Изыди

Глава 1

Я смотрела в глаза Иуды и думала только о том, какое наказание ему придумать.

На самом деле этого красивого молодого парня зовут Александром, но я не собираюсь обращаться к нему по имени. Он виноват в том, что со мной произошло и он за это ответит!

Перекошенная от страха физиономия, моего бывшего коллеги, меня больше не интересовала. Всё что должна была узнать – я узнала.

Отведя взгляд от бедного лица, на котором застыла маска ужаса, ещё раз осмотрела окружающие нас руины... И приняла решение:

– Иди с миром, надеюсь – не заблудишься, – киваю парню на тонкую стежку, над которой всегда клубился туман и никогда не было солнца...

Темные земли, скажу я вам, очень неприятная территория, особенно, если ты не собирался в них оказаться....

Я – даже не думала, но обстоятельства – забыли спросить мое желание, а призрачные жрецы – не имели права хоть что-то рассказать.

А мне, всего-то, требовалось выбраться из пустыни к людям и "врываться" к привратникам Храма моя, "обжаренная" под палящими лучами полуденного солнца, тушка – абсолютно не собиралась. Я просто искала тень, чтобы переждать, когда ярило уберет свои ненасытные, жалящие кожу, хлысты и можно будет продолжить путь по следам протекторов, которые с каждой минутой были менее заметны.

Под обжигающим дыханием раскаленного воздуха мои штаны приклеились к телу. От липкого пота застилало глаза.

Дурой, смею надеяться, я никогда не была, поэтому, как только отбежала от полыхающего средства передвижения, то первым делом, после того как прооралась от страха, занялась своей экипировкой.

Волосы, когда я к ним прикасалась – обжигали. Поэтому, чтобы прикрыть голову, я, стащив футболку, повязала ее как бандану, а покрывало накинула на манер пончо прямо на спортивный лиф. К бедуинам я себя не причисляла, но надеялась, что в таком виде смогу добраться до ближайшего поселения, или найти других путешественников...

К сожалению, долго брести не получилось. Пустынные пески – это вам не джунгли, а солнечный удар и обезвоживание – цветочки, по сравнению с потерей сознания на солнцепеке…

Мне показалось хорошей идеей притулиться к полуразрушенной стене, непонятно откуда возникшую в складке барханов, закрепив над собой единственную тряпку, которую успела вытащить из горящего автомобиля, не считая рюкзачка, где, помимо ненужного сейчас барахла, лежали полторашка воды и пара пачек печенья. Слава Богу, что свою сумку я не стала закидывать в багажник, как настаивал водитель, а закрепила на одном плече и использовала его потом на ухабах вместо подлокотника.

Темно красное полотно, с которой и начался путь по Темным землям, была «любезно» наброшена на вышарканное сидение почившим проводником, вернее собственником, моего временного транспорта. Я, увидев такой вариант чехла, с удивлением покосилась на сложенное в несколько раз покрывало, на что мой временный попутчик усмехнулся: «Так удобнее. Если что, то в любой момент есть из чего сделать навес» …

Причем тут какое-то покрывало? При всем, но давайте я начну с самого начала…

Разрешите представиться – Ирина, тридцать пять лет, фоторепортер небольшой газеты города N-ск. После выхода нашумевшей «Дюны» была отправлена в ближайшую Астраханскую пустыню – Рын-Пески, чтобы заснять величественные пейзажи и набросать свои впечатления сравнив их с тем, что видела в киноленте. Просто… Быстро… Без всякого риска…

Неплохое начало? Однако…

Все пошло не так в тот момент, когда утром сломался минивэн редакции, на которым мы отправились в командировку и Сашка, простите, юное дарование и по совместительству мой стажер – Александр, решил «по-быстрому» его починить самостоятельно:

– Да что там сложного топливный шланг заменить? Ладно, на всякий поменяю свечи и фильтры. Делов-то на два часа…, – разорялся он, когда я заикнулась об СТО и сдвиге сроков. –Ты бери любого извозчика и выдвигайся. Чтобы не потерять утренние пейзажи, а я тебя догоню. Только не забудь мне скинуть свое местоположение…

– Самый умный? – зло прошипела я, зябко кутаясь в ветровку. До восхода еще было пару часов и утренняя прохлада пробиралась под легкую ткань летней куртки. – Ты уверен, что в пустыне будет интернет? Да и где я тебе ночью найду таксиста, который готов прокатиться хрен знает куда?

