i sick you

Глава 1

Льдинка:

Пока. Ты очень интересный.

Люк:

Ты тоже. Пока.

Кирилл Соболев откинулся в кресле и расхохотался. Только что он разыграл в «ICQ» блестящий спектакль. На этот раз он перевоплотился в тихого скромного парня, мечтающего стать музыкантом, и неспособного ужиться со сверстниками. Судя по профилю, его собеседнице недавно исполнилось тридцать восемь, она работала психологом и увлекалась классической музыкой.

Кирилл выбрал образ наиболее точно. Психологи-женщины очень любили учить других жизни, поэтому потерянный, неспособный сориентироваться юноша являлся для них лакомым кусочком. Только вот советы этой тетки вызвали у него гомерический хохот. Когда она сыпала цитатами Карен Хорни, Альфреда Адлера и прочих, ее речь была еще адекватной. Но когда дело дошло до практики общения среди подростков, «Льдинка» начала нести невероятную чушь. Школа, где Кириллу в свое время довелось учиться, располагалась в весьма неблагополучном районе. Если бы кто-нибудь из учащихся там попробовал следовать ее наставлениям, то сразу попал бы в разряд жестоко травимых. И кто ее учил вообще? Создавалось ощущение, что детей и подростков она видела только на картинках.

Соболев кликнул мышкой и закрыл «ICQ». Он с детства любил перевоплощаться, разыгрывать роли, изучать людей. «Людовед», как прозвал его Антон Мирошенко, один из немногих настоящих друзей. Началось это еще в школе. Кирилл прекрасно находил контакты и с тихими «ботаниками», и с туповатыми качками старшаками, и даже с наркоманами-отморозками. К каждому человеку он находил свой ключик. Порой Кирилла увлекал даже не результат, а сам процесс общения.

В любовных играх он тоже проявлял не дюжие способности. Часто за один поход в ночной клуб он знакомился с таким количеством девушек, что наутро не мог вспомнить всех по именам. Что ж, многие «клубные тусовщицы» думали известно чем, а «присесть на уши» Кирилл умел. После школы пришел университет, но и здесь способности Соболева очень пригодились. Сдать автоматом зачет, ловко втеревшись в доверие к преподавателю, стать лидером в студенческой группе, охмурить самую красивую девчонку на потоке. В этом море Кирилл чувствовал себя настоящей акулой.

Еще ему нравилось общаться в интернете. Особенно с помощью программы «ICQ». В ней он мог полностью раскрыть свой талант. Социальные сети вроде «вконтакте» или «одноклассников» были неудобными, особенно когда ввели регистрацию по сотовому телефону. Кирилл искал разных людей и по-разному представлялся, для одних он был юным наивным программистом, для других крутым рокером или панком, играющим на «Фендере», для третьих академиком с большим стажем. Собеседники легко втягивались в эту игру, редко кому удавалось его разоблачить. Прежде чем войти в чей-то образ, Кирилл внимательно изучал информацию в интернете о роде деятельности и распространенных привычках тех людей, которых хотел сыграть.

Сейчас Кириллу захотелось установить еще один «ICQ-клиент» и завести новый аккаунт. Старый он решил использовать для общения с людьми, которых знал лично. Соболев запустил браузер, зашел в поисковик и уже начал набирать «ICQ-клиент скачать», как вдруг зазвонил мобильник. Кирилл быстро допечатал фразу, нажал «Enter» и схватил свой смартфон. «Тьфу ты, черт, опять эта дура», − подумал он.

С Ленкой Соболев познакомился в клубе «Ночной город». Серая, ничем не примечательная девушка, отнюдь не тусовщица, но и не домоседка. Только вот влюбилась в него до безумия. Названивает уже вторую неделю. Кирилл сбросил звонок и посмотрел в монитор. Оказывается, он опечатался, вместо «ICQ» в строке поисковика значилось «ISQ». Однако, «яндекс» не растерялся, в первом пункте уже горела надпись «ISQ – новый ICQклиент». Кирилл нажал по ссылке, на экране сходу показалось окошко с предложением скачать «экзешник». Соболев нажал «ОК», программа скачалась почти мгновенно. Он перешел в папку «Загрузки» и запустил ее.

К его удивлению, окно с установкой не появилось, «аська» запустилась сразу. Ничего особенного, обычное окошко с пустым списком контактов. Только странная надпись наверху «i sick you». Никакого запроса логина и пароля. «Наверное, устанавливается автоматически», − подумал Кирилл. Но не успел он открыть окошко поисковика, как на экране появилось сообщение.

