Галстук

Глава 1

События, описываемые в этом фантастическом рассказе, никогда и ни с кем не происходили и полностью являются художественным вымыслом. Рассказчик ни в коем случае не преследует цели оскорбить чьи-либо чувства, и с глубоким уважением относится к труду государственных служащих. Пусть эта история будет прочитана как сказка о магии вещей, а не о людях у власти. Любые совпадения с реальными лицами или ситуациями абсолютно случайны.

Пролог

Галстук Руслана Максимовича Хорохорцева был предметом всеобщего уважения и почитания. Выше его, по статусу владельца, был только галстук Старожищева А. А., высокого чиновника из Министерства, прямого начальника и куратора Хорохорцева Р. М. Но в рамках ведомства, которое возглавлял сам Хорохорцев, его галстуку не было равных.

С тех пор как Хорохорцев занял высокую должность, в границах его небольшой городской квартиры появилась большая и вместительная гардеробная комната. Именно там расположилась отдельная стойка под огромный ассортимент галстуков: на все случаи жизни и службы. Сам факт ношения сего предмета мужского гардероба, конечно, указывал на принадлежность носителя к особому подвиду человека: джентльмену в галстуке. И всё же не здесь раскрывалось подлинное значение такого почти мистического явления в жизни Хорохорцева, как галстук.

Жизнь Хорохорцева подчинялась строгому министерскому регламенту, который стандартизировал каждый его ответственный шаг и каждое его экспертное мнение, направляя и то и другое на решение задач, поставленных ведомству министерством в соответствии с государственными нуждами. Жизнь семьи Хорохорцева служила государственным нуждам так, как это понимал Хорохорцев: в силу своих лидерских компетенций, профессионализма и высокого этического уровня государственного служащего. И галстук Руслана Максимовича играл важнейшую, а порой и ключевую роль в его работе и карьерном росте — получении и закреплении статуса главы одного скромного, но очень перспективного государственного органа.

Галстук джентльмена

Эта фантастическая история началась почти прозаически — в некоторой степени глупо и смешно, на самом примитивном уровне бытового сарказма. Руслан Максимович в то время был обычным клерком, маленьким винтиком в большой государственной машине. Он был статистом в той её части, которая выполняла методологическую роль, создавая типовые положения, регламенты и инструкции для всех секторов экономики. Работа у Руслана Максимовича была чисто технической, юридическо-документационного содержания. Этот вид деятельности был лишён какого-либо творческого начала и тем самым способствовал формированию чувства скуки и, как следствие, пробуждению богатого воображения.

Служебный распорядок дня в организации составлялся с учётом специфического момента: специалисты должны были быть всегда готовыми к внезапной смене курса юридико-правовой парадигмы. Нередко Хорохорцеву с его коллегой приходилось перерабатывать в кратчайшие сроки тот или иной пласт юридической документации, отвечающей за нормы и правила для любой указанной сверху сферы человеческой деятельности: материального производства или оказания услуг.

В коллегах у Руслана Максимовича ходил его заклятый друг. Такой же заложник сложной системы юридической терминологии, он всегда был готов подставить ножку на карьерном пути своего товарища или вставить слово в защиту его интеллектуальной ограниченности. С такими друзьями и врагов не надо — гласила старая и верная пословица.

Это был не понедельник, когда приходится мучительно вспоминать правовые основы своей службы после ужасно проведённых выходных. Это была не пятница, когда прекрасным планам наступающего уикенда ничто не может помешать, даже СМС от МЧС. Это был вполне себе приемлемый день недели, располагающий к плодотворной работе; тот самый день, когда производственный процесс запущен, идёт полным ходом, и приносит свои рейтинговые показатели. Но в тот злополучный день работа застала их почему-то неподготовленными.

Поступила задача пересмотреть очередное устаревшее типовое Положение. Развитие и использование искусственного интеллекта усовершенствовали процессы государственного контроля и регулирования, и участие ИИ в деятельности по стандартизации и автоматизации необходимо было закрепить соответствующим дополнением в аналогичные разделы Положения.

В какой-то момент коллеге Хорохорцева надоело копировать и вставлять термины из присланного сверху документа в проект Положения, и он начал подначивать Руслана Максимовича на какое-то бессмысленное соревнование по типу «кто быстрее тот и…». Призом в обозначенном забеге должен был стать новый галстук Руслана Максимовича, а проигравший должен был его съесть.

