Хребет мертвых душ

Глава 1

Хребет Одиноких Душ

Глава 1: Стена воды

Дождь не просто шел — он карал. Вторые сутки серые, тяжелые струи хлестали по вершинам хребта Ур-Таш, превращая каменистые тропы в бурлящие потоки жидкой глины. Туман полз по ущельям, словно живое, склизкое существо, скрывая от глаз обрывы.

Группа была слишком большой для такого маршрута — двадцать два человека. Здесь были опытные походники, но большую часть составляли семьи с подростками. Четырнадцатилетний Денис, шмыгая носом, едва переставлял ноги, его промокшая насквозь куртка весила, казалось, тонну. Его мать, Марина, поминутно оглядывалась, пытаясь разглядеть сына в серой хмари.

— Артур! — крикнула она, с трудом перекрикивая гул ветра. — Нам нужно встать лагерем! Дети валятся с ног! Они же заболеют!

Артур, высокий мужчина лет сорока пяти с жестким, обветренным лицом, шел впереди. Он был руководителем группы, человеком, чей авторитет в клубе туризма считался непререкаемым. Он не любил менять планы. Его девиз «Маршрут должен быть пройден» сейчас казался остальным зловещим пророчеством.

— Какой лагерь, Марина?! — огрызнулся Артур, даже не повернув головы. — В этой низине нас смоет к чертям до полуночи. Палатки не удержат такой напор. Нужно подняться на плато, там были старые пастушьи стоянки.

Замыкающим шел Игорь — шестнадцатилетний парень, державшийся особняком. Год назад он потерял родителей в автокатастрофе, и этот поход был попыткой его дяди «вернуть парня к жизни». Но Игорь молчал. Он смотрел на горы из-под мокрого капюшона глазами человека, который уже видел худшее в этой жизни и больше ничего не боялся. Или думал, что не боялся.

Внезапно тропа резко ушла вверх, огибая скальный выступ, и ветер на мгновение стих, зажатый между двумя утесами. Именно тогда они его и увидели.

Это не было пастушьей хижиной. Среди диких скал, окруженный полумертвыми, искривленными соснами, высился огромный трехэтажный особняк. Готический силуэт из темного, почти черного камня казался чужеродным наростом на теле горы. Окна — узкие, похожие на бойницы — были темны. Острая крыша, покрытая надколотым сланцем, подпирала грозовое небо. Дом выглядел заброшенным уже не одно десятилетие: парадное крыльцо частично обвалилось, углы заросли диким плющом, который от дождевой воды казался черным.

— Откуда здесь это? — прошептал кто-то из мужчин. — На картах ничего не было.

— Какая разница! — Артур решительно зашагал к массивным дубовым дверям. — Это наше спасение. Переждем бурю здесь. Дом пустой, хозяев явно нет.

Группа, гонимая холодом и первобытным страхом перед стихией, хлынула за ним.

Глава 2: Приют для сломленных

Дверь поддалась с тяжелым, утробным стоном, от которого у Игоря по спине пробежали мурашки. Внутри пахло вековой пылью, сыростью и чем-то еще — едва уловимым, приторно-сладким, как увядающие цветы или старая, засохшая кровь.

Фонари туристов разрезали темноту огромного холла. Из темноты проступили очертания монументальной лестницы, уходящей на верхние этажи, истлевшие гобелены на стенах и массивный камин, способный вместить в себя половину этой группы.

— Располагаемся здесь, — скомандовал Артур, сбрасывая тяжелый рюкзак. — Мужчины, ищите дерево. Ломайте старую мебель, перила — нам нужен огонь. Женщины, переодевайте детей.

Вскоре в камине затрещал огонь. Сухое, древнее дерево вспыхнуло неохотно, бросая на стены длинные, уродливые тени. Люди грелись, пили горячий чай из термосов, но странное оцепенение не покидало их. Дом словно давил на плечи.

Игорь не стал садиться у костра. Пока взрослые спорили о маршруте, он взял свой фонарь и пошел бродить по первому этажу. Его тянуло странное любопытство — чувство, что этот дом ждал именно их.

В конце длинного, темного коридора левого крыла он наткнулся на странную комнату. Здесь стояло лишь огромное, в человеческий рост, старинное зеркало в тяжелой серебряной раме. Серебро потемнело от времени, а само стекло было подернуто странной патиной. Но удивило Игоря не это. Справа от зеркала, в глухой каменной стене, он отчетливо увидел контуры двери. Она была искусно замаскирована под каменную кладку, но выступы петель и едва заметная щель выдавали ее.

— Эй, Игорь, ты чего там застрял? — раздался сзади голос Дениса. Четырнадцатилетний мальчишка подошел, дрожа от остаточного холода.