Анна:

Холодно.

Кирилл быстро напечатал ответ.

Супер:

Привет. Ты кто?

«Ого! Эта аська еще и сама ник присваивает», − подумал он.

Анна:

А ты кто? Я тебя не вижу.

Супер:

Понятное дело))), я тебя тоже. Тебя Анна зовут?

Анна:

Да. А ты где?

Супер:

Дома.

Анна:

Тут темно. Холодно. Я одна…в пустоте.

«Ну все понятно. Очередная готка или сатанистка. Наверняка получила люлей от одноклассниц и хочет кому-нибудь поплакаться в аське. В игнор ее», − решил он.

Однако такой функции Кирилл тоже не нашел. Что же за «аська» такая?

Супер:

Не пиши. Я занят.

Анна:

Я не пишу. Я разговариваю. Ты сам заговорил. Только вот где ты?

«Чокнутая какая-то».

Супер:

Так не разговаривай.

Анна:

Ладно.

Кирилл решил поискать более интересных собеседников. Эти виртуальные нытики только настроение портили. Он открыл окошко поисковика и ввел в графу «пол» слово «женский». В этот момент появилось еще одно сообщение.

Сергей:

Мрази! Двуногие мрази!

Супер:

Привет. А ты кто?

Сергей:

Сергей.

Супер:

А меня Артем звать.

Сергей:

Ох уж эти людишки! От них один беспорядок.

Супер:

Да, бардака в мире хватает.

Сергей:

Цивилизация роботов была бы гораздо лучше.

«Еще один шизик. В этой программе все так прикалываются?».

Сергей:

Сегодня вот девку задушил.

Супер:

Чего???

Сергей:

Девку задушил. Бесят эти твари! Они вообще ничего не значат. Только орущее дерьмо из п..зд выдристывают да ноют! Мясо безмозглое!

Супер:

Слушай, псих. Иди-ка ты нах..й!

Сергей:

Тогда убирайся сам отсюда, тварь. Чего ты засел в моей голове? Сгинь с..ка! Порву тебя!

Кирилл закрыл окно сообщений. Да, веселая «аська» ему попалась. Интересно, эту программу по специальному каналу к психушке подключили? Он рассмеялся. Но, несмотря на смех, Соболев почувствовал легкий укол страха. Все эти фразы звучали не просто неадекватно, они буквально полыхали яростью.

Кирилл вернулся к окошку поиска. Он проставил галочку «online» и нажал кнопку «Search». Стрелка сменилась на песочные часы. Какое-то время программа выстраивала список контактов. Почему-то на них не было номеров, только ники, вернее даже не ники, а имена. Кирилл выбрал контакт с надписью «Алена» и два раза кликнул мышкой. Появилось окно сообщений.

Супер:

Привет.

Алена:

Губы. Губы. Губы. Губы.

Супер:

Как дел?

Алена:

Красные губы. Сочные. Он такой маленький. Ммммр.

Супер:

Ты о чем?

Алена:

Сыночек маленький губки сочные…укушу. Амммм! Аммм! Чего ты кричишь? Мамочка здесь. Мамочка тебя только куснет. Нежно-нежно.

Супер:

Да хватит уже бред нести.

Алена:

Губки! Ааам! Вкусно. Не кричи сынок, не кричи. Я тебя не обижу. Я и братика твоего покусаю. Мама всех любит одинаково.

Кирилл закрыл окно сообщений. «Хватит на сегодня неадекватов, так и самому свихнуться недолго», − подумал он.

Соболев закрыл «ISQ». Программа буквально ошеломила его, он решил показать ее знакомому программисту Антону Мирошенко. Часы на компьютере показывали уже полпервого ночи. Кирилл решил, что на сегодня бесед хватит, хотелось выспаться. Завтра придется сходить на первую пару. Преподаватель обещал поставить «автомат» всем, кто будет ходить на его лекции, а халявных зачетов много не бывает.

***

Кирилл парил в пустоте. В самой настоящей пустоте, что чернее космоса. Соболев поежился, было очень холодно.

− Мне одиноко.

Кирилл обернулся. Рядом с ним в пустоте плыла девушка. Блондинка с печальным вытянутым лицом, одетая в коричневую кожаную куртку.

− Анна?

− Да.

− Где мы?

− Я не знаю. Мне больно.