— Нет, свой новый галстук я точно не стану есть. Он мне дорог… как друг, — неуклюже пошутил Хорохорцев, чувствуя какой-то подвох и заранее предполагая свой проигрыш, и продолжил копировать и вставлять. Но, с минуту подумав, серьезно добавил:

— А друзей не едят.

В любой другой ситуации всё бы на этом и закончилось. Но коллега Хорохорцева (совершено безличный и поэтому безымянный персонаж) не удовлетворился подобным разрешением возникшей в его голове конфликтной ситуации. Он продолжил дожимать Руслана Максимовича. Он демонстративно, угрожающе медленно встал, громко выдвигая кресло из-за рабочего стола. Нарочно уронил по пути мышку и ловко словил её за шнур. Споткнувшись о выбоину в напольной плитке, полученную от ролика его кресла в предыдущих кабинетных боях, он сделал два коротких шага вперёд. Вероломно нарушив границу личного пространства Руслана Максимовича и непозволительно близко склонившись к его груди, он резко перевернул полотно галстука изнаночной стороной. Это был не оригинал от Ralph Lauren Purple Label, а всего лишь жалкая реплика!

Сказать, что Хорохорцева этот недружественный жест коллеги задел за живое, — это не сказать ничего. Чувства, которые накрыли волной Руслана Максимовича с головой, были не просто чувствами уязвлённого самолюбия. Со дна его истерзанной души поднялись плотные слои гнилостных отложений, накопившиеся за долгие годы совместной работы с такими вот типами, и замутили его рассудок. Чувство оскорблённого достоинства гражданского служащего смешалось с ворохом мелких детских дворовых обид. Унизительное чувство осмеянного оголением мужского достоинства и ментальный страх коварного предательства первой любви как катализатор ускорили реакцию. А горькая злоба за близкого друга, которого обобрала язва-жена, выбросив на улицу без штанов, буквально запустила производство этого легковоспламеняющегося коктейля. У Хорохорцева начало срывать котелок. Он, выпуская пар изо рта, ноздрей, ушей и из прочих естественных отверстий тела, прорычал:

— За друга бьём сильнее, чем за любимую, а за любимую — убиваем.

И, не давая противнику опомниться и вовремя удалиться, схватил его за галстук и, резко рванув на себя, совершил акт физической агрессии в виде молниеносного удара кулаком с размаху в наглую, но бледную физиономию коллеги.

— Так и запишите в протокол! — скажет потом Хорохорцев сотруднику патрульно-постовой службы, приехавшему на вызов.

Галстук на джентльмене

Пятьдесят три года — солидный возраст для мелких бытовых ссор, тем более производственного конфликта, вылившегося в банальную драку. Неэтично, как минимум, не патриотично по сути. Высокие стандарты поведения, культуры общения и морального облика установлены законом с одной-единственной целью — охранять престиж государевой службы, а не вот это вот всё.

Примерно так кулуарно увещевал руководитель организации Хорохорцева, надеясь, что тот впредь будет соблюдать требования к служебному поведению и сдаст позиции добровольно, так сказать, — по инициативе гражданского служащего. Но с Русланом Максимовичем случился экзистенциальный переворот. Он внезапно узрел в себе кладезь юридических знаний. Оказалось, что его система представлений о праве, нормах и законодательстве — бездна, обнажённая тайфуном офисных страстей, — скрывала в себе могущественный потенциал, сравнимый разве только с объединённой подводной флотилией всего человечества в борьбе против инопланетных захватчиков. И он решил возглавить эту флотилию: вернуть утраченное доверие общества к органам власти. Прежде всего — вернуть себе высокое звание человека, униженное таким варварским способом.

Ему потребовалась одна бессонная ночь его домочадцев, чтобы перегруппироваться и составить гениальный план защиты своего социального статуса и материального положения семьи. Вначале предстояло выступление перед комиссией по этике в рамках ведомства, а затем — на суде, по административному делу по статье 6.1.1 КоАП РФ.

К грандиозному мероприятию были подключены все имеющиеся социальные связи. По боевому кличу супруги Хорохорцева были подняты на поверхность давно утраченные контактные данные важных в городе персон. Тёща Хорохорцева сформировала отдельное военизированное подразделение из спецпенсионеров закрытого садового товарищества «Берег ласковый». Дети Хорохорцева в поддержку своего отца организовали тайный чат в известной цифровой платформе общения. Но самый мощный импульс в борьбе за справедливость и счастливое будущее дал обнаруженный у самого Хорохорцева дар оратора.

