Другая реальность

Глава 1

Глава 1

Город контрастов — это современные высотки и почти небоскрёбы смешанные со старенькими районами похожими на деревеньки. Последние почти исчезли в двадцать втором веке. До сих пор удивляюсь, как людям удалось сохранить это наследие. Ведь ещё несколько лет назад велась активная работа по перестройке городов и устранении пережитков старого.

Мы прошли с младшим сыном несколько кварталов от центрального района и решив сократить через Васильковские трущобы свернули у последней высотки. Дальше открывались две улицы с деревянными домами, крыши которых освещало закатное солнце.

— О, мам, смотри — корова! Настоящая! — воскликнул Ян, восхищённо рассматривая измождённое животное.

Я успела мельком бросить на неё взгляд, как моё внимание привлёк лохматый пёс, выбежавший из ближайшей подворотни. Он посмотрел добродушным взглядом и весело виляя хвостом побежал за нами.

В телефоне брякнул звук уведомления и я открыла экран, на котором высветился диалог с бывшим мужем.

— Завтра за Сеней заеду. С утра поедем к бабушке.

— Поезжайте в обед. Переждите.

Убрав телефон обратно в сумку, я с удивлением посмотрела на сына.

— Что, мам?

— Папа сказал ехать в обед. Странно...

Подняв глаза на небо, я обомлела. Вместо красного зарева, которое только что занимало весь горизонт, я увидела ночное звёздное полотно. Россыпь светящихся точек заполонила весь небосвод, но на нём совсем не оказалось луны.

— Что за... — бросила я и мой, взгляд уловил вдалеке яркие приближающиеся вспышки и вместе с ними звук полыхнувшего огня.

Когда же до моего слуха начали доноситься душераздирающие крики людей, какие можно услышать только в зарубежных фильмах ужасов, к моему горлу подкатила паника. Острый страх за детей сдавил грудную клетку стальными тисками, отчего стук сердца по ощущениям забился где-то в ушах. Особенно пугала тишина, следующая после всего.

— Что-то мне это не нравится, — сказала я, ускоряя шаг.

Неожиданно вдали показалось существо с непропорционально длинными и худыми конечностями.

Его руки и ноги словно растянули клещами, а лицо будто подтёрли умелым фотошопом. Меня перетряхнуло от его вида. Хотя могло и показаться, ведь в ночи свет тусклых фонарей плохо освещал улицу.

В голове затрезвонила мысль, что моим детям ни к чему мать бьющаяся в пание. Но когда существо молниеносно переползло жалкие десять метров будто тень, в груди заклокотала тошнота. Я взяла за руку сына и с нарастающим шагом свернула в переулок.

— Мама, кто это? Мне страшно.

— Не знаю, Ян. Вернёмся за Сеней. Всё будет хорошо.

«Главное оторваться» — подумала я, преодолевая новый поворот.

Мы обогнули улицу и вышли к центру. Васильковские трущобы остались позади. Обернуться не хватало духу. Сзади то и дело мигали яркие вспышки, что вызывало только одно желание – бежать подальше. Я будто нутром чувствовала страх и панику людей оказавшихся один на один с этими существами, их беспомощность и обреченность.

— Надо забрать Сеню и укрыться в подвале... — говорила я себе, скорее, чтобы успокоить, но всё больше переходила на бег.

Внезапно окна многоэтажек поочередно снизу вверх начало обдавать ярким светом, так будто внутри них целое солнце. Правда предчувствие у меня возникало не хорошее, когда множество домов начали источать не понятное и ни на что не похожее сияние.

— Неужели и тут тоже они? — в панике ахнула я и почувствовала, как моё сердце заколотилось быстрее.

Страх разгонял кровь, делая ноги ватными, они не слушались и зацеплялись за невидимые препятствия.

— Только бы с Сеней всё было хорошо — повторяла я, кусая сухие губы.

Неожиданно произошло то, что повергло меня в шок. Только мы вышли к окнам центральной высотки, где жил бывший муж со старшим сыном, как из здания полился каким-то неестественный свет, отдающим синевой. Вокруг снова наступила тишина, от которой сердце сжимается и забывает, что такое удар.

— Нет! Не может быть!

В груди защемило об боли, а весь воздух словно выкачали насосами. Я с трудом удержалась на ногах.

«Что же делать?» — пронеслось в мыслях.

— Мама! — неожиданно услышала позади, и обернувшись, увидела яркий свет, исходивший из прибора продолговатой формы. Он точно и направленно утягивал мои мысли, всю мою суть за собой, туда, где вместо света одна темнота.

Глава 2

Не естественно белый холл, такого же цвета диван и широкая, винтовая лестница наверх. Чуть дальше три коридора, а позади небольшой спуск в отдельное помещение с похожими диванами. Вокруг слишком чисто, слишком светло. Немыслимый перебор в восприятии и ощущениях не правильности. Но при этом нигде не видно ни единого окона. Даже светильников нет. Непонятно каким образом освещены помещения.

Я предприняла попытку вспомнить законы физики и головную боль прострелила виски. Нет, такой неестественной идеальности не бывает даже в президентских апартаментах люкс класса.

«Так, Оля, соберись! Где ты находишься и что произошло?» — говорю я себе, и внезапно воспоминания обрушиваются точно лавина. Снова не чем дышать. И я хватаю ртом воздух точно рыба выброшенная на берег волной.