Кирилл никогда не был сентиментальным, но взгляд девушки выражал такую невероятную муку, что ему стало не по себе. В ее глазах читалась боль и обреченность.

− Холод и боль.

Тут лицо девушки начало меняться. Кожа стала приобретать мертвенно-бледный цвет. Кончик носа покраснел, затем почернел. На щеках появились черные пятна.

− Мне больно. Здесь только холод и боль, − продолжали шептать ее губы. − Холод и боль, холод и боль − все повторяла она.

Кирилл закричал…

…и резко проснулся. От страха у него похолодело в животе. Кирилл никогда еще не видел столь яркого сна. Обычно его сновидения наполняла несуразица, в которой иногда попадались знакомые лица. Но образ девушки был столь детальным, что Кириллу стало не по себе.

Анна. Он вспомнил собеседницу из «ISQ». Кирилл вытер холодный пот со лба. «Приснится же такое», − подумал он. Часы показывали полтретьего ночи. Вскоре Соболев уснул. Теперь уже без сновидений.

***

День не задался с самого начала. Мало того, что Кирилл проснулся совершенно разбитым и с дурным настроением, так еще подвернулся борзый студент, которому не терпелось устроить разборки. Этот придурок запустил в кого-то скомканной бумажкой, но попал в Кирилла. Он показал ему кулак и продолжил писать. На перерыве наглец подошел к нему устраивать разборки. Пришлось применить красноречие, прикрывшись некоторыми именами.

Преподаватель простудился и сильно хрипел, иногда Соболев вообще не мог разобрать, что тот говорит. Его не отпускало смутное чувство тревоги. Он никогда не испытывал ничего подобного.

Вдруг Соболеву показалось, что кто-то пристально на него смотрит. Он резко поднял голову и застыл от ужаса. На два ряда ниже его сидела Анна, девушка из сна. Ее руки непрерывно теребили ручку, а в глазах по-прежнему читались отчаяние и боль. Кирилл опустил глаза и съежился. Сердце колотилось в груди. Он сжал ручку так, что побелели пальцы. Соболев снова посмотрел в том направлении. Но Анна исчезла, на ее месте сидела некрасивая полная брюнетка в огромных очках. Остаток лекции Кирилл сидел молча и старался сосредоточиться на предмете.

Лекция закончилась. Соболев дрожащими руками убрал тетрадь в портфель и пошел в столовую. К кассе уже выстроилась длинная очередь. Знакомых в ней не оказалось, поэтому Кирилл решил пообедать в кафе, расположенном неподалеку от университета. Вдруг кто-то сильно хлопнул его по плечу. Кирилл аж подпрыгнул от неожиданности.

− Здорово, Кирюха!

Соболев обернулся. Перед ним стоял Ренат, парень с параллельной группы, здоровенный борец двухметрового роста.

− Здорово, Рена.

− Ты чего бледный такой? Болеешь что ли? Или наехал кто?

− Нет, не выспался просто. Лекция скучная была, чуть не уснул.

− А, ну ладно. Что на «посвящение в студенты» пойдем, первокурсниц цеплять?

− Говно вопрос, конечно пойдем. Ладно, Рена, я спешу.

− А, ну бывай.

«Подцепишь ты там кого-нибудь, как же», − усмехнулся про себя Кирилл. У Рены с девчонками постоянно не клеилось. Вроде парень крепкий, неглупый, на лицо ничего так, но вот язык вообще не подвешен. Даже познакомиться нормально не может.

Сейчас Кириллу хотелось одного – облегчить душу. Рассказать кому-нибудь о терзавшей его проблеме. Но кому? Ответ пришел сам собой. Все-таки приятелей всегда вагон и маленькая тележка, а настоящих друзей мало.

Весь день прошел как в тумане. Кирилл здоровался, общался, шутил, но не получал никакого удовольствия, делал все это почти на автомате. Страх терзал его изнутри. И наблюдательные недоброжелатели это заметили, он уже спиной чувствовал ухмылки старых завистников.

***

Наверное, во всем городе трудно было найти более разных людей, чем Кирилл Соболев и Антон Мирошенко. Дружить они начали еще в школе. Кирилл часто вытаскивал Антона из разных передряг, а тот, в знак благодарности, приглашал его к себе поиграть в компьютер. В те времена для большинства детей «триста восемьдесят шестой» являлся непозволительной роскошью.