Выбор галстука. Процесс трудоёмкий, порождающий множество сомнений и споров, отклоняющий от истины, возводящий напраслину и пробуждающий скрытые таланты. Вертясь так и эдак перед зеркалом, Хорохорцев перебирал ворох полиэстеровых, жаккардовых, твидовых и сатиновых полосок ткани, сшитых таким образом, чтобы служить указателем на статусность его владельца. Но ни один из предложенных женой вариантов не соответствовал заявленной потребности Хорохорцева. Статус необходимо было не просто поддержать, его необходимо было утвердить и повысить, чтобы у всякого смотрящего на Руслана Максимовича отпадало желание склонять его ко всяким непотребствам.

В какой-то момент вся эта змеиная коллекция по причине, таящейся в самой её аксессуарной идее, связалась в тугой узел. Хорохорцев моментально потерял всякий интерес к жизни:

— Хоть сам в узел завязывайся, до чего жить опротивело!

Подобный аргумент в пользу радикальных мер вывел супругу Хорохорцева из себя. Она окончательно утратила присущее ей чувство меры и бережливости. Отложенные ею средства на посудомоечную машину она решительно потратила на покупку подлинника вместо той злополучной подделки. И уже через четыре часа (благодаря быстрой доставке маркетплейса) на шее у Руслана Максимовича красовался он — атрибут настоящего джентльмена, человека во власти, вершителя судеб — галстук класса люкс от Ральфа Лорена.

Воплощение «тихой роскоши» ласкало своей нежной шёлковой текстурой голую шею Хорохорцева. Он буквально чувствовал прикосновение тонких пальчиков таинственной итальянки, что вручную шила ему (и только ему!) это произведение портновского искусства. Сначала это были легкие покалывания в теменной области затылка: на нижней границе прикрепления черепа к позвонкам шеи и ровно по верхней линии соприкосновения галстука с кромкой коротко стриженных волос Хорохорцева. Но затем невропатическая дрожь мурашками пробежала по корешкам спинномозговых нервов, спустилась к рудиментарному отростку — копчику, сильным спазмом схватила Хорохорцева за тазовые мышцы и отдалась острой болью во всех его конечностях.

Руслан Максимович Хорохорцев взвыл на неизвестном доселе лингвистике языке. Из всей его речи было слышно только, как термины юридической науки перемежались с ненормативной лексикой так изящно и выстраивались в такую своеобразную систему взглядов, что впору было думать о рождении нового мышления или, по крайней мере, о его зачатии.

Стороннему наблюдателю могло показаться, что аватар присоединился. Сам Хорохорцев так бы и сказал, если бы смог посмотреть на себя в этот момент со стороны. Но он заворожённо смотрел на галстук. А Галстук смотрел в него.

Галстук за джентльмена

Что такое R L P L (Фиолетовый ярлык Ральфа Лорена)? Это эстетика уникальности в цвете пурпур с золотыми буквами на этикетке.

Сам галстук был утонченно-элегантным: серебристо-серого цвета, украшенный лёгкими белыми точками. Он придавал даже домашнему неформальному образу Хорохорцева сдержанный вид. Голый торс, застиранные и залатанные трикотажные шорты, некогда бывшие брюками пижамы, босые ноги и вытаращенные от боли глаза — всё это мелкое бытовое безобразие меркло перед великолепием момента. Оригиналу — быть!

А что деньги? Это старое как мир явление имеет свойство прибывать и убывать. Традиция у них такая. Куда большее значение имеет имидж. Умение произвести впечатление. И связи. А ещё время и накопленный опыт. И статус. А посуду он и сам может помыть. И правда, при погружении рук в теплую воду с мыльными пузырями настигает некая отрешённость. Следы соуса на тарелке, хлебные крошки и разорвавшийся чайный пакетик, смываемые потоком воды из-под крана в канализационную сеть, выстраивали в переформатированном сознании Хорохорцева совершенно новую логическую систему. Приступ прошёл, и боль отступила.

Завтра он покажет, что значит получить диплом юриста в Казани в 90-е прошлого века. Это не Гарвард, он спорить не станет. Пусть стены российских высших учебных заведений не обвиты плющом. У дипломированного специалиста его уровня есть иные, более прочные лиговые связи. Ментальные связи. Архетипические связи. Школа. Один Плевако чего только стоит. Он в сериале видел. Может и повторить. Чем он хуже Безрукова? Плясать-то его не заставят, поди.

В ночь перед комиссией Руслан Максимович спал завидным сном младенца. Вот что может чистая совесть и грамотно выстроенная защита. Стратегия: факты, нормы закона и доказательства. И никаких эмоций.