— Смотри, — Игорь указал на стену. — Тайная дверь.

Денис навел фонарь на указанное место, нахмурился и пожал плечами: — Да ладно тебе, обычная стена. Камни как камни. Пошли к костру, там Артур байки травит.

Игорь промолчал. Он снова посмотрел на стену. Контуры двери были очевидны. Почему Денис их не видит? Мальчик повернулся к зеркалу и на секунду ему показалось, что его собственное отражение опоздало на долю секунды, повторяя его движение. Игорь тряхнул головой и поспешил вернуться к людям.

Глава 3: Шепоты в темноте

Сон пришел не ко всем. Дом начал жить своей ночной жизнью, как только погасли последние фонари и остались лишь тлеющие угли в камине.

Марина лежала на каремате, прижав к себе Дениса. Ей казалось, что под половицами кто-то ходит. Шаги были тихими, шаркающими. Она открыла глаза и похолодела: в дальнем углу холла, где свет углей не достигал углов, стоял силуэт. Высокий, неестественно тонкий. Марина затаила дыхание, боясь пошевелиться. Силуэт наклонился над спящим мужчиной из их группы, словно принюхиваясь, а затем медленно растворился в воздухе. Марина зажмурилась, убеждая себя, что это галлюцинация от усталости.

Другие тоже видели кошмары. Мужчинам снились крики, плач младенцев и скрежет железа о камень. Дом пил их страх, впитывал их слабость, отбирая волю. Это место было ловушкой для тех, чья душа дала трещину от горя, усталости или эгоизма.

Утром группа проснулась под аккомпанемент все того же непрекращающегося дождя за окнами. Но проснулись не все.

— Валера! Валера, вставай, пора собираться! — тормошила мужа одна из женщин.

Валера не шевелился. Он лежал на спине, бледный, с полуоткрытым ртом. Его жена коснулась его лба и вскрикнула: — Он ледяной! Господи, он холодный как лед!

В холле поднялась паника. Еще четыре человека — трое мужчин и одна женщина — лежали в глубоком, неестественном анабиозе. Они дышали, но их пульс едва прощупывался, а кожа была белой и леденящей на ощупь, словно они провели ночь в морозильной камере.

— Их нельзя двигать, — осматривая лежащих, тяжело произнес один из туристов, врач по профессии. — Это похоже на глубокую кому или сильнейшее переохлаждение, хотя в доме было тепло. Если мы потащим их под ливнем по горам, они умрут.

— Значит, мы уходим! Оставим с ними кого-то и пойдем за спасателями! — крикнула Марина. — Этот дом... с ним что-то не так! Мой сын не останется здесь больше ни на час!

Люди начали шуметь, поддерживая Марину. Страх перерастал в бунт. Но тут вперед вышел Артур. Его лицо было бледным, глаза лихорадочно блестели. В эту ночь дом говорил и с ним, обещая нечто, чего Артур всегда жаждал — абсолютную власть.

— Тихо! — рявкнул Артур, и его голос эхом разнесся по сводам холла. — Куда вы пойдете? Наружу? Там сель! Дорогу размыло, я видел это из окна второго этажа. Мы заперты здесь. Если мы разделимся — погибнем все. Мы остаемся еще на одну ночь. Завтра дождь стихнет, и те, кто «замерз», придут в себя.

Его авторитет и страх перед бурей победили. Люди, подавленные и сломленные, покорно разошлись по углам. Игорь смотрел на Артура и понимал: руководитель группы уже не совсем принадлежит себе.

Глава 4: Пробуждение голода

Сумерки сгустились неестественно быстро, словно тьма вылезла из углов самого особняка. Около девяти вечера те пятеро, что лежали «мертвыми», начали шевелиться.

Первым сел Валера. Его жена с радостным плачем бросилась к нему на шею: — Валерка! Живой! Господи...

Валера обнял ее. Его движения были плавными, почти грациозными, что совершенно не вязалось с его обычной неуклюжестью. — Все хорошо, дорогая, — тихо сказал он. Его голос звучал мягко, но в нем не было прежней теплоты. Он был пустым. — Просто устал. Очень хочется... есть.

Остальные четверо тоже поднялись. Они общались, помнили все детали похода, шутили, но Игорь, наблюдавший за ними со стороны, заметил странность: они не моргали. Их зрачки были расширены, почти полностью скрывая радужку, а кожа оставалась мертвенно-бледной.

Женщины начали суетиться, предлагая им консервы и галеты. Валера взял кусок тушенки, поднес ко рту и поморщился с явным отвращением. Еда казалась им грязью. Внутри этих людей разрасталась черная, ледяная пустота, которую требовалось заполнить. И они уже знали, чем именно.