– Ты как маленькая, – закатил глаза этот умник, – любой водила станет гидом, если ему предложить бабло.

– Раз ты такой неглупый, то мог бы и сообразить что нужно подстраховаться, а не отправлять женщину, с незнакомым мужиком, неизвестно куда, – начала я закипать.

– Господи, – закатил глаза коллега. – Ирина! Зачем эта бестолковая суета? Кому ты нужна? А про сроки и не заикайся! Газета тут не причём. Мне самому нужно вернуться домой как можно быстрее – я невесте обещал…

Нет, мне конечно понятно, что Александр еще идеалист и верит в благородство людей, но не до такой же степени… Пусть я не красавица, особенно когда не накрашена, пусть у меня имеется несколько лишних килограмм, но «бесцветной молью» назвать меня нельзя. Поэтому, возмущение клокотало в моей душе: он бы еще предложил в бордель устроиться подсадной уткой в надежде, что никто не клюнет на невзрачную, взрослую тетку.

– Если со мной что-нибудь случится, я с того света вернусь, чтобы наказать тебя, – зашипела я, оборвав стенания молокососа. – Поэтому, чтобы потом за тобой не носилось приведение, пойдешь со мной и договоришься, что меня не только отвезут в пустыню, но и вернутся к тебе, и покажут точное место, где я обосновалась

– И зачем кому-то так заморачиваться? – фыркнул парень. Странно, мне всегда казалось, что диплом о высшем образовании является, пусть не доказательством, но, хотя бы, справкой о том, что у человека есть мозги. Видимо, не в данном случае…

Снисходительная ухмылка и скептическое выражение лица парня меня взбесили:

– Ты, – ткнула я пальцем в его грудь, – как аванс, оплатишь только заправку, а когда человек вернется, то рассчитаешься с ним окончательно и за поездку туда, и за поездку обратно! Я сейчас же отправляю редактору сообщение о нашей ситуации!

Кстати, стоянку, где предприимчивые старожилы набирали туристические группы, мы нашли быстро. И, как ни странно, там уже стояло несколько желающих подзаработать на любопытстве отдыхающих… Вот так, я пересела с вполне комфортабельного авто на старенький потрепанный УАЗик, за рулем которого был пожилой мужик.

Ранний подъем сыграл со мной злую шутку – я задремала… Разбудил меня громкий хлопок и рев сигнала, но удар в висок тут же отправил в нокаут…

Пришла в сознание под звук осыпающегося стекла и скрежет металла… Машина лежала под барханом на левом боку. Мое тело практически висело на ремне безопасности, навалившись на рюкзачок, который уперся в тело водителя. Лобовое стекло было в трещинах. Боковые окна – отсутствовали. Осколки, которые были всюду, подсказали, что кувыркались мы не раз. Из-под капота валил дым, и вырывались языки пламени.

– Нам надо выбираться, – прохрипела я, толкнув мужчину. – Взорвемся!

Он никак не отреагировал, поэтому я решила похлопать его по щекам. Протянула руку и увидела – мертв. Его остекленевшие глаза смотрели в никуда…

Для того чтобы выбраться из смертельной ловушки, мне пришлось наступить на его плечо...

Вот тогда-то я и выдернула проклятый гобелен для того, чтобы накинуть его на разбитое стекло, стараясь как можно меньше пораниться, когда буду выбираться через пассажирскую дверцу.

Рюкзак я выкинула практически сразу, чтобы он мне не мешался, а когда грохнулась в песок то непроизвольно схватила и его лямки, и чужое покрывало.

На адреналине я бежала от пылающей машины, утопая в проклятом песке, как можно дальше. А потом был взрыв, и я долго орала, размазывая слезы по грязным щекам, потому что осознала: очнись я на несколько минут позже и меня не спасло бы никакое чудо.

После того как меня перестала сотрясать дрожь – я и создала для себя походную экипировку. Увы, далеко уйти у меня не получилось. Развалины какого-то сарая попались мне на глаза совершенно случайно.

Надо было видеть с каким воодушевлением я, чуть ли не на карачках, ползла к нему. Пусть там нет крыши, пусть стены обрушены, но это хоть и призрачная, а защита.

Во мне жила надежда, что Александр, даже если не отремонтирует машину, додумается выехать за мной на такси. Ведь, по логике вещей, человек, который должен был меня довести до места, не вернется, а приблизительная точка высадки ему известна – он ее лично показывал на карте моему водителю.

