Детектив Полено и «Фарш-Мажор»

Глава 1

Раздался сухой механический щелчок. Яркая вспышка на миг озарила крохотную комнатушку, выхватывая из темноты кучу облезлых швабр, груду грязных тряпок и наполовину пустую бутылку от моющего средства с этикеткой «Миссис Пропеллер».

— Тьфу ты... — пробубнил себе под нос Фил Полено. — Действительно, обычная кладовка. Или всё же нет...

Он убрал руки от старенького пленочного фотоаппарата «Брикет», висевшего у него на шее (на потертом ремешке), и выудил из глубокого кармана плаща фонарик.

Щелчок.

Луч света заметался по углам. Юноша придирчиво, с дотошностью кассирши в ларьке, пересчитывающей каждую копейку, осмотрел сантиметр за сантиметром подсобки. Даже простучал зашпаклеванные стены костяшками пальцев — не скрывается ли там потайной механизм? Но они молчали, отвечая лишь глухой, монолитной тишиной.

Филипп разочарованно цокнул, сжав во рту зубочистку. Почему не сигарету, как это принято у детективов? Ну... Он честно пробовал. Несколько раз. Но организм упорно саботировал героический образ. Сколько молодой человек ни пыжился, сигареты не шли, оставляя после себя лишь кашель, головокружение и чувство глубокой личной несостоятельности.

Выключив фонарик, Фил с кислой миной вышел в коридор.

— Только зря плёнку потратил...

Кроваво-красный свет аварийных ламп выхватил из полумрака нелепый прикид детектива Полено. Надвинутая на глаза фетровая шляпа с опущенными полями. Чересчур длинный плащ-тренчкот песочного оттенка, обязательно расстегнутый, чтобы пафосно развевался на ходу. Под ним скрывались черные брюки на подтяжках, расчерченные в клетку светлыми линиями, и поношенная, но старательно выглаженная белоснежная рубашка с дурацким красным галстуком. Точь в точь детектив «Никола Кирпич» из его любимого черно-белого сериала «Придумать имя».

Отчасти это было правдой. Но лишь отчасти. Фил Полено всерьёз и без тени иронии считал себя сыщиком. Не абы каким, а тем, кто берётся за самые запутанные дела. Никаких банальных краж или копаний в чьем-то грязном белье. Интересовало юношу лишь то, что выходит за границы человеческого бытия. Его миссия — срывать маску мистицизма, обнажая перед народом истинную, скучную и объяснимую природу вещей.

За последнее время начинающий детективчик уже опроверг несколько городских слухов. Например, его последнее дело касалось «0» комнаты в «Общежитии №8», которая якобы появлялась каждое летнее солнцестояние ровно в полночь. Филипп тогда героически прождал до самого утра с фотоаппаратом в руках, но ничего не произошло. По крайней мере, так он написал в статье на форуме «Усталые детективчики», прикрепив в качестве доказательств фотографии с пустой стеной и механическими часами рядом. Правда, юноша умолчал об одной крохотной детали: он отошёл в туалет, когда стрелки на часах показывали без пяти минут полночь, и задержался буквально на одну минуту. Заметить это можно было на одном из снимков, если внимательно приглядеться.

«Усталые детективчики» неоднократно предлагали купить ему видеокамеру. Чтобы тот точно ничего не упустил из виду. Но нет. Как утверждал сам Полено, настоящему детективу хватает лишь надежного пленочного фотоаппарата и дедукции. Ну и ещё блокнота для записи раскрытых дел. Несмотря на это, на форуме он пользовался уважением у пары постоянных пользователей, и это его невероятно вдохновляло. Не зря же Фил прошел онлайн курс для сыщиков «От новичка до профи всего за пять шагов».

Несколько дней назад юноша наткнулся на новое загадочное дело. Анонимный очевидец утверждал, что видел очертания человеческого лица на замороженной котлете от местного мясоперерабатывающего комбината «Свежее МЯСО!!!». Этого было достаточно, чтобы Филипп взялся за расследование.

Одевшись в свой официальный «костюмчик», он пятничным вечером, когда последняя рабочая смена подходила к концу, выдвинулся на охоту.

