Force majeure

Глава 1

– Р-р-рому!!! Тр-р-ри тысячи чер-р-ртей!!! – гаркнул попугай Билли, и зал таверны отозвался шквалом одобрительных воплей, ведь потрепанный какаду провозгласил бесплатную выпивку всем посетителям.

Молоденький дезертир из La Royale Marine в синем потёртом камзоле без эполет, зато с широким атласным поясом подошёл к стойке бара.

– Эй, бармен! А что это за обычай такой у тебя в таверне?

Человек за стойкой лишь чуть повернул покрытую шрамами голову в сторону юнца.

– На Тортуге всякий знает эту традицию… – проскрипел тот насквозь прокуренным голосом, – а тебя, стало быть, взяли со Sainte Thérèse вместе с грузом шёлковых тряпок для толстозадых матрон Портовьехо?

– Не взяли, а я сам… сам перешёл в команду.

– Конечно, конечно, охотно верю. Когда к горлу приставляют иззубренный катласс, то всяк переходит к морской вольнице по собственной воле. А-ха-ха-ха!

Новоиспечённый пират надулся и уже собрался отчалить.

– Постой, не обижайся, ­– неожиданно подобрел бармен, – все новички должны получить свою порцию желчи, иначе они будут слишком мягкотелы, такая традиция. А насчёт рома традиция другая. Ты слышал про Брегтора Белого, капитана Моржа?

– Конечно, – слегка покривил душой парень.

– Так вот, этот славный притон принадлежит ему до последней шлюхи. И попугай Билли тоже. В честь победы над эскадрой Солнц этих богомерзких Инков в заливе Буэнавентура он и установил этот обычай!

– Он смог пустить на дно эскадру Солнц?! Это и целому флоту не под силу!

– Клянусь своей правой рукой, что мы это сделали! Я сам был на Морже помощником штурмана, когда Мэдсон пробил кристалл представления их флагмана!

– Обычным ядром? Пробил медную обшивку ядром?

– Ты прав, это было не ядро. Это был гарпун! Проклятущий диск потерял равновесие, и острые гребные лопасти легли в горизонт, на воду! Из-за пробоины всё чёртово колесо пошло ко дну, не переставая вращаться с дьявольской скоростью! А оно было громадным, я же говорю – флагман! И вот не успели мы дать залп пушками как на его месте образовался водоворот, куда и засосало два оставшихся Солнца.

– Откуда взялся гарпун? Да и всё равно, он не пробьёт обшивку, – уже не так уверенно заявил молодой пират.

– Морж был китобоем, пока Брегтор не решил поднять бунт. Здесь, на Тортуге, мы обзавелись пушками, а клыки-гарпуны оставили, они хороши для абордажа!

– Что-то не верится.

– Бьёмся об заклад, что так и было?! Серебряный дукат против твоего красного кушака, что гарпун пробьёт медный лист! – бармен выложил увесистый кругляш на стойку.

– Дука-ат? – парень засомневался.

– Ну что, по рукам?

– А-а-а как же мы проверим?

– Проверим, так по рукам?

– По рукам!

Договор скрепили рукопожатием.

– Эй, Марти, постой за стойкой! Пошли!

– Куда?

– Морж тут, недалеко, на берегу, водоросли понаросли, так надо почистить.

Бармен уверенно шёл вперёд по тропинке вдоль побережья. Трактир стоял на отшибе и вскоре исчез из виду, а вместе с ним пропали и звуки музыки, и гомон.

Факел проводника трепетал впереди, вслед за ним извивались тени пальм и лиан, навевая мысли о злых духах и богах Инков – прошлых хозяев этих мест. Ром быстро выветрился из бедовой головы француза.

– Как же мы проверим? – решился спросить он. – Я не поверю на слово!

– Мы захватили с собой несколько кусков их брони, так что ты сам всё увидишь.

Парень уже был совсем не рад идти куда-то.

– Послушай! Я верю тебе! Давай вернёмся!

– Брось, мы уже почти пришли, не хочешь же ты прослыть трусом?

Молодой пират ничего не хотел и горько жалел, что забрёл в эту чёртову таверну. Но вот, впереди показалась большая чёрная тень, в звёздном свете угадывались очертания корабля. Туша сидела килем в песке, что было очень странно – так ил не счищают.

– Полезай, – бармен указал на сходни, ведущие внутрь здоровенной пробоины у самого носа.

– Зачем? Это что за дыра?

– Здесь прогнила пара досок, нужно заменить. Через трюм выйдем на палубу, там и стоят гарпуны.

– Я не хочу, я не пойду, – упёрся парень.

Он развернулся и пошёл назад. Плохие предчувствия одолевали бывшего моряка.

– Постой! Ты не найдешь дороги.

– Найду!

– Ладно, я провожу тебя, только ты отдай мне пояс сразу.

– Да? Хорошо, ­– парень начал возиться с ремнём и не заметил удара.

Бармен бил расчётливо и ловко – жертва была жива.

Француз очнулся в трюме, руки и ноги его были скованы, а сам он лежал на алтаре под огромным кристаллом. Ночью на Тортуге тепло, но сейчас несчастный пират мёрз, его била крупная дрожь.

– Ты уж извини, парень, – услышал он голос бармена. – Видишь, как Моржа-то моего побило. Едва ли он когда-нибудь ещё выйдет в море, а долг-то висит…

– К-какой долг?

– Долг Инкам. А ведь броню мы им пробили тогда, только вращением оба клыка моему Моржу вырвало. Так-то… Когда нас взяли на абордаж, сам знаешь, на что угодно согласишься лишь бы не пойти на корм рыбам. Вот я и выторговал себе жизнь в обмен на заполнение кристаллов маной, есть у них такой обряд как жертву в ману превращать… эх, извини.

Предсмертный стон лишь отразился от стен трюма, а синяя эссенция в кристалле поднялась ещё на одно деление.

Бармен вздохнул, сделал большой глоток рома и побрёл обратно.