
Голем
Предательство и самоотверженность. Героизм и трусость. Где кончается одно и начинается другое?
А жертвами его идеи пали мы, — голем повел рукой, показывая на другие надгробия, — весь курс факультета боевой магии.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1Вечность, целую вечность он бился в стены своей тюрьмы. Словно бабочка в стакане. Накрыли бабочку стаканом, выключили свет и вот она во тьме бросается из стороны в сторону трепеща крыльями. А похоже, очень похоже. Что же это за место, снова задался вопросом узник. И почему он не чувствует своего тела, не видит и не осязает ничего вокруг. Но ведь мыслит же, даже двигается внутри своего узкого пространства. Ограничение на движение же как-то ощущает. Единственное что осталось у него, вот это подобие движения. До того момента, как его отбросит на исходную позицию. А значит надо продолжать. Пусть бессмысленно и безрезультатно, но что еще остается делать, что?Одна вечность минула и началась другая. А может быть продолжалась та, первая. Чувство времени отсутствовало напрочь. Как впрочем и другие чувства. Он все бился и бился. Неутомимо и обреченно, упорно. Собственно это была единственн…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0