все люди? Как защитить себя? Вдруг она вспомнила про поленницу и топор. И тут раздался стук в дверь. Кто-то пришёл.

Она неуверенно спросила:

— Кто там?

— Это я, Наталья, открой, — раздался голос девушки.

Татьяна онемела от удивления, а потом открыла дверь. Перед ней стояла девушка в той самой куртке, что она отдала ей, а из-под которой виднелся купальник. Кроме этого, в поведении или словах Натальи не было ничего необычного.

Татьяна отошла в сторону и впустила гостью. В комнате было темновато, и она особенно не присматривалась к ней. Ей показалось, что она услышала звук, будто по полу волокут провод или шланг, но она не придала этому значения.

— Что с тобой случилось?! — воскликнула Татьяна, усаживая девушку.

— Со мной всё в порядке, — непонимающе ответила та.

— Тебя же втянула та образина…

— Нет, всё со мной в порядке, я не понимаю, о чём ты.

— Ясно… — ответила Татьяна, пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь в своей памяти. Всё было как в тумане. Может быть, это ей почудилось?

— На заднем сиденье лежал мужчина, где он сейчас? — вдруг спросила Наталья.

— Я отвезла его в медпункт, — соврала Татьяна. Что-то не нравилось ей в поведении и движениях девушки. Та была похожа на куклу, которую дёргали за ниточки.

— Будешь чай?

— Да, спасибо, — ответила Наталья.

Татьяна встала, чтобы поставить чайник, и снова посмотрела на девушку сзади. Та сидела ровно, словно ей в спину вставили стальной прут. А потом Татьяна заметила сегментированный тяж, который тянулся к выходу. Он имел желтоватый оттенок и шёл от самого основания её куртки. Это был словно бы кабель, который соединял тело девушки с чем-то, что притаилось в глубине леса.

— Я пойду за спичками, побудь здесь пока, — сказала Татьяна, похолодев от страха. Девушка не ответила и продолжила сидеть без движений.

Татьяна быстрым шагом пошла за топором. Ей хотелось бежать и вопить от ужаса, но она сдерживала себя.

Она вернулась с топором и со всей возможной силой опустила остриё на этот отвратительный тяж. Когда он разорвался, из него полилась бесцветная жидкость. Та часть, которая уходила в сторону леса, вдруг подтянулась и ускользнула. Наталья без движений рухнула на пол.

Татьяна подбежала к девушке и ощупала пульс. Наталья была мертва. Татьяна стянула с неё куртку и увидела, как под ней маслянистый сегментированный тяж распадался на отростки, которые проникали под кожу в районе шеи, пояса и плеч.

Татьяна с отвращением и ужасом отпрянула в сторону.

Тимур медленно стал приходить в себя. Его голова гудела, а руки и ноги ломило от боли. Когда он открыл глаза, то сначала увидел темноту. Его глаза медленно привыкали к полумраку. Потом он увидел плачущую девушку с топором в руках. Она замахнулась на него, метя прямиком в голову.

5

— Если ты думаешь, что я заражённый, то не нужно было давать мне прийти в себя, — простонал Тимур.

Татьяна выронила топор и заплакала.

— Я не знаю… — всхлипывала она.

Тимур приподнялся и медленно нащупал ладонью затылок. Чисто. Он облегчённо выдохнул и откинулся на подушку.

Сначала Татьяна рассказала всё, что с ней произошло. Тимур слушал её очень внимательно, не перебивая, а потом наступила его очередь.

— Ты думаешь, что опухоли в земле во всём виноваты и они охотятся за тобой, чтобы мстить? — спросила она, когда Тимур закончил.

— Я не знаю… Мне до сих пор неясно, как такое маленькое существо может поработить сознание человека.

— Не думаю, что оно само обладает сознанием. Вспомни о вирусах: в них нет ничего разумного, они только реализуют программу. Может быть, здесь то же самое? — предположила Татьяна.

— А как же Наталья?

