Как решиться

Глава 1

Хотя и подтаивало днем, все равно было еще довольно холодно. Степан ходил по городу и раздумывал, куда обратиться. Если идти в скупку, то могут привязаться, а то и городового позовут. Степан решил сначала перекусить, зашел в небольшой трактир, почему-то пол его был значительно ниже порога и нашел себе место у стены. Половому заказал два стакана чаю и два кренделя с маком. Половой поморщился, хотел что-то сказать, но, посмотрев в глаза Степана, коротко поклонился и убежал.

Вокруг Степана сидел, пил, и ел разный люд. Инвалиды войны громко кричали, материли власть и скинутого царя. Молодой человек даже оглянулся по сторонам. Никто на них не обращал внимания. Пара молодых рабочих пила дешевую водку, еще три подозрительных личности что-то потихоньку обсуждали. Один из них мазнул Степана беглым взглядом и окончательно отвернулся. Кому он нужен - простой крестьянский парень.

Степану надо было найти человека, который бы сразу дал хорошие деньги за царские червонцы. С чего-то парня потянуло к буфетчику, молодому мужчине с набриолиненным пробором. То ли тот был обучен внушать доверие, то ли Степан оказался таким глупым.

Выпил Степан чай и подошел к прилавку. Он стоял и поглядывал на разнокалиберные бутылки, изредка косился на буфетчика, и наконец, решился.

- Дядька, не знаешь, где можно продать царский червонец? Прилизанный дядька за отшлифованным прилавком ровно складывал желтое полотенце. Когда он услышал про деньги, то на секунду замер и мгновенно подвинулся к Степану, - покажь!

Степан полез во внутренний карман и достал червонец. И показал буфетчику, но в руки не дал. А дядька смотрел не на червонец, а на руку Степана. На левом запястье у парня белел большой треугольный шрам. Потом дядька быстро бросил взгляд на монету. Глаза его сразу загорелись. В этот момент к прилавку, покачиваясь, подошел пьяный мужик, он тоже узрел золотую монету.

- Где спер, парень? – басом зарычал мужик и протянул волосатую руку. Степан быстро опустил монету в карман и оттолкнул его руку. Молодой человек еле успел увернуться от удара, еще немного, и здоровый мужик снес бы Степана на пол. А так Степан левой же рукой очень жестко ударил его в пах. Мужик раскрыл рот, хотел что-то заорать, но неожиданно пискнул и свалился на грязный пол. Он корчился в грязи и стонал.

Степан сразу закричал, - мужику плохо! Отравился, наверно!

Когда парень выскакивал из трактира, то обернулся и увидел злой взгляд буфетчика за прилавком.

В том районе города, где чуть не взяли с червонцами, Степан больше не бывал, зачем рисковать. Но этот случай напомнил о себе совсем с другой стороны.

Однажды Степан зашел в лавку за хлебом и встал в очередь. Как обычно, все болтали о войне, о мире, о разных партиях… Хорошо, что ему в свое время кое-что убедительно объяснили, а то он бы также спорил чуть не до драки и доказывал какую-нибудь явную глупость.

Впереди Степана два мужичка тихо о чем-то говорили. Парень внимательно прислушался. То, что он услышал, заставило тут же поддернуть левый рукав. Мужички, один другому рассказывал, что по городу ходит парень и срочно ищет, как выгодно продать царские золотые червонцы. И узнать этого парня можно по большому шраму то ли на левой руке, то ли на правой.

Степан похолодел. Этот разговор шел о нем. Молодой человек спокойно вылез из плотной очереди, пропустил вперед одну тетку и спешно покинул лавку.

Надо было что-то делать. Уже на улице Степан незаметно завернул левый рукав и посмотрел на свой шрам. Да-а-а… Как его замаскировать?

Шел домой, к тетке, у которой снимал угол, и все думал, что же делать? И уже подходя, Степана осенило: надо сделать другой шрам, совсем не похожий на этот. Дядька за прилавком в забегаловке запомнил треугольный шрам, а Степану нужно сделать квадратный…

Но как?

