История одного дома

Сожители по несчастью

Короткий порыв ветра заставил траву едва заметно колыхаться. Вечер начинается самым обычным образом. Молодой парень с неоправданно большим рюкзаком за спиной закрывает за собой старую скрипучую дверь, ограждающую двор от внешнего мира. В руке он сжимал связку из нескольких ключей, одним из которых он запер ржавый замок калитки столь же старым ключом. Трава на територрии дома была мёртвой. Казалось, что само время остановилось в этом месте. Ведь «Снаружи» был ветер, пусть и слабый, а это место он, казалось, огибал, боялся.

Юноша открывает дверь, после чего его душа уходит в пятки от душераздирающего вопля, что раздался из глубин дома. Хотелось бежать, однако ноги самостоятельно шагали внутрь зловещего строения, что, кажется, вот-вот обрушится.

Вдох. Закрыть за собой дверь, а не рвануть куда подальше, было самым сложным действием за весь сегодняшний день. Однако идти больше некуда, ведь в чужом городе без знакомых страшнее, чем в доме, скопированном из какого-то фильма ужасов. Найдя комнату со старинной кроватью, парень скинул на неё свой рюкзак, после чего сам сел на стул, стоявший рядом. Рядом с этим стулом уже лежала верёвка, а на тумбочке было мыло.

Однако усталость даёт о себе знать, потому, тяжело зевнув, парень ложится на кровать, уместившись на центре кровати. Само здание было относительно небольшим по сравнению с обычными домами, однако мебель в доме была, кажется, предназначена для пользования великанами.

Однако спокойно поспать не удаётся. Всю ночь снились кошмары про смерть и вечные страдания, а ухудшалось всё тем, что сквозь сон слышались стоны от невыносимой боли, крики и мольбы о помощи, называя имя нашего главного героя: «Николас!»

Проснувшись в четыре утра, Ник взялся за голову, что болела после такой «Прекрасной» ночи. Однако надо было открыть рюкзак, чтобы взять оттуда банку с какими-то консервами, а затем отправиться на кухню.

На стене кровью были написаны различные проклятия, однако написаны были на латыни, так что ни одного из посланий Ник не понял, так что он с пару минут потупил, глядя на эти надписи, после чего взял спички, которыми зажёг газ на комфорке, поставил на неё сковороду и выложил на неё консервы, чтобы разогреть.

—Уходи отсюда! — раздался вопль, заставляющий испугаться ещё больше.

Однако парень лишь молча уставился на стену с надписями и продолжил следить за своим импровизированным завтраком, чтобы в один момент не запахло жареным.

В один момент пламя из газовой комфорки поднялось на метр вверх, из-за чего консервы, очевидно, подгорели.

—И чего ты этим добиваешься? — спрашивает Ник, после чего выключает подачу газа и снимает сковородку, покрывшуюся слоем копоти, с плиты.

Ответа не последовало. Пожав плечами, парень принялся завтракать под сопровождающие крики из самих глубин ада. Вчера, он, казалось, боялся до потери сознания, а сегодня он немного не выспался за шесть часов. Потому следует дать ему немного времени, он ещё испытает прилив адреналина, но, возможно, не сегодня.

—Так и ешь эту гадость, — голос, казалось, выражал отвращение.

—Это как бы намёк на то, что если я буду соответствовать твоим требованиям, то мешать мне жить ты не будешь? — спрашивает Ник, глядя на ту же кровавую надпись, после чего наблюдает, как символы меняются на «Да».

Что ж, так начинается эта повесть.

Никому не доверяй, даже никому

Сказка кончается обычно тем, что главный герой становится счастливым из-за своего везения, глупости или того, что поймал волшебное создание, которое отпустил.

Спустя пару часов надо было собираться на занятия в университете, так что нужно было освободить сумку от лишних предметов и отправиться пешком к автобусной остановке, что располагалась в километре от дома. По дороге было время подумать о том, что ситуация в общих чертах весьма неприятная, потому нужно хоть что-то сделать. Не будет же он действительно дружить с полтергейстом в доме, за аренду которого уже заплачены неплохие деньги. Правда, теперь понятно, почему хороший дом сдаётся за копейки. Ранее казалось, что место просто не очень хорошее, а оказалось, что с тобой будет жить очень неприятная личность, которую не прогнать. Верить в экзорцистов не стоит, ведь по закону жанра они просто будут напуганы всем этим, но никак не помогут. Да и вряд ли можно найти настоящего экзорциста, а не какого-нибудь психа, что наговорит бреда, а затем выставит счёт, который оплачивать потом придётся ближайшие пару сотен лет. Нет уж, в таком случае гораздо проще будет начать дружить с этим призраком, чтобы можно было прожить спокойно в этом доме, а после завершения ренты можно будет искать другое жильё.

На улице было довольно солнечно. Тёплые лучи грели сквозь толстовку по-особенному, не так, как обычно. Обычно от такого тепла жарко и неприятно, а от этих лучей, нагревающих тело под толстовкой, становилось немного даже хорошо. Вот, подъезжает автобус, Ник заходит внутрь, после чего двери за ним закрываются. Внутри, казалось, кроме стариков никого не было. И все они смотрели своими глазками на него, от чего становилось невыносимо жутко.