Игорь сидел в тени колонны. Он видел, как Валера посмотрел на четырнадцатилетнего Дениса, который в этот момент смеялся над чьей-то шуткой. Взгляд Валеры не был человеческим. Так волк смотрит на забившегося в угол ягненка — с ледяным расчетливым голодом. Валера сглотнул, и Игорь заметил, как под кожей его шеи судорожно дернулся кадык. Другие «проснувшиеся» тоже замерли, их взгляды скрестились на шеях детей и женщин. На их губах проступала слюна.

Дождь за окном завыл с новой силой. Время пошло на минуты.

Глава 5: Красный пир

Катастрофа случилась в полночь. Огонь в камине почти погас. Большинство туристов спали.

Один из «изменившихся» мужчин, бывший тихий бухгалтер по имени Олег, сидел рядом с четырнадцатилетней девочкой Светой, которая спала на плече у матери. Олег долго, не отрываясь, смотрел на пульсирующую жилку на ее шее. Его дыхание стало частым, хриплым. Звериная, древняя тяга дома пересилила остатки его человеческого разума.

С диким, нечеловеческим рыком Олег бросился на девочку.

Его зубы с хрустом вонзились в детскую плоть. Света даже не успела закричать — лишь захрипела, когда теплая, алая жидкость брызнула на стену.

— Что ты делаешь?! Ублюдок, отвали от нее! — в ужасе закричал отец Светы, просыпаясь и бросаясь на Олега.

В холле вспыхнул хаос. Люди вскакивали, кричали, пытались оттащить Олега, но тот обладал неестественной, чудовищной силой. Он отбросил взрослого мужчину одной рукой, как тряпичную куклу.

И в этот момент тяга взяла верх над остальными четверыми. Валера, Артур (который, как оказалось, тоже изменился за вечер) и остальные бросились на толпу. Человеческая мораль испарилась. Началась сущая резня. Крик ужаса, хруст костей и чавканье заполнили холл. Кровь заливала карематы и спальные мешки. Те, кто еще минуту назад были друзьями и родителями, теперь рвали зубами и когтями плоть собственных детей и товарищей.

Игорь среагировал мгновенно. Он не стал пытаться никого спасать — он понял, что это бесполезно. Парень развернулся и со всех ног бросился в темный коридор левого крыла, туда, где днем видел замаскированную дверь.

Глава 6: Черное зеркало

Он влетел в комнату с зеркалом и тяжело привалился к двери, тяжело дыша. Из холла доносились леденящие душу крики. Они затихали. Это значило, что чудовища скоро закончат и пойдут искать его. Последнего.

— Сюда... — тихий, шелестящий голос раздался прямо над ухом.

Игорь вздрогнул и посмотрел в огромное старинное зеркало. В отражении комнаты не было его самого. Там стояла молодая девушка в глубоком черном платье старинного покроя. У нее было бледное, красивое лицо и полные слез глаза. Она протягивала к нему руку изнутри зеркала и указывала на ту самую замаскированную дверь в стене.

— Быстрее, дитя. Они идут, — прошептала она.

Каменная дверь в стене со скрежетом начала приоткрываться сама по себе, являя глазу густую, непроглядную тьму.

В этот момент коридор снаружи огласился тяжелыми шагами. Дверь в комнату с зеркалом разлетелась в щепки под ударом Валеры. Его лицо было полностью залито кровью, глаза горели безумным красным светом. За его спиной виднелись остальные вампиры.

— Вот ты где, мальчик... — прорычал Валера, обнажая удлинившиеся клыки.

Игорь не думал ни секунды. Он рванул в открывшийся проем стены со всех ног. Как только его тело пересекло порог, каменная плита с оглушительным стуком захлопнулась прямо перед носом чудовищ. Наступила тишина.

Глава 7: Проклятие рода

Игорь упал на каменный пол. Комната, в которой он ошеломленно озирался, была небольшой и круглой, похожей на склеп. Она освещалась лишь одной оплывающей свечой.

Здесь были люди. У стены на деревянной кроватке сидела пожилая женщина в темных одеждах и неистово, шепотом молилась, перебирая четки. Рядом стояла молодая женщина — та самая девушка из зеркала. В руках она сжимала пищащий сверток — грудного ребенка.

В обычную деревянную дверь этой комнаты — не в ту, через которую пришел Игорь, а в противоположную — кто-то яростно долбился. Дерево трещало под ударами тяжелых топоров или мечей. Снаружи слышались грубые, яростные крики на непонятном, старинном языке.

Молодая мать положила младенца на кроватку к молящейся старухе, подбежала к Игорю и мертвой хваткой вцепилась в его ладонь. Ее рука была ледяной, но в глазах горела отчаянная мольба.

