Город Солнца

Глава 1

Я не помню, как очутилась в жёлтом прозрачном туннеле. И как начала лететь сквозь него, тоже не помню. Я помню только необычайную лёгкость, такую необычайную, какую не припомню, чтобы когда-то испытывала за всю жизнь. Я летела и знала только одно, что всё бы на свете отдала, чтобы задержать это состояние подольше.

Вскинув руки вверх, я продолжала лететь и жадно глотать воздух, который, как мне показалось, был каким-то другим.

Я что уже умерла – как-то бессознательно пронеслась мимо меня эта мысль. И я с удивлением обнаружила, что меня это не слишком заботит. Я чувствовала, что самое лучшее ждёт меня впереди, я словно была в предвкушении чего-то удивительного и прекрасного. Но не знала чего именно.

А потом я влетела в город Солнца. Это, конечно, я сама его так окрестила. Сказать, что я удивилась, ну, это очень мягко сказать. Я просто опешила от такой красоты. Я никогда ничего такого не видела ни на Земле, ни в преисподней. Хотя при чем тут преисподняя, ну может я и там была, просто не помню.

Передо мной, как будто, разверзлись гигантские ворота насыщенного жёлтого цвета, плюс они ещё переливались. Словно это были ворота в солнечный город. В страну радости и счастья, где всё жёлтое. Жёлтый, кстати, мой любимый цвет. Я что попала в какой-то жёлтый рай. М-да, в свой жёлтый рай. Я подлетела к воротам, они показались мне гигантскими. По сравнению с ними я, наверно, была точкой. Они мягко открылись передо мной. И тут меня ослепила ужасно сильная вспышка. Как будто, это был закат, или восход, не одного, а десяти солнц и плюс других планет, похожих на наше солнце из солнечной системы. Я невольно прикрыла лицо рукой, я думала, я не выдержу такого фантастически яркого света, и взорвусь.

«Это что закат в городе Бога» - подумала я. Или в городе Богов. Или это солнечный город? А что за город Бога? Тем временем в какие-то доли секунды закат (а это был именно закат, а не восход) стал сходить на нет. И в город Бога опустилась ночь. Я хотя бы начала различать очертания и стало легче глазам, а то из-за ярких вспышек, они сильно напрягались, и плюс было ощущение тяжести в голове.

Я, как будто, стояла на облаке, а затем спустилась непосредственно в сам город. Ночь была светлой, всё вокруг освещалось каким-то светло-фиолетовым спутником. Всё вокруг было гигантское. «Здесь что пятиметровые люди живут?» - подумала я с опаской. Или, может, вовсе не люди, а какие-либо сущности, внешний облик которых не вписался бы ни в одно представление разумного человека.

Сойдя с облака, я неуверенно сделала шаг. На полу была поверхность похожая на чистую полупрозрачную кафельную плитку. Я встала босой ногой и почувствовала холод. Плитка была настолько вычищенной, что даже блестела. «Здесь что никто не ходит, не топчет?» - удивилась я про себя.

Впереди была белая гигантская лестница. Она была словно из мрамора. Подойдя ближе, я увидела, что это пирамида. Белая, словно мрамор и поблёскивающая в ночном свете. Воздух здешний для меня показался тяжёлым. Я глубоко вздохнула, затем выдохнула. Но это не очень помогло. Помогло на три минуты, а затем опять стало как-то слегка тяжело дышать. На мгновение мне стало страшно. Где я вообще? Что это за место? Городом Богов ведь я сама его окрестила. А вдруг сейчас какой-нибудь двадцатиметровый гигант выйдет и раздавит меня?

Яоглядела окрестности. Почему-то не было даже ветерка. Не летали птицы, не стрекотали насекомые, не ходили люди, или кто здесь, сущности. Может это город солнца и не должно быть здесь ни птиц, ни зверей, ни двадцатиметровых людей, ни сущностей.

Я снова вдохнула и выдохнула, и устало откинула голову назад.

- А что ты стоишь, как чужая? – вдруг раздался резвый женский голос над моей головой, - Проходи, не стесняйся. К нам сюда случайно не попадают.

Я в изумлении обернулась. На мраморной лестнице пирамиды полулежала гигантская молодая красивая женщина в нежном белом длинном платье. «Ну, вот дождалась - подумала я – вот тебе и гигантские люди». Правда, женщина была не слишком уж гигантской, всего метров пять. Она полулежала, словно Богиня и важно теребила подол своего платья.

- Простите, вы ко мне обращайтесь?

- К тебе. А ты ещё здесь кого-то видишь?

Я обернулась по сторонам, вроде никого, кроме нас с ней.

- Простите, а откуда вы меня знаете? И кто вы?

- Я жрица этого храма - махнула рукой под собой женщина.

- Это храм солнца?

- Нет, это храм так сказать преддверия в город Солнца. Настоящий храм Солнца очень ярко светится жёлтым свечением и сделан, словно из чистого золота. Но он настолько яркий, что не только люди с земли и других планет, а то и не все сущности, выдерживают смотреть на него.