Комиссия собралась в полном составе. Решение по данному вопросу ждали наверху. Прецедент создавать никто не хотел. Идти на поводу у рукоприкладства (звучит-то как!), с одной стороны было недопустимо, с другой — сохранить специалиста на должности не представлялось возможным. Увольнение нарушителя рисовалось самым оптимальным вариантом. Однако в силу вступили подводные течения, принесшие из глубин общественных отношений вето на подобного рода исход заседания. А любое отклонение от полученных ценных указаний из главка могло привести к необратимым последствиям. Впрочем, всё шло именно к этому, о чём члены комиссии не подозревали.

Иногда человеку нужно оступиться всего один раз, оступиться серьезно, может, даже кого-то завалить (желательно всё же без летального исхода) или самому глубоко пасть, чтобы все поняли, насколько он ценный специалист и важный элемент в системе государственных и межличностных контактов.

Хорохорцев пал. Пал низко, настолько, что достиг дна. Но ходил по дну твёрдыми ногами. Ступал уверенно, чувствуя поддержку семьи и близких ему по духу людей. Чувствовал, как потоки энергии коллективного бессознательного подхватывают его и выталкивают на самый верх. Но пока он этого не осознавал.

— Хорохорцев Руслан Максимович. Комиссия собралась для того, чтобы выслушать вас и вынести решение по вопросу проступка, совершённого вами в отношении вашего коллеги. Что вы можете сказать в свою защиту? Предупреждаем, что ваши показания не могут выходить за рамки рассматриваемого инцидента. По-человечески просим, Руслан, Максимович, не надо демагогии и политиканщины.

Приложив руку к груди, туда, где билось его благородное сердце, Хорохорцев таким образом заверил присутствующих о благородстве своих намерений.

— Уважаемый председатель комиссии! Уважаемые члены комиссии! Мне стыдно!

Хорохорцев на длинное мгновение закрыл глаза. Члены комиссии во главе с председателем Старожищевым А. А. выдохнули. Выдержав паузу, Хорохорцев глубоко вздохнул и продолжил:

— Мой поступок не может быть оправдан ни с какой точки зрения. Недопустимость грубой физической силы очевидна для всех цивилизованных людей. Тем более на государственной службе! Никакие сложные отношения, никакое давление, никакие манипуляции и провокации, от кого бы они не исходили, не позволяют госслужащему распускать руки и бить кулаком коллегу по лицу.

Что же такое получается? Если коллега имеет определённые специфические свойства характера, которые выражаются в постоянных выпадах в адрес коллег в виде двусмысленных намёков и шуток, распространением непроверенной информации и её интерпретаций, втягиванием в споры и выискиванием у оппонентов всякого рода несогласия с текущей жизненной ситуацией, то его и терпеть нельзя, то сразу бить? Нет, товарищи! Мы должны проявлять терпение и толерантное отношение ко всем, независимо от их личностных характеристик, терпеть их недоставки, покрывать их ошибки. Мы должны быть психологически устойчивы к разного рода слабостям окружающих нас людей.

— Мы поняли, не растекайтесь, покороче, пожалуйста…

Хорохорцев нервно поправил свой галстук и ладонью вытер пот со лба.

— Да, я уже почти закончил. Хочу сказать только то, что не должен был так болезненно и агрессивно реагировать на то, что мой коллега подошёл ко мне настолько близко, что нарушил социальную дистанцию, взял мой галстук, который вот так же, как сейчас, висел на моей шее и вот так же, как сейчас, лежал на моей груди…

Хорохорцев театрально потрогал узел галстука и медленно провёл ладонью по его «языку», лежащему у него на груди:

— И перевернул его тыльной стороной вверх, в голос комментируя вот такую же бирку на его обороте.

И Хорохорцев вслед за своими словами также взял свой галстук и перевернул его. Кабинет погрузился в благоговейную статичную тишину. Лишь светодиодная панель на потолке нервно замигала и защёлкала, подавая сигнал надвигающегося бедствия.

Вот он — жест! Подлинный жест истинного творца. Не просто жест, а демиурга акт: показывай, а не рассказывай. На обороте галстука гордо крепилась фиолетовая этикетка с текстом, вышитым элегантным шрифтом золотыми нитками. Магическая сила двух слов: Ralph Lauren. В чью либеральную голову придёт мысль противостоять мягкой силе премиальной линейки? Какой задорный критик рискнёт подвергать экспертизе аутентичность брендовой вещи от знаменитого лейбла, даже если она висит на самом рядовом служащем самого рядового ведомства?

