Горячий швейцарский турист

Пролог

«…Он — стильный, дерзкий и предсказуемо ярко-красный. С ним невозможно потерять ключи. Он определяет размер сумочки — в маленький клатч не помещается. С ним она ощущает себя как с настоящим мужчиной — ведьмой, богиней и немножко одуванчиком. Если он с тобой, можно делать, как учил папа: "Никакой агрессии. Бей и улыбайся". Не делает, конечно, повода не было. Пока. Но знает — можно. И самостоятельно открывать винишко пальчиками с ухоженными ноготками — тоже.

Начинка "брелка": шило, штопор, пинцет, щипчики, открывалка для бутылок, отвертка – 2 штуки, консервный нож, большое лезвие, пилка для ногтей, зубочистка, инструмент для снятия изоляции.

Швейцарский нож Victorinox Sportsman — настоящее мужское плечо для женщины 21-го века…"

Глава 1 Роман с шаурмой

— Все! С завтрашнего дня — ни крошки лишней! Зарядка, пробежка — и диета. Главное — диета!

Алена Сергеевна грозно помахала пальцем перед носом зеркального двойника и горестно вздохнула. Ежевечерняя попытка уместить шикарные нижние данные в джинсы с треском провалилась. Причем треснули оба - и джинсы, и самооценка.

День начался с классической мысли: "Хорошо, что на дворе сегодня, а не завтра". С пробежкой и зарядкой руку помощи протянула жизнь: доесть весь шведский стол, пусть и во сне — дело принципа. Последняя булочка была умята через пять минут после того, как будильник отзвонил крайний срок для выхода из дома, и оказалось, что бег с препятствиями под музыку в виде собственных воплей — вполне себе спортивная нагрузка.

А вот диета... Главным камнем преткновения на пути к перевоплощению в грациознейшие песочные часы в весе пера был ларек с шаурмой. Этот крохотный киоск-вагончик входил в Аленину жизнь так же плотно, как ее талия — в юбку на размер меньше. Располагалось это бесовское заведение рядом с автобусной остановкой и обойти его было нельзя. Никак.

Открывался киоск в 6.30. Алена появлялась примерно в 7.15. К этому времени божественные запахи буквально пропитывали воздух в радиусе километра. Иногда Аленке везло и удавалось просочиться мимо в пересменку. Но обычно сочные мясные волны средней прожарки с чесночными гребешками накатывали со звуком "ням-ням" на беззащитную поборницу ЗОЖ и деморализовали в считанные секунды. Когда Алена приходила в себя, в руках уже была пустая упаковка, в желудке - радостная сытость, а в душе и на бедрах — отчаяние.

Сегодня, подгоняемая нехваткой времени и бешеным желанием обыграть ненавистную шаурму, Алена приняла самурайское для топографического кретина решение: срезать. Интуиция прозрачно намекнула, что дорога через пустырь займет не больше десяти минут. А вот о том, что каблуки и колготки с заброшенной стройкой не сочетаются — не намекнула.

Начальник отдела маркетинга Николай Николаевич Хрюков вот уже пять минут нервно барабанил пальцами по столу и издавал оправдывающие фамилию звуки. Сидящие напротив японские партнеры широко улыбались — им-то не привыкать, а вот у Хрюкова от непрерывной лыбы в течение получаса скулы свело намертво. Чай закончился не только у него, но и по всему этажу, от вежливых кивков ломило шею, а переводчица-синхронистка Алена Сергеевна и не думала являться на переговоры.

Николай Николаевич предпринял попытку разрядить обстановку и улыбнулся еще на миллиметр шире. От усилия где-то в глубине начал резаться зуб мудрости. За дверью послышались шаги. Японцы синхронно и радостно зашевелились. В кабинет ввалилось лохматая особь женского пола — в порванных колготках, с синяком во всю коленку, ссадиной под глазом и туфлей в руках. Существо бросило в мусорное ведро отломавшийся каблук и произнесло на чистом японском:

— Kon'nichiwa, osoku natte gomen'nasai, ocha demo ikagadesu ka? (Здравствуйте, извините за опоздание, не желаете ли чашечку чая?)