- И я бы не выдержала?

- Скорее всего.

Я удивилась тому, что голос жрицы я слышала очень близко прямо перед собой, как будто, перед телевизором. А сама жрица находилась от меня на приличном расстоянии. Она сидела где-то посередине высоченной лестницы храма.

- А можно узнать ваше имя? – она сказала, что она просто жрица, но похожа она была на настоящую Богиню. Я вдруг вспомнила, что на Земле, у себя дома в последнее время увлекалась пантеоном славянских богов. К сожалению, мне даже не с кем было поговорить на эту тему. Все знали греческих богов, но славянских почти никто. И это было очень плохо.

Так вот это богиня, то есть жрица не была не похожа ни на одну славянскую богиню. Не на Живу, не на Морену, не на Макошь, и даже не на Ладу, супругу Сварога, отца-прародителя всех славянских Богов. Она скорее походила на какую-то скандинавскую богиню, или нормандского происхождения. У нее были светлые волосы и светлая кожа. Плюс ещё белое платье, снежная королева и есть.

Услышав мой вопрос об имени, она как-то странно себя повела. Я подумала, что она либо плохо расслышала меня, либо вообще не поняла мой вопрос. Подумав немного, она вдруг произнесла:

- Жжжпшмхааакииишшашадзааииииии

- Что-о? – не выдержала я.

- Прости, просто не знаю, как произнести по-человечески, на языке людей. Впрочем, даже не буду пытаться, ты всё ровно не поймёшь. Многие люди из других планет ис вашей тоже, не понимают наши имена. Да и зачем оно тебе, всё ровно у истинной нашей сущности нет ни имени, ни названия.

- Ну, почему. А как же обращаться тогда? Вот у меня, например, есть имя. Меня зовут… - тут вдруг я осознала, что не помню своего земного имени.

Богиня-жрица добродушно рассмеялась.

- Нет у тебя имени. Зачем оно тебе? Я вижу тебя, как светящийся жёлтый мини-шар. Так видят людей все трёхмерные жители города Солнца. «Так значит это город Солнца! Я так и думала. Вот куда, значит, я попала». Для них люди просто светящиеся шарики, а не руки, ноги, голова. Этого они даже не видят. Да и зачем это видеть. Физическая оболочка это лишь маска души. Маска Духа. Она ничего не говорит о сути человеческого существа и о цели его воплощения. Если только ясновидящие могут увидеть. Но сколько их там на Земле. Не все же подряд ясновидящие.

Вот так информация! Я осознала, что слушаю Богиню взахлёб и с открытым ртом. Я посмеялась сама над собой.

Затем я вдруг осознала, что совсем не хочу покидать город Солнца. Я хочу остаться здесь навсегда.

Вдруг Богиня-жрица взялась обеими ладонями за голову и как-то слегка дёрнулась.

- Что случилось, Богиня?

- Я получила мысленный приказ от других жрецов. Я должна вернуться в храм.

Я в смятении обнаружила, что жрица при разговоре не шевелит губами, когда внимательно присмотрелась к ней.

- Подожди, Богиня! А как же я? Я ведь кроме тебя здесь никого не знаю.

- Ты никогда не останешься одна! – сказала жрица Белого Храма и вдумчиво посмотрела на меня, как бы прощаясь, а затем растворилась в воздухе.

После исчезновения жрицы мне вдруг стало невыносимо, напала такая тоска. Я упала на колени, обхватив голову руками, затем сморщилась. Затем почувствовала душещипательный холод. «Боже, я умираю» - произнеслась мысль где-то вдалеке от меня.

Тут вдруг разверзлись небеса, и сквозь нишу красивых облаков и туч не воображаемых цветов, выглянуло солнце. Затем кто-то или что-то, как будто, подхватило меня. Я вдруг оказалась лежащей на каком-то гигантском облаке, как на перине. Мне вдруг стало так тепло и хорошо, как Дома.

Тут откуда-то сверху над головой, я услышала голос такой доброжелательный и теплый. Это был голос пожилого старца. А может это был голос Бога?

- Как тебе здесь? – голос, как будто улыбался – Есть ли ещё у тебя какие-либо задачи на Земле?

- Я не знаю насчёт задач. Но я хочу остаться здесь навсегда – в отчаянии выпалила я.

- Тебе ещё рано сюда – продолжал добродушно голос – На Земле тебя ждут родные, которых тебе ещё рано покидать, и которые ещё пока не заслужили такой сильной боли. Да и твой путь на земле ещё не окончен!

- А кто ты, Голос? Ты Бог? Оставь меня здесь, Боженька! Я уже не помню ни Землю, не своих родных.

