Древо жизни

Глава 1

- У вас с болот всегда несёт такой гнилью? - раздражённо спросил Антон и брезгливо сплюнул в мутную тёмную воду.

Он не хотел грубить специально, но удушливый запах выводил его из себя. Конечно, нельзя было ожидать, что болото будет пахнуть розами, но этот отстойник смердел буквально как разворошённый могильник. Проводник поднял на охранника бесцветные рыбьи глаза, и его бледное сморщенное лицо исказилось то ли усмешкой, то ли гримасой.

- Вы привыкнете, - безучастно прошелестел он и отвернулся.

Антон испытал большой соблазн его ударить, но сдержался - один условный срок у него уже был, да и проводник был нужен им в целости и сохранности. Во всяком случае, пока.

Его наниматель Фридрих - высокий сухой хмырь с вечно озлобленным выражением лица, похожий на кощея из мрачной сказки - согнувшись, вышел из хижины и направился к ним. Вслед за ним тяжело шагал напарник Антона, Юнус, таща на спине увесистый рюкзак.

- Моргунов, хватит болтать! Салтанов, неси груз осторожнее! А ты, деревня, давай вперёд, отрабатывай деньги! - резко сказал Фридрих, окидывая каждого из присутствующих презрительным взглядом.

Антон отвёл взгляд. Будь его воля, он бы давно послал куда подальше этого мерзкого типа с иностранным именем. Но этот тип платил, причём хорошо. Настолько хорошо, что это окупало все его придирки и гнусные повадки. И судимость Антона его совсем не смущала, а это тоже было весомым плюсом.

Тем временем проводник, флегматично окинув взглядом раскинувшуюся перед ним мрачную тёмную топь, начал медленно идти вперёд. Затем обернулся и поманил остальных за собой тонким скрюченным пальцем. Почему то в этот момент Антон почувствовал, как по его спине пробежал непрошенный холодок.

- Что встали, вперёд! - поторопил охранников Фридрих.

Юнус тяжело вздохнул и сделал первый шаг. Антон последовал за ним. Его сапоги глубоко ушли в вонючую грязную жижу, но потом всё-таки коснулись скрытой под ней твёрдой почвы. Сам наниматель пошёл последним, некоторое время внимательно следя за своими подчинёнными, будто ожидая, что болото вдруг разверзнется и утащит неосторожных смертных, посмевших отправиться в его чрево.

Сказать по правде, Антон не знал, что его нанимателю было нужно в этом отвратительном месте. Фридрих проявлял странное и, можно даже сказать, больное любопытство к тому, что было удалено от человеческих глаз - он посещал какие то древние полуразрушенные руины, мог часами бродить в лесной чаще или, стирая руки до крови, карабкаться внутрь подземного, давно заброшенного лаза. Что он искал, было непонятно. Но пока он платил большие деньги, Антон был готов следовать за ним.

Однако чем дальше они уходили вглубь мрачной топи, тем больше Антон жалел о том, что связался с этим безумцем. Отвратительный запах усиливался. Удушливый могильный смрад, казалось, источало всё вокруг, даже тусклое серое небо. Чёрные иссушённые стволы мёртвых деревьев хаотично росли по сторонам от тропы, искорёженные и погнутые, словно поражённые смертельной болезнью. Вместо привычных болотных камышей из тёмной воды торчала сероватая подгнившая трава, покрытая какой то слизью. Антон опасался, что в пути их будут донимать москиты, но ни одна живая тварь, даже самая мелкая, не встретилась им по пути. Сначала он воспринял это с облегчением, но потом в его голове стали роиться непрошенные мысли.

Что же это за место такое гнилое, что тут даже комары передохли?

Чтобы отвлечься, он начал думать о той кругленькой сумме, которую отвалит ему этот надменный хлыщ. На такие деньги можно сделать многое - починить старый материнский дом, отвалить немного наличности непутёвой сестре Олеське, которая постоянно клянчит у него денег, закрыть старый долг перед тёткой. Ну и себя не забыть. Его размышления прервало отрывистое резкое карканье, а затем что то камнем упало прямо на тропу.

- Эпонский городовой! - неуклюже, по старомодному выругался Юнус и отшатнулся от какого то чёрного комка, распластавшегося в болотной жиже.

Подойдя ближе, Антон увидел ворону. Птица медленно уходила в топь, а её безжизненный глаз смотрел прямо на охранника. Шея вороны была свёрнута. Антон занёс ногу, чтобы перешагнуть через дохлую птицу, но тут выругался и чуть не упал - его окатила волна такого невыразимого смрада, по сравнению с которым даже обычный аромат проклятого болота казался французскими духами. Взглянув вниз, он вздрогнул от омерзения - в полуразложившейся туше отчётливо копошились мерзкие белые черви.