— Слушай меня, времени нет! — быстро заговорила она, и всознании Игоря начали вспыхивать чужие образы, словно она транслировала ему свои мысли. — Мы жили в этом доме много веков назад. Мой свекор, хозяин этих земель, продал душу дьяволу, чтобы спастись от врагов. Он стал первым воином ночи.Вампиром.

Перед глазами Игоря пронеслась страшная картина: высокий мужчина в доспехах с клыками разрывает горло этой самой девушке, а затем заживо пожирает ее младенца, пока старая мать сходит с ума от молитв.

— Он проклял наш род и этот дом! — плакала девушка, пока дверь за ее спиной уже трещала по швам. — Духи слабых людей, что приходят сюда, становятся его рабами. Но ты... твоя душа не сломлена горем, ты силен. Я пронесла твой дух сквозь зеркало времени. Ты должен дать согласие. Вернись назад, на много столетий назад. Не дай первому из нашего рода заложить свою душу! Спаси нас! Спаси этот мир от проклятия!

— Что?.. Как я... — Игорь не успел договорить.

Внезапно реальность вокруг него треснула. Ощущение каменной комнаты исчезло. Игорь почувствовал дикую, разрывающую боль в шее. Должно быть, те вампиры из его группы все-таки пробили стену и добрались до него в настоящем времени...

С диким, раздирающим легкие криком Игорь открыл глаза.

Глава 8: Чужое имя

Он тяжело дышал, его сердце колотилось как сумасшедшее. Вокруг не было темноты. Был день. Солнце — яркое, слепящее — лилось сквозь узкое окно.

Игорь лежал на жестком деревянном тюфяке. Комната была обставлена грубой, средневековой мебелью. На нем была холщовая рубаха. Он поднял руки и обомлел: это были руки тринадцатилетнего подростка, более худые, покрытые шрамами от работы, которых у него никогда не было.

В комнату вошла пожилая женщина — та самая, что молилась у кроватки в его видении. Только сейчас она выглядела моложе, а ее лицо светилось заботой.

— Проснулся, Илия? — ласково спросила она. — Ну слава Богу. Опять тебе дурные сны снились. Вставай, отец зовет тебя на псарню. Сегодня к вечеру дед возвращается из похода на южан...

Игорь сел на кровати, чувствуя, как внутри него бьются два сознания. Одно — шестнадцатилетнего сироты Игоря из 2026 года, помнящего резню в горах. Второе — Илии, младшего отпрыска древнего проклятого рода.

Часы истории повернулись вспять. Перед ним стоял выбор: попытаться сбежать и прожить чужую жизнь в далеком прошлом, или исполнить обещание, данное призраку из зеркала, и вступить в бой с первородным злом, которое еще даже не подозревает, что продаст свою душу.

Глава 9: Запах надвигающейся грозы

Игорь — теперь уже Илия — вышел во внутренний двор замка. Солнце стояло в зените, но его свет не приносил тепла. Зубчатые стены из серого гранита, которые в двадцать первом веке казались Игорю полуразрушенными черными руинами, сейчас высились во всем своем мрачном величии. Под ногами хлюпала грязь, перемешанная с соломой, пахло навозом, сырым мясом и дымом от кузниц.

— Илия! Мальчишка, где тебя черти носят?! — зычный голос заставил парня вздрогнуть.

К нему шел рослый мужчина в кожаном колете, подпоясанном широким ремнем с тяжелым мечом. Это был Ратибор — старший сын хозяина замка и отец Илии. Игорь мгновенно узнал его черты: именно Ратибор через несколько веков станет тем самым Валерой, который с безумными глазами будет рвать плоть туристов в холле. От этой мысли к горлу подступила тошнота.

— Я здесь, отец, — выдавил из себя Игорь, привыкая к чужому, более высокому голосу.

— Бери ведра и иди к псам, — бросил Ратибор, даже не глядя на сына. — Волкодавов нужно накормить до того, как покажется стяг твоего деда. Граф Юрий возвращается не в духе. Селяне поговаривают, что южане разбили его передовой отряд у Чертова ущелья. Если старик вернется побежденным — всем нам не поздоровится.

«Граф Юрий», — мысленно повторил Игорь. Вот оно. Имя Первого. Человека, который ради победы и выживания принесет свою душу на алтарь тьмы.

Пока Игорь таскал тяжелые ведра с потрохами к вольерам с огромными, свирепыми псами, его разум лихорадочно работал. Он помнил слова девушки из зеркала. Ее звали Милена — молодая жена Ратибора, которая сейчас, в этом времени, ходила на позднем сроке беременности. Тот самый грудной ребенок, которого Игорь видел в склепе, еще даже не родился.