Да и что мне делать на Земле – я всегда была не такая, как все и от этого чувствовала себя изгоем. Про таких, как я, говорят - не от мира сего. Наверно, многие слышали выражение «старая душа». Люди со старыми душами живут всю жизнь, как бы смотрясь вовнутрь себя. В результате такой человек идёт по жизни своим путём и, как правило, одиноким. Такие люди ещё часто ощущают, что живут не в своем времени, такое чувство можно сравнить с огромным желанием вернуться домой. Обычно людям со старой душой трудно подружиться – они всегда держатся на расстоянии. Богатый внутренний мир – их лучший друг. Чувство отчуждения – привычное чувство, с которым живут старые души, потому что большинство людей не имеют тех же интересов и ценностей.

- Ещё рано – сказала Голос так же доброжелательно, но уже тоном, не признающим возражений.

Но тут солнце вдруг закатилось за тучи, поднялся сильный ветер, чуть ли не смерч и я ощутила, как лечу вниз. Это был даже не тоннель, а какая-то тёмная пустота.

Далее я проснулась в каком-то убогом промозглом помещении, похожем на больничную палату. Ну, конечно, из рая в ад. Больница советского типа без ремонта тридцать лет. Ой, как же тут промозгло. Но правда, палата была просторная – слева и справа от меня стояли ещё две кровати. Справа была пустая, слева спала девушка. Я ещё не совсем вырвалась из-за небытия и с трудом соображала. Так же плохо я различала очертания. Тут в комнату вплыло какое-то существо всё в белом и в белой шапочке. Когда я его увидела, я что-то почувствовала.

- Эй, сюда! Она пришла в себя! – крикнул мужской приятный молодой голос. Тут в палату вбежали ещё двое медсестра в белом халате и тёмными волосами и такой же точь-в т молодой человек, как и предыдущий. Они что близнецы?

Я приходила в себя как-то болезненно. Первый молодой человек склонился надо мной, и я смогла разглядеть черты его лица. Молодой, красивый, стройный.

- Ну, что вот мы и пришли в себя – с улыбкой произнес он. Невольно я тоже заулыбалась.

- А кто вы? Вы ангел? – спросила я

- Вообще-то, медбрат. Мы для всех ангелы, кто пробуждается после комы или отходит от наркоза – рассмеялся он. «Я что была в коме?». А потом продолжил:

- Вы были в коме сутки. Родные за вас переживали и поручили мне и ещё двум коллегам следить за вами и заботиться о вас.

Как всего сутки? Мне показалось, что я была в городе Солнца целую вечность.

- Я хочу вернуться в город Солнца.

- Конечно, конечно, как только так сразу. У нас здесь откуда только не возвращались - и из города богов, и из преисподней – ответил с улыбкой другой парень, похожий на первого как близнец.

- Тихо ты! Видишь она еле еле приходит в себя. Лучше принеси стакан воды.

Когда мне принесли стакан воды, я равнодушно посмотрела на него и отвернулась к окну.

Двое медбратьев и темноволосая медсестра переглянулись.

- Она, видимо, ещё не до конца пришла в себя – сказал второй медбрат.

- Вы хотите есть, пить? Вам что-нибудь нужно? – спросила медсестра, кажется, её звали Татьяна.

- Оставим её ненадолго – сказал первый медбрат, когда никто не услышал от меня ответа. Честно говоря, когда я слышала голос первого медбрата - по моему существу проходила волна блаженства. Я наслаждалась его голосом, как райской музыкой.

- Хотя нет, - стукнул он себя по лбу – Я обещал предупредить её родных, если она очнётся. Они очень переживали, особенно мать.

Я не помню, как прошёл этот день. Наверно, у меня была частичная потеря памяти. Что же случилось? Я что попала в автокатастрофу? Я ничего не помню. Медсестра всё же заставила меня съесть горячий куриный бульон с булкой. Но к еде я была равнодушна. И вообще ко всему, я бредила городом Солнца. Я всё ещё не могла его забыть.

На следующий день, я снова очнулась в этой палате, на больничной койке. Правда, кровати здесь были хорошие, добротные, с чистым постельным бельём. На подоконниках цветы в кадках и горшках. Вокруг моей кровати сидели мужчина, женщина, парень и девушка. У женщины были глаза на мокром месте, и она радостно улыбалась.

- Вероника, доченька моя. Наконец-то ты пришла в себя! – она обхватила мою голову в объятиях. Первые три минуты я не узнавала этих людей, но потом постепенно я узнала своих маму, папу, сестру и брата. Я начла задыхаться от этих объятий и попыталась высвободиться.

- Да подожди ты. Она же только пришла в себя – отстранил её папа.

- Я хочу вернуться в город Солнца, я не хочу больше здесь. Я просто поняла, что здесь, на Земле мне больше нечего делать – искренне поделилась я с мамой. Но лучше б я этого не делала. Её улыбчивое лицо сменилось на растерянно-каменное. От улыбки на лице не осталось ни следа. Такая же шоковая реакция была у брата и сестры. Все недоумённо переглянулись между собой. Тут подошёл первой медбрат «ну когда же я узнаю, как его зовут, сама спросить стесняюсь». Мама растерянно уставилось на него, а он на неё вопросительно.