- Шайтан! Какого это летало? Оно же давно мертвечина! - снова раздался голос Юнуса. Обычно смуглое лицо напарника Антона ощутимо побелело.

- Чёрт его знает, - угрюмо ответил Антон - слышь, деревенский, у вас там часто дохлые птицы с неба падают?

Невозмутимый проводник обернул к нему своё бесстрастное лицо, похожее на уродливую гротескную маску.

- Случается, - коротко ответил он и продолжил идти как ни в чём не бывало.

Антон снова испытал непреодолимое желание ему врезать, но опять сдержался. Сзади раздался голос Фридриха, призывающий поторопиться, и охранники послушно продолжили путь. Самого Фридриха происшествие с вороной как будто наоборот привело в хорошее настроение. Его взгляд всё ещё был полон презрения и злобы ко всему вокруг, но он стал меньше придираться к охранникам и даже начал насвистывать какую то мелодию.

Es ist da! Es ist definitiv da! - отчётливо услышал Антон загадочную фразу, которую его наниматель произнёс в перерыве между своими напевами.

- Радуется, собака, - угрюмо подумал охранник - ну и пусть блажит. Главное, чтобы совсем кукухой не съехал и заплатить не забыл, а остальное неважно.

Пока они шли, болото вокруг них начало меняться. Искорёженных деревьев становилось всё меньше, а серая трава росла уже не густыми пучками, а редкими одинокими тростинками. Сами топи ещё больше потемнели и казались Антону больше похожими на чёрный вязкий битум, чем на водную гладь. И, хотя он сам был точно не уверен, в этой чёрной вязкой жиже ему показалось что то, похожее на затонувший человеческий череп, злорадно ухмыляющийся ему своим редкими гнилыми зубами. Вздрогнув, Антон присмотрелся повнимательнее, но на это раз не увидел ничего, кроме тёмной воды.

- Чёртово болото, уже галюны являются, - проворчал он, убеждая самого себя, что увиденное им было не больше чем зрительным обманом.

Юнус, услышав эту фразу, согласно кивнул большой, коротко остриженной головой.

- Плохое место, брат. Нехорошее. Не надо было ходить.

- А ну заткнулись! - злобно прошипел Фридрих сзади - я плачу вам не для того, чтобы слушать трусливое нытьё.

Антон обернулся, постаравшись скрыть буйную ярость, вспыхнувшую в глазах.

- Скоро ночь, начальник! В темноте по болоту стрёмно ходить. Может вернуться?

- Темнота, - Фридрих медленно перекатил это слово на языке, словно смаковал его - темнота это хорошо. Темнота это то, что нужно. А вы не тряситесь, скоро уже будем на месте. Верно говорю, деревенщина?

Проводник молча и словно торжественно кивнул. В его бесцветных рыбьих глазах наконец то появилось какое то выражение. Тревога? Благоговение? Страх? Этого Антон понять не мог. Было ясно одно - этот сморчок считал, что скоро произойдёт что то важное.

- Если ты задумал нас кинуть, я прострелю тебе башку, - буркнул Антон проводнику, заблаговременно предупреждая о цене за обман.

В ответ тот презрительно ухмыльнулся, словно эта угроза нисколько его не впечатлила, но ничего не ответил.

Небольшая группа продолжила двигаться дальше. Прошёл ещё один утомительный час однообразного пути через грязную смрадную жижу, окружённую тёмными мёртвыми водами. И вот наконец в густом болотном мареве показалось что то, выделяющееся из этой бесконечной отравленной пустоты. В туманном зыбком полумраке смутно виднелись несколько каменных серых столбов, уходящих высоко вверх. Обломанные и так же искорёженные, как и болотные деревья, они походили на острые обломки костей, оставшихся после смерти какого титанического чудовища. Проводник рухнул вниз. Антону показалось, что деревенский споткнулся, и он даже протянул руку, чтобы помочь их неразговорчивому сопровождающему подняться, но наткнулся на гневный взгляд. Проводник не упал, он молился. Встав на колени прямо в болотную грязь, он несколько раз поклонился таинственным каменным столпам, и только после этого снова поднялся на ноги.

- Вы находитесь на священной земле! - прошептал он, облизал бескровные губы и осторожными шагами продолжил двигаться к столбам.

