Истории красной луны 2

Серая прачка

Привидение появлялось только в полнолуние. Тихонько материализовалось в углу комнаты, потом проходило к дивану и садилось, наблюдая за луной. Серые одежды начинали выглядеть особенно реально, как и серое прозрачное покрывало, наброшенное на голову и скрывающее плечи и лицо. Даже сложно было понять, где кончается покрывало и начинается платье. Иногда детям казалось, что они могут разглядеть черты лица, но точно они не были уверены. Все же видели они привидение только в щелочку приоткрытой двери. Однажды Николай попытался подойти поближе, но привидение исчезло сразу же, как открылась дверь. С тех пор только и осталось наблюдать в щелку. Очень застенчивое привидение. Николай, самый маленький, но и самый юркий среди детей, голубоглазый ангел с кудрявыми локонами, а по характеру сущий дьяволенок, предложил устроить из привидения аттракцион. Ни ангельскую внешность, ни дьявольский характер не смогло убрать даже вступление в подростковый возраст. И в тринадцать лет он, кажется, был таким же, как и в семь. -Там ведь картины висят на стене, понаделаем дырок в стене в глазах картин и денежки брать будем. -Ты романов перечитал, - Михаил был гораздо серьезнее брата. Рассудительный мальчик, уже можно сказать, юноша, все же пятнадцать лет, выглядевший из-за худобы чуть младше своего возраста, всегда казался задумчивым. -А мне жаль Эту Даму, - подала голос средняя сестра, Наташа, или как ее звали родители - Натали. Девочкой она была доброй, но при этом не услужливой и часто проявляла весьма стойкий характер. – раз она не хочет, чтобы ее тревожили, значит, может и не надо. Она же никому не доставляет неприятностей и ведет себя тихо и вежливо. -Лучше бы уж она гремела цепями…и рисовала бы кровь на полу, - мечтательно произнес Николай -Может, нельзя ему больше книг читать, кроме учебников? – спросил Михаил. Причем, судя по всему, вопрос был риторическим, но Николай тут же надул губки. Если бы рядом была Зинаида Александровна Вемер, самая старшая тетушка, она бы, наверное растаяла так мило, по ее мнению выглядело, когда ее младший племянник кукситься. Впрочем, как и улыбается. В общем, все что бы на своем лице он не изобразил было очень и очень мило по мнению тетушки. -Бедняга сэр Саймон пользовался краской, - сказала Натали, которая тоже осталась в восторге от необычайных сказок из новой совсем недавно изданной книжки, которую им читали родители, - а я вовсе бы не хотела остаться без красной краски. Это мой любимый цвет. -Ну и как хотите, - обиделся Николай. -Но все же она так печальна, - задумчиво сказала Натали. – кто она? Почем ее так привлекает полнолуние и почему она не является в другое время? Михаил пожал плечами. -Думаете, папа и мама что-то скрывают? И тут свершилось страшное? -Они и сами могут не знать. Это же не наш дом. Уютный дом на набережной действительно не принадлежал семье Ареньевых. Четыре месяца назад главу семейства Петра Павловича Ареньева привели в этот город рабочие дела. Ему предложили руководство самой большой клиникой города. Ареньев удивлялся, что не нашлось кандидатов из местных, но видать тут сыграла его слава. Господа купцы оказались падки на известного доктора из большого города. Ареньеву это тоже было выгодно, так как после работы в N он уже мог претендовать на пост директора клиники. Правда Ареньев сразу же предупредил, что более чем на три- четыре года он не останется. С жильем долго решали, колеблясь между съемом апартаментов или домом. Но в конце концов все же остановились на доме с садом, где дети могли бы играть. Сад был немного запущен, в доме какое-то время никто не жил, но хозяйка – Маргарита Семеновна Ареньева, нашла это обстоятельство даже весьма неплохим. Увлеченная мистикой и романтическая по своей натуре, Ареньева читала Байрона, Бодлера, Гофмана. Зачитывалась мистическими повестями Сомова и рассказами Одоевского. С Леонидом Андреевым даже поддерживала какое-то время переписку, а Бальмонта общалась лично, когда он посетил их город. Знакомые твердили, что и в самой Маргарите Семеновне есть что-то мистическое, загадочное. Белая кожа, тонкие почти бескровные губы, шлейф темных волос и огромные черные глаза с проникновенным взглядом, под гипноз которого попадали многие. -Признайтесь, ну ведь вы ведьма, ну ведьма же! – постоянно говорил адвокат Патушев, близкий друг семьи. -Вы правы, - скромно ответила однажды Маргарита Семеновна, - в прошлой жизни я была ведьмой и меня сожгли на костре. Мне это так не понравилось, что в этой жизни я решила не продлевать договор с Князем Тьмы. В родном городе у Маргариты Семеновны был салон, где собирались местные писатели и поэты мистического толка. Они рассказывали истории, читали стихи, и некоторым начинающим авторам Маргарита Семеновна даже помогала с публикацией в журналах, так как была знакома с редакторами. При этом Маргарита Семеновна и близко не была похожа на наивную экзальтированную даму, которая в восторге от слова потусторонний. Голова на плечах у нее имелась, и в этой голове водились весьма трезвые мысли. Она жестко посмеялась над одной дамой, которая весьма настойчиво заманивала ее в кружок спиритизма. Ареньева верила, что жизнь после смерти продолжается, но также верила и в то, что расплодившееся в последнее время спириты всех мастей – просто шарлатаны. С таким же скептицизмом Маргарита Семеновна относилась и к всяческим тайным кружкам и обществам, к гадалкам и предсказателям. Опять же, она верила в такую возможность, но считала, что ее личного опыта вовсе не хватит, чтобы отличить одного истинно знающего человека от шарлатана. В молодости Маргарита Семеновна мечтала уехать куда-нибудь на Восток в поисках мудрости. Но потом встретила молодого красавца Ареньева, влюбилась и поменяла планы на жизнь. Впрочем, жалеть не жалела. Ареньев, лишь чуть подобревший с возрастом, но все еще весьма представительный мужчина по-прежнему любил жену. Страсть, которая была в начале их отношений, прошла, оставив тихую любовь и уважение. Ареньев был человеком строгим, невероятно практичным, иногда жестким, и супруга как-бы смягчала его характер, составляя с ним прекрасную пару. Тут, в новом городе, Маргарита Семеновна скучала всего лишь пару дней. Потом начла собирать вокруг себя увлеченных литературой людей, и снова открыла салон. Подумывала об открытии редакции журнала, поскольку в городе N литературных журналов не было. Но как человек практичный, сначала решила изучить все досконально, переписывалась со знакомыми редакторами, советовалась, и не спешила тратить свое наследство. Именно к матери пошли дети с рассказом о привидении. С матерью у всех троих всегда была особая связь. Разве что с нянькой больше, но нянюшка детей уехала к себе в деревню, воспитывать уже своих родных внуков, а ее заменили бонной, не то чтобы противной или особо ужасной, но все же пока не такой близкой к детям. Мать быстро поверила им и даже не сопротивлялась, пошла смотреть на привидение. Это показалось детям странным. Но они вместе посмотрели на привидение, а потом устроились в детской. -Так ты поверила? – спросил Михаил, - я думал, что ты не очень веришь…. -В привидений и духов? – спросила Маргарита Семеновна – я в них верю. Но не верю шарлатанам которые якобы их вызывают. Но даже удивительно, что эта легенда оказалась правдой. -Легенда? -Не так давно ко мне в салон пришла удивительная пара. Он работает с вашим папой, а его жена….мне понравилось с ней общаться. Она и рассказала мне легенду о Серой Прачке. -Прачке? -На самом деле обычная история, - пожала плечами Маргарита Семеновна, - бедная девушка, работала прачкой, и ее обманул богатый мужчина. Она…., - тут Маргарита Семеновна посмотрела на детей и замолчала. -Ты даже не представляешь, какие романы они уже читали. – заявил старший сын. Маргарита Семеновна вздохнула. -У нее был ребенок. Но господин отказался от нее, понятное дело, какая женитьба. А дальше произошло странное. Сначала куда-то пропал ребенок. Полиция вообще предполагала, что это сделала сама мать, такое увы, бывало. Но ничего так и не нашли. Хотя все вокруг продолжали обвинять девушку. Она уже не могла даже на хлеб себе заработать. Увы, не пережив все случившееся, девушка слегла с горячкой и умерла, подкошенный организм, голод….. Хотя тут может тоже ей помогли. Но опять, господин остался непричем. Потом он уехал и непонятно, что с ним стало. Девушку похоронили на кладбище, а ребенка так и не нашли. Увы, обычная история, но именно эта девушка, как предполагается, стала привидением. -А почему наш дом? -Раньше хозяева сдавали дом как апартаменты – внизу и вверху по квартире. Он жил наверху. А в новолуние Прачка приходит в парк недалеко отсюда. Говорят, там они встречались. Может быть, она ищет ребенка, или ждет его отца? Может, всех этих лет для нее не было? -Бедная, - искренне сказала Наташа, - раз она не успокоилась… -Александра Сергеевна рассказывала мне, что многие пытались ей помочь. Но она просто исчезает. Многие спириты пытались ее вызвать, и даже делали какие-то умозаключения, предсказывали, что она ищет ребенка, который закопан под третьим деревом первого ряда. Конечно, никаких останков там не нашли. Было еще что-то. Но до сих пор никому не удалось даже приблизиться к разгадке. Даже Завадскому. -Завадскому? -Тут жил один исследователь неизвестного. Оказывается, это очень мистический город. К сожалению, Завадский умер год назад. Свою книгу, посвященную загадкам города он публиковал на свои же деньги, а весь тираж хранил у себя дома. И когда случился пожар, книги погибли. После этого прошло совсем немного как скончался сам Завадский, он просто замерз зимой в сугробе. Хотя никто и никогда не видел его пьяным. От книги остались лишь разрозненные страницы, хранимые небольшим кругом почитателей. Кто-то хвастался, что читал всю книгу. Но точно сказать нельзя. -Найти бы ее, - у Николая аж огоньки в глазах загорелись. -Но что нам делать? – Наташа просто не могла видеть, когда кто-то страдает, а Прачка страдала даже сейчас, теперь девочка была в этом уверена. -Никто не знает, - улыбнулась Маргарита Семеновна. Но тут же тихо сказала, - Знаешь, Александра Сергеевна, сказала мне, что искренней доброте открывается даже сердце дикого зверя. А все спириты, что вызывали дух бедной прачки, всего лишь хотели славы. Наташа задумалась. На следующее полнолуние Наташа осторожно, едва ступая и даже не дыша, вышла в комнату прямо к Прачке. Она была одна, без братьев, и считала это удачей. Может, Прачка…. Привидение уставилось на Наташу. И начало исчезать, вот уже нижней части туловища не было видно, и все покрылось дымкой. -Постой! – в отчаянье закричала Наташа, вложив в крик все свое желание помочь, спасти, хотя бы понять. – я ….мы не понимали раньше. Позволь помочь.

И призрак послушал! По крайней мере, Прачка перестала исчезать. Приободренная Наташа сказала -Это все из-за ребенка, да? Ты можешь хотя бы подсказать, что случилось? Ты же….ты же не могла убить своего младенца, я знаю! Привидение резко встало, и раздался оглушительный крик. Он казалось, шел от стен. Наташа обернулась, и увидела, что лица людей на темных картинах перекошены. Изображенные люди кричали. Наташа в ужасе отвернулась от картин и закрыла глаза. Сколько так продолжалось, она не знала. Но все же вопль прекратился, а Наташу словно погладил кто-то по голове. И ей стало невероятно тепло от этой руки. Девочка открыла глаза. Прачка смотрела прямо на нее. Сейчас ее лицо было не скрыто вуалью, и на Наташу смотрело симпатичное, хоть и очень исхудалое простое лицо. Странно, но чем-то это лицо напомнило Наташе няню, по которой она сильно скучала. -Найди, - прошептало привидение и исчезло. На полу осталась вуаль, тонкая серая невесомая ткань была создана словно из паутины и лунного света. Наташа взяла ее в руки, сейчас она не чувствовала никакого страха. Ткань казалась теплой. Вуаль могла бы скрыть всю девочку с головы до ног, но была настолько тонкой, что могла бы уместиться в кулаке. Наташа взяла ее и пошла к братьям. Ей нужнее был совет. Точнее совет ей нужен был от Михаила но вряд ли бы от Николая удалось скрыть хоть что-то. Почему-то матери пока говорить Наташа ничего не хотела. Увы, вуаль исчезла, просто растворилась в воздухе, но братья поверили Наташе и без того. -Найди….Значит, она точно ничего не делала с ребенком. – задумчиво сказал Николай, - или делала, но забыла об этом. -Ты думаешь, искать нужно ребенка? -Ну не этого же Господина, - усмехнулся Николай. – Вряд ли бы она так переживала из-за какого-то дурака и предателя. Детям все же пришлось обратиться к родителям. Даже Михаил не смог ничего придумать. Сначала боялись, что отец не поверит, но он на удивление заинтересовался. Правда сказал, что отныне этим делом займется сам. Наташа отдала ему ткань. А после оставалось только ждать. Прошло месяца два, привидение тоже перестало появляться. Отец по прежнему ходил на работу, правда пару раз уезжал. А через некоторое время в доме появилась полиция, которая перекопала сад., и что-то вынесла оттуда. Вечером того дня родители долго о чем-то разговаривали, а потом пригласили детей. -Итак, - начал было отец, -я думаю, вы достаточно взрослые, чтобы рассказать вам. -Что…это был ребенок? Его останки нашли? – спросил Михаил -Ну да. – хмыкнул отец, - это не мать, а отец убил ребенка. -Какой ужас! – воскликнула Наташа. -Так тоже бывает. У него была богатая невеста, а мать ребенка постоянно приходила, то требовала, то просила. Это мне рассказал швейцар, который работал тут когда дом сдавался как апартаменты. Это не нравилось будущей невесте. И еще больше ее родителям. Поэтому он выкрал и убил ребенка, а мать обвинили. -Почему не обвинили его? -Вот это сказать не могу. Он вообще утверждал, что знать не знает ни мать, ни ребенка. Но ведь нашлись свидетели, которые видели девушку здесь раньше. Правда мало ли, она ведь могла просто заносить белье. -Как ты узнал? -Можно сказать, мне повезло. Хотя пришлось пообщаться с кучей людей, прежде чем вышел на этого….даже не знаю…язык не поворачивается его назвать ни мужчиной ни господином. И уже поговорить с ним. -Но как ты узнал, что он… -Я не узнал. Я догадывался, но уверен не был. Хотя говорил с ним так, будто все знаю точно. -Ты соврал? -Фу, Натали, тебе не пристало обвинять отца в таком. Я лишь чуть увереннее, чем следовало, говорил. -Это возможно? – Николай, как всегда интересовался практической стороной вопроса. -Иногда… -Петр! – не выдержала Маргарита Семеновна -Что? Детям жить в этом мире и им нужно…. -Петя, - более спокойно и нежно протянула жена. -Ну…кх, ладно. Пока вы врать не должны И приукрашивать тоже. И вообще…узнаю, головы откручу. Так устраивает, Марго? Маргарита Семеновна вздохнула. Муж неисправим, но ведь как раз в его характер она и влюбилась. -Итак…о чем я. Да, я нашел этого …человека и предъявил ему обвинения. Я боялся, что он потребует доказательств, но он почти сразу признался. То ли вина замучила, то ли просто испугался. Но он действительно убил ребенка, потому что как сказал, на этом настаивала его невеста. Да и денежки полиции рот закрыть тоже невеста дала. А потом пошли слухи, да и рассказал он, как девушка приходила к нему ночами, вот и сбежал. Рассказывал мне, что ОНА его чуть не убила. Чуть не придушила во сне. Видели бы вы его. Это какая-то пародия на человека уже. Живет в комнатушке, никуда не выходит, судя по запаху и виду давно не спал, не ел, не мылся. Темная история, не захотел особо вникать в его жизненные проблемы с привидением или с совестью. Куда он спрятал тело, он рассказал, а дальше пусть полиция с этими пауками разбирается. Слава Богу, мой Геннадий Петрович Сверов, который сейчас во главе нашей городской полиции, мой приятель. Да я его ребенка спас и он мне благодарен. Впрочем, он идеальный полицмейстер. У самого и связи и родственники и деньги, а главное желание именно служить, что редкость. Так что…не отвертятся. За этим господином уже послано, но может и сбежать успел, я его не мог остановить, да и по сути, в местную полицию мне идти было не с руки. Явился к человеку, а он может от ужаса наплел что-то. Может, и зря. Ну а теперь все, хватит об этом. Мерзкая история, прямо вымыться после нее хочется, будто в болото залез. Дети действительно больше не поднимали тему привидения Прачки. Но ждали полнолуния. И дождались. Дама появилась. Но на этот раз она была без вуали. Девушка в простом кремовом платье улыбаясь, качала на руках ребенка. Наташа залюбовалась этой картиной. Но недолго. Привидение начало таять и растаяло окончательно очень быстро. Даже комната теперь казалась какой-то особенно пустой. -Ну вот, нет личного привидения, - вздохнул Николай, - ни привидения, ничего выдающегося в доме. Когда дети рассказали матери и отцу, что случилось, Ареньев сказал -Что же. Она нашла ребенка. Надеюсь, мы подарили спокойствие и ей и ему. -А для меня эта история вновь подтверждает, что все современные спириты, которые наперебой предлагают свои услуги – мошенники. Ведь, как оказалось, попадание на тот свет не гарантия того, что ты узнаешь все о прошлом и будущем живущих. Она не могла найти ребенка который буквально был в нескольких шагах. -Я всегда говорил, что здравости твоей мысли можно позавидовать, - поддержал Ареньев. -А что в конце концов случилось с Этим Господином? – спросила Наташа -Сверов сказал, что его обнаружили в петле. Спасать было поздно. Иногда совесть самый страшный судья. А заодно и палач. Думаю, что теперь одной страшной тайной в нашем городе стало меньше. -А есть другие? – спросил Николая, - какие? Маргарита Семеновна еле слышно вздохнула, а Ареньев рассмеялся. -Знаешь, - сказал он тихо, - один пациент в нашей клинике сообщил, что знает, где найти последний, единственный не пострадавший от огня экземпляр книги Завадского, сурового отшельника – исследователя тайн этого города. Правда пациенту для начала нужно выздороветь, чтобы направиться домой и найти книгу. Подождешь? -Конечно! Николай умчался в сад, в предвкушении удивительных приключений, Наталья попросила уйти в свою комнату – девочке надо было подумать, Михаил же отправился в библиотеку, обычно там он делал записи в дневнике. -Ты же не дашь им делать глупости? – спросила Маргарита Семеновна -Им? – переспросил Ареньев, - нет. Только если вместе со мной. А-то обидно. Маргарита Семеновна вновь вздохнула. Ну что тут скажешь.

Охотник

«Нет, ну зачем,? Что тут думать? Я…Но ведь…»

Маринка стояла на крыше и смотрела вниз с высоты 14 этажей. Никаких препятствий ее тело не встретит во время своего полета. А высота такая – можно быть уверенной, что будет насмерть.

Маринка сглотнула. Решение она приняла не спонтанно, а хорошенько все обдумав и обсудив сама с собой. Другого выбора нет. Что же теперь она не решается? Ведь так просто – раз и уже даже думать не надо будет. Все равно не исправишь.

-Дура, трусиха, ты е***тая. – Маринка награждала себя эпитетом за эпитетом, но от этого было не легче. Словно внутри что-то жесткое, как каркас куклы, уперлось и не давало двинуться, сделать шаг. Маринка не знала, сколько это продолжалось. Мысли то метались, как бешеные, то куда-то исчезали, а сознание заполнял неприятный холодный туман. Да и со временем творилось что-то неладное. Оно то тянулось, как в замедленной съемке, то вдруг начинало нестись с бешеной скоростью. Пару раз она доставала телефон и с недоумением вертела его в руках. Кому ей звонить-то? И каждый раз удивлялась на время. Неужели всего пару минут прошло? А в следующий раз – неужели уже пять пролетело?

Маринка и не заметила, как очутилась у края крыши. Все было как во сне. И последняя мысль «Что? Назад! Дура!». Правда она уже летела вниз.

-что случилось? Где? – девушка , озираясь, приподнялась и села. Она находилась в луже, образовавшейся от недавнего дождя. Вся одежда и волосы промокли от грязной воды, а сверху опять начало накрапывать. Маринка поморщилась. Она судорожно пыталась вспомнить, как она здесь оказалась. Вспомнила все, вплоть до своей последней мысли о глупости. Марина стала осматривать, ощупывать себя, прислушиваться. Никакой боли, лишь мышцы рук и ног затекли. Да и в принципе, когда ты осенью сидишь в луже на асфальте – это не очень приятно.

-Я жива? – пробормотала девушка, - но как?

Тут она услышала какой-то шум. Подняла голову и чуть не вскрикнула от неожиданности. Прямо перед ней стоял невесть откуда взявшийся невысокий парень. Даже подросток, судя по всему. Капюшон куртки скрывал лицо практически полностью, да и быстро сгущавшиеся осенние сумерки и пелена дождя тоже отнюдь не помогали рассмотреть лица. На груди куртка была распахнута, открывая белый свитер. Подранный свитер. Три кровавые полосы тянулись по тщедушному телу. Кровь уже запеклась на ткани бурыми потеками.

За парнем в некотором отдалении находилось две…собаки? Волка? Что это были за существа с горящими глазами. Казалось, что сумерки сгустились тут особенно сильно и можно было разглядеть лишь силуэты существ, одно из которых стояло задних лапах, а длинные передние со страшными когтями свисали свободно по обе стороны тела. Второе стояло на четырех лапах и его-то вполне можно было бы принять за собаку или волка.

Марина попыталась отползти, не сводя глаз с незнакомца. Шок был настолько сильным, что она, кажется, забыла, как вставать на ноги.

Парень протянул руку и сделал ей какое-то неопределенное движение из стороны в сторону. Воздух тут же сгустился и в руке его появилась…Бита?

«Сейчас меня отхерачат битой. Может до смерти» - подумала Марина. Встать по-прежнему она не могла. Ноги не слушались. Она лишь закрыла глаза.

-Ну ты же этого хотела? – раздался насмешливый голос

-Ммм? – Маринка вновь посмотрела на парня. Это он сказал? Ну, больше некому , - в общем, уже нет. Спасибо.

-Да? – с явным сожалением сказал парень. – ну тогда ладно. Со смертью поборолись, и хватит на сегодня.

-С какой смертью?

-С твоей, конечно. Или ты знаешь много людей, у которых и царапины на теле не оставалось после прыжка с такой высоты?

-Так я все же прыгнула? – Марина помнила это, но была уверена, что память ее обманывает. – вот идиотка, - тут девушка схватилась руками за резко разболевшуюся голову.

-Еще какая, - подтвердил парень, а существа за его спиной, то ли чихнули в унисон, то ли в унисом усмехнулись.

-я больше не буду того делать, - искренне пообещала девушка.

-Тебе решать, - пожал плечами парень, - но я больше тебя спасать не буду. Ошибиться раз может каждый. Но два в одном и том же вопросе – только дурак. У меня нет времени на дураков.

-А ты, - начала было Маринка. Но тут парень сделал резкий шаг назад, приподняв биту, словно собирался защищаться и громко выкрикнул, смотря куда-то за девушку

-Смотри!.

Марина обернулась, чтобы увидеть, что его напугало. И уперлась взглядом в стену дома

-Но там, -начала было она, повернув голову к парню. Но перед ней никого не было. Ни парня, ни его странных спутников.

-То есть, это известная легенда? –Марина искренне удивилась

-Ну, в общем, да. – Гоша кивнул. , - ты сколько тут живешь?

-Три года. Но год можно вычесть, - вздохнула Марина, - потому что депрессия была такая, ни с кем не общалась. Даже в школу ходила, словно робот. Веришь – не всех одноклассников имена знала. Да и не хотела

-Да? И ….

-И не важно почему. – отрезала Марина

Гоша лишь плечами пожал. Марина действительно странная девчонка. Вроде бы нормальная нормальная, а потом бац и уже смотрит мимо тебя, может на улице лоб в лоб столкнуться и не узнать. Пройти мимо, а окликнешь, вроде и разговаривает с тобой, а сама куда-то сквозь смотрит. Гоша уже на это и внимания не обращал. Мало ли что у человека в жизни случится может.

Марина после того случая знакомства с необычным парнем и его питомцами изменила свою жизнь. Нет, никаких чудес. Она не стала вдруг из задумчивой, грустной и стеснительной, жизнерадостной общительной оптимисткой. И боль вроде бы никуда не ушла, разве что стала поменьше от времени. Ничего подобного »Вот теперь я ценю каждый глоток жизни и каждую минуту». Просто чуть чуть что-то изменилось. Поначалу. Потом еще чуть и еще. И вот Марина уже не так одинока. Она не стала душой компании. Но появились друзья, которые действительно были дороги ей. И хотя в одиночестве ей по по-прежнему было комфортно, Марина с удовольствием общалась с другими. Вот, например, с Гошей, от которого и узнала городскую легенду о призраке подростка.

-Так его волки загрызли? Но как вообще.

-Да не обычные это были волки. Обычные, на двух лапах не ходят. Да и на улицах много ты видела волков? Ведь это не так давно было

-тогда кто

-Не знаю. Всяк по разному говорит. Может оборотни, а может …не знаю. Но вообще много странностей с этим.

-Например?

-Например могила этого парня есть. А на ней памятник. Подросток и два волка. Только они там как собаки, ластятся к нему. Странный памятник для человека, которого задрали звери.

-Ну да. А кто поставил памятник?

-Родители. Но только они потом из города уехали куда-то далеко.

-В общем, как всегда – никто ничего не знает. Не слышал и не видел

-Почему? – улыбнулся Гоша, - памятник можно увидеть. Там часто толкутся. А вот на счет слышать. Пару лет назад, мы с Кирей и Серым ночью ходили на кладбище. Хотели выкопать гроб и посмотреть, кто там.

-Ну и…

-А ничего. Как только копать стали, тут сразу по всему кладбищу такой вой пошел – я ни до не после никогда такого не слышал. Это была не собака, ни волк ни…в общем, даже не знаю. А еще ветки хрустеть начали так, будто в костре, только гораздо громче. Ну мы оттуда ломанулись. Больше о этом и не говорили даже. Разве что Серый уверял, что после на кладбище ходил и там хрен этот с волками мраморный…улыбался ехидно так. И волки улыбались. Но это Серый от страха. Там статуя так сделана – улыбается. Еще одна странность. В общем – можешь сама сходить посмотреть. Даже провожу. Давно я там не был. Кстати, говорят, желание исполняет, только одно.

-И что, исполняет? – спросила Марина

-В общем, - замялся Гоша, - в общем, да. Исполняет.

-Загадаю. Но все же, почему он по городу ходит и смерть отгоняет?

-Да хрен его знает. Некоторые говорят, что такой у него контракт с тварями, что они вовсе не плохие, а даже очень хорошие. Просто так вот его выбрали. Другие – что просто жалеет всех.

-Странная история. Какие-то волчьи твари. Призрачный парень, воюющий со смертью. Непонятно почему.

Слушай, а давай завтра на Старое поедем? Там прямо и увидишь

-А как же школа?

-Да ну ее в п*ду! Зато точно никого там не встретим. А-то начнутся вопросы – что, да почему.

-И то верно

Марина, на самом деле, расстроилась. Ведь практически ничего она и не узнала. Просто призрак, просто приходит на помощь, спасая от смерти. Ну и все. А почему, и кто те твари, какова история Волчьего Стаса, как его называли в городе? Но от этого еще больше хотелось посмотреть на памятник. Шутка ли – живет уже три года в городе и такой достопримечательности не видела. Совсем непорядок.

Уже утром следующего дня они были на Старом кладбище. Действительно самом старом в городе. Официально, кладбище еще действовало, но на самом деле хоронили на нем редко. По некоторым дорожкам практически невозможно было пройти. Но могилу Стаса Радинова нашли быстро, и пройти к ней было можно. Чувствовалось, что «народная тропа» сюда явно не зарастает. Теперь Марина и сама видела, что памятник реально странный. Во-первых, не было никаких данных об умершем, принятых обычно – родился, умер, эпитафия, фото. Лишь статуя, изображавшая полулежащего подростка в распахнутой куртке и с растрепанными волосами. Подросток обнимал припавшего к нему и ластившегося волка или собаку. Нет, все же волка. Второй волк стоял рядом и напряженно следил за сценой, в ожидании, когда и его потискают. Марина явно не могла назвать себя искусствоведом, но ей показалось, что данной скульптуре место в музее, не иначе. Очень четко были вырезаны и черты мальчика и малейшие складки на одежде и даже шерстинки волков.

-Странно, - проговорила она, не в силах оторваться от статуи, - а почему нет имени и фото?

Гоша пожал плечами

-Говорят. Так захотели родственники. Я же говорю, тут много странного. Ну как тебе наша городская знаменитость?

Марина покачала головой. Может, стоит рассказать Гоше, что она видела парня воочию? Но тогда Гоша может начать задавать неудобные вопросы. Да и …приятель и так, наверняка думает, что она сумасшедшая. Зачем ему давать такое явное доказательство этой теории, как признание в попытке самоубийства.

Марина вздохнула. Впервые в жизни она хотела поделиться кем-то опытом, пережитым ей одной. Но она так и не решилась.

«Да и толку? Все равно Гоша ничего не знает.» К сожалению, и ее саму поход на кладбище никак не приблизил к разгадке того, что случилось вечером ноября несколько лет назад. А ей так хотелось узнать. Почему – сама бы девушка не дала ответ на этот вопрос. Раньше она вроде не была склонна к такому любопытству.

Марина действительно проявила редкую для нее настойчивость. Прошерстила местную библиотеку, даже нашла несколько очевидцев, которые знали семью Радиновых. При этом ей даже удалось сделать то, что девушка и сама от себя не ожидала – разговорить людей и получить от них информацию. Так она и узнала, что на самом деле поначалу никаких волков ни на четырех лапах, ни на двух, в деле не фигурировало. Просто тело мальчика нашли с глубокими ранами на груди. Но смерть наступила от неудачного удара головой при падении. Раны такой глубины не могло нанести ни одно живое существо, так что какое-то время предполагали даже безумного маньяка. Но, никого не нашли. Старшие Радиновы уехали и уже после них начали говорить об оборотнях и волках. Чему способствовал также и странный памятник.

-Кстати, памятник. Действительно, странно для человека с такими обстоятельствами смерти.

Сейчас Марина пила чай у милой старушке – соседки бывшей Радиновых. Бабушка жила она и была рада поговорить с таким внимательным слушателем.

-Так он волков просто обожал. Даже собирался потом работать ветеринаром, но именно с дикими зверями.

-И все же….

-Ну да, странно. Поговаривали даже вообще о том, что мать Стасика нашла рисунок, который он сам нарисовал. А на нем памятник. После смерти уже нашла. Хотя я лично не слышала от нее подобного. То, что рисовал он хорошо и все волков в основном – это да, знала.

-Жаль, что они уехали, хотя и понятно

-Ну да, двух детей потерять – этого никому не пожелаешь.

-Двух?

-Ну да. У них еще маленькая дочь была – года четыре. Она однажды что-то проглотила и задохнулась. Стасик очень убивался – себя винил все. Он как раз в то время с ней один дома остался – а е уследил. Да и то – 14 лет пацану. Мать при посторонних не винила, а в семье, кто знает что там было.

Марина не приблизилась к разгадке. В сущности, всю нехитрую городскую легенду можно было бы объяснить очень просто – маньяк, странная смерть(вот кстати глубокие раны тоже вроде не сразу в деле фигурировали), странная – но не мистическая. Потом эти волки на памятнике. Да еще и преступник не найден. Если он вообще был. И вот – имеем красивую городскую легенду. Только одно не вписывалось в стройную схему – Марина сама видела парня. И показаться ей не могло. Ибо если призрака не было – то она уже давно должна была бы лежать на кладбище. Так что – простым объяснением тут и не пахнет.

Марина так увлеклась и заинтересовалась, что все же решилась рассказать о своем опыте Гоше и еще Вере со Тимуром– своим недавно появившемся приятелям.

-Так значит правда все? – Тимур обожал городские легенды. – и как …ну как он выглядит?

-Меня больше интересует, зачем… - начала было Вера

-Это …только мое дело.

-Поняла? – Тимур с явным видом неудовольствия прервал свою девушку. – ну как он выглядит.

-Да сложно сказать. Я почти и не видела, - протянула Марина – я тогда в шоке была Да и темно. Вокруг него вообще как-то…

И тут Марина резко замолчала и задумалась

-Что? – Тимур чуть ли не на месте подпрыгивал от нетерпения

-Я только сейчас вспомнила, - с удивлением произнесла Марина, - Туман! Вокруг него было не темно. А…туман собрался густой. И как же я забыла?

-ну и ну, - пожал плечами Тимур, - прямо все как положено. Туман, сумерки.

-Да, я бы тоже решила, что выдумка, да еще и стереотипная, если бы кто рассказал, - хмыкнула Марина

В общем, общение с друзьями ничего ей не дало. Марина не знала, что еще можно сделать. Вечером она сидела за компьютером, просмотрев уже все ссылки которые могла по данной теме. Неизвестно, что побудило ее войти в вк и создать беседу по Стасу с волками. На удивление к беседе почти сразу же присоединились не только ее приятели, но и еще человек десять Гоша в основном откуда-то притащил. Причем все участвовали весьма активно. Правда, в основном мусолились известные всем теории. Ничего нового. Но вот один парень, которого тоже, как ни странно, звали Стас, присоединился к беседе и начал рассказывать интересные вещи.

-Я слышал, что и в гробу Стаса нет на самом деле.

-Ну, об этом многие говорят. Только пока еще никто не проверил.

-Куда там. Ведь в гробу талисман.

-Чего?

-Ну…мать Стаса была ведьмой. Она решила сына оживить. Но не получилось, вместо этого он стал призраком. Она даже освободить его не смогла. Или…кто ее знает. В общем, талисман еще в гробу.

-Впервые слышу. Что же она его не выкопала?

-А ей говорят ходу нет на кладбище. Вот если его кто-то выкопает, то…

-То что?

-Ну…не знаю. Но должно быть мощная штука.

-Странная теория. Откуда ты такой умный?

-сказал бы…

-А может действительно, махнем

-На кладбище? Зачем?

-Проверить

-Проверим, и что? Увидим труп и…

-А если

-Да что если –то?

-Какие-то вы скучные.

-Просто в отличие от тебя мы уже в старших классах.

-А я бы пошел.

-Еще один придурок. Счастливого свидания на могиле.

-Знаете, а я тоже пойду. Нет, ну вдруг в самом деле?

Марина и сама не заметила, как этот странный Стас съагитировал всех идти ночью на Старое. Только отключив компьютер и улегшись спать, она подумала «А чего это я?» на уже хотела встать, включить комп и написать отказ от сего мероприятия, но на полпути к письменному столу, рассмеялась вслух. Какая глупость. Все уже спят. Завтра и откажется.

На следующий день, когда ночь уже властвовала над городом, Марина обнаружила себя на кладбище. Вместе с Гошей и еще парой ребят. Остальные «охотники за потусторонним» видать струсили. Марина только вздохнула, утешая себя тем, что она хоть лопату не взяла.

Памятник нашли на удивление быстро Белый мрамор(или это был какой-то материал под мрамор?) словно светился в темноте.

-Вы уверены, что нужно копать? – спросила Марина

-Ну да…Иначе зачем это все? – Гоша, кажется, объяснял что-то не Марине, а самому себе. Уж больно неуверенно выглядел.

-Может, просто пойдем по домам?

-Ну уж нет! – из-за спины Гоши выглядывала донельзя довольная улыбающаяся физиономия незнакомого Марине парня.

-И воя нет, - неожиданно для себя поддержала Марина незнакомца, за что тот подмигнул девушке. Та сама удивилась, ведь ей вовсе не хотелось славы гробокопателя. Ну никак.

Пока парни корпели с лопатами – земля на удивление туго поддавалась, Марина подошла к памятнику и по какому-то наитию коснулась его. Словно током ударило в пальцы и девушка, вскрикнув, упала во внезапно окружившую ее темноту.

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Стас поймал себя на том, что вот уже хрен знает, сколько времени просто сидит, уставившись куда-то вдаль. И кстати, не видит, что там в этой дали. Хмыкнув, парень пробежал взглядом по странице учебника. Буквы танцевали перед глазами и не хотели складываться в осмысленные слова и тем более, фразы. Закрыв учебник, Стас встал, и направился к двери. Был уже вечер, но у парня не возникло никаких проблем с отлучкой из квартиры и, накинув куртку, он вышел в промозглый осенний вечер. Родители, как и всегда за последнее время ничего не заметили.

Стас не знал куда идти. Он всегда любил гулять просто так, не разбирая дороги, иногда словно просыпаясь через некоторое время на незнакомой улице. Мать всегда его ругала за это. Раньше. Теперь не ругает. Стас невесело усмехнулся. Наверное, сейчас родители были бы даже довольны, если бы он действительно потерялся и не нашел дорогу домой. Впрочем, может быть и сам он был бы не против.

Стас вдохнул промозглый воздух. Странно, но ему показалось, что воздух несет в себе странные, необычные запахи. Каких-то цветов, травы и ...моря? Откуда?

Стас прошел еще пару улиц, запах не прекращался. «С ума уже схожу» - подумал парень. Но, с другой стороны, хоть какое-то отвлечение от постоянных мыслей о том, как он не уследил, не успел, не сообразил. И вся жизнь его и людей вокруг покатилась кувырком.

Стас прекрасно помнил тот день. Отец был в командировке. Матери пришлось отлучиться – как же, жена начальника попросила помочь! А ему так хотелось доиграть новую игрушку. Суббота, он всю неделю мечтал об этом, но держался, ибо неделя была та еще – сплошные контрольные, подготовка к олимпиаде и просто куча домашки. И тут – на тебе – сиди неожиданно с Иришкой. В общем-то, Иришка была спокойным ребенком. Сядет себе в уголке и играет с игрушками. Лишь покорми, своди в туалет, да время от времени заглядывай к ней. Поэтому Стас решил, что вполне может и поиграть. Сначала хотел Иришку перетащить в зал, чтобы на глазах была, но потом решил – да пусть у себя в комнате сидит, я лишь дверь открою. Квартира была распланирована так, что через открытую дверь зала через коридор было прекрасно видно часть детской, где возилась со своими игрушками сестра. Поэтому Стас спокойно играл, поглядывая за сестрой. А потом. Он не знал, что случилось, почему он так заигрался. Он словно провалился в игру, а когда очнулся, обнаружил, что пошло сорок минут. Бросив взгляд в детскую, он не заметил сестру. Достаточно спокойно Стас прошел в комнату, хотя сердце начало предательски колотиться.

Иришка лежала в углу, в какой-то неестественной позе и неестественного цвета. Все дальнейшее Стас помнил обрывками, и даже не мог с уверенностью сказать, какие из этих событий были, а какие нет. Вроде он кинулся помогать сестре. Или сначала позвонил в скорую? Или матери? Стас не помнил.

Плохо помнил, когда приехала мать и врачи. Все сновали вокруг, что-то кричали, он вроде тоже что-то пытался делать, говорить. Как выяснилось, Иришка подавилась. Как она вообще умудрилась отодрать этот несчастный глаз игрушечной обезьяны и глотнуть его? Как?

Стас плохо помнил похороны. Более менее нормальное ощущение времени и окружающего вернулось недели через две только. Нет, его никто не обвинил, хотя постоянно куда-то таскали, задавали вопросы. А он раз за разом повторял, что отвлекся всего-то лишь на пару минут. Умный подленький мальчик. Ни разу не спутался, не сказал что-то другое. Сам себя ненавидел, а продолжал твердить, что лишь в туалет вышел не никак не больше чем на пару-тройку минут.

А потом отец почти перестал его замечать, а мать, хоть ничего и не говорила, но глядела с укором. Пару раз сорвалась, практически обвинив Стаса в смерти сестры. Тогда он не нашелся, что ответить. Ведь он и сам считал так. Верил, что виновен. И зачем он живет теперь – ненужный никому? Мысли о самоубийстве возникали, но никогда почему-то не оформлялись в конкретное желание. Может, он слабак, думал Стас всегда. Мать, отец, даже одноклассники – все считают его виновным. Так казалось Стасу и возможно, так и было. Иногда ему казалось, что абсолютно незнакомые люди смотрят на него с осуждением, и он привык носить одежду с капюшоном и скрывать лицо.