- Извините, а она сильно головой ударилась?

- Лёгкое сотрясение, хотя можно предположить, что удар головой был сильным – милым юношеским голосом ответил медбрат, - А что она сказала что-то?

Мама так же растерянно передала медбрату мои слова, но на этот раз с лёгкой улыбкой. Я поняла, что ей было очень тяжело, глаза красные от слёз, на висках какие красные подтёки. Бедная моя! Но я почему-то оставалась сдержанной в эмоциях к своим родным, даже через чур. Сама не понимая, почему так. Я всё бредила городом солнца, я как будто, была ещё там по ощущениям, и мне почему-то казалось, что я скоро смогу туда вернуться. Это сродни тому, как пробудившись утром, ты не можешь забыть прекрасный райский сон, и почти весь день тебя занимают мысли и воспоминая об этом сне.

- Ладно, Вероника мы уже пойдём. Мы очень рады, что ты пришла в себя, для нас это большое счастье. Сейчас тебе нужно восстановить силы и прийти в себя. Ты побудешь в больнице ещё несколько дней.

- Мама, а что же всё-таки случилось? Куда я попала в автокатастрофу? Я ничего не помню об этом.

Услышав мой вопрос, мама и папа, как будто, вздрогнули. Как будто, им напомнили о том, о чём они быстрее бы хотели забыть.

- Ты ехала с работы и дорогу перебегал какой -то выпивший алкаш, какой-то придурок, водителю пришлось резко притормозить. Ты стояла в конце автобуса, и при резком торможении тебе пришлось лететь через весь автобус к водителю, и ты резко ударилась головой о поручень. У тебя выявили сотрясения мозга, травма шеи, ключицы, плеча, ещё что-то не помню… А потом сутки или чуть больше тебя не было – мама расплакалась.

- Ладно, мать всё хватит, успокойся - обнял её за плечо папа.

- А где я работала?

- В контакт-центре – ответила мне за неё сестра. Ага, понятно, значит, профессии толком у меня не было.

- Мам, ладно, я же уже пришла в себя. Всё будет хорошо – тоже обняла я маму и в моих объятиях она как-то сразу успокоилась. Далее я обняла папу, своих младших брата и сестру.

Когда родные ушли я, конечно, прослезилась немного. Тут вошёл первый медбрат и увидел стекающие по щекам, слёзы на моём лице. Он был в изумлении.

- Да ну, зачем это, вытри слёзы, всё же уже позади – он сел возле меня и передал мне влажную салфетку. От него чем-то вкусно пахло.

- Я даже не знаю, как вас зовут – сказала я, взяв из его пальцев салфетку и едва сумев выдавить из себя улыбку.

- Меня зовут Стас, а вас уже знаю, Вероникой

- Вы знаете, я даже не помню, что меня так звали. Видимо, у меня всё-таки есть частичная потеря памяти, ладно хоть родных вспомнила.

- Да уж, - согласился Стасик, - у вас было сильное сотрясение мозга, травма ключицы и что-то ещё, уж забыл, не могу всех помнить столько народу – с улыбкой сказал Стасик.

- Понимаю – кивнула я.

- Только, чур, не называть меня Стасик! – сказал он, словно прочитав мои мысли, потому что мысленно я его уже так называла.

- Я уже стала так называть вас мысленно

- Ну, поэтому я и предупредил – засмеялся Стас

- А вы, что мысли читаете? – спросила я на полном серьёзе. Стасик снова не выдержал и засмеялся:

- Ну, нет, конечно!

Мы оба замолчали на полминуты.

- Может, всё-таки перейдём на «ты» – неожиданно предложил Стас.

- Конечно – согласилась я, и действительно чего это мы выкаем друг другу, почти ровесники. – Я всё-таки хочу спросить, а тот парень другой медбрат он похож на тебя, как две капли воды. Вы что близнецы?

- Да, это мой брат-близнец Вася, а медсестру зовут Татьяна.

- Да, я уже знаю.

Вася был тоже красив, как Стас, но красота его была совсем другая. Если у Стасика были светлые голубые глаза и добрый взгляд, который изучал твоё лицо, плечи, волосы, какого цвета у тебя глаза, то Вася же казалось, смотрел только «ниже плинтуса» - какие у тебя ноги, ягодицы, ляжки и т.д. и даже мог позволить опустить в мой адрес пошлую шутку. И взгляд у него был какой-то тяжёлый, не добрый, и глаза тёмно-карего цвета. Мой самый нелюбимый цвет глаз. Я стала избегать общества Васи.

Шли дни, но я всё ещё не шла на поправку. Я всё продолжала грезить городом Солнца и втайне мечтала вернуться туда. Но как? В уме ли я была? Ведь это была моя клиническая смерть. А ведь это бывает один раз, если уж я вернулась с того света, то во второй раз, видимо, я уже не скоро туда попаду.