Возможно, именно этот «пенек» и предопределил дальнейшую судьбу Антона, который полностью связал свою жизнь с компьютерами. Порой Кирилл завидовал его усидчивости. Мирошенко мог неделями не выходить из дома, занимаясь написанием программ или сборкой «железа». Он работал программистом-фрилансером, а временами подрабатывал ремонтом компьютеров или написанием курсовых и дипломов для нерадивых студентов технических вузов.

На первый взгляд, у них не было ничего общего. Но Кирилл понимал, почему они так дружны с Антоном. Для него Мирошенко был своего рода «будкой гласности», он мог говорить с ним начистоту, не боясь того, что сказанное передадут не тем людям. К сожалению, популярность накладывала и некоторые ограничения. Поговоришь с кем-нибудь откровенно, а потом такие сплетни поползут. Для Антона Кирилл являлся одной из немногих связей с реальным миром.

Кирилл знал, что эта странная программа «ISQ» заинтересует Антоху. Он сел за компьютер и включил обычную «аську». Старый друг-домосед, как всегда, был «online».

Люк:

Здарова.

Модемыч:

Прив

Люк:

Слушай, Тох, хочешь прикол покажу? Закачаешься.

Модемыч:

Давай.

Люк:

Лови прогу. Аська, но только странная какая-то. В ней психи одни общаются.

Модемыч:

Интересно. А что за психи?

Люк:

Погодь, сейчас логи скину.

Это Кирилла Антон научил. Соболев нашел папку «history» заархивировал ее и отправил по «аське».

Модемыч:

Хорошо, Кирилл, гляну.

Они еще немного поболтали, потом Кирилл попрощался и выключил «аську». У него возникла безумная мысль еще раз запустить «ISQ», но рука застыла, сжав мышку. Эта странная программа одновременно пугала и манила его, любопытство и страх готовы были вцепиться друг другу в глотки. Рука, державшая мышку, задрожала. Наконец, Кирилл все же запустил таинственную программу.

Ничего не произошло. Все тоже окошко с надписью «isick you». На этот раз никто ничего не писал. Кирилл закрыл программу и выключил компьютер.

***

Дул сильный ветер, холод обжигал кожу, снежинки впивались в глаза. Кирилл огляделся по сторонам. Он стоял у подножия огромной скалы, покрытой льдом. Его окружали коренастые люди, одетые в звериные шкуры. Они держали перед собой копья и кричали. Кирилл посмотрел направо и обомлел.

Там лежали два свежих растерзанных трупа. Одному оторвали голову, другому распороли брюхо. Кишки вывалились на лед, от них шел пар. Над мертвыми телами возвышался огромный невиданный зверь, представлявший собой нечто среднее между пумой и тигром. Его окровавленная пасть была раскрыта под неестественным углом. Из нее торчали два гигантских клыка. Зверь с ревом бросился на Кирилла…

…Кирилл проснулся, вскочил с кровати, и почти на ощупь включил свет. Сердце колотилось как отбойный молоток. Когда желтый свет наполнил комнату, Соболев облегченно вздохнул…а потом снова задрожал от страха.

Посреди комнаты стоял высокий широкоплечий мужик в грязной рубахе и рваных штанах, которые носили разве что в дореволюционные времена. Один его глаз был затянут катаракт, но другой с ненавистью смотрел на Кирилла. Всклокоченные волосы и борода торчали во все стороны, отчего все лицо напоминало гигантского дикобраза. В руках незнакомец держал огромный нож.

Мужик взревел и бросился на Кирилла. Тот успел только прикрыться рукой. Нож распорол юноше предплечье. Кирилл рефлекторно попытался ударить противника левой рукой в лицо, но мужик куда-то исчез, поэтому удар ушел в пустоту.

− Кирюш, ты чего орешь? Что случилось?

Распахнулась дверь и в комнату вбежала мать.

Тут уже закричала она. Рука сына истекала кровью. Следом вбежал отец. Валерий Соболев привык действовать без промедления. Он быстро принес спирт, бинты и жгут. Перевязывать раны он научился еще в армии.

− Ты где так порезаться умудрился, идиот?! – кричал он. – Ты себе вены вскрыть пытался что ли? Отвечай!

Кирилл молчал, только дрожал и что-то бормотал себе под нос.