Но сейчас, когда запах моря стал уж совсем сильным, а ветер, несший его в лицо парня, потерял промозглость и обрел теплоту, Стас откинул капюшон. Обернулся в изумлении, неужели никто не замечает эту странность больше? Но людей в обозримом пространстве не было. Лишь слышались изредка проезжавшие машины по широкой улице за домами. Через некоторое время пришлось ему и куртку снять, так как стало жарко. Сначала он нес ее в руке, но потом просто бросил на улице – не жалко. Что-то вело его. Нечто, заставившее забыть всю ту тоску, что терзала все эти месяцы. Забыть и забыться.

Стас вышел улицу с широким дорожным полотном. Уже стало совсем темно, и необычайно яркая луна выглядела фонарем на фоне темного неба. За улицей, по которой изредка проносились машины, находился массив парка. Ну да, не леса же? Стас жил рядом с центром города и никак не мог успеть дойти до его окраины. Тут запах моря окружил его, Стас на минуту закрыл глаза, и ему показалось, что он слышит, как плещутся волны о берег. Какой-то пробившейся из глубины сознания мыслью он осознавал, что, скорее всего так в его воображении трансформировался рокот моторов машин. Но ведь машины…

Стас резко открыл глаза и в ту же минуту чуть не бросился бежать обратно, в привычную паутину города. Ибо он стоял на берегу моря. Обернувшись, он увидел, что за ним высятся не дома, а лес. Темные высокие ели стояли плотно, переплетая корни и ветви. Далее шел склон с травкой, а потом – песок, на котором сейчас Стас и стоял. Стас вновь посмотрел на море. Первый испуг прошел. Уж если он сошел с ума, то точно с этим поделать ничего не сможет. Стас подошел к морю и присев на корточки попытался коснуться воды. Набежавшая волна окатила его ноги по щиколотки. Стас улыбнулся. Вода была теплой, как молоко. И, наверное, стоило снять одежду. Но он явственно представил себе, что если и вправду вошел с ума, то в таком случае будет бегать голым по улицам города. Впрочем, ведь сумасшедшие не знают, что они сумасшедшие или нет?

Стас отошел от кромки воды и присел на песке, опершись на корягу, неизвестно каким образом сюда попавшую. Волны лениво накатывались на берег, лунная дорожка чуть колебалась, а луна, которая тут была даже ярче, чем в городе. Впервые за долгое время Стас чувствовал себя умиротворенным. Больше всего на свете хотелось остаться здесь навсегда. Только сейчас парень понял, как устал за последние месяцы.

Сколько так Стас сидел, он не помнил. Пока вдруг откуда-то сзади не раздался вой. Сначала выло одно животное, потом двое сразу. После вой прервался и послышался скулеж, похожий на плач. Стас встал и обернулся. Прямо на него из леса шли двое существ. Волки? Стас обожал волков, раньше он часто рисовал их.

Но подходящие животные были другими. Более высокими, с светящимися как лампы глазами и более приплюснутыми, чем у волков, мордами. Их темная шерсть топорщилась, словно иголки, а когда одно из существ встало на задние лапы, то Стас разочарованно вздохнул. Это не волки. «Почему я не боюсь?» - он кажется спросил это вслух. А потом улыбнулся «Ах. Да, я же с ума сошел. Сумасшедшие не боятся!»

И вместо того, чтобы побежать, Стас остался на месте, наблюдая, как два существа подходят к нему. Между тем те вступили в полоску лунного света и …шерсть на них посветлела до белизны и улеглась, глаза стали обычными, а движения более звериными. Еще пара шагов и Стас уже был свален белым, как молоко, волком. Но только волк и не думал кусать. Он ластился к парню как собака. Стас рассмеялся. И тоже начал тормошить волка. Второй зверь стал сбоку и тоже напрашивался на ласку.

Вот теперь Стасу стало по-настоящему хорошо. Просто замечательно. И ничего, что сумасшедший. Что поделать, и такое случается.

Стас еще и побегал с волками по берегу, а когда они устали, то уселись втроем и все строем вывалили языки, тяжело дыша. Волки – по необходимости, Стас- за компанию. Это было настоящее счастье.

«Ты не сошел с ума» - услышал Стас чужую мысль у себя в голове. Он помотал башкой.

«Ты не сошел с ума!» мысль кольнула сознание, словно шилом. Стас уставился на одного из волков, который сейчас смотрел на него.

-Это..ты…говоришь?

Волк, как показалось Стасу, улыбнулся и кивнул. А потом начал рассказывать.

Он рассказывал парню о том, что мир не совсем такой, каким привык его видеть парень. Что море, песок, лес – все это он может получить и наслаждаться этим долго-долго, пока не надоест, а они вдвоем с братом будут вместе с ним, помогать, не давать скучать. И для этого нужно лишь согласиться стать охотником за смертью.

-Ты сможешь иногда отгонять смерть от людей. Но лишь один раз от одного человека.

-Где же вы были раньше? – усмехнулся Стас

-Мы не могли бы прийти раньше. Шанс стать охотником за смертью получает только тот, кто однажды упустил эту добычу. Не по силе, а по глупости, лени, недоразумению

Сердце Стаса больно кольнуло. Иришка. Впервые за все время, что он на пляже, парень вспомнил о ней. И вновь навалилась тоска. Волк тут же подошел к Стасу и тронул его лапой. Тоска растаяла, словно ее и не было.

-Вот так. Ты понял – ты больше не будешь чувствовать вину за собой. Знать - будешь, но не будешь чувствовать.

Стас хмыкнул. Он подумал – то его держит в его мире? Да ничто.

-И что же нужно сделать, чтобы стать…Охотником?

- Всего лишь одну вещь. Умереть, как человек.

Когда волк вновь превратившись в неведомое чудовище, разодрал его грудь, было не больно. Ну, разве что совсем чуть чуть. Уж слишком красив был рассвет над морем – грех было отвлекаться от такого зрелища на вываливающиеся внутренности, пусть даже и свои.

А потом боль прошла. Лишь шрамы, как сказал волк, остались навсегда. Это – зарок между Стасом и теми силами, с которыми он заключил договор. Стас встал и просто захотел вновь оказаться в городе. Просто сделал один шаг и вместо кромки моря опять увидел полотно дороги, а вместо леса елей – лес домов.

Ему не терпелось попробовать новые силы. Теперь он, как гончий пес чувствовал смерть. И вот, несколько десятков шагов и Стас свернул во двор дома, где на качелях качался мальчишка лет шести. А за ним наблюдала девочка. Мальчик старался раскачаться по максимуму.

-А сейчас я спрыгну, - закричал он

-Не надо, - закричала девочка, но ее никто не слушал.

А Стас заметил, как напряглась стоящая по над стеной угрюмая тень. Старенькая старушонка в лохмотьях, которая Стасу не понравилась сразу же. Он чувствовал, что старушка только и ждет того, что случиться.

Мальчик спрыгнул, но неудачно, и упал, ударившись головой, под которой стала расплываться красная лужа. Девочка бросилась к нему. Она не заметила облачка, - туманного, светлого, сверкающего, что собралось над мальчиком. Но заметила старушонка, которая, выставив вперед костлявые руки с длинными когтями, понеслась к облаку. Стас понял – это его выход. Он помчался старушке наперерез. И только тут подумал – у него же нет оружия. Не руками же будет он рвать, не зубами. Но и этот вопрос решился. Стас поднял руку и представил в руке. Сначала он хотел представить рыцарский меч, катану, копье, наконец. Но в ум постоянно шла какая-то железка, нечто вроде шпалы. Шпалой он старушенцию и приложил. Та зашипела, попыталась царапнуть, но после двух трех ударов отступила, а потом и вообще растаяла в воздухе. А мальчишка вдруг засопел и резко встал

-Что случилось – не понимая, произнес он. Девочка лишь обняла его и заплакала

После Стас узнал, что смерть каждого выглядит по-разному. Она могла предстать человеком любого пола, возраста, вида. Любым живым существом, даже вещью. Но Стас мог выследить ее в любом обличье. Ему даже нравилось это чувство, будоражащее кровь, когда он ощущал, что вот, тут, за поворотом, прячется она, смерть. Сильное. Древнее и мудрое существо. Которое он всегда ее побеждал. Оружием, которое сам должен был представить в руках в момент поединка. Стаса единственно, что удручало, что он так и не смог представить катану, ну вот получалась постоянно какая-то фигня и все тут.

Он в любой момент мог направиться на берег моря. И хорошенько отдохнуть. А еще он понял – волк сказал правду. Он реально умер. Его тело нашли и похоронили. Стас сам был на похоронах. Он смотрел на мать и отца и пытался выжать из себя хоть каплю жалости. Ведь это его родители и он должен….Но нет, он не мог понять. Не мог почувствовать. Да, у него были родители, но эта жалкая иссушенная женщина и осунувшийся седой мужчина…да какое отношение к нему имеют? Никакого.

Потом он долго сидел на берегу и пытался понять. Наконец один из волков сжалился над ним

-Я же сказал, что ты умрешь как человек. Того мальчика Стаса нет. Он умер Есть лишь охотник, которого тоже зовут Стас. В мире вообще много Стасов, знаешь ли.

-Но…

-Никаких но. Неужели ты думаешь, что кто-то позволил бы тебе оставить бывшие привязанности?

Стас задумался. А потом рассмеялся. Ну это так просто же! И почему он сразу не понял. Так и есть. Мальчик Стас со всеми его винами и привязанностями умер давно. А он теперь Охотник. У него есть Охота, и волки, и море. И как же это здорово!

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

-Ты в порядке?

Марина открыла глаза и увидела склонившиеся над ней перепуганные физиономии ребят

-Да, что случилось?

-Просто ты…упала и все. Мы тебя пять минут в чувство привести не могли. Хотели скорую вызывать, - быстро начал объяснять Гоша

- голова закружилась, - сказала Марина. Она встала и продолжила, - давайте просто пойдем домой.

Видать все сильно перепугались, потому что действительно решили оставить карьеру гробокопателей. Марину довели до дома даже. А потом все разошлись.

Марина не понимала, что произошло. Она видела прошлое глазами Стаса? Девушка села перед компом и задумалась. Только сейчас, дойдя домой, она полностью вспомнила, что видела, слышала, ощущала. Она и вправду прожила несколько месяцев? Марине очень хотелось с кем-нибудь посоветоваться, но с кем?

Может, стоит написать об этом, пока не забыла. Девушка включила компьютер, но вместо ворда открыла почему-то интернет ссылку вк. Там было одно новое сообщение

-Наверное, Гоша волнуется, - улыбнулась девушка и открыла посмотреть. Но это было сообщение от недавнего собеседника – Стаса

-Ты ведь хотела узнать?

А дальше следовал смайлик и потрясающая картинка с белым волком

-Что? – Марина уже отела напечатать ответ, но экран вдруг моргнул, и сообщение пропало, а обои на рабочем столе компьютера заменились. Теперь это был волк из картинки пропавшего сообщения.

Марина пролистала вчерашнюю беседу. Стаса там не было. Вообще.

Она усмехнулась и закрыла окно интернета. Волк с картинки, кажется, ухмылялся.

-Ну да, - сказала тихо Марина сама себе, - я хотела знать.

А потом она встала, вышла на балкон и сказала куда-то в сторону начинавшегося рассвета

-Спасибо

Игра

Холодно. Холодно. Как же холодно. И рядом нет никого. Да и ничего кроме этих бесконечных улиц, снега и бугристого катка под ногами.. Я опять пытаюсь согреться. И опять. Снова и снова прокручиваю в голове предыдущую жизнь. Самый последний день до того, как я попал сюда. Что я сделал не так? За что мне это все?

-эй, завтрак проспишь, - слова как железо по стеклу, как барабан над ухом. И почему это у моей сестрички такой неприятный голос. И почему она, наверняка зная это, так громко кричит, когда надо меня разбудить. Я поморщился, но все же встал, чтобы избежать новой порции песен кошки, которой наступили на хвост. -Где мама? – спросил я, уткнувшись в тарелку. -Она что-то про работу говорила, там срочно потребовалась, - пожала плечами сестра, - будет дома поздно. А потом ей зато дадут еще один день отпуска взамен этого -Понятно, - глубокомысленно сказал я, - только мне непонятно, зачем меня вообще будить было. Ведь каникулы же -ведь ты сам говорил, что не хочешь проспать лето же, - передразнила меня сестра Ну да, говорил. Я поморщился. Мало ли кто что говорит в последний день учебы. Всему верить нельзя. И как Машке того не понять? Я демонстративно зевнул, чтобы показать сестре как я хочу спать и вызвать пробуждение хоть крупицы совести. Как всегда напрасно. Муки совести сестренке незнакомы. Потому я просто перестал зевать и спокойно прикончил свою яичницей. А потом оделся и стал думать как бы провести очередной день каникул. Мысли, конечно обратились к компу, но тут позвонил Алекс, мой однорупник, и пригласил прогуляться. -Да прогуляться то неплохо, - сказал я в трубку с сомнением, потому что новая игрушка в компе тянула конечно неумолимо, - а куда -как куда? – удивленно переспросил Алекс, -Митяй, мы же договорились что пойдём в заброшку. Эта поликлиника знаешь какая огромная. А потом ее будут кажется отстраивать, или снесут и на ее месте еще что-то построят, я не знаю точно. И тогда до ближайшей заброшки нам нужно будет аж в Резники добираться Я чуть поморщился и вспомнил. Да, мы реально договаривались. Алекс, я и еще пара ребят с потока– Настя и Денис. У Ала такое лицо было, когда он рассказывал об этом «шансе», что ему никто не смог сказать нет. А наверное надо было бы. Почему-то для меня лично этот день похода тогда еще казался таки далеким, и может Алекс вообще передумает или еще что случиться. Но, Алекс не передумал и ничего не случилось из того, что могло бы нам помешать -Может. – начал было я. -Может что? – переспросил Алекс недоверчиво -Просто заброшки это уже такая тема – езженная переезженная. Уже все что можно о них сняли написали и придумали. И я уверен что ничего особого. -Если ты боишься так и скажи, -заявил Алекс -С ума съехал, что ли? Просто это все уже совсем …ну не то. Ничего нового. -А я и не хочу ничего нового. – заявил Алекс, - я хочу увидеть заброшку и снять ее. И мы с ребятами будем там через час. А ты как хочешь. Особого предложения делать не буду и ждать тебя не намерен. Минут пять подождем и пойдём. Так что решай. С этими словами Алекс бросил трубку. Я выругался, но все же, бросив полный грусти взгляд на комп, начал искать одежду на улицу. -Куда-то собрался? – сестра залетела в комнату как всегда не вовремя. -к друзьям, - сказал я. Сеструха кивнула, потом пожала плечами и испарилась. -ключи возьми, - услышал я из коридора, - а то меня тоже дома не будет.

Я пожал плечами но ключи в карман положил., хотя всегда ненавидел это делать. Очень уж они громоздкие, особенно из за брелка - чуть ли не с ладонь серебристой металлической какой-то птицы. Но все же ключи лучше взять. Сестра вообще может домой только завтра собирается, а мать…тут может я сам домой поздно приду, и не захочу ее будить. Не должен вроде, но кто знает? Ровно через час я уже был у дверей заброшенной больнички. Эта дура стояла прямо посреди нашего района на пустыре. То ли взрыв газа, то ли короткое замыкание, пожар привел ее лет десять назад в весьма плачевное состояние. В общем, заброшенное здание, ни больше, не меньше. Солнце жарило вовсю, и ничего страшного или неприятного в здании я не видел. Даже чуть расстроился из-за Алекса, представляя как он будет разочарован с самого начала исследования. Ведь свет проникал в выбитые окна, и наверняка внутри если и были тени, то явно не страшные. Уж если хочешь ходить в такие места, то нужно это делать вечером, после захода солнца. Максимум – незадолго до оного, когда небо раскрашивается красным заревом и такие вот пустующие помещения могут обрести хоть какую-то мистичность Странно но, кажется, я пришел первым. Впрочем ждать мне пришлось недолго и скоро остальные все же подтянулись. Я если честно, собирался и тут начать отговаривать Алекса, но у того было такое лицо счастливое, когда он меня увидел, что я махнул рукой и смирился с потерей некоторого времени моей жизни. В конце концов, ну побегаем по этой заброшке, сделаем может хорошее видео и фото, утешим Алекса который так ничего сверхъестественного здесь не обнаружит. И разойдемся. Делов-то . А в игру и завтра поиграть успею. -А почему мы вообще выбрали эту больничку? – спросила Настя, -тут ведь ничего необычного не происходило. Не то что например в других заброшках. В тюрьме или… -Просто ближе всего, - пробормотал Алекс, немного затравленно озираясь вокруг. Скажу что тут Настя конечно права. Наш городок –сборище всего паранормального. Просто если верить нашим горожанам одна аномально-паранормальная зона. Некоторые даже гордились этим. Но лично я не знаком ни с одним человеком кто действительно встречался с кем-нибудь этаким. Да и сам ничего подобного не видел. Хотя и вправду странно – почему Алекс решил пойти сюда? Ведь есть столько мест с определенной сверхъестественной репутацией в нашем городе. Но посмотрев в его глаза я вдруг резко и четко понял – он просто испугался. Откуда пришло ко мне сие знание – понятия не имею. Но…мне показалось что он определенно ждет поддержки -К тому же, - начал я, кивнув Алексу, - про те места уже все сказано и пересказано. А к ним все идут и идут паломники всякие. На которых можно наткнуться в любое время дня и ночи. А нам оно надо? Мы же вроде хотели эксклюзив? Алекс поблагодарил меня одним взглядом, а Настя нахмурилась. Но она должна была согласиться с логикой моих мыслей. Поэтому в конце концов мы вошли под своды здания. Я вздохнул полной грудью. Тут было приятно прохладно в отличие от изматывающей уличной жары. -с чего начнем? – бодро спросил Денис, хотя я чувствовал, что он фальшивил. Он вообще с самого начала настаивал на ночной прогулке. Не услышав ни от кого из нас ответа, Денис сам предложил -Давайте хоть в подвал сходим. Там будет не так светло. Жаль, что это не больница все таки. -Почему? – спросил Алекс -Морга нету, - засмеялась Настя Я воздел очи к небу. Кажется не в первый раз сегодня. Ну как школьники честное слово, а еще студенты. Да и я хорош – что я вообще тут делаю? Всё же сначала по настоянию нашего гуру Алекса мы походили по кабинетам. Как я и предполагал, ничего интересного там обнаружено не было – кабинеты как кабинеты, все ценное и непострадавшее было вывезено, все что хоть как-то могло хоть чему-то служить, было вынесено уже позже. Солнце и не думало уходить с небосвода, хотя даже в его прямых лучах тут было прохладно – наверное из-за сквозняков – все же открыто. В общем, как я предполагал, совершенно безнадежная трата времени Алекс все искал какие-то закрытые двери, какие-то проходы, но ожидаемо ничего не нашел. Во всем здании не было практически ни одного темного уголка. Разве что кладовки на первом этаже, или темная комната в кабинете глазника. -Так пойдём в подвал? – снова предложил Денис, - или разбегаемся? Алекс чуть подумал. Потом махнул рукой -Почему бы и нет, - чувствовалось что он и сам разочарован. -Только ненадолго, – сказала Настя, - мне уже домой пора -Да, ненадолго, только чуть походим, посмотрим, - махнул рукой Денис Когда мы спускались в подвал стало ощутимо холоднее. Солнце сюда уже не доставало, и даже можно было наверное надеть куртки, если бы конечно у нас были куртки. Если честно мне почему-то стало не очень комфортно, как только я подумал о крысах, пауках и прочей возможной мерзости. Нужно будет идти осторожно и смотреть куда ступаешь, точнее на кого. Дверь в подвал оказалась открыта и мы с некоторым ожиданием непонятно чего вступили в его прохладу. Даже холод. Тут и вправду было очень холодно, словно в пещере. Подвал был достаточно велик, и невероятно захламлен. Удивительно что тут осталось столько вещей – ящики, коробки, целые шкафы с каким-то хламом, слишком пыльным чтобы к нему прикасаться. Поверху тянулись трубы, которые как казалось издавали какой-то шум, чего быть не могло, конечно же. Всё что поступало в поликлинику – свет, вода, отопление отключили после происшествия. Так что я списывал все на воображение. Нам пришлось включить фонарики и обстановка впервые за весь наш недолгий поход и вправду стала соответствовать поставленной задаче – было темно и таинственно. А еще шорохи, которые наверняка издавались мышами, крысами или нами самими наступающими на бумажку или кусок обвалившейся штукатурки. Эти шорохи были даже более таинственны, чем должно. Мне даже показалось, что они складываться в какое-то бормотание и я даже различаю слова. Я только собирался рассказать ребятам об этом забавной как мне казалось, игре моего мозга, как заметил, что казалось не только мне. -Что это? – спросил Денис -я точно слышу слова, - прошептала Настя. -Но кто вообще тут может быть? – спросил я -Какой-то бомж, -тихо ответил Денис -Или сатанист, - сказала Настя -Сатанисты поодиночке не ходят. – проговорил я также шепотом, - наверняка какой-то бомж устроил тут квартиру -Почему здесь а не наверху. Там же теплее. -А тут спокойнее. -Пойдём посмотрим? -Если он забрался так далеко…точнее низко, вряд ли он хочет чтобы его потревожили, - сказал я Все остальные задумались. Ни у кого из нас и мыслей не было, что в подвале могут быть потусторонние существа. Уж слишком светло было наверху и слишком обыденно. Поэтому мы были уверены что сейчас говорим о человеке, который по каким-то причинам забрался в подвал и что-то бормочет тут. -Я бы не пошла, - сказала настя, - сатанист не сатанист, но это вполне может быть маньяк или сумасшедший. А вот это уже по моему было резонно. И я бы ушел. Но тут бормотание прекратилось и раздались шаги. Мы переглянулись, и готовы были уже быстро ретироваться. Как из-за ближайшего пыльного стеллажа на нас вышел человек. Невысокий силуэт, который выглядел худым даже несмотря на то, что был завернут в кучу каких-то тряпок. -Не думал, что у меня будут гости, - сказал приятный мягкий голос. Достаточно молодой и чистый. Даже сразу не верилось, что его издает существо завернутое в лохмотья -Да вы не бойтесь, проходите, раз пришли, - сказал человек, махнув рукой куда-то за стеллажи. Мы переглянулись, но пошли за ним. В конце концов три крепких парня вполне могут разобраться с одним человеком, который своим видом не внушал ни малейшего беспокойства. Оказывается за стеллажами была целая комната, огороженная шкафами, поставленными друг на друга столами и еще чем-то. Посреди комнаты горел костерок, в котором весело полыхали какие-то бумаги, судя по всему истории болезней. А вокруг костра стояли стулья и лежали столешницы от узких столов, на которые тоже можно было сесть. Дальше на столе стояли какие-то вещи. Но самым интересным в комнате было не это. Самым интересным был стол что стоял справа от импровизированного очага. На столе стояла шахматная доска , лежала колода карт, кубик рубика и кажется нарды. Все вещи как и сам стол – чистые, новые, блестящие, ни пылинки на них, хотя вокруг пыли было предостаточно.

Впрочем, как оказалось хозяин комнаты был тоже необычен. Сколько ему лет сказать сложно, но морщинок я не заметил, хотя небритось конечно должна была еще прибавить возраста. Руки с длинными пальцами как у пианиста и с длинными ногтями, которые еще немного и можно было бы назвать когтями, были чистыми и не грубыми, даже холеными. Правда кожа была невероятно белой, как молоко. Я никогда раньше не видел у людей такой белизны. Весь его облик настолько не гармонировал с тряпьем которое на него было накручено и с окружающей обстановкой вообще, что это вызывало дискомфорт. Лично мне хотелось отсюда побыстрее уйти. А в голове начали крутиться мысли по поводу фразы Насти о маньяке. Вдруг это и вправду маньяк и это его убежище? В этих лохмотьях не то что нож, наверное бензопилу было можно спрятать. Потому когда человек сел около костра предложив ребятам присоединиться, они тоже уселись, не желая злить его или расстраивать отказом, но постарались чтобы между ними и странным хозяином этой поляны было почтенное расстояние. У меня вновь возникла мысль о том, чтобы убраться отсюда подальше. Уж очень безумной казалась обстановочка. Я даже удивлялся как остальные еще сидят и рванули отсюда. Пару минут царило молчание Наконец. Настя решилась спросить -А Вы… -Меня зовут Александр, -хмыкнул мужчина, - извините, не представился. -Надо же, - протянул Алекс, - а меня тоже Алексом зовут. -Точнее Александром. – поправил мужчина, - или все же Алексом. А может Сашей? Вот. Только бомжа-философа тут и не хватало. Впрочем, это многое бы объяснило. Молчание опять начинало давить на мозги. -Вы здесь живете? – Настя опять старалась быть учтивой и максимально вежливой -Нет. Я здесь играю, - ответил Александр.

-А…. -Играть можно где угодно. Но в таких местах в этом действии особый шик. Нет проходящих, которые постоянно бубнят, что мол не тот ход, не та фигура. -Но ведь и второго игрока тоже тут не найдешь, - спокойно сказала Настя, а я в который раз удивился ее спокойствию. Сам был как на иголках. Маньяк не маньяк, но сумасшедший это явно. Почему все ребята так сидят спокойно? -Но ведь вас я нашел, - между тем сказал Александр -Мы…мы не собираемся играть, - подал голос Денис -Лично я вообще ни в карты, ни в шахматы не играю, - сказал я. – не умею -Очень плохо, - сказал Александр чуть пренебрежительно, - это очень полезное умение. Он осмотрел нас всех и вдруг удовлетворенно кивнул. А потом сказал -Ничто не мешает вам попробовать поиграть. -Не думаю, что кто-нибудь захочет, - Настя вновь взяла инициативу в свои руки, так как остальные будто воды в рот набрали. Настя же говорила уверенно, правда в ее голосе я в се же чувствовал нотки страха. И это можно было понять! Кажется нас все же угораздило словить приключение . Правда не совсем такое как мы ожидали. И вместо привидений, зомби, или что еще там в таких случаях полагается увидеть в заброшке, мы попали в гости к настоящему безумцу. И вовсе не хотелось выяснять насколько он может быть опасен и есть ли у него различные колюще-режущие предметы. Самым умным было бы сейчас по-моему спокойно встать и уйти. Не делая лишних движений, согласно какому-нибудь поводу. Кто его знает, а вдруг у него за пазухой нож и он броситься вдогонку убегающему? Тем временем Александр, который по своим манерам все больше и больше походил на психа, задумался минуты на две. А потом вдруг резко просветлел лицом. Он улыбнулся и хлопнул себя по лбу и даже тихонько рассмеялся. -Совсем забыл! Вот я дурак, а расстроился ведь. И совсем забыл что мне на самом деле совершенно все равно, что вы хотите или не хотите. Вы пришли сюда, а значит вам придется всем сыграть со мной. Хотя бы по партии. -Хватит! – на этот раз я уже не выдержал. Пора было прекращать эту комедию. Я встал и четко сказал, – Мы уходим Я уже пошел к выходу из импровизированной комнаты, даже не смотря встали ли и идут за мной друзья, как тут услышал резкий пронзительный рев -Сидеть! Уши на пару секунд заложило, а когда я очнулся от этого звука то обнаружил себя сидящим на своем прежнем месте. С удивлением я озирался на своих приятелей, который так же сидели и только смотрели на меня о страхом в глазах. Как я здесь оказался? Я встал и вновь пошел к проходу между стеллажами, но через пару шагов неведомая сила швырнула меня обратно но уже не на свое место, а на пол почти в костер. Я вскочил на ноги, озираясь вокруг и потирая ушибленный бок. -В следующий раз ты попадешь прямо в огонь, тупой непослушный мальчишка, - хрипло сказал Александр, - бери пример со своих приятелей. Они то поняли что к чему. Не мозгами, они у вас слишком слабы, задницами поняли. Теми местами, которыми вы и думаете. И тут мне стало страшно. По-настоящему страшно. Все остальные молчали. Настя лишь спросила почти скуля -Что мы вам сделали? Мы ведь просто уйдем и все. -Вы? Мне? – переспросил Александр удивленно, - милая, если бы вы мне что-то посмели попытаться сделать, то я бы так тут с вами не разговаривал. Просто не с кем мне было бы уже разговаривать. А так….ничего собственно говоря. Просто мне, как говорил один ваш поэт… Тут Александр на секунду задумался и сказал как-то мечтательно и напевно -И скучно и грустно и некому руку пожать…..Или как там у другого поэта. Дело было вечером, делать было нечего. Мне между прочим реально с позавчерашнего вечера нечего делать. И это …утомляет Он вздохнул и продолжил уже обычным тоном -А тут вы подвернулись. Просто…просто вы оказались в неудачное время в неудачном месте. Бывает. И без драматизма пожалуйста. Может быть вы еще выиграете. Или будете играть так, что мне понравиться в любом случае. Я ведь так давно не играл со стоящим игроком. Так что если вы развлечете меня, то у вас есть шанс. -Шанс на что? – спросил Алекс -Продолжить вашу скучнейшую жизнь, как обычно. По-моему шанс еще тот. Как и жизнь. Но обычно вы все за нее так держитесь. Эх, ладно, давайте начинать. Кто первый играет со мной? -Лично я не играю ни в одну из этих хреновин, - резко сказал я. Не знаю откуда уж во мне пронзилась такая хамская смелая нотка. Наверное, моя мама действительно права. И я живу по принципу «Сгорел сарай, гори и хата» -Очень плохо, - сказал Александр осуждающе, - но это не важно в данном случае. В такие игры я вообще играю лишь с тенью – других хороших соперников нет Ни у кого и нас не возникло желание переспрашивать, что это за тень такая -А вы будете играть …в другие игры. Поверьте, это будет очень увлекательно. А потом началось нечто не поддающееся логике. Настолько, что я с трудом вспоминаю сейчас эти события. Сначала кто-то из ребят, то ли Денис то ли Настя тоже попытался сбежать. И оказался прямо в костре. Помню, как он кричал. Или она? Скорее всего она ибо крик был явно женский. А потом все стали исчезать…все кроме Александра. Первой исчезла Настя, неизвестно сколько времени прошло, я совершенно потерял ему счет, прежде чем появилось…то что от нее осталось – вопящее и катающееся по полу, какой-то ошметок плоти. Все парни подпрыгнули но ни я ни Денис или Алекс не подошли, нас просто загипнотизировало, настоящим ужасом. Я не мог даже пошевелиться. Лишь Александр деловито подошел к катающейся и орущей от боли Насте и покачав головой, спокойно сказал -недолго продержалась. Совсем плохой игрок. А ведь у меня такие надежды были именно на тебя. Да, ладно. Тут он махнул рукой и обратился уже к нам, застывшим как по команде. Говорил он опять совершенно спокойно -Ну вот. Теперь я еще и злой. Так что следующему придется несладко. Сложнее чем ожидалось Но…мне просто необходима моральная компенсация! Не то чтобы у меня такая уж тонкая организация душевная, но просто из принципа. Я стоял между Денисом и Алексом. Мысли метались со скоростью кроликов-шизофреников. Я же должен что-то сделать. Позвонить в скорую, в полиции…что-то попытаться сделать! Но я не делал ничего, лишь стоял зенки вылупив на все и офигевая от ужаса. Просто окаменел. Потом исчез Денис а после и Алекс. Я не помню, «вернулся» ли Денис, я не видел, просто Александр недовольным тоном объявил что Денис тоже проиграл и тоже расстроил его . А вот Алекс вернулся. Он прошел пару шагов, невидящими глазами глядя вперед, не отвечая на мои слова и крики, не реагируя на мои похлопывания по плечу и удары. Я пытался остановить его, усадить, что-то кричал на ухо. Все было бесполезно. И все это время краем глаза я видел, как Александр наблюдал за мной спокойным взглядом исследователя. Блин, я стопроцентно был уверен, что будь у него в руках блокнот он бы еще и наблюдения записывал! А так только запоминал. Алекс прошел несколько шагов потом вдруг резко остановился. Он посмотрел прямо на меня и кажется в его глазах мелькнуло понимание. Он открыл рот и хотел что-то сказать но не успел. Как подкошенный рухнул на пол. Я буквально упал рядом, тормоша его. Но Алекс не дышал. -Поздно. Он мертв, - спокойно как и раньше констатировал Александр Я поднялся и пошел на Александра, сжав кулаки я не понимал, что сейчас собираюсь делать, но в двух шагах от этого ублюдка меня остановила невидимая преграда. -Всё же ты глупый мальчик, - почти сочувственно произнес Александр. Я произнес что-то, точнее прорычал. Забавно, но я даже не заметил как он изменился. Сейчас я видел перед собой не бомжа и безумца, а достаточно красивого и холенного человека, с колким острым взглядом. Походу даже одежда у него изменилась. Но как? Или все мои глюки вызванные переживаниями? -Теперь остался только ты, - сказал Александр, - правда я уверен что ты тоже меня разочаруешь…Но…что делать? Не отказываться же от игры из-за этого Только тут я снова обрел здравый рассудок и силу бежать. Но было поздно, Александр двумя прыжками подпрыгнул просто ко мне и схватил за руку. Даже сложно описать что я почувствовал, словно удар тока, хотя нет…укус змеи? Не знаю. Но тотчас же по моему телу вновь стало расползаться оцепенение, которое сопровождалось теплом, даже нет, жаром, словно по моим венам стал течь раскаленный металл. Или кипяток. Боли я не испытывал, только невыносимый жар, казалось я способен воспламенить все, к чему прикоснусь. В тот самый момент Александр резко дернул меня за руку, я не удержался и упал на пол, потеряв равновесие. Но удивительно, упал я не на пол в подвале заброшенной поликлиники, а на улицу, на снег, который тут же стал таять подо мной. Я вскочил. Я действительно стоял на улице города. Снежного и пустого города, тихого, где не слышался ни один звук. Александр стоял рядом. Налюбовавшись моим ошарашенным лицом он сказал. -Вот твое задание…Твоя игра. Ты должен за определенное время найти открытую дверь здесь, в городе. Неважно будет ли она открыта сама по себе, или ее откроют тебе по просьбе. Успеешь сделать это до того, как иссякнет тот жар, что я тебе подарил – твоя взяла. У тебя …скажем так – три часа. После этого ты вновь станешь «обычным человеком». И наверняка замерзнешь. Ну.. после этих трех часов у тебя будет еще какое-то время. Но не так много. И…тут нет ничего чем бы можно было согреться, а если попытаешься зажечь огонь, то ничего не выйдет. Нужно играть честно, правда? -Да кто ты вообще такой? – выдавил я из себя, прерывая его монолог -Тебе какая разница? –удивился мой собеседник, - да и не поймешь ты -Ты демон? Александр вздохнул. -Ну да. Прямиком из ада, после консультации в кабинете Сатаны. Мозги подлечи…если выберешься Давай, вперед. Время тикает С этими словами Александр исчез. Просто растворился в воздухе.

Прошло уже больше трех часов. Больше трех часов как я блуждаю по этому городу. Сначала я думал что он безлюден . Но нет, тут жили. Похоже люди, хотя я их не видел только слышал как они на разные голоса приказывали мне убираться, когда я стучал в закрытые двери. Я просил умолял, пустить меня хотя бы на несколько секунд. На несколько секунд переступить порог – этого был бы достаточно. Когда я не слышал за дверьми голосов я ломился, но двери, даже хрупкие на первый взгляд не подавались, ни моей силе, ни лому, который я нашел. Они просто не открывались. Ни одна из дверей. И теперь…мне холодно…я сижу у одной из стен, а сознание постепенно заволакивается чем-то туманным и странно теплым. Это смерть? Не хотелось бы…хотя паники у меня, и это тоже странно, нет. Уже даже не было сил на то, чтобы кого-то там проклинать или спрашивать за что мне это…Потому что я понял. Осознание пришло ко мне неожиданно, после то ли двадцатой то ли тридцатой двери от которой меня попросили убраться но уже не хамовтым басом, а испуганным тонким голосом. Таким каким-то противным и липким. Но неужели…да быть такого не может? Или может? Неужели тогда, когда я два года назад прошел мимо…сбежал когда заметил как несколько бугаев тащат в подворотню упирающуюся девушку, а один из этих бугаев Ярослав мудрый как он сам себя любил называть и Ярослав мудак как мы его называли за глаза, я сбежал. Просто убежал и никуда не позвонил, ничего не сказал. Но …ведь найдется в мире не одна сотня людей который поступали уже также. И что вообще я мог сделать? Их было штук пять быков, а я малой и щуплый. Да и мудак то наш мудрый сынок прокурора. Он в любом случае отбрехается. А если узнает что я сдал? Да мне бы конец пришел. Нет, я ничего не мог сделать. Ни-че-го. И эта хрень что случилась со мной несправедлива. Хотя…Я даже нашел в себе силы слабо рассмеяться ведь это демонское недочмо говорило, что дело просто в том, что мы оказались в неудачное время в неудачном месте. Но все равно несправедливо. Да, несправедливо. Но сил уже не было на настоящее возмущение. Просто констатация факта.

Скуление было таким жалобным. Я открыл глаза и увидел собаку. Первое живое существо в этом гребанном городе полным гребанных моральных уродов. Даже не взрослая собака, щенок где-то меньше года. Похож на овчарку, только чуть поменьше. Он подошел ко мне мотая хвостом и ткнулся в руку носом. -А ты тут как? – спросил я, непроизвольно гладя собаку. Оцепенение ненадолго отступило, спугнутое живым существом. Вот только жалко его было. Такой прикольный пес. Похожий на того, что у меня был в девять лет. Тогда и я был орлом. Да просто героем. Взял и отбил собаку у нескольких малолетних как и я придурков. Которые собирались …ну неизвестно то ли утопить, то ли сбросить с крыши, все решить не могли никак. Вот я на них налетел не думая ни о чем. И как не испугался? Я ведь и тогда был перед ними как цыпленок. Они сначала разбежались, но а потом мне досталось конечно. Но то ли напор их поразил или еще что, но отступили. И родители собаку оставили..Вообще тогда год на удивление удачный выше. И в отличное путешествие на каникулы съездил, и ни разу в каникулы не заболел, и учеба шла как по маслу, хотя и не зубрил никогда…Мда…хороший был пес…жаль…через шесть лет после этого попал под машину. Я тогда рыдал как девчонка. Просто удивительно конечно, как я вообще на них кинулся. Ведь было там человек семь…И неужели наш мудрый мудак был среди них? Да нет, меня память подводит. Но все равно удивительно -Вот и меня тоже удивляет, - Александр стоял рядом Я не удивился. Просто хмыкнул. А потом мрачно сказал -Собаку-то забери Александр пожал плечами -А сам не хочешь? -Хочу…Но ведь ты не выпустишь…Игрок чертов. Только вот скажи…это же типа наказание. Такое красивое чтобы в конце сказать. Вот кем ты был и кем стал моральный ублюдок. Да? Так я и так знаю. Ну и что? Я бы и в следующий раз так сделал. С той бабой. Я ведь тебе не супергерой Нет у меня ни силы, а вот мозги есть. -Вы все такие эгоцентрики. Слишком озабочены важность своей персоны, - сказал Александр. – только всё вокруг и существует чтобы вам что-то внушать, чему-то учить и за что-то наказывать либо по головке гладить. Это не так… -Да ты что! Александр чуть сморщился. -Просто конечно есть правила с кем я могу играть, а с кем нет. Я согласился на правила…потому что…ну с очень многими можно играть даже если строго соблюдать эти правила. Поэтому меня пока все устраивает. -Ну и пошел отсюда. – сказал я Мысли опять стали укутываться теплом и туманом, - только собаку забери… Александр вздохнул и рывком поднял меня на ноги. Пес заскакал вокруг. А потом. Потом я …мы все очутились в подвале. Наверное в том же, что и раньше Просто там уже не было никаких признаков моих друзей. Точнее их трупов. Меня правда это даже обрадовало -И что? - непонимающе вылупив глаза на Александра, который уселся у костра. Тот что-то бормотал про себя. Помешивая палкой бумаги в костре. Через минуту поднял на меня глаза и проворчал -Вы еще тут? Идите уже… -Мы? – я только сейчас заметил, что пес сидит рядом., - но …. -Да иди ты уже…и своего спасителя забери…Тоже мне…белый камень на весы судьбы. Пес тявкнул как мне показалось насмешливо и махнув хвостом, пошел по направлению к проходу между стеллажей. Я посмотрел на него, потом на Александра и повернувшись пошел за собакой. Ничего похоже никто мне объяснять не собирался. Но неужели собака…и что это вообще все . Пройдя несколько шагов я обернулся и спросил, не выдержал -А остальные ребята? Какие у них были преступления «против человечности»? -Слушай, отстань, а? –Александр весь как-то осунулся, -не твое это дело вообще. Тебе сказали иди…так иди. Ты мне мешаешь… -Ждать жертв? -Думать. Когда я не играю, я думаю. В одиночестве Как игрушка ты меня больше не интересуешь, следовательно сейчас ты помеха, которая мешает мне думать. А значит спокойно жить. Лучше мне не мешать…

Я предпочел ретироваться. Только дома я понял до конца в каком был эмоциональном оцепенении оказывается все время. Так что дома пришло все, чего не хватало тогда. И страх, и обида, и жалость, и ..горе и стыд. Потом еще много было. В том числе и допросы . Я наверное раз десять рассказывал о том, как договорился проверить заброшку. Но не дошел почти, потому что во дворе нашел собаку а друзей нет. Вроде поверили. Поликлинику прочесали, никого не нашли, что и стоило ожидать. А собака у меня живет. Очень умный пес оказался. Когда становиться особо хреново он всегда рядом со мной, положит лапу или морду на колени и вроде полегче. Я и сам прочесал интернет. И не нашел ничего подобного этому Александру. Никаких даже намеков, так что…ну вот так с этого времени и живу. Больше ничего в любом случае мне делать не остается

Ведьмин дом

Не ходите, не ходите Дети в ведьмы дом гулять

Случилось это несколько лет назад. Семья моя тогда только переехала в новый город. С трудом нам удалось найти жилье на деньги от продажи нашей квартиры – цены в новом городе кусались. Мы бы никогда туда не переехали, но именно там отцу предложили более менее нормальную работу. В общем, говорить много не буду – было сложно первые месяцы. По-настоящему. Голодать мы не голодали, но чаще всего, коме самых дешевых пельменей поначалу позволить себе не могли. А уж о нормальной одежде я и не говорю – все донашивалось до крайней степени, перешивалось, зашивалось и выглядело явно не из бутика. Мне бы, собственно говоря, было все равно, что носить. Но вот мои одноклассницы были другого мнения. Когда я пошла в новую школу я поняла, зачем вообще была раньше нужна форма. Ведь в ней не так заметно, какое у тебя финансовое положение.