С трудом делаю глубокий вдох и застываю на месте. Рядом сидит Ян, живой и здоровый. Он рисует на планшете и выглядит очень спокойным. И поэтому я немного расслабляю плечи.

«Странно... Совсем на него не похоже. Особенно после того, что произошло. Интересно где это мы?» - проносится в мыслях, а затем меня всё же немного отпускает.

И в этот момент по винтовой лестнице спускается Сеня.

— О, сынок, наконец-то я тебя нашла! — вскрикиваю я, когда он почти достигает последней ступеньки.

Услышав меня он замирает и на мгновение в его взгляде проносится что-то недосягаемое мне, что-то непонятное. Смотрит так, словно впервые меня видит.

— Сеня! Что с тобой? — кричу я, а он внезапно разворачивается и бежит обратно наверх.

Туман скручивает мысли в жгут, не давая опомниться. И я вскакиваю с дивана, бегу по лестнице, бросая на ходу Яну, всё ещё мирно сидевшему с планшетом:

— Подожди меня тут, я за Сенькой сбегаю и обратно.

Ян поднимает на меня пустой взгляд и ничего не отвечая снова утыкается в гаджет.

«Что за ерунда? Не дети, а наказание!» — проносится в мыслях, когда я преодолеваю оставшуюся часть лестницы.

— Сень, ты почему от мамы убегаешь? — кричу я вдогонку светловолосому мальчишке.

Но он ничего не ответив, садится за небольшой круглый стол, за которым уже сидит пара, одетая в тошнотворно-противные классические, серые костюмы с прилизанными прическами а-ля «на завтрак в резиденцию президента».

Женщина ставит перед Арсением небольшое блюдо, больше похожее на зелёное желе отвратительного вида и подарив мне высокомерный взгляд говорит:

— Женщина, с какой это стати он ваш сын? Я сейчас полицию вызову! Убирайтесь отсюда на свой уровень!

— Сень, это что шутка такая? Кто эти люди и почему они мне хамят?

— Я ведь сказала вам, убирайтесь отсюда! Мой сын не будет разговаривать с вами, пока я ему не разрешу! — становится мне ответом от светловолосой дамы, а дальше она поворачивается к Арсению, — Это наш завтрак, хватит нос воротить!

Во взгляде я улавливаю не понимание. Так смотрят на совершенно не знакомых людей или та тех, кого стёрли из памяти. Меня бросает в пот и подступает тошнота.

— Это всё не правда! Сеня, сынок! Вспомни меня! — я хватаю его за плечи и слегка трясу.

— Паш, вызови контроль первых уровней, пусть заберут эту сумасшедшую, а то родит тут ненароком. Ещё и Арсения напугала.

«Что я сделаю?» — проносится в мыслях когда я перевожу взгляд на свой огромный круглый живот.

— Не может быть? Что за херня тут творится? — вырывается у меня.

Прикладываю к нему руку и кто-то резко пинает в то место, где я касаюсь. Миг и чьи-то хриплые крики вырываются из горла. Постойте кажется это кричу я. Меня скручивают и вкалывают что-то в шею. Кто это делает, я не вижу. Перед глазами лишь быстро тающая фигура моего Сени.

Глава 3

— Медленно! Слишком медленно качаешь! — врываются в моё замутнённое сознание чужие голоса и непонятное бормотание на чужом языке.

Они что-то напряжённо обсуждают, но на грани реальностей я осознаю, что нахожусь на хирургическом столе. И опять эти неестественно белые цвета, эти тошнотворные восприятия пространства.

— Пожалуйста, отдайте мне моих детей! Я прошу вас, отпустите нас! — произношу я, еле ворочая язык.

Вдруг перед моими глазами в прозрачную трубу кладут маленькую пухлощекую, черноволосую девочку. Она неестественно спокойна и неподвижна, но она моргает, из чего я делаю вывод о том, что она жива. Цепляюсь за последние крохи сознания, но где-то на уровне интуиции улавливаю, что меня снова утягивает в темноту.

— Пожалуйста, пусть мои дети будут счастливы! Прошу вас, позаботьтесь о них.

В разрыве между темнотой и светом раздаётся:

— Система отказала. Отправляй её обратно. Брак.

— А с детьми что?

Я закрываю глаза и проваливаюсь в пустоту.

Глава 4

Комната. Моя. Стены с обоями в зелёный цветок, люстра таблетка. Я подпрыгиваю с кровати и хватаю колючий воздух. Его слишком много. Ощущение будто целые иглы втягиваются лёгкими. Больно дышать, больно вспоминать, больно думать. Пустая квартира давит тишиной на грудную клетку. Я всхлипываю от тяжести в груди. Солнце пробивается сквозь шторы, обжигая роговицу. Чувствую как щекам становится мокро. Хватаю губами каплю – солёная.

Телефонный звонок врывается в это пространство странных воспоминаний слишком резко, слишком непонятно. Словно я застряла на границе миров и никто не в состоянии вытащить меня. Звук ударяется прямо в перепонки. Морщусь от не приятных ощущений.

— Мама! Мама! Мы тебя любим! Представляешь в зоопарке мы видели...

Я разом выдыхаю проклятые свёрла боли и подхожу к окну. Шесть вечера. Город на месте, дома всё те же. После завтра поедем к бабушке.