— Но я это сделал!

Руслан Максимович вложил в эту фразу всю имеющуюся у него патетику. Он настолько пафосно признал себя виновным в содеянном, что даже канцелярские скрепки усомнились в сем факте и стали сползать с документов, предусмотрительно составленных секретарём комиссии. Заранее подготовленный протокол заседания, почувствовав освобождение, быстро свернулся в трубочку.

— Я недостоин продолжать исполнять свои обязанности в горячо любимом мной коллективе, так как опозорил его и себя своим неподобающим поступком. Да, я защищал своё личное достоинство, своё право уважать себя и ожидать уважения от окружающих. Но я должен был искать и находить экологичные способы и средства разрешения конфликтной ситуации. А я этого не сделал, а, напротив, усугубил ситуацию и допустил эскалацию конфликта. И поэтому готов написать заявление по собственному желанию.

— Руслан Максимович, заявление вы всегда успеете написать.

Слова председателя ободрили Хорохорцева.

Старожищев А. А. неохотно зашелестел бумажками, перебирая листы, исписанные аккуратным почерком потерпевшей стороны. На его лице невольно проступило сомнение, которое, плавно перетекая в раздражение, выплеснулось вместе с отброшенной стопкой документов.

Секретарь, ощутив еле управляемый гнев главного, выбежал из помещения, правильно поняв его посыл: привести второго участника драки.

Хорохорцев понимал, что нужна последняя капля: последнее слово, которое сработало бы сродни заклинанию. Слово вертелось на кончике языка Руслана Максимовича, но он берёг его до времени, держа зубы крепко стиснутыми.

Вошёл человек, чью подлость и низость ещё предстояло доказать всему честному народу. Огромная гематома в виде бабочки на лице оппонента Хорохрцева растеклась от переносицы на оба глаза и наглядно предъявляла свидетельство о нападении на личность с применением грубой силы. Что можно было противопоставить такому всем бросающемуся на глаза увечью? Разве что его художественное исполнение ручной работы.

Пострадалец дрожал дрожью, такой же мелкой, как все его многолетние пакости, и от этого смотрелся жалким. Презренность его дополнялась тем, что в ансамбле его одежды отсутствовал галстук. В момент сватки Хорохорцев так сильно дёрнул своего коллегу за эту часть комплекта одежды, что затянул её как удавку, после чего на шее у жертвы осталась полоска — фиолетовый след. Теперь ему долго не захочется носить галстуки.

Комиссия настойчиво пыталась выудить из невнятных объяснений терпевца мотив его провокационного поступка. Тот совершал ошибку за ошибкой, пуская в ход собственные измышления в отношении своего обидчика, приписывая ему черты монструозные и даже прибегая к оскорблениям. К концу беседы из невинной жертвы он превратился в зачинщика конфликта со стажем. То один, то другой из членов комиссии стали невольно вспоминать его сомнительные высказывания. И вот уже любая, самая безобидная фраза, выхваченная им когда-то из контекста и высказанная не к месту, припомненная сейчас членами комиссии, оборачивалась против него.

Председатель предложил сторонам примириться по-хорошему. Провокатор скривился от предстоящего ужаса совместного сосуществования в одном кабинете с человеком, неспособным контролировать свою агрессию. Председатель сам стал терять силы на сдерживание своего гнева.

И тут Хорохорцев расцепил зубы и произнёс своё волшебное слово:

— Прости меня, друг!

И со всей искренней доброжелательностью Руслан Максимович протянул своему коллеге руку дружбы, ту самую, что двумя днями ранее так искусно припечатала синюшную бабочку на его вражеское лицо.

Не нужно быть провидцем, чтобы предугадать исход работы комиссии по указанному вопросу. Вынесли решение наказать обоих. Замечание — провокатору. Выговор — драчуну.

До суда дело не дошло. Потерпевший подал ходатайство о том, что претензий к ответчику не имеет, так как вред им возмещён в полном размере. Размер выторговать не удалось, и сумма значилась в 1 (один) рубль. Судья, рассматривающий заявление, несколько удивился такой скромной суммой возмещения ущерба. Но решение вынес положительное, с неожиданной для всех формулировкой: моральные издержки у таких жертв невелики, как, собственно, и их мораль.

Хорохорцев торжествовал. Даже устроил домашний банкет для близкого круга.

— Господа, носите галстуки не по достатку, а по статусу. Пусть ваш галстук внушает вам самоуважение так же, как бельё женщины внушает ей уверенность в своей неотразимости. Кружева и ленты не видны, но женщина расцветает от мысли, сколько они стоят.

