Домовой

История одного дома

Домовой

Облака воздушными замками нависали над старенькой избушкой. Белые, пушистые ромашки славно украшали фасады замков. Через мгновение они превращались в георгины, ещё секунду спустя – в розы, а затем в гладиолусы и хризантемы. Образы цветов быстро менялся в голубом небе.

Ветер уносил облака всё дальше.

Воздушные замки превращались в белоснежные ладьи, и устремлялись в небесные дали. Облака и ветер словно дразнили маленький домик, который печально поскрипывал старыми ставнями.

Его стены осыпались от снега, и ливней, время медленно разрушало ветхое строение.

Казалось, избушка давно должна была рассыпаться, но какая – то невидимая сила вновь и вновь вдыхала жизнь в угасающий дом.

И всё же в нём жило удивительное тепло домашнего очага, которое невольно очаровывало редких зевак.

Посёлок разросся, и прежние постройки были снесены или перестроены. Лишь старый домик продолжал жить своей тихой, прежней жизнью. Новые дома со сверкающими крышами посмеивались над ветхим крохой, а ветер всё также проказничал, дразня его воздушными замками и облачными цветами.

Но легендарный домик стоял, храня в памяти радость и печаль своих стен. Новые дома не помнили собственной истории и даже не задумывались о ней. А старые кроха знал о них всё - от рождения до возвышения к крылатым облакам.

Помнила избушка времена, когда на этой улице не было ни единого дома – лишь бескрайняя степь да вольный ветер властвовали повсюду.

Старый, сильный и заслуженный, теперь он был вынужден смиренно смотреть в рваные облака и с тайной завистью поглядывать на новенькие козырьки крыш, резные крылечки и колонны молодых домов.

Ещё труднее было ему видеть, как приезжают в новые дома гости. У самого же старенького строения обновок давно не было, и гости к нему не захаживали.

Беден был хозяин дома. Редко кто замечал его присутствие на улице. К трудолюбивому, и словоохотливому Ивану старость подкралась не заметно. Всё реже выходил он на улицу, больше лежал и нервно покашливал в тёмной комнате. Намучился с Иваном ветхий дом у такого хозяина не то что ремонта и гостей - даже свежего воздуха не выпросишь.

В избушке жил старый кот с огромными серыми глазами.

Днём он лениво лежал возле печи, а по ночам бесшумно ходил по тёмным комнатам, будто сторожил покой старого строения. Часами кот смотрел в пустой угол, тихо шевеля ушами и едва слышно мурлыча, словно перешёптывался с кем-то невидимым. Несомненно, старый кот знал домового и был единственным существом, кто мог видеть и понимать его.

Смотрел дом на соседей и с трудом проживал свою сложную судьбу. Но одна особенность всё же была у незатейливого строения.

Красивые, новые дома, лелеяли в своих ладонях жителей. Уютные палисадники с беседками увитыми цветами украшали новые постройки.

Старенькая избушка, затерявшаяся среди всего этого великолепия была невероятно притягательна. Лишь глаза видели её ветхость, а сердце любило кроху.

Когда речь заходила о новом посёлке все разговоры сходились к загадочной избушке. Слова как заговорённые складывались в узор о стареньком домике. И ни одно слово, ни одна мысль не укоряло строение в старости. Напротив, все самые лучшие воспоминания словно бабочки кружились вокруг домика. Причиной этому был домовой.

Он жил в избушке с самой её постройки. Откуда появился в ней - знал только он сам. Домовой дарил счастье людям, жившим в доме, и оберегал их покой.

Жадных и злых жильцов выживал, не позволяя им задерживаться надолго.

О домовом люди говорили разное. Одни боялись его, другие надеялись хоть раз увидеть. Находились и такие, кто пытались расположить его к себе, мечтая перенести в свой дом или выпросить исполнения желаний.

Многое повидал на своём веку домовой. В его доме жили семьями – дружно и весело, часто собирались гости, звучали разговоры и смех.

Но со временем вокруг стали появляться новые дома, и домовой затих. Сник и хозяин избушки. Тоска и грусть поселились в старом строение.

Однажды всё переменилось.

Это был ясный, солнечный день. Старый скворечник -ровесник застывшего во времени дома - дребезжал на ветру. Его крыша давно истлела, а почерневшие стенки мрачно смотрели на свет. Избушка словно сроднилась со старым скворечником.

Возле дома росла старая рябина. Она была сухой, ветвистой и корявой, её изогнутые ветви тянулись к небу.

На одной из них и висел скворечник. Каждую весну одна из ветвей рябины неожиданно распускалась, будто сообщая миру, что жизнь ещё не угасла в старом дереве.

В скворечнике селились птицы, прилетевшие с юга, и не было в посёлке задорнее, и весёлей певцов.