—Так теперь ты живёшь в старом доме на краю города? — один из стариков выглядел более разумным, чем все вокруг.

—Ну да. А вы откуда знаете? — вот уж действительно, это волновало куда больше, чем странные взгляды и полтергейст у него дома.

—На одежде видна кровь. Не ищи, видят её только те, кто видел жизнь, — старик достаёт сигарету, после чего закуривает, — Ты явно храбрый, раз не видно, чтобы сходил с ума. Однако всё же советую тебе бежать. Лет двести назад в том доме жил один дед, которого все считали колдуном, так когда он умер, его не похоронили, а просто заколотили окна. Потом кто-то выкупил хатку, от скелета избавились, только вот душа его не упокоилась. Вот и проклят нынче этот район, кто-то обозлился, кто уехал. Раньше людей было много...

Этот рассказ заставил проникнуться сочувствием к тому, кто жил ныне в том доме. Ненавидимый всеми, никто не озаботился даже о похоронах. Тут и ненависть к человечеству, и ко всем отдельным живущим способна возникнуть.

Остаток поездки проходит в тишине. На Николаса смотрели те старики, что вызывали подозрение всё больше, ведь о них тот мужчина ничего не говорил. Погодите, а где он вообще? Попытавшись найти того, что рассказал ему историю, парень терпит неудачу. Однако всё же мысли уходят в другое русло. Всё же первый день в университете.

Автобус останавливается, двери распахиваются, Ник выходит наружу, после чего бредёт в раздумьях до здания университета. По дороге он пару раз даже не заметил, как перешёл на красный, и понимал это только когда слышал, как ему сигналят. Спустя несколько минут пути Ник останавливается у ворот, что разделяют внешний мир и здание, в котором многие ищут знаний, пусть и находят иногда только одиночество и разочарование.

Порыв ветра затолкнул парня внутрь. Всё же в этих краях ветер - довольно частое явление. Внутри же, казалось, всё застыло. Статуи прямиком из века, наверное, девятнадцатого, трава, как и всегда зелёная, а также недавно отремонтированное здание университета.

Вдох. А затем отправиться в сторону входа. Оставшаяся задача - найти свою аудиторию, однако это стало одной из самых сложных задач, ведь в планах здания только технические обозначения, а ориентироваться по зданию без карты и, желательно, компаса довольно сложно, если вовсе возможно.

—Ты тоже в группе по местной истории? — очевидно, что ответ «Нет», однако...

—Да, только малость заблудился, — Ник смотрит на девушку с розовыми волосами.

И теперь Ник следует за незнакомой ему девушкой, чтобы проникнуть в аудиторию совершенно не его группы. Рядом он замечает свою группу, однако оттуда доносятся не самые цензурные выражения, потому решение нелегально сменить группу казалось всё более верным.

Вскоре их впустили в аудиторию, началась лекция. Преподавателем являлся ужасно знакомый старик. Спустя несколько минут раздумий стало наконец ясно, что это - тот самый старик из автобуса! Теперь понятно, откуда он знает всё про этот город, он изучает его историю.

—Итак, о чём будут мои лекции? Я веду «Мифологию города Крайг», так что на моих лекциях вам предстоит изучать самые разные мифы и слухи об этом городе. Например, про старика-некроманта, что жил в доме на краю дома. Мне кажется, что мистер Стоун, — мужчина смотрит прямо на Николаса, — живёт в этом доме, так что ему будет особенно интересно послушать.

Взгляды сразу устремились в сторону Ника, отчего стало ещё более не по себе, чем от криков в доме или взглядов в автобусе. Поёжившись на заднем ряду, тот продолжил слушать, пока к нему поближе не подсела та самая девушка, что и привела его сюда.

—Так ты знаком с профессором? Так ещё и прямо из того проклятого дома. Да уж, выдержки тебе не занимать, — говорит она так, словно это должно хоть что-то значить для непосвящённого.

—Не особо-то и знакомы. Просто в автобусе свиделись... — и тут до него доходит, что фамилию свою этому преподавателю он не называл. Впрочем, это ли самое странное за последние сутки?

Впрочем, если что и точно понятно, так это то, что доверять в этом городе никому нельзя. Эти пять лет обучения могут превратиться в годы ада. Или Ник может поступить, как любой разумный человек и просто найти другое учебное заведение в другом городе, желательно как можно дальше от этого места. Однако факт оплаченной аренды всё ещё держит, ведь деньги уплачены пусть и небольшие, но даже так очень жалко.

После занятий профессор подошёл к Николасу, положил руку ему на плечо, после чего уже улыбнулся, посмотрев своими небольшими глазами на парня.