«Мне нужно остановить сделку, — думал Игорь, уворачиваясь от оскаленной пасти огромного черного пса. — Но как? Я тринадцатилетний мальчишка. У меня нет оружия, нет власти, и никто не поверит чужаку из будущего».

Внезапно со стороны дозорной башни раздался протяжный трубный звук.

— Идут! Граф возвращается! — закричали на стенах.

Игорь бросил ведра и бросился к главным воротам, протискиваясь сквозь толпу испуганных слуг и вооруженных ратников.

Глава 10: Сломленный титан

Ворота опустились с тяжелым грохотом. Во двор замка въехал отряд. Это зрелище не было похожим на триумфальное шествие. Кони едва переставляли ноги, их бока были покрыты мыльной пеной и засохшей кровью. Многие всадники сидели в седлах, покачиваясь от ран, их доспехи были изрублены и покрыты ржавыми потеками.

Впереди всех на вороном жеребце ехал граф Юрий.

Игорь затаил дыхание. Граф был огромным, широкоплечим стариком с длинной седой бородой и лицом, иссеченным шрамами. Но не физические раны пугали в нем. От Юрия веяло абсолютным, выжигающим изнутри отчаянием. Его глаза, когда-то, должно быть, горевшие огнем власти, теперь напоминали потухшие угли. Он потерял армию. Он потерял величие. А для таких людей потеря власти хуже смерти.

Юрий тяжело сошел с коня, оттолкнув подбежавшего конюха. К нему поспешил Ратибор: — Отец! Что произошло на юге? Южане... они близко?

Граф остановился, его тяжелый взгляд упал на сына, затем на замерших в страхе слуг, и, наконец, на секунду задержался на Игоре. Парень почувствовал, как по спине пробежал ледяной пот — Юрий смотрел не на ребенка, он словно заглядывал в самую душу, ища в ней хоть каплю силы, которую можно забрать.

— Южане сожгли приграничные деревни, — хрипло, как треснувший колокол, произнес Юрий. — Их войско в три раза больше нашего. Они идут сюда, Ратибор. Через три дня они осадят замок. И у нас нет сил, чтобы удержать эти стены. Мы все обречены на плаху.

Среди слуг раздался сдавленный плач. Граф резко повернулся и зашагал в замок, бросив на ходу: — Никому не беспокоить меня. Я буду в молельне. Если Бог не слышит моих молитв, я найду того, кто услышит.

Эти слова прозвучали как смертный приговор. Игорь понял: обратный отсчет начался. До слияния дома с вечной тьмой осталось всего трое суток.

Глава 11: Лесная ведьма и тайный знак

Игорь знал, что в одиночку ему не справиться. Ему нужны были союзники, те, кто понимал природу черной магии, которая вскоре окутает эти горы. Обычные ратники Ратибора просто подняли бы его на смех или выпороли за «бесовские речи».

Вечером, когда замок погрузился в тревожное ожидание, а мужчины пьянели в трапезной, пытаясь заглушить страх перед неминуемой смертью, Игорь пробрался к черному выходу. По памяти Илии он знал, что на склоне горы, в гуще старого тисового леса, живет старая Агата — травница, которую местные считали ведьмой, но тайно ходили к ней за приворотами и ядами.

Дождь — тот самый, мелкий, предвещающий ту вековую бурю — уже начинал накрапывать на листья. Игорь бежал по каменистой тропе, поминутно оглядываясь. Вокруг выли волки, но дикие звери пугали его меньше, чем то, что происходило в замке.

Хижина Агаты висела буквально над обрывом. Из трубы шел тонкий сизый дым. Игорь без стука толкнул низкую дверь.

Внутри пахло сушеными травами, мхом и прогорклым жиром. За столом, освещенным масляной лампой, сидела сгорбленная старуха с сухими, похожими на ветки деревьев пальцами. Она перебирала кости каких-то мелких животных.

— Пришел все-таки, — не поворачивая головы, проскрипела она. — Я ждала тебя, мальчик с мертвыми глазами. Или мне звать тебя Игорем?

Парень замер у порога, его сердце пропустило удар. — Вы... вы знаете, кто я?

Агата повернулась. Ее глаза были подернуты белесой слепотой, как у катаракты, но смотрели прямо на него: — Настоящий Илия погиб три дня назад, когда упал со скалы. Его тело дышит, но душа улетела. Вместо нее в это тело вселился дух из далекого будущего, обожженный кровью и пеплом. Зачем ты вернулся, пришелец?

— Граф Юрий, — Игорь звагнул вперед, сжимая кулаки. — Через три дня он продаст душу. Замок превратится в проклятое место, которое будет жрать людей веками. Моя группа... все мои друзья погибли там. Я должен остановить его. Как разорвать сделку, которой еще не было?