Когда возмущенные японцы покинули офис, а Николай Николаевич наконец-то смог перестать улыбаться, должность переводчика-синхрониста была уже вакантной.

Зареванная неудачница, хлюпая носом и баюкая единственную оставшуюся туфлю, ехала на такси домой и, всхлипывая, бубнела себе под нос:

— Зато я сама уволилась... Я все равно хотела работу менять... Вот туфелек жалко — итальянские... Зато... Зато... Зато... Зато я сегодня шаурму не ела!

Гордая, как будто вожделенные джинсы уже сидели на попе, Алена влетела в квартиру. В нос ударила умопомрачительная симфония: сладковатый, слегка терпкий и густой аккорд жареного мяса оттеняли по-весеннему свежие полутона трав и овощей.

— Засада! — взвизгнула девушка и, размахивая выхваченным из сумки швейцарским ножом — подарок мужа, между прочим! — рванула на кухню.

Олег, нацепив на голый атлетический торс любимый фартук жены, колдовал над тарелками. Услышав в коридоре боевой клич индейца, не спеша развернулся и задумчиво изучил выпученные глаза супруги и воинственно выставленный в его сторону ножик.

— Аленушка, не надо так волноваться...

— Я тебя зарежу! Ты же знаешь, я...

Блюдо пахло как амброзия, принесенная курьером-Гермесом прямо с Олимпа. Оно дышало райским теплом, манило, как яблоко Еву. Соблазн был непреодолим.

— Легенды врут, — вздохнула Алена, чувствуя, как голодная слюна заливает огонь возмущения. — Прометей стырил у богов не огонь, а шаурму.

Плюхнулась на стул, отрезала кусочек извлеченным для праведной мести ножом. Подцепила на вилку. Зажмурилась от удовольствия.

— Ну вот, так-то лучше, — Олег ласково погладил жену по волосам. — Ешь, а то скоро ветром сносить будет. А джинсы твои старые я выбросил. Шутка ли — шесть лет лежат, с выпускного. Вкусно?

Алена посмотрела в полные обожания глаза мужа, кивнула и отрезала еще кусочек.

Глава 2 Месть как холодная закуска

— Игорь стал часто задерживаться на работе, по выходным выдумывает какие-то глупые поводы, чтобы уехать из дома, — Оля в третий раз за последние пять минут поправила и без того безупречную укладку. День был пасмурный, от монотонного бормотания контролера "Ваш билетик" ныло в висках. И только подруга Алина как всегда излучала оптимизм и уверенность.

— Лёлька, да никому твой Игорянчик не сдался! Сама говоришь — он у тебя мужик не глупый. А каждый мало-мальски умный мужчина должен понимать, какое ты сокровище! Ой, по-моему, у тебя кончик ногтя облез!

Ольга с раздражением уставилась на длинный малиновый ноготь на указательном пальце.

— Только этого не хватало! — девушка достала из сумочки ярко-красный складной нож-универсал. — Хорошо хоть, муж недавно вот такую штуку подарил! Видишь, тут даже пилочка маникюрная есть!

— О, дай-как посмотреть! Очень интересная штуковина...

— Алина, зачем тебе перчатки в такую жару?

— Они кружевные, это модно и стильно! Ой! Лёля, ты, кажется, свою остановку проехала!

— Извините… подвиньтесь... да дайте же выйти..., — оттаптывая ноги, Оля протиснулась к дверям и в последнюю секунду успела выскочить из автобуса.

— Черт, да это же не моя остановка! — девушка растерянно осмотрелась, пытаясь понять, где находится, и заметила в двух шагах машину Игоря.

— Вот те раз! А кто-то сейчас должен быть на работе!

Ольга достала мобильник.

— Игоречек, привет! Как дела, милый? Да… Конечно... А ты где сейчас? Ах, на работе? Я просто хотела уточнить, что приготовить на ужин? Хорошо, дорогой, сырники так сырники!

Устроившись на заднем сиденье такси, девушка приготовилась терпеливо ждать. Муж никогда не передвигается по городу ни пешком, ни на общественном транспорте. Если машина здесь, ненаглядный где-то рядом.

— Долго нам стоять еще? — водитель настраивал радио и недовольно морщился.