***

Прошло три дня. Кириллу оформили справку из поликлиники с освобождением от занятий на неделю. После пережитого шока, он сильно изменился. Стал сутулиться, смотрел затравленно, вздрагивал от каждого шороха. Многие знакомые Кирилла сильно бы удивились, увидев его сейчас. От былой бравады и жизнерадостности не осталось и следа. А еще Кирилл стал бояться компьютера. Ничего не объясняя ни отцу, ни матери, он отключил его и убрал в шкаф. Родители тайком шептались о том, что сына нужно показать психиатру. На пятый день Кирилл немного успокоился, даже стал иногда улыбаться. Ему периодически звонили приятели, он всем говорил, что тяжело заболел.

На шестой день Кириллу позвонил старый друг.

− Алло, Кирилл, здорово. Чего в аську не выходишь? − услышал он голос Антона Мирошенко.

К счастью, его друг не видел, как побледнел Кирилл при одном упоминании слова «аська».

− Комп сломался, − пробормотал он в ответ.

− Слушай, ты не мог бы ко мне подойти? – теперь голос Антона звучал очень серьезно.

− Зачем?

− Да хотел по поводу твоей проги потолковать. Скажу тебе…интересную ты мне штуку подкинул.

− Я…я приду.

Кирилл отложил мобильник и пошел одеваться. Он снова почувствовал легкий укол страха. Проклятая программа! Ведь именно с нее все это началось! Но Антохе что-то удалось разузнать, лучше не откладывать встречу.

***

Дверь открылась.

− Здорово, Кирилл, проходи, − сказал Антон.

Он совершенно не изменился. Такой же высокий и худощавый. Много есть и не толстеть было еще одним его талантом. Он часто ел хлеб и печенье, потому как не любил готовить, и на улицу выглядывал в лучшем случае раз в неделю, но тело оставалось стройным. Кирилл думал, что при таком питании и образе жизни он давно бы уже превратился в борца сумо.

Соболев вошел в прихожую и снял пальто. Щелкнул замок, по спине Кирилла невольно пробежала дрожь.

− Кирилл, ты чего-то совсем бледный, что случилось-то?

− Болею вот.

− Понятно. Пойдем.

Они прошли в «лабораторию» Антона. С тех пор, как Кирилл приходил сюда последний раз, ничего не изменилось. Пыль на полках, ряды готовых к ремонту компьютеров, груда микросхем в углу и огромный монитор с системным блоком на грязном деревянном столе. А вот Антон вел себя совсем необычно. Его явно что-то беспокоило. Обычно невозмутимый и степенный он постоянно озирался по сторонам, а покрасневшие глаза явно свидетельствовали о плохом сне.

− Ну подкинул ты мне, Кирилл. Никогда бы не подумал, что ты наткнешься на такое.

− Так что ты выяснил?

− А вот слушай. Для начала, это вообще не «аська».

− Что значит не «аська»?

− А вот так. Эта прога вообще в интернет не выходит.

− В смысле?

− В прямом. У меня три проги, что трафик палят, ни в одном логе эта «аська» не отметилась.

− Не понял.

− Эх, ладно, попробую попроще. У меня на компе стоят программки, что отслеживают, когда и какая прога в интернет выходит, для обновлений там, или еще для чего-то. Так вот, эта твоя «ISQ» вообще с интернетом не связывается.

− Ну а как же тогда я с этими психами переписывался?

− О, вот это другое дело. Мне тоже там психопатка писала. Такое чувство, что под кайфом.

− Так как тогда эта прога на связь выходит?

− А никак не выходит!

Антон явно не заметил, что сорвался на крик. Никогда еще Кирилл не видел его таким.

− Да не ори ты. Говори спокойно.

− Эти…как ты говоришь, психи…я сначала подумал, что это «боты».

− А это что за фигня?

− Ну, роботы. Программки, которые генерируют фразы, заучивают новые и так создают имитацию беседы. Помнишь у меня давно еще обучаемая прога «Говорун» была?

− Ах, вот оно что!

− Но только тот, кто этих «ботов» программировал большой шутник. У тех, с которыми ты переписывался, даже реальные прототипы есть.

− То есть как?

− А вот смотри.

Антон слегка повернул монитор в сторону Кирилла и открыл браузер.

− Вот гляди, Сергей Ряховский, серийный убийца. Убивал и насиловал женщин любого возраста, а также считал, что роботы лучше людей. Ты мне как логи скинул, я сразу его вспомнил, читал о нем не так давно.

− М-де.

− Но тут еще интереснее. Та баба, что тебе все про губы писала.

− А с ней что?

− Про нее вот что нарыть удалось. Я даже во «вкладки» сохранил.