8-й класс это время когда все уже разделились по группам , группировкам, новичку в любом случае сложно. А еще и когда одежда пусть и чистая, но явно ношенная – сложнее вдвойне. А если к этой одежде еще и прилагается внешность вообще ничем не примечательная, никакая просто – то втройне. Это уже позже я поняла, что мои одноклассники еще были просто душками по сравнению с некоторыми – меня не травили, особо не унижали, если только не считать иногда проскальзывающих шуточек. Но тогда мне было очень обидно от осознания, что я одна. В прошлой школе так подобрался класс, что все были не из очень обеспеченных семей, и у меня было полно приятелей. А здесь я так и не смогла никого найти. Даже сосед по парте со мной не разговаривал никогда. Началась вся эта история, когда я в очередной раз попыталась войти в круг Лены. Это была группа из семи человек, включающая двух парней не из нашего класса. Лена же сама была принцессой и серединой этой группы. Невысокая и миниатюрная брюнетка с очень яркими серыми глазами и белой кожей, красивым изгибом губ, настоящим аристократическим носом с небольшой горбинкой и длиннющими, словно приклеенными ресницами. Этакая девочка куколка. Только эта куколка обладала весьма сильным характером и, по сути, вертела всем классом, очень аккуратно выбирая себе приближенных. Теперь, когда прошло время, я понимаю, что возможно именно она причина того, что меня не травили по-настоящему. Лена иногда сама осаживала попытки особо остро пошутить или как-то меня унизить. Тогда, я, конечно, этого особо не замечала. Забавно когда пересматриваешь жизнь как хронику и замечаешь вещи, которые не видел раньше. И вот потянуло меня не к кому-нибудь, а именно в этот избранный круг. У круга лица вытянулись от такой моей наглости. А Лена ничего, только подмигнула и сказала -Слушай, мышь, а с чего тебе к нам понадобилось? Нет. Ну все же… -Просто я так хочу. Каждый волен выбирать, - сказала я, сама обалдев от собственной смелости. Лена улыбнулась и обвела взглядом вытянувшиеся лица своих приближенных -А почему бы и нет, - протянула она, вновь посмотрев мне прямо в глаза. – мышей у нас еще не было. Правда, Вадик? Вадик ее ближайший придворный – невысокий темноволосый парень, лишь ухмыльнулся. -Вот тебе задание, - сказала Лена и вновь подмигнула, - ты же знаешь, что у нас в городе живет ведьма? Я что-то слышала о подобном. Но не верила. -Так вот. Принесешь нам вещь из ее дома. -я не воровка! – в запале сказала я. -А никто и не говорит, что воровка. Ты потом вернешь эту вещь. Мы все пойдем и скажем, что проходили мимо и видели человека, который убегал от дома и это обронил. Заодно и доказательство, что вещь из дома ведьмы. -Но как я туда попаду? – в ведьму я не верила, но ведь у людей есть такой странный обычай – двери запирать. -А очень просто – ведьма не запирает дом, когда уходит. Она знает, что никто не решиться к ней залезть. Да и окна у нее всегда открыты. Видишь, как она не боится и как бояться ее? Так что подумай. -Ладно, - беспечно сказала я, радуясь, что все так быстро и хорошо прошло. И главное, я же потом верну, так что я не вор. – я согласна. Как только смогу -Ты совсем не боишься? – удивленно спросила Лена. – у последнего кто обидел ведьму пропало зрение. Я пожала плечами. -Я не верю в ведьм.

Вечером мне все представилось в несколько ином свете. Я действительно слышала разговоры о ведьме, живущей в шикарном доме в восточной части города. К ней шли за помощью и ее боялись. Рассказывали невероятные истории о том, как она кому-то помогла, чуть ли не со смертельного одра подняла человека. Но и о том, как наказываются обидевшие ведьму тоже рассказывали. Тот вдруг случайно поскользнется и гвоздем взявшимся тоже неизвестно откуда глаз выколет, тот ногу поломает так, что на всю жизнь хромым останется. А у третьего болезнь какая-то обнаружиться – чахнет человек, а врачи ничего сделать не могут. Надо сказать, что мой энтузиазм как-то сразу пошел на спад. Несмотря на то, что я типа же в это не верю. Но делать было нечего. Если бы я сейчас отказалась – то все, можно считать что друзей у меня в этой школе не будет. Такой шанс только раз в жизни дается. Да еще и неизвестно как меня потом будут называть. Ведь поди вся школа уже знает. То, что Лена меня обманет, я не боялась. Она всегда выполняла свои обещания. Так что…а вдруг получиться. К тому же я ведь не собираюсь красть…ну навсегда. И даже если ведьма рассердиться, то потом должна понять меня. Ведь если она настоящая ведьма, то и в чужих мозгах для нее читать и понять, что я ничего плохого не хотела, для нее раз плюнуть.

Ложась спать, я думала, что мне присниться кошмар. И он реально приснился. Какой-то липкий и страшный тянущийся сон. Не помню, что там было – помню лишь то, что было страшно. Поначалу. А потом вдруг резко стало спокойно и весело даже. Не то чтобы я верила снам, но мне показалось, что это хороший знак Я все же надеялась, что одноклассники забудут об этом или сведут все в шутку. Но Лена сама напомнила мне в пятницу. -Обычно в субботу ведьма выезжает за город – говорят у нее есть еще домик прямо в лесу. Правда уезжает ненадолго – с утра самого раннего и до вечера. Но времени хватит. Если ты готова. Хотя, может, боишься -Нет, - сказала я. Точнее слово само вылезло изо рта, вопреки здравому смыслу и моему желанию. -Ну хорошо, - сказала Лена , подмигнув своим верным придворным. Но те, кажется, не разделяли ее веселого настроения. Почему? Неужели я и вправду выглядела такой уверенной, и они боялись, что я пройду испытание. Ну, в таком случае мне стоит задуматься о карьере актрисы уже всерьез. Меня проводили до улицы, где стоял дом ведьмы – такой достаточно большой особнячок, в котором могло разместиться семьи две. Дом, кстати не выглядел таким как положено дому ведьмы. Очень приятный дом, покрашенный в светлые мягкие тона. Вокруг дома был двор, засаженный небольшими деревцами и кустами мелких роз. Солнечный свет очень выгодно падал на всю эту красоту и не вызывал никаких отрицательных чувств. Даже настроение у меня улучшилось -Иди же, - сказала Лена, - калитка не заперта, дверь тоже. А мы подождем тут Я кивнула и на ногах, все более становившихся ватными пошла к дому. Калитка и вправду была не заперта. Впрочем, учитывая, что забор был мне по пояс – зачем ее вообще запирать? Поэтому я прошла по тропинке к дому. Обратила внимания, что окна закрыты и понадеялась что дверь закрыта тоже. Зря. Дверь легко поддалась, и я вошла в холл – просторный и прохладный. Не знаю, как у меня хватило сил сделать пару шагов, но тут дверь захлопнулась за мной. Я кинулась к ней и попыталась открыть. Но, как я и ждала бессознательно, дверь и не думала открываться. Я обернулась. Холл вдруг показался на удивление длинным и очень темным. Слишком темным, учитывая количество окон которые я видела снаружи. Но присмотревшись , увидела, что проблема в том, что окна были закрыты очень плотными шторами. Точнее самих окон не было видно, лишь чуть света проникающего из-за штор давали понять, что и именно там находилось очередное окно. Подбежав к одному окну, я хотела приподнять шторы, но как только я прикоснулась к похожей на бархат ткани, руку обожгло, словно в нее впились дюжины раскаленных иголок. Я отдернула руку. Но все же решилась на эксперимент с другим окном. На этот раз мне показалось, что по пальцам прошлась пила. Ощущение было настолько ярким, даже хруст слышался. Я минуты две рассматривала и трогала пальцы, чтобы убедиться, что они на месте. Больше экспериментировать со странными шторами не решалась. Я села на пушистый ковер и задумалась Похоже, я могла себя поздравить – я оказалась в ужастике.

Сколько так просидела, свернувшись клубком, не знаю. Выпускать, похоже, меня не собирались, а трогать тут что-либо я не стала бы и под страхом казни. Оставалась лишь надежда на хозяйку дома, которая должна вернуться вечером. Может я успею рассказать ей все и даже вызвать жалость, прежде чем…ох, не знала я прежде чем что, да и думать не хотела. Похоже далеко не все городские легенды это просто страшные сказки. Так я и сидела, но тут услышала шорох. Наверное, я бы могла сравнить его с шелестом змеи, когда она ползет по песку. Я не слышала никогда как это, но почему-то в тот момент показалось, что звучать должно именно так. Я сжалась и закрыла глаза. Не хотела этого видеть. Даже когда оно стало осторожно касаться меня, словно небольшие прутики тыкались в тело – я не хотела это видеть! Но, конечно же, посмотрела.

Вокруг меня собрался туман. Нет, скорее всего это было некое создание из тумана – нечто подобное амебе, только без всякого намека на какие-то внутренние органы. Разве что в туманном теле клубилось несколько более плотных непрозрачных шаров. Возможно, они и заменяли существу органы. Это создание почти окутывало меня, держась на расстоянии не больше пятнадцати сантиметров от тела и из него вырастали отростки, которые я и чувствовала. Эти отростки были совершенно прозрачные, словно сделанные из стекла, тонкие как веточки, они при этом не казались хрупкими и были совершенно материальны. При этом туманная тварь уже практически окружила меня. И что она после этого попытается сделать – никому не известно. Но я не могла отделаться от стойкого ощущения, что туман просто поглотит меня, растворит как кусок сахара и не только мое тело, но и мою душу. Не знаю, откуда пришла ко мне эта информация, но для ее сознательной обработки и проверки просто не было времени. Я резко вскочила, и ринулась бежать, избегая более близкого контакта с тварью. Когда я неслась вперед, мне на секунду показалось, что я слышала смех. Комната и вправду выглядела бесконечной, тянулась все и тянулась, пару раз я пробегала двери, но не остановилась, чтобы их открыть. Я боялась, что если тварь гонится за мной, то в комнате я окажусь в ловушке. Может тут есть второй вход из этого бесконечного коридора? Точнее в моем случае выход.

Пробежав некоторое время, я все-таки решилась посмотреть назад. И уже даже не удивилась, увидев, что входная дверь находиться в нескольких шагах от меня( по крайней мере так это выглядело). А в комнате никого нет. Разве что, по углам потолка переливаются какие-то тени, что-то шепча. Это выглядело и звучало жутко, но тени не перелазили на стены и, кажется, боялись покидать свои углы, потому что когда одна из них вдруг выпростала конечность из угла, то тут же, с шипением ее убрала. Я вздохнула. Всегда мечтала почувствовать себя Алисой в стране чудес или в зазеркалье, но это было слишком страшное зазеркалье. Я хмыкнула и осторожно прошла к двери. Шаг, два три, четыре и я уперлась во входную дверь. Внутри назревала паника, которая начала прорываться невольным истерическим смешком. Подумать о том, чтобы взять что-то из этого дома, я даже не могла. Я осторожно нажала на ручку двери и та поддалась. Неужели… сердце замерло, а к горлу подступил ком и стало нечем дышать. Только через минуту я поняла, что сама задержала дыхание и выдохнула а потом часто часто задышала. Рука лежала на ручке, а я боялась нажимать дальше. Боялась, что сердце и разум не выдержат такого разочарования. Между тем раздался приглушенный звук и моей ноги что-то коснулось. Я вскрикнула и кажется подпрыгнула на месте от неожиданности. Еще я взвизгнула. Впрочем, в последнем неуверенна. Может и нет. С трудом я заставила себя посмотреть под ноги. Оказалось, что ко мне всего лишь прикатилась неизвестно откуда пустая бутылочка – очень красивая, будто бы в стекло вплавлены кристаллы и драгоценные камни. Даже не бутылочка – большой флакон для духов плотно закрытый. -Ну нет, - сказала я ему вслух, - не выйдет. Я отсюда и пыли бы не унесла. Особенно если учитывать, что тут нет пыли. С этими словами я все же опустила руку. Нажав на ручку. Дверь легко открылась и выпустила меня на воздух и солнце. Первым делом я буквально отпрыгнула подальше от нее и постаралась не закричать, когда дверь сама по себе закрылась. И лишь потом я могла подумать и оценить произошедшее. Я села на землю под роскошной яблоней. И только сейчас до меня дошло, что я испытала в доме ведьмы. Такое впечатление, что мои чувства там были заморожены. А сейчас стали оттаивать. Мне захотелось закричать, заплакать, броситься отсюда со всех ног и забраться дома в самый дальний угол. Но ноги отказывались гнуться, а тело отказывалось принять вертикальное положение, так что всю мою истерику пришлось выслушивать неповинному дереву. Как оно не выкопалось и не сбежало – ума не приложу. Я бы на его месте уж нашла силы на такой поступок.

Все заканчивается и истерика моя тоже прошла, оставив после себя лишь ужасающую слабость и желание просто закрыть глаза и лежать. Просто лежать в тепле и тишине. А еще обиду – на эту цацу Ленку, которая подвергла меня такому испытанию. И на себя дуру, которая согласилась. Да кто такая эта Ленка и на что она мне сдалась? И без великого восхищения как-нибудь проживу. И вообще без восхищения. Она того не стоит Снова на глаза навернулись слезы, но я не дала им шанса вытечь. Я переборола себя и встала. А потом шаг, один второй, пошла таки. Нужно было уходить отсюда. Интересно сколько времени? Засунув руку в карман джинс я нащупала не телефон, а что-то непонятное. Вытащив предмет , с удивлением уставилась на флакон – тот самый флакон, который подкатился ко мне в доме ведьмы. Но я ведь не брала ничего – это я точно помню. Разве что не отшвырнула его ногой от страха. И вот теперь он у меня в руках. На солнце он выглядел еще более красивым. Темно-синее стекло волнами по бокам . А на выпуклых волнах - белые барашки из стекла и вплавленных в него разноцветных блестящих камней. Неужели настоящие? Крышка флакона была выполнена в виде розоватого кристалла, по которому змеился золотой мельчайший песок, а между граней кристалла лежали маленькие жемчужинки. Вроде бы слишком пафосное и аляповатое нагромождение, должно быть. Но флакон при этом выглядел невероятно изящным. Сам флакон был произведением искусства, даже если был простым стеклом. А ведь он был еще и не пуст, как мне показалось в доме. Там точно была какая-то жидкость. Духи, скорее всего. Мне ужасно хотелось открыть его и понюхать, каким запахом могут обладать духи в столь изысканном флаконе. Но я удержалась. Духи или что бы там ни было нужно было вернуть. Вот только я под страхом смертной казни больше не подойду к дому ведьмы.

Я задумалась. Может оставить флакон на пороге, там где хозяйка возвращаясь точно его увидит? Но…тут меня пронзила, как мне тогда казалось отличная идея. Лена хотела возвращать флакон всем вместе? Ну вот…я думаю, я смогу ее убедить, что возвращать вещь лучше ей с ее свитой. А даже если не смогу, постараюсь как-нибудь в сторонке в сторонке и лесом…точнее садом и улицей. Может ей придется испытать не очень приятные ощущения. Я улыбнулась и вновь спрятала флакон в карман.

К моему сожалению, ребят, там где они обещались меня ждать, не было. «Испугались» - как-то удовлетворенно подумала я. Ну что же – до понедельника, когда я все равно увижу их в школе я ждать не собиралась. Мало ли что может случится. Например, ведьма может прознать, что в ее доме был чужой и предпринять действия. А я уже верила в то, что эта женщина и узнать может и предпринять. Так что ничего не оставалось, кроме как пойти к Лене домой. Благо, я знала, где она жила. Как-то услышала разговор между Леной и новоприбывшим в свиту. Ехать было недалеко и я скоро была возле дома Лены. Мне очень повезло – Лена как раз выходила из подъезда. Не одна а вместе со своим верным рыцарем Вадимом. Я бросилась к ним -Что же вы меня не дождались? – спросила я, - Зассали? А я вот вещь из ведьминского дома достала. Кто со мной отдавать? И я помахала перед носами удивленных ребят флаконом. Мне понравилось выражение полного недоумении на их лицах и я честно наслаждалась им, пока не почувствовала, что что-то тут не так – слишком уж странное было у них недоумение. -Ты…Ты кто? – наконец спросила Лена -Если это какая-то новая игра твоя, то поверь - не смешно, - фыркнула я, и вообще, ты слишком уж серьезно к себе относишься. -Да ты вообще кто? – опять спросила Лена Нет, теперь это меня стало раздражать. И как я раньше не замечала, какая она глупая. Ну неужели ничего умнее нельзя было придумать? -Я тебя не знаю! – прокричала Лена и тут я с удивлением уловила в ее голосе нотки неподдельной истерики. -Послушай, ты…не знаю и не хочу знать как тебя там, -проговорил Вадим, справившись с шоком, - а ну мотай отсюда, пока не получила. Вадим, заслонив собой Лену, надвигался на меня, и я решила ретироваться. -Ну ну, - сказала я, смерив его как мне казалось насмешливым взглядом, - в понедельник поговорим. Я развернулась и пошла от них, а они остались сзади, молчащие и застывшие. Разум говорил мне, что это конечно ерунда, их новая дурацкая выходка, но в сердце вдруг шевельнулась непонятная тревога. В любом случае, я собиралась вернуть флакон -и вправду просто положу его на пороге и все. Сделать это не составило труда и я , усталая, но донельзя довольная собой, побрела на метро, чтобы наконец отправится домой. Родители сегодня уехали куда-то за город к новым друзьям и должны были вернуться вот вот. И лучше если бы они не знали, что я только что сама пришла. Поэтому я стала открывать дверь своим ключом. После нескольких попыток убедилась, что дверь не открывается. Будто вообще другой ключ, не от нашего замка. Провозившись с чудом дверного искусства примерно с полчаса, я поняла, что мне самой дверь не открыть. Пришлось звонить, в надежде, что родители уже приехали и откроют. Ничего. Жаль. А мне так хотелось побыстрее завалиться спать – усталость накрыла меня с еще большей силой. Я вновь попыталась что-то сделать с замком. Тут как раз подошел лифт. Он открылся. И - о чудо из чудес – там были мои родители. Но повели они себя как-то неадекватно. То есть остановились как вкопанные и уставились на меня. -Девушка, что вы делаете? – спросила мама наконец. -Мам. Ну от тебя не ожидала. Это глупая шутка. Пап, скажи ей, - протянула я. Но папа смотрел на меня еще более удивленно. И как-то изучающе -Вы кто,? -Так. Это не смешно, - процедила я сквозь зубы, - я ваша дочь, Света. Родилась в 1980 году 23 марта. Всё правильно. Мама вскрикнула и осела на пол. Папа подхватил ее и повернувшись ко мне процедил сквозь зубы -Я не знаю кто тебе это сказал…откуда ты узнала что именно в этот день умерла наша новорожденная дочь…и что мы до этого успели назвать ее Светой. Но пока я не вызвал полицию, я прошу тебя – уходи. -Папа, мама, что с вами? – уже почти прокричала я, а сердце заныло от предчувствия чего-то непоправимого. Мама заплакала, а отец сел рядом с ней и стал утешать. Но через минуту посмотрел на меня. Все еще стоявшую без движения у двери, и сказал -Убирайся немедленно. А то я позвоню в полицию и тебя упекут в тюрьму или в психушку, откуда ты сбежала. Он не шутил. И мама тоже. Мне ничего не оставалось, как попросту уйти. Выйдя на улицу я даже е представляла, что мне делать дальше и куда направиться. Неужели это проклятие ведьмы действует так, что меня никто не узнает? Но ведь ведьма еще не в городе и не должна вообще знать обо мне. Точно, ведьма! Если кто и знает, что со мной произошло, то это она. Возможно, она уже приехала домой. Если вообще уезжала, в чем я теперь не была уверена. Конечно, страшно было мне идти туда вновь. Но все же пришлось. Ведь когда я опять достала из кармана джинсов тот самый флакон, который сама же точно совершенно положила на порог ведьминого дома – я поняла, что выбора у меня нет.

На этот раз я не стала ломиться и пытаться открыть дверь. Я просто позвонила и мне открыла невысокая симпатичная женщина, глаза которой улыбались, а по лицу можно было бы дать и 25 и 45 лет. Почему-то я сразу поняла, что это ведьма и есть. Знаменитая на весь город, она не выглядела как-то особенно жутко или представительно. Но я-то уже знала, на что она способна. Когда я шла сюда , я заготовила несколько речей. Обо мне и о флаконе. И о Лене и о собственной тупости. И о том, что я не воровка и в жизни не взяла даже чужой иголки. Но когда хозяйка дома открыла мне дверь, все слова вылетели из моей глупой головы и я лишь молча протянула флакон. Ведьма приняла его. -Это ты, - сказала она спокойно. Так говорят члену семьи, когда он возвращается с работы или из магазина, - проходи -Но… -начала было я -Как хочешь, в общем, я не настаиваю, - улыбнулась женщина, - но, насколько я знаю, тебе больше некуда идти. Да и поверь мне, не к чему. -Значит, это вы сделали так, что меня никто не узнает? – спросила я, - но я хочу извинится. Я не собиралась красть флакон. Я просто хотела, чтобы на меня обратили внимание. А теперь меня никто не узнает. Даже родители. Ведьма на минуту задумалась, а потом сказала -Может все дело в том, что они никогда тебя по-настоящему не знали? Ты не думала над этим? Я вздохнула. Вот только философии мне сейчас не хватало. –И что мне делать – спросила я, - я …может вы можете все вернуть. Пожалуйста. Мне некуда идти. -Ты можешь зайти сюда, - сказала ведьма. -Зачем? А поняла, я должна отработать … Ведьма расхохоталась. -Если бы мне нужны были работницы, я бы нашла кого-то не настолько хилого. -Тогда зачем мне заходить? -Как я уже сказала, да и ты сама заметила – идти тебе некуда. Что ты будешь делать…там? – ведьма неопределенно показала рукой куда-то за мою спину. -А что я буду делать тут? – спросила я -Ну… - ведьма вновь задумалась, - ты можешь учиться. А потом из этого дома уйдёт новая юная ведьма. Разве это не прекрасно? Поверь, у тебя получиться. Иначе Гирло бы просто бы вышвырнул тебя из дома. А ты ему понравилась. Значит, у тебя есть способности к этому делу -Это…тот туман? – спросила я. -Туман? – удивилась ведьма. Потом подумала и сказала, - вообще-то он может принимать любую форму. И он не съест тебя пока ты в доме по моему приглашению, поверь. Так ты заходишь? -А у меня есть выбор? – спросила я -Тебе виднее. -Мои родители… -Твои родители, твои знакомые. Никто тебя не вспомнит. За все нужно платить. Так что…решай. И быстро. У меня вот вот чайник закипит. И мне некогда с тобой тут говорить. Да и не люблю я говорить на пороге. -Тогда я войду? – робко сказала я. Ведьма посторонилась и дала мне дорогу.

С тех пор прошло много лет. Я выучила кучу потрясающих вещей, о которых раньше думала, что они невозможны. Но как оказалось, очень даже возможны. После нескольких лет обучения я покинула город и отправилась в другой. Всё же жить там, где живут мои родители, которые меня так и не вспомнили и никогда не вспомнят было нелегко. Я пыталась колдовать, чтобы вернуть им память. Но все без толку. Моя учительница говорит, что так захотел дом и Гирло – необычное существо, которое однажды пришло к ней и согласилось стать ее помощником. А уж если эти двое что-то решили, то тут хоть трава не расти. В общем, я не то чтобы в обиде. Мне открылся мир, про который большинство людей и не знает Хотя иногда, особенно по вечерам, я вспоминаю родителей. И тогда далеко не каждый раз смогу сдержаться, чтобы не заплакать

Не ходите, не ходите Дети в ведьмы дом гулять Если только не хотите Если только не хотите Ведьмами и сами стать

Не та

Свой день рождения я, как всегда, встретила в командировке, где не было никаких шансов его отпраздновать. Не то, что я не люблю дни рожденья, потому что впадаю в мрачность при мыслях о том, что мне осталось на год меньше. Подобного никогда не понимала. Хотя во всякие там посмертные штучки не верю. Просто почти всегда, когда я праздновала днюху, в скором времени со мной обязательно что-нибудь случается не очень хорошее. И не только со мной, но и с моими близкими. Причем в самое ближайшее время

Поэтому, повзрослев, я стала соблюдать традицию непразднования дней рождения, а чтобы никто все же не приходил поздравлять (ибо некоторых, что проси, что нет – все равно припрутся с «самыми лучшими намерениями»), старалась уезжать из города на это время. Конечно, меня поздравляли по телефону, но это, видать, судьба мне «не засчитывала» и все было нормально. Повзрослев, я вообще стала везунчиком.

Вот и в этот раз мне повезло. Прямо на вокзале сняла неплохую квартирку на время командировки и очень дешево. Низкая цена меня не удивила. Как я уже говорила, я была везунчиком и восприняла такую цену как должное. К тому же, как объяснила хозяйка, ей срочно понадобилось сдать квартиру - непредвиденные расходы. А стоять на вокзале долго она не могла себе позволить. Ибо сегодня у нее день рождения и нужно бежать к гостям. Странно все это, конечно. Но…с другой стороны, мало ли что?

Квартира и вправду была неплохой.. Большая, метров двадцать, комната, большая ванная, где разместилась не только кабинка душа, но и ванна. И кухня, которая была лишь чуть меньше комнаты. В общем, мне было все равно. Главное все чисто, что я особенно ценила, и чего признаюсь, мне подчас не хватало в командировках. Единственно, что меня смутило, так это то, что прямо напротив кровати располагалось большое зеркало. Так, что просто сев на постели, первое, что видел после пробуждения – это свою физиономию. Честно говоря, мне бы не очень хотелось, проснувшись ночью, увидеть свою заспанную рожу в свете фонарей с улицы. А если еще и после кошмара? Я попыталась убрать зеркало, снять со стены, но не смогла. Может его завесить, подумала я и тут же рассмеялась. Тоже мне, великий герой. Пусть уж висит зеркало как полагается. Я приехала в город уже вечером, работа начнется завтра утром. Свободный вечер, который можно скрасить чтением – что может быть лучше? Так что, ответив на несколько поздравительных смс, я с удовольствием нырнула в планшет – там осталась непрочитанная книга по истории. Всегда любила историю.

Зачиталась почти до двух часов ночи. Посмотрев на часы, ахнула и стала быстро готовиться ко сну, хотя и спать не хотела вроде. Но вот стоило только лечь – уснула сразу же. Я ведь уже говорила, что мне везет? А вот дальше мое везение что-то стало давать сбои. Начать с того, что я проснулась, когда было еще темно. Летние ночи короткие, но очень темные в этой полосе. Был конец июня, и за окном никак не могло быть больше трех ночи. Спала, получается всего лишь час? При этом никакого желания повернуться на другой бок и заснуть я не испытывала. Неужели бессонница, столь мной нелюбимая. Поморщившись, села на постели, сразу же упершись взглядом в темный провал зеркальной глади. Внезапно луч от фар проехавшей машины озарил комнату и зеркало, а в нем мою белую физиономию. Слишком белую и слишком…худую. И слишком….. я вскочила и заметалась по комнате в поисках выключателя. Совершенно забыла, где находился этот гаденыш. Наконец нашла и включила его. Свет залил комнату. Зеркало как зеркало. Вроде. Я вздохнула, списав все на кошмар, на то что почудилось. Но все же осторожно подошла к зеркалу и посмотрела на свою перепуганную и побелевшую физиономию. Ну и ну. А ведь еще хотела ужастик на ночь почитать. Чтобы тогда вообще со мной было? Я вглядывалась в лицо, в котором, наконец, стали вновь появляться живые краски и уже совсем успокоилась, когда вдруг уловила движение за спиной. Резко обернувшись, ничего не обнаружила. Опять почудилось. И повернулась к зеркалу. Лучше бы я этого не делала

Из зеркала на меня смотрела…смотрело….Длинное, вытянутое, совершенно белое лицо, скорее всего женское, из-за тонких сравнительно черт и обрамляющих чуть растрепанных волос, похожих на паутинки. Через полупрозрачную кожу были видны голубые жилки, а глаза поражали чернотой – без белка, зрачка, и радужки, а также без бровей и ресниц. К тому же нечто странное было в их разрезе, я не сразу поняла, что. А потом сообразила, что они слишком уж круглые для человека. Рот был раскрыт широко, словно в фильмах ужастиках – человек так не способен, только компьютерная графика. К тому же рот тоже зиял черным провалом. Ни зубов, ни языка, ни десен – только сплошная чернота.

Самое мерзкое то, что я не могла оторваться от этого зрелища, и не то, чтобы просто уйти, а даже повернуть голову. Единственное что я смогла сделать с большим трудом, это закрыть глаза, когда лицо выплыло из зеркала и приблизилось ко мне. От него веяло не холодом, как я почему-то ожидала, а жаром, нестерпимым жаром, который не давал дышать. Я продолжала стоять не в силах пошевелиться и почувствовала, что мое лицо будто обследуют пальцы, неожиданно холодные, просто ледяные, особенно по сравнению с жаром вокруг. Так, наверное, слепой делает, когда пытается увидеть лица и предметы. Пальцы обследовали все мое лицо, спустились ниже, к шее. К тому времени моя голова уже кружилась, а каждый вздох отдавался болью. А руки сомкнулись на горле и стали душить. Последнее, о чем я успела подумать, так это о том, что не так уж мне и везет. Потом провалилась в пустоту без звуков, ощущений и мыслей.

Проснулась, когда солнце уже светило вовсю. Я лежала в неудобной скрюченной позе около кровати. Я вскочила и стала озираться вокруг. Все было спокойно - никаких призраков или еще чего в таком духе. Может мне приснился кошмар? И я свалилась с кровати? Это многое объясняло. Я встала и подошла к зеркалу, чтобы полностью убедиться в нереальности всего, что ощущала ночью. Внимательно изучила свое отражение. Ну что же – рожа как рожа, только бледная и перепуганная, что не удивительно после такого сна. Шея тоже как шея - белая, без всяких следов удушения. Значит все-таки сон? Но он был таким реалистичным. Я, кажется, даже сейчас чувствовала, как холодные пальцы сжимаются на моей шее Большие старые часы пробили десять раз. Кажется, я заспалась. В одиннадцать у меня встреча с важным клиентом, и если не приду, то шеф устроит такое, что все ночные кошмары прогулкой покажутся. Я ойкнула и быстро стала собираться.

Встреча прошла успешно и я, окрыленная возможной премией, возвращалась в квартиру. Я кляла себя за трусость но ничего не могла с собой поделать .Весь оставшийся день искала жилье. Но как назло, даже на вокзале где обычно стоят арендаторы, никого не было. А к вечеру еще и зарядила гроза с градом. Два отеля, которые мне посоветовали, были слишком дороги, и к тому же, достаточно намокнув и даже получив градиной по голове, я наконец решила, что хватит заниматься ерундой и отправилась в свое временное пристанище. Правда, когда переступила порог квартиры, вновь стало немного не по себе, как не пыталась убедить себя в том, что мне просто приснился кошмар, Подумала сперва занавесить зеркало, но не стала. Просто закрыла дверь в комнату и устроилась на кухне. Ну никак мне больше не хотелось спать напротив этого зеркала. Из кухни было две двери. Одна вела в комнату, а другая в коридор и к выходу. Я уселась читать. Мой поезд был завтра днем, поэтому торопится некуда, и я могла позволить себе полночные бдения. Так я продержалась до двух ночи. Ничего необычного естественно так и не произошло и я, по-прежнему кляня себя за трусость сала устраиваться на ночь на кухонном диванчике в разы не таком удобном как роскошное ложе в комнате.

В это самое время в дверь со стороны комнаты постучали. За дверью я услышала также легкий смех. Надо же, какой вежливый призрак! Впрочем, не такой уж и вежливый, потому что тут же призрачная девушка из моего сна вплыла в комнату. Она была белая, вовсе неполупрозрачная как вроде принято у призраков, а очень даже плотная на вид. Одета в какое-то грязное тряпье висящее лохмотьями, от которого ужасно воняло. Худенькие руки неестественно белели на фоне этих тряпок. А вот ног у девушки не было вообще. Рот ее на этот раз был лишь чуть открыт, но внутри по-прежнему была пустота. И глаза по-прежнему были черны. Я не отрываясь, словно меня опять загипнотизировали, смотрела на девушку. А та, пройдя пару шагов также пристально смотрела на меня. Наконец, она заговорила. Голос ее был тих, а слова она выговаривала, чуть растягивая их. -Ты думала, что я так просто тебя убью и все? Нет. Не выйдет. Ты будешь страдать. Я только напугала тебя вчера. Но я убью. Может не сегодня. Но убью. Сперва сведу с ума

Что она несет? Что я ей сделала? Я даже не знаю ее и никогда раньше не была в этом городе. Или все это продолжение вчерашнего кошмара, а в кошмаре возможно все. -Постой, - закричала я, увидев, что девушка вновь двинулась ко мне, - ты перепутала. Я… не знаю тебя! -Ну да, - горько ухмыльнулась девушка

В комнате опять стало невыносимо душно и жарко. Девушка протянула ко мне руки, а я словно меня кто-то резко отпустил, вновь обрела возможность двигаться. Я бросилась в коридор, но резко остановилась. Вся квартира превратилась в филиал ада – воздух был так горяч, что вдыхался с трудом и легкие отзывались болью на это безобразие. Стены в квартире словно светились от жара и колыхались, будто желе. Хотя возможно, мне так казалось из-за жара. И еще этот свет, который освещал квартиру. Какой-то красный, режущий глаза, источник которого я так и не могла обнаружить. Может это были стены, а может и сам воздух. Я уже ничего не соображала от жара и просто передвигала ноги, не осознавая, куда и зачем вообще мне двигаться. Я просто шла по коридору, ставшему бесконечным. Не думая, не надеясь, не осознавая себя. Не знаю, сколько времени это продолжалось. Может минуты, может часы, дни , годы? Это было бесконечно. Иногда коридор разветвлялся, иногда в стенах появлялись какие-то двери, и я входила в них. Но за ними были все те же коридоры без конца. Постоянно кружилась голова, а желудок и горло сводило от желания выпить хоть глоток воды. В какой-то момент я заметила, что мои волосы стали выпадать клочьями. В другой момент я увидела зеркало на стене в обрамлении рамы из черных цветов. Из него на меня смотрело высохшее лицо мумии. И тут я вспомнила, что раньше было иначе. Как, я не помнила, и попытки вспомнить причиняли огромную боль, которая пульсировала в голове. Я упала на пол и, скрючившись, закричала. Точнее завыла очень тонким голосом. На крик сил не было. Я должна вспомнить! Ведь тогда….тогда…и я вспомнила, что не эта страхолюдина должна на меня смотреть из зеркала, что я не должна здесь быть! Я ведь ничего не сделала, ничем не заслужила нахождение в этом аду! За что? Я бросилась вперед, вдруг обретя способность бежать. Коридоры, двери. Бесконечные коридоры и двери, какие-то лица и люди, высохшие и изможденные, некоторые уже окончательно потерявшие человеческий облик. Странно, но лишь осознав себя, я стала их видеть. Я пыталась с ними поговорить, но каждый смотрел будто не видя, словно я была пустым местом. Я бежала и бежала, пока у меня хватало сил, и вдруг, неожиданно, свалилась на пол и потом пришла тьма

Я проснулась на полу в кухне квартиры, где заснула час назад. По крайней мере, так указывали часы на дисплее моего телефона. Свет в кухне горел, я, похоже, не успела выключить его перед тем, как уснула. Или перед тем…нет, мне не хотелось ни верить в это, ни даже об этом думать. Хватит кошмаров! Уж не знаю, может эта квартира находится на каком-то таком месте или виной всему то, что судьба хочет хоть как-то испортить мне настроение на мой самый неудачный день в году, но ….хватит. Я взрослая женщина в конце концов. И смогу вот сейчас встать, подойти к тому злосчастному зеркалу и посмотреть на него. А потом я …не знаю, может даже опять лягу посплю. Чтобы завтра утром спокойно собраться, и днем уехать отсюда очень далеко, в свой родной город, чтобы забыть об этом кошмаре навсегда. Больше никогда сюда в командировку не поеду. Кто знает, может у них мода на такие зеркала кошмаров. А что? Чем только люди не увлекаются. Мой отец рассказывал, что они однажды маньяка взяли. Так у того в подвале было полно живых картин…ну как живых, уже мертвых на самом деле. Он убивал девушек, а потом с помощью проволок и гвоздей и …в общем неважно, делал «картины» - странные и мерзкие пародии на знаменитые картины прошлого. Особо, как он потом сказал при общении со следователем, жалел о Джоконде, которая уже стала разлагаться, а он, бедняга никак не мог на ее место следующую подходящую модель найти. Одним словом –псих. Ну да ладно. Тут надеюсь все не так болезненно. Оказывается, сделать некоторые вещи гораздо труднее чем выстроить четкий план как их сделать. Я это полностью осознала, когда стояла на пороге комнаты, в которой уже зажгла свет и косилась на зеркало. Никак не могла к нему подойти. Впрочем, о пропасти между даже самым четким планом и действием, я всегда догадывалась.