Неожиданный грохот растревожил тихую улицу. Сонный посёлок вздрогнул от тяжёлого лязга металла и гула моторов. По дороге медленно продвигались бульдозер, гусеничный трактор и старый кран с шаром – бабой, качавшимся на цепи словно чёрное железное солнце.

Они уверенно приближались к старенькой избушке.

Машины окружили дом так же легко и беспощадно, как грозные шмели окружают цветущий бутон перед бурей. Хозяин давно ушёл и больше не вернулся.

Незваных гостей встретил лишь старый домовой да серый кот насторожил уши у остывшей печи.

Люди вошли внутрь быстро и молча. Один из рабочих осторожно поднял кота на руки и вынес его из дома. Кот долго смотрел назад серыми глазами, будто понимал, что прощается навсегда.

Первый удар пришёлся по стене, возле которой стояла старая печь – там, в тепле спал потревоженный домовой.

Стены жалобно затрещали, с потолка посыпалась известь, а дом будто тяжело вздохнул, чувствуя свою последнюю минуту.

Старый дуб,

Старинный дом.

Живёт в нём

Добрый домовой.

Спилили дуб,

И дом снесли.

Осталась нежить

Без печи!

Без сладких сливок,

И тепла.

Без калош серых,

И кота.

Проснулся

А уж дома нет.

Молот разрушил

Своды стен.

Добрый, старый

Домовой.

Грустит в пыли

На мостовой.

Сонно прохожие

Идут.

Бездомному

Нет места тут.

С печалью, слабо

Он вздохнул.

В коробку с тортом,

Заглянул.

От тоски седой,

Съел торт

И сразу же

Уснул!

Его несли,

Его трясли.

Да в дом к себе

И принесли.

Кто-то на кухне

Закричал.

От страха он

Запрыгнул в кран.

Его искали,

Не нашли.

Свет выключили

Да ушли!

Обрадовался домовой.

Есть снова дом,

А с ним

Покой.

Скворцы

Как известно, домовые любят хозяйничать ближе к рассвету, когда хозяева дома спят самым крепким сном. В предутренней тишине старого жилища домовой бесшумно обходит комнаты, прислушивается к каждому шороху, проверяет окна и двери, следит, чтобы в доме царили порядок и покой. Он любит чистоту, уют и добрые сердца, поэтому всегда помогает трудолюбивым и заботливым хозяевам. Его присутствие можно почувствовать лишь в едва заметном скрипе половиц, в лёгком шелесте занавески или в тихом потрескивании печи. Пока в доме живут мир, уважение и согласие, верный домовой остаётся его незримым хранителем. Но наш домовой был совсем другим. Он мог спать утром, днём и ночью. А порой вовсе не смыкал глаз, бесцельно бродя по пустому дому. Уже давно он перестал следить за хозяйством так старательно, как прежде. Всё вокруг навевало на него грусть и сон. Старый дом ветшал год за годом, хозяин умер, а вместе с ним постепенно угасала и жизнь маленького жилища.

В тот день домовой крепко спал под старой печью. Он не видел, как к дому подъехали бульдозеры и огромная машина с железной стрелой, которую в народе прозвали гром-бабой. Не заметил он и того, как рабочие вынесли из дома старого серого кота. Не услышал скрипа открытой двери и тяжёлых шагов людей. Но когда железная громадина ударила по стене, земля содрогнулась. Домовой вздрогнул и выскочил из-под печи. Вокруг всё рушилось. С грохотом упал старый шкаф. Перевернулась железная кровать. Доски трещали и ломались. Стены складывались внутрь, словно карточный домик. А потом страшный удар расколол надвое старую печь.

Печь... Старая добрая печка долгие годы была сердцем дома. Она дарила тепло зимними вечерами, собирала вокруг себя всю семью, освещала стены золотистым сиянием огня. В её кирпичах хранились воспоминания о счастливых днях, семейных праздниках, добрых разговорах и тихих зимних ночах. Казалось, сама душа дома жила в этой старой печи. Теперь же печь была разрушена. А вместе с ней угасала и жизнь дома. Домовой в ужасе заметался по комнате. Исчез кот. Рухнула печь. Трещали стены. Всё, что он любил и охранял долгие годы, погибало прямо у него на глазах. Особенно больно было думать о старом сером коте. Этот добрый кот всю свою жизнь просидел возле окна, провожая мудрым взглядом уходящие закаты. Его поседевшая шерсть помнила множество зим, вёсен и жарких летних дней. Он двигался неспешно и важно, словно настоящий хозяин дома. В его мягком мурлыканье звучали покой, доброта и уют. Казалось, старый кот знает все тайны мира и хранит их в глубине своих янтарных глаз. Теперь кота не было. Домовой остался совсем один. В страхе он метался среди обломков, пытаясь найти спасение.