— Вам-то что, счетчик включен, — огрызнулась Оля и, увидев идущего мужа, рявкнула, — За той машиной, осторожно! Если нас заметит или вы его потеряете — не заплачу!

За городом количество машин снизилось и прятаться стало труднее, о чем не замедлил ехидно сообщить таксист. Оля накинула еще пятерку, лишь бы прекратил нудеть. Девушку больше волновало, куда это собрался супруг.

Спустя несколько поворотов по проселочным дорогам показалась незнакомая деревушка. "Оленьки" — прочла Оля на указателе. Машина Игоря стояла у крайнего полузаброшенного одноэтажного домика с голубыми ставнями. Девушка осторожно толкнула скрипучую калитку и вошла. В этот момент на крыльце появился муж. Прятаться было поздно.

— Олечка? Что ты здесь делаешь?

— Это ты скажи, что ты здесь делаешь! Я тебе звонила, ты сказал, что ты на работе! Так вот он какой, твой дом свиданий! А потаскушка твоя где? С тобой не приехала, значит, местная? На деревню потянуло?

Игорь вздохнул.

— Оля, присядь, пожалуйста. Давай успокоимся и поговорим.

Странно. Не нервничает, глаза не прячет, не оправдывается. Взгляд грустный, но не виноватый.

Муж ласково взял девушку за руку и усадил на облупившуюся деревянную скамеечку.

— Я никогда тебе не рассказывал про свою семью. В этом доме жили мои родители. Это место дорого мне, я стараюсь приезжать сюда почаще. Я боялся, что ты не поймешь моего желания побыть в одиночестве, иметь свое личное пространство...

— Милый… — растроганно протянула Оля. Она ожидала чего угодно, но только не этого. Сентиментальностью ее Игорь, мягко говоря, не отличался. Надо показать, что она, как хорошая жена, понимает и принимает его внезапно обнаружившуюся тонкую душевную организацию. — Конечно, я понимаю. Прости меня. Я буду ждать тебя дома.

Оля быстро чмокнула мужа в щеку. Как хорошо, что она не отпустила такси!

Игорь, прищурившись, смотрел вслед, пока оранжевые шашечки не скрылись за поворотом. За спиной скрипнула дверь. Парень развернулся и крепко обнял вышедшую из дома Алину.

— Поверила?

— На все сто процентов! Алинка, ты просто гений! Придумать такую историю! И откуда ты знаешь, что жена обожает мелодрамы? Я вот их терпеть не могу!

— Я рада, что все получилось. Пойдем в дом, выпьем немного.

Игорь развалился на диване, с удовольствием наблюдая, как хлопочет Алина.

— Домик, впрочем, могла и поближе отыскать. И название такое смешное. Никогда здесь не был… Милая, осторожнее! Ты нас так без выпивки оставишь!

— Ничего страшного, — ответила девушка, вытирая ярко-красную лужицу. — Игорь, какое сегодня число?

С этими словами Алина поставила перед мужчиной бокал красного сухого.

— Седьмое вроде, а что?

— Просто спросила.

— Алинка, ты какая-то странная сегодня. Хватит тереть стол, дырку протрешь. И сними, наконец, эти дурацкие перчатки. Нервничаешь? Не переживай, моя жена дура-дурой. Обмануть женщину, честно говоря, ничего не стоит. Твоя комбинация, конечно, прелесть, но я бы и сам мог... Надавить на жалость, подбавить романтики, сделать грустный вид.... Что ты так на меня смотришь?

— Все в порядке, — медленно произнесла Алина, усаживаясь в соседнее кресло и кладя на колени сумочку. — Так какое, говоришь, сегодня число?

— Седьмое, я же уже… Кх-х… Мне что-то душно...

Схватившись за горло, Игорь захрипел, выпучив глаза. Дыхание перехватило, в глазах потемнело. Он видел, как Алина не спеша подходит и склоняется над ним. Он видел, как плавно приближается к горлу швейцарский нож фирмы Victorinox — такой он недавно подарил Ольге. Видел — и не мог ни крикнуть, ни пошевелиться.