Все же подошла к зеркалу и посмотрела на свое перепуганное лицо. Опять. И, закрыв глаза, глубоко вздохнула просчитав до трех Потом вновь открыла глаза, чтобы полюбоваться на свою физиономию, к которой, как я надеялась, уже начали возвращаться живые краски. И уставилась в белую физиономию моей вчерашней (или сегодняшней) гостьи. На этот раз она улыбалась своим черным ртом. Улыбка была столь широкой, что грозила разделить голову на две части. А потом она заговорила, едва шевеля губами -Ты думала, что сумеешь от меня убежать? Что же, тогда ты сумела….Но ты была настолько глупа чтобы вернутся сюда опять. И теперь….теперь я все время буду рядом. Пока ты не сойдешь с ума. Бежать бесполезно. Тебе ведь понравилась вчерашняя экскурсия. Вот это тебя ждет…навсегда… Я отшатнулась от зеркала и упала, зацепившись за что-то ногой. Когда поднялась и вновь решилась посмотреть в зеркальную гладь, призрак пропал. Той ночью я уже не спала Конечно, у меня были еще сомнения, надежды на то, что стоит мне уйти из той, квартиры как я буду в безопасности. Но когда призрак стал глядеть на меня из витрин магазинов, эти сомнения пропали Мне нужно было выяснить, что случилось в этой квартире и с кем меня могла перепутать эта ебанутая на всю голову мертвая мстительница.

Прежде всего, я позвонила на работу, сообщила о том, как здорово прошла встреча и отпросилась на три дня, сказав, что приболела. А потом….что же делать потом? В любом случае мне нужно было отправиться к хозяйке квартиры и попросить ее продлить аренду. Может я смогу у нее что-нибудь узнать? Но если она и есть та, кого ищет призрак, то фиг она мне что расскажет. Но попробовать стоило.

Конечно, все было неудачно. Или это я такой плохой следователь. Нужно было у отца этому учиться. Хозяйка разрешила остаться в квартире, но на мои расспросы делала недоуменные глаза. Ничего странного в этой квартире нет, жила в ней ее мать, а потом и она, до того момента, как дед не оставил ей в наследство гораздо более удобную для нее квартиру, куда она и переехала. Вот и все.

Обратно я ехала на автобусе. Усевшись на сидение, я полностью погрузилась в свои мысли. Хотелось спать, но я держалась – не хотела пропустить свою остановку. На минуту, кажется, я отвлеклась от окружающего, заглядевшись в окно. А когда повернулась…на меня смотрели …точнее не смотрели не люди. Просто не бывает у людей таких мертвенных, как у мумий рук, и обломки железных прутов у живых людей не торчат из груди, открывая ребра. Но почему-то не это было для меня самое страшное, а то, что на все них были маски. Огромные пушистые маски животных – кролика, енота, белки. В автобусе стало нестерпимо жарко, и все вокруг немедленно накалилось. Я вскочила с сиденья, внезапно превратившегося во включенную плиту. И побежала к месту водителя, которого не было. В смысле не было водителя. Лишь ржавый руль, похожий на штурвал из фильмов о пиратах, который поворачивался сам по себе. Я закричала и тут автобус остановился, и я, не смотря, вылетела из двери, чуть не поломав себе ноги. Автобус поехал дальше, а я осталась на остановке. На меня вовсю смотрели люди. Кажется, даже кто-то спросил, все ли со мной в порядке. Я извинилась и поспешила по направлению к дому. Может это все нереально, и я просто схожу с ума? «Уже?» - возник в голове вкрадчивый шепоток. «Слишком быстро. Но ты всегда была слаба, что бы ты не говорила»

Я поднялась на пятый этаж и уже вставила ключ в замок. Но повернуть не смогла. Совсем не осталось никаких душевных сил. Вместо этого я села прямо на входной коврик, подперев спиной дверь. Что делают в таких ситуация герои фильмов? Ну те, которые не совсем чмо, годное лишь для того, чтобы показать кровожадность монстра, но и не крутые. А лишь крутыми стать собираются? Правильно, курят, более или менее нервно курят. А мне что делать. Я же не курю. Так просидела минут пять. Пока на моем этаже не раскрылся лифт, и из него не вышла невысокая женщина средних лет (на вид не больше сорока пяти). Стильно одетая в светлые брюки из хлопка и светлую же майку, с короткими рукавами, открывающими ухоженные руки. Зеленые глаза кажется светились, а чуть вьющиеся волосы, очень темные, были заботливо уложены. Видно, в молодости она была настоящей красавицей. Да и сейчас осталась, если честно. Но в молодости…ух, сколько сердец наверное, разбила. Увидев меня, женщина всплеснула руками -Так вот кто в квартире этой проклятой поселился? -А она проклята, - это скорее был не вопрос, а утверждение с моей стороны -Пойдём-ка я тебя чаем напою. И поговорим, - сказала женщина и повернувшись, пошла к двери квартиры напротив, даже не смотря иду я за ней или нет. Впрочем, правильно делала, что не смотрела. Только сумасшедший на моем месте не пошел бы.

-Она, Клавка-то действительно тут с дочерью жила. Странная была, слова никогда соседям не скажет, разве что угрозы. Та кошек прикармливает, непорядок, у той ребенок не по графику кричит, у другой белье на балконе тоже не так висит, не по закону. Неудивительно, что муж от нее сбежал. Да лучше бы и Ольгу, дочь их, он с собой бы взял. Но куда ж там – он дальнобойщиком был, больше не хотел ничего. А ребенок еще маленький, как дома оставлять. Потом и вообще приходить перестал. Или погиб или забыл. Да, неважно. А Клавка дочь стала воспитывать. В строгости. Девочка и в пятнадцать не знала, что такое косметика или покрасить волосы, или дорогую одежду приобрести, хотя деньги у матери были. У нее ведь своя фирма была. Да и есть. В общем, неплохо раскрутилась

Я прихлебывала чай, рассматривала уютную, в нежных бежевых тонах кухню моей спасительницы-чаем-поительницы и думала. Значит, удачливой бизнес леди вдруг срочно понадобилось сдавать квартиру, да еще так дешево? Ну и ну. А Вера Степановна (так звали женщину, угостившую меня чаем) продолжала

-Но вот не уследила. Дочь, что называется, в подоле принесла в шестнадцать лет. Ой, что тут было. Крики, ругань. Отца ребенка, который был готов ко всей ответственности, с лестницы спустила и еще грозила ему судом. Он ведь был сыном простого слесаря, так что….не годился никак. А на Ольгу орала так, что весь подъезд слышал. Все требовала от дочери, чтобы та аборт сделала. Сколько тут криков было, слез и не сосчитать. Ольгу одну Клавка из квартиры не выпускала. И запирала на ключ, когда уходила на работу. А однажды пришла она, а дочь мертва. Убила себя. Открыла газ, открыла печь и головой туда. Как раз на день рождения матери такой подарок сделала. Если Клавка и сокрушалась, то никто этого не видел, так как на похоронах она и слезы не проронила. А дальше продолжили жить, что же еще делать. Но вот на следующий день рождения чуть не умерла Клава. Газ забыла выключить, чего с ней отродясь не бывало. Но все случается в первый раз . А тут еще и выпила. Только Клавка после этого стала какой-то странной еще более странной, чем раньше. Стала тише, ходила, постоянно озираясь, словно ожидая увидеть кого за спиной. А через месяц священника привела, и квартиру освятила. Потом вроде на время стала прежней. На следующее день рождения тоже чуть не умерла. На этот раз от электричества. А потом через год, в ванной уснула. И опять ее спасли. Дверь была открыта и соседи, которых она на свое счастье залила, вошли в квартиру к ней поругаться. Люди, конечно, шептаться стали, что эта дочь ей мстит, за себя да за своего ребенка. Да и Клавка кажется в это верила. Потому что колдунов-ведьм –гадалок тут приглашала немеренно. Пока, наконец не посоветовали ей одну бабку, в далекой деревне. Приехала она от нее задумчивая и через несколько месяцев с квартиры съехала. Сначала на съемную, а потом в дедовскую, кажется.

-Так что, получается, сбежала? – спросила я. Почему-то сразу же поверила этой женщине. Хотя расскажи мне кто эту историю еще неделю назад, посоветовала бы начать книжки писать -Да…только вот…В последнее время, когда эти события стали случаться, стала Клавка много пить по выходным. И собутыльники сразу же появились. И однажды я слышала, как она пьяная шепотом на весь подъезд рассказывала, что колдунья ей посоветовала съезжать с квартиры, но сказала, что дух дочери рано или поздно ее найдёт. И надо этому духу кого-то подсунуть вместо. Ни внешность ни возраст значения не играют. Особо хорошо, если у того человека тоже день рождения в это же время будет. Ну это необязательно. И тогда дух заберет этого человека, спутает, потому что души в ярости умершие, не очень в здравом рассудке находятся. А самой Клавке дала талисман какой-то.

-Я поняла, - кивнула я, - не поняла лишь, что мне делать теперь? -А ты… -Я ее видела. И она действительно не в нормальном состоянии сознания. Вера Степановна задумалась -Вот оно как, - проговорила она, - знаешь, а оставайся ты на ночь у меня. -А вы тоже колдунья и к вам призрак не придет? – спросила я Вера Степановна всплеснула руками -Да что ты! Разве я похожа на колдунью? -Если честно, то да. На добрую фею, - сказала я, окончательно разморенная чаем. -Ну …тут не знаю, что сказать. Но ко мне еще никакие призраки не являлись. А тебе сегодня одной уж точно оставаться нельзя. Я не смогла сказать нет. Я лишь зашла в «нехорошую» квартиру и забрала свои вещи Весь следующий день я помогала Вере Степановне по хозяйству, а на ночь она постелила мне на кухне. Проснулась я от того, что мне стало жарко. Еще даже не открывая глаз, простонала -неужели опять… Да, опять. Только на этот раз все было немного по-иному. Меня тянуло в коридор к входной двери и я не могла заставить себя удержаться на месте. Было темно и я нигде не видела Веру Степановну. Зато пол, стены, и даже некоторые вещи в квартире были разрисованы кое-где странными синими светящимися знаками, словно на них нанесли фосфорную краску, только эта краска светилась не зеленым, а голубым и очень ярко Призрак стоял на пороге квартиры. И выглядел на этот раз по-настоящему призрачно. Сквозь девушку я могла видеть открытую настежь дверь соседней квартиры. Из проема бил яркий красный свет. -Иди сюда, - прошептал призрак, но голос его был слаб. Я остановилась, но неведомая сила все же, не давала мне выбора. Пусть она и стала слабее, но была все еще слишком велика для моей воли. -Иди сюда, - вновь прошептала девушка и я впервые увидела ее язык, который высунувшись изо рта облизал губы. Он был красным, и казался почему-то острым. Я очень медленно пошла вперед, но по какому-то наитию, вцепилась рукой в стену, словно пытаясь удержаться, и пальцы попали прямо на знак. Я почувствовала, что на руки осыпалось что-то прохладное и приятное на ощупь, словно песок, но очень мелкий и мягкий как шелк. Взглянув на руку я увидела, что мои пальцы тоже стали светиться, словно я вляпалась в эту краску. Но знак не смазался. А краска или что это было, растекалась уже по всей руке. И я…почувствовала себя свободной. Надо мной больше не властвовал этот голос. Призрак тоже это поняла. Её лицо перекосилось в злобе -Ты не сможешь прятаться здесь вечно , - закричала она, - я буду ждать. Я буду ждать всю твою гребаную жизнь, сука! Не успела я подумать о том, что она, в сущности, права, как тут лифт раскрылся с противным лязганьем и из него вышла женщина. Когда она подошла, я увидела сквозь призрака, что это была та самая Клава, которая и решила сделать меня жертвой. Но зачем она здесь? -Оленька, - проговорила женщина тихо, - Оленька, доченька. Это я. Я пришла. Оставь ее. Это я тебе нужна. Призрак резко обернулась и зашипела. Она подскочила к женщине и стала рассматривать ее, даже обнюхивать, кажется -Это ты! – сказала она, - ты пришла Клава еще больше согнулась, но продолжала стоять. -Ты пойдёшь со мной, - сказала призрак и, приобняв не сопротивляющуюся женщину за плечи, повела ее в открытый пышущий жаром зев их когда-то родной квартиры. Мне кажется, я видела, как стала дымиться одежда и вспыхнули волосы Клавы, когда они входили. Потом дверь квартиры захлопнулась как ловушка и все… Я почувствовала, как кто-то положил мне руки на плечи. Удивительно, но я не вздрогнула даже от неожиданности. -это все? – спросила я неизвестно себя или Веру Петровну, стоящую за спиной -Все. – сказала та., -Но… -Каждый сам выбирает, совершать ли ему что-то…и платить ли за это. Иногда в последнюю минуту. Так часто бывает. В последнюю минуту. Уже поздно. Давай поспим -Не уже, а еще, - сказала я и зевнула, - но поспать надо, конечно.

-Так вы действительно добрая фея, - хмыкнула я, поглощая удивительно вкусный омлет. Ненавижу яйца, а тут…съела как миленькая, да еще и добавку попросила -Ну не совсем фея и не совсем добрая, но кое-что умеем, - улыбнулась моя спасительница. -Даже не знаю, как поблагодарить, - сказала я, на секунду отвлекшись от завтрака. -Ну если мне от тебя что-нибудь нужно будет, не постесняюсь, - засмеялась Вера Петровна. Я кивнула. А потом спросила -А если бы Клава…не пришла. Мне что, пришлось бы… Вера Петровна рассмеялась, не дождавшись окончания фразы. -Нет, конечно. Я, на самом деле . большую часть времени предпочитаю проводить в одиночестве. Так мне лучше и думается и отдыхается. Но…мы бы что-нибудь придумали…А так и думать нечего.

Я осталась у Веры Петровны. Через день она сообщила мне что Клаву нашли мертвой в своей квартире. Сердце. Правда она не знала, когда все случилось. Клава последнее время тоже жила одна. И ее случайно обнаружили -Странно, - сказала я -Почему? – спросила Вера Петровна, - еще неизвестно кто тогда приходил – Клава во плоти или уже душа ее. Такая же неприкаянная как душа дочери. -Да мне без разницы, - поежилась я, - главное для меня эта история закончилась.

Вера Петровна проводила меня на поезд, и у нее же я оставила ключи от соседней квартиры. -Скажу, что ты мне их оставила, потому что не дозвонилась хозяйке. А ехать к ней было лень. Перед моим отбытием мы обменялись телефонами. И я клятвенно обещала, что на отпуск приеду к моей спасительнице. И вовсе не потому, что чувствовала себя обязанной. А просто….мне кажется, я действительно нашла неплохую подругу, несмотря на то, что разница в возрасте у нас большая. Как там считается – двадцать лет – поколение? И друг друга уже не понять. Фигня все это, я скажу Форменная фигня.

Сестры

Парк закрывался, когда я увидел девушку, сидящую на скамейке недалеко от входа. Она облокотилась на спинку скамьи и даже не убрала закрывающие лицо волосы. Я указал на нее сторожу, закрывающему калитку. Странно как он сам не заметил эту видно уснувшую девушку. Сторож лишь улыбнулся и кивнул мне, останавливаясь и закуривая. Видать предлагал мне самому разбудить девушку. Я вздохнул про себя. Только сторожей сватов мне еще не хватает по жизни. Но спорить я не стал и подошел к девушке. Её голова действительно была откинута назад, а волосы закрывали все лицо. И почему я внимания не обратил что они не шевелятся от дыхания? Я лишь попытался потрясти спящую за плечо…и оказалась то она вовсе не спала. Одним взмахом она вернула голову в вертикальное положение и ветер убрал с лица волосы. Я кажется подпрыгнул на месте. На меня смотрело бледное лицо все в порезах и запекшейся крови. Девушка посмотрела на меня очень внимательно, потом наклонила голову как обычно это делают собаки чтобы что-то рассмотреть, а потом резко запрокинула голову назад, неестественно, дав мне возможность услышать хруст костей. Этого я уже выдержать не мог и на полных парах помчался к сторожу, который все еще курил у ворот. Добежав, я обернулся. Девушки не было -Что это было? – спросил я, запыхавшись -А это… - сторож пожевал сигарету, и кажется задумался, - это Вика…или Оля. Их только по лицу различить можно. У Оли шрамы горизонтальные почти все, а у Вики вертикальные. -Но они… -Мертвы уже вот несколько лет. Все не успокоятся бедные. Ты извини, что я не сказал. Но так бы ты не поверил, наверное. Да и… Тут старик прищурился хитро, и я понял, что он просто скорее всего любит пугать новичков в парке. Но я не стал ничего говорить. Хотя шок от созерцания мертвого изрезанного лица был силен, но …что я мог сказать? К тому же я не хотел обижать сторожа. Он, по сути, добрый малый. И, наверное простительно ему подобное. Особенно когда хочешь его разговорить. А мне было любопытно. Поэтому я напросился буквально к сторожу в гости. Тот не возражал, даже обрадовался. Заварил чай, достал печенье -Что покрепче не пью, извини, - сказал он, хотя я вроде чаю не удивился. Но это я не удивился, а так люди наверняка удивляются. За чаем он мне и рассказал -Ты не боись. Они совершенно безопасны. Даже полезны иногда. Детей там или стариков выводят к воротам, хулиганье запугивают. Ну точнее запугивает. Вика. Такие рожи может корчить, и таким криком кричать, что я сам бежать готов иногда. Хотя и знаю, что они безопасны. -А что с ними случилось? – спросил я прихлебывая неожиданно вкусный зеленый чай. -Маньяк с ними случился, - погрустнел резко старик, - вроде ты ж смотри приличный с виду был парень, студент . Одет всегда хорошо и вежливый такой. А вот оказался сумасшедшим. Их этих, как их, шизофреников, хрен поймешь… -И он убил этих девушек? -Не только их. У него какая-то патологическая ненависть была к близнецам. Парней он не трогал, он еще и труслив был, да и силенок маловато. А вот детей и девушек. Убивал и лица по разному уродовал. Как на суде сказал, что просто не может видеть одинаковые лица. Что это неправильно, зло. Вот он и боролся с этим злом. -И убивал в парке? - В том числе. А иногда и рядом. Но всегда жертв в парк приносил Разрубленных на части в кофре для этого, как его, контрабаса. Говорил что он хочет позаниматься один, когда никто не мешает. У нас же тут почти лес Он и вправду иногда приносил контрабас. И играл неплохо. Ну, я в этом не понимаю, но по моему неплохо. Я кивнул и вновь отхлебнул чаю -И его поймали все же. -Да, - кивнул старик. , - просто удивительно как я заметил что у него на контрабасе кровь. Он ведь один и тот же кофр использовал. То ли лентяй, то ли жмот, то ли придурок просто. Хотя что возьмешь – одно слово – сумасшедший! Потом стали расследовать, его под белы рученьки и в полицию. Тогда уже слухи об этом парке ходили недобрые и люди пропадали. Оказывается он тут кладбище целое устроил, гад. -Странно, я слышал что-то о маньяке, но не знал, что это тот самый парк. Правда мы переехали сюда три года назад -Как-то удалось сделать так, что не выплыло, что здесь последний приют его жертвы нашли. А не то…просто конец парку – совсем бы одичал Сторож задумался, глядя в окно где уже вплыла на небо полная луна. Такая желтая , что хоть сейчас ее возьми и режь на ломтики под хорошее вино. -А Вика и Оля? – спросил я подождав пару минут -Вика и Оля? – переспросил сторож. Потом кивнул и улыбнулся – извини, задумался. Вспомнил ту самую ночь, когда этого задержали. Просто Вика и Оля первые кто пропал. Его первые жертвы. Убил он их здесь. Непонятно правда почему они до сих пор остались. Ведь их похоронили честь по чести. Но…вот остались и отныне тут со мной ночи коротают. Появляются они только когда солнце исчезает. Особо любят когда ночь светлая светлая от луны. Или когда пригоршни звезд рассыпаны. Темные ночи не любят. Не появляются -Так и помогают всем? -Ну случается…может за этим и остались. Но я думаю что тут другое. Сами они уйти почему- то не могут Держит их что-то здесь. Мы еще немного поговорили, потом я попрощался со сторожем и направился домой. А ночью мне приснилась девушка. Оля или Вика – не разобрать. Ибо это была живая девушка без шрамов и выражения обреченности на лице. Мы с ней общались, смеялись, она меня даже чем-то вкусным угощала. А я во сне совершенно не помнил, что на самом деле эта веселая, тоненькая, очень живая и быстрая девушка мертва. В нее можно было влюбиться за красивый смех и белозубую улыбку, за поистине шикарные светлые волосы и чуть вздернутый носик, за голубые огромные глаза и чуть припухшие губки. Просто классический идеал И при этом такой естественный идеал. Я проснулся в прекрасном настроении, которое хотя и сменилось грустью когда я все вспомнил, но все же грусть не могла справиться с моим замечательным настроением полностью. В конце концов мне конечно же снилась не одна из несчастных сестер – я ведь настоящего лица ее не видел, а даже если бы и дал себе труд посмотреть повнимательнее вряд ли смог бы узнать в искаженном болью и страданием переполосованном лице милую красивую девушку. Оставалось только сказать огромное спасибо моему подсознанию, что оно милостиво предоставило мне не лицо мертвеца, а какой-то приятный, пусть и до жути банальный образ идеальной девушки выкопанный откуда-то из его глубин. Там где наверное хранятся самые первые воспоминания о маме, приправленные то ли стереотипами то ли образами каких-то особо поразивших детское воображение актрис.

У меня был выходной, так что делать особо было нечего. И я решил провести этот день за компьютером. Но на удивление игра быстро мне надоела, и я решил покопаться в интернете. Открыв страницу яндекса я ненадолго задумался, а что собственно искать мне там? Я пролистал новости, хотел было зайти в контакт, но тоже что-то не тянуло. А потом, словно что-то вспомнив, вывел в окне поиска – призраки которые не могут уйти. Посмотрев на предложение хмыкнул – а что почему бы и нет? И нажал энтер. На меня обрушилась лавина информации о призраках которая включала страшилки, фанфики, рекламу сериалов говорящая с призраками и сверхъестественное и даже истории про Слендера( он то тут каким боком?). Но в общем информация которая мне была нужна сводилась к двум …разветвлениям, сюжетам, возможностям? Первое – призрак что-то не успел сделать при жизни и теперь пытается это сделать. А иногда до того понять, что именно сделать нужно…чтобы собственно говоря сделать. В общем любые вариации на тему замечательнейшего на мой взгляд старого доброго фильма «Привидение». Второе – призрак сам не понял, что мертв. Он не чувствует себя мертвым и даже не видит, как меняется мир. Такие привидения все время живут в том же времен и в той же обстановке что и при жизни. Они не проходят сквозь стены…Они просто проходят открывая двери…которые были там при их жизни. И ничего не понимают. Говорить с ними иногда можно но совершенно бесполезно. Как тем отцу и сыну, которые останавливают путешественников на одой из провинциальных дорог и смиренно умоляюще просят передать в Москву в разбойничий приказ, что вины их нет и казнили их безвинно. Вот совершенно бесполезно объяснять что разбойничьего приказа в Москве уже нет несколько столетий. И все это справедливо конечно, если призраки хотели уйти, но ведь были еще и такие, которые уходить вроде вовсе не желали. А как понять про сестер? Учитывая, что они были убиты…тут все что угодно предположить можно было. Я посмотрел некоторые страницы в инете, покопался на паре форумов(тьфу, и тут этот Слендер! – в каждой бочке затычка…точнее затычки его фанаты) А после решил снова прогуляться, ибо ноги кажись затекли Я даже не сделал вид, что удивился, когда ноги принесли меня прямо в маленький парк. Ожидать, что увижу вчерашнюю красавицу было бы глупо, поэтому я просто походил по парку, сел на скамейку под зелень деревьев и стукнув по планшету на этот раз захотел узнать информацию об этом маньяке. Мне почему-то показалось что именно здесь нужно это искать. Может вчерашняя красавица увидит узнает каким-то образом, что я ищу и выйдет, попросит о помощи. И почему вдруг меня заинтересовала эта история? Не знаю. Наверное просто это было единственная более менее интересная информация которая попалась мне за последние две недели. Конечно, увидеть вновь это милое личико не хотелось, но если придется, я был уверен что выдержу. Даже стал представлять себя кем-то вроде рыцаря без страха и упрека, который помогает призракам, который в свою очередь из ужасных страшилищ на глазах превращаться в милых девушек и благодарят его…Ох, что-то я размечтался. Похоже безделье все таки плохо действует на неокрепшие мозги. А вот о маньяке в интернете было не так много. Он действительно убивал близнецов, и его какое-то время не могли поймать. Даже громкая история была в пределах города. Но случилось это до того, как мы сюда переехали с родителями. Кстати жил он в нашем доме. В том, в котором мы сейчас живем. Слава Богу, что не в нашей квартире – то было бы уже слишком, даже для меня. Маньяк жил ниже на два этажа и в другом крыле дома. Сейчас квартира стоит пустая, что и понятно – кто в ней поселиться по доброй воле? А маньяк отбывает пожизненное заключение В общем, ничего особо интересного, никаких подробностей, просто сухие факты, на основании которых просто невозможно сделать никаких выводов почему именно эти две девушки остались здесь. Я лениво просматривал страницы, когда вдруг чуть не подпрыгнул. На меня с фото смотрели Вика и Оля Пешковы – такие какие они были до убийства. И это было то самое лицо, что я видел сегодня во сне! Небольшой холодок прошел по спине Хотя я и сам мечтал еще недавно, что …но видать одно дело когда ты влезаешь в авантюру и другое, когда авантюра …в тебя..Мда…у меня не было особо времени задуматься над этим странным совпадением, ко мне подошел сторож. -Вы уже на работу? – спросил я, - рано же еще -Нет, просто люблю тут днем погулять, - сказал старик, - я живу один и дома меня никто не ждет, поэтому летом предпочитаю проводить как можно больше времени на улице –тепло и свежий воздух. Ну а тебя я вижу тоже сюда тянет? Уж не влюбился ли , - старик заулыбался -В такую, что была можно было бы и влюбиться, - сказал я, рассматривая фотографию сестер. -Был тут один, тоже все искал, чем помочь. Бродил все с рамочками какими-то да один раз вообще лягушку принес. Вроде магическая она у него. Как это там… фомиляр -Фамильяр, - поправил я, - и что? -Да не понравился он сестрам. Напугали так, что сбежал даже про лягушку свою забыл. А я тогда впервые их смех слышал…впервые после смерти. Ну одной из них. Я покачал головой. Значит, девушки все же понимают и более менее разбираться в действительности. -А вы знаете какими они были до смерти? – осторожно спросил я. -Никак и в самом деле влюбился? – удивленно спросил сторож, - ну да, наверное можно было бы раньше. Они, правда, хоть одинаковы с лица но по характеру разные. Вика то боевая, а Оля тихая. Вика всегда сестру защищала с самого детства. Да вот не уберегла. -А как он справился с двумя-то? – удивился я, - все же можно было кому-то закричать, убежать да и .. –я вновь перевел взгляд на планшет, уже на фото маньяка, - да и не выглядит он особо сильным. -А там не написано?. Он некоторых угощал Мороженым особым. Ах, да. Там же в статье говорилось, что он студент химик. -А почему вы думаете, что они не могут уйти? – просил я вновь, - может не хотят просто. -Да и сам не знаю, - пожал плечами старик, - но я с детства этих двух видел. То с мамкой приходили сюда, то с парнями. То просто вдвоем – они дружили очень. И сейчас часто они мне показываются. Ну вот не знаю, почему я так решил… Старик выглядел удивленным. Таким мог бы выглядеть человек, которого спросили почему небо голубое, а трава зеленая. Оно же вроде априори предполагается, правда? -Может они что-то или кого-то любили? – сам себе задал я вопрос -Конечно, любили. Мать свою. Отец у них дальнобойщиком был, давно погиб на трассе. Говорят заснул за рулем и…ну подробностей не знаю, но на смерть. Только вот мать их ненадолго пережила. Прямо в зале суда с ней приступ случился и до больницы не довезли. Больше родственников нет. Даже в квартире сейчас чужие люди живут. Там после смерти откуда то из Сибири родственники приехали, которые наверное девочек-то никогда не видели. Быстро быстро квартиру продали и умотали. -А где сестры похоронены? – спросил я, - можете сказать? -Да, конечно, - мотнул головой старик, -на старом кладбище в конце третьей аллеи. Там спросишь где она. -Они что в одной могиле? -да. В разных гробах а могила одна.

На кладбище я конечно побывал и даже могилу сестер нашел. А толку то? Посидел на могиле, подумал, посмотрел на фото сестер на белом мраморном камне-памятнике. Странно, кто его поставил. Может, мать успела? Но никаких откровений на меня так и не снизошло. Ожидаемо впрочем. Пришлось ползти домой. А ночью мне приснился сон. Точнее не так – ночью мне приснилось много снов. Обычно я не просыпаюсь по ночам а тут просыпался каждый час и вновь быстро засыпал и мне снова снился какой-то яркий сон. В каждом сне появлялась девушка. То мы ходили по лесу, слушали птиц, то стояли на берегу океана, то я выигрывал для нее приз на какой-то ярмарке, а то мы вместе танцевали древний танец в зале средневекового замка, где горели свечи, а по углам прятались тени. Проснулся я с хорошим настроением разбавленным небольшой толикой грусти. А еще подумав я понял что во снах со мной была не одна девушка а две. Это была неуловимая разница, но все же. Одна и девушек была как-то живее что-ли, активнее, смелее даже, и веселее. А другая…другая по сравнению с первой выглядела чуть более призрачно, тонко, да и места в которых она появлялась были более загадочны и тихи. Как и она сама была более загадочна и неразговорчива, а еще грустна. И что это значит? Что одна сестра хочет уходить, а другая нет? Или… Немного подумав, я кинул взгляд на часы. Рановато конечно. Но судьба покровительствует искателям истины, как мне казалось. Надо же, я и сам не заметил, как ввязался в эту историю, ввязываться в которую меня никто не просил. Или все же просили? Сторож был на той же лавочке что и вчера! Я подсел к нему и поздоровался. А потом быстро, чтобы избежать очередного вопроса про влюбленность, начал спрашивать -А сестер…Их после смерти всегда по отдельности видят или вместе тоже? Сторож удивленно задумался, а потом сказал -Знаешь, а ведь я сам никогда не думал…но…да, их действительно никто и никогда после смерти вместе не видел. И вот только сейчас подумал…что это реально странно. Ведь Оля и Вика так дружили. -Вы говорили, что Вика всегда защищала сестру. -Это так. Я иногда заходил в их двор – у меня там приятель живет, так что мог наблюдать. Один раз у Оли малышня пацаны игрушку отняли – ну просто так, из веселья, так Вика на них бросилась прямо ястребом, и игрушку отняла – сестре вернула. Да и …в общем тут тоже была история в парке. Я видел как Оля одна пришла и пристал к ней какой-то парень. Оля просто уйти хотела а тут подвалила Вика и уже парню сбежать пришлось. Просто удивительно насколько иногда они были разными. Хотя интересам и похожи. Даже взрослые всегда ходили в одних и тех же цветах. Только себе выработали такую схему если сегодня Вика в брюках, то тогда Оля в юбке и наоборот

Я задумался. Если следовать логике старика, то более активной в моих видениях была Вика, а более грустной - Оля. Но грустила она более чем сестра из-за особенностей характера или было что-то еще. Конечно сложно представить чтобы девушки при таком положении вещей были рады, но все же . И как это узнать. Первое что мне пришло в голову, спросить. Но легко сказать, а сделать? Я ведь не помнил, что спал. Немного раздосадованный я побрел домой. Конечно можно было бы послать все нафиг, но червь любопытства как всегда не вовремя во мне пробудившийся во мне, никак теперь не хотел умолкать. Потому вечером я долго лежал в постели с закрытыми глазами, внушая себе, что на этот раз должен хотя бы если не вспомнить себя во сне, но спросить, то что интересовало. Может я и что не так делал, но не знал, как по-другому. Мне приснилась Вика. В сне я точно знал, что это была она. Мы ели мороженое и сахарную вату, а также катались на лошадках-каруселях в парке. Странная это была карусель – темная, почти черная и усыпанная блестящими искрами, как звездами на ночном небе. Да и сами лошадки даром что были плотно прикреплены к шестам, но казались живыми, словно сидел на теплой спине животного а не на металлическом сидении. Мне даже показалось, что я слышал как дышат лошадки. И кажется карусель основательно меня отвлекла …я поначалу помнил зачем пришел сюда..а потом….Потом мы еще покатались, доели сахарную вату и пошли по аллее , где в тире я еще что-то для девушки выиграл. А потом проснулся. Да…похоже эксперимент явно не удался. Впрочем, у меня было еще полночи - от сна я проснулся не только с привкусом сахарной ваты во рту(в реальности я ненавижу эту гадость – странно что во сне ел за милую душу), но и в три часа ночи. Тщательно вычистив зубы и прополоскав рот, я вновь лег спать, бормоча о том, что подобные расследования вредны для здоровья. Правда даже если бы мне кто предложил уйти, то я бы наверное уже не смог остановиться. Червячок любопытства к этому времени уже вырос в небольшого такого дракончика, и кажется стал отращивать крылышки…или ласты, хрен его разберешь. Во втором сне как я и предполагал ко мне явилась Оля. Мы стояли на могиле ее и сестры, вот только в памятнике было что-то, что я не помнил раньше. Что-то не так. Я умоляюще посмотрел на Ольгу, но она лишь кивнула на надпись. И тут я понял, что меня смутило. На надписи имя Ольга шло сверху, а имя Вика внизу. Так вот между этими двумя именами была проведена толстая такая, жирная черта, которая кажется извивалась и дышала, похожая на мохнатую безглазую сороконожку. -Мне убрать? – спросил я Ничего не ответив девушка кивнула. Я осторожно прикоснулся к черте и отдернул руку. Она, похоже действительно была живая. Мягкое тельце, казалось пушистым, но на самом деле было колючим. Пальцы сразу же закровоточили. Похоже, вместо шерсти у этой твари были настоящие иглы. Я обернулся в поиска чего-нибудь чем можно было бы зацепить эту тварь. Но ничего не нашел. Еще раз бросил взгляд на Олю. Она стояла, не шевелясь и смотрела на меня с грустью в глазах. Я откуда-то осознал, что она просто не может даже подойти к этому камню. Вздохнув ,я все же невзирая на боль с трудом оторвал тварь от камня, и выбросил ее даже не посмотрев куда. Лицо Оли просияло И я проснулся от дикой боли в руке. Вот уж не думал что в пальцах может быть столько крови. Я кажется измазал все что можно. С шипением вымыв руку и обработав пальцы, я начал разглядывать. Да, видок был такой, будто пальцы ножом порезали. Несколько дней после этого я не выходил из дома. О том, чтобы показаться врачу и речи быть не могло. Как я все это объясню? И еще…сложно признаться но я ужасно боялся. Я боялся что.э..ну что это заражение и я начну в кого-то превращаться или нужно будет вообще ампутировать руку. Но порезы начали заживать как обычные раны и это меня немного упокоило. Я пошел в парк на этот раз вечером перед закрытием. Старик узнал меня и вновь пригласил на чай. Было видно, что старик явно хочет мне что-то сказать. -А ты знаешь, - начал он практически сразу как мы уселись за чаем, - сестер видели вместе. -Правда? – спросил я -Правда правда. Только вот жаль, - и тут старик вдруг подмигнул мне хитро, - что я их уже никогда не увижу -Почему? – я и вправду был удивлен -А это…Пойдем, покажу кое что. Старик взял фонарь и мы вместе пошли в парк. -Тут без них будет тихо, - размышлял сторож вслух, когда мы шли. – ну да ладно, тут наверное радоваться нужно. Таким макаром мы дошли до большого дуба. Дерево стояло в отдалении от аллеи и пришлось аккуратно пройти, чтобы не поломать ноги. -Вот смотри, - старик направил свет фонаря на дерево. Я без особого энтузиазма посмотрел куда указывал свет фонаря и обомлел На коре было аккуратно высечено «Теперь знаю. Я не виновата в смерти сестры» -Поспорим, что завтра этой надписи не будет? – спросил старик Я спорить не стал. -Давай вернемся…кажется скоро гроза будет Сторож оказался прав. И скоро небо совсем заволокло Разразилась настоящая гроза, под которую надо сказать очень удобно было пить чай. Я все же рассказал сторожу, что случилось в моем сне, даже помотал пальцами пере носом -Да не мотай, - отмахнулся он, - верю. Вот оно как оказывается. Вика винила себя в смерти сестры. А сестра так не считала. Только встретиться поговорить они никак не могли. И ходили друг за дружкой в попытках объясниться. -Так почему не могли встретиться? – спросил я -Кто знает? Может придурок этот сам не зная совершил какой обряд. Луна как-то там по особому встала в ту ночь или еще что. -Вы в это верите? - Я в детстве в деревне жил, так у нас одна бабка была. Говорили что она такие вещи творит…Однажды вечером иду, это мне лет 12 наверное было, а за мной свинья черная. Это при том, что у нас черных свиней ни у кого не было. Я иду, боюсь, но хорохорюсь. А она нырь, и в калитку бабы Маши. Перед этим так на меня зыркнула, что язык к горлу присох. Да и потом как ни старался рассказать все своим, не мог, словно рот кто закрывал. Но точно помню, свиней черных у нас ни у кого не было, да и вообще таких огромных не водилось, а у бабы Маши живность не жила – не приживалась никак, даже кур не держала. И собаки постоянно то сдыхали у нее то сбегали. Только кошка одна бегала. Ну да кошки они завсегда с ведьмами на короткой ноге. Так что …врать не буду, но ведь ты видел своими глазами. Нет? Так и я ту свинью. Сестер с этого времени и вправду никто не видел в парке. А надпись действительно пропала на следующий же день. Как и не было. Впрочем, я не стал удивляться.

Одинокий город

Дождь пошел ночью. Настоящий ливень, принесший дух осени, которая должна начаться только через месяц. Резко похолодало, и горожане стали закрывать бывшие нараспашку окна. Сергей стоял и смотрел на потоки воды с неба. Когда-то он с удовольствием гулял под дождем. С Леной. И с Аней. С каждой в свой день. На каждую дождей хватало. Не сумев тогда, восемнадцать лет назад выбрать между двумя женщинами, он, как настоящий мужчина, оставил себе обеих. Уготовив одной ранг жены, а другой участь любовницы( ну ты понимаешь, Елена…ее отец хозяин фирмы. Если что – он же меня коленом под зад. И что я? Где я буду? Где мы будем? Подожди. Вот я на ноги встану. Перейду в другую фирму и тогда…). Верила ли Аня ему? Ведь он врал. Лену он выбрал не за положение отца, а за то, что действительно ее любил. Ведь любил же когда-то?

Наверняка Аня прекрасно понимала, что он лжет, но любила. Поэтому не упрекала. А что чувствовала, ему было неведомо. Точнее Сергей старался об этом не думать. Аня всегда была умной девочкой – диплом престижного вуза, хорошая карьера, пусть небольшая, но известность в научных кругах. Иногда он задавался вопросом - а почему Аня его не выгонит? Красивая умная брюнетка, вокруг которой крутились не только коллеги по вузу, но и студенты. Неужели так любила? Эта мысль наполняла Сергея гордостью и даже тщеславием

А вот Лена наверняка ничего не подозревала. Нет, она не была дурой (хотя и блондинка). Скорее всего ее можно было бы назвать…как вроде кто-то охарактеризовал вторую жену Гумилева – «умственно некрупной» . Маленькая, с постоянной, чуть свысока смотрящей на мир улыбкой единственная дочь своего отца, быстро поднявшегося в лихие девяностые. Избалованная девушка, которой в детстве привелось испытать нужду. Теперь, получив все, она не хотела знать отказов. И лишь благодаря тестю Сергей смог обеспечить ей ту жизнь, которую она хотела. На самом деле, став первым заместителем владельца пережившей все бури девяностых фирмы, он вовсе не стремился уходить с этого места. Он тоже привык.

Аня умерла через семь лет после их встречи. Рак не щадит никого. Аня тихо умирала, а Сергей почти ее не навещал. Конечно, у него были оправдания – вдруг узнают, увидят, да и на работе все завалы, завалы. Но на самом деле ему было страшно – не хотелось видеть Аню в таком …такой. В последние месяцы жизни он и вовсе перестал ее навещать. Отделывался денежными перечислениями на карточку. Ругал себя за это и много раз хотел все же прийти. Но никак не получалось.