Антон быстро нашел вкладку «Архив газеты «Версия»». На экране появилась черно-белая фотография женщины с двумя испуганными младенцами в руках, ее глаза закрывала черная полоса. Сверху черными буквами было написано «Извергия», а внизу «искусан и задушен матерью».

− Эта баба рехнулась. Она прокусила своим детям губы, а потом задушила. Сейчас сидит в психушке. И как ты думаешь ее зовут?

− Алена?

− Именно. Алена Гафурова. Однако и это еще не все. Когда я понял, что беседую с ботами, мне стало интересно, на чем эта программа написана и как вообще работает, если в интернет не выходит. Я решил, что «боты» в ее программный код встроены. Потому сами и пишут. Я открыл ее «хекс-редактором». Знаешь…я видел тексты программ хакеров-фриков, но такого ни разу.

− А что там такое?

− Знаешь. Были такие программисты, их «динозаврами» прозвали. Они программировали на нулях и единицах и не смогли приспособиться, скажем так, к более удобным языкам программирования. Так вот, такое чувство, что это писал один из них. Не знаю, на чем он писал, но это что-то странное. Обычно, на языках низкого уровня пишут программы-утилиты или вирусы. Такие проги должны мало весить, их стараются оптимизировать, но тут оптимизацией даже не пахнет. Он по десять раз перегоняет данные в регистр без какой-то особой цели. Вот смотри.

На экране монитора появилась огромная таблица с набором латинских букв и цифр, расположенных попарно. Кирилл пристально смотрел на нее. Некоторые буквы и цифры образовывали цельные фигуры, это напоминало какой-то странный пазл.

− Погоди-ка, − сказал Кирилл. – А эту таблицу можно как-нибудь…сместить?

− Что ты имеешь ввиду?

− Смотри, у тебя столбцов десять штук, а нельзя ее показать с восемью столбцами?

− Да пожалуйста.

Парой ловких движений Антон преобразил таблицу. У Кирилла расширились глаза.

− Вот! Гляди! Это же…

Рот Антона Мирошенко приобрел форму буквы «о».

Машинный код программы представлял собой большой рисунок в виде двух переплетающихся змей и стержня посередине.

− Молодец ты, Кирилл, а я сразу и не просек.

− Что это за херня, Тох?

− Я не знаю.

Они молча посмотрели друг на друга.

− И еще знаешь, Кирилл. После этой проги, что-то мне спится плохо и настроение хреновое. Что-то с ней не так, нутром чую. Но я докопаюсь до правды. Найти бы того, кто ее написал.

− И у меня тоже проблемы из-за нее.

Он рассказал Антону о кошмарных снах, умолчал лишь о мужике, что каким-то образом проник к нему в комнату.

− Я, конечно, в мистику всякую не верю, но попробуй удалить ее. Может, эта программа как-то на подсознание действует. Понимаю, звучит бредово…но так спокойнее тебе будет.

− Да, лучше удалю. Но, знаешь, Тох, ты ее тоже удали. Не копайся в этом. Оно тебе надо? Подставил я тебя, конечно.

Кирилл опустил глаза.

− Я, наверное, пойду, нездоровится мне что-то.

− А, ну бывай.

Кирилл и не заметил, как добрался до дома. Мысли в голове путались. Чертова программа! Конечно, нужно удалить ее! И как он раньше не додумался?! Всего и надо убрать этот проклятый файл!

Войдя в свою комнату, он достал компьютер и подключил все необходимые провода. Когда операционная система загрузилась, он без труда нашел файл, и нажал клавишу «delete». «ISQ» исчезла без следа. Рука сама кликнула на «Корзине» правой кнопкой мышки и выбрала «очистить корзину». Раздался хорошо знакомый шелестящий звук. Кирилл облегченно вздохнул. Вскоре он лег спать.

***

Звон мобильника. Затем тишина. Снова звон мобильника. Кирилл устало открыл глаза. Кому он мог понадобиться в четыре утра? Кирилл медленно поднес к уху телефон.

− Але, Кирилл, это я Антон! – раздался в трубке хриплый голос.

− Ну чего тебе надо? Какого хрена? Уже поздно! Давай завтра поговорим!

− Вылезай в интернет, я тебе сейчас видео скину!

− А завтра нельзя? Тох, ты чего надумал?

− Нельзя, − это касается нашего разговора. – Вылазь быстрее, говорю!

Кирилл, шатаясь, подошел к столу и включил компьютер. Когда на экране показался знакомый рабочий стол, он включил «ICQ». Ему сразу же пришло сообщение от «Модемыча», ссылка на видео в формате «avi», залитое в хранилище. Сообщение гласило: «Я нашел того, кто написал прогу».