Детектив Полено невероятно хитро проник на территорию фабрики. Та выглядела почти заброшенной: работало не больше десяти человек, функционировал лишь один цех. Юноша пробрался через дыру в проволочном заборе. Ну как сказать «дыру»... Проем размером в человеческий рост, заботливо кем-то уже проделанный. Затем, Фил ловко проскользнул мимо охраны. Точнее, мимо бедного деда Ефрема, слепшего на один глаз, который расхаживал по территории фабрики только тогда, когда вспоминал, что он вообще-то здесь сторож.

После, детективчик проник внутрь фабрики через незапертый черный ход. Хотя мог просто зайти через проходную. Всё равно дед Ефрем в это время, как обычно, крепко спал.

— В уборной был... В производственном цеху был... — складывал пазл у себя в голове Филипп, бесцельно кружа по тусклому коридору. — В мастерской тоже пусто... Как и в раздевалке...

Он нахмурился, напрягая извилины. «Ну, Полено, пораскинь мозгами. Ты же детектив или нет? Подумай хорошенько, где должно храниться сырьё для котлет? Зря что ли диплом об окончании курса красуется в резной раме, на самом видном месте?»

Детектив Полено зажмурился, погружаясь в то, что он пафосно называл «Комнатой №42». В его воображении это было крохотное помещение без окон и дверей. Все бордовые стены там были утыканы уликами: распечатками анонимного поста с форума, схемой фабрики, нарисованной от руки на салфетке, вырезками из газет, несколькими фотографиями и чеком от котлет из супермаркета, объединёнными красной нитью, а в центре стоял он — великий аналитик, вот уже битый час гадающий, где хранят фарш. Мимо мысленного взора проплывали двери: «Электрощитовая»... «Вентиляция»... «МОРОЗИЛЬНАЯ КАМЕРА»... «Кабинет начальника цеха»...

Стоп.

Молодой сыщик замер напротив увесистой стальной двери с маленьким квадратным окошком. Над его головой будто бы вспыхнула лампочка, как в тех старых мультиках — про дятла.

— Точно! — вслух выкрикнул он, напрочь забыв об осторожности. — Холодильник! Там должны скрываться все улики!

Филипп потянулся к дверной ручке, покрепче ухватился за неё и... замер.

«Вот сейчас откроется страшная правда...» — пронеслось у него в голове.

Сердце забилось сильнее в предвкушении. Как же ему хотелось хоть раз убедиться в достоверности слухов. Хоть раз увидеть нечто необъяснимое. Возможно, сегодня всё изменится... Возможно...

Детектив Полено глубоко вдохнул и с усилием толкнул тяжелую дверь, держа «Брикет» наготове.

В лицо тут же ударил холодный ветерок с тяжелым гнилостным душком. Юноша поморщился — на веснушчатом носу собрались складки. Несколько ярких вспышек осветили обледенелое помещение. Внутри, кроме одиноко стоящей пустой картонной коробки и наледи на трубах, ничего не было. Ну, разве что несколько явно свежих, бурых пятен на полу и подтеков на стене, тянувшихся с потолка.

— Серьезно? — разочарованно пробубнил Филипп, зациклившись взглядом на пустой таре. — Ничего? А где же подвешенные человеческие туши? Или хотя бы замороженные органы?

Он покачал головой и, достав из нагрудного кармана потрепанный блокнот, с чувством выполненного долга вычеркнул карандашом дело «№7 Фарш-мажор».

— Еще один миф разрушен...

Значит, кладовку уборщика обшарил до последнего сантиметра, а морозильную камеру удостоил лишь беглым взглядом? Ну Полено так полено...

Вдруг над его головой раздался влажный хлюпающий звук. А затем — быстро приближающийся топот.

Ну, естественно, наш детективчик обратил внимание именно на шаги.

Филипп резво высунулся из-за двери морозильной камеры, и тут же его лицо озарил яркий луч света. Вторая зубочистка выпала изо рта.

— Стоять! — раздался резкий, хриплый голосок.

Из-за угла вынырнул сторож с габаритным фонарём.

«Вот же блин... Что делать-то?» — пронеслось в голове у застывшего сыщика.

Это и правда был первый раз, когда он попался. Раньше Фил как-то всегда умудрялся оставаться незамеченным. Но, видимо, везение рано или поздно заканчивается... Или же нет.