Дом ходил ходуном.

Потолок осыпался глиной. Доски ломались одна за другой. Ещё немного — и хранитель дома навсегда останется под завалами. И тут его вывел из оцепенения знакомый писк.

Это был Тим — маленький серый мышонок, давний обитатель кухни и посудного шкафа. Тим был настоящим мастером пролезать в самые узкие щели. Но сейчас даже он растерялся.

Его норки были разрушены, подземные ходы завалены обломками. Однако мышонок быстро пришёл в себя. Собрав последние силы, он в несколько прыжков взобрался на оконную раму и юркнул в открытую форточку. Домовой бросился следом. Чихая от пыли и прикрывая лицо руками, он с трудом выбрался наружу.

Под окном рос старый куст чёрной смородины. Когда-то он был любимым местом Крохони. В лучшие времена домовой часами сидел среди ветвей, лакомясь сладкими ягодами. Он набивал ими полный рот и даже угощал птиц. Счастливое было время... Теперь же куст стал его единственной надеждой на спасение. Тим прыгнул первым. Едва его лапки коснулись зелёных ветвей, как острые коготки крепко вцепились в листья. Через мгновение мышонок уже скрылся среди густой листвы.

Домовой застыл на подоконнике. До куста было совсем немного. Но для него этот прыжок казался невозможным. Он крепко зажмурил глаза и шагнул вперёд. В этот миг ему показалось, что он падает навстречу гибели. Но неожиданно рядом раздалось тревожное хлопанье крыльев. Скворцы! Птицы, жившие в скворечнике на старой рябине, заметили беду. Они дружно подлетели к падающему домовому, вцепились коготками в ворот его рубашки и изо всех сил потянули вниз, к спасительным ветвям смородины. Через мгновение Крохоня уже сидел среди листвы. Он был спасён. Однако радости не чувствовал. Слишком велико было горе. Домовой быстро перебрался на старую рябину и спрятался в её дупле. Крохоня не хотел видеть, как рушиться его дом. Горькие слёзы застилали глаза. А рядом тревожно переговаривались скворцы. Рябина оставалась их последним убежищем.

Но даже она была обречена. Новый хозяин участка непременно захочет убрать старое дерево, чтобы построить здесь что-то новое, красивое и современное. Только найдётся ли место в этом новом уюте для старой рябины, весёлых скворцов и маленького домового, потерявшего свой дом? Ветер тихо качал ветви. Старая добрая рябина росла здесь уже много десятков лет. Она встречала рассветы и провожала закаты, дарила тень в летний зной и кормила птиц своими алыми ягодами зимой.

Мудрое дерево словно хранило память обо всём, что когда-либо происходило в этом дворе. Домовой сидел в дупле, закрыв лицо ладонями, и тихо плакал. А вечером скворцы решили отправить одного из своих за советом к дедушке Лешему, который жил в лесу неподалёку от посёлка.

Леший был стар и мудр. Он знал язык зверей и птиц, помнил древние лесные тайны и всегда помогал тем, кто попадал в беду. Когда скворец улетел искать его, Крохоня уже ничего не замечал. Уставший от слёз и переживаний, он наконец уснул. И приснился ему старый дом. Целый и невредимый.

На столе стояла мисочка со сливками. Рядом лежали пряники, печенье и любимые конфеты. Добрый хозяин улыбался и, как прежде, оставлял угощение своему маленькому помощнику. Во сне печь снова дарила тепло. Кот мурлыкал возле окна. А дом был жив. И Крохоня ещё не знал, что впереди его ждут новые испытания, новые друзья и новая дорога.

Дом

Весёлый шум разбудил Домового. Это прилетел скворец. А вмести с ним пришли Леший, Кикимора и Дева леса.

Леший бесшумно приблизился к старой рябине словно сам был частью ветхого дерева. Его зелёные глаза светились мягким светом. В длинной бороде лесного хозяина запутались травинки, мох и золотистые лучи солнца. Леший умел разговаривать с птицами, зверями и даже с могучими дубами. В его присутствии окружающий мир наполнялся особой тишиной, полной спокойствия и волшебства. Сегодня заботливый и весёлый Леший пришёл к Домовому.

Следом за ним появилась Кикимора

Жительница болот тихо приблизилась к рябине. Её длинные волосы цвета болотного мха мягко колыхались от лёгкого вечернего ветерка. В свете дня кикимора казалась загадочным духом, сотканным из тумана и серебристых теней. Маленькие огоньки светлячков кружились вокруг неё, словно верные спутники волшебной хозяйки болот. Несмотря на свою таинственность, болотная кикимора заботилась о каждом цветке, птице и зверьке в своих владениях.

Сегодня она пришла к Домовому, чтобы принять его в дом леса помочь и поддержать в мягких ладонях природы.

