Гадёныш

Глава 1

Мимо остановки на бешеной скорости, ревя двигателем, пролетел мотоцикл. Парень, ждавший автобус уже битый час, бросил ему в след грустный взгляд.

— Эх, когда-нибудь куплю себе байк и тоже буду спокойно ездить по городу, а не толкаться в маршрутках, — прошептал он.

Наконец из-за поворота нужный автобус. Парень снял рюкзак с плеч и достал кошелёк. Зайдя в салон, он оплатил проезд и плюхнулся на свободное место.

За окном мелькали дома и прохожие, мимо проезжали дорогие и не очень автомобили, чьи владельцы зачастую курили в открытое окно. Молодой человек с завистью заглядывался на машины и мотоциклы, представляя, как вскоре сам окажется за рулём собственно транспорта, а то водительское удостоверение уже два года как без дела лежит.

На следующей остановке в автобус зашёл друг детства.

— О, Мишка! — улыбнулся он, увидев парня.

— Привет, Саш, садись.

Парень уселся рядом.

— Что, с учебы едешь?

— Да. А ты?

— Не, я на пары не ходил. С такой девчонкой гулял... Ну просто отвал башки.

— Фотки есть? — спросил Миша.

— Конечно.

Саша вытащил из кармана телефон и открыл страничку девушки в социальной сети. Пухлые губы, длинные русые волосы и голубые глаза. Маленький носик украшал пирсинг.

— Ну ничего такая, — пробубнил Миша.

— А то.

Повисло молчание.

— Кстати, — начал Саша. — Слышал у тебя во дворе пацан разбился. На мотоцикле ночью гонял и влетел в столб.

— Не, не слышал. А как зовут?

— Вроде Женя звали. Ну может помнишь, когда мы ещё мелкие были, нас с гаражей постоянно гоняла женщина. Белобрысая.

— А-а! Вспомнил.

— Ну вот её сын. На нём живого места, говорят, не осталось, а мотоциклу хоть бы что. Так при чем на ровном месте врезался. Ни машин, ничего не было на дороге в ту ночь.

— Жалко, конечно.

— Да... Мать его теперь деньги на похороны собирает. Мотоцикл тоже продаёт. Объявления видел в интернете. Да и люди мне говорили.

Сердце у Миши замерло.

— А за сколько?

— Не помню, но там не очень дорого. Ты что, решил купить?

— Нет, просто спросил.

— Я бы не стал брать, — выпалил Саша. — Скорее всего неисправен байк, да и не хочется вещью покойника владеть.

— Тоже верно... — ответил Миша, а сам уже раздумывал о том, чтобы выкупить мотоцикл.

«Осмотрю его, может где подлатаю и буду ездить спокойно», — размышлял парень.

— Ладно, моя остановка, — отвлек его от раздумий друг.

— Давай.

Они пожали руки, и Саша вышел из автобуса.

Через две остановки вышел и Миша. Парень направился в сторону хрущёвки, где жил с мамой, даже после того, как поступил в университет в родном городе.

«Зачем куда-то далеко уезжать, если можно и здесь отучиться. — размышлял постоянно Михаил. — Тем более и жить можно с комфортом дома, а не в общаге с клопами».

Зайдя в подъезд, он увидел приставленный к стене питбайк. Окрашенный в кислотно-зелёный цвет корпус привлекал внимание, к кожаному сиденью руки непроизвольно тянулись. Миша подошёл ближе.

Тут и там на краске виднелись царапины, сиденье сбоку немного подрано, а в остальном — замечательно.

Ниже крышки бензобака гвоздём была неаккуратно выцарапана надпись: «Гадёныш».

— Надо ж так назвать, — прошептал Миша. — Но звучит прикольно.

Парень развернулся и поднялся по лестнице на второй этаж. Дверь в квартиру, где жил разбившийся сосед, оказалась чуть приоткрытой. Из квартиры доносились тихие голоса.

«Зайти спросить что ли? — подумал Миша. — Или пока не надо?»

Махнув рукой, он тихонько вошёл в квартиру.

— Людмила Николаевна, вы тут? — крикнул парень.

— Да-да, — раздался женский голос. — Кто там?

— Это Миша с тридцатой квартиры.

В прихожую вышла женщина пятидесяти лет. Заплаканное лицо опухло, а глаза раскраснелись. Рыжие волосы, казалось, поседели за одну ночь.

— Здравствуй, Миша, — пробормотала она, утирая слёзы платком. — Что-то хотел?

— Да... — задумчиво протянул парень. — Примите мои соболезнования.

— Спасибо.

Женщина разрыдалась и подошла ближе. Миша приобнял её.

— Я узнать хотел. Вам же нужны деньги. Может я выкуплю у вас его мотоцикл?

— Нужны, — Людмила Николаевна захлёбывалась слезами.

— Сколько?

— За пятьдесят тысяч... Нужно похороны оплатить, поминки организовать.

Сердце Михаила ёкнуло. Такая сумма у него есть в копилке.

— Тогда я зайду к вам попозже. Ещё раз, примите мои соболезнования.