Так вот, как только я притулилась к саманной поверхности, которая практически не давала тени, то начала быстро обшаривать взглядом все, что попадалось на глаза. Палок, чтобы соорудить хоть какой-то навес – не было. Зато вокруг валялось множество обломков самана. И у меня в воображении возникла «схема»: одна сторона покрывала закреплена на торце уцелевшей стены, а противоположная натянута под углом и прижата грузом создавая пусть куцый и корявый, но шатер.

Дав себе несколько минут отдышаться и позволив маленьким глотком освежить пересохшее горло, я побрела подтаскивать к своему убежищу то, что смогу сдвинуть с места… Мое внимание привлек крупный обломок внешней стены с неровными крошащимися краями. Мало того, что ухватиться несподручно, так еще и тяжеленный.

Ну, и что – что не подъемный? Я же женщина смекалистая! У меня есть подол самодельного пончо, который можно использовать как петлю, а тело будет тягловой силой… С учетом того, как я впряглась в это ярмо, обо мне, в тот момент, смело можно было говорить: «я – и лошадь, я – и бык…».

Материя соскальзывала с глиняного булыжника. Каждую неудачную попытку я плюхалась плашмя и сквозь зубы цедила красочные эпитеты, которые должны были обезболить натруженные и отбитые мышцы, благо, что там не только кожа да кости, а также помочь мне сдвинуть с места треклятый обломок, видимо, посланный в наказание за мою настырность, или упрямство…

Когда я дала себе слово, что сделаю последнюю попытку и если не получится, то брошу это гиблое дело и буду собирать мелкие, а поэтому легкие обломки, которые навряд ли удержат край полога, моя добыча сдвинулась с места… пол, засыпанный песком, разверзся и… я с визгом полетела вниз …

Скрежет был слышен даже через мой истеричный вопль, а плита «захлопнувшая мышеловку» отрезала единственный источник света, то есть люк, в который я свалилась.

Приземлилась слишком быстро, но очень жестко. Опять пострадала спина и то, уже не очень мягкое место, которое ниже нее. Пока валялась, глядя в темноту, переводя дух и глотая слезы, вокруг меня начало происходить что-то непонятное.

Холодные сквозняки, почему-то, обдували сразу со всех сторон. Мне казалось, что даже вдоль спины пробегает ледяная струйка воздуха. Но ведь такого не может быть?! Я же лежу, по ощущениям, на камне…

Мои всхлипы разносились с гулким эхом, словно я находилась в пещере, или в гроте. В какой-то миг мне почудился шепот нескольких человек:

– Это она?

– Это она!

– Она пришла?

– Ее привели!

– Люди, – с дуру заорала я и попыталась подскочить. Над головой и где-то в стороне заметалось эхо: «ите, ите, те, те…», а я, от пронзившей позвоночник боли, вновь свалилась на свое твердое ложе. Мне показалось что от прострела из глаз полетели искры и вокруг, из-за них, стало светлее.

– Что это? – заволновались невидимые мне мужчины. Теперь-то я точно слышала разные, но явно мужские тембры.

– Помогите, – стон вырвался из груди, а рыдания, которые сотрясали тело, били и прожигали, словно молнии.

– Она не сдается, – хмуро воскликнул один из присутствующих и подошел ближе. Чтобы не шевелить головой, я скосила глаза и не поверила себе. Рядом был не человек – это я поняла сразу, но признать, что этот абсурд, у меня не получалось.

– Но ей придется, – приблизилась ко мне еще одна фигура. – Она была нам обещана за доступ…

Я не знаю, как описать то, что предстало предо мной, чтобы вы не подумали, что я до сих пор брежу: серые балахоны с глубокими капюшонами, которые закрывали лица, были словно сотканы из черных клубов дыма и… не касались пола.

– Кем обещана? Какой доступ? – заорала я, вновь попытавшись подняться, но горло перехватило и, вместо крика, по пещере разнесся сип.

– Колдун и ведьма обещали жертву и вот ты здесь, – прошелестел мне на ухо первый.

– Им нужен проход через Темные земли в храм Черной богини, – соизволил пояснить второй.

– А что со мной будет? – рискнула уточнить я, хотя разум уже нашептывал ответ.

Увиливать призраки не стали. Один шепнул:

– Ты будешь умирать медленно и мучительно.

– А затухающий огонек твоей жизни станет проводником в храм Смерти для твоих убийц, – дополнил другой.

Знаете, когда в детстве меня ругали за острый язык и драчливый характер, то мне было не ясно почему, если меня обзывают, то нужно промолчать, а если бьют, то развернуться и уйти. Почему? Этот вопрос и сейчас крутился у меня в уме, но озвучить смогла только суть:

– Как наказать обидчиков?