—Я не против того, что вы посещаете мои и другие лекции, я договорюсь о том, чтобы вам позволили, однако экзамены вам придётся сдавать по своей специальности, так что готовиться вы вынуждены самостоятельно. Договорились? — Ник спокойно кивает, после чего отправляется с группой на следующую лекцию, более реалистичную, что уже удивляло. Самые обычные события. Обычная гражданская война четыреста лет назад, не затрагивающая никаких мистических созданий.

И после этого всего вернуться в свой мрачный дом, в котором его уже ждал шум шагов со второго этажа, кровь вместо воды в кране, а также газовая плита, пытающаяся сжечь его еду вместе с ним.

—Я тоже рад тебя видеть. Слышал, что ты был одиноким стариком при жизни. Это довольно грустно, знаешь, — парень набирает себе воды в кружку из под крана, что перестал кровоточить, после чего заливает её в чайник.

—Что ты собираешься делать? — спрашивает голос отовсюду.

—Заваривать чай.

—Эту пыль в пакетиках? — в голосе, очевидно, чувствовалось презрение к чаю в пакетиках, и поспорить с духом было довольно трудно.

—Ну да... А что? Вариантов-то нет, — говорит Ник, ставя чайник на плиту.

—Глянь по полкам, прошлые жильцы забыли там неплохой чай, когда убегали.

—Я его готовить не умею, — однако газ к комфорке не подаётся, дух не позволят.

—Ты безнадёжен... Ладно, следуй моим инструкциям...

На стыке двух миров

Время иногда причиняет больше боли, чем сам факт того, что ты живёшь вечно.

Ник лежал на кровати, глядя на потолок. В доме было необычно тихо, даже оркестр из глубин ада притих, а ведь стоило просто налить чаю и для полтергейста. К слову, имени своего он так и не сказал, да и не очень важно это, если быть прямо очень честным. Всё же они были не друзьями или приятелями, а просто сожителями по несчастью. Да, они теперь не горят желанием выжить друг друга из дома, но по большей мере это из-за того, что это бесполезно.

—Слушай, а что с этим городом? В автобусе странные люди, профессор этот. Я про него рассказывал, — Ник смотрит на потолок, не понимая, куда смотреть, когда обращаешься буквально к дому.

—Профессор, что пропадает и возникает, люди... Ты никогда не был в этом городе? Да уж, и как веселится молодёжь... Этот город основан на разрыве миров. Ад и наш мир, потому тут и происходят разные странные события. Я изучал в своё время эти странности, и куда это меня привело? — за дверью послышались тяжёлые шаги, означающие что-то.

—Прекрасно, я приехал учиться в сумеречную зону. И многое ты выяснил? — шаги останавливаются.

—Немного. Почти вся правда находится у людей, а они отказываются раскрывать правду. Сказать по правде, я чувствую, что раз не смог прогнать тебя с этого дома, то вряд ли ты сможешь уйти с этого города так легко, ибо уйти может только тот, кто недолго тут, а у тебя в планах получить тут образование. И про твой обман... Правильно. Группа местной истории таит больше всего тайн, так что тебе предстоит раскрыть то, что мне не удалось. Теперь же садись учиться, иначе тебя отчислят, не успеешь узнать даже моей истории, — после чего в доме снова воцарилась тишина.

Нужно садиться читать книги по своей специальности, чтобы сдать экзамены в конце семестра, однако... Попытка подняться на ноги была неудачной. А затем сил не было даже на то, чтобы держать глаза открытыми. Тело стало невыносимо тяжёлым, вокруг было очень шумно, словно сама армия сражалась прямо в спальне у Ника.

Проснувшись, Ник обнаружил себя в почти такой же комнате, но интуиция кричала о том, что здесь опасно. На удивление, ранее такого чувства не было, и спальня казалась очень безопасным местом. В доме было также тихо, однако эта тишина была зловещей, а не умиротворённой. Что-то было не так, всякая деталь об этом твердила. Цвет постели не такой, даже цвет крови на полу более тёмный, не такой, какой был. Если ранее всё вокруг казалось таким обычным и не достойным внимания, то теперь всё кричало о том, что надо бежать.

Схватив сумку с вещами, парень рванул прочь из дома, однако... Стоило ему выйти из комнаты, как стало ясно, что это точно другой дом. Выбежать прочь станет труднее, ведь коридор удлинён до сотен метров. Однако это лишь стало причиной бежать прочь, желая находиться как можно дальше от этого безумного места.

После небольшой пробежки стало невыносимо тяжело, дыхание участилось, воздуха стало критически не хватать, а ноги начали заплетаться. В конце концов Ник запнулся, падая на деревянное покрытие пола. Однако надо было бежать, потому, потратив пару минут на попытки подняться, Ник встаёт на ноги и продолжает уже пешком, так как попытки бежать отзывались болью в груди.

Добравшись до конца коридора, парень открывает дверь, чтобы простонать от боли: по ту сторону двери находится ещё дин коридор, ведущий к выходу. Судя по тому, что там происходит, там тоже спокойно не будет, но там хотя бы есть свободное пространство, а не комната или коридор.