Вслед за ним, забыв о всякой осторожности, устремился Фридрих, нетерпеливо впившийся глазами в силуэты таинственных руин.

- Какой харам, - тихо сказал Юнус, что то прошептал и с тоской посмотрел назад. На секунду Антону даже показалось, что его напарник сорвётся и бросится прочь, но этого не случилось. Сгорбившись, Юнус пошёл следом за своим нанимателем. Сам Антон также отправился вперёд, напоминая самому себе о большом куше, который ждёт их. Но несмотря на мечты о деньгах, тревожные мысли никак не хотели уходить из его головы, а рука периодически непроизвольно касалась кобуры с оружием.

Наконец то под ногами почувствовалась твердь. Проводник вывел их на возвышенность, усыпанную камнями и чем то ещё, хрустящим и грязно-белым (Антон не хотел думать, чем именно). Каменные столбы окружали возвышенность со всех сторон, образуя круг, а в центре располагалось мрачное серое строение, похожее на заброшенный склеп. Проводник уверенно направился к нему и скрылся в зияющем тёмном проломе. Охранник пошли следом и нерешительно остановились у входа.

- Вам особое приглашение нужно, черти?! - клацнул зубами Фридрих и перешагнул через неровный каменный порог, изрезанный непонятными знаками.

Охранники, озираясь, пошли следом и увидели уходящую куда то вниз под землю каменную лестницу. Антон достал телефон и посветил вниз, но луч фонаря затерялся в тёмной глубине. Он присвистнул.

- Начальник! - в голосе Юнуса появились панические нотки - я метро работал. Нельзя под землёй в болоте быть. Очень плохо, очень опасно!

- А тебя тут никто не держит! - холодно ответил Фридрих - если хочешь, можешь валить обратно. Только без денег и без проводника. Устраивает?

После недолгого молчания напарник Антона покачал головой.

- Тогда работай, чёрт тебя дери! Спускайся вниз! И ты тоже! - рыкнул наниматель, тыча пальцем в своих подчинённых.

Антон, пожав плечами, двинулся вперёд, освещая путь неровным тусклым светом мобильника. Проводник уже успел уйти далеко вперёд - видимо, царящая в подземелье мгла его не смущала - сам же охранник ступал крайне осторожно, чувствуя неровности и глубокие выбоины небрежно вырезанных каменных ступеней. Луч света нервно метался от стены к стене, периодически выхватывая какие то странные рисунки и узоры. Вот угловатый человеческий силуэт, начертанный углём, неестественно изогнулся, протянув вверх слишком длинные и скрюченные конечности. Вот несколько концентрических кругов, вырезанных в камне, внезапно наполнились тёмной склизкой водой, как только на них попал луч фонаря. Вот нечто, похожее на угольно-чёрную тень какой то когтистой лапы, внезапно показалось на потолке, а с кончиков нарисованных когтей начала капать всё та же тёмная слизь. Под ногами что то хрустнуло, и давно сгнившая бурая кость съехала вниз по ступеням, поддетая носком сапога.

Антон озирался и мысленно матерился, но продолжал спускаться, слыша позади хриплое свистящее дыхание Фридриха. С каждым шагом вниз телохранитель безумного искателя всё больше ощущал, что совершает какую то страшную ошибку, но голос разума (или жадности) мешал ему вернуться назад, а тяжёлый мертвенный смрад действовал словно дурман, подавляя волю. Глаза болели и слезились, а в ушах раздавался какой то отдалённый гул, будто где то под землёй вязко билось какое то чудовищное сердце.

Наконец лестница закончилась. Антон поднял фонарь, с раздражением отметив непонятно откуда взявшуюся дрожь в руке. В следующую секунду телефон выпал из его руки. То, что высветил тусклый искусственный свет, не поддавалось ни осмыслению, ни принятию. Лестница заканчивалась чудовищно высокой круглой залой, в середине которой зиял неровный рваный пролом, клубящийся почти осязаемой густой тьмой. Из этого пролома вырастало древо, если, конечно, можно было так назвать безумный фантасмагоричный кошмар, раскинувший свою тёмную крону до высокого потолка. Извилистый чёрный ствол в два обхвата сочился отвратительным гноем, раскинувшиеся ветви пульсировали и колыхались, несмотря на полное безветрие, а на побегах, похожих на искорёженные руки, росли бесформенные сгустки-плоды, напоминающие воспалённые нарывы. Торчащие из пролома корни, или то, что походило на них, были покрыты крючковатыми острыми шипами. Сами корни извивались как змеи, но, как только Антон перешагнул последнюю ступеньку, они застыли, будто аспиды, изготовившиеся к броску.