— Чудовище, которое её схватило, было большим, как та опухоль, о которой ты говорил. Может быть, это скопление — командный центр?

— Не знаю, — покачал головой Тимур. — Мы должны уходить как можно быстрее. У тебя есть машина?

— Есть, но от неё мало толку. Мост на большую землю не починили, мы можем двигаться только пешком.

— А как же река? В деревне есть лодка?

— Да, у мужиков была лодка, но мотор они убирают под ключ. Придётся грести вёслами.

— Лучше так, чем здесь с этими…

Татьяна помогала идти Тимуру. Он, хромая, шёл, держа в руке рюкзак с консервами, который она успела собрать. Они быстро нашли лодку и вёсла к ней и спустились на воду. Река у деревни была бурной, и им пришлось сильно постараться, чтобы не вылететь на булыжники и не перевернуться в порогах. Спустя несколько километров река успокоилась и стала значительно шире. Они наблюдали, как вдоль берега ровными рядами движутся дикие животные.

Река расширилась ещё сильнее. Берег сильно удалился и теперь не был им виден. Они плыли по озеру.

— Напротив устья должен быть город, — сказала Татьяна, указывая путь.

Они долго гребли по очереди, пока не достигли противоположного берега.

К своему удивлению, они увидели военных. Те маршировали в противогазах. Беглецам указали дорогу к ближайшему блокпосту, где собрались такие же беженцы.

Когда они подошли, вдруг раздался безумный вопль, и толпа расступилась. Один из беженцев схватился за голову и стал кричать. Его тело начало мутировать за считаные минуты. Одежда затрещала, расходясь вместе с кожей, колени вывернулись назад. Кровь сочилась во все стороны, и вдруг Тимур заметил те самые безостановочно движущиеся волокна — как тогда, на крыше полицейского участка.

Подоспевшие военные открыли огонь из автоматов, и создание рухнуло на землю. Кто-то бросил бутылку с горючим, и вспыхнул огонь. Откуда-то сбоку раздался новый крик — теперь уже другой. Вдали люди видели, как над противоположным берегом озера пролетали истребители и сбрасывали снаряды. Прозвучал оглушительный взрыв, грохот которого моментально докатился до блокпоста. Люди наблюдали, как далеко на горизонте вспыхнуло пламя. Миллионы гектаров были выжжены напалмом. Самолёты принялись утюжить края территории, а потом стали смещаться всё глубже.

— Мы должны скорее идти вперёд, пока не стало слишком поздно, — простонал Тимур, беря под руку ошеломлённую Татьяну.

6

— Ну что, показывайте, — сказала Татьяна, обращаясь к больной. Та повернулась к ней спиной. Татьяна в резиновых перчатках стала медленно осматривать затылок пациентки. Была жалоба на кожный зуд и острую боль. Также пациентка жаловалась, что в её волосах будто кто-то ползал.

Татьяна медленно раздвинула копну волос и принялась осматривать кожу. Она увидела тысячу небольших отверстий. Каждое отверстие было похоже на дырку в сыре — гладкие края. Дыры уходили глубоко в плоть. Татьяна направила свет лампы на дно отверстий в коже. Там она увидела шевелящихся опарышей; некоторые из них окукливались, и на свет лампы отреагировали жирные мухи.

Татьяна с ужасом нажала на тревожную кнопку и выбежала из палатки. То, что произошло потом, она не видела. К палатке моментально прибыли военные с огнемётами, сожгли всё дотла и без лишних вопросов покинули место.

Татьяна вбежала в соседнюю палатку и стала ножницами и скальпелем среза́ть волосы с головы. Ей казалось, что мухи всё ещё копошатся в её волосах.

Через час вернулся Тимур. Он нашёл Татьяну полностью лысой, на коже её головы были видны следы порезов. Она что-то срезала с себя.

— Что случилось?! — воскликнул Тимур.

— Не приближайся ко мне. Я заражена…

— Что? Как?!