Спустя ужасную минуту ходьбы, что казалась вечностью в этом монотонном коридоре, в котором не было даже слышно шагов Ника из-за странного влажного ковра на полу. Ковёр был чем-то необычным, ведь в доме их даже не было, но всё же он казался только странным, а не инородным. Наверное, когда-то он был постелен в этом доме, но Ник его не помнит, а значит, что он был убран до его прибытия.

На улице было жарко. Казалось, что он находился в какой-нибудь бане, однако не было пара или ощущения духоты. В сентябре было жарко, как в июне, вот ведь...

А небо было таким же серым, солнца не было видно нигде. Снова странность, ведь ранее на улице было довольно прохладно. Всё же... Ох. Нужно как-то разобраться с этим, ведь иначе будет довольно неприятно оставаться в совершенно неправильном и абсурдном варианте этого места. Постойте, ведь... Ведь точно! Ник что-то понял, после чего рванул прочь, позабыв о воздухе. В этот момент было неважно, что лёгкие вот-вот окажутся выплюнуты наружу из-за того, что в дороге парень кашлял от недостатка воздуха.

А затем сильная головная боль.

—Ник, это правда ты? — та самая девушка, что привела его в группу по местной истории, бежала рядом, однако, казалось, рядом с ней ноги сами подкашивались, — Куда бежишь?

Погодите. Это один из самых заброшенных районов, следовательно она или очень любит бегать, или...

В общем, Ник перестал смотреть на девушку, а рванул ещё быстрее к границе города. Известно, что ад - это бесконечное повторение того, что похоже на обычную жизнь, но отличающееся незначительным образом. На лицо ударило что-то холодное, дышать стало ещё сложнее, на лице появляется ледяная вода, выступая, словно пот. Бегство продолжается, тело перестаёт слушаться, однако нужно бежать, выдерживая невыносимую боль во всём теле.

А затем тело снова становится тяжёлым, словно уран, отчего парень падает на землю без сил, не имея возможности поднять даже головы.

Пробуждение казалось невыносимо трудной задачей, однако, открыв глаза, Николас замечает, что лицо его мокрое, на потолке уже присутствуют знакомые и ставшие такими родными следы крови. На полу лежала ваза, в которой ранее, видимо, была вода. В коридоре уже раздавался детский плач, которого так недоставало во время сна. Хотя сон ли это был?

—Ты живой? — этого голоса тоже не хватало.

—Не уверен, но я скучал. Мне нравится мистика реального мира, а не та, что была там. Видимо, ад попытался утянуть мою душу, — предположил Ник, после чего посмотрел на часы. Провёл он в мире тьмы всего лишь двадцать минут, потому остаётся немного времени для обучения по своей направленности в университете, ведь посещать лекции парень до сих пор не намерен, и будет он посещать исключительно занятия по местной истории, ведь очевидно, что это очень важно, раз имеется целый факультет, посвящённый этому.

Немного страшно, размышляя о разных мирах, радоваться жутким крикам в коридоре и голосу из ниоткуда, однако за эту пару дней такое сопровождение быта стало привычным, и какой-нибудь визг, пока ты готовишь себе завтрак, не удивляет, а скорее раздражает, и вместо поиска источника ты просишь полтергейста примолкнуть хотя бы на время завтрака, а он за это требует чашку кофе, и ты наливаешь эту чашку, оставляешь где-нибудь в коридоре и уходишь завтракать.

Убийство

Утро начинается с кофе. Открытый учебник на кухонном столе, конспект с основными записями, а также ручка со сломанным карандашом. Ник смотрит на своё отражение в зеркале. За его спиной силуэт мужчины, что был чуть ниже его. Помимо старика за спиной были разные создания, порождённые больным разумом фантаста, что словно пытались напасть на Ника, однако было понятно, что всё это просто иллюзия, нацеленная на то, чтобы просто хоть что-то делать призраку.

—Сегодня попытайся проникнуть в библиотеку, найди там книгу «Секреты и факты Крайга», там должны быть ответы на многие вопросы касательно мистики в этом городе. Быть может, найдём способ изгнать меня. Мне не очень нравится быть призраком, привязанным к этому дому, знаешь ли, — заунывный голос звучал повсюду.

—Хорошо. Постараюсь проникнуть, терять в любом случае нечего. Вернуться могу поздно, ибо хочу найти работу, посмотрю объявления, — говорит Николас, взяв сумку и направившись к выходу.

На улицу его сопроводил вопль, словно кому-то вонзили в грудь нож. Ник тяжело вздохнул, после чего направился дальше, к остановке. По дороге он обнаружил странное явление: толпу людей, окружившую что-то.

Пробравшись к центру из любопытства, стало понятно, что столпились все вокруг профессора, в груди которого был осколок стекла. Мужчина лежал и хрипел.

—Николас... Подойди... — парень послушно подходит.

—Слушай... Я хотел убежать.. Не смог. Уходи из города... Как можно дальше... Он проклят... — последнее слово мужчина произнёс едва слышно.