- Какого чёрта?! Что здесь происходит? Что это? - истерически произнёс телохранитель, судорожно нашаривая рукоять пистолета. Позади раздался испуганный крик Юнуса, который тоже узрел то, чему не мог дать название.

Из мрака неторопливо вышел проводник, сохраняя полную невозмутимость.

- И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая - произнёс он нараспев и впервые улыбнулся. Антон с ужасом заметил, что клыки проводника намного длиннее и острее человеческих зубов, а на показавшихся бледных пальцах сверкнули когти.

- Дерево жизни? - неверящим голосом повторил Антон, окидывая взглядом окутанную могильным смрадом тёмную крону.

- Жизни, - кивнул проводник - и смерти. Бессмертной жизни, единой со смертью. Спроси своего господина, он знает.

Телохранитель перевёл взгляд назад. Первым, что он увидел, было искажённое от боли лицо Юнуса, лежащего на грязном каменном полу. Их наниматель с поганой улыбкой склонился над телом его товарища, сжимая в руках ритуальный каменный нож.

- Предатель! - крикнул Антон и попытался выхватить пистолет. Но Фридрих как стремительная змея метнулся вперёд. Обычно неповоротливый и нескладный, он вдруг обрёл какую то ужасающую быстроту, будто само место и сгустившаяся в нём тьма подпитывали его. От мощного удара Антон отлетел в сторону, прямо в чудовищные объятия чёрных смертоносных лиан, немедленно обвившихся вокруг его тела. Резкая боль пронзила тело, когда крючковидные шипы впились в кожу, а незримые алчные рты сомкнулись вокруг открывшихся ран, высасывая живительную кровь.

- Ты думал, я для охраны вас нанял? Таких идиотов? - рассмеялся Фридрих с безумной улыбкой - мне не нужны ваши услуги. Мне не нужны вы. Мне нужна ваша кровь. Двоих будет достаточно, верно, проводник?

- Хватит и одного, - меланхолично отметил его собеседник, наблюдая, как сплетающиеся корни пульсируют, поглощая свежую кровь корчащегося человека.

Фридрих удовлетворённо кивнул и алчно взглянул на гнилые плоды.

- Древо дарует плод жизни только когда насытится, - бесстрастно заметил расположившийся у пролома упырь.

- Я подожду! - заверил его бывший наниматель Антона и его палач.

Он подошёл поближе, то ли чтобы насладиться муками, то ли чтобы не пропустить момент, когда один из плодов упадёт на землю. Антон не упустил этот шанс. Преодолевая боль, он рванул руку, на миг освободив её от корней, и всё-таки выхватил пистолет. Фридрих метнулся в сторону, но взвыл и упал, схватившись за пронзённый пулей живот. Под ним быстро образовалась кровавая лужа. И древо жизни почуяло эту новую кровь. Алчные корни взвились в хищном предвкушении. Отбросив уже полумёртвую и иссушённую добычу, они впились в новую жертву и сжали её в смертельных тисках. Фридрих взвыл, но его крик вскоре перешёл в предсмертный хрип. Проводник с всё тем же непроницаемым выражением лица посмотрел на его агонию, а потом подошёл к умирающему Антону и протянул ему сорванный плод.

- Ты принёс жертву древу, - бесстрастным голосом произнёс он - и ты заслужил награду. ___________________________________________________________________________________ Юнус, дрожа и озираясь, брёл вперёд. Рана страшно болела и кровоточила, а каждый шаг больше походил на смертельную лотерею с трясиной, но ужас перед тем, что таилось в сердце болота, гнал его вперёд.

- Только бы выйти! Только бы выйти! Клянусь, другую жизнь начну! Только бы выйти! - бормотал он как исступлённый.

Какой то силуэт возник перед ним в болотном тумане. Юнус уже собирался позвать незнакомца на помощь, но тут туман рассеялся. Перед ним стоял Антон - бледный как смерть, с ужасными шрамами на лице, но абсолютно бесстрастный.

Юнус отшатнулся.

- Ты же...Ты же умер... - прошептал он растерянно.

- Я умер, - согласился Антон не выражающим эмоций голосом.

- Но как? Но как ты... - ещё более ошарашенно произнёс Юнус и начал пятиться назад.

Его бывший товарищ пожал плечами:

- Иногда смерть и бессмертие это одно и то же. А теперь пошли, я выведу тебя из болота. Пусть хотя бы кто то спасётся от...вечной жизни.