Агата горько усмехнулась, обнажая беззубые десны: — Думаешь, дьявол придет к нему с рогами и копытами, с пергаментом и кровью? Нет, малец. Дом в горах — это точка излома. Граф не пойдет искать черта. Черт сам прислал к нему вестника. В замке уже три дня находится тот, кто шепчет Юрию на ухо.

— Кто это? — быстро спросил Игорь.

— Чужестранец, который назвался летописцем из дальних земель. Он ходит в черном капюшоне, и от него не пахнет живым человеком. Он принес графу древний фолиант — «Книгу Исходной Крови». Если Юрий прочтет заклятие в ночь полной луны — обратного пути не будет. Замок потребует первую жертву крови, чтобы скрепить договор. И этой жертвой станет...

— Милена и ее неродившийся ребенок, — выдохнул Игорь, вспомнив видение из будущего.

— Хуже, — покачала головой Агата. — Первой жертвой должен стать чистый отпрыск рода. Самый младший. То есть... ты, Илия. Твоя кровь окропит алтарь.

Глава 12: Охота на тень

Игорь возвращался в замок под покровом ночи, чувствуя, как петля на его шее затягивается. Теперь он знал врага в лицо. Точнее, знал его маску. Летописец в черном капюшоне.

Замок спал тяжелым, кошмарным сном. Воздух между каменными стенами казался липким и густым. Игорь тихо скользил по длинным коридорам, держа руку на рукояти небольшого ножа, который он стащил из кузницы.

Проходя мимо покоев графа, он услышал приглушенные голоса. Парень прижался ухом к ледяной каменной кладке.

— Сила, которую я предлагаю тебе, Юрий, превосходит все, что ты можешь вообразить, — звучал тихий, вкрадчивый голос, от которого у Игоря зачесались шрамы на шее. Этот голос был похож на скрежет сухих листьев. — Твои враги сгниют заживо у ворот. Твои воины станут бессмертными. Но земля требует платы. Горы Ур-Таш должны стать твоим вечным престолом, откуда ты никогда не сможешь уйти.

— Мне плевать на землю! — глухо отозвался граф Юрий. — Я не сдам замок этим псам! Я не стану нищим беглецом! Что я должен сделать?

— Завтра ночью, когда луна встанет в зените, приведи своего младшего внука в подземный склеп. Один удар ритуального клинка — и сила ночи перейдет в твои вены. Его слабая душа станет замковым камнем твоей новой крепости.

Игорь отшатнулся от стены. Его дыхание перехватило. Значит, это не просто легенда. Дом превращал слабые души в вампиров, потому что его собственная, точнее, душа Илии, должна была стать первой жертвой, запертой в этих стенах, чтобы питать проклятие.

В этот момент за спиной Игоря скрипнула половица.

Он резко повернулся. Из темноты коридора на него смотрела Милена — молодая жена Ратибора. Ее руки лежали на округлом животе, а в глазах застыл ужас. Она тоже слышала этот разговор.

— Илия... — прошептала она губами, бледнея. — Дед... дед хочет убить тебя?

Игорь подбежал к ней и зажал ей рот ладонью, отводя в тень колонны. — Слушай меня внимательно, Милена, — тихо, но с железной уверенностью сказал шестнадцатилетний парень в теле ребенка. — Это не твой дед. Точнее, он сходит с ума. Если мы ничего не сделаем, завтра ночью этот дом станет адом для всех нас. Ты должна помочь мне.

Милена, видя в глазах тринадцатилетнего мальчика недетскую решимость и силу, медленно кивнула. В эту ночь будущее и прошлое окончательно сплелись в один узел, который Игорю предстояло либо разрубить, либо погибнуть под лезвием первородного вампира.

Глава 13: Сталь и Черная Желчь

Дождь перешел в глухой, монотонный гул, барабанящий по узким стеклам и бойницам замка. Время неумолимо близилось к полуночи. Игорь и Милена (которую в замке ласково звали Селеной, ее вторым именем) укрылись в полумраке старой оружейной.

— Мой муж не поверит нам, Илия, — со слезами на глазах шептала Селена, перебирая дрожащими пальцами короткие охотничьи кинжалы. — Ратибор слепо предан отцу. Он думает, что граф просто ищет способ спасти нас от южан. Он не видит, что дед сошел с ума.

— Значит, мы сделаем это сами, — Игорь взял со стойки тяжелый граненый стилет с гардой. Рука тринадцатилетнего подростка дрожала от непривычного веса, но внутри него горела ярость шестнадцатилетнего парня, видевшего, как эти твари жрали детей. — Летописец — корень заразы. Не будет его — граф не сможет завершить ритуал. Где он проводит время до полуночи?