А затем профессор навсегда замолчал. Это ужасно странное явление. Убийство? Но кому нужно убивать человека, что решил бежать из города? Нет, тут что-то другое. Неужели опять мистика? Сумеречная зона не отпускает никого, но зачем было убивать? Всё это как-то странно... Стекло. Оно, похоже, взято из окна какого-то дома, видна характерная грязь. Осколок вонзили в грудь, но нападавшего профессор не видел. Всё утверждает о том, что это мистика, однако что-то не так. Что-то говорит о том, что надо изучить это, не списывая всё на мистику. Не ответ это на любой абсурд, что происходит в жизни.

Взгляд падает на кнопочный телефон профессора, выглядывающий из кармана брюк. Свой телефон Ник потерял при переезде. Это, конечно, плохо - воровать, но там могут быть подсказки. И он обязательно вернёт его, когда закончит своё расследование, чем бы оно не закончилось.

Затем следует отправиться к ближайшему заброшенному дому, с окон которого орудие убийства получить проще всего. Там будет подсказка, ведь иначе сюжет не вёл бы его туда, верно?

Благо, идти было недалеко, совсем рядом находился старинный дом, о котором рассказывали на лекции по местной истории. В нём жил народный герой, что покончил с собой, когда понял, что его борьба за его идеалы была бесполезной.

Итак, одно из окон действительно разбито, однако больше никаких зацепок нет. Придётся заходить внутрь, там точно будет подсказка. Ник на это очень надеялся, ведь на автобус из-за любопытства и жажды справедливости он уже не успеет ни в коем случае, так что в университет он уже опоздал.

Внутри было... Темно, кругом паутина и пыль, мебели давно нет, лестница на чердак была настолько гнилой, что ребёнок бы провалился, встань он на неё. Всё прямо кричало о том, что нет тут никаких намёков, однако Ник понимает, что отсутствие физических следов не означает отсутствие следов в принципе. Однако и любых признаков наличия призрака тут не было, потому приходится уходить прочь. Ждать автобус бесполезно, поэтому остаётся только направиться в сторону университета. Бежать бессмысленно, поскольку очевидно, что Ник запыхается в первые несколько секунд, и затем придётся минуту-другую стоять и пытаться отдышаться, чтобы затем медленно отправиться в нужном направлении. Лучше просто идти своей дорогой, не торопясь, и придти раньше, чем если бы он пытался бежать. Такой уж сложный парадокс спешки.

Первую лекцию Ник пропустил, однако всё равно отправился подслушивать лекции не своей специальности, так как хочется изучать историю этого места.

Профессор мог знать что-то важное, ведь он вёл мифы, а в этом месте они могут быть самой настоящей правдой, которую ищущий с лёгкостью обнаружит. Вероятно, что тот, кто его убил, не хотел, чтобы кто-то чужой узнал эти тайны. Получается, Ник виноват в смерти профессора? Вероятно, если бы он решил остаться в родном городе, то никто бы не пострадал... Не пришлось бы видеть смерть. Смерть. До парня только что дошло - профессор умер. Жизнь с полтергейстом, что пугает иллюзиями трупов и лужами крови, изменила его характер, и теперь факт чьей-то смерти не приводит в ужас, а заставляет задуматься над тем, как найти убийцу, попытки что-то выяснить. Не ужас был первым чувством при виде умирающего, а именно любопытство. Вот теперь ему стало страшно. Чувство того, что ты теряешь человеческие чувства... Это ужасно. Жизнь с полтергейстом сломала Ника. Он перестал быть человеком, он теперь... А кто он такой? На этот вопрос, к сожалению, ответа не было найдено.

Лекции по истории не казались чем-то интересным, но было нужно после занятий попытаться найти в библиотеке заветную книгу, которую просил призрак. Там наверняка будут подсказки по поводу того, что в этом городе вообще происходит, так что это может помочь в расследовании убийства профессора.

В библиотеку парня спокойно пропустили, не пришлось пытаться проникнуть. Найти нужную книгу парень решил самостоятельно, так как интуиция подсказывала, что помощи не будет, а если книгу запретят взять домой, то в случае кражи Ник будет главным подозреваемым.

Как же он изменился за эти несколько дней. Жизнь с призраком всё же имеет свои последствия. Как говорится, ты можешь уйти из дома с привидениями, но дом с привидениями из тебя не уйдёт.

Найти книгу было нетрудно. Раздел местной истории, очень старая книга с кожаным переплётом, на котором едва заметны буквы. Засунуть книгу в сумку, а затем взять другую книгу, чтобы не вызывать подозрений.

Когда сказали, что нужно оформлять читательский билет, Ник сказал, мол, он спешит, поэтому в другой раз. Вот так он и украл книгу, которую вернёт, ровно как и телефон профессора. Так как у факультета местной истории обычно две-три лекции в день, то Ник отправляется домой, так как третью должен был провести профессор, а замены не нашли, да и вряд ли смогут.

Вернувшись домой, парень обнаружил, что вещи, разложенные на обеденном столе, были не на своём месте. А именно на полке.