Вслед за Кикиморой появилась Дева леса. Она узнала от скворца о печальном происшествии с Домовым и решила ему помочь.

Дева леса появилась вместе с остальными так тихо, словно её сотворил сам ветер. Её длинные волосы струились золотистыми волнами и напоминали спелые колосья под летним солнцем. Куда бы она ни ступала, там расцветали лесные цветы и зеленела молодая трава. Птицы без страха садились ей на плечи, чувствуя её доброту и ласку. Её нежный голос был похож на звон лесного ручья среди камней. Дева леса знала язык зверей и умела понимать даже самый тихий шёпот деревьев. Добрая и прекрасная Дева леса была настоящей хранительницей красоты, мира и гармонии лесного царства.

Все они звали домового в зелёный лес, полный чудес, загадок и древнего волшебства. Скворец весело щебетал, Леший улыбался в густую бороду, болотная кикимора загадочно посмеивалась, а Дева леса протянула ему руку.

Возможно, уже сегодня рябину, в которой Крохоня нашёл своё временное пристанище, люди срубят и увезут с собой. Тогда домовой останется совсем один. Он станет не домашним и счастливым хранителем очага, а бездомным странником, потерявшим последнюю надежду когда-нибудь вернуться к привычной жизни. Так судьба Крохони неожиданно изменилась. Ещё недавно он был беспечным, сонным и немного неуверенным домовым, который больше любил отдыхать, чем заниматься делами. Но теперь обстоятельства заставили его стать смелее и решительнее. Он больше не мог сидеть сложа руки и ждать, что всё наладится, само собой.

Крохоня, долго не раздумывая, согласился.

Все вместе они отправились в лес по узкой тропинке, петлявшей среди высоких сосен и могучих дубов. Вскоре они вышли на опушку леса. Там, среди цветов и душистых трав, стояла маленькая деревянная избушка с резными ставнями и высокой трубой. Возле неё росли молодые берёзки, а рядом журчал прозрачный ручей. В этой уютной избушке жил лесник — добрый и трудолюбивый человек, который любил лес и заботился о каждом его обитателе. Он подкармливал птиц зимой, помогал раненым зверям и следил за тем, чтобы никто не причинял вреда его зелёным владениям. Домового у лесника не было, вернее был, но когда-то очень давно.

Леснику приходилось самому вести домашнее хозяйство.

И Крохоне он обрадовался, как самому дорогому гостью.

Теперь же Крохоня мог поселиться в его доме и заняться привычными домашними делами. А когда на месте его старого домика вырастет новый, красивый и просторный дом, он сможет вернуться к своим обязанностям и стать настоящим хозяином нового жилища. Крохоня очень обрадовался такой возможности. Ему давно хотелось увидеть лес поближе, познакомиться с его тайнами и чудесами. К тому же сам Леший пригласил его в гости в свои владения. Разве можно отказаться от такого приглашения?

Кто знает, когда ещё выпадет такая удача!

Крохоня с большим усердием принялся обустраивать дом лесника. Он заботился о каждой мелочи: следил за порядком, помогал по хозяйству и старался сделать избушку уютной и тёплой. Постепенно его забота распространилась не только на дом, но и на весь лес. Домовой начал замечать, что жизнь вокруг полна удивительных существ, которым тоже иногда нужна помощь. Первым делом Крохоня вместе со своими новыми друзьями отправился в лес навстречу новым приключениям и интересным событиям.

Скворцы весело порхали рядом и сопровождали его в пути. Они звонко щебетали, перелетая с ветки на ветку, словно обсуждали грядущие открытия. Их радостные голоса наполняли лес жизнью и вселяли в Домового надежду. Хотя будущее оставалось неизвестным, Крохоня чувствовал, что больше не одинок. Впереди его ждали новые знакомства, удивительные встречи и множество тайн, скрытых под зелёным пологом леса. Жизнь среди деревьев казалась одновременно опасной и увлекательной, а каждый новый день обещал подарить очередное чудо.

В лесу сладко пахло спелыми ягодами, смолой и мягким мхом. Высокие сосны тянули свои лохматые лапы к каждому путнику, что проходил под их зелёными сводами, будь то бурый медведь, дикий кабан или осторожная косуля. Лес жил своей неторопливой жизнью, дремал под солнечными лучами и тихо перешёптывался на языке листьев. Но стоило появиться Лешему, как всё вокруг преображалось. Исчезала сонная вялость, просыпалась древняя лесная сила. Деревья начинали приветственно поскрипывать могучими ветвями, кусты расправляли зелёные плечи, а травы тянулись навстречу своему хозяину. Казалось, сам лес оживал по мановению волшебной палочки. Птицы заводили звонкие песни, шишки весело падали в жухлую хвою, а лесные цветы и травы начинали перешёптываться с деревьями. Грибы выглядывали из-под своих пышных шляпок и важно надували румяные щёчки, стараясь непременно понравиться Лешему и доказать свою пользу лесу. Даже муравьи принимались за работу с удвоенным усердием, суетливо бегая по своим тропинкам и неся тяжёлую ношу к высоким муравейникам. Зелёный лес встретил Домового весело и радушно. Его приветствовали звонкие трели соловья, крики болотных уток и величавое поскрипывание старых дубов-колдунов. Лесные птахи наперебой рассказывали друг другу удивительную новость: сам Леший привёл в лес Домового. Такого прежде никто не видел. Обычно Лешие любили путать дороги и сбивать путников с пути, а не помогать им. Тем более Домовым.

