Две деревни

Глава 1

У нас в деревне ходила байка, а может и легенда- это как посмотреть. В общем и целом- это была простая история, чья-то выдумка или додумка, уже и не сказать точнее. В ней было про парня, который заблудился в лесу, пробыл там невесть сколько времени и вышел к нашей деревне- уставший, грязный, одет как то странно. Он с трудом говорил, был изнеможён, да и то что могли разобрать в его речи принимали за речь сумасшедшего. Ещё бы- столько времени провести в лесу, да ещё и в конце лета. А через пару дней он умер, толком не придя в себя. Говорили, что его исповедовал отец Матвей перед тем, как тот отошёл. Ходил он потом задумчивый, хмурый, молчаливый, но что он ему сказал- мы так и не узнали. Тайна Исповеди непоколебима. Помню лишь, что когда был маленьким, прабабка Маша всё причитала, стоя в церкви на отпевании, мол «не его время было, рано ушёл- жизни не видел», а мы, толпой детворы, носились возле церквушки и нам было не до похорон. Схоронили его на кладбище, поставили крест без имени. Милиции не было до нас дела тогда, потому ни кто и не приехал расследовать или выяснять что-то, просто спустя несколько месяцев приезжали какие то дядьки в пиджаках, общались с батюшкой, что-то спрашивали у старожил, да только кто мог им что- то сказать, если сами не знали ни чего? Так и стоит до сей поры там этот крест, дерево рядом растёт, даже оградки нет, да и кто бы ему её поставил? С тех пор прошло много лет. Я уехал в соседний город учиться, а после устроился на завод учеником слесаря- это всяко лучше, чем возвращаться к нам в деревню: работы нет, спиваются те, кто остался. А я так не хотел, да и родители настояли, чтобы остался там, а не пропадал здесь. Когда выдали первую получку, решили с друзьями, что можно и погулять немного. Большую часть денег отложил- на еду и родителям немного отправить. Хорошо хоть комнату в общежитии дали, о жилье голова не болела. Несколько дней назад мы собрались в парке: попить пива у костра, попеть песен под гитару. Нас было не так уж и много- и десяти человек не набралось, и просидели до темна, а после стали расходиться. Дорого к общежитию шла возле леса, с самого его краю. Я шёл не спеша, глядя себе под ноги. Луна была не полная, но светила ярко, тропинку было видно хорошо. Неожиданно в лесу что-то хрустнуло и заугукало, мне стало так смешно, когда я представил сову, упавшую с дерева, что даже решил сходить и проверить- может её придавило и надо помочь. Свернув с тропинки я прошёл с десяток шагов вглубь, шорохи стали слышны лучше, ближе. Вдруг ветка отлетела в сторону и из под неё, стремглав, большая сова взмыла на пару метров и полетела, меж деревьев, вглубь леса. Я немного испугался, но был рад тому, что она не пострадала. Развернулся и направился на выход, к тропинке. Но её не было видно. Луна светила так же ярко, но тропинки не было. Обернувшись я увидел ту самую палку, что лежала на земле. Вдалеке раздавалось угуканье и уханье, значит она улетела вправо. Повернулся лицом к ветке, к которой я шёл, а после развернулся назад и сделал шагов пятнадцать, но тропинки не было. И звуков города не было- не машин, молчал завод, фонарей не было видно. Знатно я тогда испугался и начал ходить вокруг, примечая деревья и ту сломанную ветку. Круг делал всё шире и шире, но это не помогло, страшно стало. Я- заблудился. Уже счёт потерял, сколько ходил. Хоть тепло было днём, а на ночь укрывался ветками. Устал, очень устал, болит всё, ослаб, недолго мне осталось- чувствую прям. Отпустите мне грехи отец Матвей. Отпустите и идите, не ждите.

Парень лежал на кровати приютившей его Марьи Фёдоровны. Рядом сидел батюшка, в дверях стояла хозяйка. Она всё слышала, но обещала молчать. Клятву дала. А батюшка так и вовсе не мог рассказать правду- он Богу клятву давал, нарушить её не мог. Так и схоронили парня- под крестом без имени. Службу вели в церкви, под плачь старух. А на улице сквозь облака пробивалось осеннее солнце, детвора ловила последние тёплые лучики уходящего лета.