—Я добыл эту книгу. Украл, так как не знал, выдадут ли её мне, но надеюсь её потом вернуть. Профессора убили, не до поиска работы, — сообщает Ник, складывая сумку рядом с выходом, чтобы было проще её брать с собой на учёбу.

—Всё с каждым днём становится всё сложнее. У меня было также, но потом привыкнешь, — голос звучал ободряюще.

—Я живу в проклятом доме, в котором постоянно слышны крики из глубин ада, в котором попытка посмотреть в зеркало уже является испытанием на храбрость, какие-то проблемы мне не страшны, — усмехается Николас, заваривая тот самый чай, который ему показал призрак в один из их первых диалогов.

—Тоже верно. Однако лучше всё же перестраховаться. Кстати, а зачем тебе деньги? — вопрос, кажется, совершенно невинный.

—В смысле? Ну, для того, чтобы еду покупать, свои запасы у меня истощаются.

—Ох... Ты не забыл, что в сумеречной зоне находишься? В магазине тебе вряд ли могут назвать точную цену чего-то, так что считай всё бесплатным.

—Похоже на глупую причину не работать.

—Нет, мы ведь на границе с адом, тут всё работает неправильно, и тебе следовало бы привыкнуть к этому, друг мой

Гостья

Это последняя воля мертвеца, которую он изрёк после своей смерти. И лишь один человек прислушался к ней, а не убежал, крича что-то про вечные муки и проклятие.

Ник сидел за кухонным столом, читая какую-то книгу по его специальности, попутно он пил горячий чай. Всё было спокойно, всё было даже тихо, пока в дверь не постучали. Ник даже подумал, что это очередные проделки духа.

—Ждёшь гостей? А предупредить? — вот такой фразы парень точно не ожидал.

—В том-то и дело, что не жду, — парень подходит к двери, глядит в глазок, после чего спешно убирает свои учебники и прочие книги по своей специальности в первый попавшийся шкаф.

За дверью стояла та самая девушка с розовыми волосами. Из глубин дома раздаётся крик, а Ник смотрит на гостью весьма непонимающе. Нет вопроса, как она нашла его адрес, ибо Ник живёт в одном из самых печально известных домов в этом городе, что и без того очень странный. Вопрос заключается в следующем:

—Зачем ты сюда пришла? — едва Ник открыл дверь, он задал этот вопрос, причём звучал он очень холодно, причём он сам удивился своему тону.

—Нельзя придти в гости к одногруппнику? — она, казалось, говорила вещи абсолютно понятные, но Ник всё же продолжал смотреть на неё с толикой непонимания.

—Нет, нельзя. Я занимаюсь, — после чего что-то на кухне упало, разбившись с грохотом.

Однако девушка, имени которой парень до сих пор не знает, даже не шелохнулась. Впрочем, это одна из жителей города, так что не удивительно. Вряд ли есть хоть что-то, что заставит её закричать или хотя бы удивиться.

—Я могу зайти хотя бы в гости? Неужели ты не примешь девушку у себя дома, чтобы она могла отдохнуть с дороги? — парень, тяжело вздохнув, отходит в сторону, впуская её.

—Я даже имени твоего не знаю, а ты в моём доме с привидениями, — усмехается тот, пытаясь пошутить.

—Меня зовут Лилит, — Ник смотрит на портрет, висящий на стене, однако какой-то первооткрыватель только пожимает плечами. Стойте, там был портрет?

—Меня зовут Николас, но все зовут меня Ник. Чай будешь? У меня нет никаких особых развлечений, кроме как пары книг и попыток открыть запертые комнаты, так что не надейся на все удобства, — в этот момент на пол начала капать кровь.

За окнами резко потемнело, дверь захлопнулась, температура резко упала до нуля. Ник же только с сожалением посмотрел на свой горячий чай, понимая, что он остынет. А ещё стало заметно, что Лилит немного напряжена всей этой ситуацией, так что она всё же не является каким-нибудь безличным созданием, какие обычно находятся в домах. Последней каплей стал порыв ветра в закрытом помещении, тогда девушка рванула к двери, что была накрепко заперта снаружи.

—Что происходит?! — воскликнула она.

—Ты пришла в проклятый дом, ещё спрашиваешь, что происходит? Ещё раз спрошу, чай будешь? — спрашивает парень, уже ставя чайник на плиту.

—Как ты можешь быть спокоен?! Мы буквально заперты!

—Привык к такому. Каждую ночь просыпаюсь от воплей, отмываю посуду от крови и начинаю свой день, — очевидно, что Ник немного приукрасил, однако всё же говорил от чистого сердца.

—И ты так собираешься жить сколько? Месяцы? Годы?

—Без понятия. Подумываю тут поселиться, аренда недорогая, сам дом хороший, пусть и требует ремонта. Да и вырабатывается стрессоустойчивость, — парень наливает в чашку чай, после чего предлагает его Лилит.

Спустя пару минут молчания, они разговорились. Лилит пришла, чтобы передать Нику, что в понедельник и четверг надо приходить ко второй лекции из-за смерти профессора, так как попытки связаться с ним по контактному номеру телефона закончились. Ник виновато пожал плечами, рассказав, что телефон свой он посеял при переезде, потому даже его семья без понятия, как он добрался.