— В западной башне, в бывшей комнате звездочета, — Селена крепче сжала кинжал. — Туда никто не ходит. Слуги боятся даже приближаться к этой лестнице.

Они двигались по замку словно две тени. Селена, несмотря на свой поздний срок, ступала поразительно тихо, ведомая материнским инстинктом защиты своего еще не родившегося дитя.

Дверь в комнату звездочета была приоткрыта. Изнутри не доносилось ни звука, лишь пахло жженой полынью и серой. Игорь первым скользнул внутрь.

Летописец сидел спиной к ним, склонившись над массивным пергаментом. Черный капюшон полностью скрывал его голову. При их появлении он даже не обернулся.

— Вы опоздали, глупые дети, — раздался его сухой, шелестящий голос. — Время проклятия уже запущено. Этот дом уже пьет страх этого холма.

— Не в мою смену, — сквозь зубы процедил Игорь.

Он рванулся вперед, целясь стилетом прямо под лопатку существу. Но Летописец развернулся с неестественной, смазанной скоростью — точно так же, как Валера в будущем бросался на туристов. Черная костлявая рука перехватила запястье Игоря. Сила твари была сокрушительной, кости подростка жалобно хрустнули.

— Сирота из будущего... — прошипел Летописец, и из-под капюшона на Игоря уставились два абсолютно черных, бездонных глаза. — Ты думал, что сможешь обмануть петлю времени? Твоя душа уже принадлежит этому месту!

Игорь закричал от боли, падая на колени. Но в этот момент сзади подлетела Селена. С глухим криком ярости она вонзила свой охотничий кинжал прямо в открытую шею чудовища.

Вместо крови из раны брызнула густая, пузырящаяся черная желчь. Летописец издал леденящий душу хрип, его хватка ослабла. Он повернулся к Селене, поднимая руку, чтобы сломать ей шею, но тут внутри Игоря что-то надломилось.

Перед его глазами вспыхнула та самая кровавая ночь в холле. Ужас, который он испытал тогда, трансформировался в чистую, первобытную силу. Игорь почувствовал, как его сознание 2026 года буквально разрывает рамки маленького тела Илии.

Его глаза вспыхнули потусторонним, яростным фиолетово-красным светом — силой той самой энергетической аномалии дома, которая протащила его сквозь века.

Время вокруг замедлилось. Игорь резко выпрямился, и невидимая волна кинетической энергии, рожденная его яростью и памятью о будущем, с оглушительным треском ударила Летописца в грудь. Тварь отлетела к стене, сбивая книжные полки.

— Селена, бей! — крикнул Игорь, удерживая чудовище этой ментальной волной, от которой у него самого из носа хлынула кровь.

Женщина подбежала и с размаху вонзила стилет прямо в грудь Летописца, в самую чащу его черного сердца. Существо задергалось, его тело начало стремительно усыхать, превращаясь в смердящий прах, пока от него не остался лишь пустой черный балахон и обгоревшая «Книга Исходной Крови».

Игорь упал на пол, тяжело дыша. Его руки тряслись. Часть способностей проклятого дома, которые пробуждались в вампирах будущего, сейчас проявилась в нем, но как в человеке. Он смог подчинить себе волю этого места.

— Мы... мы сделали это? — тяжело дыша, спросила Селена.

Она не успела получить ответ. Из окон башни донесся звук, который заставил их сердца заледенеть.

Это не был гром. Это был рев сотен глоток и победный клич труб.

Южане пришли на день раньше. Осада началась.

Глава 14: Кровавый штурм

Стены замка содрогнулись от первого удара тарана. Набатный колокол завыл над горами, будя спящих ратников. Вспышки факелов за окнами окрасили туман в зловещий багровый цвет. Южане, воспользовавшись проливным дождем и ночной темнотой, обошли передовые посты и с ходу ринулись на штурм главных ворот.

Игорь и Селена бежали по лестнице вниз, в главный внутренний двор. Там царил хаос. Ратники Ратибора на ходу застегивали доспехи, хватались за копья и луки.

Граф Юрий стоял на галерее второго этажа. Потеряв Летописца и свою книгу, он выглядел полностью потерянным. Его план получить бессмертную армию испарился. Враги ломали его ворота, а боги молчали.

— Отец! Ворота не удержат! Их слишком много! — кричал снизу окровавленный Ратибор, отстреливаясь из арбалета по врагам, которые уже начали взбираться по штурмовым лестницам на стены.

Южане врывались на стены. Это были безжалостные наемники в чешуйчатых доспехах, с тяжелыми ятаганами. Защитники замка падали один за другим. Воздух наполнился криками умирающих, звоном стали и запахом свежей крови — той самой, которую так жаждал этот проклятый холм.