- Вероника, ты должна есть – как-то однажды сказал мне Стас, - ты практически ничего не ешь. Это плохо. Что я скажу твоим родителям. Ведь, по идее тебя скоро должны выписать, но как мы это сделаем?!

Но я ещё долго продолжала игнорировать еду. А ещё дошло до паранойи.

Как-то раз я проснулась посреди ночи и увидела настежь открытое окно. Тут меня словно передёрнуло. А если я оставлю здесь свою физическую оболочку, то снова могу вернуться в город Солнца? Я, как зачарованная подошла к окну и стала открывать ещё больше. Глаза резанул яркий свет фонарей. Но мне не было до них дела. Я смотрела на небо – оно было каким-то мистическим с тучами, и с белыми бегущими облаками. Тут я, не задумываясь, встала на подоконник. Я даже не знаю, о чём я думала в тот момент, и почему я не думала о своих родных. Тут кто-то резко вцепился в мои плечи сзади и так же резко стащил меня с подоконника.

- Ты что сумасшедшая? Окончательно спятила? Да нет никакого города Солнца! Тебе пригрезилось, это всем снится во время клинической смерти.

- Боже мой, Стас ты что недоразвитый. Я действительно там была. Как это могло «пригрезиться», когда у меня остановилось сердце?

- Это уже неважно. Ты хоть подумала о своих родных? – Стас был взбешён, это показалось мне забавным, я никогда не видела его в гневе. Я пыталась снова подбежать к окну,но он не пускал, крепко держал меня. Оказывается, у него плечи были все в мускулах, я восхитилась его мускулами. И тут произошло нечто странное – как только наши глаза встретились – его голубые и мои зелёные, то мы вдруг оба застыли на месте не в силах разомкнуть объятия.

Тут в палату вбежали Таня и Вася, видимо, они услышали крики и глухую борьбу. Увидев, нас Вася заухмылялся, а у Тани стало каменное лицо. Я подозревала, что ей нравился Стас, но виду она никогда не подавала. Она прилежно за мной ухаживала, и в целом была неплохая девушка. Но в этот момент мне не было дела до её каменного лица, пускай хоть сутки напролёт с ним ходит. Для меня, как будто, время вокруг остановилось. И в это мгновение я напрочь забыла о существовании города солнца.

Пробудившись следующей ночью, я с удивлением обнаружила Васю, дремлющего в кресле у окна. И что это значит? Это значит то, что, видимо, Стас предупредил Васю и Таню по очереди дежурить возле меня. Чтобы я больше не вытворила больше ничего такого, как прошлой ночью.

Я встала и потрепала Васю. Он еле еле разомкнул глаза.

- Вася, что ты тут делаешь?

- А, ты опять проснулась. Я охраняю тебя, мне Стас поручил. А то ты же сумасшедшая, не знаю, что опять вытворишь.

- Может, ты будешь выбирать выражения?

- Но ты реально переборщила тогда.

- Я хотела попасть в более усовершенствованные миры. Но для этого нужно было оставить земную оболочку – ответила я, наполовину шутя. Вася в недоумении вытаращил на меня глаза.

- Какие ещё усовершенствованные миры? Ты о них не знаешь, это лишь твои догадки. У нас тут за мою практику, откуда только не возвращались.

- Ты же недавно работаешь? – я имела в виду молодость Васи, долго работать он тут не мог.

- Зачем, уже два с половиной года.

- Ладно, неважно. Я действительно тогда переборщила. Как я могла не подумать о своих родных, которые так переживали за меня. Просто я так хотела вернуться туда, я была готова на всё...

- Ой, ну куда вернуться? – нетерпеливо помотал головой Вася.

- В город Солнца – ответила я и, не дожидаясь, что ответит Вася, направилась в сторону туалета. «Но тебе этого не понять, Вася, потому что ты слишком приземлённый и ограниченный человек» - подумала я, но вслух не сказала.

Когда я вернулась, Вася снова дремал на подоконнике, подложив под голову локти. Я нырнула под одеяло и задумалась. Тут вдруг, я увидела, как из моей соседки по палате, кажется, её звали Лида, вылетело, что-то белое и прозрачное. Я сильно поразилась и вытаращила глаза. Это, что душа? Лида уже много дней не приходила в сознание. Я думала, эта девушка просто спит, но она находилась в коме. Я замерла и боялась пошевелиться - так хотелось понаблюдать за прозрачным свечением – душой Лиды. Или что это? Когда что-то белое прозрачное и бесформенное вылетело из тела Лиды, какое-то время оно стало кружить вокруг тела. Затем приобретать форму точь-точь, как её физическое тело. Наблюдая за всем этим – я не верила своим глазам, со мной такое случилось впервые. Впрочем, после посещения города солнца меня уже было ничем не удивить. Тут прозрачное свечение полностью приобрело очертания физического тела Лиды. Получалось так, словно Лида стоит над самой собой – так велико было сходство. Тут полупрозрачный двойник неожиданно обернулся и посмотрел на меня. Я сначала вздрогнула, потом напряглась. Затем двойник неожиданно лучезарно улыбнулся и кинулся подоконнику. Я выкарабкалась из своей постели и ринулась за ним. Но его на подоконнике уже не было. Я открыла окно и тут увидела что-то наподобие белого облака, на нём сидела душа Лиды вся такая счастливая светящаяся в белых одеждах, просто сущий ангел. Сказать, что я изумилась мало, что сказать – это было непередаваемо словами.