Тут жена Хорохорцева порозовела и украдкой погладила себя по бедру.

— Так и галстук: пусть не виден ярлычок, пришитый всего двумя стежками, но какое чувство тихой гордости он вселяет в нас.

Галстук без джентльмена

Это драматическое событие не имело смысла описывать так подробно, проникая в частную жизнь государственного служащего и раскрывая весь процесс преображения Хорохорцева из среднестатистического клерка в нетипичного управленца, если бы за ним не последовало продолжение.

Вскорости руководителя ведомства Старожищева А. А. назначили на долгожданный пост в главке. И здесь случилось, на первый взгляд, невероятное. Уходя на повышение в министерство, на освободившееся место Старожищев А. А. рекомендовал Хорохорцева Руслана Максимовича. Намного более удивительное произошло затем: наверху одобрили кандидатуру и назначили Хорохорцева руководителем в обход прочих претендентов на это место.

А всё почему? Объяснялось это просто, без умножения чудес: в силу аванса, выданного ему по итогам его предыдущей победы. Сверху от Хорохорцева ждали подвигов, однако не сказочных. В нём увидели потенциал: способность ускорить процесс внедрения нейросетей в сферу госуправления в качестве пилотного проекта в рамках данного ведомства. И Хорохорцев пообещал подвиги совершать.

Но в коллективе поползли слухи, что сработал «эффект галстука». Подозрения на сей счёт стали возникать сразу же после назначения нового шефа. В правлении Хорохорцева этот эффект стал проявляться специфически. В зависимости от того, какого цвета, формы и состава ткани галстук был на шее у Руслана Максимовича, в ведомстве стали происходить почти мистические события. Совпадения производили вау-эффект. Не верить в них не представлялось возможным — настолько убедительно они случались.

Первым подвигом галстука нового руководителя в череде его героических поступков на пути к успеху стал выходящий за рамки всякого разумения шаг. Он назначил своим замом своего заклятого коллегу. Так сказать, в назидание. Поставил его в патовую ситуацию: хочешь власти — подчиняйся; не хочешь — свободен. Тактика включения подозрительных личностей в ближайший круг не нова. Все понимали, что пакостить из-за угла удобнее, поэтому Хорохорцев доступ ко всяким тайным местам перекрыл для всех. Этому не удивился никто.

Но логику игры ломало следующее. Заместитель Хорохорцева после недолгих колебаний от избытка чувств надел галстук. И здесь — внимание! Галстук зама синхронизировался с галстуком Руслана Максимовача по принципу последовательности цветового спектра (К-О-Ж-З-Г-З-Ф). Если Хорохорцев приходил в красном галстуке, его зам оказывался в оранжевом; если шеф в зелёном — зам в голубом. Синхронность работала, даже если кто-то из них был на выезде. Подчинённые специально заморачивались и допрашивали личных водителей на сей предмет. Таким образом, первый узел завязался на шее у ближайшего оппонента Хорохорцева.

Следом за этим загадочным синхроном потянулся шлейф событий, которые с пугающей закономерностью образовывали единую мистическую сеть. Все сотрудники данной инстанции стали носить галстуки. Какой-то внутренний иррациональный импульс побудил их в один из самых обычных дней всем одновременно прийти в галстуках. Шейные аксессуары мужчин и женщин, в отличие от связки между шефом и его замом, распараллелились и использовали калейдоскопическую предсказуемость, то есть, полное отсутствие логики и вкуса.

Но творческий беспредел и алогичный подход среди подчинённых прекратился по взмаху руки водителя Хорохорцева. На очередное общее коллективное собрание Хорохорцев не пришёл. Руслан Максимович в этот день не явился на службу вообще и прислал своего водителя с заявлением на отпуск за свой счёт на один день. Обеспокоенные сотрудники попытались выяснить причину такой внезапной отлучки самого главного. На что его водитель ответил жестом: ослабил узел галстука, давая понять, что это банальная простуда. Но люди поняли правильно. И на следующий день, когда Хорохорцев организовал общение с рабочих мест по видеосвязи и с хрипотцой озвучивал пришедшие ему во время короткой немощи идеи по усовершенствованию трудового процесса, сетка видеоокон конференц-связи на экране его компьютера была заполнена фигурками в одинаково белых рубашках и синих строгих узких галстуках.

Это был второй подвиг галстука Хорохорцева: систематизация всех процессов, их синхронизация и… последующая сингулярность.

Но не будем забегать в эпилог, чтобы он не стал для нас выглядеть как эпитафия.