А еще через пять лет Лена, с которой они как-то резко и быстро отдалились друг от друга, заявила, что у нее есть другой. А потом начала обвинять Сергея. Не в измене, нет, об измене она так ничего и не узнала. А в том, что он в последнее время черств, отдалился, ничего не замечает и не хочет замечать. В том, что стал бесчувственным. Сергей тогда очень удивился. Он ведь любит Лену. В чем он бесчувственный? Да, может работал много, и не уделял внимания. Вот даже не заметил, что они как-то отдаляются друг от друга. Но ничего подобного Сергей не сказал. Просто молча выслушивал упреки и не стал останавливать Лену. В их последнюю встречу, она заявила, что ждала именно эгого шага – чтобы остановил, хотя бы попытался удержать и тогда, возможно… В ответ Сергей лишь пожал плечами. Останавливать? А смысл. Разве она не остановилась бы, если бы хотела? Все практически имущество было записано на нее, и поэтому Сергея выставили почти ни с чем. Он не возражал –считал, что заслужил. С трудом, но нашел неплохую работу . Конечно о предыдущей роскоши оставалось лишь мечтать, но на жизнь хватало Сергей мог не печалится о завтрашнее дне.

Так он и жил с тех пор. Один, краткосрочные романы не считаются. Сергею было всего лишь сорок три, но он чувствовал себя стариком. Иногда в душу словно врывался свежий ветер, но быстро отступал, всколыхнув ненадолго воспоминания и так же ненадолго подарив желание начать все по новой, с начала. Вот и сейчас мужчина смотрел на дождь и вспоминал. А еще ему ужасно захотелось выйти прямо под дождь, без зонта, прошлепать по лужам.

Сергей сам удивился, когда обнаружил себя у двери одетым и уже протягивающим руку к замку. Поначалу он отдернул руку, но потом, улыбнувшись чему-то, твердо вновь протянулся к дверной ручке.

«»»»»»»»»»»»»» Дождь оказался очень теплым, по-настоящему летним. А холодный ветер, похоже, существовал только наверху, там, на высоте десятого этажа. Так что Сергей рад был погулять и окунуться в воспоминания. Тут, на темных улицах, он чувствовал себя свободнее, чем в квартире и даже потерял счет времени. Впрочем, темнота небес была все такой же полной, так что гулять долго он никак не мог. Сергей даже удивился. Ведь ему казалось, что он провел на улице уже вечность, а ноги гудели от усталости. Но он быстро успокоил себя тем, что это с непривычки – ведь почти все время сидел – в офисе, дома, в машине по дороге из офиса домой. Сергей только сейчас почувствовал, что продрог. Это даже удивило. Он никогда не замечал, что может так увлечься мыслями. Но в любом случае, если он не хотел заболеть, пора было домой. Сергей повертел головой, и с удивлением убедился, что он находиться на незнакомой улице. Но как же так? Он шел точно проверенной дорогой, к супермаркету, где всегда покупал продукты. Он даже видел этот супермаркет. Или нет?

Сергей начал волноваться, не в силах понять, как вообще умудрился выйти куда-то в незнакомое место. К тому же стало ощутимо темнее, хотя фонарей было столько же и они вроде так же освещали все вокруг. Сергей попытался сориентироваться. Он стоял на улице. Справа от него тянулась решетка, огораживающая какой-то массив парка или сквера, а слева, через дорогу, достаточно широкую, стояли жилые дома – достаточно высокие, более десяти этажей. Свет в окнах не горел. Что-то надоумило Сергея поднять голову вверх, хотя конечно, ничего он там бы не увидел – ведь ливень так и не прекращался ни на минуту. Но тут мужчину ждал сюрприз. Смотреть на небо было нелегко – капли заливались в глаза, но все же… На небе не было ни облачка, сияла круглая и желтая как масло луна, прямо хоть сейчас в тарелку на кашу или в спагетти. Россыпь звезд словно издевалась над Сергеем.

Сергей так и дальше бы стоял, в изумлении, но тут он услышал звук, которого по идее ночью на улице быть не должно – это был детский плач. Который вдруг перешел на жалобный, полный страха крик, а потом резко прекратился. Он раздался совсем близко, словно за углом, до которого было метров триста. Сергей застыл на месте. Ребенок в беде? Нужно идти помочь? Но может, уже поздно. Да и кто знает, с каким маньяком можно встретиться на ночной улице. Крик, на этот раз еще более испуганный, раздался вновь. И кажется, даже ближе. Сергей чуть отступил к решетке, под свисающие ветви какого-то дерева. Ребенок потерялся? Нет, если бы потерялся, то плакал бы, а не так кричал. Тем временем крик раздался вновь и сразу же оборвался каким-то хрипом. Сергей стоял в своем ненадежном укрытии и никак не мог остановить поток мыслей в голове. Нужно…а что – бежать? Помочь? Но ведь хрипы говорили о том, что помогать, скорее всего, некому уже. И чем может помочь человек, который вовсе не претендует на лавры Джета Ли? Или хотя бы Сталлоне? Разве что высветить свою физиономию под фонарем, чтобы напороться на что-нибудь острое. Сергей постоял еще какое-то время, но ничего так и не услышал. Он осторожно, стараясь держаться поближе к ограде сада, пошел в обратном направлении от звука.

Мужчина шел минут двадцать, но изгородь все не кончалась. Так и осталось – с одной стороны странный парк, а с другой дорога и высотки за ней. Дождь закончился, и теперь хотя бы небо не вызывало недоумения и страха. А вот густившийся туман и все еще не наступавший рассвет вызывал. Сергей затравленно оглядывался по сторонам. Он по-прежнему не узнавал места и тишина пугала. За все время по дороге не проехала ни одна машина, не зажглось ни одно окно. Сергей решил перейти дорогу, в надежде, что на каком-то доме все же увидит название улицы. Пару табличек он действительно отыскал. Но света стоявших недалеко фонарей не хватало, чтобы разобрать, а что там написано.

Начавшийся, наконец, рассвет не принес ничего успокоительного. Сергей все слонялся между домами – он уже зашел во дворы, надеясь обнаружить : дворника, рано спешащего на работу человека, да хоть собаку или кошку – все бесполезно. Он вновь нашел таблички на домах, но одна табличка была измазана чем-то, так что невозможно было разглядеть ничего кроме номера дома – 4, на следующем доме красовался, кстати, номер 24. Без названия улицы. Сергея начала охватывать паника. В конце концов он не выдержал и, подняв увесистый камень, со всей дури опустил его на лобовое стекло припаркованной в каком-то дворе машины. Как и полагается, взвыла сигнализация, тем самым неприятным звуком, который пробуждает весь дом, заставляет лаять и выть собак, всполохивает птиц. Ни-че-го. Вообще никаких звуков, кроме сигнализации, звучащей даже как-то зловеще. Когда уши Сергея уже устали от верещания, он, наконец, отошел от машины. И шатаясь, словно пьяный, прошел дальше во дворы между домами. Можно и дальше было бы искать, ходить, но какой смысл? Сергей уже прекрасно понимал, что случилось что-то неординарное, необычное. То, чего быть не должно. Нет, нет. Нет. Сергей схватился за голову и застонал. Что же происходит? Что-то с миром? Нет, скорее всего, что-то с ним. Спит ли он сейчас в свое постели, или может …об это Сергей не хотел думать.

Он уже достаточно отошел от машины, когда услышал еще один звук помимо своих шагов. Сергей обрадовано бросился туда. И скоро стоял над широкой ямой с крутыми откосами. В яме , пытаясь залезть наверх и постоянно скатываясь, барахтался грязно-белый щенок. Он либо еще нетвердо стоял на лапах, либо просто уже утомился, так что эти самые лапы его не держали. Сергей хотел было полезть за щенком и уже готов был скользить по крутому склону, но тут остановился. Яма была метра два высотой, склоны осыпались мелкими шуршащими камешками, и уцепиться было попросту не за что. Ни выступа, ни веточки. Да он просто не сможет выбраться из ямы. Сергей вздрогнул, когда подумал об этом. Он один в яме, из которой не выбраться. Очень ярко он представил, как кричит и никто его не слышит, как уже потеряв разум, вновь и вновь окровавленными руками хватается за просыпающиеся камешки. Щенок , который вроде прекратил скулить и замер на дне, вновь вдруг быстро быстро засучил слабыми лапами и заскулил еще жалобнее. Сергей вздрогнул, словно его ударило током, и бросился от ямы. Он бежал, не осознавая уда и зачем бежит так быстро. Просто душу пронзил резкий страх, даже не страх, ужас. Сам не понимал отчего. Ведь он все же не ступил в яму, он здесь, наверху.

Между тем ночь совсем ушла, как и туман. Солнце радостно светило с небес, но именно это показалось Сергею наиболее зловещим. На улице никто так и не появился, ни люди, ни животные. Впрочем, Сергея это не удивляло. Уже не удивляло, нНо по-прежнему пугало. Он попытался вновь найти яму со щенком, но видно свернул не туда и запутался во дворах, не зная, куда идти. Сергей заходил в подъезды, многие из которых были открыты, звонил в домофоны, но ему никто не отвечал, двери квартир не открывались. Также как не открывались многие двери магазинов и аптек. А те, которые были открыты, вели Сергея в абсолютно пустые помещения. Товары аккуратно стояли на полках, но людей не наблюдалось. Не раз уже приходила Сергею в голову мысль, что возможно он сошел с ума? Но каждый раз он отбрасывал эту мысль, более из страха, чем из уверенности, что так быть не может.

Тишина убивала. Когда временами налетал ветер, он поднимал мусор и вроде листва на деревьях и кустах тоже колыхалась, но Сергей не слышал ни звука. Он подошел к невысокому молодому деревцу и согнул ветку. Ветка как ветка. Сергей отломил ее , но опять не услышал ни звука. Это было странно и страшно. Сергей вдруг сорвался с места и побежал. Звук его шагов был каким-то приглушенным. Или просто казался ему таковым. Но он хоть был.

Сергей выбежал вновь к дороге, за которой колыхалась зеленая масса. Он поднял голову и закричал. Просто завыл как зверь. Сергей остановился чтобы перевести дух и тут услышал еще один звук. Обрадованный, он бросился на источник. На самом деле весьма слабый, наверное. В обычной ситуации никто бы и не услышал. Уже скоро Сергей наблюдал, как запутавшаяся крылом птица пытается выбраться из проводов электропередач. У столба была прислонена лестница. Поднявшись по ней, можно было бы захватить птицу. Сергей посмотрел по сторонам, потом на дико выворачивающиеся и кричащее существо. Это была ворона. Или нет – ворон – большой и черный, с блестящими перьями, острыми длинными когтями и тяжелым клювом. Именно когти и клюв поостудили пыл Сергея. Глупая птица не поймет, что ее хотят спасти. И может серьезно поранить. За углом находилась аптека и в принципе можно было обработать рану, а если птица поранит его сильно, так что нужно будет хирургическое вмешательство? Где он получит помощь? Не безумие ли так рисковать из-за птицы. Сергей подошел чуть поближе. Одно крыло ворона было неестественно выгнуто, скорее всего сломалось. Такая птица не сможет летать, по крайней мере, без помощи ветеринара. А где его найти здесь? Какой тогда смысл? Да и теперь, когда он подошел совсем близко, лестница казалась уже далеко не такой надежной. Она была старой, и Серегю показалось, что ветер чуть качает ее. А если он попросту упадет? И из-за кого? Из-за птицы? Уж лучше тогда найти щенка и попытаться спасти его

Сергей задумался . Он видел тут щенка и птицу, слышал плач ребенка, значит тут есть кто-то еще, точно есть. Сергей повернулся спиной к птице, и направился вновь в лабиринт домов и дворов. Он испугался. Ну да, испугался, а что тут такого? И снова Сергей блуждал по пустым дворам таким тихим, что ему казалось, что это у него уши заложило. Он прислушивался, надеясь услышать хоть что-то. Наконец, отчаявшись, он попытался выйти вновь к столбу с птицей. И вроде вышел правильно, и столбы стояли. Но нигде он не заметил трепыхающегося ворона. Нигде не было лестницы. И опять блуждания по бесконечным дворам и дворикам. Иногда он входил на трассу, за которой снова была улица и забор с темной зеленью деревьев. И трасса, и забор и парк стали представляться ему бесконечными.

Поэтому когда он услышал голос, то понесся на звук со всей возможной скоростью, точно решив, что кто бы там не был, кто бы ни попал в беду, он поможет, и плевать на возможные сложности -Помогите, на помощь, -женский крик на одной ноте все звал, как-то слишком искусственно, словно принадлежал не очень хорошему актеру. Но Сергей либо не замечал, либо не хотел этого замечать. Вот еще за этот дом, в этот проулок и он уже стоял посередине круглого двора, который со всех сторон обступал дом. Двор как двор, там росло дерево, под деревом стояли пара лавочек, стол.

А вот на столе сидел молодой парень в идеально выглаженном, и по виду дорогом, светло-сером костюме. Словно он только что прибыл то ли из офиса в центре, где занимает позицию как минимум менеджера высшего звена, а то ли вообще с приема в высшем свете. И что он делает здесь? Сергей не стал озадачиваться этим вопросом. Он лишь спросил -что здесь случилось? Я слышал голос девушки… Парень посмотрел на него и улыбнулся. На мгновение Сергею показалось, что у того острые зубы, но он отмел это предположение. -Ты имел в виду это? – ответил парень грубоватым хриплым тоном. Сергей хотел что-то ответить, но парень открыл рот, словно собирался кричать. И из этого рта, который, округлившись в крике, не шевелился больше, вновь донеслось, словно из странной живой колонки, – Помогите! На помощь! -Что…тут происходит, -Сергей сделал шаг назад, озираясь в поисках той арки, через которую попал сюда. Но арки он не увидел, дом обступал двор со всех сторон и внезапно Сергей почувствовал, что ему сложно дышать. -Забавно, да? – спросил парень, весело болтая ногами. -Что… -Слушай, друг, у тебя другие слова в лексиконе есть? А то неинтересно как-то. Скучно, - парень зевнул, и теперь Сергей не смог отрицать факт, что у его собеседника действительно острые зубы. -Бред какой-то, - начал было Сергей, стараясь сохранять спокойствие. Хотя какое спокойствие, он был уже на грани. Снова полезли мысли о сумасшествии. -Бред, - спокойно согласился парень, – а что поделать? И да, ты не сошел с ума. Может, потом сойдешь, но пока нет. -Потом? – переспросил Сергей. -Ну, когда от нас бегать будешь, - вновь зевнул парень, смотря куда-то мимо Сергея. -От вас? Где я вообще? – взорвался Сергей. Парень вздохнул, словно ему предлагают сделать что-то нетяжелое, но уж очень скучное. -Просто место. Одно из мест, которые существуют в этом мире. Или не существуют, так тоже бывает. Иногда…при определенных обстоятельствах можно заблудиться между реальностями и мирами, потому что….блаблабла…Ну как-то так. -А ты тоже заблудился? -Нет, мы приходим сюда на охоту. -За… -За теми, кто заблудился., - парень протянул руку и вытащил из под лавки, из густой травы, литровую банку в которой плавали глаза. Глазные яблоки. Сергея чуть не стошнило. -По-моему, они очень красивы, - обиделся парень, - такие зеленые, как трава под солнцем. И я сам их вытаскивал, лично. Можно сказать, лучшие в моей коллекции. Твои тоже неплохи. Серых, у меня кстати нет. Хотя ты, скорее всего, по жребию моему братцу достанешься. Он сердца коллекционирует. Не знаю, почему. Что в них интересного? Все одинаковые. Да и вытаскивать их не так весело. Жертва же сразу умирает. Вот глаза выковыривать…

И парень помотал рукой пред взглядом Сергея. И как раньше Сергей не заметил, что у него на руках не когти даже, а нечто, больше всего похожее на металлические крючки. -А может ты нашему старшему попадешься, - продолжил парень, - он мозги любит. Но он их не коллекционирует. А отдает своему питомцу. Жуткая дрянь, на мой вкус, уродливая, но попробуй скажи – разобидеться.

-Ты не сможешь, я должен выйти отсюда, - Сергей начал пятиться, - я… -Да я сейчас и не собираюсь, как никто из нас, - сказал парень, - мы всегда даем время новичку. Если хочет он может уйти, кто же против? -И я могу уйти? -Ну да, сегодня до темноты. Еще несколько часов осталось. Сергей даже не стал спрашивать, как он может уйти. Он просто обернулся и, наконец, увидел арку. -Но, - раздался позади голос. Сергей едва нашел в себе силы обернуться. Парень поднял указательный палец в останавливающем жесте. -Есть правило. Любое существо может попасть сюда только в одиночестве. А уйти и одному и с кем-то таким же, заблудившимся. Любое, но только не человек. Человек может уйти отсюда только с кем-то. Зато быстро. Только найдешь кого-то - все, за следующим поворотом дверь в твою реальность откроется, сам и не заметишь, как окажешься прямо перед домом. Если вообще не в своей комнате. -Я должен найти другого человека? Такого же заблудившегося? -Неважно, - помотал головой парень, - любое создание твоего мира, даже не обладающее разумом, инстинктивно стремится отсюда уйти. Просто найди кого- угодно - зверя, птицу, человека. Хотя со зверями и птицами тут сложно – они ведь, как я и сказал, могут уйти и сами, и делают это обычно очень быстро. Но, тут уж как повезет. Если попали в ловушку или испугались, например, то возвращение может и время занять. Сергей еще постоял немного, но парень больше не открывал рта. Он просто сидел и болтал ногами, углубленный в свои мысли. Сергей вновь обернулся и быстро пошел по направлению к арке. Но тут парень опять заговорил. -Ты, это…слушай, не говори никому их наших, что я тебе сказал. Ладно? А то обидятся ребята..А я, если по жребию ты мне выпадешь, когда поймаем, тебя за это сразу убью. И лишь потом глаза выну. Это хорошая сделка. Сергей побежал. Подальше от этого места, от разразившегося за его спиной смеха непонятного существа, так ловко прикидывающегося человеком. Он бежал, заглядывая во все дворы, иногда останавливаясь, чтобы прислушаться к окружающему. Он вновь и вновь пытался услышать хоть что-то, найти хоть кого-то живого. У него еще было время.

Дверь

Дом вился длинной четырехэтажной змеёй. Эта поистине огромная кирпичная змея была построена когда-то, чтобы дать приют семьям рабочих находящегося невдалеке завода. Постепенно город рос, завод перенесли в другое место, на окраины нового города, а дом из рабочего стал обычным домом, где жили люди всех профессий. Сам он был настоящей достопримечательностью. Извивался странным зигзагом, так что у местной ребятни был не один, а целых четыре двора – по два на каждой стороне дома. Один двор был снабжен качелями, каруселями и песочницей и там играли совсем малыши, другой представлял из себя несколько лавочек, над которыми нависала пара мощных фонарей, и утром оккупировался местными старушками, а во второй половине дня подростками. Третий двор был маленьким и полностью заросшим различными кустами. Там очень удобно было играть в разбойников, прятаться, или представлять себя на необитаемом острове. К тому же в «сад» вел сквозной темный подъезд через дом. Если закрыть обе двери подъезда, то наступала полная темнота , такая, про которую говорят, хоть глаз выколи. И именно оттуда начинался спуск в подвал, дверь которого никогда не закрывалась. Сколько ужасов ходило об этом месте. В общем, просто распрекрасное местечко. На четвертом дворе тоже стояли лавочки, но кто-то уже давно разломал их и там лишь сиротливо торчали обрубки ножек. Двор так и остался пустым и зарос травой, а посередине его возвышался большой дуб, которому, как рассказывали не менее двухсот лет. Дуб и вправду был старым и его большое дупло замазали, чтобы хоть как-то прекратить разрушения дерева. Сам дом стоял на возвышенности, на холме, что как-то отделяло его от окружающего. И давало негласный повод местным гордиться. А еще в доме жило много легенд и страшилок, сказок и мифов, и самых что ни на есть реальных историй, накопившихся за годы и бережно передаваемых из уст в уста. Если бы кто-нибудь решил сделать книгу историй дома номер пять по улице Литейной , то ему пришлось бы потратить не один час, чтобы услышать все истории, не один день чтобы их записать. И получившаяся книга заняла бы не одну сотню страниц.

Макс вместе с родителями переехал в новую квартиру. Его вовсе не радовал переезд. Новая школа, новые люди, даже новые запахи и новое расположение вещей в комнате – все это буквально бесило. Но поделать он ничего не мог. Поэтому оставалось лишь попробовать привыкнуть и найти в переезде хоть что-то положительное. Впрочем, когда он в первый раз вышел на улицу, чтобы изучить новые места обитания, ему повезло. И он встретил несколько мальчишек, с которыми у него удивительным образом завязались неплохие отношения буквально с первых же минут знакомства. Это было очень необычно, ведь Макс был не самым компанейским парнем в мире. У него и друзей-то по-настоящему не было – так, пара приятелей. А тут общения сразу же стало настолько много, что Макс даже устал к вечеру. Но был доволен. Новый опыт так захватил его, что даже трудности связанные с переездом уже не казались ему настолько уж раздражающими. Он быстро также выучил всю мифологию дома. Знал и о существах, что прячутся в подвале, и о похожих на эльфов созданиях в кустах «сада». И том месте «сада», где много лет назад, безумный ревнивец закопал труп своей жены, а после застрелился сам. Теперь лунными ночами их можно увидеть вместе на этой импровизированной могиле. Конечно, тел там уже не было, но призраки приходили именно в «сад». Похоже, они оба простили и себя и друг друга и теперь милуются как голубки, сидя под шелковицей – единственным деревом в «саду». Также узнал он и о тех, кто ходит по этажам ночью и ищет квартиру, что не замкнута, чтобы убить всех в такой квартире. Узнал он и о стучащих в окно, тонких, похожих на ветки, метельниках. И о призраке слепой старухи, которая может появиться в любом подъезде в любой момент и если отдать ей десятку, именно одну монету в десять рублей, расскажет тебе будущее, или ответит на любой вопрос, а если десятки у тебя не окажется с собой, или ты будешь с ней невежлив, то старуха проткнет твои глаза острыми ногтями. И о существах приходящих в сумерках узнал он, и о тех кто приходит на рассвете. И о призраках, которые обречены бродить в доме пока от него останется хоть что-то. Все это было рассказано Максу и он, хотя некоторые истории слышались правдоподобно и слушались пугающе, даже обрадовался, что родители переехали именно в этот дом. Он даже не представлял, что с одним место может быть связано столько легенд. Когда он сказал об этом, Вита, самый старший в их компании( ему было уже тринадцать), медленно растягивая слова, серьезно заявил -Так ведь на месте нашего дома когда-то капище было. Идолы разные стояли. А потом на этом месте кладбище сделали. Уже при христианах. -Да не так все, - перебил его Миха – единственный, кто мог оспаривать Виту, - тут всегда кладбище было. А на кладбище темным богам требу клали Макс не знал, что такое «клали требу», но спросить не решился. Прежде всего из-за того, что как он предполагал, Миха тоже этого не знал. А подставлять парня Макс не хотел. Но с другой стороны, ему ясно было, что класть требу, это нечто ужасное. Наверняка ужасное

Квартира Макса располагалась на втором этаже. Окно его комнаты выходило прямо на крону раскидистого дерева и фонарь. На дворе стояла середина мая. И Макс с удовольствием обнаружил, что если ночью смотреть в окно, то свет фонаря и крона дерева создавали иллюзию, что находишься не на втором этаже городского дома, а на какой-то зеленой опушке леса, в маленьком домике. Иллюзия была настолько полной, что казалось, открой окно и можешь выйти на сочную, причудливо зеленую в свете фонаря траву, и спокойно пройдешь несколько шагов к стволу дерева. Макс с удовольствием смотрел по ночам в окно, когда в доме все спали, представляя себя в лесу, стараясь ощутить, какова трава под ногами, и даже думая о том, что вот он завтра повесит на то дерево гамак, чтобы спать в нем в душные ночи. В эту ночь он тоже так делал. На этот раз его воображение разыгралось настолько, что он даже услышал уханье совы и увидел как в «траве» промелькнула тень какого-то животного, вроде зайца. Хотя в городе сов не водилось. Да и зайцев, разумеется, тоже. Макс потряс головой, пытаясь сбросить морок воображения, но тут вновь увидел уже две тени и четко услышал уханье прямо за окном. Он сразу же вспомнил все мифы дома и отпрянул от окна, заметив, что тени опять появились. И на этот раз их стало три. Макс сразу же вспомнил все, что слышал о доме. Но если днем, в компании новых приятелей, это представлялось ему пусть и страшноватым, но зато далеким и очень интересным, то сейчас было просто страшно. Макс пытался убедить себя в том, что это всего лишь эффект, такой же как и эффект лесной поляны. Но страх не проходил. Внезапно за спиной послышался звук, похожий на царапанье. Словно кто-то скреб когтями по стенам. Макс резко обернулся, но ничего не заметил. Он в секунду преодолел расстояние до выключателя и включил свет. Ничего. Обычная комната. Макс уже облегченно вздохнул, когда вдруг резко выключился свет в комнате. И по углам тут же ожили тени. Несколько теней, непроницаемо темных, клубились в углах комнаты, Они словно дышали и перешептывались, становясь все больше, пока не слились в одну тень, которая стала подступать к Максу. Путь к отступлению был отрезан и Макс, вне себя от ужаса, не очень соображая, что делает, запрыгнул сначала на подоконник, а потом …как-то с легкостью ему удалось открыть окно, и только шагнув из него, он понял, что творит, но вновь вернутся в комнату все равно бы уже не успел. Макс лишь закрыл глаза, ожидая недолгого полета и болезненного, может быть летального приземления. Но, к его удивлению, ноги легко спрыгнули на мягкую траву прямо под окном. Макс открыл глаза и оглянулся. Он стоял на поляне, которая была освещена очень ярко. Рядом с ним было дерево, большое, с толстым древним стволом, и низко начинающейся раскидистой кроной, очень похожее на то дерево, которое видел Макс из окна своего второго этажа. Именно на одной из его толстых ветвей и висел фонарь – огромный голубоватый шар, светящийся и потрескивающий, когда по его поверхности пробегали маленькие молнии. Макс подошел к дереву и увидел, что на самом деле фонарь не висит на ветке. Он вообще никак не связан с деревом. Светящийся шар висел в ветвях сам по себе. Близко к нему Макс подходить не стал. Молнии и потрескивания шара не внушали ему доверия. Но все же некоторое время Макс стоял на почтительном расстоянии, завороженный шаром. С трудом заставил себя оторваться от созерцания. Наконец, все же нашел силы повернуть голову и оглядеться. Имелось дерево, поляна с мягкой травой, фонарь… А вот откуда он спрыгнул? Макс поискал взглядом, прошелся по поляне. Нет, ничего подобного дому, нет. От фонаря он далеко отходить боялся, потому что уже через несколько шагов начиналась непроглядная тьма леса, а на небе не было ни луны, ни звезд. Немного покружив вокруг столба, макс почувствовал жуткую усталость. Страха, что удивительно, не было. Мальчик, не долго думая, лег на траву невдалеке от фонаря и скоро заснул. В конце концов, думал он, засыпая, когда-нибудь должно же тут утро наступить. И тогда…что тогда Макс не знал, а если бы и знал, все равно бы определить в мысль не сумел. Потому что заснул Макс проснулся, когда в окно уже светило солнце. В окно? Мальчик встал и огляделся. Он спал на полу в своей комнате. Так это все был сон? Но почему тогда у него в волосах земля и налипшие травинки?

-Все может быть, тут же чертовщина всегда творилась, - со знанием дела сказал Вита. Макс конечно же рассказал о том, что случилось с ним и даже продемонстрировал травинки из волос. -Но ведь это…такое вы мне не рассказывали -Ну все бывает в первый раз, - ответил Миха., - ты ведь родителям не рассказывал? -Нет -Правильно, а то Слав в прошлом году рассказал о метельниках, о слепой старухе, так его до сих пор по психиатрам таскают. -И что же мне делать? –спросил Макс -Ты же вернулся домой, - пожал плечами Вита, - значит, все нормально. Я бы, кстати, хотел посмотреть на этот шар. -Чего же проще. Давайте ко мне сегодня подваливайте, - Макс ужасно обрадовался тому, что не придется на ночь одному оставаться в комнате, - мама будет рада, что я «налаживаю контакты со сверстниками» -Чего? – переспросил Влад, щупленький очкарик, самый младший в их группе -Ну…так психолог говорит. Он говорил маме, что у меня сложности с этим делом…С отношениями. А если я буду больше общаться, то это значит, налаживать контакты… Мать Макса действительно обрадовалась, что ее необщительный в общем-то сын завел друзей и даже пригласил их в гости, в святая святых – свою комнату. Она ничуть не возражала против ночевки, лишь узнала телефоны всех родителей. Всех трех – Виту, Миху и Алекса, высокого для своих лет, очень худого и вечно молчащего мальчишку – только их родители отпустили с ночевкой

Мальчики поужинали, поиграли в комнате, порассказывали истории, и потом, когда совсем стемнело притворились, что легли спать. Но как только свет в коридоре погасили, все повскакивали со своих постелей и быстро оделись. -Видали? – спросил Макс, указывая на окно. Вита лишь присвистнул и покачал головой. Такого оптического эффекта он явно не ожидал. -Ну а дальше что? – резко спросил он, оторвавшись от окна -Просто посмотрим в окно. Они должны прийти, - неуверенно ответил Макс. И они пришли. Тени вновь зашевелились по углам и стали наступать на мальчишек. -Теперь к окну, - скомандовал Макс видя, что остальные тоже впали в ступор Скоро все они оказались на поляне, и опять Макс не заметил, когда и куда пропало окно. Мальчишки испуганно озирались и Макс мог их понять. Если вчера он чувствовал себя здесь пусть необычно, но почему-то спокойно и защищено, то теперь он коей ощущал опасность этого места. Наверное, так чувствует себя загнанный зверь. -Где…где окно? – проговорил Вита -Не знаю. Вчера я просто уснул на земле и проснулся уже утром в комнате. – сказал Макс, которого стало уже нехило колотить. И вовсе не от холода. Он никогда еще не испытывал такого ужаса. -И нам теперь… - начал было Вита, но не договорил. Светящийся шар, который до того времени спокойно висел в ветвях, медленно и величественно выплыл на поляну. Сейчас он кажется стал еще больше и молнии теперь чаще пробегали по его поверхности. Повисев немного перед онемевшими ребятами, шар вдруг разделился на четыре, и все его детки полетели в разные стороны. Макс зачарованно наблюдал за полетом, и не сразу понял, что его друзья идут каждый за своим шаром, куда-то вглубь леса. Шар. Предназначавшийся Максу, вернулся, пролетев немного, обратно к мальчику. -Эй, вы куда? – закричал Макс. Но его никто не услышал. Он помчался за Витой, но споткнулся обо что-то и упал. Мир на секунду заплясал перед глазами, а потом наступила темнота.

Макс проснулся один в своей комнате. Сначала он вздохнул с облегчением, но потом заметил, что никого нет рядом. Он выбежал из комнаты на кухню, где мама как раз жарила яичницу на завтрак. -Мам? – спросил он с надеждой, - а ребята ушли? -Какие ребята? – мать была искренне удивлена. -Ну Виталик и…Мишка…я их приглашал вчера. Они же ночевали тут Мама подошла к Максу и пощупала его лоб, а потом внимательно на него посмотрела -Тебе все приснилось, дорогой. Вчера никто сюда не приходил. Да и не рассказывал ты, что у тебя есть такие друзья. Садись есть Макс открыл рот, чтобы что-то сказать, но решил молчать. Он еле еле выдержал время завтрака, и потом сразу же убежал на улицу. Макс выспрашивал осторожно, и ему понадобилось некоторое время. Чтобы выяснить, что никто в доме не знает и никогда не видел и не слышал ни о Мишке Щеголе, ни о Виталике Лосеве, ни об Алексее Борееве. Будто и не было их никогда. Вообще. Макс не знал, что и думать. Он сошел с ума? Когда усталый, растерянный, испуганный парень вернулся домой, то он с трудом проглотив что-то на обед и не почувствовав вкуса, поплелся в свою комнату. Там его ждал сюрприз. В его комнате стояло большое еще бабушкино трюмо. Отец, который его туда перетащил, сказал -Знаю. Это не самый веселый в мире динозавр, но …память о бабушке. И мама не простит, если его просто выкину. Так что ..ты потерпишь, пока оно тут постоит? На время ремонта в зале, да? Макс кивнул, постаравшись выдавить из себя жалкое подобие улыбки. -Вот и ладно, - сказал отец и вышел из комнаты. А Макс уселся прямо на пол, и обхватил голову руками. Он уже и сам не знал, чему верить. Но ведь были же его друзья! Были! Случайно его взгляд упал на старое зеркало трюмо, в котором он уловил какое-то движение. Макс встал и по какому-то наитию, прикоснулся ладонью к зеркальной поверхности, тут же ее отдернув. Ему показалось, что под его рукой прошла рябь. А потом из зеркала раздались стуки, словно кто-то слабо бил в поверхность с той стороны. И голоса …Макс услышал голоса, очень тихие, но прислушавшись, он понял, что один точно принадлежит Виталику. И он просил о помощи. Значит его друзья – в зеркале? И не могут вырваться? Но как вообще? Почему это нечто не забрало его?

Макс залез в интернет – благо в квартире уже была выделенка, когда они заселились. Но ничего похожего на свой случай он там не нашел. Самое главное – он был один. Совсем один с этой хренью. Надо же, впервые Макс отчаянно хотел поделится с кем-нибудь , попросить помощи, и не мог. Он несколько раз подходил к зеркалу, даже не один, а когда рядом была мама. И он замечал, что с зеркалом что-то не так, а мать – нет. Она лишь удивилась, с чего он перед зеркалом торчит, как девчонка.

Следующим вечером Макс ужасно хотел спать и прилагал поистине титанические усилия, чтобы не заснуть. События предыдущего дня совершенно вымотали его. Было сложно бороться со сном и с желанием перенести все на завтра, чтобы уже вступить в схватку с неведомой фигнёй хотя бы не засыпающим на ходу. Но Макс мужественно держался. И его мужество поначалу было вознаграждено. Сон, одолевавший так сильно, отступил, как по волшебству и он вновь любовался теперь уже не кажущимся мирным пейзажем из окна. Когда Макс убедился, что не может даже увидеть нечто иное, кроме поляны с травой, он открыл окно и, совсем чуть чуть помедлив, спрыгнул на уже знакомую поляну.

Сейчас он не испытывал умиротворения, как в первый раз, но страха, как во второе его посещение, тоже не было. Лишь ощущение какой-то неправильности происходящего. Так не должно быть! Не должны люди просто так пропадать из реальности. Человек может умереть, пропасть без вести, но не так, чтобы о его существовании все вдруг забыли. Это страшно. Макс поежился, вдруг подумав, а если бы он пошел тогда за шаром – он бы тоже пропал? И родители так никогда бы и не вспомнили, что у них был сын Макс? Возможно даже они бы завели нового ребенка – девочку, как и хотят сейчас. А Макс? Его вроде никогда и не было? Странно, но только сейчас Максу стало не по себе. Но отступать он не собирался. Вот только что делать? Макс прошелся по поляне, подошел к дереву и посмотрел на шар, который сейчас не внушал никаких особых чувств, потому как просто висел среди листвы и даже молний, кажется, в нем было меньше. Макс протянул было руку, чтобы коснутся, но шар вдруг повел себя как живой, его бок, к которому и стремились пальцы Макса, втянулся в шар, создав вогнутую поверхность. Макс хмыкнул. Он особо и не расстроился тем, что шар не хочет чтобы его гладили. -Ну и что дальше? – спросил он обращаясь к светящейся штуке, - куда мне идти, может подскажешь? Шар не отвечал и вообще никак не реагировал. -Может у тебя сегодня не то настроение? – спросил Макс, - или наоборот, то слишком? Шар даже не пошевелился. Он лишь вновь принял свою круглую форму. Макс включил фонарик, который взял с собой, и направился в сторону, в которую в прошлом шар вел Виту. Страшно было – до ужаса. Но что делать? Надо идти. Макс не знал, сколько времени он уже путешествует по темному лесу. Тишина нарушалась лишь шелестом листьев, когда налетал ветер. Свет фонарика выхватывал из тьмы лишь совсем небольшую территорию, тропинку. Макс прошел лишь несколько шагов, как вдруг стало гораздо ярче. Макс обернулся. Светящийся шар застыл прямо за ним. -Так ты решил меня проводить? – хмыкнул Макс, - ну что же, валяй. Шар чуть дрогнул и, перелетев через голову Макса, направился куда-то вперед. А дальше уже была ходьба за шаром. Которая, однако, очень закончилась во дворе дома Макса. -Нет, - вскрикнул Макс, -увидев, что шар начал блекнуть. – ты должен привести меня к ним! Шар на секунду словно задумался, и завис над головой Макса. А потом опустился на него со всей дури. Макс успел лишь зажмурить глаза, ожидая удара. Но удара не последовало. Макса окутало что-то теплое. Теплое и невыносимо яркое. Несколько секунд и яркость ушла. Макс все же решился открыть глаза, лишь затем чтобы увидеть, что он находится в каком-то тумане, не дающем увидеть ничего, даже своих рук. Максу стало страшно. Он осторожно, на ощупь, начал продвигаться вперед, а туман сдавливал со всех сторон, казалось, мешая даже дышать. Лишь через пару минут Макс понял, что ему не казалось – туман действительно сдавливал, он был плотным, как кисель и Макс тонул в этом киселе. Скоро дышать стало совершенно невозможно, так как кисель стал еще и горячим. Легкие болели при каждом вздохе, а передвигать ногами стало уж совсем невмоготу. Макс уже не соображал, куда и зачем он шел. Он просто шел наугад. Иногда он слышал чьи-то голоса вдалеке или совсем рядом. Иногда Макс видел какие-то блестящие поверхности. Он откуда-то знал, что эти поверхности не принадлежат миру, в котором он оказался. Но каким-то гранями они сюда все же выходили. И через них. Макс каким-то не знанием, а чувством ощущал, что эти поверхности каким-то образом являются выходом отсюда, из этого странного и страшного мира. А еще через них можно связаться с…кем-то, откуда-то из другого места, которое Макс помнил очень смутно. Он помнил лишь, что там было лучше и что там было место, которое он мог бы назвать домом. С большим трудом удавалось ему подходить к этим заманчивым поверхностям совсем близко. Они так светились и даже чуть рассеивали туман, что даже дышать рядом с ними становилось легче. И были видны свои руки и тело. Макс точно не знал, что делать, но по какому-то наитию, он начинал стучаться в эти поверхности, стучаться изо всех сил – руками и ногами, и кричать. А еще, заглянув в поверхность, он иногда видел искаженные формы чего-то, преломленный свет, силуэты, которые ходили, он слышал голоса. Все это неудержимо манило Макса туда – к ним, за поверхность, но он никак не мог ее разбить. К тому же он не мог позволить себе оставаться рядом с поверхностью долго. Туман хотя и отступал немного, но на границе своего отступления становился особенно агрессивным. Он в буквальном смысле слова хватал за ноги и тело, тянул со страшной силой от сверкающей поверхности. Так что сил Макса хватало на несколько ударов, потом туман втягивал его обратно. Пару раз он просто не смог пробраться к сверкающим поверхностям, потому что нечто перегородило ему путь и оттолкнуло. Может это были такие же несчастные, как он? Сами поверхности же быстро исчезали, чтобы вновь появится в совсем другом месте. Макс не знал, сколько это продолжалось, он совершенно потерял счет времени. Казалось, это было бесконечно.

Макс проснулся на полу в своей комнате, когда за окном было уже светло. Так все это было сном? Но на руках Макс обнаружил царапины, на одежде и ботинках была земля и травинки, а фонарика не было. Ах да, он же уронил его тогда, когда пошел за шаром. Значит, не приснилось. Макс с трудом вспомнил, что с ним произошло ночью и застонал. Где он был? Да, впрочем, он и так понял. Он был там, где сейчас его друзья. Он ведь хотел к ним, и шар показал ему каково это. Но почему-то отпустил. Как и в первый раз. Но теперь он точно знал, что ребят нужно вытаскивать оттуда. А как вытаскивать-то?