— Совсем молодёжь измельчала, — ворчала старая выпь. — Всё перепутали.

Лес — дом Лешего, дом — владения Домового. А они вместе путешествуют. Глядишь, скоро жить станут и в лесу, и в доме, и на болоте одновременно!

Глухо ухала выпь, разнося свою тоску над водой и дальними зарослями камыша. И словно услышав её голос, из чащи выползла Зелёная тоска. Она напоминала лёгкий болотный туман. Медленно покачиваясь, Тоска приблизилась к путникам, лениво зевнула и растаяла в воздухе изумрудной дымкой. На душе сразу стало тяжело и сонно, а ноги словно налились свинцом. Но друзья не поддались её чарам. Весёлое птичье пение быстро разогнало уныние, и путешественники продолжили путь к лесному болоту, где жила Кикимора. Где-то неподалёку, в тёплом и уютном болоте, мирно посапывал старый Болотник. Но это уже совсем другая история.

Заглянули путешественники и на озеро. Тем временем день медленно склонился к вечеру. Солнце опустилось за вершины деревьев, окрашивая воду лесного озера в золотые и багряные цвета. Над гладкой поверхностью озера звучал странный смех лесной выпи. На берегу, в последних лучах заходящего солнца, грелись Водяной и русалки. Они весело рассуждали о далёких морях и бескрайних океанах.

— Вот бы хоть раз увидеть настоящий океан! — мечтательно вздохнула одна русалка.

— Или опуститься в самые глубокие морские пучины, где спят древние стихии, — добавила другая. Заметив приближающихся Лешего и Домового, обитатели озера сначала удивились. Всё-таки не каждый день увидишь такую необычную компанию. Но потом лишь рассмеялись. Чего только не бывает в зелёном лесу!

— Друзья! — крикнул Водяной, приветливо махнув рукой. — Подходите ближе! Наш лес полон чудес, а деревья здесь умеют хранить такие тайны, о которых не знает даже ветер. И новые друзья направились к берегу, где их уже ждали новые истории, новые знакомства и новые чудеса волшебного леса.

Лесной страж

Ярко сияли звёзды на ночном небе, и лёгкий ветерок тихо скользил между кронами деревьев, словно боялся нарушить сон старого леса. На болотах лениво перекликались лягушки, а в густой чаще глухо ухал пересмешник, словно перекатывая звук от дерева к дереву. Всё здесь жило по своим незримым, но строгим законам. У каждой былинки было своё место, у каждого зверя — свой дом, у каждой тропинки — своя судьба.

И казалось, что сам лес дышит спокойно и уверенно, как огромный живой мир, не знающий суеты. Неожиданно Домовой почувствовал странное, давно забытое спокойствие — будто он действительно оказался у себя дома. Здесь, в лесной чаще, всё казалось ему родным и правильным. Даже воздух был особенный: густой, чистый, наполненный запахом смолы, трав и ночной прохлады. Дышать им хотелось глубже и глубже, будто он наполнял не только лёгкие, но и душу. Крохоня огляделся и понял, что нашёл не просто место, а настоящий дом — добротный, созданный самой природой из крепких сосен, которые стояли так уверенно, будто их не сдвинет ни одна буря и никакой кран-бабой не разрушит их вековой покой. И самое удивительное — щедрость этого места. Здесь было всего в избытке: грибов и ягод — сколько душа пожелает, дикого мёда — столько, что хватит и пчёлам, и медведям, и случайному путнику. А вода в ручье была холодная и сладкая, будто сама земля делилась с ним своей чистотой. Домовой вспомнил свой прежний дом. Там было скучно. Рядом с ним жил старый кот — когда-то грозный «воевода» мышиных подземелий, но теперь уже уставший и мудрый старик. А сам Домовой мышей не любил — терпел, но без радости. Зато от лесного мёда и орехов он бы никогда не отказался. Он присел на корень старой сосны, прислушался к ночному лесу и вдруг ясно почувствовал: здесь ему хорошо. По-настоящему хорошо. И тогда Домовой тихо, почти шёпотом, сказал самому себе:

— Останусь здесь жить навсегда… и будь что будет.