— Мухи отложили яйца мне в кожу. Я срезала всё, что смогла. Но я всё ещё чувствую, как они копошатся у меня под кожей.

Тимур обработал голову девушки и внимательно осмотрел.

— Я ничего не вижу, — сказал он.

— Они там, ждут момента…

Татьяна приблизилась к Тимуру вплотную, лицом к лицу, и сказала:

— Я хочу, чтобы ты меня прикончил. Я не могу сама. Я не хочу превратиться в это!

— Подожди. Я не вижу причин для беспокойства. Давай сначала ты сдашь тесты, а потом уже…

Татьяна расплакалась и уткнулась лицом в плечо Тимура.

Чтобы хоть как-то отвлечь девушку, Тимур решил спросить её о деле:

— Есть информация по пробиркам, что я нашёл в тайге?

— По содержимому — нет, но штрих-код принадлежит противочумному институту, — ответила Татьяна.

— А что по нему?

— Институт находится на заражённой территории. Нам до него не добраться.

— Но шанс-то есть.

— Меня беспокоит то, — немного успокоившись, сказала Татьяна, — что военные теперь сжигают людей без разбора.

— Ситуация ведь критическая.

— А если произойдёт ошибка?

— Не думай об этом.

7

Татьяна сидела на пассажирском сиденье. Её голова была перебинтована и сильно болела. Она не принимала лекарств, боялась не заметить симптомов заражения. Машина спокойно ехала по пустынной дороге. Не было встречных или попутных машин. Они были одни на дороге. Тимур был за рулём. Он включил радио, и они молча слушали кантри.

Мёртвые деревни и пустынные заправки мелькали за окном. Скоро должен был начаться дождь. Вдали были слышны раскаты грома.

— Плохо, — хмыкнул Тимур.

— Почему? — спросила Татьяна.

— Огнемёт лучше работает в ясную погоду.

— Точно. Может, тогда вернёмся?

— Другого шанса может и не быть. Военные бомбят эту территорию, и в следующий раз нам, может, нечего будет искать.

По карте значилось, что институт находился в нескольких километрах от них. Всего-ничего по такой дороге. Но что-то Тимура беспокоило. Как из института пробирка непонятно с чем попала в тайгу, в самую её удалённую часть? Эту пробирку он нашёл ещё тогда, в самом начале всего этого безумия, рядом с местом жертвоприношения.

— А почему не получилось определить содержимое пробирки?

— Определить получилось. В пробирке находились нуклеиновые кислоты и белки… Остатки биоматериала, но откуда он и чему или кому принадлежит, определить не получилось, — ответила Татьяна.

— Ясно. А вот и здание института, может быть, там мы найдём ответы, — сказал Тимур.

Машина подъехала к ограде. Часть здания была разрушена пожаром. Тимур вышел первым. Он достал баллон с горючим, надел на спину и присоединил к нему брандспойт. Татьяна взяла из багажника запасной баллон, и они пошли к зданию.

— Что-то мне не нравятся эти кусты вдоль дорожки, — сказал Тимур и выпустил в них струю огня. Из кустов вылетело целое облако огромных комаров, которые тут же попадали на землю. Тимур методично опрыскивал их тела огненной смесью.

Внутри здания они быстро нашли центральный компьютер, но он не работал: не было электроэнергии.

— Обычно в таких институтах есть запасной генератор в подвале, — сказала Татьяна. — Ты можешь проверить? Я пока останусь здесь и попробую разобраться с журналами.

— Уверена? Я бы не хотел оставлять тебя одну.

— Не переживай. У меня с собой ружьё. Лучше поторопись.

Когда Тимур вернулся и в здании загорелся свет, Татьяна сидела за письменным столом, зарывшись в документы.

— Есть информация?

— Да, всё хуже, чем я думала. Кажется, в институте проводили эксперименты.

— И что же?

— Они хотели объединить генетический материал вирусов и бактерий всех самых опасных заболеваний в одном!