Призраки склонили свои головы, словно к чему-то прислушиваясь и вдруг мне тоже стал слышен мягкий женский голос:

– Ты готова возложить на мой алтарь свет души, чтобы стать темным ангелом мести?

– Готова, – без колебаний выпалила я.

– Приведите ко мне мою новую жрицу, – растаяло вдалеке и призрачные жрецы безмолвно поплыли в боковой проход, поманив меня за собой.

В этот раз движения не доставили никаких неприятных ощущений поэтому быстро поднявшись, я бросилась за ускользающими в темноту призраками. Мы молча неслись по узкой шахте, но, естественно, в ней разносились только звуки моих шагов.

Через несколько минут сумасшедшей гонки у меня закололо в боку, а из груди начало выпрыгивать сердце. Перед глазами, от постоянного напряжения, начали плясать звезды… Но все когда-нибудь заканчивается…

По зрачкам резанул далекий луч света и призраки притормозили:

– Сейчас ты самостоятельно выйдешь на тропу, – зашептал первый.

– Тебя будут пытаться остановить, но ты не должна сомневаться, – поддержал второй. – Ты узнаешь своих убийц, но что бы они тебе не говорили – не слушай.

– Они тоже смогут пройти к Богине вслед за мной? – нахмурилась я.

– Нет, они будут пытаться через эфир достучаться до твоего затухающего сознания, чтобы заставить тебя стать их проводником. Не дай им ни малейшего шанса, – сказал первый. – Когда они узнают, что ты отняла у них возможность стать сильнее, то будут искать тебя по всему тонкому миру, стараясь сбить с пути, или «отпустить твою душу на небеса», но тогда ты не сможешь покарать за свою смерть.

– А они точно узнают? – шагая к свету в конце тоннеля уточнила я у проводников.

– Даже не переживай, – хмыкнул второй. – Поверь, они очень быстро почувствуют, что что-то пошло не так, не зря же они платили своей кровью, когда рисовали печати обязательств.

– Я опережу их, – процедила я и шагнула на еле заметную тропу, которая скрывалась в густом тумане.

Свет, который с болью вырвался из моей груди, рассеял дымку на несколько шагов и теперь мне было видно куда двигаться. В памяти всплывали фрагменты моей жизни, которые заставляли то смахивать слезы, то улыбаться. Я непроизвольно замедлила шаг, но путеводный огонек не желал снижать свою скорость и мне пришлось поторопиться. Чтобы не отставать, я ухватилась за тонкий лучик, который протянулся ко мне. Пальцы цепко ухватились за упругую ниточку и потеряли свою визуальную плотность.

Удивиться не успела, потому что в этот миг услышала голос своего коллеги, который, по идее, уже должен был искать меня в песках:

– Темная тварь, захватившая душу Ирины, взываю к тебе. Силой своей заклинаю – изыди! Нет твоей власти…

– Колдун нашелся, – хмыкнула я и ускорилась. – Да, к тому же, еще и обзывается!

– Ирина, услышь меня, – раздался незнакомый женский голос. – Мы призываем тебя…

– Чуть-чуть потерпите, – фыркнула в ответ ведьме и побежала к проявившейся арке, за которой виднелись гранитные стены храма. Красный балахон мешал, путаясь в ногах. Пальцы, крепко сжимающие путеводную нить с каждым шагом становились прозрачнее.

Воспоминание о том, как плыли жрецы заставило позавидовать легкости их передвижения. Промелькнула мысль: «Почему мне так нельзя?», – и я полетела … Колонны прохода мелькнули мимо меня, а туманная пелена превратилась в воронку торнадо, через которую меня понесло, словно невесомую щепку.

Остановилась только в огромном величественном зале перед гигантской статуей ангела – уже фантомом. Это мне удалось увидеть, когда я огляделась вокруг, ну и себя, естественно, осмотрела. Руки и ноги стали прозрачными, словно сотканные из голубой дымки. Покрывало, которое должно было защитить мое тело от солнца, превратилось в такой же, как у жрецов, балахон только алый. А связующая, меня с моей душой, нить вдруг застыла надежной сталью, словно посох, в навершии которого сверкала путеводная звезда.

Я еще раз обвела взглядом подземное святилище, ведь условием того, что мне удастся наказать убийц было – отдать душу, которая сейчас сияла у меня в руках. Возложить ее на алтарь…, которого… в этой пещере… нет…

Подземелье…, ой, нельзя это место так называть… Не поворачивается язык.