Домовой сладко потянулся, свернулся в тёплый пушистый клубочек и быстро уснул в глубоком дупле старой сосны, что росла совсем рядом с домиком лесника. Его мягкая подушка из сухого мха пахла лесом, а стены дупла были украшены шишками, перьями птиц и блестящими камешками, которые он нашёл на лесной тропинке.

Эта сосна была особенной — с тёмной, шершавой корой и широкой кроной, в которой всегда шумел ветер, будто кто-то тихо рассказывал древние истории. Домовому здесь было спокойно и привычно, как в самом сердце его родного мира.

Ему снова приснилась сухая рябина, под которой он любил прятать мелкие дары, и старый добрый скворечник, покосившийся, но уютный, где жили его верные друзья-скворцы. Во сне скворцы весело щебетали, перекликались, спорили о чём-то важном, а сам дом тихо поскрипывал ставенками. И даже во сне Домовой улыбнулся — едва заметно, по-доброму, как улыбаются те, кто точно знает: его дом никуда не исчез, пока жива память о нём.

Домовому нравилось любоваться своим новым лесным домом. Смотрел Крохоня на него и сердце радовалось.

А где-то тихо стрекотал сверчок, да над верхушками деревьев сияли первые звёзды. Счастье и покой вошли в жизнь Крохони. У него появились добрые друзья: Кикимора и Леший, Дева леса и Див озера, любопытная белочка, мудрый филин и весёлый ёжик. Каждый день приносил новые открытия, а каждый вечер наполнял сердце Домового радостью и теплом. Но спать новому хозяину сосновой избы этой ночью было не суждено.

Засыпая, Крохоня улыбался. Он думал о том, что завтра снова увидит свой уютный дом, встретит друзей и услышит знакомые голоса леса. Казалось, впереди его ждут только добрые и спокойные дни. Но едва сладкий сон сманил Домового в страну сновидений, как в домик лесника пожаловали поздние гости. Тихо затрещали под ногами сухие ветки, послышались шаги и приглушённые голоса. Старый лес словно насторожился, прислушиваясь к незнакомцам. А Крохоня ещё не знал, что этой ночью его ждёт весёлое приключение.

Домовой внимательно разглядывал гостей. Уже около десяти лет никто не переступал порог его старого дома в посёлке. За долгие годы тишины Крохоня почти забыл, что в жилище могут приходить люди, смеяться, разговаривать и оставлять после себя живое тепло. Поэтому появление нежданных гостей в новом лесном доме стало для него настоящим праздником. Сердце Домового так и переполнялось радостью. Он с любопытством заглядывал в лица пришедших, прислушивался к каждому слову и едва сдерживался, чтобы не показаться им на глаза. От счастья Крохоня даже позабыл об осторожности. Ему хотелось встретить гостей как можно приветливее и показать, что этот дом по-прежнему живой, уютный и гостеприимный. Хозяина дома в тот вечер не было. Он уехал по делам на дальний участок, и Крохоне пришлось самому заботиться о порядке. Домовой бесшумно поправил скатерть на столе, стряхнул невидимую пылинку с полки и подбросил в печь несколько сухих поленьев, чтобы огонь горел ярче и веселее.

— Гости в доме — к добру, — довольно шептал он себе под нос. И хотя люди не замечали маленького хозяина, Крохоня чувствовал себя самым важным существом в доме. Ведь именно ему выпала честь встречать гостей в этот тихий вечер, наполняя дом теплом, уютом и доброй домовитой заботой.

Но вместо того чтобы проявить уважение к чужому дому, незваные гости принялись бесцеремонно рыться в вещах. Они открывали ящики, заглядывали под лавки, переворачивали корзины и узлы. Казалось, люди искали что-то очень важное. Словно были уверены, что хозяин спрятал где-то тайник, полный ценностей, и теперь стремились найти его раньше, чем он вернётся. Добродушному Домовому такое поведение совсем не понравилось. Крохоня нахмурился и задумался. Сначала он хотел немедленно остановить нарушителей порядка. Но как это сделать? Ведь люди не должны были не видеть его, не услышать. Некоторое время Домовой наблюдал за ними из своего укрытия, а затем решил показаться незваным гостям. Не для того, чтобы напугать их до смерти, а чтобы проучить и напомнить о хороших манерах. Тихонько, по-кошачьи ловко, Крохоня спустился на подоконник. И тут началось такое, что впору было рассказывать лесным зверям. Один из незваных гостей едва взглянул на маленького хозяина дома тут же рухнул на пол, словно подкошенный. Другой побледнел так сильно, будто увидел настоящее привидение. С перекошенным от ужаса лицом он бросился к выходу и со всего размаха врезался в дверь, которую сам же несколько минут назад прикрыл. Крохоня от неожиданности даже растерялся. — Да что же вы такие пугливые? — пробормотал он себе под нос. Ведь он всего лишь хотел преподать непрошеным посетителям урок вежливости. Пугать их по-настоящему Домовой вовсе не собирался. В этот миг над болотом громко вскрикнула ночная выпь. Её протяжный голос разнёсся по лесу и прозвучал так жутко, что лежавший на полу гость мгновенно пришёл в себя. Он вскочил на ноги и бросился вслед за своим товарищем.