— Седьмое, говоришь, — задумчиво протянула Алина, аккуратно вдавливая кончик ножа в яремную впадину. — Да, именно седьмого все и случилось. Пятнадцать лет тому назад ты сделал мне предложение. В этом самом доме. А через месяц женился на Ольге. Я уехала — далеко и надолго. Но следила за каждым вашим шагом. Каждый день.

Алина широко улыбнулась и покрутила лезвием.

— У нас с тобой много общего, Игорь. Мы оба первоклассные актеры и не любим мелодрамы. Поэтому сегодня будет триллер. За твое убийство сядет твоя жена. Прощай.

Алина с силой всадила нож в горло мужчины и отскочила. Кровь брызнула фонтаном. Девушка поставила на стол любимую Олину кружку — ее она прихватила с собой во время последнего свидания с Игорем у него дома. Удовлетворенно оглядела получившуюся картину.

— Я обязательно навещу Ольгу в тюрьме, — бросила на прощание и, взяв из кармана висевшей в коридоре кожанки ключи, вышла во двор.

— Все, — ухмыльнулась Алина, заводя машину. Раздался взрыв. Автомобиль и девушка разлетелись на куски. Из-за угла дома, довольно потирая руки, вышла Ольга.

— Вот теперь — все.

Глава 3 Все мы бабы дуры...

— Итак, есть два претендента на мое сердце, фирменный плов и будущее: Сергей и Виталик. Серега спортивен, брутален и здоров до неприличия — дети точно будут красивые. С другой стороны, Виталик — из профессорской семьи, интеллигент в пятом поколении — дети точно будут умные. С третье стороны, я — как обезьяна: умна и красива, не разорваться. А разрываться пора — двадцать девять, все родня вплоть до седьмой воды на киселе, уже в очередь встают, чтоб про часики напомнить. Вот сегодня часики-то и прокукуют.

Карина поправила скатерть, прическу и нервы. Достала мобильник.

— Але, Виталик! Ты где? Поторопись, дорогой, я тебя заждалась!

— За нас, любимый! — с помощью лучшего друга, швейцарского чуда фирмы Victorinox, Карина содрала фольгу и с лихим хлопком открыла шампанское.

— Милая, а почему безалкогольное? — жеманно протянул как всегда безупречный в своей фрачной паре профессорский сынок.

Карина принесла из кухни очередной клош.

— Это сюрприз, любовь моя. Открывай.

На металлическом подносе — белая бумажка с двумя полосочками.

— У нас будет малыш! Ты счастлив?

— А... Э... Понимаешь...

Виталик, откашлявшись, придал себе растроганно-мудрый вид, взял Карину за руку и торжественно продолжил:

— Карина! Я, как истинный мужчина и джентльмен, осознаю всю тяжесть ответственности, возлагаемую на того, кто решится привести в этот сложный мир нового человека. И со всей честностью вопрошаю: что мы сможем ему дать? У тебя съемная квартира и ПТУ, у меня — недописанная диссертация. О, как горько сознавать, что нам рано думать о детях!

Виталик трагически прижал ладонь тыльной стороной к глазам, сквозь растопыренные пальцы высмотрел в коридоре ботинки, и ужом выскользнул за дверь.

Карина сорвала с шампанского этикетку ""безалкогольное" и допила бутылку залпом.

— Первый пошел! Ладно, видимо, я чуть-чуть умнее, чем красивее. Алле, Сереженька... Приезжаай...

Спустя двадцать минут гора мышц ввалилась в квартиру и застала зареванную Карину в обнимку с бутылкой коньяка.

— Киска, че случилось? Скажи, я ему, если че, сразу в морду!

— Сереж, я заболела... Очень серьезно... Денег много надо и лечиться долго...

Качок растерянно повертел бумажку с кучей штампов и совершенно непонятных, и от этого еще более страшных, слов.

— Ну, ты... Это... Держись, в общем... Я побегу, ладно? У меня через неделю соревнования в Европе, тренироваться надо...

Качок растворился следом за интеллигентом. Карина, икнув, заревела уже по-настоящему. Залпом допила бутылку коньяка, достала альбом с фотографиями и маникюрными щипчиками принялась ликвидировать головы несостоявшемуся будущему.