Да! Сама природа создала этот уголок, чтобы высшие силы могли отдохнуть… К статуе, на которую я уже обратила внимание вели ступени. Но их не высекала рука человека, каменные плиты изначально создавали плато, чтобы на нем мог разместиться образ ангела хранителя. И купели здесь не было, вместо него по краю пещеры протекал прозрачный ручей, возле которого, словно скамейки, лежали прямоугольные глыбы темного мрамора.

– Прими, – прошептала я, протягивая свой дар к единственному образу, который указывал, что мой путь окончен и осознала, что голос тоже изменился.

С моего места я не могла рассмотреть изваяние во всех подробностях. Реально, не хватало обзора. Мне, только, было понятно, что это фигура женщины с крыльями, которая наклонив голову пытается рассмотреть пришедшего в её покои.

Но сможет ли человек, который присел отдохнуть, рассмотреть, во всех подробностях, мимо прошмыгнувшую мышку? Возникшая ассоциация слишком быстро перешла в образы. Я представила, как бегаю по углам этой пещеры, прячась за гранитные и мраморные блоки, и расхохоталась.

Можно было бы себя успокоить что, после всего того что я пережила, мои нервы на пределе и хоть какая-то разрядка им не повредит, но мне почему-то показалось, что обязательно нужно извиниться перед статуей и объяснить ей:

– Прости, пожалуйста, я не специально. Это я не над тобой… и даже не над ситуацией, – нервно подхихикивая затараторила я, всё так же протягивая посох каменному ангелу.

– Твои мысли как на ладони. Успокойся дитя, – громыхнуло в моей голове. – Здесь невозможно спрятаться. Здесь ты сама обнажаешь свою душу. Здесь всё, что ты когда-либо думала, известно. Здесь всё, что ты когда-либо совершила, взвешивается на весах, которые ты сама держишь в руке… И наказание, и награду в этом храме – человек избирает себе сам.

– Немезида, ты же слепая – ошарашенно прошептала я и упала на призрачные колени. – Как такое возможно? Ты же покровитель другого народа, который тебя представлял с повязкой на глазах...

– Узнала, но не осознала. Люди! Как с вами, одновременно, просто и сложно, – хныкнула богиня. – Это вы слепы даже после того, как сбросите со своего взора повязку текущей жизни. Ты уже сама прошла тропой равновесия. Ты уже увидела на ней свои прошлые взлёты и падения, огрехи и достижения. Ты сама себе выбрала путь следующей реинкарнации. А всё ещё надеешься, что Боги, или ангелы, будут мстить вместо тебя. Это твой путь и твой выбор. Какое имя ты изберёшь на время служения справедливости?

– Изыди, – оскалилась я. – Так ко мне уже сегодня обращались и мне кажется, что будет очень весело прожить следующее воплощение именно с этим именем. Тем более, что я слышала его от своего убийцы.

– Твоё решение услышано, – шепнула богиня. – Ступай дитя…

– А как же моя душа? – растерянно посмотрела я на посох своей руке.

– Надеюсь, – в голосе Немезиды послышалась ирония, – ты не думала, что я смогу вырвать твою крупицу, разлучив тебя со светом?

– Нет, но…

– Отныне ты разделена на части, но всё равно едина. Средоточие света больше не будет прятаться в твоей груди. Твои ладони – чаши равновесия. В одной будет сияние души, которое сможет обнажить все тайны любого существа появившегося у тебя на пути, а в другой – клинок тьмы, позволяющий как карать, так и защищать.

– Благодарю за доверие, – подняла я взор на лицо статуи и вздрогнула. Мраморные губы дрогнули в улыбке, а глаза смотрели прямо на меня. Вопрос вырвался непроизвольно: – Так ты не статуя?

– Не совсем, – качнула головой богиня, – но об этом мы поговорим позже. У нас еще будет время. А теперь, Изыди, тебе пора …

Туман и тишина окутали меня, но практически мгновенно исчезли, и я очутилась в гроте привратников.

– Вернулась, – обрадовался первый.

– Стала одной из нас, но выбрала путь пилигрима, – констатировал второй.

– Сомневались? – недоверчиво окинула взором своих новых соратников.

– Ты могла передумать, – качнул головой один.