А ведь ранее о семье не было и мыслей. Нужно всё же быть социальным, а не пассивным во всех отношениях, ведь ждать чего-то уже нельзя, ведь как тебе позвонят, если телефон потерян?

В конце концов двери оказались открыты уже неизвестно, сколько, Лилит ушла, быстро шагая от этого дома, однако, находясь за пределами двора, она развернулась и крикнула:

—До завтра! — она улыбнулась, что было довольно трудно различить, когда между вами метров десять, однако всё же получилось.

И вдруг Ник ощутил, насколько вокруг него холодно, словно кровь наконец начала циркуляцию по телу, словно только сейчас он ожил, что не могло не раздражать, ведь ранее всё проходило, как во сне, а сейчас даже дыхание нужно контролировать, чтобы не погибнуть от недостатка кислорода. Однако только сейчас ситуация прояснилась - Ник живёт в проклятом доме, общается с призраком.

Вздохнув, парень возвращается домой. Не желая общаться с кем-либо, тот заходит в спальню, берёт ту самую книгу, которую украл ранее из университета, а затем ложится на кровать и открывает книгу, собираясь наконец заняться своим расследованием.

Выпавшая записка из книги о мифах

Это весть об умирающем чернокнижнике, что проклинает всё живущее и не способное убивать словами. Он прибыл в Крайг в возрасте тринадцати лет, когда его семья переезжала в новое место. Однако уже тогда он был известен в адских кругах как тот, кто приносит им в жертву невинных животных. За это он получил несколько простых способностей вроде управления ветром или создания огня. Но путь его на том не завершён. Это история про самое жестокое существо, так что просто животных недостаточно.

Следующие его жертвы - это его родители. За такую жертву он получил власть над разумами слабых созданий, что не способны подчиняться. Первыми пострадали дети, что шли на смерть, не в праве ослушаться его приказов. А затем страдать начали взрослые, но в их случае он решил отыграться сильнее, чем когда-либо. Он сжёг их личности, оставил их без свободы воли, однако оставил без контроля. Они просто продолжали жить, как жили, но не могли отныне считаться живыми. Это вся правда об этом человеке, но человек ли он вовсе, после всего, что он натворил?

Бытует легенда, что явится человек, что выдержит его воздействие, и или станет его преемником, или станет его убийцей. Однако он выше смерти и уже будет мёртв, в чём нельзя сомневаться ни на секунду. Он будет духом, но прибывший будет в состоянии сжечь его нутро, он сможет одолеть его или стать тем, кто примет его силу, но в час, когда будет необходимо принять решение, выбора у прибывшего не будет.

Но каким будет этот человек, при каких обстоятельствах ему будет дан выбор - неизвестно. И пусть это лишь надежда сходящего с ума летописца, я надеюсь, что рано или поздно надежда станет правдой, что прибывший явится, что он сделает выбор в пользу людей, а не демона, что когда-то давно был человеком. Это моя надежда, это моя молитва, а теперь я со спокойной совестью отправляюсь в самозабвение, так пусть этот текст окажется в забвении, пока в один прекрасный день он не окажется в руках кого-то, кто будет в состоянии игнорировать все попытки безумия поработить его разум. А до той поры пусть эта запись хранится в каком-нибудь сборнике мифов и загадок, ведь самая главная загадка заключается в том, когда явится прибывший, но то не легенда, а самая настоящая правда. Я заклинаю вам оставить мой текст без изменений, иначе не будет никакой надежды, что я смогу достучаться до прибывшего спустя сотни, возможно, лет. Однако, если ты всё же читаешь мои слова, вот, что я могу тебе сказать: не умирай, не сдавайся и не признавай никого другом, ибо он сильнее, чем когда-либо, это наверняка. И ты знаешь об обоих вариантах, и я надеюсь, что ты поступишь правильно, ведь поступать надо правильно. Теперь же прощай, мой разум покидает меня, и я надеюсь, что ты сможешь изменить нашу судьбу.

Проклятие семи небес

Глубокий вдох. Ник смотрит на выпавшую записку, перечитывая её раз за разом, однако никаких тайных смыслов найти не в состоянии, ведь абсолютно всё на поверхности. Хочется смеяться и плакать, глядя на этот кусок старой бумаги, но всё же надо что-то делать. Решение, от которого зависит сам город, сами люди в этом городе, нужно принять его, но когда? Ведь решение, если верить записке, принимать надо будет, но выбор будет отсутствовать к тому моменту. Что ж, вдох короткий. Выдох. На душе становится легче, а разум прочищается. Следует задать пару вопросов дому, ведь иначе всё будет ужасно запутанным. Разумеется, ранее ничего не было полноценно понятным, но всё же надо понимать, что всё подчинялось какой-то логике, пусть и не понятной до сих пор.

—У меня есть вопросы, — начал Ник, — Как именно ты сделаешь меня наследником силы?

—То есть ты не собираешься избавляться от меня?