- Я чувствовала, что у меня будет новая жизнь, - сказал неожиданно энергетический двойник - Мне теперь пора в более усовершенствованные миры. Нужно идти дальше вверх по лестнице и никогда не оглядываться назад. Передай моим родным, если увидишь, чтоб не переживали сильно. Скажи, что у меня всё хорошо. Желаю тебе добра и счастья на этой грешной Земле.

Не дожидаясь моего ответа, существо на своём облаке взлетело вверх к небесам и далее исчезло из моего поля зрения. Я стояла у окна и растерянно хлопала глазами. Ладно, хоть заставила себя покивать. Затем я начала резко кивать, как бешеная, словно душа Лиды меня сможет увидеть.

Вернувшись в свою кровать я расплакалась. Но не от того, что жалела Лиду. Она ведь была счастлива. Я расплакалась то ли от нервного напряжения, то ли своих каких-то проблем. Толи от того, что ничего не успела ответить прелестному существу. «Странноподумала я – а чего все боятся смерти? Если смерть такая какая я сейчас увидела, то бояться то нечего».

Далее в палату вошёл Вася. Увидев меня заплаканную, он сильно перепугался. Может, я зря гоню бочку на Васю? Может и не такой он плохой? А может, я просто ему нравлюсь? Но эти мысли я поспешила отогнать от себя.

- Что с тобой? Ты чего плачешь? – спросил обеспокоенно он, хватая меня за руку, за локоть, за плечо – Что-то болит?

- Вася, Вася – попыталась я мягко высвободиться, - Да ничего у меня не болит. Лида умерла. У Васи было такое выражение лица, как будто, он не сразу понял о ком идёт речь. Я указала на кровать слева напротив меня. Вася обернулся и кинулся к кровати Лиды. Увидев в кровати Лиды труп, который уже весь посинел, Вася вздрогнул и заорал как бешеный:

- Татьяна, Александра, живо сюда у нас покойник!

Далее, как ошпаренные прибежали две медсестры Татьяна и ещё одна новенькая. Но меня мучил только один вопрос – а где же Стас? Я надеялась его увидеть. Когда я не увидела Стаса мной вдруг одолело такое тяжёлое тянущее чувство пустоты, что я уронив голову на подушку, снова залилась слезами. Привезли каталку, Вася и ещё несколько медбратьев, или кто они там они были, не знаю, погрузили бездыханное тело Лиды и увезли. А я всё лежала и продолжала плакать. Утешать меня было некому, Васе было не до меня. Стас куда-то пропал. А вдруг он просто уволился и всё. И кто я такая ему, чтобы сообщать мне. От этих горьких мыслей я ещё больше заревела. Мне казалось, что из меня вылился целый ручей. Я плакала над всем подряд. Плакала, что не смогу больше попасть в город солнца, плакала над своими родными, над Лидой (а точнее, что не смогу больше пообщаться с нематериальным существом) и над тем, что не увидела Стаса сегодня ночью.

Выплакав целый ручей, мне вдруг стало легче. Настолько легко, что я даже не представляла, что так может быть. И сладко зевнув, я снова уронила голову на подушку и забылась крепким сном.

На следующий день я узнала, что Стас не вышел в смену по семейным обстоятельствам. То ли бабушка у него заболела, то ли тётя. Короче, он помогал своим родственникам. И не зря в этот день я проснулась в хорошем настроении. Я выпучила счастливые глаза на Васю, когда он всё это мне рассказывал, он, наверно подумал, что я маленечко того, несчастная тронулась умом после аварии. Но нет, я просто была рада тому, что Стас не уволился, у него всё хорошо и в ближайшем будущем я смогу его увидеть.

Это ближайшее будущее не заставило себя долго ждать. На следующий день появился Стас с довольной такой улыбкой. М-да, а у меня-то, наверно, улыбка была до ушей.

- Привет.

- Привет. Ты чего такой довольный?

- Тебя увидел и обрадовался, я соскучился.

От таких слов, я опешила. Мы со Стасом уставились друг другу в глаза и замерли.

Тут вошёл Вася, они с Татьяной кажется, давно поняли, что между нами что-то происходит. Но вот мы, кажется, со Стасом ничего не понимали, что же с нами такое происходит.