Оба мчались через тёмный лес так быстро, словно за ними гналась целая стая лесных духов. Крохоня долго смотрел им вслед через окно. Потом сел на подоконник, свесил ноги и звонко рассмеялся. Похоже, урок получился куда более убедительным, чем он рассчитывал. Правда, объяснить гостям правила поведения в чужом доме так и не удалось. Они убежали раньше, чем Домовой успел сказать хотя бы слово. — Эх, не удалась моя строгая наука, — усмехнулся Крохоня. — Зато, наверное, теперь они десять раз подумают, прежде чем без спроса рыться в чужих вещах. И ещё долго в ночной тишине слышался его весёлый смех, а лес, казалось, тихонько посмеивался вместе с ним.

Лес горит!

День только начинался. На востоке медленно разгоралась нежная заря, окрашивая небосклон в прозрачные оттенки золота, розового янтаря и лазури. Первые солнечные лучи осторожно коснулись верхушек могучих сосен, заиграли на каплях росы, что серебристыми бусинами дрожали на травинках, и пробудили лес от ночного сна. Обычно в этот час чаща встречала рассвет дружным пением птиц, тихим журчанием ручьев и едва слышным шелестом молодой листвы. Казалось, сама природа с радостью приветствовала новый день.

Но в это утро лес проснулся иначе.

Неожиданно над кронами деревьев раздались тревожные крики птиц. Стаи сорок, соек, дроздов и дятлов с громким шумом взмыли в небо, беспорядочно кружась над лесом. Белки стремительно перепрыгивали с ветки на ветку, лоси и олени мчались сквозь чащу, ломая молодые кустарники, зайцы, лисы и кабаны в панике искали спасение. Казалось, невидимая волна страха прокатилась по всему лесу. По одному безмолвному сигналу все живые существа устремились к реке, спасаясь от надвигающейся беды.

Лишь древние деревья оставались неподвижными.

Могучие сосны, стройные ели, белоствольные берёзы и старые дубы не могли ни убежать, ни укрыться. Они стояли молча, словно великие стражи леса, которым было суждено погибнуть под натиском стихии. Их широкие кроны тихо качались под утренним ветром, будто прощаясь друг с другом и с теми, кого долгие годы защищали своей тенью.

И вскоре беда пришла.

Из глубины чащи с оглушительным гулом поднялись первые языки пламени. Они стремительно взбирались по сухим стволам сосен, с треском пожирали смолистые ветви, перепрыгивали с дерева на дерево, словно алчные хищники, не знавшие ни жалости, ни усталости. Огонь рос с каждой секундой. Он ревел, свистел, сжигал деревья, рассыпал во все стороны бесчисленные искры, превращая зелёный лес в бушующее огненное море.

Над лесом тяжёлым столбом поднялся густой чёрный дым. Он заслонил солнце, затянул небо мрачной пеленой, и ясное утро неожиданно превратилось в сумерки. Воздух наполнился запахом гари, горячей смолы и обугленной древесины. Даже ветер, словно обезумев, перестал быть добрым помощником природы. Теперь он лишь разносил раскалённые искры далеко вперёд, поджигая всё новые и новые участки леса.

Казалось, сама огненная стихия обрела собственную волю.

Она неудержимо прокладывала себе путь через вековые рощи, уничтожая деревья, которые росли здесь сотни лет. Пламя пожирало густые заросли папоротников, молодые ели, кусты рябины и можжевельника. Исчезали птичьи гнёзда, беличьи кладовые, звериные норы — всё, что многие поколения лесных жителей создавали долгими годами.

Увидев страшное бедствие, лесник немедленно поднял тревогу. Вскоре к лесу прибыли пожарные расчёты. Завыли сирены, подъехали тяжёлые машины с цистернами воды. Люди без колебаний вступили в опасную схватку со стихией. Одни направляли мощные струи воды на бушующее пламя, другие прокладывали широкие минерализованные полосы, третьи тушили отдельные очаги возгорания. Их лица были покрыты копотью, одежда пропиталась дымом, но никто не отступал. Каждый понимал, что сейчас решается судьба огромного леса.

Тем временем Леший спешил спасать своих подопечных.