Когда сгустившиеся сумерки уже не позволяли рассмотреть лица на снимках, Карина услышала — кто-то ломится в дверь. Судя по громкому стуку чем-то тяжелым — уже давно. Шатаясь и крепко держась для равновесия за бутылку, Карина двинулась открывать. В квартиру ввалился Стас — жилетка, лучший друг, психолог и собутыльник по потребности.

— Ты почему трубку не берешь? Поговорила со своими кандидатами? Вижу, поговорила...

Стас отобрал бутылку и завел подругу на кухню. Усадил на диван, сунул в руку кружку с горячим чаем и устроился рядом.

— Излагай.

— Вит… ик… …лик детей лечить не хочет. То есть не лечить, а от меня. А Сережа может и хочет. Детей. Но не от меня. Потому что я ему сказала, что болею, и он сбежал. Стас, ну почему все так? Почему? Ну вот объяс...

Стас осторожно отобрал кружку и ласково погладил по волосам задремавшую девушку.

— Дурочка, какая же ты дурочка... Любимая...

Глава 4 О чем просят боги

XIV-й век.

На вершину храма поднялся человек с кожей цвета лазури. Обсидиановый нож рассек грудную клетку, камни пирамиды жадно впитали алые ручьи. И воскликнул жрец, протягивая небу окровавленное сердце:

— О бирюзовый царевич, юный владыка наш! Прими драгоценный орлиный плод кактуса и утоли им жажду свою! Прими нашу жертву, о Тонатиу!

XXI-й век.

— Катька, я боюсь! А вдруг не получится?

— Танька, не дрейфь, я все узнала! Эти археологи статую откопали — огроменную! Рожа, как у нашего директора, когда орет: "Родителей в школу!" Это точно древний идол, зуб даю! И действовать надо быстро, завтра увезут!

— Мне страшно...

— Подруга, я не поняла: тебе Илюха нужен или нет?

Тяжелый вздох.

— Вот и не ной! Осторожно, пришли!

В центре темной поляны возвышалась огромная каменная глыба.

— Костер разводить не будем, засекут! Давай телефоном подсвечу.

Танька стиснула зубы и неловко провела лезвием ножа по ладони.

— Оёёёй!

— Тихо ты! Давай, мажь ему губы! Сильнее, вот так! А теперь проси, как учила!

— О, Перун, прими мою жертву! Я хочу, чтобы Ильюшенька бросил эту уродину Светку и влюбился в меня навсегда! И чтоб у Светки прыщами всю морду обсыпало! Это я так, чтоб второй раз не приходить!

Катька хихикнула. В чистом, без единой тучи, ночном небе полыхнула молния.

— Ааааа!

— Бежим!

Топот девичьих ног затих вдалеке. От каменной глыбы отделилась черная фигура.

— О, люди, миллиарды световых лет не изменят вашу сущность! Кто был ты, первый человек, принесший в дар кровавую плоть во имя желания своего? Почему ты решил, что мы, боги, подобны вам — так же жестоки и кровожадны? Мы наказывали вас чумой и мором, голодом и потопом — но вы продолжали проливать кровь в наших домах! Осирис, Иштар, Тот, Велес — все, чьи уста осквернила кровь — от вашего имени говорю я! Нам не нужны жертвы — покоя, и только покоя желаем мы! Ты слышишь нас, человек?

Глава 5 Мисси Д. шагает во тьму

По обеим сторонам входной двери магазина висели пять деревянных шкафчиков. Четыре из них были пусты. На полке пятого разместился единственный товар — швейцарский нож-мультикул Victorinox Sportsman.

У стены напротив расположились седовласый подтянутый мужчина и молодая интересная женщина со шрамом в виде куриной лапки над правой бровью. Перед ними на прилавке лежали четыре ножа — близнецы "швейцарца" из шкафчика.

— Ты Эпиметей гораздо больше, чем твой брат, — с легкой ехидцей проворковала девушка, продолжая начатый спор. — Люди ни разу не воспользовались твоим подарком, но каждую кальпу ты снова и снова приносишь на Землю огонь! На каком витке ты потерял свое хваленое умение думать наперед?