— Чтобы сделать смертельное оружие? — предположил Тимур.

— Я сначала тоже так подумала, но нет. Чтобы разработать бактерию — супер-чума, способную адаптироваться к любым условиям среды. Эта бактерия, для того чтобы выжить внедряется в клетки хозяина и вызывает быструю мутацию.

— И эта зараза вырвалась наружу?

— Нет, — ответила Татьяна, оторвав взгляд от документов. — Эти записи говорят только о планах разработки. Но я ничего не понимаю, когда я училась в университете нам говорили, что это невозможно…

— Значит — возможно, и раз нам теперь всё стало известно, мы можем возвращаться? — спросил Тимур.

— В компьютере должны быть данные о возможных способах борьбы с патагено, — ответила Татьяна.

— Ясно. На это уйдёт много времени?

— Я не знаю. Для начала нужно зайти в систему.

— Ну тогда я буду патрулировать коридоры, — сказал Тимур и направился к двери.

— Тимур! — воскликнула Татьяна.

— Да?

— Будь осторожен, пожалуйста.

8

Татьяна работала за компьютером, полностью сосредоточившись на процессе.

— В институте работали над вирусом, который мог бы уничтожить супер-чуму.

— Отлично, — ответил Тимур. Его голос слегка дрожал, но Татьяна не обратила на это внимания. Что-то было не так.

— Образец находится в соседнем помещении. Я сейчас открою сейф и возьму её, а потом мы можем убираться отсюда.

— Хорошо. Как сделаешь всё, подойди ко мне…

Татьяна нажала несколько клавиш на консоли, и после негромкого писка сейф в соседней комнате открылся. Она нашла внутри шприц и ампулу с вирусом.

— Тимур, вирус у меня. Ты где?

— Здесь… — почти шёпотом ответил Тимур из темноты одной из комнат.

— Тимур? — повторила Татьяна, насторожившись. Её сердце тяжело застонало в груди. У неё было плохое предчувствие.

— А теперь стой, где стоишь… На полу лежит огнемёт. Возьми его и поддай света. Главное, не трогай стены…

Татьяна в полутьме нащупала огнемёт.

— Что происходит? — почти рыдая, спросила девушка.

— Делай, как я сказал, пожалуйста…

Она повиновалась. Татьяна надела баллон и брандспойт. Она повернула вентиль, и свет пламени стал ярче. Теперь она поняла, что случилось.

Тимур стоял рядом со стеной, его рука приросла к стене, да и не стена это была вовсе, а огромная плесень, которая медленно пульсировала на стене. Бурые отростки оплели руку Тимура, не давая ему пошевелиться. Эти же отростки оплели его ноги и почти добрались до головы. Плесень не торопилась, пожирая свою жертву.

— Сожги меня, пожалуйста… Пока не поздно… — простонал Тимур.

В помещении было темно, и Тимур искал способ включить свет и вляпался в это. Татьяна поняла, что, перед тем как стало бы совсем поздно, он снял с себя огнемёт и, перекинув его через плечо, бросил в проход. Это давало шанс на спасение Татьяне. Её ружьё могло помочь только в некоторых случаях, с таким ей не справиться.

— Что ты делаешь… Не подходи! — из последних сил выговорил Тимур, а потом ощутил лёгкий укол в шею, после чего потерял сознание.

Когда он очнулся, то увидел Татьяну, которая оттащила его в комнату с компьютером. Она заперла дверь и сидела с взведённым в руках огнемётом. У Тимура возникло чувство дежавю.

— Я же уже заражён. Зачем?

— Ты здоров. Я ввела тебе вирус. Сначала та штука отпустила тебя, а потом почернела и стала распадаться на части. Я притащила тебя сюда, но до конца не была уверена, что вирус поможет.

— И что теперь? Лекарство было у нас в руках, а теперь его больше нет.

— Лекарство есть, и теперь оно находится у тебя в крови, — поправила его Татьяна.