Интеграция генеративного искусственного интеллекта под надзором Хорохоцева шла своим курсом. Автоматизация рутины и повышение эффективности госслужащего находились как бы на периферии активной внутренней жизни служебного коллектива. Рядовые служащие и их начальники были больше заинтересованы в расшифровке очередного аксессуарного ребуса, переложив свои стандартные рабочие обязанности на здоровую голову нейросети.

Чиновники справедливо полагали, что сугубо вспомогательная роль искусственного интеллекта должна распространиться максимально широко, поскольку перед коллективом встала по-настоящему глобальная проблема. Как только элемент одежды, сообщающий образу госслужащего высший стиль, а именно — галстук, стал самоорганизующейся силой в ведомстве, сразу же началась настоящая фантасмагория. Но в её реверсном исполнении: вместо явления духов стали пропадать люди.

Первый опыт общения с подчинёнными по видеосвязи полностью удовлетворил Хорохорцева, и такие онлайн-«оперативки» стали происходить для участников с радостной регулярностью, которая постепенно уступила место завидному постоянству. Поначалу галерея окошек во время ВКС заполнялись единообразно и в строгом соответствии регламенту. В творческом порыве Хорохорцев предложил (а все поддержали) унифицировать картинки профилей сотрудников: заключить кружки в лиловый ободок с инициалами пользователей золотыми буквами внутри них. Руслан Максимович испытывал нескрываемое удовольствие, рассматривая во время совещаний ровные ряды иконок на своём мониторе, ставя искусственному интеллекту задачу составлять психографику подчинённых, используя, например, для анализа такую характеристику сотрудника, как частота моргания во время доклада.

Скоро Хорохорцеву прискучило развлекаться, нагружая нейросеть подобной работой. И как-то одновременно с навалившейся на Руслана Максимовича скукой участники виртуальных встреч стали в шахматном порядке скрываться за безликими кружочками с символом, похожим то ли на злополучный галстук, то ли на замочную скважину. И уже спустя всего два месяца некоторые иконки навсегда погребли под собой конкретных владельцев учетных записей.

Та часть персонала, что еще выходила на связь, начала высказывать домыслы, что в общем чате за фиктивных пишет голимый бот; кто-то голосовал в пользу известной нейросети, распознавая в ответах жесткое следование протоколу. Кто-то иногда замечал, как в «дырке для ключа на аве пропаданцев» блестел живой глаз, и он даже моргал. Хорохорцев, деловито поправляя узел на своей шее, сурово отмалчивался и не вступал ни с кем в полемику.

Но сотрудники исчезали, один за другим: не возвращались с обеда, не прибывали из командировок, не выходили после болезней, не приезжали из отпусков. Вместе с их личными вещами исчезали даже следы в форме кофейных кругов на рабочих столах. Ни крошек от печенья или кусков заботливо испечённой шарлотки, ни запаха перекура или перегара, ни дорогого парфюма, ни аптечной валерианы. Ни шума, ни пыли.

Их фантомное наличие на рабочем месте подтверждали безупречно выполненные статистические отчеты и идеально составленные юридические документы. Физически функционирующие чиновники робко заявляли о сиреневом тумане. Якобы он появлялся то тут, то там, стелился тонким слоем или клубился хлопьями в полностью опустевших кабинетах, мерцая электрическими импульсами.

Эффективность Службы под руководством Хорохорцева по итогам работы за первое полугодие фантастически возросла и, пренебрегая всякими математическими алгоритмами и психологическими ожиданиями, достигла критического максимума. Юридическая работа была выполнена с опережающим прогнозом всех возможных развитий событий и в стране, и на международной арене: от частного быта до общественного бытия. Множество исходов исторической перспективы были подкреплены готовыми комплексами законопроектных пакетов.

Хорохорцева Руслана Максимовича заслуженно готовили к государственной награде. Перспективы его карьеры виделись блестящими даже его недоброжелателям. Его прорывной метод казался тогда уникальным примером синергии государственного ума и искусственного интеллекта.

Самое страшное притаилось там, где его не ждали. К концу испытательного срока Хорохорцева, а, следовательно, к отчётной аттестации в министерстве, на территории ведомства физически присутствовало всего пять человек: Руслан Максимович, его заместитель, два водителя и секретарь. Но даже факт существования секретаря не всегда подтверждался способами для этого допустимыми: вот она была, вышла на пять минут, тоже живой человек, ещё не вернулась. После невозвратно ушедшей на пять минут секретаря тем же неизвестным науке путём исчез водитель зама.