Парень вышел на лестничную площадку и поднялся на два этажа выше. Дома уже повсюду стоял запах свежих котлет и варёной картошки. Мама постаралась к возвращению сына.

— Миша, иди обедать.

— Хорошо.

Парень вошёл в кухню и уселся за стол. Мама поставила тарелку и вручила ему вилку. Волосы женщина собрала в небрежный пучок, одежда на ней была мятая и вся в пятнах.

— Слышал же, что случилось? — спросила мать.

— Слышал. Уже зашёл к Людмиле Николаевне.

— Молодец. Как она? Я ещё не ходила.

— Плачет. Что ж ещё с ней.

— Надо ж какое горе. Да и Женька тоже тот ещё лихач был. Понакупают себе этих мотоциклов и насаются на них. Ещё и с этими байкерами связался, наверняка бухали где-нибудь, а потом гоняли по городу. Я ж надеюсь, ты таким не промышляешь.

— Нет... — Миша потупил глаза.

— Ну слава богу. Ешь давай.

Мама бросила полотенце на стол и ушла к себе в комнату.

Парень доел и встал из-за стола.

«Может мама права? — спросил он себя самого. — Толку мне от этого байка? Но я же уже пообещал Людмиле Николаевне».

Вдруг в голове молнией пронеслась мысль. Миша выскочил в прихожую, обулся и, выйдя на лестничную площадку, поспешил вниз.

Он нажал кнопку звонка у двери убитой горем соседки. Через пару секунд послышались приглушённые шаги.

Замок щёлкнул, и дверь приоткрылась.

— А, это ты, Миша, — тихо сказала Людмила. — Что такое?

— Людмила Николаевна, я хотел спросить, — начал парень. — Можно я прокачусь на мотоцикле? Чтобы проверить всё исправно или может что-то поменять надо.

— Да, конечно, — женщина протянула ключи от байка, висевшие в ключнице на стене. — Может шлем ещё.

— Да, давайте.

Людмила ушла вглубь квартиры и через минуту вернулась.

— Вот, держи. Только осторожно, прошу.

— Хорошо.

На глазах Людмилы Николаевны выступили слёзы. Она тихонько закрыла дверь, оставив Мишу одиноко стоять на лестничной площадке. Он осмотрел покрытый царапинами шлем.

— Погнали, — выдохнул Михаил.

Парень бегом спустился на первый этаж. Мотоцикл всё также стоял, припертый к стене. С трудом Миша выкатил его на улицу.

Усевшись на кожаное сиденье, парень ощутил, как сердце забилось чаще, ладони вспотели, а в глотке пересохло.

— Давай, раньше же в автошколе получалось ездить, — подбодрил он сам себя.

Миша вставил ключ зажигания и повернул его. Двигатель зарычал, из выхлопной трубы повалил серый дым. Парень нацепил шлем на голову.

Переключив передачу, Миша зажал ручку газа, и байк рванул с места. От испуга парень вскрикнул и тут же нажал на педаль тормоза, не проехав и пяти метров.

— Ух! — прошептал Михаил. — Как непривычно.

Снова прибавив газу, Миша поехал вдоль двора, повернул направо и оказался возле проезжей части.

«Проеду километр туда и обратно, — решил он. — И верну байк».

Двигатель снова зарычал, мотоцикл понёс парня вдоль дороги. Машин, к счастью, поблизости не было.

Ветер обдувал Мишу со всех сторон, в ушах стоял рёв мотора и потоков воздуха. Парень в напряжении вертел головой по сторонам.

Переключив передачу, он поехал быстрее. Сердце стучало уже не так быстро, в душе поселилась уверенность.

Внезапно руль дёрнуло в сторону. Миша от неожиданности вцепился в него и изо всех сил снова направил мотоцикл прямо.

— Твою мать! — выругался он.

Через секунду руль снова повело в сторону. Миша паниковал и пытался совладать с байком.

— Да что происходит? — парень переключил передачу и сбросил скорость.

В пятистах метрах от него по встречной полосе ехал грузовик, но Миша не придал этому значение.

Руль повело влево, Миша изо всех сил пытался выправить его, но мотоцикл уже выехал на встречку. Раздался оглушающий гудок грузовика.

— Да что, блять, творится?! — проорал Миша, дёргая руль.

— Никто не будет мной управлять, — раздался шипящий механический голос в ушах, заглушаемый рёвом двигателя и гудками.

Парень поднял взгляд. Через мгновение по улице прокатились грохот и скрежет металла. Многотонная машина протащила мотоцикл вдоль дороги несколько десятков метров.

Миша лежал у тротуара. Прохожие тут же бросились к парню. В ушах стоял гул, мир перед глазами то был отчетливо виден, то пропадал в темноте. Кто-то снял с головы парня шлем. Из носа текли две красные струйки. Боль растекалась по всему телу.

— Скорую! — услышал парень чей-то голос, доносившийся словно издалека.

Шум в ушах нарастал, боль становилась невыносимой, а каждая попытка сделать вдох приносила мучение.

Голубое небо над Мишей погрузилось во тьму. В его остекленевших глазах больше не было признаков жизни.