Он быстро обошёл знакомые тропы, громким голосом созывая всех лесных жителей. Звери без страха следовали за своим мудрым хранителем. Домовой не отходил от него ни на шаг. Вместе они помогали самым маленьким и слабым: несли на руках бельчат, поддерживали раненых зайцев, выводили из норок испуганных лисят и ежат, успокаивали птиц, потерявших свои гнёзда.

Дорога к спасению вела к озеру.

Не раздумывая, звери бросались в воду лесного озера. Оно подхватывало их, давало прохладу. Его прозрачная гладь сияла так ярко, словно была создана из чистого горного хрусталя. Берега утопали в густой изумрудной траве, а вокруг возвышались молодые берёзки и раскидистые ивы. Здесь царили прохлада, тишина и спокойствие.

Уставшие, дрожащие от холода звери были спасены, и словно благодарили озеро за помощь.

Леший и Домовой не покидали зверей ни на одно мгновение. Они возвращались в охваченный пламенем лес снова и снова, пока не убедились, что никто не остался среди огня. Даже тогда, когда жар становился почти нестерпимым, они продолжали искать тех, кто ещё нуждался в помощи.

Не остались в стороне и другие хранители природы.

Болотник вместе с Кикиморой собирали обитателей болот. Лягушки, жабы, тритоны, пиявки, водяные жуки и множество других существ скрылись под прохладной водой и толстым слоем мягкого ила. Там, в глубине болотной трясины, огонь уже не мог причинить им вреда. Даже болотные травы, камыши и осоки словно расступились, пропуская к спасению своих маленьких жителей.

Высоко над землёй само небо с глубокой скорбью смотрело на погибающий лес. Облака постепенно становились тяжелее и темнее, словно разделяли боль всей природы. Ветер почти затих. Смолкли птицы. Даже река текла необычайно тихо, будто прислушивалась к каждому треску падающих деревьев.

Казалось, весь мир затаил дыхание, ожидая мгновения, когда страшная огненная буря наконец закончится.

Убедившись, что все звери, птицы и их детёныши благополучно добрались до безопасного места, Леший и Домовой впервые за долгое время смогли облегчённо вздохнуть. Их сердца наполнились радостью. Никто не был забыт, никто не остался один на один со страшной бедой. Испуганные лесные жители постепенно успокаивались, утоляли жажду прозрачной водой, отдыхали в тени деревьев и с благодарностью смотрели на своих мудрых защитников.

А далеко позади всё ещё продолжалась тяжёлая борьба.

Пожарные не прекращали сражаться с огнём ни днём, ни ночью. Медленно, шаг за шагом, им удавалось отвоёвывать у пламени всё новые участки леса. Всё реже вспыхивали новые деревья, всё слабее становился оглушительный рёв огня. Постепенно языки пламени начали угасать.

И вот наступил долгожданный миг.

Последний огненный всполох исчез среди обгоревших стволов. Густой дым медленно поднялся к небу и растворился в вышине. Над лесом вновь раскинулся чистый голубой небосвод. Солнце озарило своими тёплыми лучами почерневшие поляны, уцелевшие деревья и лесные тропинки. Лёгкий ветерок принёс запах влажной земли, молодой травы и прохладной речной воды. Казалось, сама природа облегчённо вздохнула после тяжёлого испытания.

Прошло совсем немного времени, и жизнь начала возвращаться.

Сначала над полянами вновь запорхали яркие бабочки. Затем зажужжали трудолюбивые пчёлы, собирая нектар с первых распустившихся цветов. На ветвях осторожно запели птицы. Белки снова весело прыгали по деревьям, зайцы выглядывали из молодых кустов, лисы возвращались к своим норам, а величественные лоси медленно выходили к зелёным полянам. На месте обгоревшей земли вскоре появились первые нежные ростки. Молодая трава уверенно пробивалась сквозь пепел, словно сама жизнь одерживала победу над разрушением.

Леший и Домовой с радостью наблюдали за тем, как лес постепенно исцеляется. Теперь им предстояло ещё долго помогать каждому деревцу, каждому ручью и каждому лесному жителю, чтобы зелёное царство вновь стало таким же прекрасным и могучим, каким было прежде.

И только старая чёрная ворона ещё долго кружила высоко над вершинами деревьев.

Её хриплый крик далеко разносился над оживающим лесом, эхом отражаясь от далёких холмов.

— Берегите лес! Берегите наш общий дом! Берегите жизнь!

Долго ещё звучал её тревожный голос. Он напоминал каждому человеку, каждому зверю и каждой птице о том, как хрупка природа и как легко потерять её красоту. Ведь лес — это не просто деревья. Это огромный живой мир, где каждая травинка, каждая птица, каждый зверёк и каждый ручей связаны между собой невидимыми нитями жизни. И только забота, уважение и любовь способны сохранить этот бесценный мир для будущих поколений.