Макс так ничего и не придумал. А на следующую ночь его опять ждала поляна за окном. Идти туда Макс вовсе не хотел. Он просто не представлял, что он сможет сделать, а попадать вновь в то страшное место, он не хотел. Неизвестно отпустят ли его на этот раз. Конечно. Максу до ужаса было жалко своих друзей. Но что он мог сделать? Макс вновь невольно вспомнил, что случилось с ним и кажется, заплакал. О том, чтобы просто лечь спать не могло быть и речи. Макс все сидел в кровати, пытаясь не смотреть в окно и, кажется, забылся сном. Но лишь для того, чтобы проснутся вновь на поляне. Макс встал и подошел к дереву. Страха не было, была какая-то странная апатия. -Ну и что ты от меня хочешь? Шар вздрогнул и, заискрившись, стал расти. Еще пара секунд и он лопнул рассыпавшись сотнями искр, полностью окутавших Макса. А когда искры погасли, то Макс обнаружил себя стоящим на улице города. Необычного ночного города, где фонарями служили странные, похожие на летающих осьминогов существа, которые чаще всего сидели на одном месте, лишь иногда перелетая или сделав парочку небольших кругов. Видно для того, чтобы размяться. Разноцветные камни мостовой вспыхивали, когда на них попадал свет. Макс огляделся. Он стоял один на улице. Скорее всего, это была улица, так как с двух сторон стояли сооружения, которые Макс принял за дома, хотя ни окон, ни дверей в этих сооружениях, похожих больше всего на окаменелые морские волны, не было. Макс в одиночестве бродил по незнакомому городу. Удалось даже выйти к морю и он некоторое время сидел на набережной, вглядываясь в спокойные волны, посеребренные лунной дорожкой. Луна, кстати, была зеленой. А звезды, которые в огромном количестве украшали небо, казались гораздо больше, чем в реальном мире.

Город волн, как про себя его назвал Макс, был лишь началом. Каждый раз , засыпая в своей комнате Макс попадал на поляну, а оттуда, либо с помощью шара, либо своими ногами, направлялся в какое-то удивительное место. Он видел и разноцветный водопад в красных горах, покрытых синими кустами. Если искупаться в этом водопаде, то любая усталость проходила. Он был в городе, так похожем на город из сказок Шахерезады, с той лишь разницей, что у местных жителей была синяя кожа, три глаза и ездили они на лохматых трехгорбых верблюдах. Жители города вообще не замечали его и Макс до отвала наелся всякими вкусностями, которые спокойно брал с прилавков – хорошо, оказывается, быть привидением. Он видел город, где чуть поначалу не ослеп – так как все в этом городе – здания, удивительные летающие машины, скульптуры – было сделано из светлых кристаллов. А одежда жителей светилась, словно в ткань были вставлены елочные гирлянды. Был он и в некой альтернативе города – городе созданном из темных кристаллов и с жителями в одежде темного цвета. Странно только то, что в первом жители грустили, а во втором – были веселы. Навещал Макс и полные сокровищ пещеры, где видел существ похожих на гномов, и леса с какими-то совершенно невероятными растениями, и многое другое. Скоро Макс так привык к этим путешествиям, что уже не представлял, а как – без них. Он многое увидел, но так и не понял одного – как спасти друзей. Он чувствовал, что его путешествия как-то связаны с тем, что случилось с друзьями. Но, как и что с этим делать – на этот вопрос он по-прежнему ответить не мог. Самым страшным, по его мнению, было то, что он стал забывать трех мальчишек. Он уже не сразу вспоминал их имена и совсем забыл, как они выглядели. Это пугало и Макс решил попробовать единственное, что пришло ему в голову.

Макс не без труда нашел десятку. Казалось бы, не такая уж и редкость, но ему пришлось перелопатить весь дом и главное, заглянуть в сумку мамы, чего он никогда себе не позволял. Вообще-то скоро мама уже должна была дать ему на карманные расходы, но Макс просто не мог ждать. Десятку он нашел. И зажимая ее в руке, направился в сквозной подъезд. Этот подъезд единственный прорезал дом по ширине. Один вход был между двумя дворами дома-змеи, а второй выходил в небольшой «сад», заросший кустами. Там призрак слепой старухи появлялся чаще всего и Макс очень надеялся, что она придет. Если верить легендам дома, то некоторым людям удалось вызвать старуху именно в этом подъезде. Главное, закрыть двери, чтобы стало совсем темно. Страшно было, но Макс смело вошел в подъезд и закрыл двери. Теперь нужно было позвать старуху, да еще ласково позвать. «Бабушка!» - тихо позвал Макс шепотом, больше похожим на затравленный писк мышонка. Ничего не произошло. Макс позвал погромче. Опять ничего. Значит, врет легенда. Макс уже направился к двери и протянул руку туда, где должна была быть, по его мнению дверная ручка, как вдруг услышал покашливание. Он обернулся и в прямом смысле слова остолбенел. Он, конечно слышал о старухе, но внутренне не был готов, к тому, что это правда. Но сейчас призрак стоял перед ним. Он чуть чуть светился, так что Макс прекрасно видел сгорбленную фигуру с длинными руками с непомерно длинными пальцами, заканчивающимися когтями. Именно этими когтями по слухам старуха выкалывала глаза. И. хотя никого с выколотыми глазами никто из рассказчиков Максу указать не мог, но сейчас, смотря на эти ногти, Макс готов был поверить этой байке. Уж больно они смахивали на когти, и при этом имели ярко-красный цвет. Голова у старухи была непомерно большая, или может казалась таковой из-за растрепанных волос, местами всклокоченных наподобие облака от взрыва. Глаз Макс не увидел. Точнее пустых глазниц – как говорилось страшных, из которых вытекает постоянно кровь. Все лицо было закрыто волосами. Призрак подошел к Максу и остановился совсем рядом с ним. Макс поначалу от ужаса и забыл, что делать-то надо. Но смог собраться и осторожно протянул монетку старухе -Возьмите, бабушка, - сказал он, стараясь чтобы голос не сбился на хрип или визг. Старуха сграбастала монету с ладони Макса, который почувствовал лишь холод, когда ладони коснулись пальцы призрака. А после Старуха стала рассматривать монетку, отвернувшись от Макса. Потом хмыкнула, даже крякнула, и стала медленно удаляться и одновременно бледнеть, пока не исчезла совсем -Но,- начал было окончательно пришедший в себя Макс, - а вопрос. Но тут же Макс понял, что хоть он и не задал вопрос, но зато получил ответ. Просто в его голове вдруг появилось знание о том, что произошло и почему. Не все конечно было понятно. Но главное он понял – как связаны его путешествия и его друзья. И тот странный мир молочного давящего тумана.

На следующую ночь Макс сам по доброй воле открыл окно и оказался на поляне. Он подошел к шару. После встречи со старухой он многое понял, но все же чувствовал, что ему просто необходимо сделать еще кое-что, чтобы убедиться в истине своих прозрений. Это выглядело бредом, но ведь все, что происходило с ним в последнее время выглядело бредом. -Так я сам открыл что-то вроде портала? – спросил он шар. Неизвестно какой ответ ждал Макс, но шар вдруг загудел, словно осиное гнездо. Всего лишь на несколько секунд. Макс хмыкнул. Что же, и так сойдёт -А мои друзья? Они-то тут причем? Шар загудел вновь, но сейчас в его гудении Максу послышался смех. -Я так думаю, это плата, да? Они должны держать открытой эту гребанную дорогу? – Макс склонил голову набок, внимательно глядя на шар. Ответа ему не требовалось -Ну так я этого не хочу. Мне не нужно ТАК! Зачем ты вообще мне показал, каково им? Честным хочешь быть? Но это нечестно! Тоже мне. Долбанный хранитель дорог! Ты понял? По мере монолога Макс серьезно разозлился и сейчас, не помня себя от гнева, замахнулся и ударил по шару. Максу почудилось, будто он с размаху опустил руку в ледяную воду, но цели он достиг, шар треснул и трещина побежала по всей его окружности, расширяясь, рождая другие трещины, которые накрыли весь шар черной паутиной. Шар моргнул и погас. Нет, он не умер, откуда-то Макс это точно знал. Умерла лишь его оболочка в этой реальности на краю других реальностей. Но Макс надеялся, что этого хватит. Шар треснул окончательно на десятки осколков, которые осыпались гаснущими искрами на землю. А Макс вдруг почувствовал, что у него из под ног уходит земля. Он чисто автоматически схватился за ветку дерева. И скоро со страхом обнаружил, что сидит на ветке далеко от земли своего родного двора. К счастью, дерево это просто идеально было создано для лазанья и Макс с легкостью спустился на землю. Вот как теперь домой попасть? Макс потоптался перед дверью квартиры. А была не была! Он взялся за ручку и чудо. Квартира была открыта. Макс засмеялся про себя – мать часто ругала отца, что он забывает запереть дверь. Засыпая в свое постели, он подумал «Неужели все закончилось? Неужели так просто?» И кто-то из глубин его сознания ответил ему «А почему все должно быть сложно?»

На следующий день к нему зашел Вита – звать на улицу -Там уже все наши, пацаны из лагеря приехали летнего. Познакомишься. Макс кивнул. Ему ужасно хотелось расспросить Виту о предыдущих месяцах, но он побоялся, что брякнет чего лишнего и не стал. Лишь потом он узнал, что в ту ночь, когда его приятели пропали, они все видели «тот странный оптический эффект». А потом все спокойно легли спать. Ну еще пару раз Макс попадал впросак, когда вдруг выяснял что но не знает что-то. что ему рассказывали приятели за последний месяц Или не помнит некоторых событий. Но это было совершенно неважно. Поляну в ветвях дерева он по-прежнему видел. Но точно знал, что это именно «уникальный оптический эффект» и ничто иное. А еще он ужасно скучает по своим путешествиям. Он даже не представлял, как к ним привык. Но, в конце концов, каждый выбирает, то, что для него важнее. Он и выбрал. Но иногда, когда он по ночам смотрел в окно и вспоминал свои походы по незнакомым неземным городам…становилось очень грустно.

Городские монстры

Всякий, кто бы обратил внимание на мальчишку, решил бы, что парень ждет девочку. Пацан тринадцати лет, стоял у фонтана, а в руках держал цветок – роскошный бутон розы на длинном стебле. Бордовый, почти черный, распространявший одуряющий аромат. Внимательно приглядевшийся человек мог удивиться – ибо парень вовсе не выглядел ожидающим. Скорее скучающим. Не было этакой алертности позы ожидания, выискивания взглядом той, единственной, волнения на лице. Впрочем, кто на это обращает внимание? Люди шли мимо – по одиночке и группами, спешили.

-Девочки, не возьмете розу? – Даша и Аля чуть не подпрыгнули, услышав сзади тихий, но сильный голос. Обернувшись, увидели мальчишку, что протягивал им просто таки шикарный бордово-черный цветок. -А… - начала было Аля. -Я…должен был встретиться с девушкой. А она…не пришла. Позвонила в последний момент просто – сказала, что какие-то проблемы у родственников. Розу жалко. Аля уже готова была сказать категорическое нет, но Даша протянула руку -Давай. Мальчишка бережно и аккуратно передал цветок и, подмигнув, быстро обернулся и скрылся в толпе. -Хоть бы сказал, как зовут, - пробормотала Аля -Оно тебе надо? – спросила Даша, любуясь розой и вдыхая аромат -Домой понесешь? Нет, конечно, я дура, что ли? Только до мусорки. Лучше конечно вообще сжечь или утопить. Да утопить -Зачем? -Ну….никакого яда тут нет, иначе он бы так спокойно не держал цветок. Но вот заклятье – это вполне вероятно -Шутишь? -Нет. Тебе часто розы предлагают просто так? Хоть знаешь, сколько такая стоит? -Но зачем ты ее взяла. -Чтобы не взял кто-то другой. -Ты… -Странная? – спросила Даша, прищурившись. Она внимательно смотрела на Алю и думала, что бы сказала девочка, если бы увидела мальчишку так, как он выглядел на самом деле. Синяя кожа, висящая кое-где кусками, лопающиеся гноем фурункулы, грязные когти, что держали цветок. И горящие зеленым глаза. Да и сам цветок, ведь… -Да, странная, - звонкий голос Али выдернул из мыслей. – Но мне нравится Даша улыбнулась. А Аля подумала, что она и в правду сейчас была честна. Впервые, наверное. Даша действительно была странной. Она пришла в класс прямо с начала учебного года. Обычная девчонка, не заучка, не красавица, не яркая, макияжем не пользовалась, одевалась не бедно и не богато, волосы в хвост. Обычная. Но при этом стоило Даше войти в комнату, она сразу же привлекала внимание. Она мало говорила, не играла звезду, не набивалась в друзья, но к ней тянуло, взгляды обращались на нее. С ней хотели общаться. Казалось бы, если судьба одарила тебя такой харизмой, что ничего делать не надо – пользуйся! Но нет, Даша ровно общалась со всеми, но не больше. И лишь к Але, бывшей чуть ли не изгоем, сама подошла. Сначала что-то попросила, потом одарила шоколадкой в ответ на выполненную просьбу. А после как-то завертелось общение. Але сначала было просто забавно, что она смогла подружиться с такой недоступной девчонкой, которую за глаза уже вся школа ведьмой называла. А потом – Але действительно стало интересно. С Дашей никогда не было скучно. Они болтали, смеялись, обнаружили, что у них много общего в интересах. Аля тоже интересовалась немного всем потусторонним, но до знаний Даши ей было далеко. Так что подруги с удовольствием проводили время вместе. Вот и сегодня, сходили на новый фильм, посидели в кафе и сейчас шли домой – жили они в соседних десятиэтажках. -А роза? – спохватилась Аля, когда они уже попрощались. -Пойду с собакой на пруд гулять – выкину, - кивнула Даша. Аля улыбнулась и еще раз попрощавшись, нырнула в свой подъезд

*** Я легла в кровать, и даже глаза закрыла. Глупости, конечно, но все же. Хотелось ненадолго почувствовать в себя в той самой человеческой шкурке еще более полно. На той стороне век была темнота и тишина. Да, даже звуки сейчас не доходили так ясно. Аля часто рассказывает про свои сны. Да так аппетитно, что хочется увидеть. Увы, не дано. Нет, в ее сны я могу проникнуть с легкостью. Как и в сны каждого, точнее, почти каждого человека. Но ведь это совсем не то. Так что, полежав еще немного, я открыла глаза. На улице – ночь. Но нам не нужен свет, чтобы видеть. Я подошла к двери на балкон и открыла ее. Ветер обдал тело, но как всегда, я ничего не почувствовала. Внутри вновь стало подниматься раздражение. Это что – такая пытка, знать, что может быть по-иному, даже почти вспоминать. Жутковатое чувство – когда тебе кажется, что вот вот и ты вспомнишь, почувствуешь на коже…Что? Дуновение ветра – это как? Я со злостью закрыла окно и подошла к зеркалу. Уникальная вещь, потому что для нас необходимая – зеркало показывает, по-прежнему ли мы выглядим как люди, или все же синюшная кода просвечивает или опять глаза начинают светиться. Срочно нужно меры принимать. Я покрутилась перед зеркалом, вроде все в порядке. Потом подошла к цветку в вазе. Длинный прозрачный стебель заполненный чем-то маслянистым, перетекающим. Покрытые ржавыми пятнами лепестки бутона зашевелили зелеными ресничками и открылись, явив мне глазное яблоко. На удивление синий цвет радужки. Я хмыкнула, и поначалу дотронулась когтем, чуть пронзив желеобразную призрачную плоть. Конечно, это был не физически материальный орган – его астральная проекция. У каждого органа человека есть энергетическая проекция. И ей-то мы и питаемся. Шутка в том, что если что-то сделать с проекцией органа сам он перестанет работать. Хотя внешне все будет в полном порядке. Я облизнула коготь. Вкусно. Подцепив глаз, проглотила его одним движением, чувствуя сладость во рту. Все, теперь, если этот бедняга еще жив, видеть этим глазом он перестал. Навсегда. Такое не лечиться. Впрочем, скорее всего, парень жив. Похоже, этот новенький аккуратен, не убивает, иначе точно принес бы в дар сердце или печень. Вот тоже, морока. Попросил он об охоте, признав ее силу и право первого! Да, со всем уважением, да она может требовать, чтобы кого-то не трогал, уже сегодня прошипела на него мысленно не брать Алю, чтобы даже не подходил. Прошипела – потому что таких от молодых да ранних нужно сразу в узду сажать. Показывать, кто главный тут. Вроде признал. Но теперь я все равно обязана, согласно правилам их сообщества терпеть на своей территории еще охотника, даже защищать. Оно мне надо? Не надо, да кто спрашивает. Ладно, разберусь. Если малой хоть в чем правили нарушит – все, конец ему. Я улыбнулась. Завтра нужно еще куда-нибудь сходить с Алей. Вся эта человеческая суета отвлекает немного, даже кажется, чуть теплее на сердце, хотя так быть не может. Хотя нет, о чем это я. Я не чувствую тепло или холод, даже не представляю, что это такое. Я вновь подошла к открытой балконной двери и посмотрела на огоньки ночного города. Какое-то чувство просыпалось во мне при созерцании этой картины. Ночь, луна в небе, и городские огни. Интересно, правда, что мы были людьми, которых оставили после смерти вот в такой форме. За что? За грехи? С неожиданной яростью я захлопнула дверь и вновь легла под одеяло, закрыв глаза. Нет, чуда и на этот раз не случилось – спать я не могла. Лишь размышляла до рассвета

*** -Знаешь, мне приснился весьма странный сон, - Аля вдруг перестала есть и посмотрела на подругу как-то испытующе, будто не решалась рассказать ей это. Сейчас они сидели в кафешке и все вокруг было спокойно и чудесно. Настолько, что Аля уже даже не испугалась вспоминать этот самый сон, который, надо сказать, порядком нагнал на нее ужаса. -И что за сон? – спросила Даша. Аля прикусила губу -Эй, начала, так говори. – скривила смешную рожицу Даша -А…да. Сейчас. Только не смейся, ладно. Меня ловил монстр. -Монстр? -Да, такой скользкий, гадкий, кожа кусками отваливается, когти по полметра, а глаза горят. Даша встрепенулась. Она почувствовала. Аля посмотрела на нее , но увидев, что подруга и не думает смеяться, продолжила -Ну так вот. Сначала он гонялся за мной по городу. Не нашему, а какому-то чужому, пустому и незнакомому мне абсолютно. А потом был коридор. Длинный коридор, похожий на больничный. Сверху еще светили эти стрекочущие лампы. И я бежала и бежала. А потом вдруг…он…оно …оказалось впереди меня, я не успела затормозить, и он ударил меня по ноге. Когтями. Такие большие царапины. А потом меня словно потянуло назад, словно на ниточках куклу. И я проснулась. И нога болела. Только через пару часов прошла Даша чертыхнулась про себя. И как она это не заметила. Хотя, такие раны на призрачной плоти быстро заживают. -Это что-то значит? – пробормотала Аля с надеждой. Она явно ждала, что подруга ее успокоит, - сон был таким реальным. Звуки, запахи, боль. Не припомню ничего подобного. -Все в порядке. Иногда сны всего лишь сны. – сказала Даша, - просто ты ужасно нервничаешь по поводу чего-то… -Ты права! – Аля чуть не подпрыгнула на стуле от радости, - я действительно жутко нервничаю. Ты представляешь…помнишь Антона, нут того, с родинкой? Он пригласил меня на свидание. Дальше Аля, захлебываясь, начала рассказывать про своего Антона. Как они случайно встретились, как он все не решался, а потом пригласил. Даша слушала и не слушала

*** Какая наглость! Да как он смеет! Он ведь видел девчонку со мной, и должен был понять, что это или игрушка или будущая жертва! Моя! Охотницы, чье старшинство он сам признал. Такое спускать нельзя ни в коем случае. С другой стороны, все идет просто прекрасно. Вот и повод избавиться от не очень удобного гостя. Но как он мог оказаться таким глупым? Если он мечтает стать Первым Охотником здесь – то почему не вызвал меня на дуэль, как полагается? Не заявил свое право? Что-то здесь очень странно, но думать об этом времени нет. Нужно найти наглеца для начала. Искать долго не пришлось. Единственная задержка – пока еще посидела с Алей, пока попрощалась. А потом и отправилась на «свидание» -Как ты посмел, - сказала я, пытаясь говорить спокойно. Хотя это в принципе было сложно, потому что в естественном облике мы могли разговаривать лишь с изрядной долей шипения. Можно было еще мысленно, но это очень сложно нам, не стоит базарить на такого. Единственно, надеялась, что радость скрою. -Ты привязана к этой девушке? – чуть наклонив голову спросил он -Это не твое дело, кто она мне – добыча или зверек! Она – моя! -Конечно, - наклонил голову он, - просто я подумал…ведь душевная близость запрещена… -А тебя уполномочили к проверке? -Нет. -Тогда готовься. – я выставила когти, и облизнула острые зубы. С каким удовольствием я его разорву. -Постой! – он сжался и отступил. Бежать надумал? Ну да мне легче. -Почему? – спросила я. Ох уж это благодушное настроение. -Потому что я не убил ее. И ничего не взял. А ведь прав, ничего не поделаешь. -Ладно, - я убрала когти, - но знай. Посмеешь еще что-нибудь этакое выкинуть – убью. Он кивнул и как-то по стеночке, по стеночке, покинул поле переговоров. Смерти каждый из нас боится. Когда мы убиваем людей – мы видим души, уходящие куда-то. Но после смерти кого-то из нас…это даже не душа, а сноп искр растворяется в пространстве. Что это? Полная смерть, растворение во вселенной? Или все же сохранение чего-то? Мы не знали и рассказать было некому

*** Жизнь текла по-прежнему. Аля и Даша также дружили, делясь горестями и радостями и Аля начала склоняться к мысли, что была бы не против, если бы так было всегда. Про свой сон она забыла абсолютно, к тому же, как и сказала Даша, «сон оказался просто сном». Ничего плохого после него не случилось. С Антоном все складывалось неплохо, Даша вполне принимала это и вовсе не ревновала, с удовольствием проводя время с подругой и не жалуясь на то, что его стало меньше. С учебой тоже все шло отлично. Так что кошмар действительно забылся. Так прошло еще пару месяцев и скоро должен был начаться новый учебный год – последний для девчонок. Даша и Аля вместе ходили по магазинам, выбирая вещи, делясь планами на будущее. Они действительно сильно привязались друг к другу Однажды Аля решила навестить тете, что жила не так далеко от нее. Девушка без труда преодолела большую часть пути и уже свернула в арку дома, где жила тетя. Людей, кажется, вообще на улице не было. Видать все же слишком жарко. Напевая какую-то песенку, Аля нырнула в арку, радуясь небольшой прохладце, и тут резко остановилась. Прямо на нее шел мальчишка младше ее года на три. Невероятно знакомая физиономия. Только Аля не могла вспомнить, где видела. Может, в школе, там ведь столько учеников. Да, скорее всего. Странно, и чего она так испугалась? Аля было бодро пошла дальше, но через пару шагов ноги вновь остановились. Ну все же. Аля надула губки и уставилась вниз, будто желая, чтобы от ее осуждающего взгляда упрямые конечности пошли вновь. Внезапно девушку обдало весьма неприятным ни на что не похожим запахом. Она подняла голову и обомлела. На нее шел уже не пацан, вообще не человек, а монстр – раздутое синюшное тело, гной, вытекающий из постоянно лопающихся фурункулов, когти вместо ногтей. И горящие глаза. Аля заорала и бросилась бежать – единственная реакция, которую согласился дать мозг и выполнить тело

*** Крик я услышала сразу же. И быстро примчалась. Аля прижималась к стене, а этот мелкий говнюк навис над ней. -Отпусти ее, - сказала я. -Она видела меня, - прошипел говнюк. И откуда уверенность взялась? - Она видела и должна умереть. Ты знаешь правила, госпожа -Зачем ты показал ей? – спросила я. -А ты действительно к ней привязана, да? – улыбнулся он хищно, - какая умилительная привязанность… -Тебе не жить. -В самом деле? Я просто уйду сейчас. Оставлю вас наедине. А ты решай, что делать. Хочешь пожертвовать собой ради нее? -Идиот! Ты не уйдешь от меня, -я кинулась на охотника, но тот с легкостью ушел от удара и оказался на крыше здания. Я бросилась за ним и словно напоролась на невидимую стену. Он был сильнее, чем представлялся вначале! Не настолько сильным, чтобы победить меня в честном бою. Но настолько чтобы уйти. -Я сообщу о нарушении, если ты не убьешь эту девчонку сейчас же -И тогда станешь тут главным Охотником? Не надейся. Я подошла к Але, принимая свой настоящий вид. Бедняга чуть не лишилась сознания. В принципе, понять ее можно, учитывая то, что вот к ЭТОМУ она прикасалась иногда и с ЭТИМ болтала часами. Я подняла руку с мощными когтями, готовая распороть грудь Але, но в последнюю секунду обернулась к паразиту на крыше -Значит, ты действительно… - начал было он и тут же я настигла его, оказавшись рядом -Но…. -Тот подарок, что ты мне дал, когда приветствовал. Я не стала его переваривать. Потому что видишь ли, через этот дар можно добраться до дарителя…как по ровной дороге. Бедняга, ты столь многого не знаешь. И увы, не узнаешь уже! Давненько я не испытывала такого удовольствия как в ту минуту, когда вонзила когти ему в грудь. Я полосовала и полосовала его тело, просто мурлыкая от счастья. Увы, это не длилось долго. Скоро он опал неаккуратной мерзко-пахнущей кучкой, которая тоже держалась недолго и исчезла под лучами солнца, выпустив сноп искр, быстро исчезнувший в пространстве. Потом я вернулась к Але. Девочка все еще сидела у стены, но сейчас выглядела спокойнее. -Уходи, - сказала я Аля помотала головой. Она на удивление быстро пришла в себя, молодец. -Нет, я не хочу. -В самом деле? Аля кивнула. А потом спросила -Кто вы? -Я не знаю -Откуда, вы с Земли, из ада? -Я не знаю Аля замолчала ненадолго -Что теперь будет -Ты – человек, а я – тварь, которая питается людьми -Мясом? -Не совсем…Его энергопроекцией. Но от этого жертвам не легче. Если я съем энергопроекцию твоего сердца, то физическое перестанет биться -Аурой. Вы питаетесь аурой? -если тебе так угодно. -Почему ты пощадила меня. -Я не знаю. Просто -Теперь…меня убьют? Ваши? Я помотала головой -Он не успел предупредить -Кого? - Это нечто вроде совета из старейшин Они самые древние, они всегда слышат, всегда могут прийти, и имеют право суда. Он не был уверен, что я тебя не убью. Тогда, уже ему пришлось бы бежать, как нарушившему наш закон -И если я не скажу? -Ты теперь всегда будешь видеть нас…такими, какие мы есть. Возможно, через несколько лет ты научишься переключать свое зрение, чтобы видеть и так и этак. Но ты всегда будешь знать человек перед тобой или нет. И если ты хоть взглядом, хоть вскриком, хоть как покажешь, что ты – видишь и знаешь. Тебя убьют. И меня тоже. -Я не покажу, - сказала Аля. Я протянула вперед руку – сплетение зеленовато-коричневой, словно обожженной плоти, через поры которой сочится гной. -Ты уверена? Я – зло. И не самое уродливое из подобных. Впрочем, знаю, есть охотники и среди людей, что видят и уничтожают. Ты собираешься найти их? -я…, - Аля хотела что-то сказать, но потом замолчала. А через пять минут все же выдавила, - я не знаю. -Честно, по крайней мере, - сказала я. Потом встала и пошла от Али -Ты…куда? – спросила бывшая подруга -Домой, - ответила я, не останавливаясь -А я? Мне что делать!? Тут я остановилась и обернулась к Але. Посмотрела на нее, такую беззащитную, но сильную, пытаясь сохранить в глубине то даже не тепло, а намек на него, который всегда возникал рядом с этой девчонкой. Может быть, последний раз. Хотя, какое может быть – последний и есть. Потом я обернулась и вновь пошла вперед. -Я не знаю, - прошипела я эту дурацкую фразу в последний раз.

Пути дара

-Ну вот что за день сегодня! – Алиса остановилась и отдышалась немного. А ведь может эти парни ничего плохого не хотели. Познакомится лишь. День на дворе…В парке…Где до ближайшего человека не докричишься, как назло все из поля зрения пропали. Ну Алиса и припустила, когда парни стали проявлять к ней внимание. А теперь девушка с удивлением осматривалась. В этой части парка она никогда не была. Больше всего здесь было похоже на лес. Абсолютная заброшенность. Деревья переплетались корнями и ветками, сквозь камни дорожек давно пробилась трава, кусты каких-то черных мелких ягод разрослись так, что урожаем с них вполне можно было бы накормить медвежью семью. Алиса даже не представляла, куда ей идти. Впрочем, ей удивительным образом это и не интересовало особо. Дел никаких у девушки не было и она с удовольствием бродила по оказавшемуся таким необычным парку, который она знала с детства. Вроде бы знала. Алиса рассматривала небо в переплетении ветвей, вдыхала свежий воздух с едва уловимым запахом каких-то растений и впервые за этот суматошный день почувствовала себя расслабленно и спокойно. Так она и шла пока не услышала странный шум. Удивленная, девушка вышла на небольшую полянку среди деревьев, и увидела яму. Подумав, что туда кто-то мог свалиться, например кошка или собака, но то, что она увидела, поразило девушку. На дне ямы сидел парень. Мальчик лет четырнадцати-пятнадцати, не больше. Высокий, крайне худой, одетый в потертые джинсы и светлую майку словно с чужого плеча, поскольку висела она на парне как на вешалке. Внешность тоже была необычна – очень тонкие удлиненные черты лица, даже не бледность, а какая-то бесцветность, тонкие руки и ноги. Но не внешность прежде всего обращала на себя внимание. А то, что парень сидел в окружении скелетов каких-то животных. Алиса не разбиралась в палеонтологии или анатомии, но все же девушке показалось, что скелеты не похожи на скелеты крупных млекопитающих. Динозавры? Здесь? Да еще кости так хорошо сохранившиеся, словно их отполировали? Да и сложили косточка к косточке. Парень спокойно сидел на земле между костей и …гладил их, что-то приговаривая себе под нос. Алиса помотала головой. Да, действительно, мальчишка гладил скелеты, словно те были животными. И девушке даже показалось, что она слышит нечто похожее на мурлыканье или бормотание. В этот самый момент парень поднял голову и взгляд его зеленых, резко контрастирующих своей яркостью с бесцветным лицом, глаз, встретился с изумленным взглядом Алисы. -Тебе не стоит здесь быть, - тихо сказал парень. Но Алиса не могла пошевелиться даже. А уйти! Тут, перед ней, разворачивалось, она знала точно, настоящее чудо, которое лишь некоторые могут увидеть, да и то раз в жизни. -Это динозавры? – спросила она Парень кивнул и прикрыл глаза, после отвернулся, продолжая гладить кости. А потом вдруг вновь посмотрел на девушку. -Хочешь, покажу, как они выглядели? Алиса кивнула. О чем только думала? А парень вновь хмыкнул и встал, отряхнув с себя землю. Потом провел рукой над скелетами. И на тех стала нарастать плоть. Призрачная, прозрачная, но вполне видимая. Из ямы встали три существа. Одно было метра под два с плоской головой, напоминающей лягушачью, только с острыми треугольными зубами, с толстыми мощными задними лапами и короткими, как полагается, передними. Второй динозавр был похож на велосираптора из Юрского периода. Только ростом чуть повыше самой Алисы, и очень изящным, тонкокостным, весь такой – готовая распрямиться пружина. Он переступал тонкими задними лапами в нетерпении, глядя на Алису огромными влажными темными глазами, опушенными черными ресницами. Третий динозаврик был совсем маленьким – никак не больше полуметра. Он также ходил на задних лапах, но передние были подлиннее относительно тела, чем у первых двух, а на голове находился разноцветный гребень. Алиса засмотрелась и не заметила, как плоть, все более уплотняясь, стала совсем уж похожа на материальную. Динозавры уже никак не могли претендовать на название призраков. Их когти шелестели по земле, хвосты рассекали воздух со свистом, а зубы щелкали. Все трое смотрели на девушку, а она на них, не зная, что сказать или сделать -Они все хищники, - сказал парень. Сказано было мягким голосом и тихо, но так неожиданно, что Алиса подпрыгнула. Но ничего больше не сделала. Просто не до конца сообразила, что именно сказал парень. Она всего лишь глупо переводила взгляд с него на динозавров и обратно -Беги, - уже громче сказал парень, ухмыляясь И Алиса, повернувшись, побежала, не разбирая дороги, преследуемая топотом лап и смехом незнакомца. Она бежала. Вновь не разбирая дороги, пока не споткнулась и не упала. Тут же она почувствовала на затылке тяжелое дыхание. Попытавшись встать, девушка вновь упала и закрыла голову руками. Тьма опустилась на нее, но всего лишь на несколько секунд. А потом все вернулось – звуки, запах листвы. Алиса открыла глаза и обернулась. Никого не было за ней. С трудом девушка встала и прошла немного назад, туда, откуда по ее мнению она и бежала. Ничего. Даже следов на земле Алиса скоро вышла на знакомую тропинку где, к тому же, были люди. Уже через какое-то время она была дома. А там полезла в интернет. Алиса нашла кучу фактов о динозаврах, о привидениях, о парке, но ничего, что могло бы хоть что-то объяснить. Она даже нашла инфу именно о тех динозаврах, которых видела. Ну и все на этом. Никаких находок в городе никогда не было, парк абсолютно «чист» по паранормальному признаку. Даже самой завалящейся историей о привидениях или нечисти похвастаться не может. И что делать со всей этой информацией? Алиса не знала. Поэтому продолжила жить как и жила. Через некоторое время происшествие если и не забылось, то как-то отодвинулось в сознании, погребенное под ворохом насущных проблем. Одним вечером Алиса ехала домой на автобусе, погруженная в свои мысли. Ничего необычного. Алиса лениво подняла голову, посмотрев на очередных заходящих на остановке и вдруг чуть не подпрыгнула на сидение от неожиданности. В автобус вошел парень. Тот самый, из парка. Парень оглянулся, и Алиса поспешила опустить взгляд. Так она и ехала, опасаясь посмотреть куда-то, кроме пола. Но это не помогло. -Ты видишь меня, - сказал мягкий голос совсем рядом. Алиса подняла голову и увидела, что парень сидит на соседнем сидении. Сначала ей стало страшно. Но потом, словно чувствуя незримую поддержку находящихся рядом людей, девушка чуть взбодрилась -А я не должна была тебя видеть? -В принципе, нет, - сказал парень, - никто из людей не должен меня видеть, если я не захочу. А с тобой я планировал встретиться чуть позже. Но, что уж тут поделаешь -И в парке -В парке мне стало весело. Алиса мотнула головой -Но я тебя вижу сейчас. Что делать будешь? Опять динозавров натравишь? -Зачем? – искренне удивился парень. – лучше придумать что-то другое -А ты артист, да?, - фыркнула девушка насмешливо. Но посмотрев на по-настоящему серьезного парня, также серьезно сказала -Слушай. Мне совершенно все равно, что ты там думаешь. Так что надеюсь, больше никогда тебя не увижу. Вот и моя остановка кстати. Сказав это, Алиса встала и собиралась пойти к выходу. Но парень задержал ее, положив свою ладонь на ее руку. -Мы еще не договорили -А мне и не хочется договаривать. Не важно, эльф ты там или маг -Я не эльф и не маг. -Очень приятно, - сказала девушка и тут же продолжила, - на самом деле нет. А теперь пусти меня. Парень и в правду, убрал руку, позволив ей идти дальше. Но выходя из автобуса, Алиса услышала у себя в голове тот же мягкий голос :»Мы еще встретимся» Алиса хмыкнула и постаралась побыстрее уйти , не оборачиваясь. Девушка прошла уже шагов десять, прежде чем услышала резкий свист. Она обернулась чисто инстинктивно, и тут реальность поплыла перед глазами. Охнув, Алиса села прямо ….на мягкое сидение полупустого автобуса, который дребезжа, прокладывал свой путь через ночной город. Прямо напротив девушки сидел этот же странный парень и улыбался -Я же сказал, что мы скоро встретимся, - проговорил он. -Да кто ты вообще такой?! – Алиса почти взвизгнула то ли от страха, то ли от злости. Девушка и сама бы не поняла, чего в ней сейчас больше, если бы, ей пришло в голову заняться самоанализом. -Можешь называть меня Мастером. -А может еще Ваше Величество? – огрызнулась Алиса -Зачем? - искренне удивился парень, - я Мастер, а не какой-то там тупой король. -Чудесно, - Алиса только сейчас почувствовала, как ее заполняет липкий страх, и девушка готова была на все, чтобы не поддаться ему. Гнев в этом отношении вполне мог сработать. Поэтому Алиса и культивировала его сейчас. – и что же великому Мастеру нужно от простой девушки? -Чтобы этой простой девушки не было -В автобусе? Так я из него и вышла -Вообще -Что ты имеешь в виду? – спросила Алиса, а страх уже переборол злость и холодной змеёй опутывал сознание. Парень вздохнул, ну чисто как учитель, которому сейчас придется объяснять прописные истины ученику нерадивому. В сотый раз причем. Но все же пустился в объяснения -Видишь ли…Почти каждый человек имеет дар. Какой-нибудь из тех, что называются экстраординарными. Но у девяноста девяти процентов людей он так никогда и не проявляется. И живут они скучные свои жизни просто так. А у тебя проявился просто от стресса. Так бывает. И дар такой же, как у меня – управлять несуществующим. -Ты хочешь сказать, - Алиса понимать начала -Я хочу сказать, что ты тогда сама уничтожила моих динозавров. Я, признаться, был так ошарашен, что не знал, как поступить. Поэтому и отпустил тебя. -А если бы я не …отозвала твоих зверюшек. -Тогда ты бы была мертва. Звери не причиняют физического вреда, но твое сознание, убедившее себя в том, что тебе шею перебили зубы настоящего динозавра – да. Ты бы была мертва, без всяких следов насилия, что говорится. -Но…зачем? Что я тебе сделала? Или…тебя обидели блондинки? Парень скривился так, будто целиком съел кусок лимона. -Я что, по-твоему, какой-то шизик, чтобы кидаться на всех блондинок или рыжих из-за долбанутости какой-нибудь одной шлюхи с данным цветом волос? -Тогда почему? -Потому что я могу это делать и мне это нравится. Если уж сущим мне дана власть над жизнью и смертью, то почему бы это не использовать? -И ты говоришь, что не шизик? -Разумеется, я абсолютно нормален, - парень даже подпрыгнул от обиды. – и, пожалуйста, не надо тут больше психологических исследований. Я из нормальной семьи, никто меня не обижал и не бил, ни дома, ни в школе. Никаких травм. Мне просто понравилось управлять жизнью никчемных мурашек. Точнее, смертью Я охотник, они жертвы. Вот и все. -Как скажешь, - Алиса пыталась сохранить спокойствие, но мысли буквально тонули в ужасе. Она никогда не ощущала себя настолько беспомощной. – и ты решил закончить то, что начал, да? Не можешь позволить мне сбежать? -Я определенно не могу позволить тебе сбежать, но именно из-за твоего дара. Возможно, он больше никогда в жизни не проявиться, а возможно, проявится очень скоро -Только не говори, что собираешься меня учить. Я не согласна -Отлично, потому что учить я тебя не собираюсь. Я собираюсь тебя убить -Но …. -Тебе не повезло. Просто оказалась не в том месте и не в то время. Я вообще в тот день не собирался на охоту. Если бы ты спаслась другим способом, например люди бы вспугнули моих зверей. Я всегда их отгоняю, если жертву видят другие люди. Тогда я бы тебя отпустил. Не судьба. Бывает -Очаровательно. Но причем тут мой дар, который может никогда и не проявится больше -А может и проявится, - напомнил парень, - и тогда ты как минимум станешь для меня бельмом на глазах. А максимум…максимум, ты можешь помешать мне развлекаться. Видишь ли, обладатели одного и того же проявленного дара чувствуют друг друга на близкой территории. -Поэтому я по-твоему, должна умереть? -Да. Я не хочу рисковать. -Но я могу просто уехать из города -А где гарантия, что ты не вернешься? Что ты вообще правду говоришь? В общем, ты поняла, в данном случае у меня нет выбора. И не смотри так пристально на других пассажиров этой тарантайки – они такие же, как давешние динозавры. Алиса действительно посматривала на других в автобусе. Впрочем, она и без слов Мастера поняла, что вряд ли ей тут чем-то помогут. Мысли путались в голове, стало неожиданно жарко. Алиса не могла даже встать с места, и не видела ни единой возможности спастись. А между тем «мастер» сделал почти неуловимый жест рукой и бросил на колени Алисе черную змею -Гадюка, - сказал он просто Алиса прошептала -Но ведь я знаю, что змея не настоящая -Ага, - равнодушно кивнул парень. – а теперь попробуй объяснить это своему подсознанию. Ты даже просто так инстинктивно среагировать не сможешь. Потому что волей не волей сейчас подключаешь мысли. Змея зашевелилась, подняв голову и смотря в глаза Алисы своим влажным взглядом. И тут у Алисы неизвестно почему появилась мысль «Это же не гадюка. У гадюки должны быть пятнышки на голове. Точно. Это ужик. Просто уж и все. Этот придурок ошибся» Тут Алиса почувствовала словно укол в руку. Уж укусил-таки. Было не очень больно. И все. Парень внимательно наблюдал за Алисой, а она за ним. -Этого не может быть, - сказал Мастер -Проверим, - Алиса почему-то сразу обрела уверенность и, обретя способность двигаться, кинула уснувшую было змею в Мастера. Тот резко отодвинулся и вскрикнул -Это же гадюка, я… Проснувшаяся змея укусила его. -Но ты же можешь, - начала было Алиса, но парень упал, корчась и крича от боли. -Это же просто уж, - последние слова Алиса договорила уже лежа на лавочке в сквере недалеко от того места, где пыталась выйти из автобуса. -Вы в порядке? – над ней склонились люди. Пожилая женщина и молодой мужчина -Я?...Да, - Алиса села и огляделась, - голова закружилась. -Помочь Вам? -Да…пожалуй.