—Зачем? — смеётся Ник, — Я смогу превратить день в ночь, смогу разрушать сознания?

—Сможешь, но время не пришло. Стоп... А ты выбирал или сразу понял, чего хочешь? — этот вопрос звучал как-то иначе, в нём слышался... Страх.

В этот миг за окном потемнело, а по крыше начал гулять ветер, пробравшийся через дыру в крыше. Раздаётся скрип. Самый настоящий, самый обычный, словно открывается какая-то дверь.

—К чёрту пророчества. Я считаю, что ты готов. Der Fas Da Jol Yuioert, — Ник оказывается у двери, что ранее была закрыта.

Сейчас она вела в кладовую, в центре которой была стойка с книгой из какой-то кожи.

Парень берёт её в руки, открывает, вчитываясь в строки. Это был неизвестный язык, что должен напугать, но рассудок, подверженный адским ужасам каждый день, смог раскрыть тайну этого языка.

—Да проснётся сила в том, кто читает это, да обернётся душа его его слабостью, а ярость станет истиной силой. Обратит он свет во тьму, а тьму укрепит, да настанет в жизни его теневая дорога, что обратит в ад жизнь других, — а затем стало очень темно.

Проснулся Ник на каком-то уступе. Он смотрел на себя со стороны, но всё же смог подняться на ноги. Рядом возникали образы разных умерших людей, в том числе и какой-то старик в чёрном плаще.

—Проснулся? — спрашивает умерший профессор.

—Да... Но вижу себя буквально со стороны. Что это?

—Душа из тела вышла, ты можешь теперь перемещать свой взор куда угодно. Это часть той силы, которую предложил тебе этот дуралей, — профессор указывает на старика в плаще.

—Сам дуралей! Он готов и я это знаю! Ты вообще покончил с собой, чтобы стало интереснее всё! — подал голос старик. Голос был знакомым, прямо как то, что слышал Ник, разговаривая с домом.

—В смысле «Интереснее»? — не понял Ник.

—Вся эта катавасия с убийством профессора, случайной встречей с девицей, что тебя позовёт в исторический факультет. Всё это я обдумал, чтобы подготовить тебя, если решишь принять силу. Знакомься, сам Дьявол во плоти, владыка тьмы и так далее, — старик похлопал профессора по плечу.

—То есть всё это было иллюзией? Абсолютно всё?

—Не всё. Я не ожидал, что ты сможешь влюбить в себя ту девицу, тем более она больше не задний план, так что всё просто, она обрела сознание и теперь грезит о тебе, но боится меня, — старик потёр переносицу, — В любом случае скоро ты проснёшься. Ад тебя не утянет, а менять точку зрения ты сможешь в любой момент усилием воли.

Пробуждение. Ник осматривается вокруг, после чего замечает, что находится он в кровати, а рядом лежит книга, на которой аккуратными буквами написано его имя.

Выйдя на улицу, Ник посмотрел на солнце, что слепит глаза, после чего направил к нему руку, начиная шептать проклятые слова.

—Да обратится свет во тьму, тьма станет абсолютной и неприкосновенной, да будет ночь, — мгновенно всё потемнело. Так-то лучше.

Эпилог

Вечер только начинается. Мрачные тучи, закрывшие солнце, готовились к дождю. По пустынной улице шёл парень в чёрном плаще с пакетом в руке. Он улыбался и радовался жизни, иногда пританцовывая от хорошего настроения. Кругом не было ни души, все здания заброшены, но из них на него словно бы смотрели тысячи душ, что вырвались из самих недр ада.

У дома его уже поджидали несколько коллекторов.

—Отдавай долг! — после чего один из них стреляет ему в колено из пистолета.

Но парень даже не дрогнул, просто улыбнулся. Следующий выстрел был направлен в живот, но парень даже не сбросил в скорости.

—Демон! — крик заставляет парнишку рассмеяться, поставить пакет с продуктами на пол, после чего обратиться к явно удивлённым коллекторам.

—Передайте домовладельцу, что я перешлю ему деньги, как только буду готов. Знаете ведь, что я заплачу, когда смогу, и всё равно приходите. Вам общения не хватает? Давайте зайдём ко мне, я как раз взял неплохой чай, а моё умение заваривать чай хвалят все, кого я угощал, — но на это предложение они рванули прочь.

Пожав плечами, Ник заходит в дом. Он в этот же миг услышал душераздирающий крик, что способен испугать даже самого хладнокровного солдата, однако парень в ответ лишь усмехнулся и начал заваривать чай, достав три чашки. В дверь постучались, после чего внутрь зашла девушка с розовыми волосами.

—Я вовремя? Я видела, от твоего дома кто-то бежал. Так и не заплатил аренду?

—Да успокойся, заплачу я им. Но их методы меня волнуют, стрелять в колени и живот... — парень положил пару окровавленных пуль на стол.

По итогу он разлил чай по кружкам, а затем поставил одну из чашек на пол коридора, после чего закрыл дверь, ведущую туда.

—Я ещё печенье взял, будешь?