— Твои имена, миссис Д., тоже от кальпы к кальпе глупее становятся! Но я верю в человечество! — мужчина резко рубанул ладонью воздух.

"Куриная лапка" медленно въехала под рваную разноцветную челку.

— Даже сейчас?

Мужчина стиснул тяжелые кулаки.

— Нет. Пора признать — моя идея себя исчерпала. Смотри! — продавец схватил мультикул и достал маникюрную пилочку. — Это инструмент Пигмалиона, способный создать живое из неживого! Это — ключ от порталов в другие миры! Этой отверткой можно починить все, от израненного сердца до сломанной судьбы! Этот...

Мужчина вдохновленно размахивал шилом, щелкал пинцетом, совал под нос невозмутимой леди зубочистку.

-— ...нож вырезает черные полосы из жизни, а они им шаурму режут! — Прометей взмахнул рукой, и ножи на витрине исчезли. — Больше ни...

— Последняя покупательница еще не ушла.

Торговец покосился на женщину в красном плаще, стоящую у пятого шкафчика. Она внимательно рассматривала нож сквозь стеклянные дверцы.

— Ну и что? Даже если купит, все равно...

— Подожди.

Миссис Д. щелкнула пальцами, погружая собеседников в мысли посетительницы.

"Он — стильный, дерзкий и предсказуемо ярко-красный. С ним невозможно потерять ключи. Он определяет размер сумочки — в маленький клатч не помещается..."

Женщина взяла нож и подошла к прилавку.

— Я беру это.

"...Швейцарский нож Victorinox Sportsman — настоящее мужское плечо для женщины 21-го века. С ним я все смогу сама. Смогу ли? Да. Но хочу ли?!"

— Извините! Я передумала!

Хлопнула дверь. Завернув за угол, женщина остановилась и достала из сумочки мобильный телефон.

— Привет! Как дела? Да нет, ничего не случилось, просто мне нужна твоя помощь. Ну, не такая уж я и самостоятельная! У меня труба засорилась, похоже... Сегодня в шесть? Отлично, жду!

Спрятала телефон и озорно улыбнулась.

— А по дороге домой куплю шампанское! И ни за что на свете сама его открывать не буду!

Миссис Д. выжидательно посмотрела на владельца магазина. Прометей иронически приподнял бровь.

— То есть лучший вариант использования божественного огня — не прикасаться к нему?! Нет, отныне я отказываюсь работать с человечеством! Зевс, верховный владыка, тебя призываю в свидетели! Да будет нерушимым слово мое! Клянусь…

— Раз.

— ...что больше...

— Два.

— никогда...

— Ой, а можно, я возьму этот ножик? А он дорого стоит? Мне очень-очень надо! — в магазин, как вихрь, ворвалась растрепанная девчушка с косичками и блокнотом в руках.

— Зачем вам этот инструмент, юная леди? — Прометей даже отступил на шаг, ошарашенный напором.

— В мою голову влетела идея, мне ее надо записать срочно-срочно! А карандаш сломался! — девчушка высыпала в подставленную ладонь все монетки из кошелька. — Посчитайте, тут хватит? Понимаете, я хочу написать историю о Прометее, мы о нем недавно в школе читали! Как он приносит людям божественный огонь, и этот огонь каждый раз выглядит по-разному, а люди не могут им воспользоваться правильно, но он все равно приносит и... Считайте быстрее, а то я сейчас забуду, что дальше!

— Этот нож ваш, юная леди.

— Спасибо, спасибо, спасибо!!

Зажав в ладошке нож, девчушка вприпрыжку выскочила из магазина.

— Я говорил, я знал, я верил!! Нашелся-таки человек, достойный моего дара! До встречи в следующей кальпе, миссис Д.! Надеюсь, к этому времени ты сменишь свое дурацкое имя!

Подмигнув, с широкой улыбкой победителя, Прометей исчез.

— Три, — тоже с улыбкой закончила миссис Д. — И вот так каждый раз! Никогда за собой не убирает! Пожалуй, в этом веке я превращу магазин в бар. Какая дьявольская ирония: делать "Шаг во тьму" люди до сих пор умеют лучше нас!