Меня должны были выписать завтрашним утром. Я всё вспоминала ту ночь, когда мы с ним не смогли размокнуть объятия. Я так боялась, что он ничего не спросит, ни номера телефона моего, ничего. Я даже, в конце концов, не знала, есть ли у него девушка. Он только постоянно томно смотрел на меня. Зайдёт и уставится. И я на него. И это могло длиться до нескольких минут. Я стала себя чувствовать намного лучше, поэтому могла уже смело ехать домой. Но мне было так грустно и пусто в душе. Я редко видела Стаса, потому что он был постоянно занят. Я видела, что когда он заходил в мою палату и видел меня, он замирал. Но он бездействовал. Неужели он даже не спросит мой номер? Боже мой. Ну, за что мне всё это. Парни попадались всегда нерешительные. И сейчас то же самое? Я этого не хочу, я хочу что-то новое.

Вечером я ватными руками собрала вещи в сумку. Вася был раздражительным, Татьяна недовольной, а Стас задумчивый. Стас начал раздражать меня. Вася то и то небось был решительнее.

Как-то Вася зашёл ко мне в палату и грустно посмотрел на мою собранную сумку. Последнее время он много курил. Боже мой, я что тоже ему нравлюсь. Ладно, подумала я, надоело мне всё это. Я девушка серьёзная. Скорее бы домой уже.

- Собралась уже?

- Да.

- Завтра в путь дорогу?

- Ага

- А что у вас со Стасоном происходит?

- А что у нас происходит? – изобразила удивление я - а потом добавила с недовольством, - Как видишь, ничего у нас не происходит!

- Да нет, происходит, даже Танька это заметила.

Стало прохладно, я встала в ночнушке и подошла к окну, в больнице я привыкла носить её и днём под халатом.

- Вась, а скажи тебе какое дело? Может, я тебе нравлюсь? – я в упор подошла к нему, я доставала ему только до плеча, - Чего ты мне тут вопросы задаёшь. Вон иди и зажги с Татьяной, она такая эффектная девушка, ей нравиться стиль одежды и причёски из 60-ых.

Вася вдруг сделал недовольное лицо, развернулся и вышел. Под глазами у него были синие впадины. Как будто, он не спал всю ночь.

Боже, что происходит. Как хочется быстрее домой.

Наступило утро отъезда. Стас по-прежнему бездействовал. Я глухо исподтишка на него злилась. Когда он входил в палату и что-то спрашивал у меня, я даже не смотрела на него. Ладно, пускай ничего не делает. Поскорее бы всё забыть. Вернуться домой и начать новую жизнь. Послеаварийную и послекомную. Я даже не помнила, как выглядит моя квартира, в которой я жила до аварии с родными. Видимо, я ещё не совсем выздоровела, и психологически не особо оправилась.

Я проснулась рано, в семь утра. Сумку я уже собрала, осталось только сложить туалетные принадлежности. За мной должны были заехать родители на такси. Через полчаса позвонила мама и сказала, что в девять утра они с папой за мной заедут. Услышав это, я погрустнела. А вроде должна была обрадоваться. Скоро приеду домой, обниму своих родных. Как бы не так - глаза мои сделались пустыми. В палате никого не было. С утра был сильный холодной ветер. С ночи я забыла закрыть окно, и мне было холодно. Но не было даже сил встать и закрыть его. Ненавижу вою жизнь – подумала я. Я, конечно, в сердцах так подумала. У меня никого не может быть, что тут поделаешь. Я должна пройти этот путь в одиночестве. Должна и пройду. Не буду горевать из-за какого нерешительного и мягкотелого юноши. Вскоре в палату зашла новенькая медсестра и сообщила, что внизу в холле, меня ждут родители, они приехали за мной на такси.

Я кивнула, надела ветровку и, взяв дорожную сумку, собиралась спуститься вниз. Тут меня что-то остановила. Я чувствовала какое-то напряжение. Как будто, кто-то или что-то не хотело отпускать меня отсюда. Я оглядела пустую и холодную палату. Постели были тщательно заправлены, на подоконнике радовали глаз обилие цветов в кадках и горшках.

- Ну, что прощай палата..

Я предположила, что здесь душа Лиды она не хочет меня отпускать. Но это вряд ли. Душа Лиды, наверняка, давно унеслась в более усовершенствованные миры, чего она здесь-то забыла. Тем более из-за меня, я не была ведь ей близким человеком. Нет, тут что-то другое. Может, я чувствую напряжение и мысли Стаса. Где он сейчас? В ординаторской? Определённо меня что-то не отпускало. Но вопреки этому я всё-таки спустилась вниз. По дороге в холл наткнулась на Татьяну. Какая она всё-таки была необычная девушка. Прическа в стиле 60-ых, платья и туфли в таком же стиле, темные волосы, светлая кожа.

Увидев меня с сумкой, она удивилась.

- А тебя что уже выписывают?

- Да, прощай Татьяна.

- А где Стас? Он знает?

- Я его не видела. А чего вы все пристали ко мне с этим Стасом?

У Тани сделалось растерянное лицо. Я повернулась и вышла в холл.