– Это не важно, – отмахнулся другой и окутал меня теплом своей сущности, – Нужна будет помощь только позови… Хотя! С твоей силой никто не сможет поспорить. Живущие теперь под строгим надзором… Правда, они об этом еще не подозревают…

– А с именем ты хорошо придумала, – рассмеялся первый, – всегда услышишь, если кто-то будет его упоминать…

– Ну да, – хмыкнула я, вспомнив как пришло решение. – Обычно его используют служители Бога, или шарлатаны. И к тем, и к другим, наведаться будет не лишним: кому помочь, а кого наказать…

– Ох, коварная, – в унисон произнесли жрецы и рассмеялись.

– Может и нам будешь транслировать «вызовы»? – склонил голову первый.

– Мне не жалко, – хихикнув, пожала я плечами, – будут вам «динамики», вдруг захотите присоединиться…

Но долго повеселиться нам не дали. Под сводами грота вновь зазвучал незнакомый женский голос:

– Ирина, услышь меня. Мы призываем тебя…

Привратники переглянулись и уставились на меня:

– Ну ты сильна…

– И не говорите, – отмахнулась я. – Ладно, мне пора. Пойду познакомлюсь со своей убийцей…

Настроилась на зов и оказалась… в тех самых развалинах, где пыталась найти тень…

А антураж здесь кардинально поменялся: посредине разрушенного здания теперь был установлен тент, даря тень для двух человек. На песчаном полу расстелен коврик, на котором кто-то масляной краской нарисовал пентаграмму. Вонюче дымились благовония…, а возле магического аркана, взявшись за руки и закрыв глаза, сидели они…

– Ирина, услышь меня. Мы призываем тебя…, – чуть слышно шептала темноволосая, симпатичная девушка, но ее зов оглушал меня.

– Я пришла по ваши души, – прорычала я и оскалилась. Глаза горе магов распахнулись и дали мне возможность заглянуть в их тайны…

Ведьма – нашла кровавый ритуал с невинной жертвой… Колдун – пригнал глупую овцу на алтарь… Погибший водитель оказался случайной жертвой неисправности собственной машины. Эти затейники, реально, испугались, когда поняли, что я могла погибнуть вместе с ним...

Я смотрела в глаза предателя и думала только о том какое наказание ему придумать. Нет, убивать их, даря покой – это неправильно…

Они должны осознать свои ошибки…

– Иди с миром, надеюсь – не заблудишься, – кивнула парню на тонкую стежку, над которой всегда клубился туман и никогда не было солнца... Тело наказанного упало на пентаграмму и задергалось в конвульсиях – с этого момента он будет блуждать в дымке своего сознания пока не простит себя сам, или пока не закончится существование его физической оболочки.

А я перевела взор на ведьму, которая с ужасом смотрела на своего бывшего жениха и подельника, дрожа от страха и постоянно повторяя:

– Нет! Ты не можешь меня оставить одну! Не можешь меня покинуть, – заливаясь слезами, она гладила лицо колдуна, пытаясь достучаться до его разума. Увы, безрезультатно… Осознав бесплотность своих стараний, девушка закричала: – Изыди! Заклинаю… Изыди!

Хотела бы рассмеяться над комизмом ситуации, ведь они меня не видят, но слышат и чувствуют... однако, мне не до веселья, а если вспомнить мою «реинкарнацию», то ее просьба имеет значение…

Я еще раз посмотрела на молодое тело ведьмы и согласилась:

– Ну, если ты так настаиваешь, то не буду вас разлучать…

Мне пришлось уступить ее мольбе и… отправить настойчивую невесту к жениху… бродить по Темным землям. Надеюсь, что они там встретятся…

Только жаль бесхозные тела, которые валялись у моих призрачных ног… и, как я понимаю, если их оставить здесь без присмотра, то наказание завершится слишком быстро. Непорядок! Я еще раз посмотрела на пустые оболочки и … решилась занять женскую, пока она привычнее… но и мужскую прихвачу с собой – мало ли в какой ситуации может понадобиться…

Я возвращаюсь в игру под названием жизнь, продолжая идти по своему тернистому пути, только уже в другом теле, или в телах...

Теперь я осознавала: что и как делать.

Это дает мне огромное преимущество перед своими новыми «воплощениями».

Отныне, я в любой момент могу стать женщиной, мужчиной, духом, а значит могу воздействовать не только на уровне духа, но и на физическом уровне …

Потребуется взять на руки, обнять и утешить, чтобы поддержать – помогу…

Потребуется ударить – за мной не заржавеет…

Я продолжаю жить... Только, не зовите меня напрасно… Не поминайте имя мое в суе…