— Селена, назад в склеп! — крикнул Игорь, оттаскивая женщину от влетевшего во двор топора. — Туда они быстро не прорвутся!

В этот момент трое вражеских воинов перемахнули через перила галереи и отрезали им путь. Один из них, заметив богато одетую Селену, оскалился и поднял окровавленный меч.

— Нет! — закричал Игорь.

И снова это чуждое, мощное чувство из будущего затопило его разум. Игорь выбросил руку вперед. Вражеский солдат вдруг замер на месте, его глаза округлились от ужаса, когда его собственное тело перестало его слушаться. Игорь, используя ментальную силу дома, заставил воина развернуться и вонзить меч в горло своего же товарища. Третий южанин в ужасе отпрянул от тринадцатилетнего мальчика, чей взгляд в этот момент был взглядом древнего, безжалостного хищника.

— Бежим! — Игорь схватил Селену за руку, и они нырнули в темный проем, ведущий в подземные этажи замка.

Глава 15: Выбор на краю вечности

Они ворвались в тот самый круглый склеп, который Игорь видел в своем видении из будущего. Здесь у кроватки уже сидела старая мать графа, истово молясь над первыми каплями святой воды.

Деревянная дверь за их спинами содрогалась. Но теперь в нее долбились не свои, сошедшие с ума вампиры, а наступающие солдаты южан, добивающие последних защитников замка. Сверху доносился предсмертный крик Ратибора и звон падающих мечей. Замок Юрия пал.

— Проклятие все равно сбудется... — прошептала старая графиня, глядя на Игоря. — Кровь невинных заливает этот дом. Земля Ур-Таш все равно заберет наши души, даже без ритуала летописца. Боль и отчаяние графа запустят черную магию...

Игорь подошел к каменной стене, где в будущем будет находиться то самое черное зеркало. Сейчас здесь была лишь гладкая, холодная плита. На его ладонях все еще горели остатки фиолетовой энергии будущего.

Он понял. Петля времени не разорвана, она просто изменила форму. Замок станет проклятым не из-за договора с дьяволом, а из-за колоссального выплеска боли, смерти и злобы, которые происходят прямо сейчас. Духи убитых людей, запертые в этих стенах во время резни, превратят этот дом в ловушку для слабых душ на века вперед.

— Нет, — твердо сказал Игорь, поворачиваясь к Селене. — Я знаю, как это остановить. Портал между прошлым и будущим все еще открыт во мне. Я — мост.

Он прижал окровавленную руку к каменной стене. Проявившиеся способности из будущего отозвались дикой болью в его сознании. Он начал ментально стягивать всю боль, весь ужас гибнущего замка Юрия на себя одного. Вместо того чтобы позволить стенам дома впитать проклятие, Игорь решил запереть его внутри своей собственной временной матрицы.

— Селена... уходи через тайный подземный ход к реке, — хрипло произнес Игорь, когда его тело начало окутывать фиолетовое свечение. — Южане уйдут, сожгут замок, но проклятие не останется здесь. Дом будет чист. В будущем... никто не умрет.

— А как же ты, Илия? — Селена со слезами на глазах схватилась за живот.

— Меня зовут Игорь, — улыбнулся парень сквозь кровавые слезы. — И я просто возвращаюсь домой.

Стены склепа начали растворяться. Прошлое и будущее столкнулись в ослепительной вспышке. Игорь почувствовал, как дух Илии возвращается в свое очищенное тело в прошлом, а его собственная душа сгорает, забирая с собой первородную тьму вампирского проклятия.

Эпилог: 2026 год

Игорь резко открыл глаза и сел на каремате.

Вокруг стояла оглушительная, мирная тишина. Камин уютно потрескивал теплыми углями. За окнами огромного старого особняка все так же шел дождь, но это был обычный, теплый летний ливень, а не карающая стена воды.

Рядом спокойно спал четырнадцатилетний Денис, тихо посапывая во сне. Марина ворочалась на своем спальнике, улыбаясь какому-то приятному сну. Артур, живой и совершенно обычный, сидел у камина, тихо переговариваясь с врачом о завтрашнем маршруте. Никто не был ледяным. Никто не собирался никого жрать.

Игорь медленно поднялся и подошел к зеркалу в конце коридора левого крыла. Зеркало было обычным, старым и покрытым пылью. Никакой потайной двери рядом не было — лишь сплошная каменная кладка древнего, давно заброшенного замка.

Парень посмотрел на свое отражение. На его шее не было следов укусов. Но когда он поднес руку к стеклу, на долю секунды в глубине его зрачков отразился едва заметный фиолетовый огонек.

Он помнил все. Он спас их. Проклятие дома в горах было стерто из истории навсегда.