Там меня ждали родители. Мы разобнимались с ними, папа взял у меня сумку. Далее мы вышли из больницы. Около крыльца нас ждала чёрная машина, марку не знаю, я не разбиралась. Я последний раз оглянулась на больницу. С одной стороны было легко от того, что всё закончилось. Я выздоровела, еду домой, честно говоря, соскучилась по брату и сестре. С другой стороны сдавливало чувство пустоты и недопонимания из-за ситуации со Стасом. Я оглянулась в последний раз. На втором этаже больницы была ординаторская, где отдыхал весь медперсонал. Вдруг он смотрит на меня из окна ординаторской? Да, там, в окне была какая-то фигура, похожая на Стаса. Но это мог быть и Вася, или вообще другой медбрат. Увидев, что я смотрю, фигура отшатнулась. Я молча села в машину и захлопнула дверь. Оказывается, таксиста там не была. Папа взял машину у друга, так как наша была в ремонте. Я напрочь забыла, что у папы, оказывается, была машина.

Я безразличными и пустыми глазами уставилась в окно из машины. Да скорей бы домой приехать! Папа завёл мотор, и мы плавно тронулись, проехали по больничному двору и выехали за ворота. У меня снова было ощущение, что кто-то наблюдает за мной, а так же ощущение напряжения. Как будто, кто-то или что-то не хочет отпускать меня. Стас ли это был в окне? Да к чему уже всё это. Тут из-за дымчатых туч резко выглянуло солнце. Мне сильно стало давить глаза. Черт, солнце слепит - подумала я, и стала рыться в нижнем кармане дорожной сумочки, она была небольшая, поэтому я не стала класть её в багажник. В боковом отделении ничего не могло быть, кроме очков и ключей от дома, которые мне принесла мама, когда в очередной раз навещала меня. Но вместе с очками там что-то шебуршилось. Я раздражённо подумала, что это я салфетку больничную забыла выкинуть и быстро начла открывать окно в машине, чтоб выкинуть «салфетку», но это оказалась не салфетка. А письмо, запечатанное в пустой голубой конверт.

Я распечатала конверт. Уже после двух прочитанных строк на мои глаза навернулись слёзы и ручьём потекли по щекам. Очки пришлось снять, так как они вспотели.

Вот, что было в письме:

«Дорогая моя милая и самая красивая, Вероника!

Я полностью с тобой согласен, что я не решительный и мягкотелый (Он, что умеет читать мысли?) Я просто хотел сказать тебе, что увидев тебя однажды уже не смогу тебя забыть. Я давно хотел попросить твой номер, но подумал, что это будет слишком банально для такой как ты, необычной и духовной девушки, грезящей о городе солнца и любящей всё жёлтое. Не знаю, как ты, но как только я увидел тебя, не было ни одной минуты, чтобы ты не занимала мои мысли. Уже всё стало неинтересно – работа, дом, мелкие бытовые заботы. И лишь мысли о тебе доставляли незыблемую радость. Не хочу думать о будущем, как всё сложиться – но давай попробуем пообщаться вне этой больницы, в конце письма мой номер. Очень буду надеяться и ждать, что ты позвонишь. Так, может, будет не совсем банально. Твой нерешительный и мягкотелый, но всегда думающий о тебе, Стас »

Случайно обернувшись, родители заметили, что я вся зарёванная.

- Она плачет – шепнула мама папе с опаской. Папа обеспокоенно спросил:

- Доча, почему ты плачешь?

Но я не в состоянии была ответить родителям. Я была в настоящей эйфории. Я была на седьмом небе. И вообще я чуть не сошла с ума – я опустила боковое стекло, и начала лучезарно улыбаться всем кто проезжал мимо в автомобилях. Первым был мальчик десяти лет. Сначала я улыбнулась ему – он сначала растерялся, но потом тоже лучезарно мне улыбнулся. Затем была пожилая леди в роскошной шляпе. Затем даже собачка в очках на заднем сидении. Люди чувствовали мою энергию счастья и наслаждались ей вместе со мной. Родители, видя, что я уже не плачу, а улыбаюсь, вздохнули с облегчением и радостно на меня поглядывали.

Я же была, уже, наверно, на девятом небе. Самое странное, что я начисто забыла о существовании города солнца. Прошла тоска по нему, как будто её и не было. Для меня это было очень странно и необычно. Для меня начиналась новая жизнь. В которой теперь был новый человек. Я хотела жить ради него. Ради Стаса. Я больше не хотела покинуть Землю и попасть в более усовершенствованные миры, чем этот, земной. Я хотела остаться здесь ради любви. Даже уже позабыв о городе солнца, я была искреннее благодарна ему. Ведь он вдохнул в меня новую жизнь и подарил любовь. То ради чего, я уже не хотела оставлять Землю. Не знаю, что будет в будущем, но я уже знаю, что никогда не буду прежней. Я стала другой. За это я безмерно благодарна тебе, город Солнца.