Дома Алиса прочла, что пятнышки на голове должны быть у ужей, а не у гадюк. Парня подвело невежество. Не свое, он все правильно сотворил. Её невежество. Она была уверена, что он создал ужа, так уверена, что организм не воспринял укус вредом. Алиса хмыкнула и посмотрела на ранки на руке. Неприятно, но заживет. А вот что случилось потом? Немного подумав, Алиса пришла к выводу, что «чудо-мастер» просто не ожидал атаки, и поэтому ничего не успел сделать. А так как он был уверен, что его укусила гадюка…похоже его мастерство сработало против него самого. Некоторое время Алиса ходила, буквально оглядываясь. Но прошло месяца три и никто ее не потревожил. Жизнь продолжилась по-прежнему. А однажды у Алисы вдруг завяла роза, которую она купила, чтобы красить новую вазу. Это было очень неприятно. Девушка вздохнула, выбросила цветок и тут ей пришла в голову мысль. Сев напротив вазы, Алиса сосредоточилась и представила…. Через час, вспотевшая и уставшая, словно после таскания тяжелых мешков Алиса закрыла глаза, посидела так пять минут, а потом вновь разомкнула веки и посмотрела на результат. Черная с синим отливом роза – это красиво, хоть и странно. Алиса подошла к цветку, который приятно пах и был совсем реальным на ощупь -И вот как мне тебя объяснять, если кто в гости придет, а? Цветок конечно не ответил. А Алисе пришло в голову, что в следующий раз можно попробовать сделать говорящий цветок. В конце концов, что черную розу, что говорящую придется прятать от гостей. Или «развоплощать». Так что почему нет?

Кукольник

Никто не знал, когда этот человек впервые появился на площади. Кого не спроси – все помнили высокого, с длинной серой бородой и длинными спутанными волосами, мужчину который в одно и то же время в одни и те же дни выходил на небольшой пятачок сквера возле парка и, достав из ящика несколько марионеток, начинал очередное представление. Марионеток у него судя по всему было много и он приносил то одних, то других, комбинируя своих персонажей иногда совершено фантастическим образом. Принцесса могла оказаться в паре с современной бизнес леди, а христианский святой в окружении фей. Сам он всегда был одет пусть чисто, но очень скромно, в отличие от своих кукол.

Представления никогда не повторялись, даже по просьбе. Каждое было уникально и проигрывалось всего лишь один раз. При этом никто так никогда не смог найти источники сюжетов в сказках или притчах, или литературных произведениях. Все истории, похоже, кукольник придумывал сам. Как и сам он создавал своих кукол.

Судя по времени его появления, которое «затерялось» в истории современных горожан кукольнику должно было бы сейчас быть не менее 90 лет. Но он брел бодро и выпрямившись, да еще и с легкостью таскал свой груз кукол. По лицу тоже нельзя было сказать что-то определенное. Вокруг глаз расползлась сеточка морщин, но сами глаза выглядели молодо и зелено. Они и вправду были ярко-зеленого цвета, словно майская трава на свету солнца. Да и руки были гибкими. Словно молодые, хотя никто никогда не видел их без вязаных перчаток. Он очень ловко управлялся со своими марионетками, на радость окружающим, которых собиралась целая толпа.

Никто никогда также не слышал его голоса, помимо тех ситуаций, когда он говорил за своих кукол в пьесе. И казалось сперва, что он плохо слышит или не слышит вообще, так как он почти никогда, ни кивком, ни как-то еще не реагировал на обращенное к нему. Но Кукловод слышал. Однажды когда к нему подошли и сказали, что сквер будет закрыт из-за работ с канализацией – трубу прорвало именно в этом месте - кукловод кивнул и на следующий день не пришел. Так что слышал он прекрасно. Только не считал нужным отвечать. Это могло выглядеть как презрение к окружающим. Но вот почему-то в данном случае не выглядело. Он не выглядел тщеславным. Разве что очень странным. Почему – даже люди много раз видевшие его не смогли бы сказать.

Кукольник никогда не требовал и не просил денег. Люди просто давали ему кто сколько хотел после представления. Или не давали. Он тогда загребал выручку в карман и просто уходил не прощаясь и не благодаря. Видать считая, что ему незачем благодарить за оплату его работы. Впрочем, почти никогда не было такого чтобы ему хоть немного не заплатили бы. Ведь представления кукольника отличались от остальных. Они невероятно завораживали, заставляя даже просто проходящих мимо людей останавливаться и досматривать все до конца. Говорят что люди, засмотревшись на представления иногда забывали обо всем на свете – о важных встречах и свиданиях. О тех проблемах, над которыми они размышляли еще секунду назад.

Кукольника считали странным. Даже чем-то вроде блаженного или юродивого. Но он был безобиден, а его истории интересны. Поэтому к нему относились очень благожелательно. Некоторые даже следовали за ним до его дома –кукольник жил на первом этаже старого еще сталинских времен здания. Мальчишки пытались заглядывать в окна его квартиры, но те были занавешены тяжелыми и непроницаемыми как театральные портьеры шторами. Поэтому хотя им и очень хотелось побывать в квартире у непонятного человека, но пока они не могли даже одним глазком заглянуть туда. Знали лишь от соседей, что по планировке квартира должна была быть просторной трешкой с огромными комнатами и высокими потолками. Наверняка, судили люди, эти комнаты буквально завалены марионетками. Но даже соседи не могли ничего сказать наверняка. Как оказалось они тоже пытались проникнуть в квартиру под предлогом занять соли или еще чего. Кукольник закрывал дверь прямо перед носом у просящего. А потом выносил им соль или это еще чего. Если к тому времени человек ушел, то кукольник безошибочно шел к его квартире и настойчиво звонил пока ему не открывали. Потом отдавал соль и опять-таки молча, возвращался к себе. Он совершенно без эмоций каких-либо принимал долг от должников. Хотя сам никогда о долгах не напоминал. Один из соседей, парень, любящий розыгрыши как-то попросил у него десять тысяч на пару дней. Не спросив даже для чего, кукольник вынес две пятихатки. И .совершенно не напомнил о долге ни через два дня, ни через две недели. Хотя каждый день видел шутника. Тот, наконец, решил что шутка затянулась и сам вернул деньги с извинениями. Кукольник опять взял деньги совершенно спокойно, без обвинений и вообще без всяких слов и эмоций.

Но как преображался кукловод, когда играл представление! На его лице отображались все эмоции, которые испытывали персонажи его пьес. И эмоции эти менялись моментально от персонажа к персонажу, как и голоса кукловода. Помощников у него не было и он только сам озвучивал своих героев. Голосами настолько разными, что если закрыть глаза то не поверишь, что это озвучивает один человек. Но заканчивалось представление и лицо кукловода вновь обретало непроницаемость. Только глаза жили всегда.

Так и проходил год за годом. И люди уже давно привыкли к странному немного но безобидному человеку вне возраста, который всегда рассказывал такие интересные истории. Даже гостей из других городов всегда водили на сквер и показывали им кукловода как одну из достопримечательностей города

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

-Но почему он? Он же совершенно безобиден! –продолжал настаивать Ромка -Ну, вот тогда тебе будет легко это сделать, - ответил Виталик, ухмыляясь -Да ты не понял, - проговорила Женька, - ему просто дедушку жалко. Наш Ромочка такой чувствительный, да? Рома вспыхнул. Если бы его обвинял Виталик или Тимка, то он нашел бы что ответить. Но Женечка, Женька, Женевьева-королева. Мечта всех наверное в их классе и не только в их. Такая вся пай девочка на вид, а на самом деле оторва еще та. Именно чтобы привлечь ее внимание хиляк Ромка пошел в эту компашку. И радовался когда понял, что он там нужен. Он был хоть и маленьким и несильным но очень гибким и мог проникнут туда, куда никто из компании пролезть не мог. Но все же…он никогда не воровал и не думал даже. Особенно обворовать безобидного кукольника, которого помнил так долго как себя, и на представлениях которого еще в детстве то плакал, то смеялся. -Да и денег у него наверное нет, - с сомнением произнес Рома. Ну не мог же он и вправду признаться что для него действительно как-то не правильно звучит идея не просто обворовать, а обворовать квартиру человека, пока тот в больнице с инфарктом. -Как же нет денег. Он и зимой и летом в таком ходит, что явно – особо не тратится. А на его куклах шелк да бархат., - проговорила Женька -А мне знакомый говорил, что там точно еще и настоящий жемчуг на наряде Пьеро. – поддакнул Виталик -Во во, - Женька встрепенулась, - это же каким шизиком надо быть, чтобы ходить чуть ли не в рванье, а на кукол жемчуг вешать? И на фига такому шизику деньги? А мы им применение найдем -В общем, решать тебе, - резко оборвал Виталик, - пойдешь – будешь с нами, а нет – больше к нам не суйся. Сказав это, Виталик поднялся с лавочки давая понять что разговор закончен. Женька поднялась тоже и прильнула к нему, скосив хитрые лисьи глаза на Ромку. Она явно смеялась над парнем. Этого Ромка уже не мог выдержать. -Я с вами, - сказал он

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Была уже ночь и в домах один за одним гасли огни окон. Компания из пяти человек осторожно пробиралась по улице частного сектора. Скоро она добралась до нужного дома. Окно квартиры, как и раньше, было открыто. Никто так и не подумал его закрыть. Это глазастая Женька заметила еще раньше, когда вчера проходила около дома. Там же около дома стояла скорая. Женька не постеснялась расспросить к кому приехали и почему. Девчонка она была бойкая, симпатичная, да и разыграть могла какое угодно чувство. В городе кукловода знали многие и поэтому в заботе Женки никто не увидел ничего необычного. Вот санитар скорой и рассказал, пока старика грузили в машину.

-В общем – вот окно. – сказал Виталик, ухмыляясь, - хочешь, лезь, хочешь нет. -У нас тут никто никого не принуждает, - поддакнул Стас, еще один член команды, высокий и плотный, уже в свои пятнадцать лет настоящий «шкаф». Ромка чуть слышно вздохнул. В конце концов он сам захотел войти в эту компашку и теперь отступи – ославят на всю школу трусом. Так что делать было нечего и Ромка полез в квартиру.

Внутри было темно и Ромке пришлось просто постоять пару минут, чтобы успокоить колотившееся сердце и привыкнуть к темноте. Не сразу он вспомнил, что у него есть фонарик. Ромка тихо засмеялся и включил свет. Они изучали планировку квартир в этом доме и он должен был быть в кухне. В кухне он и был. Чистая но старая мебель, древний холодильник, стол, стулья, чистая идеально плита печки. Мягкий уголок. Кухня вовсе не производила впечатление того, что тут живет богач. Ромка открыл холодильник – молоко, кефир, какой-то суп в кастрюле, пара шоколадок. Ощущая себя страшно крутым, он взял шоколадку и сняв обертку, засунул сладость в рот. Шоколад поразил необычной горечью и привкусом какого-то ореха. Ромка никогда такой не пробовал и что за орех тоже не смог бы сказать.

Он уже совсем не волновался когда проходил в комнату. Честно говоря показная бедность кухни даже обрадовала его. Значит может быть кукольник действительно небогат. А значит и воровать у него будет нечего. И он спокойно уйдет отсюда. Не став вором и одновременно не разочаровав ребят. Ромка опять рассмеялся. Все же Виталик при все его внешней крутости не очень умен. Ну кто бы стал оставлять настежь открытое окно на первом этаже в квартире, где есть какие-то ценности?

По плану он должен был дойти до входной двери и открыть остальным. Из кухни сразу же можно было выйти в коридор. А оттуда двери вели в комнаты и к выходу из квартиры. Ромка уверенно потопал к выходу, но сразу же остановился. Он заметил слабый голубоватый свет в одной из комнат. Дверь в неё была закрыта, но матовой стекло сверху позволяло увидеть свет. Сердце Ромки упало. Неужели кукольника выписали? И он дома? Или ..или ребята просто решили подшутить над ним, посмотреть, как он выпутается и этой ситуации

Первой мыслью Ромки было – бежать. Через окно на кухне, потому что никто в целом мире не заставил бы его пройти мимо комнаты откуда лился свет в входной двери. Ромка бросился на кухню, и удивительно как не на что не напоролся. Подбежав к окну он вновь остановился. Окно было закрыто! Но такого просто не могло быть! Ромка бросился открывать окно, уже не задумываясь даже о том, что его могут услышать. Но его ждал еще один сюрприз. Окно представляло из себя просто раму и стекло, без всяких намеков на щеколду, задвижку или что-то подобное. Ромка напряг память. Ведь раньше, когда он лез, окно было нормальным, ведь было же? Ромка посмотрел в окно, пытаясь выглянуть своих возможных товарищей. Но он никого не увидел. Двор дома был пуст. Значит, они и вправду обманули его.

Сердце Ромки затопила черная пустота. Так обидно было, что он даже забыл на время про странности с окном. И ведь эти гады сидят где-то сейчас и смеются на ним. Над тем как провели лоха. А он-то и вправду лох. Обиднее всего было осознавать что Женька тоже смеётся сейчас над ним. И о чем он вообще думал? Что она вообще согласиться хотя бы благосклонно на него посмотреть? Идиот.

Но обида обидой, а делать что-то было надо. Ромка встал и чуть пошатываясь вышел их кухни. Он уже не хотел даже думать о весьма странном окне. Обида настолько сильно на него обрушилась что растопила страх, да еще и не позволила талым его остаткам вновь собраться во что-то более менее достойное настоящего чувства. Ромка решил что пройдёт по коридору к двери и откроет ее. Если получиться. А если нет…если нет, то он во всем признается. Сейчас у парня было такое состояние, что его уже ничего не волновало в его будущем.

Но все же проходя мимо комнаты из которой лился свет Ромка как-то поджался – сработал видать инстинкт самосохранения. Он пригнулся, и прополз под матовой стеклянной вставкой .

Вот и дверь. Ромка протянул руку чтобы открыть, но тут услышал музыку. Парень затравленно обернулся. Тишина. То есть. Вокруг была тишина. Музыка играла в его собственной голове. Это было похоже…как будто вспоминаешь и проигрываешь у себя в голове какую-то мелодию. Только эта музыка звуча ярче и насыщеннее. Четче и настойчивее. И Ромка вовсе не слышал ее никогда. Он мог в этом поклясться, что никогда не слышал ничего подобного. Он даже не мог точно сказать, что за инструменты там были. Вроде что-то струнное, легкое. И может, рожок? Ромка не знал.

Он сам не заметил и не понял, как очутился у двери в комнату с загадочным светом. Осознание вернулось как раз в тот момент, когда он уже протягивал руку к ручке двери, чтобы ее открыть. Ромка отдернул руку и отскочил от двери, непонимающе смотря вперед. Сердце вновь начало колотиться от страха. Он должен был сейчас же повернуться и уйти. Должен был. Но ноги словно приросли к месту и он не мог двинуться. Назад. А вот вперед вполне.

На этот раз осознание пришло когда Ромка уже входил в комнату. Но отпрыгнуть он уже не смог. Зрелище, представшее ему, было уж совсем необычным. Большая метров двадцать комната тонула в мягком синем полумраке, но источников света не было видно. Казалось светиться сам воздух, в центре комнаты. По-над стенами стояли шкафы похожие на книжные а к шкафам были придвинуты диваны. И все пространство – полки шкафов, диваны, было занято куклами. Марионетками которые все как по команде смотрели в середину комнаты, где находилась импровизированная сцена, представлявшая из себя круглый ковер.. Там происходило театральное действо. Несколько марионеток в роскошных средневековых костюмах играли какую-то сцену, неслышно, словно подчиняясь той самой музыке, которую слышал и Ромка. Играли! Сами. Без кукловода.

От кукол тянулись веревочки управления, но ваг не было видно. Присмотревшись. Ромка увидел, что несколько ваг( вага — инструмент, с помощью которого кукловод управляет марионеткой) просто лежат около «сцены». Крик застрял у Ромки в горле. Но он быстро осадил себя. Одни из марионеток продолжали играть, а другие смотрели, иногда лишь прерываясь на то, чтобы склониться головами друг к другу, словно что-то обсуждая. Может, пьесу? Ромку они не замечали. Даже когда одна из кукол проскальзывала взглядом по парню, ничего не случалось. Марионетка вновь обращалась к сцене. И он кажется совершенно спокойно мог развернуться и уйти. Что и нужно было сделать, конечно. Выйти. Но….что-то останавливало Ромку. Разум кричал ему что он должен уйти. Прямо сейчас Иначе…Иначе случиться что-то непоправимое. Но сила, которая была гораздо мощнее Ромкиного разума, говорила ему остаться.

Страх парня прошел полностью. Словно все что он видел было нормально и обыденно. И ничего странного в танцующих сами по себе куклах не существовало. Также как и не существовало ничего странного в марионетках которые как зрители, обсуждали эту пьесу. Ромка теперь с удовольствием и любопытством наблюдал, как дама и кавалер посреди комнаты танцуют под слышимую им музыку. Теперь эта музыка, которая слышалась в его голове стала громче и торжественнее. Она звенела и окутывала разум парня своими переливами. И Ромка, слыша ее чувствовал также некоторую сопричастность тому, что происходит на сцене. Это неожиданно польстило ему. Словно его приняли в члены какого-то элитного клуба.

Меж тем куклы прекратили танцевать и свет в комнате резко погас, погрузив все окружающее во тьму. Музыка тоже смолкла. Ромка на миг вновь осознал что тут происходит нечто странное. Неестественное и жутковатое. Нечто, что при этом грозит опасностью ему самому. От чего он должен бежать, пока. А вот что пока, Ромка не знал. Но то, что…

Свет зажегся на этот раз он был желтоватым. А на сцене появились другие марионетки. Ромка скосил глаза и увидел что игравшие недавно марионетки сидят на диванчике и смотрят на сцену. А на самой сцене уже были другие актеры. Ромка с удовольствием узнавал типажи. Узнавал . Хотя никогда раньше не интересовался театром и тем более не смог бы отличить одного персонажа от другого. Но он узнавал. Вот хохотушка хитрушка, Коломбина, а вот и веселый Труффальдино, который сам кажется никогда не знает, одурачит ли он кого-нибудь какой-то потрясающей проделкой, или сам станет одураченным. Впрочем, ему кажется вообще почти безразлично. Мудрость или глупость он надевает на себя как рубашку, и так же легко снимает, когда почему-то вдруг перемениться его настроение или погода за окном. Вокруг кого эти двое так пританцовывают? А, несчастный скуповатый старик Панталоне ? Ну этот всегда останется в дураках. Такова его судьба. Которую он впрочем почти всегда заслуживает.(Панталоне, Труффальдино, Коломбина— персонажи итальянской комедии дель арте, комедии масок. Изначально кукольные, после — разыгрывались в театре живыми людьми. У каждого персонаа свой четко определенный характер, паттерны действий и роль в пьесе)

Ромка с удовольствием смотрел пьесу. Теперь в его голове звучала не музыка, а диалоги. Четкие, хлесткие, пересыпанные искрометными шутками, разложенные на разные голоса. Иногда правда в мозгу пробегала мысль, что это все ненормально, так не должно быть, но эта мысль была такой слабой что Ромка не обращал на нее внимания. Он все больше увлекался пьесой. Пока вдруг не заметил, что говорит вслух. Он сам произносил все слова на разные голоса. Ромка испугался на пару секунд, но потом ему стало интересно. Он и не знал, что его голос на такое способен. Он рассмеялся в очередной раз за Коломбину и только тут заметил что уже стоит совсем близко со сценой и …да, он держал в руках ваги.

Сначала они показались парню ужасно неудобными, к тому же Ромке приходилось постоянно их менять – ведь персонажей- то больше двух, но руки как-то сами быстро приловчились и скоро он уже с удовольствием играл. Нити от ваг протянулись к марионеткам и теперь куклы уже не двигались сами. Ромка в упоении двигал их. Он улыбался до ушей и был невероятно увлечен. На самом деле он никогда раньше не чувствовал такого увлечения и интереса, такого включения в процесс. Такой радости от того, что он делает. Он вновь хотел рассмеяться но не смог. Не смог и закричать и даже что-то сказать шепотом. Страх вновь пополз по венам, но …Ромка улыбнулся. Какой голос? Он ведь отдал его марионеткам. У него теперь нет голоса. На минуту Ромке стало обидно и грустно. Но лишь на минутку. Да к черту этот самый голос.! Оно того стоит. И разве он не может говорить? Может, просто теперь он будет говорить через кукол. Только и всего.

Ромка вложил в уста Коломбины очередную хлесткую фразочку и рассмеялся ее заливистым смехом. Всё было просто прекрасно.

Он не помнил сколько играл с марионетками, но он сыграл не одну пьесу – кажется все марионетки хотели пройти через его руки. Руки их нового господина и раба. Ромка покатал в сознании эти два казалось несовместимые слова. И ему понравился как их вкус, так и такое странное их сочетание.

Он еще играл, когда дверь в квартиру отворилась и в коридоре послышались шаги. Он играл когда в комнату зашел кукольник. Ромка лишь поднял голову на минуту. И учитель с учеником впервые посмотрели друг на друга.

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

-Ну и где он, -Женька начала волноваться. Ромка должен был залезть в окно и потом, открыв дверь квартиры подать им знак фонариком. Но Ромка не появлялся уже с полчаса. Ребята стояли и ждали хотя нехорошие предчувствия появились у всех. -Может что-то случилось? – Женька вновь начала подвывать -Что могло случиться, - болезненно сморщился Виталик -Может он ногу сломал или…шею, -ухмыльнулся Тимур - самый молчаливый член их команды. И самый неприятный. Даже Виталик, будучи лидером группы, кажется побаивался этого малозаметного невысокого коренастого парня с узкими щелочками полуазитских глаз. -Так надо… - начала было Женька -Что надо? – буркнул Виталик -ну войти . У тебя есть отмычки? – спросила женя -Нет, -ответил Виталик. -А даже если бы были. –вновь хищно усмехнулся Тимур. – кто знает. Может сейчас наш дорогой Ромочка отчитываться перед дядей кукловодом. И они только и ждут нас. -После инфаркта так быстро домой никто не отпустит. – заявила Женька, - что-то с Ромой. Мы должны Виталик лицо которого все это время выражало сложный мыслительный процесс, вдруг резко развернулся к Женьке и сказал , почти прошипел -Мы ничего не должны. Он сам туда полез и если что-то себе свернул тоже сам виноват. Ясно! Сейчас все по домам. Нас здесь не было. Мы все спокойно в эту ночь спали. -Но. –начала было Женька -Мы! Все! Спали! – уже зарычал Виталик. Когда он переходил на такой тон. То спорить с ним было бесполезно. За неповиновение он мог прибить. Сильно. Даже Женьку. А то и придумать что-нибудь более мерзкое или стыдное. Не сам – Тимур в таких случаях помогал. А у Тимура фантазия работала преотлично когда речь шла о том. Чтобы по-настоящему унизить или сделать больно. Женька замолчала. -И чтобы никому не смела рассказывать, поняла? – вновь прошипел Виталик Девушка только кивнула.

Романа так и не нашли. Ни на следующий день, ни через неделю, ни через год.

А кукольник теперь стал приходить не один на свое обычное место. Его сопровождал парень лет 15-16. Он иногда участвовал в пьесе, иногда показывал пьесу сам, а его учитель наблюдал. Иногда просто смотрел. Все были уверены что кукольник растит себе смену. Просто удивительно было, где он и нашел такого же как он сам. Парень также был неразговорчив, открывая рот только за марионеток. Так же безучастен к окружающим. Но когда он играл пьесу, его лицо преображалось так же сильно как и у кукольника. Поначалу нашлись люди, которые пытались обратиться в полицию. Ведь парень явно несовершеннолетний и явно не здоров психически. И вообще откуда он взялся. После этого обращения пару дней кукольник не появлялся. А потом опять пришел на свое же место в урочное время вместе с парнем. Пытались еще пару раз обратиться в полицию, но неизвестно почему Кукольник все же продолжал появляться вместе с парнем. Постепенно люди привыкли к новому кукольнику и даже начали признавать что с ним пьесы стали еще более динамичными и непредсказуемыми. Все новое всегда более привлекательно.

Было еще пару раз, когда помощника кукольника какой-то человек принимал за кого-то своего пропавшего. Но каждый раз люди были вынуждены признавать что ошиблись. И юноша вовсе не их пропавший близкий. Хотя похож чем-то неуловимо. Похож. Но не он. К сожалению.

Так что постепенно жизнь вошла в свою колею. И когда однажды молодой кукольник появился на своем пятачке один и молча стал вынимать кукол, люди повздыхали. Но в общем никого это особо не удивило. Поохали, пообсуждали, что видать старик чувствовал приход Безносой, во и выбрал себе продолжателя и обучить его успел. В общем…что поделать. Жаль старика, Забавный он был. Но смерть такая штука – никто еще ее не избежал.

А молодой кукольник даже лучше старого. И делом увлечен. Вон как глаза горят. Когда пьесы играет. Да и голоса такие у марионеток теперь красивые – прямо заслушаешься.

Тварь из зеркала

Сколько себя помню, я всегда боялась зеркал. Не знаю. Объяснить не могу почему. Просто боялась и все тут. В детстве устраивала настоящую истерику, когда меня подводили к зеркалу. Потом конечно, пришлось себя перебороть – ведь есть вещи, которые девушка точно без зеркала сделать не может. Да и в нашем мире везде зеркала – в машинах, в торговых центрах, в фойе и туалетах ресторанов, кафе, кинотеатров. То есть контакта с отражением, живя в современном городе избежать все равно не получиться. Правда, страх перед этими посеребренными поверхностями так и не прошел. Мне лишь удалось загнать его куда подальше, в самый далекий уголок сознания или подсознательного или куда там его еще можно загнать. Но никто в целом свете не заставил бы меня, например, поставить хоть маленькое зеркало в свою комнату или посмотреться в его поверхность в темноте или полутьме. Да даже на свету каждый раз, когда я смотрелась в зеркало, то был опыт преодоления самой себя.

Подчас, когда я занималась перед зеркалом своими делами…теми, которыми необходимо заниматься перед зеркалом, я иногда краем глаза замечала, будто кто-то пробегает за моей спиной. Или словно стоит, колышется какая-то тень. Иногда такое бывало, когда я проходила мимо зеркала – неважно, было ли это зеркало домашнее или, например, в торговом центре. Мне пришлось долго учиться не вздрагивать в таком случае, но это не всегда получалось. И иногда я, наверное, выглядела как полная идиотка, когда вдруг резко останавливалась и оборачивалась с полными ужаса глазами. Удивительно что к моим годам еще никто ни разу не вызвал санитаров. Конечно, никого я не видела, как бы быстро не оборачивалась. И да, бывали и у меня мысли пройтись к врачу специфическому, занимающемуся копанием в мозгах и этих самых мозгов наладкой. Но врачи эти пугали меня еще больше, чем зеркала.

В конце концов, я уже смирилась со своей манией, насколько можно было с этим смириться, и вроде бы все было неплохо. Оставалось только соблюдать некоторые правила. Например, не входить в комнату с отражающими поверхностями, когда темно. У меня всегда с собой был сильный фонарик. С ним было страшно, но не так сильно, чтобы до икоты или потери сознания. Словно часть меня знала, главное – не темнота. В моей комнате вообще не было ничего, что могло бы давать отражения, даже телефон я клала на ночь экраном вниз. Ну и конечно я старалась как можно реже смотреться в зеркало – только по необходимости. Не могу сказать, что мне было сложнее, чем остальным людям. Я ведь к этому привыкла и как иначе жить просто не знала.

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

-Так ты идешь? – нетерпеливо спросила Ольга

Марина задумчиво переминалась с ноги на ногу. Сегодня она проспала и не успела позавтракать, а есть хотелось как назло просто зверски. При этом день обещал быть длинным. Но сломался один из двух лифтов. Именно на этом лифте она ездила с 20 этажа на второй, чтобы перекусить. Конечно, был еще один исправно работающий лифт. Но Марина просто не могла им пользоваться. Первый лифт обладал приятными глазу Марины матовыми стенами, ни одной отражающей поверхности. А вот второй, грузовой лифт. По его стенам шли зеркала. Непонятно почему сделали именно так, почему убранство лифтов так разнилось. И зачем зеркалами решили убрать именно грузовой, хотя по всем правилам логики если в каком лифте и хочешь поставить зеркала, то нужно это делать в пассажирском, а не грузовом. Коллеги Марины женского, да и что греха таить, мужского пола обожали второй лифт. Часто они поправляли последние корявости в утренней внешности, пока добирались на этаж. Да и не только коллеги Марины. Грузовой, хотя и поднимался медленно, подобно старику, которому уже некуда спешить, при этом пользовался успехом у сотрудников центра. Марина даже среди людей не хотела бы быть окруженной зеркалами. Она никогда не пользовалась этим лифтом. Но сейчас скакать по этажам было бы наверно нереально, особенно если учитывать что сегодня как назло она надела шпильки.

- пойдём, - настаивала Ольга. Лифт уже пришел и мягко распахнул свои объятия, за которыми начинался извечный кошмар Марины. Никто из ее коллег и друзей не догадывался об ее маленькой «особенности». И девушка бы не хотела, чтобы кто-то догадался. В лифт набилась уйма народу, и Марина, просто не веря своей смелости, все же зашла в лифт. Надо сказать, она в достаточной степени на себя обозлилась. В лифте девушка тут же оказалась зажатой толпой где-то в центре маленького помещения.

«Ну вот и чудно» - подумала Марина. Тут я даже не увижу эти гребанные зеркала. Двери закрылись и лифт поехал. Сердце Марины колотилось так сильно что наверное было слышно остальным людям в лифте. Но судя по их лицам – ничего подобного. Постепенно Марина и сама успокоилась. Она старалась попросту не встречаться взглядами с зеркальными двойниками, да это было и не трудно. Марина была невысокого роста, и заглянуть через плечи и головы окруживших ее людей было бы непросто. Иногда правда проскальзывала в глазах зеркальная грань, но в лифте были незнакомые люди, которых она не так уж и разглядела, поэтому откуда бы Марина знала соответствует ли отражение их действительности. Да она и не хотела знать. Постепенно сердце перестало биться как сумасшедшее и она совершенно спокойно доехала до второго этажа. Двери открылись и люди направились к входу. Марина вместе со всеми. Но на выходе из лифта девушка почувствовала, будто что-то держит ее. Она обернулась, чтобы увидеть, за что это она так зацепилась и в ужасе отскочила от дверей лифта. Сейчас ее никто и ничто не держало. Марина села прямо на пол.

-Марин, ты чего, - Ольга же подбежала и присела на корточки рядом с подругой.

-Да так…ничего, просто голова закружилась, - отнекивалась Марина. Ольга только головой покачала. Она помогла подруге встать и буквально повела ее по коридору. При этом неумолчно болтая о том, что вот сейчас поедим, а потом может и лучше Марине домой отпроситься? Марина шла, будто ничего не слыша, словно автомат

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Это был он. Теперь я вспомнила. Это точно был он. Или она. Именно это существо смотрело на меня из зеркал раньше. Именно его присутствие я чувствовала. Давно, в детстве. Тот страх, который я испытала …это было что-то….это был ужас ни на что не похожий. И я тогда забыла, лишь всегда боялась зеркал, видать подсознательно память все же прорывалась. Это существо…скорее всего все же он – бледное лицо с черными губами и синими глазами , тонкое и худое. Оно хотело забрать меня…куда, я не знала и не хотела знать. Но с каждым моим взглядом оно было все ближе. Как я могла о нем забыть!? Все эти силуэты, которые я иногда видела за своей спиной. Это тоже он? Не знаю. Но сегодня я его увидела вновь, когда обернулась, не думая обернулась и уперлась взглядом прямо в зеркало. А оттуда шел он. Оно…Или он? Почему же все-таки возникает образ мужчины?

Даже не знаю, как я отработала этот день. Наверное, коллеги заметили, как я все время оборачиваюсь и вздрагиваю в ответ на каждый шорох. Никто ничего не сказал, но все же. Шла домой тоже как в полусне, чуть под машину не попала. Водитель вовремя остановился. И даже не поленился выйти из машины и назвать меня то ли овцой, то ли курицей – я даже не разобрала, в таком тумане была.

Когда я пришла домой, то первым делом занавесила и поставила к стенке лицом все зеркала. Наверное, это неправильно, но я ничего не могла с собой поделать. Потом я еще походила немного по комнате, пока наконец не упала на диван в буквальном смысле этого слова. Не знаю, какое наитие заставило меня вдруг сесть спокойно и закрыть глаза. А потом представлять, или вспоминать это странное существо. Мне было страшно. Не просто страшно, меня сковал настоящий ужас – только теперь я поняла окончательно, что значит эта заезженная фраза. Но при этом мне было ужасно любопытно. Странное сочетание – ужаса и ужасного любопытства было поистине…странным. Но оторваться я не могла. Даже когда в сознании стал формироваться внутренний образ того самого существа. Никакое это не оно оказывается. А просто парень в черном плаще с черными волосами и с макияжем слишком уж готичным. Точнее даже нет, не готичным. Парень явно старался быть готичным, но его образ выглядел смешно. То ли перестарался, а может не достарался. В общем…ничего страшного, если это и был монстр то какой-то странный и вызывающий жалость. К тому же…Ну кто всерьез может воспринимать монстра, который выглядит как прыщавый подросток, печальный и с неаккуратным гримом? Да еще и взлохмаченный как попавший под дождь воробей? И вот этого я боялась? Всю жизнь? Из каких глубин подсознания я вообще выцепила это готишное чудо? Увидела что-то подобное ребенком, впечатлилась. А потом, испугавшись по-детски каких то шорохов или теней стоя перед зеркалом, так и запечатала этот страх? С зеркалом его сцепила так что и не отодрать. Уже и не отвечу на этот вопрос, разве что под гипнозом Я открыла глаза и улыбнулась. Страх остался, но сейчас это было что-то вроде послевкусия. Я хотела тут же открыть все зеркала и повернуть остальные зеркальной поверхностью ко мне. Но Я так устала. Ладно. Завтра пятница, с работы приду пораньше и тогда займусь. Ну в субботу точно

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

-Ты сегодня необычайно веселая, - сказала Ольга одобрительно

«Так ведь пятница же» - хотелось ответить Марине, но вспомнила вовремя, что раньше она как раз в пятницу была не в пример спокойна и тиха по сравнению с коллегами. Да, пятница, да конец рабочей недели. А дальше отдых. И квартира, в которой она одна с зеркалами. Это если не удастся куда-то поехать с знакомыми. Но это удавалось редко, причем из-за Марины, которая не любила шумные компании. Она предпочитала бы как можно больше времени проводить в одиночестве, если бы не зеркала. Хотя к зеркалам девушка постепенно все же привыкла, и жить одна с ними тоже. Вот только особой радости коллег по поводу пятницы так и не разделяла. Опять просто по привычке. Но сейчас у девушки были причины если не радоваться, то чувствовать себя гораздо легче, чем обычно. Не каждый день удается сбросить с плеч такой груз. Ведь давил она на эти плечи столько лет. Не самые широкие и сильные в мире плечи, надо сказать. Но даже Ольге Марина не могла объяснить некоторые вещи. Поэтому просто что-то там рассказала, но Ольга ей не поверила. «Наверняка она подумала, что у меня появился мужчина» - решила Марина, когда уходила с работы, - «вот теперь обиделась, что я ей ничего не рассказала»

Марина вышла из здания центра и прищурилась, глядя на солнышко и раздумывая, а не придумать для Ольги красивую сказку о новом мужчине. Таком всем из себя принце чтобы в театр водил и цветы дарил. А через пару недель можно и «расстаться» Ибо «Вот козел, даже словом не обмолвился, что женат» Мысли текли медленно, и у Марины не было никакого желания ускорять их поток. Она в самом благодушном настроении добралась до дома. И первым делом все-таки убрала ткань со всех зеркал. А потом перевернула небольшие зеркала лицом к комнате – нечего им в стенки глядеть. Теперь хозяйка в них глядеть будет. Проделав все это Марина, уселась на диван. Чуть подумала и резко встав, прошла в ванную. Там в особом шкафчике хранилось все что нужно для задуманного девушкой сейчас. Марина с большим удовольствием вымыла зеркальные поверхности, да и рамы заодно. Зеркала стали сразу как-то глубже, но при этом светлее. Марина отложила тряпку и средство, помыла руки. И сразу же уселась перед небольшим зеркалом в светлой раме, которое она поставила на свой стол. Она представляла, как будет проводить за ним время. Как будет накладывать макияж уже не по-быстрому, а вдумчиво, пробуя разные вариации. И совершенно не бояться, что из зеркала на нее уставиться страшная рожа, или за спиной кто-нибудь пробежит. Забавно, но Марина даже не задумывалась, почему страх который преследовал ее всю жизнь вдруг ушел и не оставил после себя даже следа. То есть пару раз, конечно, задумывалась, но быстро гнала от себя эти мысли. Уж слишком было хорошо. Никак не хотелось расставаться с этим чувством облегчения, когда никого не нужно бояться в своей квартире.

Марина не знала, сколько вглядывалась в зеркальную гладь. Это было так интересно и необычно. Она впервые в жизни с детства рассмотрела свое лицо так внимательно. К счастью, никаких морщинок или пятен, а тем более прыщиков Марина не обнаружила. Так что ничего не испортило ей настроение. Почти ничего. Раздумывая о том, какие тени лучше всего сделать, чтобы чуть изменить привычный рабочий образ, Марина заметила боковым зрением едва заметное движение в зеркале позади себя, где то в углу комнаты. По привычке сердце сразу же резко забилось, но Марина неимоверным усилием воли заставила себя унять дрожь. Все. Финиш. Теперь это ее не напугает.

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Тень почти незаметно шмыгнула куда-то в угол комнаты. Словно. Словно человек, тонкий и высокий который резко согнулся в четыре погибели, сложился как подзорная труба и юркнул за штору. Штора продолжала колыхаться после этого, как будто ветер…хотя стоп. Ведь и вправду ветерок из окна дует. Уфф. Вновь отлегло от сердца. Я вздохнула. Еще раз глянула в зеркало, а потом на штору. Та ожидаемо перестала колыхаться. Ветер утих на улице. А в зеркале больше ничто и никто не отражался кроме меня и моей комнаты. Пустой, понятное дело, комнаты. Я чуть рассмеялась – неестественно немного и фальшиво, но все-таки это настоящее достижение. Теперь меня мой мозг не напугает. Ты слышишь, студень ты белый с извилинами – твои игры закончились. Так что хватит, ладно, я тебя раскусила.