Кирилл скачал видео и запустил его прямо из меню закачек. На экране появился мужчина с окровавленным лицом. Судя по всему, велась прямая съемка с вебкамеры. Рубашка незнакомца была перемазана грязью, безымянный и средний пальцы на обеих руках посинели и опухли. Предплечья покрывала паутина недавно заживших порезов. Глаза его испуганно бегали туда-сюда. Он заговорил хриплым испуганным голосом. Речь его была отрывистой. Он говорил быстро, словно боялся, что сейчас кто-то придет за ним.

− Я написал «ISQ». Я работал. Я поставил эксперимент. Я давно занимался программированием, но затем я увлекся оккультизмом и спиритуализмом. Я разработал теорию, что магия и программирование могут…в общем, могут быть связаны между собой. Ведь по сути, чем магия оперирует? Символами, то есть информацией, абстракцией, но информация способна преобразовывать окружающую энергию. Так и программы, их нельзя потрогать, нельзя почувствовать, их можно только выполнить. То есть совпадают восприятия.

− Интересно, а почему ты решил оформить ее в виде «аськи»? – раздался голос Антона.

«Ого! Антоха все это со «Скайпа» записывал!»

Старый друг рассказывал Кириллу, что у него есть специальная программа, которая снимает на видео все, что происходит в компьютере.

− Потому что это соответствовало моему восприятию. Своего рода беседа, беседа с отпечатками.

− Отпечатками?

− Да, я их так называю. Я прочел много книг по спиритуализму, один из специалистов писал, что те же призраки, это, по сути, оставшиеся воспоминания, отпечатки. Оставшиеся, как в ментальном мире, так и в головах помнящих или слышавших о них людей. Я решил, что при правильном информационном воздействии, можно, как бы это сказать, выйти на связь с ментальным миром. Миром воспоминаний, эхом прошедших событий. Какой же я был идиот!

− И что же? Получилось?

− В том-то и дело, что получилось. Я сумел выйти в ментальный мир. Но там…там нет ничего хорошего. Только кровь, убийства, ненависть, депрессия. Страх. Возможно, потому что именно эти чувства оставляют самые яркие отпечатки в ментальном мире.

− То есть, эта программа «беседует» с умершими?

− Нет! Не с умершими! Не важно, умер тот, с кем она выходит на связь или нет! Важно то, оставил ли он сильный отпечаток в ментальном мире. Вы беседуете не с личностями, не с призраками в обычном понимании этого слова, с их воспоминаниями! С копиями их личностей в момент переживания воспоминания, если выражаться точнее.

− А как твоя программа в интернете-то оказалась?

− Не знаю, возможно, меня взломали и выложили. Я сам не собирался ее выкладывать, но то, что она попала в сеть…уже страшно.

− Но что с тобой случилось? Почему ты в крови?

− Ха! У тебя еще не начались видения?

− Нет.

− А кошмары?

− Были.

− Молись теперь, если еще во что-то веришь. Скоро придется стать таким, как я. Понимаешь, когда ты открываешь врата в ментальный мир, он тоже открывается тебе, проходит через твое сознание! Теперь представь, что станет с твоим жалким мозгом, когда тысячи мерзких воспоминаний обрушатся на него! Нужно глушить мысли! Глушить любой ценой. Глуши их болью! Если они тобой завладеют, не знаю, что с тобой станет.

Безумец взял в руки молоток, со всей силы ударил себя по несчастному опухшему мизинцу и заорал.

− Боль! Только боль глушит мысли! – продолжал кричать он.

Видео оборвалось.

Кирилл сидел перед экраном монитора и тяжело дышал, то и дело вздрагивая. У мужика явно были не все дома. Последние слова психопата эхом звучали у него в голове. Кирилл выключил компьютер и лег на кровать. Страх продолжал точить его изнутри. Он пролежал около трех часов, дрожа под одеялом. Постепенно усталость все же взяла свое. Его глаза начали слипаться.

***

Очнулся он в незнакомой комнате. Кирилл лежал в детской кроватке. Почему-то он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Да и сами конечности показались неестественно короткими и непослушными. Кирилл посмотрел перед собой, кто-то замотал его в пеленки. «Это мама так пошутила?» − подумал он.

И тут к кроватке подошла она. Огромная женщина в грязном халате с безумным взглядом и мерзкой улыбкой. Казалось, в ней не менее трех метров росту. Он нее сильно пахло потом.