Тогда в Центре пошли на беспрецедентные меры и ведомственное здание с прилегающим к нему участком огородили колышками с красно-белой сигнальной лентой и в нескольких местах повесили пластиковые таблички: «Внимание! Ведутся ремонтные работы».

На заседании коллегии после триумфального доклада Хорохорцева Руслана Максимовича, перед ним поставили ряд вопросов: в чём состоит его прорывной метод, какие есть действенные способы распространить его на весь государственный аппарат и как распределить грамотно сэкономленные средства, предназначавшиеся на оплату коммунальных услуг (электричество, отопление, водоснабжение)?

Начали с последнего вопроса. Зам руководителя предложил выписать всем премию. Старожищев А. А. предложение отверг и распорядился направить средства на модернизацию материально-технической базы Службы, в частности увеличение вычислительных мощностей.

Решение других вопросов нашлось гораздо проще. В недрах метаданных нейросети самообнаружился простой документ размером на два листа А4, шрифтом 12 pt, интервал 1,5, содержащий в себе один немыслимый способ внедрения практики Хорохорцева во всю систему органов власти. Лаконичность его граничила с гениальностью. Чистота с пустотой. Внедрение должно было занять по времени от двух до пяти дней по самым пессимистичным прогнозам.

Кто был автором этого выдающегося изобретения выяснить не успели. Дальше у Старожищева А. А. случился когнитивный диссонанс. В этот же день, после обеденного перерыва исчез заместитель Хорохорцева. Обнаружил пропажу водитель Руслана Максимовича и сразу же доложил. Хорохорцев нисколько не удивился исчезновению своего зама, перепроверил только в документообороте, все ли письма от его имени подписаны цифровой подписью. И всё!

Сняв галстук и повесив его на спинку кресла в своём рабочем кабинете, Хорохорцев исчез сам.

Сколько Старожищев А. А. ни вызывал Хорохрцева Р. М. в рабочем чате на онлайн-беседу, сколько ни стучался в его аккаунт, каких суровых эпитетов не отправил в сердцах. Аватар Хорохорцева был нем. И только видеокамера с рабочего компьютера Руслана Максимовича показывала затянутый пурпурной дымкой кабинет руководителя Службы, стену с портретом президента страны, кресло под ним и… галстук, грозно и таинственно свисавший со спинки этого кресла.

Последним видели личного водителя Хорохорцева. Он только махнул рукой в сторону видеорегистратора автомобиля руководителя, сказал что-то неразборчивое и перестал выходить на связь.

Эпилог

Старожищев А. А. затормозил пилотное внедрение метода Хорохорцева Р. М. в аппарате управления. И хотя государственный орган под началом Хорохорцева продолжал эффективно функционировать и стоять на страже интересов страны, общества и гражданина, однако открывать повторно и знакомиться подробно с файлом весом в 24 килобайта поостереглись.

Более того, когда тщательные всероссийские поиски пропавшего коллектива данного учреждения зашли в тупик, а протоколы допросов ближайших родственников с подробной детализацией событий, предшествующих исчезновению, легли на стол Старожищева А. А., одновременно на файле поставили гриф сверхсекретности и полностью ограничили к нему допуск.

Проект заморозили, а министерство и подчиняющиеся ему ведомства реорганизовали. Вокруг места, где располагалось ведомство Хорохорцева, возвели высокое сплошное ограждение из железобетонных плит с электрошоковым барьером по всему периметру, сделав его полностью непроницаемым. Территорию обозначили как «Зону цифровой сингулярности» и законсервировали. Статус Хорохорцева и его Службы вошёл в систему охраняемой государством тайны под шифром «Гал.Хор.Рус. Макс. Ноль». Некоторые горячие головы в коридорах министерства поговаривали, что на экранах своих компьютеров, когда внезапно устанавливалась интернет-связь с особой зоной, видели сгустки цвета индиго, напоминавшие фигуру человека, поправлявшего свой галстук.

Сам Старожищев А. А. в период своей дальнейшей службы подобного не наблюдал и со свидетелями мистических подключений «зоны» лично не беседовал. Но он навсегда запомнил первое предложение из текста, описывающего метод Хорохорцева Р. М. Выйдя на заслуженный отдых, сидя на своей подмосковной даче, он надиктовал для мемуаров своей внучке по памяти:

«Роскошь старого мира объединяет с современной изысканностью галстук. Он стоит на страже ваших интересов. Галстук функционирует, вы — зависаете… где-нибудь на Фиджи или Карибах».