Перед ужином все размышлял и прикидывал, как себе шрам новый сделать. Сидел в своем углу за ситцевой цветастой занавеской на топчане и смотрел на свою руку. В комнате чем-то занималась тетка Анна, и совершенно не обращала на Степана внимания. Скоро она захочет спать и заставит постояльца погасить свечу. Так что надо торопиться.

Степан пристально разглядывал руку и вспоминал, как получил этот шрам. Что и говорить, безнадежным дураком был. Это было года два назад, дед показывал внуку приемы с ножом, парень усиленно и серьезно тренировался. В один из дней Степан упросил деда показать, как работать с ножом двумя руками. Дед сначала не хотел показывать, но потом нехотя согласился. Он начал делать вытянутые вперед круги правой рукой, в которой был нож, и затем подключил левую руку. Руки непрерывно по очереди вырывались вперед, у деда была такая бешеная скорость, что все мелькало. Но парень все-таки что-то уловил.

На следующий день Степан начал пробовать. С одной рукой у него получалось неплохо, а вот когда подключил вторую руку, то все движения замедлились. Степан упрямо продолжал и даже ускорил движения, и доигрался. Резанул себя по левой руке по запястью острым ножом. И довольно сильно. Кровь обильно потекла, и Степан испугался. Начал закрывать рану, а она не сходится. Тогда схватил газету, оторвал кусок, поплевал на него и прилепил. И так стал пальцем держать. Кровь постепенно успокаивалась. Только тогда Степан почувствовал боль. И вот здесь Степан начал бояться деда.

И глупому внуку попало от старика. Дед взял веревку и сначала ею отходил внука. Потом стал лечить его. В результате такой дурацкой выходки остался шрам на всю жизнь.

Сначала Степан хотел просто резануть два раза острым ножом поперек шрама, потом серьезно подумал, а что, если резану глубоко и не смогу быстро остановить кровь. Подумав, Степан решил не резать, а резко ударить два раза. Но все прикинув, решительно отказался. Нож у него был не тяжелый и поэтому мог сделать неглубокие раны, и через них все равно будет виден старый шрам.

Опять к Степану подкрался навязчивый страх, чуть не перешедший в панику. А если он истечет кровью? Вдруг ему не удастся остановить кровь? Пришла новая мысль, - может выпить? Не так больно будет, да и решиться будет легче? Нет! Не хочет он так!

Степан достал свой нож, погладил лезвие, вытер о рубаху и начал калить лезвие на пламени свечи, оно сразу закоптилось. Вспомнил деда, тот говорил, - если чего сильно боишься и не решаешься сделать, то или сразу отказывайся, себя не мучай, или делай, не раздумывая…

Степан мандражировал. Оттягивал свою операцию. Говорил себе, - а может остудить нагретый нож. Ведь он может обжечь, и тогда ожог будет.

Снова почудился дед, если бы он видел Степана в этот момент, то сказал бы, - брось ты это! Не для тебя это дело! И отвернулся бы от внука.

Степан резко выдохнул и быстро сделал один порез прямо посередине шрама. Второй порез Степан делал сравнительно медленнее, потому что не чувствовал боли. Странно, но ожога не было, и кровь не сразу потекла. Да она даже и не потекла, а так, выступила крупными каплями. Парень быстро взял приготовленную чистую тряпку и намочил ее водкой, заготовленной заранее. Сразу приложил тряпку к ране. Так Степана учил в свое время дед.

Когда тряпка начала промокать, Степан немедленно взял пепел из пепельницы, снял тряпку и начал обильно посыпать крестообразную рану. Подождал, когда рана промокнет, и снова посыпал пеплом. И так несколько раз. Затем придавил черную массу внутрь раны и только тогда шумно выдохнул. Резаные раны заныли. Ничего. Пусть. Зато Степан сделал то, что хотел. Правда поможет ли это?