− Губки, − сказала она. – М-м-м, какие красивые.

Она взяла Кирилла на руки. И тут он вспомнил, кто она. Она попытался закричать, но издал только слабый младенческий плач. Великанша взяла поднесла его к лицу.

− Губки! – сказала безумная женщина и резко впилась зубами в его губы.

Адская боль пронзила все лицо. Кирилл кричал, вернее ревел. Сумасшедшая полностью откусила ему нижнюю губу и теперь с причмокиванием сосала алые потоки крови. «Губки, вкусные губки», − бормотала она.

Наконец насытившись кровью, она положила его на кровать и принялась душить. Кирилл извивался и хрипел, пытался сбить державшие его руки, но все безрезультатно. Вскоре он провалился в черную пустоту.

Он снова очнулся, на этот раз в темной комнате. Все тело болело, как один сплошной синяк, руки не чувствовались вообще.

− О, очнулся, сука!

В этот момент кто-то сильно ударил его ногой под ребра.

− Подпишешь, что ты шпион, гнида?

Кирилл с трудом открыл заплывшие глаза. Над ним стоял человек в темно-зеленой форме и фуражке светло-синего цвета с красной звездой.

− Расколешься, гад, у нас и не такие кололись. А ну, Иван, подними-ка его на ноги. Сейчас я ему удилище укорочу.

Чьи-то сильные руки подняли Кирилла. Человек в фуражке резко ударил его в пах чем-то острым. Член и мошонку пронзила дичайшая боль, на пол хлынули потоки крови. Незнакомец улыбался.

− Слышь, Митяй, он же у нас официально проходил. Ты чего его мочишь-то?

− Пох..й, оформим, что пристрелили при попытке к бегству. План надо выполнять.

Человек в фуражке провернул нож. Кирилл продолжал кричать, но вскоре потерял сознание от боли.

***

В последнее время Марина Соболева очень беспокоилась за сына. Кирюша в последнее время ходил сам не свой. А еще этот порез. О господи, неужели ее сын оказался способен на такое? И почему он это сделал? Из-за какой-нибудь девахи? Ух она ей устроит тогда! А вдруг над ним в институте издеваются, а он молчит? Так в одной передаче было.

Часы показывали уже полпервого, неужели Кирюша до сих пор спит? Надо пойти проведать его.

Женщина подошла к двери и тихо постучала.

− Кирюш, пора вставать.

Никакого ответа не последовало.

Марина снова постучала.

− Кирюша! Ты там?

В ответ все тоже гробовое молчание. Она почувствовала, что из-за закрытой двери исходил мерзкий запах.

Марина распахнула дверь. На этот раз, она не смогла даже закричать. Кирилл лежал на кровати в семейных трусах, раскинув в стороны руки и ноги. На постели виднелась огромная лужа из мочи и дерьма. Но Марина испугалась еще больше, когда посмотрела на лицо сына. Кирилл полностью поседел, его глаза были широко распахнуты. И в них читался неимоверный ужас. Лицо человека, узревшего ад.

Молча смотря на сына, Марина села на пол. Именно в таком состоянии ее нашел пришедший с работы муж. Он кричал, давал ей пощечины, но безрезультатно, она находилась в глубоком шоке.

Марина замолчала навсегда. Она молчала, когда патологоанатом рассказывал ее мужу, что Кирилл умер от остановки сердца, а его мышцы свело судорогой так, словно его пытали каленым железом. Она молчала, когда к ней в слезах пришла мать Антона Мирошенко, рассказавшая, что с ее сыном произошло тоже самое. Она сидела и молчала, когда ее муж повесился в соседней комнате, даже жужжащие мухи и трупный запах не смутили ее.

***

− Ну что за фигня?

Настя злобно надула губки. Опять, когда она болтала со своей лучшей подругой, «QIP» выключился, а та только начала рассказывать про то, как они в пятницу на дискотеку сходили. Теперь опять придется ждать новой версии «QIP». Обычная «ICQ» Лене не нравилась, она постоянно тормозила, да и реклама сильно раздражала.

В последнее время все не складывалось. Парня увела соперница прямо из-под носа. По двум контрольным работам тройки. Родители выносят мозг.

Она решила поискать новую «аську». Девочка открыла «яндекс» и набрала «ICQ-клиент». В ответ ей вывалилась куча ссылок. Но привлекла ее только одна – «ISQ-новый ICQ клиент».