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Марина рассмеялась и, повинуясь какому-то задорно-игривому чувству, наклонилась к зеркалу. Щелкнула свое отражение по носу. Зеркало отдалось легким каким-то серебристым звоном, а в руке возникло ощущение, будто Марина прикоснулась ко льду. Впрочем, ведь зеркала и должны быть холодными, разве не так? Тут зазвонил телефон, и Марина встала и пошла за трубкой. Она совсем не заметила, что зеркальная поверхность чуть заколыхалась, будто водная гладь. Но быстро успокоилась. Почти моментально

В субботу да и в воскресенье Марину звали друзья, сначала в клуб, потом еще куда-то…наверное тоже в клуб но другой. Марина ответила отказом, чем, кажется, обидела друзей. Ну и ладно, они же даже не понимали, какой это кайф - побыть дома одной и без страха. Половину субботы Марина вообще провела перед зеркалом, удивляясь как много можно заметить в себе, и как по-разному можно наложить макияж. Несколько раз она замечала вроде как неясное движение за спиной. Уже разу к четвертому смогла заставить себя не оглянуться. Оставалось только поздравить себя любимую с этим великим достижением на почве борьбы с собственной параноидальной шизофренией.

В воскресенье Марина решила сделать какой-нибудь сногсшибательный макияж, чтобы, когда придется, делать его быстро и не думать, о сочетаниях косметики. Марина с удовольствием сидела перед зеркалом. Девушка даже открыла окно позади себя, чтобы ветер шевелил шторой. Сама себе говорила, что так комфортнее, а не потому, что можно теперь любое шевеление шторы списать на ветер. Сколько времени прошло Марина не знала, да и не хотела знать. И вот снова она увидела, на этот раз очень близко от своей спины темную тень – плотную и похожую на силуэт человека – тут сложно было ошибиться. На этот раз тень вовсе не спешила никуда убегать. Она просто колыхалась за спиной Марины, словно в насмешку над девушкой. Марина осторожно приложила пальцы к голове и стала усиленно массировать виски, закрыв глаза. Это все нереально. Это опять шутки моего разума. Девушка начала говорить это вслух, она повторяла и повторяла две фразы как заведенная.

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

-Это все нереально! Это шутки моего разума!

Кажется, я все громче и громче выкрикивала эти слова, пока мене не оборвал грубый голос, идущий из моей же головы «Заткнись!». Я открыла глаза. Я снова смотрела в зеркало. Темнота нависала над моим отражением, почти касаясь. Темнота, отдаленно напоминающая человеческую фигуру. Господи, как же страшно! Страшно и обидно! Неужели это все неправда, и я сама себя обманывала? Я – сумасшедшая? Но почему? Зачем эти дни? Кто пытался меня обмануть – я сама или кто-то еще? Я вспомнила, как боялась в детстве заглядывать в зеркало. Ведь с каждым моим взглядом темнота подходила все ближе. И теперь…О! Я сама, собственными руками, собственными мозгами позволила ей подобраться совсем близко. Я не могла заставить себя оторвать взгляд от отражения, вцепилась в него будто это моя последняя надежда. Хотя почему будто. Откуда я знала, что стоит мне повернуться чтобы посмотреть действительно ли кто-то стоит за моей спиной…И вся эта тьма обрушиться на меня. Не на мое отражение, на меня настоящую. Безумие? Да, возможно, но не более чем все остальное в последнее время.

Как-то боком мне удалось слезть с кресла и проползти пару метров от зеркала, не видеть отражение. Только не видеть отражение! Последнее что я заметила в зеркале это то, как там появилась физиономия моего готишного демона. Но на этот раз он уже не вызывал смешанного чувства жалости и смеха. Белое лицо исказилось в хищной маске, показав острые нечеловеческие зубы в плотоядной ухмылке, а глаза были заполнены чернотой. Не было ни белка, ни радужки – сплошная тьма.

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Разумеется, в комнате никого не было. Ни одного силуэта, а солнце разгоняла всю темноту даже в углах. Марина позволила себе передохнуть. Какая же она была дура! Так позволила себя провести. Как элегантно действуют зазеркальные мошенники. Позволили ей поверить, что их не стоит бояться, а сами -то ..Воспользовались тем, что она вновь стала смотреть в зеркала, вновь открыла им дорогу. Каждый ее взгляд в отражение – один шаг неведомого зла, что по каким-то причинам хочет ее забрать. И как много шагов она позволила им сделать в последнее время! Марина вздохнула и бросила взгляд наверх. Она видела лишь краешек стола. Теперь главное не встретить в зеркале свой взгляд. Никогда, ни за что. Ибо ИМ осталось сделать только последний шаг. Она понимала это еще ребенком. Тогда не могла облечь понимание в слова и просто научилась бояться зеркал, не понимая. А теперь. Марина судорожно вспоминала, где еще в ее доме есть зеркальные поверхности и прикидывала как она может закрыть их, не глядя на себя. Сначала нужна была ткань. Можно было, например, взять палку с крючком, у Марины была такая. Если на нее умудриться повесить ткань, а потом осторожно повесить ее на зеркало. Главное не разбить. Да и с остальными зеркалами справится, если подумать. Марина была уверена, что только ее взгляд в отражение открывает дорогу. Когда зеркало видит ее саму, все в порядке. Так что в случае чего можно и глаза закрыть. Это конечно будет куда как страшнее, но других вариантов Марина не видела.

Немного посидев и переведя дух, Марина решила приступить к выполнению плана. Что удивило саму девушку – план ее удался полностью. Ей удалось закрыть какими-то тряпками все зеркала в доме. Небольшие, закрыв, она вновь повернула к стене, дав себе слово выбросить их как только чуть чуть придет в себя. Всё равно смотреть в них она уже не сможет. Марина настолько успокоилась, что даже всплакнуть успела по поводу макияжа. Как она теперь вообще будет его делать? Но реальность не всегда соответствует нашим чаяньям. Марина была довольна уже тем, что не стала добычей зазеркалья. Она не хотела знать, что бы с ней случилось при таком розыгрыше обстоятельств судьбы. Хватало ей очень четкого чувства, что ничего хорошего от людей эти создания не хотят. Точнее не хотят ничего хорошего сделать с людьми. Всё, баста. Хватит полагаться на разум, учитывая каким он маленьким и слабым оказался. Нужно доверять чувствам. По крайней мере, в этом вопросе.

Усевшись в кресло, Марина бессознательно потянулась за сумочкой, где, как она помнила, еще остались сигареты. Она курила редко, но иногда ситуация просто требовала успокоиться, то никотин на девушку действовал лучше любого успокоительного. Не глядя особо, что она делает, Марина закопалась рукой в сумочке. Нащупав пачку, она потянула ее. Случайно, в руку впилось что-то острое. От неожиданности девушка вскрикнула и уронила сумочку, которая упав, раскрылась во всю ширь. Из нее выпало немало содержимого. Марина бросилась было собирать и похолодела. Из сумочки помимо духов и помады выпало маленькое зеркальце. Марина сам купила его в каком-то переходе в четверг, празднуя свое «избавление» от страхов . Зеркало не закрывалось и сейчас оно упало зеркальной стороной вверх, весело поблескивая. Марина оторопела всего лишь на секунду. А потом бросилась прикрывать зеркало ладонью. Но не успела. Один только взгляд и она увидела свое отражение. Часть отражения но, похоже Им этого хватило вполне. Марина застыла в нелепой полусклоненной позе. Она не могла пошевелиться. А из зеркала медленно, как-то царственно, вытекала тень, становясь все более объемной, все более обретая схожесть с человеческим силуэтом. На этот раз перед Мариной стоял уже не тот жалкий немного мальчик которого она увидела в первый раз закрыв глаза. Не то, похожее на демона существо, которое она увидела в зеркале недавно. Парень был похож на обычного человека, старающегося ничем не выделяться из толпы. Разве что кожа слишком уж белая, да синяки под глазами, да одежда черная абсолютно. Так это бывает, ничего особенного. Глаза разные – черный почти и синий – ну так тоже бывает. Даже как-то называется это явление. В общем, ничего страшного в парне не было. Но Марине было страшно. Она смогла лишь разогнуться и встать в полный рост. Парень подходил к ней как в странной съемке или как на большой глубине – медленно, словно преодолевая сопротивление. Да и все вокруг стало каким-то…необычным. Словно время не остановилось, а просто пошло раз в пять медленнее и все звуки окружающего мира кто-то обернул несколькими слоями ваты. Как и саму Марину. Девушка физически чувствовала что воздух будто мягко поддерживает ее, и она если захочет, сможет просто опереться , упасть назад. И тогда будет медленно, медленно падать на спину, словно через слои и слои чего-то мягкого. Всё это длилось недолго. И придя в себя, Марина завизжала и бросилась бежать, не разбирая пути. Она ударилась головой о косяк и споткнулась обо что-то. Упав, почувствовала резкую и сильную боль в ноге. Завыв, Марина стала отползать от парня, не спуская с него глаз, в которых плескался ужас. А тот все подходил, улыбаясь самой безмятежной улыбкой.

-Не подходи, пожалуйста. Оставь меня, - прошептала Марина

А парень подошел и сев рядом на корточки, коснулся ее. Всего лишь коснулся. Марина вновь застыла на минуту. А потом вскинула на парня глаза, в которых мигом высохли слезы и уже не осталось страха. Запрокинув голову девушка рассмеялась. Вместе с ней рассмеялся и парень

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Это я!Я!Я! Как же легко! Я боялась тварей из зеркала! Но это я,я, я – тварь из зеркала!Монстр которого таким как люди положено бояться. Теперь я вспомнила все, вспомнила! И как так получилось? О! Как хорошо быть собой вновь. Как хорошо!

Мы разные, мы все разные в зазеркалье. Мы сильно отличаемся друг от друга.Люди даже и представить не могут что так много разных рас жить зная друг о друге и не мешать друг другу.

Тогда помню, мне очень захотелось есть. Тогда двадцать с чем-то лет назад по человеческим глупым меркам. И я нашла ее. Маленькая человеческая девочка. Такая забавная. В беленьком платьице, с синими бантиками. Я с удовольствием готовила ее. Её любопытство когда я появлялась в зеркале было вкусным. Её страх был еще вкуснее. Её ужас был восхитителен на вкус. Чистый ужас. Да, я ела ее день за днем. Её родители не верили ничему и считали, что дочь всего лишь требует внимания. Что же – такие родители просто находка для нас. Вообще-то мы можем есть и взрослых, но с ними обычно больше мороки. И вот я питалась. И никак не могла насытиться. Так вкусно! Я бы съела девчонку изнутри, что мне с того, что она бы сошла с ума? Но…однажды я перестаралась. Позволила себе выйти из зеркальной глади, чтобы получить больше пищи, больше ее сладкого страха. И…я не знаю, что произошло тогда. Как так получилось. Скорее всего слишком увлеклась пиршеством и запустила в ее разум всю себя, чтобы выедать его изнутри. Сначала все было восхитительно. А потом. Я не помню. Может быть…нет не знаю. Но ее душа …да не было больше у нее души. Я заняла ее место. Я помню, как кричала, стремясь вырваться, как цепко обхватили меня нити чужого , чуждого мне разума. Я кричала и билась в стены сознания, а мой возлюбленный, мой любимый, никак мне не мог помочь.

А потом, мы вместе с девчонкой уснули. Как я не сопротивлялась но сон поборол теперь мое тело. Когда я проснулась , уже не помнила о том, кто я и откуда. Помню, как тогда взглянула в зеркало и увидела искаженное болью лицо моего любимого. И как я отшатнулась в ужасе от него. Да, я испугалась. И отныне боялась зеркал, хотя потом забыла даже почему я их боюсь. А мой любимый все пытался вызволить меня из этой мерзкой и грязной тюрьмы. Он придумал трюк с отсутствием боязни и подобрал тот образ что так рассмешил меня. И у него почти все получилось. Но увы, он не сдержался и предстал передо мной слишком рано, чуть все не испортив. Ну да ладно. Теперь я свободна от этого мерзкого тела, от этой удушающей тюрьмы. Свободна и легка. Только очень хочется есть.

«»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»»

Тело Марины нашли во вторник. Нога девушки была подвернута, на голове шишка и несколько царапин на руках. Врачи констатировали остановку сердца. Ольгу пригласили в квартиру, чтобы она могла показать, не пропало ли что из вещей. Как близкая подруга Ольга была частой гостьей у Марины, а больше никто в квартиру девушки был не вхож. Родители жили в другом городе, и иных родственников Марина не имела. Ольга с трудом выдержала расспросы и собиралась уже уходить из квартиры, как вдруг заметила на столе зеркало. Рядом с зеркалом валялся кусок какой-то ткани. Видать по обычаю зеркало закрыли, но неловко, вот она и упала. Ольга заглянула в зеркало. Комната, отражавшаяся в нем, казалась гораздо мрачнее обычной.

Внезапно Ольга заметила боковым зрением, будто какая-то тень мелькнула сзади ее отражения и спряталась за шторой. Девушка вздрогнула и обернулась. Никого не было. Ольга пожала плечами и поторопилась на выход из квартиры. Оставаться здесь она не хотела уже через две минуты за ней закрылась дверь квартиры. Девушка вышла на улицу и достала зеркальце – еще там, в квартире перед настольным зеркалом ей показалось, что нужно подправить помаду. Девушка посмотрела на себя, подкрасилась и вновь вздрогнула. Она опять заметила в зеркале как сзади нее мелькнула какая-то тень. Ольга обернулась. Никого. Пожав плечами и списав все на стресс, девушка быстро заторопилась по направлению к станции метро.

Новый вид

Первое, что он вспомнил– голод. Странное, крайне неприятное чувство. Казалось, что нечто внутри него словно пытается высосать его изнутри, переработать, переварить, вывернуть наизнанку. Еле-еле удерживаясь на ногах, он оперся ладонями о стену дома, и тут же упал, чуть не сбив прохожего.

-Эй, ты че творишь?! – раздался возмущенный голос.

Кое-как приняв вертикальное положение, повернул голову к говорившему. Со зрением были явные нелады. Видел только фигуру. Плотно сбитую, в темной одежде. Парень? Мужчина?. Очень злой и еще какой-то удивленный. Потому что вокруг расплескивалась буквально волнами энергия ярко-красного, как кровь и темно-лилового цветов. Это сочетание цветов, вдруг показавшееся совсем тут неуместным, было просто тошнотворным. -Ты чего тут делаешь, наркоша? – нет, все же взрослый мужчина, не молодой. Хотя лицо все еще выглядело сплошным пятном, где сливались все черты. Мужчина уже бежал к нему, но тут, резко остановился. -Ты… - ярко-алая волна чужой ауры обдала его жаром, но тут же схлынула. А цвет вдруг стал светло-карамельным, кофе с молоком, с прожилками черного. Страх. Он не совсем помнил, что значит это слово, но знал – мужчина сейчас испытывает страх. И это мерзковатое чувство. Не такое неприятное, как голод, что никак не отпускает его, но все же…мерзкое. Он попытался сконцентрироваться и увидеть черты лица мужчины, хотя не понимал, зачем ему это было нужно. Но не успел. Потому что мужчина обернулся и побежал прочь, молча. И очень быстро. Его, впрочем, это не интересовало. О мужчине он забыл сразу же, как тот исчез из видимого пространства. Слишком уж был сконцентрирован на своих чувствах. Теперь к чувству голода прибавились еще и другие ощущения - его бросало из холода в жар. Хорошо еще, хоть зрение восстановилось, да и в ногах слабость вроде стала меньше. Чуть шатаясь, он пошел вперед по узкой улице между двух серых стен. На его счастье, он всегда мог облокотиться на одну из них. Скоро таким образом, очень медленно, но все же дошел до конца улицы – самые длинные улицы все же заканчивается, правда? Эта мысль показалась вдруг очень умной. Он улыбнулся через боль вызванную спазмами желудка. Когда он вышел на широкую улицу, к дороге, по которой пробегали вереницы машин, а по проспекту шли люди, он вдруг остановился и накинул на голову капюшон куртки. И не только физически. Он представил, как всю его фигуру закрывает некий кокон. Откуда он знал, что так станет незаметным? Он даже не пытался вспоминать, ибо каждое воспоминание приносило боль. Ему было совершенно наплевать на чувства людей, но он боялся, что цвета и сила эмоций страха опять вызовут рвоту. Чего бы не испугался этот мужчина, другие тоже могли бы испугаться. Особенно дети, которых, как назло, было много. Они гуляли с родителями по чистой широкой улице залитой солнечным светом. Он даже удивился – ведь вроде ему казалось, что был туман, какая-то серая хмарь. Или ему так казалось? В любом случае небо сейчас было чистым, а солнце светило вовсю. Что ему не особо нравилось, но сделать он с этим ничего не мог. Поэтому лишь шел по улице, не особо разбирая куда. Иногда где-то невдалеке появлялся манящий сладкий запах еды, но он почему-то твердо знал – сейчас нельзя. А можно….ну он, кажется, и шел к этому можно, ведомый каким-то непонятным инстинктом. Некоторые люди оборачивались ему вослед в изумлении, но его это не волновало. Небольшое пестрение цветов человеческих эмоций чуть раздражало и вызывало небольшую головную боль, но это было терпимо.

-Ты сегодня какая-то задумчивая, - сказала Ленка, откусывая мороженное. Знакомые никогда не понимали, как так можно, и зубы прямо у видящих сей момент сводило, но Ленка всегда ела сладость только так. -Просто видать, погода такая, - ответила Света, - да и вообще, не люблю весну. Погода непонятно как одеваться, под ногами хлюпает, грязные комки снега. Да и физическое состояние как-то не очень. -Ну все же весна – пора возрождения природы, любви, - почти пропела Лена Света скривилась -Не начинай. Ну какая, на фиг, пора любви? Кто это вообще придумал? Ну да – пора большого животного траха природы. Исключительно по причине того, чтобы успеть родить и подрастить потомство за сытые летние месяцы, дабы с голоду вместе с ним не помереть. Но мы же не звери. -Просто ты не романтик, - рассмеялась Лена -Да нет, - Света посмотрела на небо и прищурилась от яркого солнца. – вполне так себе романтик. Только летне-зимний. Ну, может быть, на крайний случай, осенний. Ленка ничего не сказала. Она только что доела мороженное и сейчас искала взглядом урну, чтобы выбросить обертку. Но нашла нечто иное. -Посмотри, - шепотом обратилась она к подруге -Что такое? – Света удивленно уставилась туда, куда смотрела сейчас Лена -Это парень. Какой странный, правда? – Лена уже говорила обычным голосом Света лишь пожала плечами. Ну да, немного странно было видеть в толпе парня который в такой солнечный день, надел капюшон кажущейся весьма теплой куртки. С другой стороны – а что тут особо странного – все же не лето на улице. Да и у каждого своя реакция на окружающую температуру. -Ну все же. – не собиралась сдаваться Лена. Она остановилась на пару секунд, провожая взглядом заинтересовавшего ее парнишку. В это время он как раз свернул на улочку куда-то между домов. Лена, более не колеблясь, сорвалась с места -Ты куда, - Света схватила подругу за руку -За ним. -Но… -Мне интересно, пошли… Света хотела что-то возразить еще, но глаза Ленки так горели, что она не решилась. Но и оставлять подругу в таком состоянии одну тоже не хотела. Поэтому пошла за ней. Все равно делать сегодня особо было нечего. А так – хоть какое-то приключение. Между тем, парень свернул на тихую безлюдную улочку, так что девушкам сложно было сейчас выглядеть как просто прохожим. Но Ленку уже не могло это остановить. Она упорно следовала за парнем, который даже не оглядывался. Солнце опять спряталось за тучи, и стало сразу же ощутимо прохладнее. А парень все шел, не сбавляя шага. -Может, окликнешь его? – спросила Света шепотом -И что? -Ну, не знаю. Спросишь что-нибудь. Скажешь, что заблудилась. -Это как-то Света вздохнула. Была у Лены такая вот особенность. Когда она сначала загоралась и смело шла на встречу приключениям, а потом как-то резко стухала и тормозила в сомнениях. А ведь на удивление Свете и самой стало интересно. Поэтому она, оставив подругу, чуть пробежала вперед, чтобы догнать парня, который был готов уже свернуть за угол длинного дома. -Подождите! – прокричала она Парень остановился. О не повернул головы. -Э..ммм…Вы местный? Вы не могли бы подсказать, как выйти в ближайшей станции метро? Мы заблудились. -Ближайшую станцию метро мы проходили пять минут назад, - голос был приятным, чистым и глубоким, мягким, но почему-то у Светы по спине пошел холодок. Страх. Самый настоящий страх она испытала и даже попятилась неосознанно. И лишь потом покраснела как рак, потому что до нее дошел уже смысл сказанного странным(теперь уже и она была уверена странным) парнем. Значит, понимал, что следят за ним. -Простите, - только и смогла из себя выдавить Света и тут парень обернулся и откинул капюшон.

То, что эти две следуют за ним, он понял сразу. Одна какая-то неопределенно смутно-фиолетовая с серыми прожилками. Совсем неинтересные цвета. Даже вызывающие раздражение. А другая – ярко-зеленая, светящаяся, как майская трава под солнцем. Да, это было поинтереснее. С таким можно поиграть Сейчас он окончательно пришел в себя и даже голод удалось заглушить. В предвкушении скорой еды. Он только сейчас вспомнил, что ему, собственно, и не надо охотиться. Ибо сам, словно растение пчел, он привлекает еду. Точнее, ее носителей. Правда все-же он еще видать не до конца разобрался со своими способностями и памятью. Потому что привлек сначала эту фиолетовую дрянь, а потом и майская зелень увязалась. Между этими двумя были какие-то отношения, привязанность. Впрочем, его это не особо раздражало. От надоедливой клуши всегда можно просто избавиться. В общем, он мог сделать все, что хотел и посреди толпы, но на это нужны силы, а он не хотел сейчас их тратить. Поэтому и увел девушек подальше от людей. Но люди теперь далеко. Те, кто рядом – скрыты стенами своих домов.

Света секунду смотрела на парня, совершенно не понимая, что происходит. Чувства ее словно раздвоились. Перед девушкой стоял невысокий худой парень, светло-русый, со странными глазами того цвета, который может быть серым, голубым или зеленым в зависимости от настроения, погоды, одежды их хозяина. Черты лица слишком тонкие, какие-то острые, словно созданные резкими нервными мазками, хотя и очень талантливого художника. В общем- обычный парень, ничего особенного. Но почему же тогда Свету буквально пронзил настоящий страх? Не страх – ужас сковал тело и душу. И вместе с тем, словно существовала вторая Света. Которая наблюдала за первой, скованной ужасом. И не понимала совершенно, чем этот ужас вызван. Никогда Света такого не испытывала.

Настоящая матрешка. Один цветовой контур внутри другого. Такое встречалось очень редко. На некоторое время он даже забыл, что вел эту девушку ради голода. Что касается второй дряни, то он уже избавился от нее. Легкий сигнал в сознание и цвета стали еще более мутными, а дрянь сжалась и ухнулась на тротуар. Она была жива, но без сознания. Только сейчас он обратил внимание на ее физическую оболочку. Так, ничего себе, смазливая. Только нос и чуть оттопыренные уши портили картину. Заодно решил поближе присмотреться и к физическому телу второй девушки, что так заинтересовала его. Обычно, на фоне цветов ауры, черты тел ускользали от него и даже если он видел их, то забывал через секунду. Хотя должен был признать, что вторая девушка была симпатичной. С высоким лбом , чистыми светло-зелеными глазами, чуть курносым носом и пухлыми губками, и при этом овальным лицом, обрамляемым очень темными волосами. Он даже почувствовал, что его начал донимать еще и другой голод. За всю свою жизнь он встречал лишь троих таких как он, но откуда-то знал, что у его ..расы? народа? животных не принято использовать добычу для удовлетворения двух своих столь разных позывов голода. Так что впервые с очередного пробуждения он задумался, а какой сейчас голод ему удовлетворить. Тот, что привел его сюда, или тот, что только сейчас начал поднимается из глубин подсознания. На всякий случай он все же накинул энергопуты на добычу, чтобы не посмела уйти, пока он будет решать, что с ней делать.

Света стояла не шевелясь. Внутри сознания был один ужас, все мысли кричали одно – беги! Но девушка застыла на месте. Она не чувствовала скованности или того, что не может двинуться. Нет. Это было иное. Она просто стояла и тупо смотрела на того, кого еще недавно приняла за человека. Мало того, она даже не закрывала глаза и моргать старалась пореже. Хотя зрелище вовсе не радовало. Но почему так происходит ней? Именно сегодня, когда у нее такое хорошее настроение было с утра. Когда наконец нашлось время встреьтиться с подругой, просто пройтись по городу, поболтать. И что теперь? Ужас стал чуть чуть отходить, уступая место другому чувству. Чувству безысходности. Между тем парень подошел – медленно, осознавая то, что жертва никуда не убежит. Он был выше девушки на полторы головы и ему пришлось наклониться, чтобы прошептать… -Ты не хочешь стать одной из? Это жутковатый шепот был последним, что услышала девушка. После этого она потеряла сознание, упав на асфальт.

Все. Он выбрал. Нет, он мог бы даже выбранный голод удовлетворить сейчас. Но почему-то ему вдруг пришла в голову фантазия немного поразвлечься. Поставить некий эксперимент и посмотреть, что будет. А может быть, им руководило еще и то, что даже ему было сложно переносить одиночество. Оставив девушку на асфальте, он несколько минут смотрел на нее. А потом, резко развернувшись, ушел. Его чуткое ухо уже слышало, что сюда идут люди. Они должны были помочь девушке, поэтому пришлось оставить их в покое и пойти на поиски другой еды.

Света очнулась в больнице. Их с подругой нашли прямо в переулке. Обе девушки были без сознания, хотя никаких повреждений. Кроме синяков обнаружено не было. Так и отпустили их, немного подержав в больнице. Конечно, за Светой потом долго наблюдали родители, таскали по врачам, но девушка чувствовала себя прекрасно. Только вот с Леной она рассталась. Вроде бы ничего особого, но девушки как-то отошли друг от друга. А еще Света никак не могла вспомнить лица того парня. Помнила, что оно было ужасным, но при этом заворожило ее, но что было в этом лице такого? Девушка не помнила. Время шло и врачи наконец отстали от Светы. А случай начал забываться, хотя иногда, особенно по вечерам, Света все также пыталась вспомнить лицо. Она никому не рассказывала о случившемся, и даже стала уже верить, что ей почудилось тогда. Прошло ее немного времени и Света стала замечать странные вещи за собой. Сначала у нее начали меняться ощущения, неуловимо, но все же. Поменялся вкус , осязание и обоняние. Некоторые запахи, которые она раньше ненавидела, теперь ощущались приятными и наоборот. Также и с вкусом. Света заметила, что зрение стало немного другим – более четким, что ли, да и слышала она теперь лучше. А еще она научилась, правда сама не знала как, буквально кожей определять, как к ней относятся люди. Человек мог говорить ей самые приятные вещи, но если Света не чувствовала легкого тепла на коже, она точно знала, что человек к ней равнодушен. Люди были разными – от кого-то веяло теплом, от кого-то всю кожу покалывало, приятно или нет, кто-то обдавал девушку холодом. Об этом она тоже никому не рассказывала, пытаясь найти ответ в интернете и в книгах. А потом пришел голод. Света хотела есть. Постоянно. Но уже после двух ложек любой еды она понимала – нет, это не то. Девушку начинало тошнить. Необычное чувство – одновременно тошнота и голод. Который становился все сильнее. Самое интересное, что внешне это никак не проявлялось. Света лишь немного похудела, но в принципе, выглядела также обычно, как и всегда. Но как же хотелось есть. Это случилось во сне одной ночью. В этом сне Света впервые в своей жизни оказалась не собой, а судя по всему каким-то хищником из породы кошачьих. Крупным хищником. Леопардом скорее всего, потому что она сидела на дереве, отдыхая. А потом пошла охотиться. Было ночь, и саванна. Она даже наслаждалась этим состоянием – полной готовности, словно сжатая в один комок, чувствующая добычу совсем рядом. Если бы не только проклятый голод, который портил настроение. И вот, несколько прыжков и она , одним укусом перебив хребет импале, вгрызается в сочное мясо. Нужно б отнести на дерево, но голод не дает и шага сделать пока. И лишь через некоторое время она замечает, что и не импалу –то терзают ее зубы и когти, а человеческое тело. С ужасом, словно зная, что она увидит, Света посмотрела на лицо, покрытое кровью, но все же узнаваемое -Лена, - она хотела выкрикнуть, но из горла раздался только рык. Света проснулась вся в поту, а сердце девушки бешено колотилось. Она помнила свой сон до мельчайших подробностей. А еще – она больше не чувствовала голода. Наоборот – приятную сытость. Конечно, это все был сон. Но Света решила позвонить Лене, с которой последний раз общалась месяц назад. Трубку взяла плачущая Ленина мать. И рассказала сбивчиво, что Лена умерла сегодня ночью. Во сне. Вот просто так здоровая девушка легла спать и не проснулась. Света не хотела сама себе признаваться, что случившееся было связано со сном. Но может быть, наконец успокоила она себя, может быть она просто интуитивно почувствовала смерть Лены и вот приснился такой сон. Правда это никоим образом не объясняло тот факт, что она перестала чувствовать голод, который столь долго терзал внутренности и сознание. Если бы только было с кем пообщаться, рассказать. Но Света не решалась А ее изменения, кстати, вовсе не закончились. И теперь сначала иногда, а потом все чаще и чаще стала наблюдать Света людей как огромные разноцветные коконы. Света знала об ауре, но никогда не думала. Что она может быть настоль разной и выглядеть настолько удивительно. И уж точно не думала девушка, что она просто так это все увидит. Поначалу подобное скорее мешало, чем помогало. Хотя и понимала, про что какие цвета говорят, хотя и не знала, откуда у нее такая информация. Просто сложно было не видеть за ними реальных людей. Правда иногда они появлялись, но лишь для того, чтобы вновь заменится на разноцветные коконы. Прошло порядочно времени, прежде чем она научилась более менее совмещать у себя в голове и видеть как людей, так и их ауры одновременно. Получалось не всегда. И опять Свете некому было поплакаться в жилетку. Между тем прошло пару месяцев и вновь появился голод, который в этот раз нарастал быстрее, чем в предыдущий. Света по-прежнему мало ела, поскольку пища все также была неприятна. Приходилось даже врать домашним о том, что она поела. А в снах…В снах она была то волчицей, то кошкой, то медведицей, всеми возможными зверьми-хищниками И всегда ей хотелось охотиться, только охотиться. Каким манящим был запах добычи, которая пару раз оказывалась совсем рядом! Как хотелось бежать, прыгать. Вгрызться в эту добычу, наполнить рот ее еще теплыми кровью и мясом. Света держалась два месяца. А потом не смогла. И будучи волчицей, поймала большого, жирного зайца. Правда уже прижав бьющееся тельце к земле когтистыми лапами, она вдруг пришла в себя, остановилась Отпустить? Нет, невозможно. Нет сил. А если. Света хотела лишь чуть, лишь немного крови, но не рассчитала, и отхватила всю заячью лапу, с удовольствием захрустев. Добыча была еще жива, но голод Светы прошел. Лишь самым мельком, перед тем, как проснутся, она заметила, как мордашка меняется на лицо. Она знала этого пацана – он учился в параллельном классе. Свете было не так просто узнать, что с парнем. Ни с кем из того класса она не дружила. Но все же она выяснила. Оказывается, тот сильно заболел. Даже лежал в больнице - никак не могли сбить температуру, а ведь поначалу казалось – простой грипп. Но скоро парень полностью выздоровел и также ходил в школу. Так Света узнала, что она может питаться – и не убивать. Теперь, когда голод становился невыносим, она шла на охоту во сне. Но ей было мало этого знания. Она хотела понять, почему все произошло с ней. Как? И сколько она не пыталась проанализировать ситуацию, приходил всегда к одному – та странная встреча. И тот парень. А значит – она обязана его найти. И уговорить сделать ее прежней. Не нужны были девушки ни красоты аур, ни сны-охоты. И света искала. И в реальности и во снах. Теперь она могла видеть в снах город или любое другое место. И знала, что это именно настоящий город, а не ее воображение. Она знала что теперь тоже отличается от обычных людей. Также как и тот парень. Вот только чем, никак не могла еще пока уловить. А еще они теперь были связаны неуловимой невидимой нитью. Это Света тоже знала. Но никак не могла настроиться на эту самую нить. Не знала Света только одного – ее тоже искали. И нашли.

Снова весна, такая же как тогда, с Ленкой, когда они свернули не туда. Или наоборот – как раз туда? Ну Лена-то точно свернула не туда. Сейчас, стоя как раз у того самого поворота, Света поймала себя на мысли, что спокойно думает обо всем этом. Даже шутит про себя. Странно. А раньше она бы была так спокойна о черного юмора, когда речь идет о знакомом? Света вдохнула теплый весенний воздух и серьезно задумалась. Может и внутренне она изменилась, стала более черствой, стала…менее человеком? Да нет, вроде она за собой этого не заметила. В сущности она и раньше была отстраненной, а Лену могла бы назвать своей единственной подругой. Родителей Света любила, но при этом отношения у них были спокойные,, ровные, но не так, чтобы поверять друг другу все, что на душе. Так что. Нет она не изменилась. Разве что стала воспринимать реальность более по-настоящему, так как теперь никто не сможет обмануть ее льстивыми улыбками и словами. «А зачем я вообще ищу того парня?» - подумала Света, - «Чтобы он отнял у меня способности» Девушка поежилась, словно от холода, подумав о том что снова окажется в позиции слепого щенка, не видя истинных лиц людей. Но тут же вспомнила свой голод, то, как она кидается за добычей, как хрустят кости на зубах. Это ведь мерзко, и ведь Свете поначалу тоже казалось, что это мерзко. Она прийти в себя не могла. Но вот теперь, после нескольких охот – нет, ничего мерзкого Света не ощущала, даже когда пыталась строить в сознании свой образ – с окровавленной мордой, или даже лицом . Губы улыбаются, кровь стекает по подбородку, глаза горят. -Ты действительно смогла изменится, - прозвучал совсем рядом спокойный мужской баритон. Обернувшись, Света увидела того самого парня. Правда, сейчас на нем не было куртки с капюшоном. Обычно лицо, с незапоминающимися чертами, коротко-стриженные русые волосы. Можно было бы не обратить внимание – таких парней тысячи. Если бы не глаза. Настоящий океан – бирюза, синь, глубина. В них можно было утонуть. Как она в тот раз не заметила, не обратила внимания. Как вообще смогла забыть такое лицо? И взгляд манил к себе. Было в нем что-то нечто такое, что невозможно было понять, но жутко хотелось. А аура этого существа. Темная бездонная синь и серебро, перетекающие друг в друга. Они медленно обволакивали всю фигуру парня, и Света только сейчас заметила, что ее аура бирюзовая. Точно такая же, каким был цвет глаз парня, когда они ловили солнечный свет. И в ее ауре тоже проскальзывала толика серебра. Забавно, как она не замечала раньше. Света не понимала одного – почему она тогда так напугалась? И что – ее тоже начнут пугаться люди? -Не волнуйся, - парень рассмеялся. Он, похоже, прочитал мысли Светы, - иногда случается, мы засыпаем. Не так, как ты обычно, по ночам. А когда нам угрожает опасность. Это случается очень редко. Тогда мы словно пропадаем из реальности. Не сыщешь ни тело, ни душу. А потом снова возникаем. Я проснулся слишком резко – ничего не понимал, не помнил, не смог замаскироваться. -То есть, я стану чудовищем? – Света реально уже содрогнулась -А сейчас ты человек? Особенно ночами? -Но.. -Не беспокойся, внешне ты будешь выглядеть также. Просто. Тут наверное, я не смогу объяснить, не знаю, есть ли в человеческом языке такие слова. Бывает так, что тебе что-то внушает просто дикий ужас? Хотя ты и не можешь найти логичные объяснения почему? Тут тоже самое -То есть. Люди будут от меня шарахаться? -Не знаю, - пожал плечами парень , - я встречался лишь с нескоькими представителями нашего вида. И никто и них не помнит, кем был. И был ли кем-то до превращения. Или таким родился. Но если так будет – я научу тебя маскировке. Света хмыкнула. А парень подошел чуть ближе. Света хотела отойти, но не стала. Похоже взгляд морских глаз гипнотизировал ее. -Я рад, - сказал парень, - я не был уверен, что поступил правильно. Сразу не удовлетворил свой голод и не пошел дальше. -Голод…Ты -Нет, не тот голод. Хотя тот мы тоже можем удовлетворять в реальности. Получается не так…неэстетично. Просто человек болеет или умирает и все. Хотя, надо признать, твой способ мне тоже понравился. Даже в голову не приходило. Буду знать. -Так что вообще. Что вообще мы едим? – этот вопрос мучил Свету несколько последних месяцев -Понятия не имею, - улыбнулся парень, - но это офигительно вкусно, ты не находишь? Света все же смогла отступить от парня -Я не монстр. Не сравнивай меня с собой. Я… Парень остановился, а потом резко, неожиданно рассмеялся, глядя на ошарашенную девушку. -Ты серьезно? - спросил он, когда смех прекратился, - если бы твоя душа не откликнулась, то что бы я мог с тобой сделать? Ничего! -Хочешь сказать, что я… -Охотница. Хищница, называй, как хочешь. Тебе нравится это, как и мне. Он подошел к Свете вплотную, и девушка почувствовала, как внизу живота рождается теплая волна, которая начала быстро распространяться по всему телу. -Мы похожи. И ты мне нравишься, - прошептал он в самое ухо Свете, - а я тебе? Света чуть не застонала и не смогла удержать свое тело, которое изогнулось в попытке прижаться к парню еще плотнее, ощутить его всей кожей. А их ауры стали сливаться в один кокон, который дрожал, переливаясь неземными красками. Парень обнял девушку, она ответила и на объятия и на последующие за ними поцелуи. Сначала нежные, словно украдкой сорванные с губ, а потом все более страстные. А после…после Свете было уже все равно, ее тело не подчинялось ей, да она уже и не хотела его подчинять. Они не остались там, на улице, конечно. Парень куда-то вел, и Света послушно шла за ним. Она помнила подъезд, комнату, кровать. И его. Точнее их, ставших сейчас единым существом. Существом, которое утопает в своем наслаждении, являясь одновременно слепым и видящим самые яркие звезды на небесном своде.

Когда все закончилось, Света осмотрела комнату, в которой не было ничего примечательного. Парень (теперь Света знала как его тайное имя, недоступное человеческому языку. Так и то, которым он пользуется среди людей), сидел на кровати. За все время после того разговора они не сказали друг другу ни слова. Но знали друг о друге больше, чем могли сами распознать в себе когда-либо. Света и не знала раньше, какие глубины скрывает ее сознание даже, не говоря о той части души, которая всегда была закрыта от разума. И при этом - она не чувствовала боли или стыда, или обиды. Разве что удивление. И она даже не могла бы сказать, интереснее ли ей было читать душу партнера или неизведанные доселе глубины своей души. В любом случае, она точно знала –ни с кем больше она не сможет испытать подобного.

Света мотнула головой и уставилась на парня. -Что теперь? – спросила она -Тебе решать, - сказал он, натягивая майку. -Я не могу. – ночью все было так просто и ясно, а теперь, при свете дня, когда они уже не составляли одно, к Свете вернулись предыдущие сомнения. Она испугалась. Да, теперь после этой ночи она была честна сама с собой. Она испугалась не того, что станет монстром – она уже монстр. Она испугалась неизвестности. Мира, в котором она будет практически одна. Хотя, разве раньше она не была одна. -Я должна подумать. – сказала она жалобно глядя на парня. -Думай, - пожал тот плечами, - когда надумаешь, скажешь. Теперь ты легко меня найдешь. Только, надеюсь, я не ошибся в тебе. Сказав это, он ушел из комнаты, а через минуту и верь квартиры хлопнула, оставляя Свету в одиночестве с собой и своими мыслями. Ей было о чем пообщаться со своим собственным Я. И она чувствовала – это будет долгое общение.