Вдруг, юноша почувствовал, как на плечо что-то капнуло. Что-то теплое и вязкое. Он машинально начал поворачивать голову.

— Кому сказал, не двигаться!!! — гаркнул громче дед Ефрем.

Филипп замер в растерянности. Кудрявая прядь, которую он так старательно заправлял под шляпу, предательски вывалилась наружу и повисла перед левым глазом, словно жирная точка в конце его «успешной» карьеры детектива. Но он не шелохнулся, боясь даже моргнуть.

— Фу! Нельзя! — продолжал орать старик, сверкая единственным глазом.

Жаль, юношу не смутили странные выкрики сторожа. Тот явно обращался не к человеку. Он кричал так, будто отчитывал набедокурившую дворнягу. Или же, например, бесформенный кусок мясной плоти, что свисал прямо над головой незадачливого сыщика.

Пульсирующая масса тянула к его фетровой шляпе несколько тонких, бескожих ручонок, усеянных фрагментами лиц и не только. Можно было разглядеть чей-то карий глаз, чьё-то ухо с позолоченной серёжкой, пару дергающихся пальцев и десятки зубов — молочных и коренных вперемешку. Всё это медленно перетекало и чавкало, истекая сукровицей.

Но детективчик ничего не замечал. Даже гнилостный аромат, ставший в коридоре невыносимым, не заставил его поднять голову. Испуганный взгляд детективчика был прикован лишь к деду Ефрему.

— А ну брысь отсюда!!! — чуть ли не срывая связки, выкрикнул сторож, сделав шаг вперед.

Наконец-то прозвучали понятные для подсознания Фила слова. Ноги моментально ожили, унося его прочь от жуткого одноглазого типа прямиком к спасительному черному ходу. Юноша даже не соизволил обернуться, чтобы убедиться, что за ним никто не гонится. А заодно — разглядел бы то самое кровавое месиво и удостоверился, что на фабрике далеко не всё так чисто.

А вместо этого запыхавшийся детектив Полено прибежит к себе в съёмную комнату «Общежития №8». По пути привычно закинув плёнку в круглосуточное фотоателье с мутной репутацией и вывеской «Проявка. Печать. Сканирование. Стирание». А затем, наспех накалякает на форуме опровержение, приложив все «улики», добытые с таким трудом. Попутно он красочно распишет, как ловко пробрался на территорию фабрики. Как его чуть не поймали. И как героически ушёл от погони, проявив чудеса ловкости.

— Фух... — выдохнул дед Ефрем, вытирая рукавом вспотевший лоб и провожая взглядом улепётывающего детективчика. Надо отдать Филиппу должное: плащ у него развевался что надо. Прямо как в его любимом сериале. — Долго же до парнишки доходило. Ещё бы чуть-чуть...

Старик подошел вплотную к мясистой твари, не переставая светить на неё фонарём. Та продолжала свисать с потолка, лениво перебирая отростками. Несколько кровавых сгустков мерзко зашлепали по бетонному полу.

— Любовь Ибрагимовна, твою мать! А ну полезайте обратно!

Пульсирующая субстанция завибрировала и заговорила множеством голосов, среди которых можно было различить и женские всхлипы, и детский плач:

— МЫ... Помогите...! ХОТИМ... Я не хочу умирать...! КУ-У-УШАТЬ...

— Ага, размечталась! — Тут же огрызнулся дед. — На этой неделе ты и так сожрала такого же вот любопытного бедолагу. Чертов кусок фарша!

— МЫ-Ы-Ы...

— Я кому сказал! А ну цыц!

Сторож покрутил кнопку фонаря, делая свет ярче. Тварь взвыла на десятки голосов и, не выдержав, рухнула с потолка на пол. Медленно, оставляя за собой кровавый след, она поползла обратно в родную морозильную камеру.

— Да твою ж мать... Сколько же грязи ты оставила. Утром Людка явно будет в ярости.

Дед Ефрем с натугой захлопывает за мясистым комком стальную дверцу и подпирает её шваброй.

— Сколько раз я говорил Антону Михайловичу: почините, наконец, то замок. Слишком много любопытных глаз захаживают. Переедает наша кормилица, ох переедает...